Лис

      Нет, ну серьезно? Как можно быть настолько уверенным в том, что гениальный детектив Шерлок Холмс согласится на подобное? Как вообще можно допускать такую мысль, что он не раскроет простейшую загадку всей его жизни?       Шерлок прикусил нижнюю губу, возмущенно вздыхая. Живот неприятно скрутило от противоречивых эмоций. Злость вперемешку с гулким любопытством разливались внутри, мешая трезво оценить ситуацию. Он чувствует, что будто его поймали за крючок и выбросили на берег задыхаться, а ему это приносит лишь извращенное удовольствие.       Что-то подсказывает, что это странно вот так открыто подставляться под дуло суждений Холмса, не сомневаясь в том, что ты все равно выйдешь победителем. Как и раньше, словно это какая-то противная традиция, а Шерлок пытается избавиться от нее. Вот только выйдет ли? Почему над ним нависает такая плотная дымка сомнений? Почему он собирается отказать, но руки потрясывает от желания узнать о «подарке»?       Хочется просто расплыться по скамейке желеобразной массой от всего, что сейчас сбивает с мысли и заполняет его голову мусором. Он не может не потянуть себя за волосы, задевая неаккуратный хвост кончиками пальцев, не может не испустить протяжный тихий вздох раздражения. Все это выводит из себя, приводит в действие ощущение того, что тебя очень нагло испытывают в который раз.       Шерлок прекрасно помнит каждое такое приглашение, помнит, то как разочаровывался в себе все больше и больше. Даже то чертового семнадцатилетие, после которого заперся в комнате, ненавидя всех и вся. Да, он «сиял» от счастья, бегая туда-сюда и ища любые подсказки, которые тогда гордо называл уликами. Его улыбка расцветала на лице резко, открывалась нежными бутонами плюмбаго, сердце заходилось в робком трепете перед интересующим его ответом, стучало, выплескивало капли алые в розоватые щеки, отводя кровь от мозга.       Возможно, именно из-за этого он и не смог совместить все воедино, что ему казалось не связанным. Но этот факт не отменял его обиды на друга, который все устроил и бросил вызов. Складывалось впечатление, что он подбросил ему такие улики, что не имели никакого смысла, только чтобы навести пыль в глазах. Именно это и вводило в состояние детской ярости, желания бросить что-то в стенку и прокричаться, срывая голос.       Нужно ли упоминать, что наш юный детектив еще долго игнорировал своего Лиса, в упор не замечая новых писем. Складывал их в дальний угол и даже не подходил туда, только подкидывал их в маленькую кучку. Старался всеми силами заставить его чувствовать то же разочарование и страх, будто ты стоишь перед пропастью. Только сдался первым, прекрасно понимая, что никто больше и не подставит белый флаг на свое место, широко размахивая им в разные стороны.       Это время от времени являлось поводом для размышлений, он даже был готов сорваться и всеми силами попытаться убедить собеседника раскрыть личность. Только для того, чтобы наконец-то добиться справедливости. Как бы его не будоражило это общение, но почему только он должен быть тем, кто должен быть в проигрыше? Почему он не может хотя бы раз почувствовать такое нужное превосходство? И плевать на то, что он добивается этого чуть ли не ежедневно, когда в нем нуждается полиция. Плевать на то, что для следователей он — спасательный круг. Какой-то юнец умело манипулирует взрослыми мужчинами, добиваясь правды своими странными методами. Унижает их чуть ли не ежеминутно, но этого не хватает, его амбиции все также не удовлетворены.       Какими теплыми их отношения не являлись, но отказаться от вида поверженного Хитрого Лиса он не мог. Это тянуло его ближе, но в конечном итоге все равно он оказывался отторгнут от всего, что могло содержать хоть малейший намек. Лиам сам выкладывал соблазнительную цепочку, за которую Холмс с радостью тянул, но конец всегда обрывался, словно он держался лишь на подтопленном сахаре. И Шерлока отбрасывало назад, больно ударяя железом по голове, будто бы приводя в чувство.       Он научился игнорировать свои проигрыши своей загадке, но все тот же страх провала никогда не исчезал. Именно поэтому сейчас он не мог определиться с ответом. Стоит ли согласиться? Такого действительно не было долго, наверное, около трех лет, но не испортит ли это все? Не заставит ли это Холмса снова закрыться и уйти от переписки? Они уже взрослые люди со сложившимися судьбами, но детские мечты и желания не отпустят никого из них даже в глубокой старости. Лиам всегда будет плести с присущей ему интригой заведомо провальные для детектива дела, а Шерлок останется неизменен своей черте прорываться сквозь липкую паутину, разрывая ее на части, теряя ту самую красную нить.       Но если сейчас он будет более осторожен? Если откажется от привычных ему методов, воспользуется чем-то нестандартным в его понимании? Поможет ли это приблизиться хотя бы на дюйм к нему, услышать отблески его голоса, что покажется невероятно знакомым, но слишком далеким? И он не может дать четкого ответа, мысли буквально разрываются от: «Не попробуешь, никогда не узнаешь», и Шерлок думает, что определенно свихнулся из-за этого человека. Ужасный парадокс личности, в котором Холмс вязнет, смирившись со своей участью.

***

      Возвращение на Бейкер-стрит было очередным тяжелым решением, которое Шерлоку пришлось принять за это утро. Сидеть в парке в гордом одиночестве и дальше он просто не мог, нужно было писать ответ. Он же не хотел поставить Лиама в неловкое положение своим резким согласием, когда уже слишком поздно готовиться к чему-либо. Портить подарок, который предназначается тебе — глупо, поэтому тянуть с выбором между «да» или «нет» не стоит.       Пусть Холмс все еще пылал горькими сомнениями, но отказаться просто невозможно. Лис снова и снова ловит его на иглу азарта, что хуже привычных стимуляторов мозга, и детектив уже точно знает, что с этой зависимостью ему не справиться. Только через смерть одного из них, никак больше, хотя вероятность того, что это поможет, ничтожно мала. Бросятся в огонь вдвоем и только тогда их интерес будет полностью удовлетворен.       Стоило Холмсу только ступить на порог дома, как его встретила тяжелая тишина. На первом этаже ничего не стучало и не булькало, так что он быстро сделал вывод, что с готовкой Мисс Хадсон уже закончила и скорее всего теперь отдыхает у себя. Пусть, по его мнению, первый этаж был пуст, он все равно старался не издавать лишних звуков, тихо шагая к себе.       В квартире все еще пахло чем-то, что напомнило Шерлоку о его голоде. Только вот сейчас было не самое лучшее время: встреча с домовладелицей ни к чему хорошему не приведет это точно. Либо та продолжит его пытать своими вопросами, либо начнет очень долгую лекцию о том, что нужно уважать других людей.       Так что, если вопрос встает о том, что же лучше: поесть и потерять больше часа на пустые разговоры с обиженной Хадсон или посидеть до вечера с чувством голода, чтобы чуть позже заботливый Джон принес ему что-нибудь с кухни. Конечно, Ватсон тоже устроит ему взбучку, но это не так утомительно, как лекция от оскорбленной женщины. Джон хотя бы не потребует от него плату за аренду посреди нравоучения, как любит это делать Мисс Хадсон.       Мужчина поднялся на второй этаж, стремясь закрыться от аппетитного аромата как можно быстрее. Запах сигарет, переплетающийся с нотками опиума и каких-то реактивов был гораздо приятнее и не напоминал о ноющем животе. Он тут же упал на диван, потягивая руки назад.       Почему-то в этот раз ему не хотелось расписывать все и заваливать Лиама текстом, поэтому в его голове зародился простой ответ, даже без лишней наглости, что была раньше. Простое согласие, показывающее его с лучшей стороны. Он определенно впечатлит Лиса своей сдержанностью.       Шерлок потянулся к маленькому столику, что расположился рядом с диваном, взял оттуда маленький листок бумаги, покрутил его перед глазами, а после сел, выпрямившись. Он потянулся к чернильнице, замечая тихий скрип двери сбоку. В комнату вошла Мисс Хадсон, поэтому Холмс отложил свое дело, добродушно улыбаясь, чтобы не обидеть женщину еще больше.       Она несла перед собой глубокую тарелку, пару столовых приборов и маленькое полотенце. Женщина быстро поставила все Шерлоку на стол и поспешила уйти, явно сдерживая себя и свое желание продолжить старый разговор. — Спасибо.       Но дверь уже закрылась, поэтому Холмса уколола яркая неловкость и стыд за свои прошлые действия, только он не подал вида. Сейчас перед ним были дела гораздо важнее, чем поиск своей адекватности в общении с близкими людьми. Слишком сложная тема, поэтому даже начинать что-то связанное с ней не хотелось. Постоянная отмазка: «Я подумаю об этом позже».       Шерлок потянулся к тарелке с невероятно соблазнительным содержимым в виде тушеной говядины с овощами. Куда пропала каша, которую Хадсон точно начинала варить при нем — неизвестно. Может, для Холмса это уже слишком большая честь после всех его выходок. Определенный вид мести от женщины, смысл которой не мог понять никто из жильцов.       Детектив удовлетворенно прикрыл глаза, ощущая растекающийся внутри вкус такой прекрасной еды, полной контрастов в своих текстурах. Несмотря на все попытки Мисс Хадсон показать свое недовольство, даже тем же самым намеренным отсутствием чего-либо в порции, все это было слишком мягким с ее стороны. Шерлок не стал от этого менее довольным или удовлетворенным, но тонкие намеки на обеду понял и пообещал себе разобраться с этим позже.       Позже, позже, все позже, но только не сейчас. Не тогда, когда он смирился со всеми противоречиями в голове, не тогда, когда он принял свою участь побежденного из раза в раз, не тогда, когда он собирается разрушить это, не тогда, когда он полон решимости. Желание выйти победителем в первый раз сильнее, он не может ему противиться, не может его терпеть. Не может сделать ничего, ведь все чувства обостряются в моменты трепетного расследования, каждый участок кожи изредка покалывает от новых ощущений, от которых у него скоро будет передозировка. И он снова вводит дозу в себя, снова спустя долгое время, когда уже давно решил для себя, что завязал.

Буду рад принять свой подарок из твоих рук, надеюсь на твой скорый ответ,

Шерлок.

      И этой маленькой бумажкой, которую он назвал письмом, он завязывает себе жгут на руке, готовясь к новому уколу.

***

      Шерлок забылся в пылу азарта, совершенно забылся. Иначе как можно объяснить то, что он стоит у порога роскошного дома, где ему придется провести ближайшие часы в обществе противнейшей знати, к которой он, к огромному сожалению, относится.       Конечно, это же было прозрачно с самого начала. Куда еще мог пригласить его Лиам? Только в особо людное и некомфортное для Холмса место. Такова его подстраховка, таков его расчет на то, что детектив в стрессовом состоянии не сможет заметить что-либо. Снова попался в ловушку, когда был готов к ней, но не осознавал этого до конца, точнее до той противной очереди, что образовалась на крыльце поместья.       Его абсолютно не интересовал владелец этих владений, не впечатляли слухи, который доносились из-за его спины, где вели беседу две миловидные девушки. Шерлок заметил интенсивный макияж и румянец на их лицах, и это заставило детектива осмотреться. В какой же возмущенный шок он пришел, когда обнаружил, что мужчин в этом потоке было невероятно мало, так еще эти юные особы шептались о каких-то сыновьях знатного рода, что увеличило раздражение Шерлока.       Да, с таким составом ему будет легче найти подозрительных парней, но чем больше девушек на светском сборе — тем больше благородных одиночек среди них, которые готовы бросаться на шею любого мужчины. Шерлок сглотнул, стараясь успокоиться и смириться с тем, что, возможно, ему придется пару раз присоединиться к традиционному вальсу.       И ему бы хотелось вернуться в то время, когда он был юнцом, что не знал обычаев светской жизни и не умел вести себя подобающе. Тогда к нему никто и не хотел подходить, что давало ему возможность побыть одному или сбежать в сад незамеченным.       Сейчас же это не представлялось возможным. Каким бы странным он не был, умения и внешние данные у него есть. Тем более к сегодняшнему вечеру Холмс привел себя в порядок и даже побегал в поисках приличного костюма-тройки и более-менее удобного шейного аксессуара. Его выбор пал на средних размеров бабочку, что идеально заканчивала его образ из облегающих брюк, белой жилетки, что едва не сливалась с его рубашкой, но выделялась своей текстурой и яркими аккуратными швами, и черного приталенного фрака.       В целом, такой образ порадовал взгляд даже придирчивой Мисс Хадсон, и удивил сонного Джона, который вернулся с поздней прогулки со своей возможной пассией. Так что Шерлок был доволен результатом, но после недавней находки поменял свою точку зрения. «Лучше бы я остался в привычном образе, но теперь я могу только догадываться о том, кто же из этой толпы будет требовать с меня приглашение на танец…».       Холмс всеми силами пытался отвлечься от постоянно шума, слишком высокого смеха, слишком бьющих по сознанию чьих-то духов, слишком медленно двигающейся очереди. Он дышал настолько глубоко, насколько позволяло противное смешение чужих парфюмов, успокаивая себя одной мыслью о скором триумфе. Он обязательно добьется своего, сделает все для этого

***

      Очередь тянулась еще какое-то время, но вскоре начал и его черед, и он зашел в просторную залу после проверки списков. Помещение впечатляло всей своей утонченностью, что пестрила в каждом углу комнаты. Он не мог рассмотреть каждую деталь, чтобы дать четкую оценку из-за мелькающих туда-сюда людей, но тот факт, что интерьер вызвал чувство восхищения, был слишком очевиден.       Шерлок точно посетил бы это поместье еще раз в более спокойное время, чтобы уделить внимание символике, подумать о возможной истории жизни жильцов. Не то чтобы он любил светские приемы, но, по его опыту, люди, что имеют прекрасный вкус в обустройстве своего жилища, чаще всего оказываются интересными личностями. Он встречал множество таких, когда был раньше и был вынужден посещать все мероприятия вместе с братом.       Редко-редко находились захватывающие личности, которые зажигали в парнишке интерес к разговору и дальнейшему знакомству. Обычно, именно у них и был следующий прием по причине какого-то праздника, и тогда Холмс убеждался в том, что его «признаки достойного человека» не подводили его. Прямая зависимость двух составляющих: лаконичный и утонченный интерьер отражает в себе подходящего для общения человека, и наоборот.       Пока Шерлок рассматривал светлую залу, на которую сыпались лучи от множества свечей, он заметил знакомую светлую макушку, что особенно ярко выделялась среди всего хаоса. Детектив чуть повеселел, подхватывая бокал игристого с подноса официанта, что появился как раз вовремя: Холмс определенно чувствовал сухость во рту, а перед предстоящими разговорами этого стоит избегать. Он сделал аккуратный глоток, медленно придвигаясь в сторону замеченного мужчины.       Язык обожгло приятным привкусом, он тут же бросил короткий взгляд на свой бокал. Бледно-золотистый напиток наполнял его, дополняя не только нежным запахом, но и маленькими матовыми пузырьками, что тихо лопались на поверхности жидкости. Шерлок сделал еще один глоток, в попытке прочувствовать полностью вязкий вкус меда на языке, что перетекает из жгучей сладости в яркий миндаль, заканчивая деликатным послевкусием, что следует за ним дольше, чем он пытается найти свою цель в толпе.       Холмс подходит к мужчине, легко, будто бы на пробу, касаясь чужого плеча, ожидая реакции. Преследуемый обернулся, но перед этим спешно закончил диалог с кем-то, кто поразительно был похож на него. «Близнецы?» — пронеслось в голове у детектива. Второй мужчина в очках явно был недоволен появлением Шерлока, но тот спешно переложил вину на прерванный разговор, даже не догадываясь об истинной причине такой реакции. — Мистер Математик, кто же думал, что я встречу Вас сегодня! — Холмс вежливо склонил голову в приветствии, стараясь соответствовать своему образу.       Шерлок заметил легкое непонимание в глазах нового собеседника, его ладони немного вытянулись в каком-то неловком жесте, но после он заметно собрался и поспешил ответить: — Мистер Холмс, я тоже рад видеть Вас. Честно, я не ожидал встретиться с Вами где-то еще после «Ноатика», только, — он снова замолчал на какое-то мгновенье, — спешу обратить ваше внимание на то, что это поместье семейства Мориарти, так что я точно должен присутствовать здесь.       И эта снисходительная улыбка добила отчаявшегося Шерлока, вызывая у него тихий смешок над самим собой, который он приглушил кулаком свободной руки. — Прошу прощения, я даже не обратил на это внимания. — Холмс приложил раскрытую ладонь к сердцу, дополняя ее смущенной улыбкой. — В этом нет ничего такого, ведь я не помню, чтобы именно мы присылали Вам приглашение. — Уильям показал широким жестом в сторону своего младшего брата, — Льюис занимается всем, что касается организацией подобного рода мероприятий, поэтому не думаю, что мы могли бы упустить это. — Да, все абсолютно верно, — Шерлок замялся, смутившись своего желания назвать мужчину напротив «Лиам». — Я получил письмо с приглашением на вечер от своего давнего друга. — И как давно вы знакомы? — Мориарти повысил заинтересованность в голосе и придвинулся корпусом ближе к мужчине. — Не могли бы Вы познакомить меня с ним? Пусть я и не глава семейства, но думаю, что в будущем связь с четой Мориарти может оказаться полезной каждому.       Холмс вздохнул через зубы, стараясь не издавать слишком много шума, что может быть понято не так. Только сейчас он вспомнил, что этот его давний друг даже перед ним не представился нормально за все годы общения. Это заставляет его понервничать, но теперь не только из-за самой тайны, а из-за того, что это нужно как-то адекватно преподнести человеку, который вызывает интерес в общении. — Он еще не приехал, задерживается. — Но список приехавших совпадает со списком приглашенных. Мистер Холмс, Вы точно уверены, что Ваш друг не находится здесь? — Точно, он всегда задерживается, а со списками могла быть ошибка. — Я уверен в наших работниках, так что ошибки быть не может. — Тогда мне стоит поискать, может Вы правы. — Давайте я составлю Вам компанию, раз Вы один.       Шерлок сдержал стон раздражения, ощущая, будто с ним в наглую играются, но не может же один из хозяев вечера относиться к гостям так? Верно, не может, поэтому Холмсу стоит оставить свои нервы где-то в стороне. — Если то Вас не затруднит. — Нисколько.       Уильям прошептал что-то своему Льюису, попросив Холмса чуть-чуть подождать. Лицо младшего Мориарти не выглядело дружелюбным по отношению к детективу, но тот со всем упорством игнорировал это. Люди разные, всем не угодишь, а натыкаться на скандал с одним из братьев Мориарти сегодня он не хотел.       Шерлок сделал еще пару глотков игристого за время, пока двое спешно переговаривались о чем-то. Жаркий, но тихий спор завершился после того, как Уильям похлопал Льюиса по плечу, пронзительно глядя в его глаза. С уст младшего сорвалось раздраженное «ладно», и математик вернулся к Холмсу, вытягивая свой бокал вперед: — Nyetimber Classic Cuvee? Прекрасный выбор, Мистер Холмс, — Уильям улыбнулся, незаметно подмигивая. — Если быть честным, я даже не разбираюсь в сортах, взял то, что предлагала ваша прислуга. — В любом случае вам повезло, так как мой старший брат мог добавить свои любимые и странные сорта вин, которые кажутся мне слишком вульгарными. — А как Вы поняли, что это именно тот сорт, который был назван Вами? — Шерлок действительно заинтересованным тоном обратился к мужчине, что шел сбоку. — В первую очередь, я довольно-таки часто прошу его к вечернему столу в обычные дни, меня будоражат те нотки, что проскальзывают в нем. Достаточно многослойный вкус, если так можно выразиться. — Хах, я тоже заметил некую долю контрастности в нем, могу понять Вашу симпатию к этому напитку. — Во-вторых, я бы хотел выделить тот факт, что я помогал своим братьям в подготовке мероприятия, поэтому провел маленькую дегустацию некоторых вин. Так что я могу с полной уверенностью различить на глаз около пятнадцати сортов, что будут представлены на сегодняшнем вечере. — Уильям обвел зал рукой, как бы обращая внимание Холмса на изобилие алкогольного напитка. — Хотите сказать, что Вы выпили пятнадцать бокалов вина? Надеюсь, что не в один вечер. — Шерлок спрятал улыбку в очередном глотке. — Оставлю эту загадку на Вас. — Уильям тоже пригубил напиток из своего бокала, прикрывая смеющийся взгляд. — Ох, боюсь, что я не смогу понять разум математика. — Это так сложно, Мистер Холмс? — Учитывая мои нулевые способности в этой научной сфере — да. — Мне кажется, что Вы нагло принижаете свои знания. — Как-нибудь Вы убедитесь в этом лично.       Мориарти вопросительно посмотрел на детектива после этой фразы, на что Шерлок лишь недоумевающе пожал плечами, делая вид, что не понял чужого желания узнать ответ. — А что за сорт в вашем бокале, — очередная задержка, — Уильям. — Elegante Medium Dry Amontillado, — блондин собирался продолжить свою речь, но был прерван. — Любите испанские продукты? — Просто меня привлекло его интересное сочетание с дорогими сырами. Прекрасно расцветает ореховое послевкусие в союзе с изюмными нотками. — Звучит интересно. — Мистер Холмс, Вам не кажется, что мы отвлеклись от нашей изначальной цели. — Мориарти приостановился, смотря в глаза Шерлоку. — О чем Вы? — Холмс натянул глупую улыбку, в надежде своего спасения. — Если мне не изменяет память, мы занялись поиском Вашего друга или что-то не так?       «Много, что черт возьми, не так, много»