Аддиктивный синдром

На утро следующего дня после незабываемого свидания Джером Эванс сбежал. Питер — напарник Дитера, один из бывших телохранителей Эванса, оказался предателем, подчиняющимся испанцам. Усыпил охранников и вытащил Эванса из защищенное крепости, словно похищенную принцессу. Мужчина столько лет служил Каттерфельду, что Клаус даже не заподозрил в нем потенциального врага, когда прореживал ряды подчиненных четыре года назад. Бесновался не один лишь Клаус, но и Дитер. Как признался мне телохранитель, пускай они с Питером не были близкими друзьями, однако он не ожидал такой подставы. Я боялся, как бы этот Питер не слил Мартинесам информацию о тайных союзах с итальянцами и французами. — Если бы слил, Тобиас попытался пресечь их любой ценой. Что-то мне подсказывает, что Питер умолчал об этом. Почему? Ох, я предвкушаю, как словлю эту крысу и поиграюсь немножко! Мой нож заскучал! Что ж, я был только за, чтобы Клаус развлекся с предателем, вот только поймаем ли мы этого Питера? Очень хороший вопрос. Он ведь не только помог Эвансу сбежать из защищенного здания, но и забрал еще одного пленника — Дамиана Гонсалеса, того самого испанского телохранителя, что жил все эти годы под одной крышей с Джеромом! Однако прибавилось ли у нас проблем? Как оказалось, нет. — Не понимаю! Мы ведь знаем, где скрывается Эванс! Мне ничего не стоит пойти туда и приволочь кошака обратно к боссу! — негодовал Клаус сразу же после встречи с боссом, когда все прознали о побеге. — Знаешь, что он мне заявил?! «Джером вернется». Вот и все, черт возьми! — А ты не думал, что он действительно вернется? — Да кто его отпустит?! Там ведь слетелось все змеиное кодло! Альваро, Мартинес с этим своим подставным наследником! Хах, да Эванс в жизни не вернется! — Успокойся, Клаус. Дыши, — приободрительно улыбнулся я и погладил колючую щеку. — Мы знаем, что Эванс хорошо умеет бегать и сбегать. Почему ты не веришь боссу? Если он так уверен, что муж вернется, так оно и будет. Ты ведь не держал свечи и не знаешь, что там между ними происходило эти недели. Тебе не кажется, что мистер Каттерфельд все же вновь завоевал его сердце? — Мне бы твой оптимизм. Все не бывает так, как в сказках. — Да что ты? — протянул я, привставая на носочки, чтобы легко поцеловать Клауса. — Немного веры в сказку тебе не помешает. — Когда это мы поменялись ролями? Обычно я, а не ты, тот самый оптимист. — Что ж, ты заразил меня. И вскоре, как по волшебству в канун Рождества Эванс вернулся. Прибежал сам, сбежав из того самого кодла, бросившись в объятья любимого. Все случилось, как и пророчил Каттерфельд. Эванс вернулся к нему, и в этот раз — навсегда. Вечером двадцать пятого декабря состоится вечеринка для посвященных в наш небольшой преступный мирок четырех стран. Должны были собраться все, чтобы Тобиас действительно понял: племянник побеждает, а на его руках все карты. Там покажутся французы во главе со Стефаном Лораном, итальянцы с Нарциссо Корренте, испанцы с Альваро Мартинесом и, конечно же, оба Каттерфельда со стороны немцев. Это первая подобная вечеринка, но она же и расставит точки во всех вопросах. Еще чуть-чуть — и долгожданный конец. Уже завтра я вернусь в Мюнхен, а вместе с нами и Джером Эванс, добровольно. Вскоре Каттерфельд убьет Тобиас и вернет сына. А мы с Клаусом… мы заживем так, как никогда не жили в мирном мире, посвящая каждый день друг другу. В новом амплуа, как супруги. Утром Клаус уехал проверять последние приготовления к вечеринке, а ко мне заявился Мартин. Он был без ума от того, что, наконец, встретится с Джеромом. А еще он был рад, что голубки снова сошлись, ведь теперь Мартин будет больше видеться с другом, когда тот вернется в Мюнхен. А еще Мартин волновался из-за вечеринки, ведь на ней он впервые покажется всем любопытным, как возлюбленной Миранды Каттерфельд. Они, кстати, тоже будут там, что радовало уже меня. Клаус будет таскаться за боссом, охраняя того из-за присутствия Тобиаса, а мне придется чахнуть в одиночестве. Хоть Мартин меня развлечет. Для меня это тоже первое серьезное появление в обществе. Отец никогда не представлял меня, как наследника, а сейчас я явлюсь сразу, как глава семейства. Новый статус. Новые возможности. Больше нет причин скрывать ни от кого, что я узурпировал власть, свергнув отца с места, что он занимал десятилетиями. Единственная проблема, которую я видел во всем этом — Теодор. Удастся ли мне скрыться от него? Хах, размечтался! Снова начнется игра. Снова разговоры о Теодоре. Как же мне хотелось по-человечески расставить все на свои места и забыть о его существовании. Как утолить его вину, ставшую причиной одержимости, если я не собирался его прощать?.. Мартин убежал по первому же звонку Миранды готовить к вечеру, а я погрузился в очередную книгу, пока не пришел Аларик с костюмом, который Клаус заказал специально для сегодняшнего вечера. Мартц вернулся через пятнадцать минут, сопроводив меня в машину. Ехать к месту проведения пришлось долго. Им стал загородный дом, где Каттерфельды не раз организовывали званые ужины ранее, когда бывали в Лондоне. Вокруг добрый участок леса на несколько километров вокруг и никакой цивилизации, кроме проложенной около поместья трассы. Я не разбирался в архитектуре, но мог сказать, что дом чем-то напоминал старые поместья аристократов викторианской эпохи из старых картин. Пускай стены построены из камня, перегородки между комнатами, крыша, как и весь интерьер был выполнен из дерева. Старое поместье, скорее всего, переделали не под жилой дом, а под место для собраний элиты. Не знаю, был ли сделан ремонт в остальных комнатах, но над главным залом, занимающем практически весь первый этаж, явно потрудились опытные дизайнеры. Светлые стены, сплошные картины, длинные столы для фуршета, место для танцев и небольшие комнатки для отдыха прямо, как на древних балах, которые я видел в фильмах. И все же от сказочного бала этот вечер разительно отличался. Столько головорезов, я прежде не видел в одном месте! Это я о телохранителях, которых было раза в три больше, чем самих гостей. За каждым из гостей ходило двое-трое, а я был счастлив, что со мной Мартц. Мы приехали одними из последних. Клаус сопровождал Каттерфельда с мужем. Сегодня он будет с боссом все время. Конечно, это расстроило меня, ведь я совершенно не знал, как вести себя, а Клаус, мой верный учитель по жизни, был занят. Утром перед тем, как уйти, он приказал Аларику: — Не спускай с него глаз. — Будет сделано, лейтенант. И телохранитель и правда не спускал глаз. Сначала ходил рядом. Если бы не он, я бы сошел с ума от скуки. После приехал Мартин с Мирандной, и Аларик растворился в толпе, изредка подавая признаки присутствия за несколько метров от меня. Миранда превратила Мартина в крышесносного мужчину. Таким я не видел друга ни разу. Что уж говорить, да он бы в жизни не напялил костюм по собственной воле! Он немного подстриг длинные волосы, повязав те в низкий хвост. Его возлюбленная так же была невероятной. Пускай за время осмотра зала я видел сотни красивых женщин — как супруг, так и наследниц чьих-то семей, Миранда была исключительной. Высокая блондинка с ярко-голубыми глазами. В глаза бросалась алая помада, что подчеркивала пухлые губы. Мартин так и не признался, как ему удалось похитить сердце такой женщины! Последними прибыла чета Каттерфельдов. Каждый гость обратил внимание на Каттерфельда, который под руку вел Эванса. Откровенно говоря, мне были не так интересны они, как телохранитель, что шел позади, буравя всех подозрительных личностей взглядом. Когда его взгляд зацепился за меня, Клаус улыбнулся и кивнул. — Прекращай влюбленно пялиться на ублюдка, — потребовал Мартин, вставая передо мной. — Пошли лучше поприветствуем знакомых. — Правда ничего, что я буду с вами весь вечер? Я просто не представляю, что делать на такого рода мероприятиях. Миранда, что обнимала Мартина за талию, удивленно приподняла бровь. — Ты нам не мешаешь, — спокойно ответила она. — На самом деле Мартин нашептал мне на ушко о твоем плане с центром кардиологии. Если ты еще не искал потенциальных инвесторов, то я могла бы помочь найти несколько отличных. — Правда?! — просиял я. — Конечно! Я еще не искал, но думал. Не плохо было бы заиметь реальные связи с Вагнерами. — Хорошие кандидаты. Можем с них начать. Я где-то мельком видела младшую дочь Вагнера. Пошли поищем. Мартин закивал головой, полностью согласен с планом, и мы отправились к буфету, начав искать семейство Вагнеров. На вечере не присутствовал глава семейства в виду преклонного возраста, зато сегодня засветились его дети. Последний раз я видел старшего сына их семьи, наследника, на похоронах Викинга. С Сабиной мы расстались не на самой приятной ноте немного позже. Я уже толком и не помнил, в чем состояла причина ссоры, так как тот роковой день был наполнен судьбоносными событиями. Дениц. Кладбище. Сердечный приступ. Клаус… Из-за яркого макияжа я сначала не узнал женщину. Посчитал, что она супруга наследника Вагнеров, пока к нам не подошла еще одна женщина, приобняв мужа. — Отойдем? — шепотом спросила Сабина сразу после приветствия, немного приблизившись ко мне. — Конечно. Сабина, словно не первый раз бывала в этом здании, легко кивнула в небольшой затемненный уголок за одной из гигантских монстер, что дополняли интерьер зала. Сабина присела на один из стульев и облегченно вздохнула, когда распрямила ноги. Каблуки ее явно вымотали больше, чем взаимодействие с людьми нашего круга. — Я и не узнала тебя, как увидела, — неловко улыбнулась та, пригладив платье молочного цвета. — Я помню тебя еще двадцатилетним ребенком, а теперь ты мужчина. Аж не верится… — В моей жизни произошло множество изменений. — Я слышала. До сих пор не верится, что… — Что я свергнул отца? — усмехнулся я, но Сабина имела ввиду совершенно иное. — Что ты с Эйзенманном. Не знаю, помнишь ли ты, но я еще в первую нашу встречу предупреждала насчет него. Он очень опасный тип, Отто. Теперь у тебя есть власть семьи и собственные люди. Если Эйзенманн тебя достает или угрожает… Я не смог сдержать улыбку. Помнится, Сабина назвала Клауса психом, и не ошиблась. Однако это мой любимый псих. Достает? Угрожает? Разве что в постели или когда я съедаю в тайне больше сладкого, чем положено. — Клаус Эйзенманн мой жених, — гордо произнес я и показал кольцо, идеально сидящее на безымянном пальце. Я носил его уже так долго, что под серебром на коже осталась неисчезающая отметина. — Ж-жених?! — заикнулась та, округлив глаза. — Официально мы об этом не собираемся заявлять. Думаю, весной проведем скромную свадьбу. — То есть ты… О Господи! Подожди, дай мне прийти в себя!.. Женщина оглядела толпу, найдя в ней Каттерфельда, а после и Клауса. Снова посмотрела на меня. В ее глазах мы никак не вязались, как пара. В особенности, зная, какие слухи раньше окружали Клауса. Он был тем еще бабником. А теперь он мой и только мой. — Если ты счастлив, то какая разница, что подумают остальные, верно? — Сабина пропустила нервный смешок и подняла на меня взгляд. — Я позвала тебя, чтобы извиниться за тот случай. Я правда хотела тебе помочь. Если бы не моя семья, я бы сделала все, чтобы помочь тебе. Ты был так дорог Алексу… Каждый раз, как прихожу на его могилу, вспоминаю о том, как не вышло тебе помочь. А я ни разу не посещал кладбище с момента, как увидел могилу Теодора. У меня ни разу не возникало желания принести цветы матери или Викингу, в особенности, после Италии. — Я бы хотела изменить ситуацию в будущем. Моя семья слишком на меня влияет. Сейчас я пытаюсь отделить от Вагнеров. Нашла новую работу. Теперь я работаю врачом в частой клинике, но, как видишь, не так-то просто избавиться от имени семьи… Они по-прежнему считают, словно я их собственность. Планируют брак моей дочери без моего ведома. Я пытаюсь, как могу, Отто… Жизнь Сабины Вагнер складывалась не лучшим образом. Семья подавляла ее, как и меня однажды. Бремя фамилии легло на ее плечи, и она не могла найти выход. Еще немного, и Сабина сдастся. Как и я однажды. — Если бы вы не позвали меня, я бы предложил вашему брату вести дела со мной в будущем, но теперь я думаю, что иметь таких союзников, как Вагнеры, не лучшая идея. Стоит только вспомнить, как они предали мистера Каттерфельда однажды… Сабина потупила взгляд. Ей и самой не нравилась ситуация, которая сложилась. — А что за дело? — спросила та, попытавшись развеять затянувшуюся тишину. — Я собираюсь основать центр для лечения и изучения сердечных болезней. Конечно, у меня достаточно средств благодаря собственному состоянию и тому, что оставил Викинг. Клаус тоже собирается вложиться. И все же мне нужны инвесторы, чтобы дело выгорело. Как вы сами понимаете, медицинское оборудование дорогостоящее, как и найм опытных специалистов… Цель моего присутствия на этом вечера как раз и заключается в поиске спонсоров. — Помнится, у тебя были проблемы с сердцем… Это потому ты хочешь вложиться в такое дело? — Это одна из многих причин, почему я заинтересовался данной тематикой. Еще я обучаюсь на медицинском. Правда, мне пришлось академ из-за личных обстоятельств, но я планирую вернутся к учебе уже в этом году. — Ничего себе! — искренне поразилась женщина, ничего не слышав об этом из слухов. Конечно, Клаус пресекал все утечки информации обо мне ради защиты, кроме одной — о том, что мы вместе. — Пока что это лишь задумка, но… — Я могу поучаствовать в твоем деле? — Каким образом? — не смог скрыть я удивления от внезапного вопроса. — У меня есть много знакомых в этой сфере. Я могу помочь подыскать кого-то для тебя. Что сказать, я и сама не прочь поработать в любой организации, куда не дотянется рука Вагнеров. Пускай у меня недостаточно денег, чтобы стать спонсоров, однако помочь я имею возможности! Не думаю, что Клаус обрадуется Сабине в нашем с ним деле, но почему бы и нет? Женщина явно сожалеет о том, что произошло между нами, и пытается загладить вину. А еще это прекрасный шанс для нее порвать связи с семьей. Вагнеры ничего не смогут сделать мне в отместку из-за Клауса. Дальнейший разговор сосредоточился на моем видении центра. Сабина поправляла меня в некоторых моментах, советуя, как должно быть, или как быть не может. Все приговаривала, что понимание общей картины придет ко мне после того, как я закончу практику и обучение. Я признался, что хочу выбрать специализацию в кардиологии, но еще не уверен, какую именно. Для мне стало открытием, что Сабина специализируется на фармакологии — вот это ее основное направление. Еще в нашем разговоре проскользнула тема об Эвансе и Каттерфельде, к которым было приковано все внимание. Как оказалось, все на вечере так и шептались о настоящей личности Эванса. Больше это не было секретом. Вернее, больше не было причин хранить тайны, когда мы стояли за шаг от победы. К тому же, эта правда ослабляла позиции Альваро Мартинеса, что так же входило в план Каттерфельда. Вскоре нас отыскал Мартин и потянул меня обратно в зал. Напоследок мы обменялись с Сабиной контактами, чтобы не терять связь. Миранда провела меня по всем потенциально заинтересованным личностями немецкого круга. К испанцам мы не подходили, как и к итальянцами. А вот к французам меня занесло неожиданно. Миранде нужно было отойти в уборную и Мартин пошел провести ее, оставив меня возле столиков с фуршетом. Там я и натолкнулся на Барбару. — Ищу тебя уже битый час, а ты вот где? Лопаешь сладости, пока Клаус не видит? — Как же я рад вас видеть, Барбара! — потянулся я к женщине, обняв ее. — А где мистер Лоран? — Да вон сидит со своими друзьями. Обсуждают гольф. Это его новое хобби. Хочешь поздороваться? — Ага, — замотал я головой, запихивая в себя первое канапе с момента приезда. — Погоди, дай я тебя помучаю немножко, а после пойдем, — Барбара начала поправлять мою прическу и галстук. — Скажи мне чисто по секрету, вы уже выбрали дату свадьбы? — Барбара! — я подавился канапе и закашлялся. — Это Клаус вам сообщил?! — Чисто по секрету. Хитро прищурила та глаза и убрала крошку возле моих губ, словно я какой-то ребенок! — Я не хочу пышного застолья. Мы просто тихо распишемся и отправимся в медовый месяц. Хотя, наверное, мистер Каттерфельд позволит Клаусу улететь только на неделю или две. — Мой первенец женится! Будь хорошим мальчиком, милый, и не лишай меня возможности поплакать на свадьбе! — Ладно, — вздохнул. — Небольшое застолье я могу представить. Только мы с Клаусом и семья Лоран. Больше никого. — Тебя на большее и не уломаешь. Знаешь, я тут нашла прекрасное место для церемонии… Вскоре вернулся Мартин. Миранда ушла по делам, так что он был сам. Я представил его Барбаре и мгновенно пожалел, что свел сплетников! Они начали планировать мою свадьбу уже вдвоем. Барбара нажаловалась на меня, и я понял, что на моей свадьбе будет еще, как минимум, двое гостей — Мартин и Миранда. А ведь мне хотелось провести все тихо! Пока они обсуждали мой будущий наряд, я незаметно слинял к Стефану. Поприветствовал его и быстро влился в разговор четырех мужчин. Один из них был старше меня всего на несколько лет, но уже был главой семьи, как и я. Мы легко нашли с ним общий язык. Не удивительно, что только обретший власть и желающий показать себя, он заинтересовался моим проектом с центром. Наш разговор подслушали приятели Стефана и любопытно развесили уши. Кстати говоря, Стефан Лоран гордо представил меня, как жениха своего пасынка! Они с Барбарой имели серьезные планы на меня еще с нашей первой встречи! У меня было хорошее настроение. Я выпил бокал шампанского, которое Клаус торжественно разрешил мне сегодня утром, и плотно заел все сладостями. Наблюдал, как Клаус исчез вместе с Каттерфельдом, поднявшись на второй этаж. Вскоре туда поднялся Альваро Мартинес. Каттерфельду предстоял разговор со свекром, ради которого был организован весь вечер. Разговор, который станет причиной окончания затянувшейся войны. Я улыбнулся своим мыслям и перевел взгляд на Мартина, когда тот начал настойчиво дергать рукав моего пиджака. — Пошли к Джерому, а то он сметет от волнения целый стол канапе. — Не хочу портить ему вечер. — Кто испортит? Ты?! — громко возмутился Мартин, задергав еще сильнее. Вновь задергал мой рукав, прямо как ребенок, что просит у мамы купить игрушку. — Ну, Отто, я ведь говорил, что хочу, чтобы мы все подружились! Пожалуйста-пожалуйста! — Ладно, — вздохнул я, все еще поражаясь стремлению Мартина свести нас троих. — Иди и проверь в настроении ли он. Если нет, даже не смей уговаривать его подружиться со мной, как меня сейчас. — Да Господи, хорошо! Я тебя уверяю: Джером самый всепрощающий человек, которого я когда-либо видел! Ты бы знал, сколько раз он терпел и прощал Каттерфельда! Да он мать Тереза во плоти!.. — вскрикнул мужчина и затих, как только на него начали оборачивать другие гости. — Э-э, я к тому, что и тебя простит. Ты ведь помог ему с болезнью. Искренне попросил извинения. Вину загладил. Что еще нужно? — Если бы все было так просто… Мартин похлопал меня по плечу и устремился к Джерому. Пока ждал Мартина, Барбара вновь затянула меня в тему о свадьбе. Как бы я не пытался послать глазами сигналы Стефану, тот лишь подмигивал мне, не собираясь спасать. Нас окружили жены других французских семей. Так как Барбара была главой их небольшого женского коллектива, ее считали главной. Соответственно, как будущему члену ее семьи, мне уделили море внимания. Барбара попросила своих девочек поискать какой-то подходящий наряд и я просмотрел сотни фотографий костюмов с нескольких телефонов. Какой-то дурдом, честное слово. «Когда мы поедем обратно?» — написал я Клаусу, надеясь, что тот не слишком занят. Перед этим я как раз видел спускающегося со второго этажа Мартинеса. Разговор окончен, вот только с каким результатом — хороший вопрос. Узнаю подробности, пожалуй, уже в отеле. В голове сплошная каша из свадебных нарядов, места проведения, сотней вариантов тортов и блюд. «А что? Мама занялась тобой по полной?» «Не то слово! Она устроит с нашей свадьбы черти что!» — мгновенно написал я ответ, как только отписал Клаус. «А я говорил тебе, что все не будет так просто, малыш. Вот увидишь, она еще и место для медового месяца выберет.» Его грустный смайлик в конце заставил меня улыбнуться. «Думаю, еще час и будем ехать в отель. Завтра утром у нас самолет. Развлекайся, пока можешь.» Барбара заглянула в мой телефон и усмехнулся. «Не пей больше одного бокала. Я все узнаю», — пришло еще одно сообщение вдогонку и женщина не смогла сдержать смешок. Ну почему все в этой семье обращаются ко мне, как ко второму ребенку после Рары?! Когда я увидел Мартина, который примчался ко мне крайне напряженным, стало не по себе. Как оказалось, они мило беседовали с Эвансом, пока к ним не полез Мэтью Мартинес — тот самый подставной наследник, который тоже сегодня был здесь. Не знаю, что там происходит между этими двумя, но Мартину тоже крайне не понравилось, как Эванса потащили в неизвестном направлении. Благо охраны было море, о чем я напомнил Мартину. Волноваться за Эванса нет причин. Однако вскоре я понял, что ошибался. — Какого черта?! — чертыхнулся Мартин, когда мимо нас пролетел все тот же Эванс, побежав к лестнице со всех ног. — Не знаю, что происходит, но я за ним. Я не успел ничего ответить, как Мартин полетел за другом. Там же на огромной лестнице мужчины и остановились, как только встретили спускающегося Тобиаса Каттерфельда. Я впервые увидел главного злодея за весь вечер, как внезапно ощутил чей-то взгляд позади. Резко развернувшись, я прошелся глазами по гостям, пока не заметил идущего в мою сторону Лучано. Заметили, что я остался сам? Найдя взглядом Аларика я кивнул ему в сторону комнат для отдыха. В два счет мужчина оказался у меня. Помещение было маленьким. Несколько диванов, столик, на котором стоял график с водой и несколько стаканов, ну и длинная штора от высокого потолка, что закрывала собой всю стену. К счастью, никого здесь не оказалось. Войдя, я закрыл изнутри дверь. — Пускай ломиться в дверь, мне все равно. Я не буду разговаривать с ним. — Подождем лейтенанта в комнате отдыха? — спросил Мартц, наливая последнюю воду в стакан и выпивая всю залпом. Кажется, кто-то очень хотел пить. — Да, осталось недолго. Какой же ужасно выматывающий день, но я был рад, что он подходил к концу. Я нашел потенциальных спонсоров, что заинтересовались идей и попросили связаться с ним, как только я всерьез займусь проектом. Поговорил с Сабиной, найдя в бывшей знакомой возможного помощника и будущего сотрудника. Практически выбрал наряд для свадьбы и место проведение церемонии благодаря Барбаре. Ну и, самое главное — избежал нежелательной встречи с братом. Да, пожалуй, день прошел не так уж и плохо. — Как думаешь, что за теми дверями? По звукам, наверное, кухня? — спросил я у Аларика, который внимательно слушал разговоры телохранителей Каттерфельда по рации. — Да, там кухня. — Думаю, там должна быть уборная для персонала. Схожу туда. — Не хотите выходить и встречаться с доном Корренте? — догадался Аларик. — Мне сопроводить вас? — В уборную? — усмехнулся я. — Не ребенок, сам схожу. Лучше охраняй двери, чтоб итальянцы не вломились, когда брат психанет. Ну правда, Нарциссо может. У него такие же эмоциональные качели, как и у меня были под амфетамином, если не хуже. Да и откуда ему знать, что комната отдыха соединена с кухней? Не будет он меня там искать. Отсижусь с Алариком оставшийся час в тишине и покое и поеду домой. А там Клаус, джакузи, теплая постелька и поцелуи на ночь. Что может быть лучше? Впервые видел подобную кухню, переделанную прямо, как кухня в каком-то заведении питания. Она была такой огромной, что я едва ли нашел в ней хоть одного человека, чтобы спросить, где находится уборная. Женщина пошутила, что у них сегодня всего один шеф-повар и несколько помощников, а все официанты в зале. На кухне немноголюдно. Готовить особо-то и не нужно. Одни канапе да шампанское. Любезная старушка провела меня к уборной, подумав, что я настолько не сдержался, что не добежал до туалета для гостей. Пускай мне было стыдно, встречаться с Теодором в мои сегодняшние планы не входило. Я видел его мельком во время приема. Его темная макушка сверкала то там, то тут, постоянно где-то неподалеку от меня. Брат будто превратился в шпионов, что подсылал ко мне. Исподтишка наблюдал, похищая моменты из моей жизни… Еще в туалете я заметил, что-то неладное. Глаза непроизвольно начали слезиться. Подступила тошнота, а в горе заскребли кошки. Я умылся, списав симптомы на алкоголь. Я выпил первый бокал за годы воздержания. Не удивительно, что меня разморило. Не удивительно… Резко схватившись за умывальник, я ощутил, как перед глазами все поплыло. Мысли путались. С трудом получалось сделать вдох. Какой-то едкий запах ударился в нос. Вонь от уборной?.. Я пихнул двери уборной вперед, видя, как передо мной в панике бегают люди вместе с той старушкой. Краем глаза заметил, как разбилось окно. Секунда — и из улицы кто-то закинул в кухню еще что-то. Что-то, что вызвало мгновенный взрыв. Я видел огонь. Много огня, что захватил все просторное помещение за несколько секунд. Древние люди боготворили огонь, но этот же дар богов стал погибельную для многих на этой кухне. Взрывная волна откинула меня назад. Мгновенная вспышка боли во всем теле. Шок. Запах горелого мяса и меди. Жарко. Так ярко. Огонь. Столько огня. Красивое и смертельное алое море. «Я знаю, на что готов пойти папа ради уничтожения сына Райлана. Однажды он окончательно потеряет себя и сделает что-то такое, что может не оставить от нас ничего.» Как же Миранда была права. Тобиас поставил все, чтобы выиграть. Даже подорвал дом с его любимой младшей дочерью. «Отто, посмотри на ситуацию под другим углом и задай правильный вопрос: что в итоге останется от каждого из нас после окончания войны? Хэппи-энды существуют лишь в сказках.» Я был слишком наивен, поверив в счастливый конец для каждого из нас. В жизни столько непредсказуемых поворотов событий, что никогда до конца нельзя предсказать, как в итоге все обернется. Так и мне не стоило мечтать. Мне двадцать шесть, а до сих пор все тот же мечтательный мальчик. Клаус заставил меня поверить, что моя сказка окончится счастливо, однако… Море огня заставляло метал на моем безымянном пальце накалится, навсегда оставляя на моем теле напоминание, что я принадлежу одному единственному человеку. Человеку, которому я так и не смог произнести свадебную клятву.