Тор. Дитя Асгарда

3 года спустя… Это лето в Льесальфахейме выдалось богатым на солнечные деньки. Иногда изнуряющая жара стояла неделями, уступая свое место лишь легким дуновениям ветра и дождю. Теплые капли едва ли могли утолить жажду земли в полной мере, быстро испаряясь с поверхности. Радовало лишь то, что лазурное небо иногда от нас заслоняли кучевые облака. Они служили единственным укрытием от палящего солнца. Бедные садовники главного дворца замучились ухаживать за цветами и кустарниками. Они с утра до вечера суетились среди аллей и больших клумб, помогая растениям справиться с капризами погоды. Вода в фонтанах и искусственных прудах испарялась на глазах. Слугам приходилось самостоятельно пополнять запасы, принося два раза в неделю несколько ведер к источникам. Остальная же прислуга предпочитала оставаться в прохладных комнатах и заниматься не слишком тяжелыми делами. Их освободили от ежедневной стирки, глажки и уборки. Также было принято решение перенести обед ближе к закату и накрывать его не в обеденном зале, а в гостиной, дабы не заниматься сервировкой большого стола. По вечерам все выбирались на улицу подышать свежим воздухом и насладиться прохладой предстоящей ночи. На изумрудную лужайку выставлялись столики и приносились большие подушки. После сытного ужина старшее поколение играло в карты или шахматы, а молодежь прогуливалась по саду, который освещался тысячами изящных фонарей. Сегодняшний день не стал исключением. Рано утром состоялся завтрак, после чего бароны и баронессы отправились попивать прохладительные напитки в библиотеку. Я же осталась в музыкальной зале, окна которой выходили на лужайку. Двери на улицу еще не закрыли, поэтому шелковые шторы развевались на ветру, создавая приятный шорох. Издалека доносились пение птиц и шумные разговоры. В воздухе улавливался нежный аромат пионов и розовых деревьев, которые еще не успели отцвести. Я сидела за музыкальным инструментом и наигрывала незатейливую мелодию, наслаждаясь уединением и такой недолгой тишиной. Я знала, что скоро наступит время для важных дел. Ежедневные хлопоты и поручения. Они утомляли своей необходимостью и важностью, но их выполнение не терпело отлагательств. Моя жизнь стала размеренной, спокойной и расписанной по минутам. Я знала чем буду заниматься, скажем, после обеда или же перед сном. Знала, с какими важными людьми королевства следует поговорить на этой неделе, а какие встречи отложить. Я беспрекословно следовала графику, не потому, что это доставляло мне огромное удовольствие и радость. Нет. Скорее наоборот. Но это было мое обещание. Моя клятва. Я добровольно согласилась стать хозяйкой, добровольно стала важной деталью в одном большом механизме, заменив другую деталь. Потому что так было надо. Так велел мой разум, моя душа и мое сердце. - Его Высочество, Тор. Старший сын великого Одина. Принц Асгарда! – громко оповестил слуга о приезде моего отца. От удивления я даже прекратила игру на фортепьяно. Никто не ожидал увидеть громовержца на планете темных и светлых эльфов так скоро. С его прошлого визита прошло не больше трех дней. Значит, в Асгарде что-то стряслось. Очень важное и серьезное. Я занервничала. - Здравствуй, отец, - поздоровалась я с ним, как только он появился на пороге. Тор быстро зашел в комнату. Его лицо было мрачным. Каждая черта выражала тоску и горечь. Он скорбел. Все говорило о том, что бог грома являлся гонцом с плохими известиями. Я нервно сглотнула и замерла на месте. - Что-то случилось с мамой? Как только я произнесла этот вопрос, у меня перед глазами тут же всплыл родной силуэт Джейн. Время ее не щадило, как бы ученые Асгарда не пытались продлить жизнь возлюбленной бога грома и молний. Тщетно. Мама угасала день за днем. На ее лице появлялось все больше и больше морщин, а с губ исчезла прежняя беззаботная улыбка. В волосах начала проступать седина. Пожалуй, только темно-карие глаза остались неизменного шоколадного оттенка, излучая все те же свет и теплоту. Мне было невыносимо больно. Каждый раз перед сном я смотрела на свое отражение в зеркале и видела всю ту же двадцатилетнюю девушку с рыжей копной волос. Естественно, за эти три года я практически не изменилась внешне, разве что волосы отросли. Но я знала, что такой я останусь еще многие сотни и сотни лет. Я прекрасно понимала, что когда-то для меня настанет самый страшный день во Вселенной. Я потеряю родную маму, потеряю своих мидгардских родителей, своих друзей. Я потеряю все, что меня связывало с прежней жизнью и навсегда растворюсь в величии дворца. Стану принцессой Сигюн. Навсегда. Этот день должен стать самым страшным в моей жизни, но он неизбежен. Я не могла ничего с этим поделать, как со смертью своей матери. За последний год Джейн перенесла два воспаления легких и бесконечное количество простуд. Ее бесконечная череда болезней в какой-то момент стала для нас нормой. И это ужасало. - Нет, - ответил папа и присел на темно-синий диван. Я выдохнула с облегчением. - Мы тебя не ждали сегодня, - честно призналась я, присаживаясь рядом с ним. Я взяла Тора за руку и попыталась заглянуть в его глаза. Он отвернулся в противоположную сторону, стараясь скрыть свою слабость. - Проблема не в Джейн, дорогая, - произнес Тор после долгого молчания. - А в ком же? – обеспокоено спросила я. – Неужели нашему миру грозит война? - Нет. - Тогда я не понимаю, почему ты так мрачен? Скажи мне. Не томи, - практически потребовала я, внимательно изучая печальное лицо отца. - Один... - начал Тор, но так и не смог закончить. Я выдохнула, почувствовав, как горлу подступают непрошеные слезы. Великий Всеотец находился в состоянии сна вот уже несколько месяцев без пробуждения. Сначала такие сны были редким явлением. Он засыпал раз в год и просыпался по истечению недели. Затем же целебная кома стала обыденным делом. Все сетовали на то, что он слишком утруждает себя государственными делами и совсем не заботится о себе, но только близкие видели, что причина кроется не в физическом истощении, а в духовном и эмоциональном. Всеотец скучал по царице Фригг, переживал за старшего сына, который убивался горем, наблюдая за увяданием любимой женщины, и сетовал на то, что ему так и не удалось устроить жизнь младшего принца. Локи стал нелюдимым, можно сказать диким. Трикстер целыми днями сидел в своей комнате, занимая себя чтением книг или помогая отцу с разрешением проблем в государстве. Он не желал заводить новых знакомств и поддерживать прежние. Бог коварства закрылся от всего мира. Мы редко виделись. Только на торжественных мероприятиях в Асгарде. Нам еще реже удавалось поговорить. Меня постоянно окружали царские советники или дамы, докучая своими светскими разговорами или сплетнями. Да я и сама не горела желанием заводить беседу с ним, прекрасно понимая, что не стоит ворошить прошлое и вскрывать старые раны. Так было лучше для всех. Отныне мы жили разной жизнью. Все вернулось на круги своя. Далекие. Незнакомые. Близкие. - Когда? - задала я вопрос, немного оправившись от шока. - Сегодня на рассвете. Целители сказали, что не в силах сделать что-то еще. Он умирает. Естественной смертью. От старости. Папа закрыл глаза и шумно вдохнул раскаленный воздух. - Тише, - успокоила я его. Мы просидели на диване несколько минут, не проронив ни слова. Я плакала, а папа только постоянно вздыхал, потирая переносицу. - Всеотец прожил долгую и счастливую жизнь. Он взял в жены самую прекрасную женщину всех девяти миров, которая принесла ему сына, наследника. Ледяной мир подарил ему еще одного сына, не менее прекрасного и достойного, чем первый. Старший сын, который со временем превратился в могучего война, стал героем не только Асгарда, но и Ванахейма, Льесальвхейма, Нидавеллира, Мидгарда, Йотунхейма, Свартальвхейма, Хельхейма и Муспелльхейма. После совершенных подвигов, он преподнес своему отцу самый прекрасный подарок – внучку, наследницу престола. Он также женился по любви и готов был всегда пожертвовать собой ради близких ему людей. Младший же сын также стал воином и великим политическим деятелем, - попыталась подбодрить я своего отца. - Способность красиво говорить ты унаследовала от бабушки, царицы Фригг, - грустно улыбнувшись, сказал Тор. Я смотрела на него и видела себя в будущем. Дочь, у которой годы забрали мать и отца. Невыносимо даже думать о таком. Радовало одно – Тор еще не скоро оставит меня. Он стал моей опорой, добрым другом и защитой в этом чуждом мире. Он стал моим отцом. - Не буду скромничать, но это так, - ответила я после короткой паузы. Тор ухмыльнулся и откинулся на спинку дивана. Его состояние немного улучшилось. Во всякое случае, он перестал тяжело вздыхать каждую минуту и хмурить брови. - А какие новости есть у тебя? Чем ты живешь? – полюбопытствовал Тор, сменив тему разговора. Никто больше не хотел говорить о смерти. Не сегодня. Не в этот теплый солнечный день. Я последовала примеру отца, устроилась поудобнее на своем месте и велела слугам подать чай.

***

Главный дворец Асгарда выглядел необыкновенно тихим и опустошенным. Казалось, все здесь застыло во времени. Величественные каменные балконы, помпезные мраморные колонны, опоясывающие здание по кругу, нежные розовые деревья в прекрасном саду Идун поблекли, превратились в жалкие декорации. Они выглядели картонными и плоскими. Бутафория. С последним вздохом царя все потеряло смысл и прежнее очарование. Вместе с ним из этого места уходила сама жизнь. Я боялась закрыть глаза. Боялась моргнуть. Боялась, что в какой-то момент дома, мосты, площади превратятся в руины. В один миг. Стоит только отвернуться. Забыться. Это было глупо, но почему-то я всегда считала, что именно Один является центром мироздания. Источником энергии и сил на этой планете. Он ушел. Что же ждет царство теперь? Я не знала. Издав тяжелый вздох, я поднялась по главной лестнице, которая вела в тронный зал. Он изменился. Праздничные алые ленты исчезли, на их место пришли черные с золотистой окантовкой. Помещение тонуло в мрачных оттенках и свежих розах. Именно эти цветы служили единственными яркими желтыми пятнами среди всеобщего траура. Желтые розы - любимые розы Фригг, когда-то привезенные молодой царицей с ее родной планеты. Спустя столько лет они вновь распустились для того, чтобы сопроводить царя в последний путь. Даже самый равнодушный скептик поверит в судьбу. Мне с трудом удалось найти в себе силы и пройти в центр зала, где на месте привычного для глаза трона расположили тяжелый гроб со стеклянной крышкой. Я судорожно сглотнула и заставила себя бросить быстрый взгляд на мирного Одина. В первые секунды можно было подумать, что царь лишь задремал и видит прекрасные сны. Об этом говорили его расслабленный лоб и губы, застывшие в мечтательной улыбке. Всеотец впервые за долгое время выглядел счастливым. Еще бы... сегодня он воссоединится со своей возлюбленной. Он так долго ждал этого дня, так долго откладывал эту встречу. Я смахнула слезы, льющиеся непрерывным потоком. Скорбь. Бесконечная скорбь, разрывающая сердце. Скорбь, которая мешала дышать полной грудью. Я не могла припомнить такого дня, когда бы мне приходилось столько плакать. Наверно, никогда. Один. Всеотец. Царь Асгарда. Мой царь. Мой свет. Моя опора. Мой дедушка. Мы так мало успели друг другу рассказать. Так мало успели побыть вдвоем. Нас разлучили друг с другом. Отняли сотни беззаботных дней, тысячи счастливых часов, миллионы радостных секунд. Это так несправедливо. Нас лишили возможности насладиться собственной семьей. Если бы не разлука, то горечь от ухода была бы гораздо меньше. Непременно бы меньше. Сейчас же к соленому обжигающему привкусу утраты примешивались обида и злость. Обида за отнятое время. Злость за несбывшиеся дни. Я буду так скучать. Я всхлипнула и осела на пол, почувствовав, как новая волна истерики накрывает с головой. Перед глазами мелькали воспоминания, наполненные эмоциями и чувствами. Все они отдавались новыми спазмами в солнечном сплетении. Они захватывали, заставляли тяжело вздыхать и задыхаться от боли. Мне вспомнились счастливые лютиковые глаза, обрамленные старческими морщинками, заразительный смех и нежная улыбка. Вспомнились теплые заботливые руки, повязывающие на моем запястье белую шелковую ленту. Вспомнился нарядный тронный зал, который тонул в цветах и радостных возгласах. Веселая музыка. Поздравления гостей. Танцы до самого рассвета. Такой свадьбы давно не видел Асгард. Сам Один велел, чтобы каждый житель планеты богов отмечал свадьбу единственной наследницы престола и принца эльфов до тех пор, пока его ноги откажутся пускаться в пляс, а рот откажется пить и есть за здоровье молодых. Я закрыла глаза и вернулась в прошлое. Как же я была счастлива. Как же было легко и приятно на душе. Печали и невзгоды наконец-то покинули Асгард. Настало мирное время. Все враги повержены, все неприятели исчезли. Вселенная ликовала вместе с нами. Казалось, это случилось так давно. Три года прошли в ощущении полной безопасности и счастья. Тихие солнечные деньки. Частые визиты в Асгард. Уединенные прогулки по саду Идун. Философские беседы с царем. Его мудрые советы. Слова поддержки. Удивительные истории. Я растворялась в них. Они захватывали и восхищали, как сам Один. Воспоминания. Глупые воспоминания. Кому они теперь нужны? Что мне теперь делать со всем этим? Ответ был очень прост и понятен. Помнить. Я должна помнить. Теплая ладонь легла на мое плечо. - Счастье мое, - полушепотом произнес Тор. Я всхлипнула. - Ну, дорогая… Сильные мужские руки подняли меня с пола и прижали к себе. Я уткнулась в плечо отца и разрыдалась. - Тише. Я с тобой, - бархатный баритон и правда успокаивал. Мне захотелось спрятаться в отцовском голосе навсегда. Стать его отголоском. Как жаль, что это невозможно. Мы простояли несколько минут, обнявшись и сопереживая друг другу. Тор едва заметно покачивался со мной из стороны в сторону, словно убаюкивая. Я пришла в себя. Слезы перестали литься из глаз, дыхание стало размеренным и тихим, а сердце забилось в обычном темпе. На меня тут же навалилась колоссальная усталость. На смену тянущей боли в грудной клетке пришла мигрень. - Здесь прохладно, - заключил он и накинул на меня тяжелую меховую накидку. Я вздрогнула. Действительно, холодно. - Тебе нужно беречь себя. Надо будет немного пожурить своего зятя. Он потерял бдительность, - грустно улыбнувшись, попытался пошутить отец. Я машинально кивнула. - Кстати, где он? Где принц Галар? Он прибыл с тобой? – спросил Тор спустя несколько секунд. - Нет. Галар остался во дворце. Много дел, - соврала я. – Он передавал свои соболезнования и просил его простить за свое отсутствие на церемонии. Слезы вновь брызнули из глаз. Тор тяжело вздохнул. - Все будет в порядке. С нами все будет в порядке. - Знаю, - сухо заключила я. Возникла удручающая пауза. Я бросила быстрый взгляд в сторону стеклянного гроба. - Пойду приведу себя немного в порядок. - Мне пойти с тобой? – обеспокоенным тоном спросил папа. Я отрицательно покачала головой. Все как во сне. Разум немного притуплен. Видеть ясно мешает белая пелена. Движения кажутся медленными и размытыми. Я поцеловала Тора в щеку и поспешила покинуть тронный зал. Несколько лестничных пролетов. Широкий коридор. Массивные двери. И вот я уже переступаю порог персиковой спальни. Оглядываюсь по сторонам. Изучаю мебель, вид за окном. Стоит поздняя осень. Желтые листья давно опали, превратившись в бесформенные кучи грязи. Слишком холодно для дождя, но слишком рано для снега. Природа застыла в ожидании зимы. Персиковые покои. Я сама дала им такое название. Из-за большого количества вещей светло-розового оттенка. Моя персиковая спальня. Я не любила ее. Можно сказать, ненавидела. Определенно ненавидела. Она олицетворяла самое плохое, самое неправильное, что когда-либо происходило в моей жизни. Именно в ней я навсегда заперла глупые девичьи мечты, постыдные желания и несбывшиеся надежды. Обычно, когда мы оставались во дворце, я проводила ночи в покоях Фригг. Они были выдержаны с классическом стиле без всякой лишней мишуры и помпезности. В них преобладали морские тона: все оттенки голубого и синего цвета. Панорамные окна и широкий балкон выходили в волшебный сад Идун. По карнизам петлял дикий виноград и душистый вьюн. Удобная мягкая мебель в покоях, удачно сочетающаяся друг с другом, настраивала на спокойный рабочий лад. Порой я до самого рассвета сидела на небольшой кушетке, расположенной рядом с камином, и читала книги. Я сильно удивилась, когда Один лично подарил мне ключи от комнаты в день нашей помолвки с Галаром. Это стало самым щедрым из даров царя в тот день. Я расценивала это, как наивысший знак доверия и любви. А может, Один просто устал от того, что спальня Фригг пустует много лет. Теперь у него появилась возможность и разумная причина посещать ее. Он делал это с заметной регулярностью. Всеотец частенько заглядывал ко мне после ужина. Мы играли в шахматы. Беседовали. Иногда к нам присоединялся Тор. Он вносил немного шума в наши монотонные спокойные разговоры. В такие дни я много смеялась и говорила громче, чем обычно. Так или иначе, я чувствовала себя как дома. Правда, сегодня я была не готова идти туда. Только не сейчас. Нет сил. Я подошла к небольшому трюмо и взглянула на свое отражение в зеркале. Бледное лицо. Заплаканные глаза. Раскрасневшиеся щеки. Лишь слабая тень настоящей Сигюн, только огненные волосы так эффектно выделялись на черном приталенном платье с летящей юбкой. Шелковая ткань обволакивала плечи, подчеркивала зону декольте и выделяла изгиб талии. Какое теперь дело до того, как я выгляжу? Казавшиеся важными вещи вдруг потеряли смысл. В один миг. Стали совершено глупыми и пустыми. Я шмыгнула носом и попыталась успокоиться. Взять себя в руки. Составляло огромную сложность переключить мысли в другое русло. Не думать об утрате. В дверь постучались, хоть она и была открыта. Я медленно перевела взгляд. На пороге стояла белокурая асинья Хейд. - Ваше Высочество, - поздоровалась она со мной, склонив голову. Мы не виделись полгода. Финна и Хейд оставались в главном дворце Асгарда моими ушами и глазами, несмотря на желание девушек отправиться со мной на планету эльфов. Какие слезы и скандалы асиньи устраивали. Как долго обижались на меня, но затем смирились. Мы стали настоящими друзьями. Они верой и правдой служили мне много лет, поддерживая со мной постоянную связь и сообщая обо всех перипетиях. Информация – самая ценная монета в любом мире. Зная все новости и свежие сплетни, ты владеешь ситуацией. - Ваш отец просил передать, что обеденная трапеза состоится в три часа дня. - Спасибо, Хейд. Как ты поживаешь? Девушка подняла на меня свои заплаканные глаза. Она скорбела. Все скорбели. - Справляемся, Ваше Высочество, - полушепотом ответила асинья. – А как Вы? Хейд всхлипнула и утерла слезы. - Все в порядке. - О, Ваше Высочество, мы так Вам соболезнуем. Все, все, все. Это такая утрата, - взорвалась моя фрейлина. Она подлетела ко мне и сжала меня в своих стальных объятьях, позабыв о глупых правилах и формальностях. Я похлопала ее по спине. - Ну же, Хейд. Побереги мои кости. Фрейлина шмыгнула носом, но хватку не ослабила. - Ты сейчас меня раздавишь, - прокряхтела я. Спустя несколько секунд у меня закружилась голова. В это сложно поверить, но хрупкая на вид девушка была намного сильнее меня. Гораздо сильнее. Порой Хейд не рассчитывала своим силы, забывалась. Упускала один маленький нюанс, что я являлась на половину смертной. Она замерла, а через несколько мгновений отстранилась и посмотрела на меня своими большими небесно-голубыми глазами. - Ваше Высочество, Вам не хорошо? – удивленно обратилась она ко мне. - Просто нездоровится. Голова немного кружится, - честно призналась я. Девушка понимающе кивнула и выпустила меня из своих крепких объятий. Я шумно выдохнула и присела на край постели. - Принести Вам чего-нибудь поесть? Все-таки до обеда еще далеко, - обеспокоено поинтересовалась она. Я отрицательно покачала головой. - Спасибо, не надо. Меня целый день тошнит. Кусок в горло не лезет. Хейд несколько раз переменилась в лице, а затем неожиданно взвизгнула. Моя мигрень усилилась. - Такая радость! Хвала богам! Это большое счастье! Поздравляю! – запричитала девушка. Я удивленно приподняла бровь. - Значит, это правда? Не просто слухи? Почему Вы нам ничего не рассказали? Это такое счастье! В комнату незаметно впорхнула Финна. - Ваше Высочество, - поздоровалась она со мной. Возникла короткая пауза. Я недоумевающе смотрела на возбужденную Хейд. - Сигюн ждет ребенка! – не удержавшись, воскликнула асинья. Я зажмурилась, оглушенная их радостными вскриками. Безудержное ликование продолжалось несколько минут. - Тише. Тише. Чего Вы раскричались, как чайки на причале? – недовольно пробурчала я, призывая их к порядку. - Мы так рады за Вас, - быстро проговорила Финна. Хейд присела рядом со мной, расплылась в лучезарной улыбке и накрыла ладонью мой живот. Я улыбнулась в ответ. - А Вы уже знаете, кто будет? – полюбопытствовала Финна. Я покачала головой. - Пусть будет сюрприз. - Его Высочество принц Галар, наверно, безумно счастлив? Конечно, он ждет наследника, но девочка... это тоже прекрасно, - размышляла вслух Финна. - Не важно, лишь бы ребенок был здоровым, - вторила ей Хейд. - Ага, - промямлила я, чувствуя сильное смущение. – Только прошу, давайте это останется между нами. Хорошо? Фрейлины одновременно закивали. - Конечно-конечно, Ваше Высочество, - заверила меня Хейд, расплывшись в лучезарной улыбке. Тем временем в коридоре послышались шаги. Мы втроем притихли. Я сетовала на то, что не удосужилась закрыть дверь. Нас могли подслушивать. - Сейчас посмотрю, - успокоила меня Финна, словно прочитав мои мысли, и подлетела к распахнутой двери. Девушка выглянула в коридор, внимательно изучила обстановку, а затем бросила на нас недоумевающий взгляд. - Никого, - заключила она. – Наверно, слуги шныряют. Готовятся к... Белокурая асинья запнулась. Ее губы задрожали, а на глазах проступили слезы. - Вы сообщили Всеотцу эту новость? – всхлипывая, поинтересовалась Хейд. Я отрицательно покачала головой. - Не успела. Асиньи охнули. - Так жаль, - пробормотала Хейд, смахивая слезы. - Да…

***

На Асгард постепенно опускались сумерки. С каждым часом в царстве становилось все тише и тише. Казалось, что птицы и звери покинули этот чудесный край навсегда. Стояла оглушающая тишина. Полное безмолвие. Прибывшие на похороны гости собирались в тронном зале и застывали в ожидании начала. Никто ни с кем не разговаривал. Только их лица выдавали скорбь и липкий страх. Закончилась целая эпоха. Вместе с Одином уходил старый привычный уклад жизни, вековые законы и традиции. Все понимали, что на рассвете начнется новая эра. Позади остались лишь прах и горечь, впереди же нас ожидала пугающая неизвестность. Новый царь. Новый правитель девяти миров. Владыка всего живого и мертвого. С первыми лучами солнца быть совету старейшин. Именно на нем старцы примут самое важное решение во Вселенной. Какое оно будет? Понятия никто не имел. По сути, настоящих и достойных претендентов на трон не оставалось. Тор отрекся от престола, Локи навсегда отказали в праве называться наследником, а я вышла замуж за принца Льесальфахейма. После смерти Альвиса Галар станет законным королем светлых и темных эльфов. Я не имею права быть правительницей в двух мирах одновременно. Таковы законы. Неужели старейшины перепишут правила и назначат меня царицей Асгарда? Невозможно. Немыслимо. Оставался еще барон Бои, но он имел слишком дальнее родство и был женат на принцессе железных лесов. Ангрбода также являлась представительницей старинной династии монархов, поэтому барон лишался возможности взойти на престол. К тому же Бои отрекся от него публично, как и Тор в свое время. Асгард остался без явного правителя. Может наконец-то назначат выборы из народа? Наступит эра демократии. Я ухмыльнулась собственным мыслям, следуя по коридору. Нет, к такому повороту событий планета явно не готова. - Сигюн... - послышался голос из маминой спальни, когда я проходила мимо. Двери ее комнаты постоянно были слегка приоткрыты, чтобы Джейн в любое время смогла подозвать прислугу к себе. Она болела. - У тебя все в порядке? – поинтересовалась я, пройдя в спальню. Мама с самого утра не вставала с постели, отказалась от завтрака, сославшись на сильную мигрень и полное отсутствие аппетита. Джейн выглядела очень бледной и ослабленной. Сердце сжалось от боли. - Мне позвать Эйр? – спросила я, изучая лицо родной матери. Такое блеклое и безжизненное. Угасающее. - Когда состоятся похороны? – проигнорировав мой вопрос, обратилась ко мне Джейн. - На закате, - кратко ответила я. – Хочешь воды? Или же мне попросить служанок приготовить тебе что-нибудь поесть? - Нет, ничего не нужно, - прохрипела она, заходясь в очередном приступе кашля. – Спасибо, дорогая. - Тебе нужен врач, - заключила я, пройдя в покои матери. Джейн закрыла глаза и приняла страдальческий вид. - Нет. Единственное, что мне поможет - это вечный покой. - Не говори так. Ты еще дашь фору всем молоденьким фрейлинам на осеннем балу, - подбодрила я ее. - Чушь какая, - пробурчала мама. На ее лице появилась легкая полутень улыбки. Я тяжело вздохнула и присела на край ее постели. - Чего вздыхаешь? Не переживай, скоро я не буду докучать вам своим присутствием. - Прекрати сейчас же, - нахмурившись, потребовала я. Джейн закрыла глаза. - Что с тобой сегодня происходит? Ты сама не своя. - Когда находишься на смертном одре, поневоле станешь другой, - пробормотала она. - Мама, откуда у тебя берутся такие мысли? С чего бы вдруг тебе умирать? - Я чувствую, как умирает каждая клеточка моего старого дряблого организма. - Прекрати. Я тихонько хохотнула, укутывая ее холодные ноги в плотное одеяло. - Ты себя так ведешь, будто тебе тысяча лет. - Ничего. Вот увидишь. Одина уже забрали небеса, и скоро я за ним последую. - Когда это ты успела обратиться в веру? – полюбопытствовала я. Джейн бросила на меня злобный взгляд. - Одина уже забрали небеса... - передразнила я ее манеру говорить. – Мне казалось, что ты не веришь в вышние силы. - Теперь верю, - пробурчала мама. В комнате повисла удручающая тишина. - Завтра состоится совет старейшин. Утром, - сообщила я Джейн, тем самым нарушив затянувшуюся паузу. По взгляду Джейн стало ясно, что она не желает вести долгую беседу со мной. Что она вообще не желает вести беседу с кем-то еще, помимо себя самой. Мама хотела остаться наедине со своими мрачными мыслями и не менее мрачными чувствами. Апатия затягивала ее. Джейн стала нелюдимой. Проводила дни и ночи в своей комнате. Много читала. Мало спала. Мало ела. Мало разговаривала. Даже с Тором. Я понимала причину ее депрессии, а это была именно депрессия. Самая настоящая. Во всей своей красе и разрушительной силе. Она убивала ее. Медленно. День за днем. Высасывала все соки и силы. Я в сотый раз задавалась одним и тем же вопросом. Почему все вокруг меня умирали или становились больными и слабыми? Как будто это я являлась ходячей депрессией. Мне казалось, что все близкие мне люди умирали именно из-за меня. Не самое лучшее умозаключение, если подумать. Неужели это правда? Причина всех горечей и заболеваний я? Почему? Какие действия и поступки приводят к такому исходу? Если бы я знала, то могла бы этому помешать. Естественно могла бы, но я находилась в полнейшем неведении. Что происходит со мной? Со всеми нами? Я не знала. Я лишь жила и надеялась на лучшее. - Думаешь, старейшины назначат царем Тора? – спросила я. Мама отрицательно покачала головой. - Не имеют права. Законы гласят… Я ее перебила. - Законы создавались людьми. Их легко можно переписать. - Сигюн, - прохрипела мама. Я покачала головой. - У старейшин нет выхода. Асгард остался без наследника. Без царя. Этот факт угрожает нашей безопасности. Неужели ты не понимаешь? Всего лишь вопрос времени. И какое-нибудь королевство решится пошатнуть многовековые традиции. Начнется война, а у нас даже нет формального главнокомандующего, - озвучила я свои опасения. - Это не самое страшное, что может случиться с нами, Сигюн, - медленно проговорила Джейн. Она сосредоточила свой взгляд на одной точке. - Грядут темные времена. Черные, как сама пустота космоса. - О чем ты говоришь? – недоумевала я. - Когда ты прибыла в Асгард. Ты приходилась дочерью Тора и смертной женщины. Просто ребенком, в чьих жилах течет царская кровь, но этого было недостаточно, чтобы взойти на трон. - Да, это так, - невольно согласилась я. - Преодолев все испытания, ты доказала свое право считаться достойной наследницей престола. - Я прекрасно помню это, - нахмурившись, сказала я. – К чему ты клонишь? Джейн тяжело вздохнула. - Сначала старейшины считали тебя недостойной, а затем сами же назначили тебя будущей царицей Асгарда. О чем это говорит? - Понятия не имею, - честно призналась я. - Сигюн, завтра старейшины могут признать достойным Локи, - выпалила Джейн. Сердце ухнуло вниз. Потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя. - Они не посмеют, - полушепотом проговорила я. – Не имеют права. - Сама же сказала, что законы созданы людьми. К тому же, к Локи всего лишь применили наказание. Он никогда не отказывался от асгардского трона. - Нет, - только и выдавила из себя. Мысли метались в голове, словно стайка птиц, которых испугал громкий выстрел. До меня начал доходить весь ужас произошедшего. Одина нет. Царя больше нет. Я будто проснулась после долго сна. Сладкие грезы спали, и я очутилась в ледяной пустыне, где гуляет ветер и завывают метели. Мы одни. Без какой-либо надежды и защиты. Совсем одни. Я поднялась на ноги. Зачем? Я куда-то хотела идти? Не помню. - Мне пора. Выздоравливай, - выпалила я, устремляясь к приоткрытой двери. Нужно срочно переговорить с отцом. Возможно, он согласится отречься от своих слов и взойти на трон. Ради блага своей страны. Всего мира. Всех девяти. Он сможет? Сможет отречься от Джейн и меня? Боже, это ее убьет. Окончательно разрушит. Тор станет царем. Нас отправят в Мидгард, где нам, на мой взгляд, и место. Мы нелепые ошибки в системе. Шутка судьбы. Даже брак с принцем Галаром не сможет спасти мое положение. Я стану никем. Клятва принцессы Асгарда станет недействительной, поскольку сама принцесса перестанет существовать. Мой бедный принц. Это уничтожит и его. Не важно. Лишь бы Тор согласился. Лишь бы он спас этот мир. Иначе… а что случится? Что произойдет, если Локи станет царем Асгарда? Обрушит ли он свой гнев на брата? Или же станет править с достоинством, отбросив былые обиды? Сомневаюсь. Локи страшен в своем появлении. Никто не сможет его остановить. Он разрушит все девять миров, если захочет этого. - Нет, Сигюн. Задержись еще на несколько минут. Я хочу тебе кое-что рассказать. - Не сейчас, мама. Велунд просил меня помочь с подготовкой прощальной церемонии, - соврала я. - У меня нет времени ждать. Кто знает, может, я умру через пять минут после твоего ухода. - Голос мамы прозвучал слишком строго и властно. Ей был не свойственен такой тон. Я шумно выдохнула, но вернулась на свое место, дабы не усугублять ситуацию. - Хорошо. Слушаю тебя. - Только я сразу хочу сказать, что я не потерплю никаких упреков и драматических сцен, - предупредила Джейн. Я невольно улыбнулась. - Ладно. - Пообещай мне, - потребовала мама. - Обещаю. Только можно как-то побыстрей? – попросила я. Джейн бросила на меня сердитый взгляд. - И также пообещай, что не будешь осуждать меня. Обещаешь? - Хорошо-хорошо, обещаю, - заверила я с плохо скрываемым раздражением. - Прояви уважение и снисходительность к своей больной матери. Ведь это бремя, эту тайну я носила в себе долгие годы и больше не намерена скрывать ни секунды, поскольку это может привести к фатальному исходу для нас обеих. Я внимательно посмотрела на маму, в ожидании того, что же она сообщит мне дальше. - Знай, Сигюн, я поступала так, как велело мне материнское сердце. Я руководствовалась только своими мыслями и чувствами. Я машинально кивнула. - В ту роковую ночь, когда стража оповестила нас о том, что тебя украли... я знала об этом заранее, - медленно проговорила мама, уставившись прямо на меня. Я застыла на месте и, кажется, прекратила дышать. Сказать, что я испытала шок в этот момент, не сказать ничего. Меня будто огрели чем-то тяжелым по голове. Отправили в нокаут. - В смысле? – спросила я, пребывая в крайней степени замешательства. - Да, Сигюн. Я знала, что тебя должны были украсть из дворца. Но это еще не все. Я не только знала об этом, но и являлась сообщником. - Не понимаю. Зачем? - Ты родилась от смертной женщины. Никто бы не признал тебя наследницей асгардского престола. Никто. Скорее бы тебя убили. Так я считала, будучи молодой девушкой, которая осталась совершенно одна в этом незнакомом и страшном мире. Я и подумать не могла, что Один согласится отдать тебе трон, что признает в тебе родную кровь. Ведь Всеотец никогда не любил меня. Он презирал меня, считал, что я не имею права называться женой Тора. - О чем ты говоришь? Кто бы меня убил? - удивилась я. - А ты думаешь, здесь мало желающих вступить на трон, помимо законных приемников? Тор отказался в твою пользу, Локи тогда все считали мертвым. У Одина никого больше не оставалось. Рано или поздно тебе бы обязательно подстроили какую-нибудь ловушку, либо отравили. Я спасала твою жизнь. Самое дорогое, что у меня было. - Поэтому отправила меня в Мидгард умирать на морозе? – возмутилась я. - Нет, Сигюн, нет. Все не так. Тебя должны были передать Дарси и моей маме, но что-то случилось. Я не знаю, мне никто не рассказал, что именно произошло в ту ночь. Также я не знала, что тебя приютила другая семья. - Они были из Щ.И.Т.а, мама! – выпалила я. - Видимо, они уловили необычную активность в этом месте. Знаю, я поступила глупо и опрометчиво, но я так боялась… так боялась. Сигюн... - Довольно, - потребовала я, вставая с кровати. - Ты обещала меня не осуждать. Помнишь? – громко всхлипывая, напомнила мама. На несколько секунд повисла тишина. - Папа об этом знает? – спросила я, справившись с гневом. - Нет, конечно нет. Он бы не простил меня никогда. Не простил и не понял. Умоляю, никогда не рассказывай ему того, что я рассказала тебе сейчас, - взмолилась она. - Ладно. Это теперь совершенно не имеет никакого значения. - Имеет, Сигюн, имеет, - сказала мама, заливаясь слезами. – Я вижу, как ты несчастна. - Ты ошибаешься. У меня все хорошо, мама. У меня есть любящий муж, крыша над головой, титул. Я довольна своей жизнью. Я счастлива. - Но ты бы была счастливее, будь ты рядом с Ло... - Хватит. Не будем об этом, - сказала я, выставив руку вперед. К горлу подступила тошнота. Мигрень и головокружение вернулись с новой силой. - О, что же я наделала... что же я наделала, - рыдала мама. - Все в порядке, мама. Ты спасла мне жизнь, - полушепотом произнесла я. Неужели я смогла принять это? Действительно? - Нет, это не так... не так. Если бы ты росла здесь, во дворце, под присмотром Тора и Одина... Ты бы никогда не встретила Локи... Ты бы не полюбила его, потому что считала дядей. - Мама, хватит. Я прошу тебя, – взмолилась я, почувствовав, как к горлу подступают слезы. - Но он нашел тебя, приглядывал за тобой. И я благодарна ему за это, но он совершил непоправимую ошибку, позволил себе слабость, он не только сам полюбил, но и заставил полюбить тебя. Что мне еще оставалось делать, когда вы вернулись в Асгард? Локи... он же погубил бы себя и тебя заодно. Он бы погубил вас обоих. - О чем ты говоришь? – не совсем понимая, к чему она ведет, спросила я маму. Кажется, у нее осталась еще одна страшная тайна. - Я не хотела, Сигюн. Не хотела. Возможно, моя болезнь дана мне в наказание. Не знаю... - Ты бредишь. - Нет, Сигюн. Ты должна меня понять. Ведь ты теперь взрослая. Ты стала настоящей женщиной. Подумай, разве ты бы смогла отдать свою дочь на растерзание этим коршунам? Я защищала тебя. - Прости, но я до сих пор не понимаю... - Это я... я подстроила покушение, свое покушение! – выпалила мама. - Что? - Да, в тот момент я думала, что поступаю правильно. Все бы подумали на Локи. Никто бы не стал оправдывать его. Даже улики указывали на него. Я не знала, что ты так любишь... прости, Сигюн... - быстро проговорила мама. - Зачем? – прохрипела я. - Рядом с ним ты постоянно подвергалась опасности. Я лишь пыталась спасти тебя. Я отрицательно покачала головой. - Зачем ты это все рассказываешь мне? Почему сейчас? Что изменилось? Прости, но не поверю, что тебя окончательно замучила совесть. Мама хотела что-то возразить, но я ее перебила. - Коронация, - медленно произнесла я. Я ухмыльнулась. Мысли прояснились. Смысл стал таким прозрачным и ясным. - В этом причина? Ты боишься, что Локи займет трон? Боишься, что старейшины допустят это? Мама прикусила нижнюю губу. - Но чего ты хочешь от меня в таком случае? – задала я главный вопрос. - Сигюн, ты должна поговорить с Локи, - ответила Джейн после секундной паузы. Я застыла на месте. - С какой это стати? – возмутилась я. – Что я ему скажу? Мы молчали целую вечность. - Не драматизируй. - Ты хочешь, чтобы я просила у него прощения? Мама шумно сглотнула. - Если он станет царем... - начала Джейн, но затем запнулась. - То что? Что я должна сделать? - Проси расторгнуть свой брак с принцем Галаром. Я охнула. - Ты сошла с ума! Ты понимаешь, о чем просишь меня? Не ты ли сетовала на этот брак три года назад? - Я думала, что у нас есть время, что Один не оставит нас так скоро. Думала, что у Тора будет возможность обзавестись наследниками. Я не вечна. Рано или поздно Тор бы взял в жены женщину, равную по крови и званию. Я скептически хмыкнула. - А теперь ты предлагаешь мне выкручиваться? Падать ниц перед Локи и умолять о прощении? Джейн отрицательно покачала головой. - Лишь прощу защитить себя. - Каким образом? Став его любовницей? Значит, это теперь норма. Ты одобряешь? – выпалила я. Мама громко всхлипнула и буквально рухнула на постель, зарывшись лицом в подушки. - Он уничтожит тебя. Уничтожит. Я заскрипела зубами. - Прекрати! Еще ничего не решено. Он еще не царь Асгарда. Еще есть время что-нибудь придумать. - Если ты думаешь, что Тор отречется от тебя... Напрасно. Он скорей умрет и погубит нас вместе с собой. - Значит, будем действовать иначе, - прохрипела я. Джейн прекратила истерику и бросила на меня испуганный взгляд. - О чем ты? Сигюн, что ты задумала? - Мне пора. Скоро церемония. Поговорим позже, - отчеканивая каждое слово, сказала я. Я вышла из комнаты, несмотря на громкие просьбы Джейн вернуться обратно. Я больше не могла оставаться с ней наедине ни минуты. Меня переполнили эмоции. В голове царил полнейший хаос. Я старалась собраться с мыслями, придумать план, но не могла. Замок, который я строила все это время, пытаясь сделать его пригодным для жизни, разрушился. Его своды в один миг рассыпались на камни, а камни превратились в песок. Теперь я стояла в пустыне, вся в пыли и полнейшем отчаянии. Что мне делать?

***

Похороны Одина были необыкновенно тихими и скромными по здешним меркам. Никаких сложных затянутых процессий и пафосных речей. Стеклянный гроб лишь погрузили на деревянный плот и отправили в вечное плаванье в тихие воды океана. Я смутно понимала происходящее, просто двигалась по инерции. Помню, что на пристани собралось множество знатных особ и простого люда. Все хотели попрощаться с великим монархом. В руках каждого горели серебряные сферы. Они освещали дорогу и являлись проводниками в другой мир. В мир без боли, страха и грусти. Я стояла у самой кромки океана и наблюдала, как Всеотец навсегда покидает свои владения и удаляется к звездам. К своим предкам, друзьям и любимой женщине. Царица Фригг давно ждет его. Теперь они вновь будут вместе. Навсегда. На Асгард опустилась глубокая ночь, а мы с отцом продолжали стоять на берегу и вглядываться в темную даль космоса. Все давным-давно разошлись по домам, или отправились в опустевший дворец, топить горечь в вине и пустых разговорах, а мы стояли и просто смотрели на небо. Я разглядывала звезды, в надежде отыскать новую, как знак свыше, что Один добрался до Фригг, но ничего не изменилось. Прежние созвездия, прежний свет от дальних галактик. Один, великий царь девяти миров покинул нас, но Вселенная этого не заметила. Ничего не отдала взамен, оставив лишь пустоту в наших сердцах. Я не хотела, чтобы наступал рассвет. Он нес с собой лишь разочарование и новую горечь, от которых сжималось сердце. Я хотела остаться в темноте. В вечной ночи. Она бы укрыла меня ото всех невзгод, защитила бархатным одеялом, скрывая от глаз врагов и неприятелей. Она бы спасла меня. Прошу, пусть солнце никогда не поднимется над океаном. Пусть золотистый свет больше никогда не окрасит стены главного дворца. Пусть эти звезды никогда не погаснут. Пусть они светят и даруют надежду. Пусть никогда не наступит завтра.

***

- Локи, сын Лафея и асиньи Лаувейи, воспитанный великим Одином и царицей Фригг, принц Асгарда и Ётунхейма. Ты наделен могучей силой и способностями, которые щедро даровала тебе природа. Ты законный наследник. Великий Всеотец защищал Асгард и мирных жителей всех девяти миров на протяжении тысячелетий, теперь эта ответственность ляжет на твои плечи. Клянешься ли ты охранять девять миров? – Голос главного старейшины отражался от высоких стен тронного зала и эхом разносился по широким коридорам, проникая в сознания и души каждого, кто присутствовал на коронации. - Клянусь, – спокойным голосом ответил Локи. Бог коварства опустился на одно колено и смотрел строго перед собой. Его взгляд не выражал ровным счетом ничего. Хладнокровный. Непроницаемый. Пустой. - Клянешься ли ты оберегать в них мир? - Клянусь, – громче ответил трикстер. - Клянешься откинуть в стороны все корыстные амбиции и действовать во благо этих миров? - Клянусь, - все тем же бесцветным хорошо поставленным голосом произнес Локи. - Тогда сегодня, властью, данной мне Одином и советом старейшин, венчаю тебя на трон Асгарда, – сказал седовласый мужчина. На его лице читались явные отвращение и злоба. Никто не принимал решение в пользу Локи, но и ни у кого не было выбора. Так распорядилась судьба. Или же гениальный план бога коварства и лжи достиг конечной точки. Своего апогея. Локи стал царем Асгарда. Никакие силы не могли помешать ему. Никакие возражения и доводы рассудка. Это свершилось. Ничто никогда ни при каких обстоятельствах не сможет этого изменить. В зале на несколько минут повисла тишина, а затем раздались приглушенные аплодисменты. Я лукавила, когда говорила, что самый страшный день наступит после смерти моей матери и отца. Самый страшный и черный день наступил сегодня. Бог коварства взошел на престол. В своем любимом обличье и со скипетром в руках. Он поправил подол своего кожаного плаща и медленно опустился на трон. - Приветствуйте нового царя Асгарда! – крикнул на весь зал главный старейшина. Каждый из присутствующих в зале поспешил склонить голову и принять смиренный вид. Я стояла на нижней ступеньке, ведущей к пьедесталу величественного трона. Рядом со мной расположились Тор и Джейн. Мама выглядела очень бледной. Ее лицо выражало такую боль и тоску, что мне было страшно представить, что творится у нее на душе. В отличии от нее, Тор старался держаться. Даже натянул фальшивую улыбку. Хотя его лютиковые глаза выдавали с потрохами. Громовержец негодовал. Это какой-то дурной сон. Самый настоящий кошмар, от которого мне никак не удалось очнуться. Как бы я не старалась. Тщетно. Я продолжала стоять на этой чертовой нижней ступеньке и наблюдать, как вершится судьба девяти миров. Невыносимо. Даже яркое светило Асгарда скрылось за тучами. На грязно-сером небе сверкали молнии, а вдалеке слышались раскаты грома. Скоро случится настоящая буря. Тяжелые холодные капли упадут на высушенную землю, превращая пыль в грязь. Ветер будет трепать верхушки деревьев, безжалостно ломая ветки и выкорчевывая массивные ели с длинными запутанными корнями. Из-за кончины Одина все торжественные мероприятия и балы решили перенести на конец этого месяца. После коронации состоялся лишь праздничный обед, после которого бароны и баронессы разъехались по своим владениям. На главных улицах и площадях страны также накрыли столы для простых жителей, но никаких танцев и музыки после угощений не последовало. Все скорбели. Только теперь непонятно по кому. Я сидела возле камина и наблюдала, как огонь съедает сухие поленья. На Асгард опять опустились ночь. Хотела я этого или нет. Время шло. Утекало. Превращало целые миры в пепел, подобно пламени в очаге, а я ничего не могла с этим поделать. Старинные часы пробили три часа ночи. Тихий перезвон разлетелся по комнате, а затем в персиковых покоях повисла тишина. Я поправила подол своего платья и поднялась на ноги. Мой взгляд невольно упал на прохладную гладь зеркала. В полумраке виднелся женский силуэт, облаченный в наряд цвета гнилой вишни. Я подошла ближе и прикоснулась пальцами к идеально ровной поверхности. Я часто смотрела на свое отражение, часто искала в нем хоть какие-то изменения. Некоторые посчитали бы меня тщеславной и самовлюбленной натурой, но это было совсем не так. Я отнюдь не любовалась собой, не восхищалась своей красотой, а лишь пыталась заметить. Пыталась сохранить образ той прежней Сигюн с Земли. Легкой беззаботной Сигюн. Сигюн, у которой целая жизнь впереди. Глупой, влюбленной в саму жизнь Сигюн. К сожалению, от той девушки с каждым днем, с каждым вздохом оставалось все меньше и меньше. Она появлялась, лишь когда мои губы расплывались в искренней улыбке, или же когда у самых краешков глаз появлялись морщинки от смеха. Возможно, сегодня она исчезнет навсегда. - Хейд! – окликнула я свою фрейлину. Девушка выпорхнула из ванной комнаты и посмотрела на меня своими бездонными глазами. - Да, Ваше Высочество. - Где моя мама? – поинтересовалась я у девушки. - В своих покоях, Ваше Высочество. Финна посещала ее несколько минут назад. Леди Джейн нездоровится. Она приняла успокаивающие травы и заснула. Я машинально кивнула. - А где мой отец? В своих покоях? - Его высочество Тор отправился на охоту вместе с хранителем покоев. Будут завтра утром, - отрапортовала Хейд. - А где леди Сиф? Вольштагг? Огун? – продолжила я расспрашивать асинью. Мне было необходимо знать. Хейд пожала плечами. - Мне сходить узнать? – догадалась девушка. - Да, если не сложно. Девушка поклонилась мне и исчезла в коридоре. Я осталась одна. Пора действовать. Я подождала несколько секунд, приоткрыла дверь и выглянула наружу. Путь чист. Сегодня бравой стражи не нашлось у дверей, поскольку меня больше не охраняли. Никому не было никакого дела. Совершенно никакого. Я вышла в холл и направилась к лестнице. - Ее Величество, принцесса Сигюн! – громко оповестил один из асов о моем приходе. Повисла недолгая пауза, а затем молодой юноша поклонился и кивнул в сторону тронного зала, приглашая пройти вперед. Воины разомкнули острые мечи и освободили узкий проход. Меня ожидали. Я задержала дыхание и с трудом заставила свое тело сдвинуться с места хотя бы на миллиметр. Сердце колотилось о ребра с невероятной скоростью, причиняя сильный дискомфорт. Через несколько секунд я начала задыхаться, но поворачивать обратно было поздно. Величественный зал по-прежнему утопал в золотых и черных оттенках, погруженный в легкие полумрак и скорбь. Источниками света в помещении служили тусклые полусферы, парящие под самым потолком. Они распространяли повсюду теплый желтый свет, отбрасывая замысловатые тени на каменные своды. Широкие траурные ленты развевались на промозглом ветру и нарушали тишину едва уловимым для человеческого уха шорохом. Порывистый ветер проникал через открытые балконы, просачивался сквозь щели в стенах и стелился по мраморному полу, заставляя вздрагивать от холода. Я обхватила себя за плечи, сетуя на то, что не догадалась прихватить с собой меховую накидку. Как только я прошла в помещение, моя кожа незамедлительно покрылась мурашками. В зале стоял жуткий мороз. Пар шел из-за рта, но, кажется, это совсем не беспокоило нового владыку девяти миров. Локи вальяжно восседал на золотом троне и придерживал хрустальный бокал в своих руках, наполненный янтарной жидкостью. Длинные пальцы скользили по стеклу, изучая каждую грань, каждый изгиб столового прибора. Бог коварства ликовал. Можно сказать, он упивался свой победой. В прямом и переносном смысле этого слова. Завидев меня издалека, Локи изменился в лице. Принял надменный вид и расплылся в язвительной усмешке. В своей фирменной усмешке, от которой выворачивало наизнанку. Захотелось сплюнуть. Я скрипнула зубами и прошла в центр зала, вытянувшись по струнке. - Ее Высочество, принцесса Сигюн осчастливила нас своим визитом, - растягивая каждое слово, практически пропел Локи. – Чем же мы заслужили такое счастье лицезреть Вас в столь позднее время? Локи изучил меня с ног до головы, а затем поднялся на ноги. Он кинул фужер с горячительным напитком практически в мою сторону. Сотни маленьких осколков рассыпались в опасной близости от моих ног. Я медленно закрыла и открыла глаза, стараясь совладать с яростью внутри себя. Она пылала, как костер, превращая разум в горстку золы. - Не спится? – одарив меня фальшивой улыбкой, поинтересовался трикстер будничным тоном. - Ваше Величество, - прохрипела я. Меня бил озноб. Я никак не могла понять первопричину этого явления. Возможно, низкая температура, волнение и злость сыграли злую шутку, заставляя время от времени вздрагивать на месте. - Смотреть на меня! Крик Локи разлетелся по тронному залу, эхом отразился в моей голове, а затем повисла гробовая тишина. - Принцесса, Вы ведете беседу с царем. Немного уважения. Неужели Вы позабыли о манерах, Ваше Высочество? – спросил он бесцветным тоном, минуту погодя. Руки непроизвольно сжались в кулаки. - Или же Вы считаете, что я не достоин Вашего взгляда? Учтите, я могу расценить это, как попытку неповиновения. Быть может, Вы задумали восстание? - добавил Локи, медленно спускаясь по небольшой лестнице, ведущей к трону. Он подошел ближе ко мне и вновь ухмыльнулся. - Ладно, опустим все формальности по старой дружбе. Зачем ты здесь, Сигюн? - Пришла лично поздравить тебя с коронацией, - с трудом выговорила я. Локи изобразил на своем лице удивление и приложил левую руку к сердцу. - Я впечатлен. Так приятно. Он коротко хохотнул, а затем вновь принял сердитый вид. - Но нет. Ты пришла сюда не для этого. Давай... озвучь свою просьбу вслух. Я еще плотнее сжала челюсти, не в силах произнести даже слово. Моя гордыня негодовала. Возникла пауза. Я собиралась с силами. Бог коварства покорно ожидал моего ответа, лениво оглядываясь по сторонам. В какой-то момент его изумрудный взгляд упал на груду осколков. Он внимательно изучил острый хрусталь под наши ногами и сделал плавное движение рукой, заставляя исчезнуть опасный мусор с мраморного пола. Я завороженно наблюдала за фокусом, которому мне никогда не удастся найти разумного объяснения. Локи шумно выдохнул и начал нарезать круги вокруг меня. Сейчас трикстер выглядел, как хищник на охоте. Он уже окружил свою жертву, загнал в безвыходное положение и теперь наслаждался игрой. Ловушка захлопнулась. Несчастной овечке оставалось лишь дожидаться смерти и уповать на то, чтобы она была быстрой и не очень мучительной. - Ну же, Сигюн. Это так просто. Я вижу, как мысли вертятся в этой прекрасной головке, осталось только облачить их в звуки. Ты это умеешь, - прошелестел он мне практически на ухо. Теплая шерстяная накидка легла на мои плечи. Одеяние болотного цвета все это время покоилось на стуле, расположенном около стены. Неприятные мурашки пробежались вдоль позвоночника. Естественно, Локи заметил. Заметил, как я трясусь от холода. Услышал стук моих зубов. Признаться, я не ожидала, что он проявит простую человеческую заботу в такой момент. Это факт придал мне сил. В душе поселилась надежда. - Мы можем долго молчать или долго препираться, но тебе все рано или поздно придется сказать о том, что привело тебя сюда. - Что теперь будет? – полушепотом спросила я, посмотрев на Локи через плечо. Он прекратил свои тактическо-психологические хороводы и застыл за моей спиной. - Ты знаешь. Но это сейчас совсем не важно. - А что важно? – поинтересовалась я, плотнее укутываясь в плащ. - Что теперь будешь делать ты. - Зависит от твоих дальнейших действий. Локи скорчил недовольную рожицу. - Ты знаешь. Я отрицательно покачала головой. - Не знаю. Локи резко сорвался с места и прошелся по залу, оглядываясь по сторонам. - Это так скучно! – закричал он. Я вздрогнула. - Праздная жизнь во дворце эльфов отразилась на твоем интеллекте, - заключил Локи и устало потер переносицу. - Мне неведомо, что творится в твоей больной голове. Я могу лишь предполагать, - нахмурившись, сказала я. - Да, пожалуй, ты права. Прошу прощения. Совсем забыл, что ты обладаешь добрым сердцем. - Ты тоже, - прохрипела я, наблюдая за трикстером. Локи приподнял одну бровь и тихонько засмеялся, как душевнобольной со стажем. Я поежилась от холода, который веял от бога коварства, но продолжила: - Не будь это правдой, то ты бы не стал спасать замерзающего младенца на безлюдной улице несколько лет назад. - Личная выгода. - Ты мог убить меня много раз. В детстве, в юности, даже когда я прибыла в Асгарад и воссоединилась со своей семьей. - Это так, но, знаешь ли, поданные не очень жалуют царя-убийцу, - опять оправдался Локи. - Меня могли убить и внешние факторы, но ты всегда защищал меня. Спасал. - Поверь мне, я еле сдерживал себя, чтобы не оставить все как есть. Я покачала головой. - Мы можем препираться сколько угодно или молчать... - передразнила я его. На бледном лице бога коварства появилась тень искренней улыбки, но затем быстро исчезла, сменившись фальшивым равнодушием. Как бы мне хотелось сорвать эту маску и растопить лед. - В ту страшную ночь, когда меня похитили из дворца, ты нашел меня и оберегал все это время. Но ты не просто оберегал меня от врагов или же от моей природной неуклюжести. Нет. Ты пытался защитить меня от страшных тайн, которые бы непременно разбили детское сердце. Ты все это время знал, кто был причастен к моему похищению. Знал и молчал, но не из-за злого умысла. Локи нахмурился. - О чем ты... - начал он, но я его перебила. - Джейн все рассказала мне. Лицо трикстера приняло удивленный вид. - Я все знаю. Знаю, что моя родная мать спланировала и организовала мое похищение, а затем отправила в Мидгард. Подозреваю, что ты знал об этом с самого начала и шел следом за похитителями. Это не обвинение. Скорей благодарность. Ведь ты, как и Джейн, считал мое пребывание в главном дворце опасным. Локи превратился в каменное изваяние. - Также знаю, что она инсценировала покушение на себя, - добавила я. - У леди Джейн тяжелая болезнь. Она бредит, - медленно произнес он после долгой паузы. Я тяжело вздохнула. - Уже поздно, Ваше Высочество. Отправляйтесь в свои покои, - пошел Локи на попятную. Я была готова разрыдаться от собственного бессилия. Тогда я предприняла отчаянную попытку и попыталась схватить трикстера за руку, но он отмахнулся и развернулся ко мне спиной. Лед начал таять. Я почувствовала прилив новых сил. - Нет. Стой там, где стоишь, - потребовал Локи, когда я попыталась сократить расстояние между нами. У меня возникло дежавю. Все повторялось. Как-то это уже происходило с нами. Невыносимый холод. Тишина. Взаимное нежелание услышать друг друга. - Я не хочу разговаривать со спиной. Он ничего не ответил. - Локи, прошу тебя, - обратилась я к нему по имени. Впервые за три года. Сердце ускорило темп. Меня на несколько мгновений парализовало. Я застыла, прислушиваясь к собственным чувствам. Внутри что-то надломилось. Упало и с грохотом распалось на миллионы маленьких кусочков. Возможно, это было мое сердце. - О чем? – тихий грудной голос ворвался в мое сознание - Не делай этого, - умоляющим тоном произнесла я. - Не делать что? Чего ты боишься, Сигюн? Я прикусила нижнюю губу и сделала неуверенный шаг к нему навстречу. Он промолчал. - Ты пришла просить за него? Я угадал? Хочешь спасти ему жизнь? Своему любимому мужу, - догадался Локи. Я нервно сглотнула и сделала еще один шаг. - Суд должен свершиться. Я мог бы пообещать тебе, что дарую ему жизнь, но не буду этого делать. - А что теперь будет? Вы сойдетесь в честном поединке? Дуэль? – поинтересовалась я будничным тоном, будто мы говорили о погоде. - Нет. Я просто отрублю ему голову. - Есть веские причины для смертного приговора? Помимо твоей обиды и задетого мужского самолюбия? - Принц Галар украл у меня женщину, которая поклялась принадлежать только мне. Он взял ее в жены, хотя знал, что не имеет права так поступать, - отрезал Локи. - Тогда, быть может, виновна эта женщина? - Несомненно. - Следовательно, казнить надо ее? - Это будет слишком простое наказание. - Ну, да. Заставить наблюдать ее, как мучаются близкие дорогие люди… - Не все. Только один, - перебил меня Локи. - Хорошо. Если такова воля повелителя девяти миров, я приму ее, смирюсь с ней, но никогда не смирюсь с твоим решением. - Теперь воля царя и моя воля равнозначны. - Это не так. - Ты видишь разницу? - Воля царя никогда не исходит из личных амбиций. Тишина. Еще шаг. Маленький. Осторожный. Неуверенный. - Я не отменю своего решения, что бы ты не сказала, какие бы доводы не привела, - уверенным тоном произнес Локи. - Верю. И не прошу этого. - Тогда чего же ты хочешь от меня? - Я прошу у тебя дозволения отсрочить казнь. Дать нам еще немного времени. Локи издал тяжелый вздох. - Ребенок, - заключил он. Значит, мне не показалось. Именно его тень я видела в коридоре возле персиковых покоев. Локи подсушивал наш разговор с Хейд и Финной. Иначе откуда он узнал? Никто не знает. Я набралась смелости и положила руку на плечо бога коварства. Первое прикосновение за три года. Осколки сердца распались на еще более мелкие частички. Превратились в невесомую пыль, попали в дыхательные пути и затуманили сознание. Я была полностью уничтожена. Я задыхалась. - Давай будем честными друг с другом. Из нас двоих всегда больше любила я, - прошептала я, сглатывая слезы. – Если в тебе осталась хотя бы горстка сострадания, где-то в уголке твоей израненной души... пожалуйста. Повремени с казнью. Я сократила между нами дистанцию, прижавшись к его спине раскаленной щекой. Меня тут же окутал ни с чем не сравнимый аромат бога коварства. Пряный. Манящий, вызывающий головокружение. Как я могла прожить без этого запаха? Без прикосновений? Без него? Понятия не имею. Я словно и не жила вовсе. - Не смей так говорить, - прохрипел Локи. Он развернулся ко мне лицом. Наши взгляды пересеклись. Я забыла, как дышать. Так близко. Впервые за три года. - Твоя боль никогда не сравнится с моей. Ты ушла в другую жизнь, оставив меня посреди развалин нашей. Я каждый день умираю и вновь оживаю в пустом забытом доме. Длинные пальцы прикоснулись к моему подбородку. Мои губы задрожали, а из глаз полились горячие слезы. Все внутри пылало и превращалось в прах. - Так что, никогда не смей говорить мне, что я люблю меньше. Никогда. - Ты оставил меня, - не отрывая взгляда от Локи, прошептала я. Он отрицательно покачал головой. - Я отпустил тебя. - Неправда. - Сигюн, ты получила лучшую жизнь. Жизнь, которую я никогда бы не мог тебе дать. Я сбросила его руки в порыве ярости. - Неужели ты не видишь? Я несчастна! – в точности повторила я слова матери. Джейн была права. Этот брак не приносил ничего кроме горечи и постоянного разочарования. Он тяготил, не давая возможности вздохнуть полной грудью. Я не чувствовала себя свободной, скорей, наоборот, мне начало казаться, что кандалы стали еще более тугими и крепкими. Я задыхалась. - Ты вышла замуж за прекрасного мужчину, который любит тебя. Он заботится о тебе. У вас скоро будет ребенок. - Это неправда! – крикнула я. – Неправда! В тронном зале повисла тишина, нарушаемая лишь порывами ледяного ветра. Я выдохнула, пытаясь совладать с эмоциями. - Галар... он болен. Я не знаю, почему вокруг меня все умирают. Клянусь, не знаю, - захлебываясь в слезах, быстро проговорила я. Локи несколько раз переменился в лице. - О чем ты говоришь? Я всхлипнула. Ну же, Сигюн, возьми себя в руки. Соберись. Дыши. - Врачи ничего не могут сделать. Что-то наследственное. Передается от матери к ребенку. Галар умирает. Я знала об этом, когда приняла его предложение. Это была сделка. Я пыталась спасти себя, защитить своих родителей. Ты не появлялся несколько месяцев. Я находилась в отчаянии. Близилась коронация. Я прекрасно понимала, что каждую ночь буду просыпаться в холодном поту и вздрагивать от каждого шороха. Я не хотела так жить, не хотела. - Сделка? – переспросил Локи. - Льесальфахейм получит королеву, - пояснила я. - Так, ты ждешь девочку? Гримаса боли исказило лицо трикстера. Он перевел взгляд на мой впалый живот. - Да, никого я не жду! Мы с Галаром друзья. Я люблю его, как брата. Мы даже живем в разных частях замка. О чем ты говоришь? Локи замер на месте. - Я думала, что со временем мы привыкнем друг к другу. Станем настоящей семьей. Думала, что действительно буду счастлива с ним. Но не получается. Все вокруг меня умирают, - постоянно всхлипывая, пояснила я. И почему я всегда чувствую себя рядом с ним маленьким непутевым ребенком? Словно я сотворила глупость и теперь стыжусь собственных действий. Отчасти так и есть. Когда эмоции и обида отступили на второй план и ко мне вернулся рассудок, я поняла, что поступила слишком опрометчиво, повязав себя узами брака. Правда, это случилось слишком поздно. Я дала клятву. Защитила себя и свою семью. Остальное было не важно на тот момент. Никто и помыслить не мог, что Один уйдет так скоро. К тому же, я никак не предполагала, что старейшин наступит на горло собственной песне и допустит к трону бога коварства и лжи. - Ну... - начал Локи, а затем остановился. - Что? – утирая слезы, спросила я. - Я не умираю. С моих губ невольно сорвался истерический смешок. - Очень рада, - выпалила я. Изумрудные глаза посмотрели на меня с недоверием. - В связи с недавно выяснившимися обстоятельствами, хотелось бы кое-что прояснить... - медленно проговорил Локи. Я машинально кивнула. Он медленно подошел ко мне и заглянул в глаза, словно пытаясь отыскать в них правду. - Ты любишь принца Галара? - Люблю, как брата. Он мне очень дорог. Я уважаю его, доверяю, восхищаюсь, но какое это имеет сейчас значение? Он умирает. А я ничего не могу поделать. - А принц Галар тоже любит тебя, как сестру? – поинтересовался Локи. Я тяжело вздохнула. - Нет, - полушепотом ответила я. Тонкие губы трикстера превратились в красную ниточку. Локи заскрипел зубами. На бледном аристократическом лице проступили скулы. Он пытался справиться с гневом. - Галар сказал, что готов ждать сколько угодно... сколько позволит ему болезнь, - осторожно начала я. – Он искренне верит, что будет счастлив только со мной. Это было его условие перед королем Альвисом. Принц возьмет в жены только меня, иначе ни о каком браке не может идти и речи. - Как поэтично, - с отвращением сказал Локи. - Ты не веришь мне? - Верю. А ты? - Если только дашь клятву, что никогда не тронешь принца Галара. Пообещай мне, - стояла я на своем. Локи скорчил недовольную рожицу. - Посмотри на это с другой стороны. Для принца казнь может стать избавлением. - От чего? - От жены. Брак иногда оказывается непосильной ношей. Я закатила глаза. - Не смешно. Речь идет о жизни человека. Да и что ты знаешь о браке? Ты никогда не был женат. - Но и ты вряд ли имеешь о нем хотя бы малейшее представление, - расплывшись в хитрой улыбке, сказал Локи. Я скрестила руки на груди и нахмурилась. У бога коварства была поразительная черта превращать серьезный диалог в абсурд. - Брак – это ответственность, доверие, взаимоуважение, учет интересов партнера... - Да. Ты прекрасно умеешь цитировать умные книги, - язвительным тоном подметил Локи. - Это мое личное мнение о браке. - Основанное на сомнительном чтиве. Повисла короткая пауза. - Мы уходим от темы разговора, - поспешила напомнить я. Локи тяжело вздохнул. - Все имеет свою цену, - заключил он, убрав руки за спину. Я приподняла одну бровь, выражая этим жестом свое замешательство. - Ты торгуешься со мной? – возмутилась я. Он пожал плечами. - Почему бы и нет? Я нервно сглотнула. - Чего ты хочешь? Локи на несколько мгновений превратился в прекрасную фарфоровую статую. Все это время я покорно ожидала его ответа. - Тебя, - сухо произнес он, облизывая губы. - Меня? – переспросила я. Локи утвердительно кивнул. Теперь пришла моя очередь изображать каменное изваяние. В голове образовалась пустота. Ни одной идеи или колкой фразы. Бог коварства застал меня врасплох. Я не знала, что и сказать на такое хамское заявление. По всей видимости, известие о моем «липовом браке» и отсутствие любви к Галару оживило Локи, раз трикстер посчитал дозволительным озвучивать такие желания, без всякого зазрения совести. - Это уже не актуально, - ответила я, тщательно подбирая слова. - Потому что ты замужем? Локи подошел ближе ко мне. Длинные пальцы заправили за ухо прядь моих непослушных волос, которые выбились из прически. Затем он окинул меня внимательным взглядом, словно изучая, и расплылся в нахальной улыбке. Сердце пропустило удар. Я почувствовала, как попадаю в плен изумрудных глаз. - Нет. Дело совсем не в замужестве, точнее лишь отчасти в нем. Насколько мне помнится, ты уже получил меня когда-то. Локи сомкнул большой и указательный палец на моем подбородке, заставив слегка приподнять голову и посмотреть прямо в зеленую пучину. Меня как будто ударили в солнечное сплетение. Я едва удержалась на ногах, ухватившись за окружающую действительность. Меня спас порыв ветра. Я сконцентрировалась на жутком холоде, царящем в помещении, тщетно стараясь игнорировать руку трикстера у себя на лице. Невыносимая близость. Ее было слишком много. Она казалось такой неестественной и запретной после долгого безмолвия между нами. Я сходила с ума. - Этого недостаточно. Я хочу тебя всегда. Навечно, - пояснил Локи. Указательный палец переместился на мои губы, очертил их форму, заставил залиться румянцем и стыдиться собственный мыслей и чувств. У меня закружилась голова. - Предлагаешь стать любовницей царя? – с большим трудом выговорила я. Локи отрицательно покачал головой. - Не царя. Я недоумевающе хмыкнула. - К тому же, речь идет не только о физической близости, Сигюн. Я хочу, чтобы ты принадлежала мне без остатка. Твой разум, твои чувства, твое сердце, твоя душа навсегда были моими. Я предлагаю тебе стать не любовницей, а возлюбленной, - пояснил Локи. - Хорошо. Как насчет твоего сердца? Твои чувства и мысли будут всецело принадлежать мне? – глядя в изумрудные глаза, спросила я. - Сделка подразумевает такой вариант? - Едва ли царь девяти миров может принадлежать только одному поданному. - А мужчина, скрывающийся под маской могущественного владыки, способен на такое? Локи улыбнулся. - Всегда. Этот мужчина давно бросил сердце к твоим ногам. Стал покорным рабом. Только прикажи. Он исполнит любое твое желание. - Любое? – уточнила я. Бог коварства принял задумчивый вид. - Любое, кроме помилования. В тронном зале повисла напряженная пауза. Я пыталась восстановить дыхание, которое стало поверхностным и рваным от чувственных прикосновений бога коварства. Локи сфокусировал взгляд на мне и продолжал исследовать линии моих губ. Я с трудом заставила себя держать глаза открытыми. Мне хотелось погрузиться в темноту и полностью раствориться в его руках. - У меня есть муж, - напомнила я, справившись с волнением. - Он умирает. - Но не сегодня и не сейчас. Я замужем за королем темных и светлых эльфов. Хочется тебе этого или нет. Я давала клятву и не собираюсь ее нарушать. Локи нахмурился. - Ты одну уже с легкостью нарушила. - Нас не связывали никакие обязательства, - напомнила я трикстеру. - Вот как? Я кивнула. - Давай не будет копаться в прошлом. Это пустая трата времени. - Пустая трата времени - это твой визит ко мне, - выпалил Локи, убирая руки с моего лица. Он опять злился. Должна заметить, что настроение нынешнего царя Асгарда менялось с поразительной скоростью и частотой. В одно мгновение он был ласковым и нежным со мной, а в следующую секунду прожигал уничтожающим взглядом, готовый низвергнуть все проклятия мира. - Мне так не кажется, - придав своему голосу спокойный тон, сказала я. - Ты пришла сюда за ответом? Ты хочешь знать, уничтожу ли я все девять миров из-за обиды и ущемленного мужского самолюбия? – обратился Локи ко мне после недолгой паузы. Я загадочно пожала плечами, не зная, что и ответить новому царю. Локи ухмыльнулся. - Не даю никаких гарантий. Конечно, ты можешь попробовать упросить меня еще. Встать на колени и молить о пощаде. Возможно, я сменю гнев на милость. Я скрестила руки на груди. - Ты в курсе насколько твои слова прозвучали двусмысленно? На губах трикстера появилась хитрая улыбка. Он понимал. - Не имею привычки ползать перед мужчиной на коленях. Даже перед царем, - сухо отрезала я. Локи изящно приподнял одну бровь. - Тогда я даже не знаю, чем тебе помочь. Мы замолчали. Тем временем в коридоре послышались шаги. Спустя несколько секунд в тронном зале появился ас. Он прошествовал через центральную арку вместе с моими фрейлинами Хейд и Финной. Девушки выглядели взволнованными. Видимо, мой побег отразился на их эмоциональном состоянии. Я поспешила отойти подальше от Локи и принять равнодушный вид. Бог коварства же вернулся на трон. - Ваше Величество, - прошептали они. Белокурые асиньи поклонились трикстеру и перевели взгляд на меня. - Ваше Высочество. - Что-то стряслось? – поинтересовался надменным тоном бог коварства. - Мы искали Ее Высочество, Сигюн. Дело в том, что леди Джейн хочет ее видеть. - Зачем? – спросила я. Финна и Хейд переглянулись. Право ответить по результатам зрительной дуэли досталось Хейд. - У леди Джейн жар. Она то и дело теряет сознание. Я издала непонятный возглас. - Как давно продолжаются такие приступы? - С самого ужина, Ваше Высочество. - Почему мне ничего не сообщили? – возмутилась я. Девушки приняли смущенный вид. - Мы не хотели Вас беспокоить, Ваше Высочество. - Вы оповестили об этом Эйр? – поинтересовалась я, снимая со своих плеч накидку. - Да, конечно. Она уже в комнате Вашей матери. Я одобрительно кивнула и положила плащ темно-зеленого цвета обратно на стул. - Кто-нибудь пошлите за моим отцом. Он должен быть здесь. - Слушаемся, Ваше Высочество. Финна отвесила мне низкий поклон и поспешила покинуть тронный зал. - Пойдем, - обратилась я к Хейд, как только ее кузина исчезла в темноте коридора. - Да, Ваше Высочество. - Сигюн, - окликнул меня на пороге бог коварства и лжи. Я остановилась и посмотрела на него через плечо. - Мое предложение остается в силе. Несмотря на условия и сложившиеся обстоятельства, я хочу услышать ответ сегодня, - поведал Локи. Я приняла озадаченный вид. - Проведи ночь в спальне Фригг, если твой ответ будет положительным, а если нет, то останься в своих бывших покоях. Но знай, больше я никогда не спрошу тебя об этом. Другого шанса не будет. - Хорошо. Я понимающе кивнула и отправилась в комнату мамы, но мои мысли остались в холодном темном зале рядом с богом коварства. И, кажется, навсегда. В голове по-прежнему звучал его голос. Тихий. Грудной. Бархатный. Волнующий. Я оживляла в памяти наш диалог, пытаясь отыскать в каждом слове трикстера сокровенный смысл. Я задумалась. А был ли он вообще? Или же я просто видела то, что желала видеть всем своим разлетевшимся на осколки сердцем, которое продолжало биться и подавать признаки жизни, несмотря на холод этого мира и учиненную ему боль? Каждый осколок пульсировал, вторя желаниям Локи. Я хотела остаться с ним. Провести все свое время поодаль от бога коварства. Стать ему верным другом, любимой женой и смыслом существования. Прошло три года, а мои чувства не изменились. Только стали более глубокими и ясными. Проходили дни, недели, месяцы, но я не переставала думать о Локи ни на секунду. Я ждала его. Мечтала о нем. Сходила с ума без него. В какой-то момент я осознала одну простую вещь – я действительно принадлежала ему. И это было губительным для меня. Я зависела от Локи. Мне врали. С самого рождения. О моем истинном происхождении и о целительной силе времени. Каждый пытался доказать, что оно способно залечить даже самые глубокие раны. Я ждала. Честно, ждала и пыталась забыть. Ничего не произошло. Рана продолжала кровоточить и болеть, отравляя все мое существование. Я умирала без Локи. Я превратилась в безмолвную тень без желаний и чувств. Точнее одно все-таки осталось. Всепоглощающая тоска, которая уничтожала даже самые маленькие крупицы счастья и забирала жизненные силы. Тоска приковывала к одному месту, не давая возможности пошевелить пальцем на руке. Я могла просидеть несколько часов в кресле и вглядываться в такой же застывший, как и я, пейзаж за окнами дворца. Я нуждалась в Локи. Все мои попытки вернуться к прежней жизни не увенчались успехом. Я медленно передвигалась по дворцу, выполняла какие-то обязательства, общалась с людьми, но внутри меня ничего не отзывалось. Казалось, что все внутренности вытрясли и оставили лишь оболочку. Даже самые близкие и дорогие мне люди были в тягость. Они раздражали своей пустой болтовней и звонким смехом. Хотелось спрятаться в темной комнате и больше никогда не выходить. Я устала без Локи. В какой-то момент я смирилась со своей участью. Перестала трепыхаться и пытаться всплыть на поверхность, чтобы вдохнуть свежий воздух в свои легкие. Я перестала задаваться такими вопросами, как зачем, почему и когда. Зачем мне так необходимо ощутить близость с Локи? Почему именно он? Когда прекратится эта боль? Меня ничего не волновало. Когда я осталась один на один со своей зависимостью от бога коварства, то поняла одну простую истину. Я любила Локи. Стало ли мне легче после принятия данного факта? Едва ли. Понимание не принесло долгожданного облегчения, зато внесло ясность. Я больше не сопротивлялась. Но сегодня все изменилось. Я очнулась, открыла глаза и вновь увидела перед собой Локи. Мужчину, которого любила и ждала. У меня появилась надежда. Он подарил ее мне. Спустя три года, я не просто существовала, я жила. Мне захотелось двигаться. Захотелось дышать. Только одна мысль останавливала меня и не давала напропалую броситься в распахнутые объятия бога коварства. Она посеяла во мне тень сомнения. Заставила обратиться к рассудку и хорошенько задуматься. Любил ли меня Локи? Способен ли он вообще на такое чувство? Просто любить. Без всяких противоречий и частиц «но»? Не уверена. Его любовь постоянно граничит с желанием обладать. Повелевать и властвовать над душой другого человека. Локи хотел, чтобы я принадлежала только ему. Чувства на грани безумия. Это и являлось самым страшным. Локи не потерпит неповиновение. Не потерпит свободомыслия, игр за его спиной и малейшего обмана с моей стороны. Ко всему прочему, его патологическая зависимость в отношениях обладала разрушительной силой. Я боялась, что рано или поздно она уничтожит нас обоих. Возможно, такой конец станет неизбежным. Я не могла точно знать. Несмотря на это, я должна была принять решение. Самое важное решение во Вселенной. Ведь, от моего ответа зависела не только моя жизнь, но еще и жизнь всех остальных существ, обитающих в девяти мирах, а может и во всем космосе, каким бы бескрайним и бездонным он не казался. Я могла спасти их, а могла погубить. Одним ответом. Если я откажу богу коварства, самому великому царю Асгарда, приемному сыну Одина и царицы Фригг, что случится тогда? Направит ли свой гнев и разочарование Локи на несчастные миры? Или же останется верен непреложным истинам? Останется справедливым владыкой, который отказался от чувств и руководствуется разумом? Я боялась, что ответ мне не понравится. Боялась того, что я слишком хорошо изучила сумасбродный нрав трикстера. Что же случится с нами, если я дам положительный ответ? Скольких друзей я потеряю из-за решения своего мечущегося сердца? Как много близких и родных людей отвернутся от меня в этот момент? Для кого я стану врагом? Одни вопросы. Одни сомнения. Я сомневалась на протяжении всей бессонной ночи. Я сидела напротив постели родной матери и вглядывалась в ее лицо, искаженное в гримасе боли. Джейн тяжело дышала. С ее губ срывались хриплые стоны и возгласы. Она бредила. Постоянно что-то бормотала себе под нос. Ее лоб покрыла испарина, а хлопковую рубашку можно было выжимать от пота. Джейн боролась за свою жизнь, цеплялась худыми руками за белые простыни и превращая их в бесформенный комок. Целительнице Эйр с трудом удалось сбить высокую температуру. Богиня врачевания неустанно смешивала какие-то травы и порошки, превращая их в лекарства. Она проверяла ритм сердца Джейн, время от времени обращаясь за помощью к горнилу душ. Над мамой появлялось золотое свечение, свет принимал форму, а затем проекция ее тела возникала в воздухе. Сердце билось медленно. Слишком медленно. Меня полностью поглотило отчаяние. Я смотрела на маму и молилась о ее скорейшем выздоровлении. Я не верила ни в одного бога. Верила лишь в силы природы и в силы Джейн. Мысль о смерти казалось невозможной и абсурдной. Я отказывалась верить в такой исход событий. Я еще нуждалась в Джейн. Нуждалась в ее совете и помощи. Мне было необходимо поговорить с мамой. Спросить ее мнения. Но сегодня Джейн никак не могла ответить мне. Она просто лежала и боролась. Жар отступил только к утру, когда на горизонте забрезжил рассвет. Небо приобрело темно-синий оттенок. Мерцающие звезды одна за другой гасли, очищая небосклон. Свет далеких галактик стал тусклым и практически незаметным, унося с собой воспоминания о бессонной ночи. Яркое солнце встало над планетой богов, даруя ее жителям надежду и свои лучи. Последние теплые лучи поздней осени. Джейн прекратила свои метания по кровати и заснула крепким сном. Бой был выигран. Я могла вздохнуть спокойно. Поцеловав на прощание отца и поблагодарив Эйр, я покинула комнату. Я вышла в безлюдный коридор и застыла на месте. Мне так и не удалось принять определенного решения, поэтому я решала здесь и сейчас, робко оглядываясь по сторонам и продолжая пребывать в своих мыслях. Я вновь и вновь взвешивала все «за» и все «против». Пыталась найти оптимальный для себя и других вариант, но такого просто не существовало. Каждое решение порождало за собой необратимые последствия. Я не знала, какие окажутся менее губительными. Пожалуй, это станет самым сложным. Выбрать наименьшее из зол. Всего в нескольких шагах находилась персиковая спальня. Отправлюсь в нее и откажусь от предложения Локи. Предам свое сердце, но не предам свой разум. Останусь верна брачной клятве и своему мужу. Может, это и есть правильное решение? В конце концов, я всегда руководствовалась рассудком. С сердцем можно договориться, а вот с совестью навряд ли. На нижнем этаже, прямо под персиковой спальней, расположены покои Фригг. Какая ирония. Выберу их и приму предложение трикстера. Добровольно отдам свое тело и душу. Скачусь по каменной лестнице и паду к его ногам. Предам свой разум, но спасу свое сердце. Навсегда потеряю близких, но обрету возлюбленного. Это правильное решение? Это мой выбор? Я действительно хочу целиком и полностью принадлежать ему? Превратиться в тень бога коварства, которая будет неустанно следовать за ним? В этом заключается мое предназначение и счастье? Или же это моя погибель? Остаться дочерью могучего Тора, остаться верной своей семье и друзьям? Или обрести любовь, последнюю во Вселенной? Самую сильную и безграничную. Стать частью бога коварства и лжи, раствориться в нем. Зеленое или красное? Кажется, я уже задавалась таким вопросом. Я разжала ладонь и сфокусировала свой взгляд на старой мидгардской монете. Один цент. Случайно обнаружила его на рабочем столе Джейн среди пыльных книг, красочных фотографий других галактик и непонятных таблиц с числами. Именно сегодня. Именно когда мне требуется принять решение. Как всегда решают орел или решка. Судьба или шутка богов? Я не верила ни в первое, ни во второе. Разумно ли доверять свою жизнь металлическому кругу, который здесь ничего не стоит? На него ничего нельзя купить, его нельзя обменять, его даже нельзя подарить, сочтут за оскорбление. Я ухмыльнулась и подбросила монету в воздух. Поразительно. Как легко и просто я игралась своей жизнью. Но так легче. Перекладывать ответственность на кого-то или что-то. На судьбу. На бога. На монетку. Не важно. Теперь решала не я. Теперь решали за меня. Обыкновенная монетка из совершенно другого мира. Я поймала ее и вновь вложила в ладонь. В прошлый раз выиграло красное. Впрочем, шансы пятьдесят на пятьдесят. С моих губ невольно сорвался тяжелый вздох. Я медленно моргнула, а затем разжала руку. Сердце пропустило удар. Выбор был сделан. Я больше не собиралась рассуждать и мучиться от неизвестности. За меня уже решили. Я сделала уверенный шаг и направилась навстречу своей жизни.

КОНЕЦ