Решение|決定

      Изучая вид, открывающийся сквозь отодвинутые двери внутреннего дворика, Зуко не заметил сколько времени прошло. Может, с десяток минут, а может, несколько часов – он не был уверен. Только солнце, всё ещё яркое, но уже опустившееся ближе к линии горизонта, выдавало реальное время суток.       Он смотрел, как между тонкими стеблями цветов пролетают длинные стрекозы. Как кошка-сурок притаилась в кусах, охотясь. Смешливым напоминанием в голове возникла мысль об утреннем разборе почты. Он вновь отлынивал от дел. Только в этот раз без весомой причины – развалившись на футоне, ждал пробуждения Иоши от опиумного сна. Его губы слабо тронула усмешка. Зуко даже придался фантазии о том, как пожилой канцлер станет в уважительно-почтительной интонации отчитывать его за столь долгое отлучение от двора.       В комнате до сих был сладкий след макового дыма. Воздух ощущался вязким и тяжелым. Редкие пылинки в солнечном свете медленно двигались в своеобразном танце. Нога Иоши вновь дёрнулась пару раз – Зуко забавляли её движения во сне. Наверное, сон был захватывающим. Он вновь усмехнулся.       Когда кошка наконец покинула тень кустов и прыгнула прямо на цветы, Зуко услышал, как изменилось прежде размеренное едва различимое дыхание. - Ты давно проснулась? – не изменив позы, спросил он.       Иоши прижалась ближе. Он почувствовал, как её волосы щекочут шею, и он повернулся к ней телом.        Неизвестно откуда появившийся солнечный зайчик уместился на светлой щеке, и Зуко, мотнув головой, постарался отвлечься. Иоши, не ответив, пальцами пробежалась по его плечу, шажок за шажком – движение за движением – длинным ногтем она задела ворот его халата. Будто намекая, Иоши легко улыбалась.       Впервые Зуко коснулся её руки настолько медленно и без стремления быть аккуратным. Он провел ниже и залез под широкий бледно-розовый рукав, почувствовал, как кожа под его пальцами покрылась мурашками. Иоши вздохнула, стоило ему дёрнуть вниз, зацепившись изнутри рукава. Её плечо стало полностью голым. Узкое, светлое, нетронутое… Зуко коснулся его губами совсем легко, словно хотел запомнить каждую мелочь – Иоши прикрыла глаза. Он провёл языком выше, к шее, и влажным следом заблестела полоса слюны, запачкала подбородок. Сосуды её тела упруго бились под его прикосновениями, и он почувствовал, как стремительно член налился кровью. Неосознанно Зуко подвинулся ближе, сильнее сжал губы прямо у линии челюсти. Иоши тихо всхлипнула, и её пальцы скрылись где-то между прядей его волос.       Притягивая Иоши к себе за подбородок, Зуко накрыл её губы своими. Медленно и до жути размеренно, будто проделывал это множество раз. На выдохе он коснулся языка, и Иоши сильнее сжала его волосы. Через ресницы он видел, как жалобно изогнулись тонкие брови, как румянец разлился на щеках. Ему хотелось навсегда запомнить её смущенное, но полное желания лицо. Его ладонь проникла под халат и сжалась на мягкой груди. - Возьми меня, пожалуйста, — это было первым, что слетело с её всё ещё сухих после сна губ. Иоши выгнула спину, и грудь её стала ещё ближе. - Ты хочешь этого?       Простыня зашуршала под ними. Рядом с самой крупной складкой опустился белый пояс. - Я хочу, - она скрыла ладонь где-то в подоле его халата, а после медленно провела ладонью по члену.       Зуко с интересом смотрел за тем, как всё дальше друг от друга оказываются её ноги, как капля его предэякулята блестела в дневном свете. Он подлез ближе и навис сверху, одной рукой направляя себя, а другой убирая растрепавшиеся волосы с её лица.       Когда член оказался внутри, Зуко закусил губу и остановился. Он прерывисто выдохнул. Было слишком. Слишком узко, слишком тепло, слишком приятно. Иоши затрепетала в его руках: распирающая боль пронзила пах. Она вскрикнула и зажмурилась. Изучая себя пальцами раньше, Иоши думала, что полностью готова к близости, но настоящий член оказался шире и твёрже. Ей правда было больно, но она не собиралась останавливаться. Когда Зуко прошептал ей что-то, видимо беспокоясь, она вслепую замотала головой и качнула бёдрами вперёд. С каждым новым движением, даже небольшим, боль отступала. Спустя несколько минут чувство наполненности стало приятно сводить низ живота. Иоши застонала, и Зуко вновь поцеловал её, не прекращая двигаться.       Несколько влажных пятен запачкали простынь. - Ты такая… - Зуко говорил тихо, словно в беспамятстве. Мышцы пресса перекатывались под светлой кожей. – Очень сложно не… - Ты хочешь кончить? – Иоши, оказавшаяся в захвате его сильных рук, посмотрела снизу вверх. Прямо в глаза. В янтаре её глаз не было ничего, кроме искреннего, нежного желания.       Зуко не ответил, лишь кадык дёрнулся вверх-вниз.       Иоши сильнее раздвинула ноги и прижалась ближе насколько было возможным. Её влага заблестела на нём. Она огладила узкие бедра, и почувствовала, как остро зубы сжались на её шее. Зуко начал двигаться быстрее. Он дышал рвано и глубоко, ухватившись за её волосы. В тот момент Иоши казалось, что она полностью в его власти. Зуко был повсюду: по бокам упирался руками, прижимался сверху…был внутри.       В какой-то момент Зуко вслепую сжал её щёки одной рукой – невозможно было сдержаться, когда стенки влагалища горячими приливами обхватывали его. Тонкие пальцы вжались в плотную широкую спину. Зуко застонал, почти проскулил, хаотично впечатываясь в Иоши. - Я сейчас… - он провел носом по её плечу, вдруг остановившись. - Давай, - Иоши опустила руку ниже, вдоль позвоночника, и почувствовала, как горячей пульсацией разлилось тепло внутри.       Зуко несколько раз дёрнулся, упираясь лбом в её ключицу. Его дыхание было влажным, обжигающим…громким. Иоши завороженно смотрела за тем, как его тело изменилось в момент разрядки, каким беззащитным и удивительно сильным оно выглядело.       Она, не моргая, ухватила его покрасневшее лицо руками и поравнялась с Зуко глазами. - Останься внутри, - сказала она одними губами. – Ты ещё твёрдый.       Зуко выдохнул. Он просунул руку ей под голову, а другой уперся в смятую светлую простынь – начал двигаться снова. Ритмично и медленно. Иоши прикрыла глаза, оставив руки на его лице. Зуко почувствовал её потребность в более грубых резких движениях, когда один из ногтей с силой впечатался в борозду шрама – Иоши была на грани. Он сжал её будто в объятьях и толкнулся настолько глубоко, что смог ощутить напряжение связок её бедер. Внутри Иоши запульсировало – звуки тела стали влажнее. Зуко посмотрел на её лицо, взмокшее, со сведенными к переносице бровями. Впервые он видел это выражение не от гнева.       С неловким хлюпанием окончания, Зуко откинулся на спину. Иоши продолжала сбивчиво дышать, а он лениво, словно во сне скользил взглядом по потолку. Она неожиданно хлопнула его по животу – Зуко вздрогнул. - Это было очень хорошо, - она села, поглядывая из-за плеча, и улыбнулась. Зуко улыбнулся в ответ, в смущении прикрыл глаза. - Ты сильно устал? - Нет. - Тогда посмотри за дверью, - Иоши потянула спину, будто разминалась после тренировки. – Может, принесли еду. Я слышала, что после всего этого парни голодны… Зуко не смог сдержаться и рассмеялся: - Что? Я не хочу есть. - Ну, значит ты исключение из правил, - она обиженно покосилась на него. – Мне не один раз такое говорили вообще-то. - И кто такое тебе говорил? – Зуко изогнул бровь. - Пару знакомых. И знаешь, кто ещё? – она выдержала драматическую паузу, а потом рухнула ему на грудь, раскрыв глаза. – Тай Ли.       Зуко в удивлении несколько раз моргнул. - А ты что не знал?.. - Встань лучше, я проверю, может поднос принесли, - он кинул взгляд в сторону двери.       Иоши сползла с него. Она лежала навзничь и пыталась поправить халат. Зуко скользнул ко входу. Он аккуратно отодвинул дверь – совсем немного, чтобы не обнаружить себя, и одним глазом посмотрел вниз. Стояло два небольших подноса. Он раскрыл дверь сильнее и через несколько секунд их первая за долгое время еда оказалась на столе.       Меню в домике Док Май было скудным: рыбный суп с несколькими кусочками тофу, рисовая булочка и две карамельные конфеты. Невозможно было растянуть завтрак надолго. - Я думаю, стоит вернуться во дворец. Иоши застыла с палочками у рта. - Так рано? – она жалобно изогнула брови. – До заката ещё долго. - Мы ведь не можем здесь прятаться вечно, - Зуко задумчиво перекатывал конфету языком. – Друзья будут переживать, и советники мне не простят такое долгое отсутствие… - К слову о советниках, - Иоши деловито отложила палочки. – Если я, участница брачного договора, не пришла к решению о нём, то как к этому отнесутся твои приближенные… Я ведь правильно понимаю, что мой отец теперь политический преступник? - Они будут недовольны. - Настолько, чтобы ты расторг договор?       Зуко молчал. От сладости карамели вдруг заболели зубы. - Не знаю. Я ещё не думал об этом…я…не хочу ничего расторгать.       Лицо Иоши просияло, и она вслепую сжала его руку, лежавшую на столе.       После позднего завтрака они переоделись в оставленные ранее дворцовые мантии и решили удалиться незамеченными – идею, на удивление, предложил Зуко. Он задумал перелезть через забор внутреннего дворика, как вор.       Зуко поднялся первым — мантия скользнула по плечам. Иоши ещё сидела у стола, разглядывая пустые чашки. Принадлежавшая ему стояла чуть в стороне — Зуко так и не допил свой чай. Она потянулась и составила их вместе. Глиняные бока соприкоснулись с тихим стуком. — Надо идти, — сказал Зуко негромко. Иоши кивнула, но не двинулась с места.       Взгляд её медленно прошёлся по комнате — по смятым простыням, сбившимся в неровные складки у самой стены; по низкому столику, где теперь покоились два их сложенных халата; по трубке, забытой где-то рядом, у футона. Трубка привлекательно блестела в ярком свете, и тёмные драконы на её боку казались почти живыми.       Она поднялась. Подошла к матрасу и одним движением поправила край простыни, ей хотелось оставить после себя хоть каплю порядка.       Зуко стоял у выхода во внутренний двор, уже готовый и собранный, но ждал. Она чувствовала его взгляд спиной. Чувствовала, что он не торопит. Иоши обернулась. — Пойдём, — сказала она и подошла ближе.       Переулок был немноголюден – лишь какой-то доходяга пьяно дремал за прилавком своей мастерской.       Они, укрывшись капюшонами до кончика носа, быстро достигли окрестностей дворца, и солнечный свет сменился полумраком служебных коридоров. Иоши, не имея ни малейшего представления об устройстве всей системы переходов, снова беспрекословно следовала за Зуко. Подведя Иоши к нужной лестнице, он молчаливо пошёл дальше, в сторону западного павильона. Там располагался его кабинет.       Иоши искренне желала проникнуть в свою комнату незамеченной. Она шла по террасам быстро, почти бесшумно — мантия наверняка ещё хранила улики её вечернего отлучения, и ей казалось, что смесь запахов различима за версту. Что скуренный мак выдаст её с головой. Что запах душной тюрьмы остался на ней. И наконец , что любой, встретившийся ей на пути, сразу поймёт: она не просто уходила по делам. Она была с Зуко. Она была его.       Иоши вдруг почувствовала себя другой.       Не как вчера на коронации, когда стояла в первом ряду и гадала, что же будет дальше. По-другому. Более... целой. Будто что-то внутри неё наконец встало на место — то, что было сломано или сдвинуто много лет назад.       Теперь это чувство ушло. Не исчезло вовсе, но отступило. Дало ей пространство.       Иоши провела ладонью по волосам и на секунду задержала дыхание. Интересно, видно ли это со стороны? Догадается ли кто-нибудь?       Она надеялась, что нет. И одновременно почти хотела, чтобы да. Чтобы кто-то посмотрел на неё и понял: с ней что-то случилось. Что-то важное. О чём не принято говорить вслух, но что видно по глазам.       У террасы она столкнулась с Катарой.       Та заметила её сразу — ещё вдалеке пустого коридора высоких арок. Иоши замерла на секунду, но отступать было некуда. Она выпрямила спину и пошла вперёд, надеясь, что тени от капюшона скроют её лицо. Не скрыли. - Ты где была? – в голосе Катары проскользнули те самые материнские нотки, о которых как-то упоминал Сокка. - У господина Рё, - отчеканила Иоши, едва справляясь с напористым взглядом голубых глаз. – Там было кое-что связанное с моими родителями, поэтому я так задержалась… - Задержалась, - Катара недовольно вздохнула. – Я вообще-то волновалась, - стушёвано добавила она.       Иоши несколько раз моргнула, не веря в услышанное. Катара переживала из-за её долгого отсутствия. - Прости.       Слово вырвалось раньше, чем она успела подумать. Искреннее. Простое. Но Иоши вдруг захотелось сказать больше. Объяснить, где она была на самом деле. Рассказать, не в подробностях, конечно, но хотя бы дать понять, что произошло.       Иоши открыла рот — и не нашла слов.       Как объяснить Катаре что сегодня утром… Она просто стояла, глядя на неё, и Катара смотрела в ответ. - Ладно, - Катара отмахнулась. – Мы собираемся пойти в город. Тебе нужно переодеться, наверное, - она стала оглядываться по сторонам, явно размышляя, и губы Иоши тронула улыбка. – В принципе, можешь не спешить. Тоф ещё надо умыться. Ты, скорее всего, уже запомнила, что это долгая история…       Тихо посмеявшись, Иоши расстегнула мантию и наконец сняла её, донеся до комнаты в руке. Было привычно тихо, застеленная кровать без единого изъяна выглядела грустно и отчасти одиноко – Иоши хмыкнула, рассматривая детали нынешнего быта.       Она переоделась во что-то недорогое, но симпатичное, и наконец решилась заплести волосы. Небольшой пучок на макушке из части волос, пока остальные струились по спине. Несколько секунд она вдумчиво смотрела не небольшую коробочку с пудрой, но так и не притронулась к ней.       Через некоторое время в дверях показалось два силуэта, заставивших в удивлении раскрыть глаза. Худенькая молодая служанка и необычайно парадно одетый Аанг. - Ты скоро? – спросил он, виском прислонившись к проёму.       Иоши кивнула ему и поспешила подойти ближе, но служанка, будто дождавшись своего часа, начала торжественный доклад. - Командир Внутренних Сил прислал приглашение на аудиенцию для госпожи Иоши Кагуро, - склонив голову, девушка протянула небольшой свиток с печатью.       Под пристальным и удивленным взглядом Аанга, Иоши приняла послание и неловко откинула его в сторону кровати. Аудиенция с Командиром. Это было первым серьёзным шагом на пути к Лан, и она не ожидала, что он случится так быстро. - Спасибо, - она неловко поклонилась в ответ.       От того, как неудачно сложились обстоятельства, Иоши хотелось провалиться под землю. Никто в команде, кроме Зуко не знал об истории её сестры, и теперь, когда он решил помочь, пользуясь своими положением, несведущий Аанг стал первым свидетелем их тайны. Однако, Аанга интересовало совсем другое. Он перевёл взгляд со свитка на Иоши, будто впервые её видел. - Иоши Кагуро? – Аанг, казалось, даже рот раскрыл от удивления. - Да, это мои имя и фамилия, - Иоши поравнялась с ним. - Я и не знал…что она у тебя есть. Я думал, что у тебя как у Зуко. Просто имя.       Иоши, предусмотрительно выпустив юркую служанку, прикрыла дверь. - Зуко был принцем. Теперь он Лорд Огня. Ему не нужна фамилия, все и так его знают.       Работа совсем не продвигалась. Карты, свитки, рапорты – всё лежало мёртвым грузом на низком дубовом столике. Зуко чуть не выронил кисть из рук, когда очередной советник вошёл в кабинет без стука. Он, учтиво поклонившись, снова заговорил о колониях в Царстве Земли. Тон его был суровым и чрезвычайно уверенным для человека, от которого немногое зависело. Зуко продолжал изучать документы. «В ходе Столетней войны урон, нанесённый острову Киоши (подмандатный Царству Земли), оценивается в сто четыре тысячи монет золотом…» - не дочитав до конца, Зуко поставил именную печать. - Не до этого сейчас. Зайдите позже. Недовольно поджав губы, советник молча удалился.       Зуко откинулся назад на одну из колонн у стены. Перед глазами всё ещё всплывал фрагментами чайный домик: рука Иоши на его руке, сжатая вслепую. Тогда он не ответил на это прикосновение — просто позволил ему быть. Как и многое другое, что он позволил ей, Иоши: войти в его жизнь, когда они встретились в тюремном коридоре; остаться в лагере, когда никто её не ждал; так обыденно касаться его шрама.       Зуко вздохнул. Ему подумалось о том, что завтра они увидятся — может быть, за завтраком, может быть, в коридоре. Она пройдёт мимо с Катарой или одна, и пока он не сможет взять её за руку при всех. Зуко выпрямился, взял верхний документ из стопки, пробежался глазами по строчкам, и на этот раз прочитал их до конца.