Поттер. Последний из рода

Большую мрачную гостиную освещал бронзовый канделябр с выплавленной буквой «Б» у основания крестца. Подсвечники в нём были выполнены в виде маленьких черепов с глазами - рубинами. Довольно мрачная вещь. Как и вся остальная мебель в Гриммаулд плейс. Небо за окнами было затянуто свинцовыми тучами, и, значит, другого освящения в ближайшее время не предвидится. Гарри осторожно поглаживал волосы девушки, дремлющей на его коленях. Её ресницы то и дело подрагивали. Слишком много всего свалилось на неё. Сердце парня кровью обливалось от того, что он ничем не может помочь Гермионе. Гарри чувствовал, что у неё внутри что-то оборвалось после сожжения родителей. Что-то что уже не позволит ей быть прежней. В тепле и тишине Гриммаулд плейс Гарри тоже клонило в сон. Рон пил уже второй бокал огненного виски, который где-то откопал Кикимер. Он был явно не в лучшей форме. После погребального костра, устроенного Гермионой на мысе Бичи-Хэд, все трое чувствовали себя примерно одинаково - отвратительно. Тягостное ощущение того, что вот-вот должна разразиться буря – угнетало. Гермиона вымоталась и едва на ногах стояла, когда они уже вернулись в старый штаб. Гарри надоело смотреть на девушку, шатавшуюся по дому словно инфернал, и он предложил ей лечь спать, предварительно пригрозив, если она не сделает этого сама, то он напоит её сонным зельем. О том, что ни одного сонного у него с собой нет, Гарри скромно умолчал. Девушка укуталась в старый красно-коричневый плед и, вцепившись в руку Гарри, прилегла на диван. Гермиона будто боялась, что стоит его отпустить, и Гарри тут же раствориться, исчезнет. В конечном счёте, она уснула у него в объятьях. Рон всё это время предпочитал отмалчиваться. Он вообще после Хогвартской битвы был не особо разговорчивым. Парень сидел на пуфе рядом с низким кофейным столиком и поигрывал крупным бокалом в руке. Рукава бордового свитера были закатаны до локтей, голубые, вытертые от времени, джинсы уже не сковывали движений. Тело уже отогрелось от холода. Хотя благодарить за это в большей степени стоит всё-таки виски. Лицо его было белее снега, даже тонкий шрам на щеке почти не выделялся. Его всё ещё мутило. Впечатления от недавнего ритуала ещё долго будут всплывать в памяти. Рон даже сейчас не мог понять, как у Гермионы хватило на это сил. Рон закрыл глаза и тряхнул головой, отгоняя видения. Он снова уставился на массивный канделябр, стараясь не смотреть на Гарри и Гермиону. Рон, пытаясь подавить раздражение, которое каждый раз накатывало на него, когда он видел их вместе, начал думать о более важных вещах. Например, что делать с Дином. Когда Рон и Гарри транспортировали тела мистера и миссис Грейнджер на мыс, Гарри обмолвился о том, что стоит переправить Томаса в штаб. Рон прекрасно видел, что Гарри ему всё ещё не доверяет, но Гермиона всегда могла его убедить в чём угодно. - Ты точно позволишь Томасу сюда прийти? - тишину разрезал хрипловатый голос Рона. – Ты же ему не веришь. Рука Гарри замерла над головой Гермионы, он вздрогнул от неожиданно прерванной тишины, но на вопрос ответил: - Я уже никому не верю, - от долгого молчания голос Гарри казался осипшим, – но метки на его руке не было, а если Дин с Пожирателями не связан, то наша встреча будет последним дружеским визитом для него. - Думаешь, она захочет его убить? – Рон вглядывался в янтарную жидкость у себя в стакане, пытаясь принять решение. Дина действительно нужно было увести из его логова. Вопрос был только в том – куда? Была ещё одна проблема, которую Рон чуть ранее назвал «она» – Браун. Что она планирует делать с Дином? Может быть Гарри прав: Дин так же, как и Лав может быть заодно с Пожирателями. - Не знаю, Рон, я не знаю, – Гарри откинул голову на спинку дивана. Выглядел он вымотанным не меньше Гермионы. - Я уже ничего не понимаю, но Гермиона права: мы упустили время. Сейчас единственное, что мы можем, это максимально испоганить им планы. Попытаться. Рон отодвинул прозрачный бокал с янтарной жидкостью и с решительным видом встал с пуфа. - Ты куда? - За Дином, – осторожно отозвался Рон, мало ли что Поттеру может взбрести в голову. - В таком состоянии? – Гарри скептически окинул друга взглядом. - Рон, ты сдурел? - Я в норме, – Рон отмахнулся от Гарри и, не тратя время на препирания, направился в коридор. Тяжести в голове он не чувствовал, а ко второму бокалу ни разу не приложился, чувствовал Рон себя прекрасно. Физически. Его эмоциональному состоянию, по его мнению, уже ничего помочь не могло. - Координаты я помню. Трансгрессирую туда и сразу обратно. - Я с тобой, - Гарри дернулся, порываясь встать, но на его коленях завозилась Гермиона, и брюнет снова откинулся на спинку дивана. - Нет, – Рон сказал резче, чем хотелось. - Представляешь, что будет, если она проснется и никого в доме не обнаружит? На самом деле Рон сейчас думал совсем не о Гермионе. Точнее не только о ней. Ему срочно нужно было проветриться, переправка Дина Томаса была только предлогом. Гарри, окинув Рона подозрительным взглядом, неохотно кивнул. Он и сам выглядел паршиво. Тёмно-зелёная рубашка и чёрная футболка под ней явно были не первой свежести. Чересчур бледное для его оттенка кожи лицо и закрывающиеся глаза говорили об усталости и необходимости выспаться. Он даже с Роном спорил как-то вяло и неубедительно. - Я думаю, было бы лучше нам всем к нему пойти, – неуверенно проговорил Гарри, подавив зевок. - Безопаснее. - Гермионе нужно выспаться, да и тебе тоже не помешает, – резонно заметил Рон. – А позже мы можем уже не успеть. Браун видела, что мы наткнулись на Дина. Боюсь, она примет меры. - Хорошо, – неохотно согласился Гарри. – Возникнут проблемы, пришли патронуса, и мы тут же примчимся. Рон, если через полчаса, - Рон возвел глаза к потолку и Гарри исправился, - ладно, через час не объявишься, мы идет за тобой. Рон согласно кивнул, натянул свою куртку и вышел на крыльцо. Изо рта повалил пар, лицо обожгло морозцем. Он затянул потуже ворот синтепоновой куртки и прислонился головой к двери. Стоило ему закрыть глаза, и он снова увидел изувеченные трупы мистера и миссис Грейнджер. От воспоминаний к горлу подкатила тошнота. Каждый раз, думая об этом, мысли переходили к его семье. Его сердце сжималось от воспоминаний о телах мамы и Фреда, лежащих в комнатке, примыкающей к Общему Залу. Отец с братьями наверняка их забрали и похоронили где-то неподалеку от Норы. На магловском кладбище. К сожалению, воспоминания о смерти мамы теперь всегда будут переплетаться с предательством Джинни. Он должен с ней встретиться! Должен понять, что на неё нашло. Он найдет сестру и убедит уйти от Пожирателей, он должен. Порыв ветра потрепал парню волосы. Колючий морозный воздух привёл его в чувства, тумана в голове от выпитого алкоголя не было. Рон вздохнул, напомнил себе, что пожалеть себя можно и попозже и трансгрессировал. * Вылетев из потока на крышу старого дома, Рон пригнулся и осмотрелся. Внизу никого подозрительного видно не было. Какой-то бродяга, закутанный в тряпьё, рядом с дымящейся бочкой грел руки и на хлопок, сопровождающий трансгрессию, не обратил внимания. Низкорослая дворняга рядом с ним, подняла голову, рыкнула и снова уткнулась носом в мусор. Больше на улице никого не было. Рон прикинул, что ни один прихвостень Лорда на такие жертвы не пойдет, и потому успокоился. С другой стороны дома стояли две машины. Одна с разбитым лобовым стеклом, другая занесённая снегом. Вдали виднелись высокие трубы заводов. Под крышей разместилась рядком стая сизых голубей, и сейчас они подозрительно поглядывали на Рона. Парень вздохнул свободней. Метки над домом не было. Осторожно спустившись по пожарной лестнице, Рон заглянул в окно. Раздвинутые занавески позволяли рассмотреть всё помещение. В комнате был Дин, он был занят и не обращал внимания на окно. Рон подумал, что Дину очень повезло, что он до сих пор жив, такая беспечность может стоить жизни. Дин метался по своей комнатке в поисках наиболее необходимых для него вещей. Парень нырнул в комод, тумбочку под телевизором и, наконец, дверной косяк из которого, вытянув руку, он что-то вытащил. Дин был очень высок, выше шести футов. Черные волосы, откинутые назад, открывали высокий лоб. Серая футболка с надписью и синие джинсы с какими-то цепочками совершенно не сковывали движений. Если придется бежать – проблем не возникнет. Металлическая кнопка от куртки Рона звякнула о раму. Дин вздрогнул, развернулся и пальнул из волшебной палочки заклятием. Рон успел увернуться от разлетевшихся осколков в последнюю секунду. Уизли начал понимать, как Дин умудрился дожить до сегодняшнего дня. Это после встречи с Дином никто не выживал. - Сдурел? – без особого интереса поинтересовался Рон. Он и сам поступил не очень осторожно, нельзя так открываться. В окно он на всякий случай пока не заглядывал. - Извини, нервы ни к черту, – глухо отозвался Дин из квартирки, теперь уже с разбитым окном. Рон всё же решил, что разговаривать через стену не очень удобно. Он осторожно заглянул в окно, Дин уже опустил палочку. - Я могу войти? Парень кивнул. Спустившись по подоконнику в комнату, Рон огляделся. Щепок и перьев в комнате больше не было, но презентабельней она всё равно не выглядела. Дверь была приоткрыта. - Пакуйся быстрее, – Рон кивнул на сумку и хмуро взглянул на дверь. Нет, он всё-таки не понимает, как так получилось, что Дин до сих пор жив. – Пойдешь со мной. У нас безопасней. - А куда мы отправимся, там точно мен… нас не найдут? - Тебе не всё равно? – Рон смерил Дина оценивающим взглядом. Действительно ли он готов присоединиться к их троице, или просто ищет убежище понадежней? Или не убежище? Рон мотнул головой: нельзя подозревать всех подряд в предательстве, так свихнуться не долго. *** Когда они оба выбрались на крышу невысокого здания, уже было совсем светло. Дину не хотелось трансгрессировать на открытом месте, но Рон его даже слушать не хотел. По его мнению, душевное состояние маглов Дина сейчас должно беспокоить меньше всего. Рон вообще стал к ним относиться очень недоверчево, после того, как пятеро этих самых маглов на них напали. Бурчание Дина внезапно прекратилось, и Рон на него оглянулся. Сначала он услышал невнятный треск, следом грохот и только потом почувствовал, как устойчивая поверхность уходит у него из-под ног. Плоская крыша под ногами задрожала, покрылась трещинами и рухнула вниз. Дин заорал от ужаса и вцепился мертвой хваткой в плечо Рона. Рон не успел испугаться. Через мгновение они врезались в пол первого этажа. Дина отшвырнуло, он покатился по полу и затих, чувствуя, как разливается боль в правой ноге. Откуда-то сверху доносился подозрительный шум. Дин застонал, сглотнул слюну и пополз к Рону. Тот лежал без движения и был, наверное, оглушен. Дин ухватил однокурсника за воротник и потащил к дальней стене. Томас успел как раз вовремя. Наверху кто-то возмущенно кричал, послышался хлопок, потом ещё один. Странный шум и вспышка света, затем на обломки бетонной крыши что-то рухнуло. Двухэтажка была не жилой. Пару недель назад её должны были снести, Дин, заколдовав магла–рабочего, обеспечил себе временное пристанище. Он единственный, кто здесь до сих пор жил, лишних жертв быть не должно. * Очнулся Рон быстро. Парень открыл глаза и застонал. Все тело болело так, будто на нём пару часов отрабатывали круциатус. Причем, судя по тяжелой ломоте в ребрах и тому, какой тяжестью отзывался ушибленный затылок, стараться мерзавцы должны были от всей души. Рон пошевелил пальцами и попытался приподнять налитую свинцом голову. В ушах звенело, вокруг висела плотная завеса пыли смешанной со снегом. Он с удивлением понял, что упал. Попытался подняться и стукнулся затылком обо что-то твёрдое. Он ошеломленно потряс головой, встал на четвереньки. Костяшки правой руки уперлись в бетонное крошево. Рон всё ещё сжимал в руке волшебную палочку. Сплёвывая попавший в рот снег и отчаянно кашляя, он с трудом встал на ноги. В этот раз без лишних шишек на затылке. Рон осторожно повернул головой, пытаясь осмотреться. Парень оказался на участке свободного пространства среди завала. Как раз над его головой серело затянутое тучами небо. В ушах шумело, по лицу, кажется, текла кровь. В стену над его головой ударилось и рассыпалось искрами заклятие. Рон тут же подобрался и прижался к полуразрушенной стене, мужественно игнорируя головокружение и отсутствие нормальной координации. Туман в голове всё ещё мешал оценить обстановку. Рон, пригнувшись, выглянул из-за завала. Дина одолевали три фигуры в чёрных балахонах. Сразу стала понятна причина обвала. Пожиратели решили не заморачиваться и просто обрушили двухэтажное здание. Рон пришёл как раз во время, ещё полчаса промедления, и Дин был бы мёртв. «Они вообще поодиночке ходить умеют?» - подумалось парню. С точки зрения Рона было бесполезным пытаться компенсировать качество количеством. Эти трое сейчас только мешали друг другу. Первая разумная мысль была: вызвать патронуса и отправить за подмогой. Притворить её в жизнь Рональд не успел. В этот момент Дин взвизгнул и повалился на занесенный снегом асфальт. Палочка его отлетела в сторону, и кто-то из людей в балахонах мерзко захихикал. Рон вскинул палочку, и сразу двоих из них отнесло к соседнему зданию. Эти двое кучкой прилегли рядом с мусорным контейнером. Пока наиболее везучий из Пожирателей тупо пялился на выведенных из строя товарищей, Дин, не заботясь о том, откуда пришла помощь, дотянулся до своей палочки и вырубил его. Парень обернулся к Рону и благодарно кивнул. В это время пришли в себя те двое, которых отшвырнул Рон. - Сзади, идиот! – Рявкнул Рон на Дина и угостил одного из них ступефаем. Где-то над головой Рона прозвучал хлопок трансгрессии и рыжий посмотрел вверх. Еще одна фигура в черном балансировала на бетонных глыбах разрушенного здания. Из своего укрытия Рон до неё достать не мог, зато она (об этом красноречиво говорили каблуки) могла с легкостью его не только заметить, но и убить. Тем не менее Пожирательница не глядела под ноги, а наблюдала за потасовкой Дина. Если сменить место дислокации, то Рон смог бы её «снять», но он боялся, что она заметит его раньше. Ему оставалось только наблюдать и ждать удобного случая. Для обороны или нападения - это выяснится позже. Девушка медленно спустилась ниже и теперь была под прицелом у Рона. Сейчас только один Мерлин знал, как отчаянно Рон молил, чтобы Пожирательница не оказалась Джинни. Палочку она сжимала в левой руке. Рон вздохнул свободней, его сестра держала палочку в правой. Парень уже открыл рот, чтобы произнести заклятие, но Пожирательница повинуясь какому-то чутью, обернулась к Рону. К счастью более радикальных заклятий, чем Ступефай в голову ей не пришло. Лицо её было скрыто капюшоном, но голос с хрипцой был Рону определенно знаком. Выяснять где и когда он его слышал, время было не самое подходящее. Щитовое заклятие сорвалось у него с палочки быстрее, чем он успел его произнести. Расстояние между дуэлянтами было меньше двух метров. Поток горячего воздуха обжог Рону лицо и припечатал парня к стене. Пожирательнице тоже досталось. У неё за спиной стены не оказалось, и она пробороздила спиной об острые камни и сейчас шипела от боли. Рон сполз по стене вниз и на четвереньках метнулся к своей палочке, которую выпустил из рук. Девушка со стоном села, и капюшон упал с её головы. Рон хорошо её помнил. Слизеринка с их курса – Панси Паркинсон. Только выглядела она немного иначе, чем он помнил. Гримаса боли, искажавшая лицо, не могла скрыть бледное осунувшееся лицо, круги под глазами и белую кляксу шрама, заплывшую на висок и часть лба. Короткие темно-каштановые волосы до плеч, надо думать, хорошо его маскировали. Она обрезала волосы на третьем курсе, чем сразу же обратила на себя внимание. В магическом мире не то, что среди аристократок, но и просто чистокровных девочек было не принято носить короткие волосы. Паркинсон наконец-то смогла сфокусировать взгляд на Роне. Взгляд этот Рону не понравился. Люди в её положении так не смотрят. Палочка её валялась довольно далеко - так просто не дотянуться. Дождавшись, когда Уизли потеряет бдительность и перестанет ждать от неё подвоха, девушка извернулась и рванула к волшебной палочке. Рон недолго думая схватил её за лодыжку и дёрнул на себя. Девушка вскрикнув, упала, едва успев выставить перед собой руки. Откуда-то сзади в асфальт ударило заклинание, и волшебная палочка Пожирательницы откатилась и рухнула в решетку канализационного люка. Паркинсон в сердцах и в сочных выражениях, описала сложившуюся ситуацию, потом извернулась и свободной ногой лягнула Рона. Парень успел отклонить голову, и каблук её сапога угодил ему в плечо, а не в лоб. Рону пришлось выпустить девушку и она, взяв низкий старт, рванула в переулок. - Стоять! - крикнул Рон, не особо надеясь на результат. Рон побежал за ней. Он не мог её упустить. Паркинсон, насколько он помнил, всегда таскалась за Малфоем, а значит, она могла знать, где его сестра и как её найти. Рон совершенно забыл и о Дине, и о патронусе, и об оставшихся на долю Томаса Пожирателях Смерти. Он должен встретиться с Джинни, чего бы это ему не стоило. Рон вслед за девушкой нырнул в переулок, он заметил её уже рядом с выходом и выпустил из палочки заклятие пут. Но Паркинсон увернулась и, оглянувшись на парня, нырнула за угол первого попавшегося здания. Кручёная верёвка обмоталась вокруг пожарного гидранта. Рон бегал быстро, догнать Пожирательницу ему было не трудно. Когда ты растёшь с пятью старшими братьями иногда полезно быстро бегать, чтобы не получить лишний раз взбучку или очередную братскую услугу от близнецов. А догнать аристократку, балансирующую на тонких каблуках и путающуюся в широком подоле шелкового платья, было проще простого. Рон отправил ещё одно заклятие в Паркинсон и на этот раз попал. Девушка вскрикнула от неожиданности и свалилась на обледеневший асфальт. Когда Рон уже неспешно к ней подошёл, Паркинсон сидела на асфальте с таким видом, будто сама устала и решила присесть, а всякие там Уизли ей мешают отдыхать. - Какого дементора тебе надо? От такой наглость Рон просто дар речи потерял. - Ты Дина пыталась убить. - С головой проблемы? – очень правдоподобно возмутилась девушка. - Я мимо проходила, а ты палить начал. Рон потупился. Он только сейчас вспомнил, что свою волшебную палочку Паркинсон даже не подняла. Проклятье! Он действительно напал на неё без видимых причин. - Я хочу с тобой поговорить, – он ещё не до конца был уверен в том, что собирается сказать. - Не самый лучший способ заводить знакомства с девушкой, но для того кто недавно сменил ориентацию - простительно, – злобно шипя, проговорила она. - Ты где своего лохматого бойфренда потерял, придурок? Рон от такого наглого предположения вспылил и поднял палочку. Паркинсон вздрогнула и с горькой усмешкой произнесла: - Убьёшь? Безоружную, беспомощную девушку? Да ты герой, Уизли! Волшебная палочка в руке Рона дрогнула, но он её не отпустил. На самом деле он не собирался бросаться заклинаниями. Паркинсон смотрела на него без страха, без вызова, так свойственного павшим воинам всё ещё готовым умереть за своего предводителя. Она смотрела на него большими серо-зелёными глазами и ждала. - Значит всё-таки пытки? Он никогда ещё не встречал такого безразличия к опасности. Пусть даже она не считает его достойным противником – оружие всё-таки у него. Рон мысленно окрестил себя болваном и медленно опустил палочку, за что вместо благодарности получил полный презрения взгляд девушки. - Я не собираюсь тебя пытать. Если ответишь на мои вопросы – вообще о тебе забуду. Идёт? Она деловито хмыкнула. - Странный ты: пытать не хочешь и убивать не хочешь… никогда не сталкивалась с подобным равнодушием, – задумчиво произнесла она. - Ты знаешь где моя сестра? - Сестра?- Панси прищурившись посмотрела на Рона. - Это та рыжая сучка, которая спит с Драко? - Ты знаешь о ком я, – раздражение от её слов он скрыть не мог. Джинни никогда в жизни не спуталась бы с Малфоем. Даже если бы влюбилась в этого хорька, не предала бы семью. - Как мне её найти? Отвечай быстро или я… - Что «ты»? Ничего ты мне не сделаешь, ты свой шанс упустил. С какой стати я должна что-то тебе рассказывать? - Скажи мне, как найти Джинни, и я тебя отпущу. - Ведешь переговоры с врагами? – она усмехнулась. - Далеко пойдешь, Уизли. Сними с меня путы. - Чтобы ты сбежала? - Чтобы трансгрессировать, нужно хотя бы стоять на ногах, идиотина, а я просто хочу чтобы ты снял эту хрень. Он пропускал мимо ушей оскорбительные выпады. Рональд неуверенно переступил с ноги на ногу и, скрепя сердце, произнес контрзаклятие. У него не было причин ей доверять, но в противном случае она не скажет ни слова. Верёвки ослабили хватку, скатились по бархатному голенищу сапог к щиколотке и растворились. Паркинсон чуть приподняла подол длинного платья и потерла лодыжку. Похоже, верёвки сдавили ей ноги сильнее, чем рассчитывал Рон. Он поймал себя на мысли, что слишком долго рассматривает ноги девушки и, подняв взгляд, наткнулся на насмешливые серо-зелёные глаза. Парень подошел ближе и предложил ей руку. Панси медленно, как будто ещё не придя к решению, протянула руку. Рон помог ей подняться, девушка отряхнула своё шёлковое бардовое платье и закуталась в черный балахон. - Теперь мы можем поговорить? – голос Рона был злым. Он понимал, что договариваться с ней о чем-то было неправильным. Нужно было просто её связать и выведать, где найти Джинни, и как добраться до их хозяина. На соседней улице снова раздался грохот, сопровождающий разрушения многострадального барака, на который Рон рефлекторно оглянулся. В этот момент случилось то, чего ожидал и боялся Рон. Паркинсон метнулась в сторону и трансгрессировала. Рон успел схватить её за плечо в самый последний момент. Насильно тянуть кого-то через трангрессионный поток - дело не благодарное, нахально использовать чужой поток тем более. Стоило бы сделать всё умнее и безопасней. Можно было зацепить её след, например. Но Рон не был бы Роном, если бы сначала подумал, а уже потом сделал. Когда он вцепился в девушку, та потеряла картинку координат и сбила цель. Перед глазами обоих мерцали размытые разноцветные кляксы. Парень и девушка вылетели из потока неожиданно. Очень неожиданно. На мгновение Рону показалось, что он парит в воздухе, но потом понял, что просто падает. Убедился он в этом, когда свалился на обледеневший асфальт, попутно задев мусорный бак рукой. Резкая боль в плече выбила из него воздух. Рон сразу же подскочил на ноги, не позволяя боли его отвлечь. Где-то справа застонала от боли Паркинсон. Рон было бросился к ней, но его остановила нацеленная на него его же волшебная палочка. Рон понять не успел понять, как она оказалась в руках Паркинсон. - Ну и кто кому теперь будет задавать вопросы? * Что может быть более обидным, чем принять смерть от своей собственной волшебной палочки в грязном магловском районе в обнимку со смердящим мусорным баком? Встретить её от человека, которого ты отпустил. Равнодушие Паркинсон к нацеленной на неё волшебной палочке стало вдруг понятным. К чему тратить драгоценные, быть может, последние минуты своей жизни на развлечение врага. Пусть сама себя развлекает. Возможно Рон всё-таки испугался бы, если бы не был так зол на себя за мягкотелость. Когда ты на поле боя, нужно абстрагироваться от мысли, что рядом с тобой такой же человек как и ты, потому что всегда может возникнуть необходимость вывести его из строя. Когда противник из безликого слова «враг» превращается в конкретную личность, появляются проблемы. Начинаешь искать причины его не убивать. А это уже может стоить жизни тебе, потому что у врага таких мыслей не возникает. - Откуда ты узнал об акции? Рон не ответил. По его виду было понятно, что молчит он не из упрямства – просто не видит смысла отвечать. Тем более, что о нападении он действительно ничего не знал. Тут Паркинсон сделала то, чего Рон от неё никак не ожидал, она опустила палочку. Она неуверенно оглянулась по сторонам и тяжело вздохнула. Она принимала какое-то решение, которое тяжело ей давалось. - Лес Аскетир, – Рон удивленно на неё уставился, но девушка продолжала. - В десяти милях от границы леса есть старая магическая деревня на три улицы и два дома, Эалдор называется. Там живет Александр Петкуин со своими детьми. Старшей дочери чуть больше двадцати, сын – на год - два старше нас. Петкуин занимает хлебное место в Визенгамоте, но этот старый крокодил очень принципиален. Темный Лорд не любит жертвовать хорошими кадрами, – девушка иронично хмыкнула, выражая своё мнение по этому вопросу. - Он считает, что жизнь хорошего политика нынче дорого цениться. Петкуину дали неделю на раздумья, когда он откажется, а он откажется, в ход пойдут силовые методы убеждения. Какую группу туда отправят, я не знаю. Это не мы решаем. Возможно, пошлют группу Малфоя. Его… твоя сестра от него на шаг не отходит. - Почему я должен тебе верить? – Рон говорил медленно и спокойно, он совершенно не хотел, чтобы девушка вдруг передумала и убила его. Панси швырнула волшебную палочку на асфальт. Палочка с характерным звуком, звякающей об асфальт древесины, подкатилась к ноге Рона. - Выбор у тебя не богатый, тебе так не кажется? Рон шокировано смотрел на девушку и не мог объяснить происходящее. Рональд опасаясь подвоха, медленно поднялся и, не спуская взгляда с Паркинсон, поднял палочку. - С чего тебе мне помогать? Девушка нахмурилась, обдумывая ответ на вопрос. Её лицо с высокими скулами, тонкими губами и прямым носом от этого стало суровым. Красивое, надо сказать, лицо, запоминающееся, раньше он этого как-то не замечал. Очередной ледяной порыв ветра бросил ей волосы в лицо, девушка не обратила на это внимания, только поежилась от холода. - Считай, что у меня временное помутнение рассудка, – девушка наконец вынесла вердикт своему поведению. – Так нам обоим будет проще. Рону это объяснение не понравилось, но другого никто не предложил. Где-то за вереницей высотных домов прогудел сигнал скорого поезда, значит время приближалось к семи часам. Парень опусти взгляд, оценивая нанесенный ему ущерб. Надо же быть таким «везучим»? А всего-то хотел переправить Дина в штаб. Тут он вспомнил, что Гарри грозился через час за ним явиться собственной персоной. По подсчетам Рона прошло уже больше часа. Любопытно, как далеко их с Паркинсон занесло. На правом рукаве куртки от локтя до запястья белел синтепоном рваный разрез. Наверно порвал его во время падения. Рон рефлекторно потянулся к разрезу левой рукой и зашипел от боли. Рука, как будто отпружинив от пассивного движения, взорвалась резкой болью. - В чём дело? – заботы в голосе Паркинсон не было ни на кнат, только раздражение. - Рука, – сдавленно прохрипел Рон. Головокружение, не проходившее не на секунду, усилилось. Не то, чтобы Рон рассчитывал на помощь Пожирательницы Смерти, ответил он на автомате. Все его мысли были направлены на восстановление дыхания, поэтому Рон очень удивился, когда у него с плеч стянули куртку и ощупали саднившее плечо. - У тебя вывих, – через некоторое время проинформировала его Паркинсон, таким тоном будто говорила о погоде. Она никогда ещё не подходила к нему так близко. Её волосы были не просто тёмными, отдельные пряди при каждом движении отливали рыжиной. Кожа рук у неё была удивительно мягкой и нежной, а руки, несмотря на мороз, – теплыми. Панси даже пахла дорого. От неё пахло терпким запахом гортензии, медом и ещё какими-то цветами. Рон не мог разобрать всего, ни на зельях ни на травологии он не блистал. Паркинсон бесцеремонно выхватила палочку из рук Рона, направила на плечо и что-то прошептала. До этого его лечила только Гермиона. В плече что-то щелкнуло, и Рон взвыл от боли. - Что ты разорался? – судя по голосу, Паркинсон жалела, что вообще этим занялась. Рон уже собирался сказать девушке, что он думает об её методах лечения, но она приложила палец к своим губам, призывая к тишине. Рон тоже прислушался. Где-то за квартал от них что-то громыхнуло: видимо, трангрессия не далеко их занесла. На соседней улице проехала машина. В мусорном баке копошились две серые крысы размером с полугодовалого кота. Ещё Рон услышал размеренный стук каблуков. Стук раздавался прямо у него над головой. Рон поднял голову. Недалеко от мусорного бака была дверь, которую он раньше не заметил и табличка над ней: «Служебный вход». Крыша начиналась сразу над этой табличкой. Стук каблуков доносился именно оттуда. Сердце парня забилось быстрее, кто бы там ни был, это явно не его друг. Гермиона не сумасшедшая, чтобы убегать от Пожирателей на шпильках. По правде говоря, Рон всего дважды видел её на каблуках: на святочном балу и на свадьбе брата. Пожирательница Смерти, стоявшая рядом с ним, явно нервничала. Паркинсон натянула на него капюшон его куртки и толкнула парня в грудь. Рон, потеряв равновесие, свалился на асфальт и ударился спиной о бак. Из бака на него свалилась какая-то картонная коробка, которую Рон брезгливо откинул. Потревоженные крысы тут же разбежались в разные стороны, одна из них пробежалась по спине и голове Рона. Он собрался подняться, но стук каблуков по кровле прекратился, и парень счёл за лучшее на время притвориться ветошью. Противный запах мусора разъедал нос. Вжавшись в промежуток между стеной и баком, Рональд напряженно ждал. Если Паркинсон его сдаст, шансов у него уже не будет. - Панси? Что ты здесь делаешь, - женский голос говорил лениво и холодно, без какого либо интереса, - вместе с этой отарой? Бархатный голос лился над самой головой Рона, и он не мог даже пошевелиться, чтобы не привлечь внимания. Серо-зелёные глаза Паркинсон лихорадочно метались, явно стараясь не смотреть на собеседницу. Девушка, стоящая прямо перед ним, нервничала. - Ничего особенного. Решила проследить за новичками. Нашего гриффиндорского ангелочка кто-то припугнул, Браун занервничала и устроила погром, – говорила Панси действительно правдоподобно. Возможно, именно за этим она сюда и пришла. - Вот как? – от яда в голосе говорившей не помогло бы ни одно противоядие. - И хорошо отсюда видно? Паркинсон изобразила на лице оскорбленную невинность и скрестила руки на груди: - Что это за провокационные вопросы, Кейт? Я между прочим за сохранность своей ячейки пекусь, – Панси подошла вплотную к Рону, сидевшему в тени мусорного бака. – Лучше помоги подняться. Брюнетка схватилась одной рукой за ржавую пожарную лестницу другой оперлась о крышку бака и наступила на плечо Рона, чтобы подняться. Рон поморщился, но ничем не выдал своего присутствия. Девушка залезла на лестницу и стала подниматься. - Аристократка, – фыркнула пришедшая, - а лазаешь по стенам как магловская шпана. - Откуда такая осведомленность в развлечениях магловской шпаны? Паркинсон удивленно выдохнула, послышался звук соскользнувшей подошвы. Каблук девушки звякнул по металлу лестницы, и она ойкнула. - Полегче, Пенсифона, а то расскажу твоему будущему мужу как плохо ты себе ведешь, - голос прозвучал угрожающе. - Никогда не называй меня Пенсифоной! – голос Паркинсон дрожал, но от гнева или страха было не понятно. – Додумался же твой отец отправить тебя в академию боевых магов. У тебя после выпуска крышу совсем сорвало и унесло в неизвестном направлении. - Еще раз сократишь моё имя до магловского, и в следующий раз руку тебе подавать будет не кому. - Ты ничего мне не сделаешь, - убежденно сказала Панси, девушка уже забралась на крышу и подруги болтали. - Как мило с твоей стороны заподозрить меня в подобном благородстве, – насмешливо заметила та, которую назвали Кейт. - Благородство тут не причём, только холодный расчёт. Я твоя единственная подруга и одна из двух людей, который может выносить тебя больше двух минут к ряду, – голос Панси звучал как всегда: тихо и чуть равнодушно, как свойственно всем аристократкам. - Откуда ты знаешь про свадьбу? Я думала, в стане пока никто не знает. Опять использовала свои таланты? - Мои навыки тут ни к чему, вполне хватило мозгов, – пояснила её собеседница. - Селвин недавно овдовел, от Крины у него остались две ходячие неприятности в сарафанах трёх и пяти лет, а ему нужен наследник. Из потенциальных, ещё свободных невест у нас только ты да я. Вывод сам напрашивается. - Что же Селвин тебя не выбрал? - Мой отец эту идею не одобрил. Сказал, цитирую: «Я не настолько ненавижу Селвина, чтобы натравить на него тебя». Рон не мог дождаться, когда они уберутся подальше. Неужели нельзя потрепаться языками где-нибудь в другом месте. Ему, между прочим, холодно, и пахнет здесь не яблоками. - Какая жалость, теперь мне придется отдуваться за тебя, – притворно посетовала Панси. - Ты, кстати, что здесь делаешь? Тебе вроде не разрешают покидать штаб? Ох, и доиграешь ты в кошку, которая гуляет где хочет. Рано или поздно это им надоест. Наказывают они жестоко. - Жестоко? – с горькой иронией повторила девушка. - Да чтоб они понимали в жестокости. Ты забыла, кто мой отец? Чтобы стать таким известным алхимиком мало быть просто талантливым. Да и потом, моё отсутствие едва ли заметят. У крёстной новая забава: она обучает молодняк. Официально. На деле просто изобретает новые способы пыток. - А эта рыжая. Ну, та деревенщина, с которой путается Драко, она тоже там? – между прочим спросила Панси. Рон внизу напрягся. Не может быть, чтобы его сестру учили убивать и пытать. Джинни ни за что бы на это не согласилась. - Нет, половина ячейки Малфоя сегодня на задании вместе с группой Гринграсс. Рыжая увязалась за Малфоем. Если Малфой и Гринграсс друг друга не поубиваю, то задание они выполнят хорошо. - А куда их отправили? - Да какая разница, – небрежно отозвалась собеседница Панси. – В Саутроп, кажется. Да что с тобой сегодня, Панси, ты какая-то странная? Или у тебя опять пунктик насчет Малфоя образовался? - Нет, конечно! – возмущенно отозвалась Панси. - Извини, я только три дня назад вырвалась из заточения, мой мозг только начинает нормально работать. Пошли лучше проверим в состоянии ли это стадо баранов избавиться от одного единственного грязнокровки… Дальше Рон не слушал. Наплевав на всю конспирацию, он рывком поднялся на ноги и тут же трансгрессировал обратно к Дину. Его сейчас не волновало, услышат его две Пожирательницы или нет. Он слышал достаточно. Рон похолодел при мысли, что Джинни вместе с пожирателями может быть близко от Саутропа, эта деревня всего в десяти милях от их деревушки, в которой они выросли. А если это не Саутроп? Ведь та Пожирательница не была уверенна в своих словах. Что если цель Пожирателей десятью милями западнее? В любом случае первостепенная задача - вытащить Дина, если он всё ещё жив. А жалеть Паркинсон он не собирался, даже если у неё возникнут проблемы из-за него. В конце концов она Пожирательница Смерти и… и она могла его сегодня убить из его собственной палочки, но не сделала этого. Рон попытался отогнать эти мысли. Врагам нельзя сочувствовать, их нельзя жалеть. Он был в этом уверен. Он давно привык, что слизеринецы и Пожиратели Смерти – враги. Бездушные, беспринципные враги, с которыми нельзя договориться и разойтись миром. Тогда почему Паркинсон не захотела, чтобы её подруга увидела его, Рона? Испугалась лишних подозрений? Сомнительно. Если бы та, вторая, захотела подкопаться, просто так не отступила бы. По голосу было слышно, что она не так проста, да и Паркинсон сразу перешла от защиты в нападение. И почему она отдала волшебную палочку? Рон мысленно взвыл. Решение подобных загадок не было его коньком. Он снова запретил себе об этом думать. В конце концов, она слизеринка: он дал шанс сбежать ей, она – ему. Всё, они квиты. В следующий раз, когда они встретятся на поле боя, уже никакого панибратства не будет. Размышления Рона прервались, как только он почувствовал твёрдую землю под ногами. Улица была как после бомбардировки. Дом, в котором прятался Дин, был разрушен до фундамента. Над ломаными краями стен то и дело носились вспышки заклятий. Заклинателей было всего три, судя по тем местам, откуда прилетали заклинания. Соседние здания тоже были повреждены, по левую руку от Рона тлела ещё недавно занесенная снегом машина. Рон видел как из-за одной из бетонных плит вылетело очередное заклинание, в этот момент из-за своего укрытия выскочил взъерошенный, измотанный Дин. Выскочил - это громко сказано, скорее неожиданно появился, он едва волочил ногу и придерживал одной рукой окровавленный бок. Рон кинулся к Дину. Он подбежал к однокурснику за секунду до того, как Дина достигло заклятие. Обхватив Дина поперек туловища, он по инерции развернул его и окунулся в мерцающий поток. * Как только мельтешение размытых красок перед глазами прекратилось Рон, не удержавшись на ногах, свалился в сугроб. Открыв глаза, парень ожидал увидеть какой-нибудь магловский район. Произвольная трансгрессия, вызванная Гермионой, обычно выбрасывала их именно туда, но у Рона она видимо была настроена как-то иначе. Парни валялись в сугробе рядом с обледеневшим прудом, находившемся в магловкой деревушке недалеко от его дома. Он здесь часто бывал, когда был младше. Под боком у парня тихонько постанывал Дин. Взглянув на друга, Рон беззвучно выругался. Дин потерял много крови и цветом лица теперь почти не отличался от снега. Не без труда выбравшись из сугроба, Рон помог Дину подняться. Вопрос, куда теперь направляться, уже не стоял. Тащить Дина через поток трансгрессии сейчас было нельзя, придётся топать к Норе. Как бы Рону сейчас не хотелось снова встречаться со своей семьей, выбора у него не было. Дин просто не переживёт ещё одну трансгрессию. Рональд перехватил Дина за талию, перекинул его руку себе на плечи и они медленно пошли к Норе. Прямой дороги от этого места до его дома не было, приходилось прокладывать тропку волшебной полочкой и тут же заметать след. Такой путь обещал затянуться надолго. Тонкая куртка Дина пропиталась кровь и окрасила руку Рона. Раненый парень постанывал и пару раз предлагал Рону его пристрелить. Рон сделал себе заметку так и сделать, когда Дин поправится. В поле зрения наконец-то появился дом. У Рона ёкнуло сердце. Ноги совершенно не желали нести к родному дому. Сейчас, когда в нём больше не было мамы, это сооружение уже не было таким привлекательным. Рон подумал, что, возможно, именно поэтому Гарри вечно рвётся кого-то спасать и за кем-то гнаться. Ему просто не к кому возвращаться. Кроме того, ни из одной трубы не шёл дым. Не могут же его отец и братья сидеть в холоде. Дин в руках Рона обмяк, потеряв сознание. Рон тут же отбросил все свои подозрения и прибавил шагу. Нести на себе безвольное тело было неудобно и откровенно страшно. Рон боялся, что Дин уже мёртв. Проверить это он не решался, иначе больше никогда с места не сдвинется. Неприятные мысли вернулись, когда он добрался до подъездной дорожки. Здесь определённо давно никто не ходил. В доме было подозрительно тихо и темно. Хозяйство миссис Уизли вымерло. Нарастающее чувство беспокойства грозилось перерасти в панику. Рон панически боялся протянуть руку и открыть дверь, еще слишком сильны были воспоминания о доме Гермионы. Левая рука Рона уже онемела от тяжести. Он легонько толкнул дверь ботинком, дверь оказалась не заперта. Рон медленно зашёл в дом. Напротив входной двери располагалась уходящая на второй этаж лестница, справа дверь-арка в гостиную. Парень тихо прокрался в гостиную, отодвинул ногой мешающийся журнальный столик и уложил Дина на диван перед потухшим камином. Очагом не пользовались уже давно, на каминной полке успела скопиться пыль. Сердце его билось где-то в районе горла, он был уверен, что этот стук слышно на весь дом. В доме было холодно. Очаги здесь давно не горели, некоторые шкафы были открыты, ящики вывернуты. На полу валялись листы пергамента, мелкий мусор и мамины нитки для пряжи. Рон так же тихо прокрался в кухню. Здесь порядок был почти не нарушен. Только один прямоугольник зиял чернотой в гарнитуре. Ящик валялся рядом с мойкой. Маленькие магловские батарейки от каких-то изобретений маглов раскатились по полу. Было похоже, что кто-то что-то здесь искал… или собирал в спешке необходимые вещи. Рон судорожно выдохнул. С ними ничего не случилось, они просто собрались и уехали, наверное, в более безопасное место. Уехали и даже не сообщили ему. Рон в сердцах пнул кухонный стул. Он чуть с ума не сошел от ужаса, а они просто уехали. Рон с убитым видом подошёл к разделочному столу, достал посудину из шкафа и наполнил глубокую миску водой, взял полотенце и вернулся к Дину. Рон подошел к парню, лежавшему на диване без признаков жизни, и пару раз хлопнул по щекам. Голова Дина безвольно дернулась из стороны в сторону. Тогда Рон приложил два пальца к горлу Дина. Пульс прощупывался, но слабый. Он снял с однокурсника куртку и футболку. Рана была чудовищная, один он не справиться, ему нужна Гермиона. Рон хлопнул себя по лбу. Друзья, наверное, ищут его. Рон вызвал патронуса и только сейчас понял, что это бесполезно. Он не умеет создавать говорящего патронуса. Рон взвыл в голос. Ну что ему стоило пару раз потренироваться? Ни Гарри ни Гермионе в голову не придёт, что он вернулся в Нору. Он раз за разом вызывал патронуса и снова, и снова его развевал. На третий раз патронус у него вышел впечатляющий: серебристый ирландский терьер размером с теленка и подозрительно осмысленными глазами. У Рона в голове мелькнула мысль, что стоит спросить у Гермионы про особенности патронусов. Мелькнувшая мысль, тут же была выдворена более важной: - Передай им, что мы с Дином в Норе. Ему помощь нужна. Патронус выслушав сообщение, развернулся и прыгнул сквозь стену. Рон надеялся, что он не выдает желаемое за действительное, и патронус действительно передаст сообщение. Парень положил палочку на журнальный столик, стоявший перед камином, и принялся осторожно обмакивать полотенцем кровь, всё ещё сочившеюся из раны Дина. Он должен был хоть чем-то ему помочь. Тишина в Норе действовала Рону на нервы. В этом доме никогда не было такой тишины. Её здесь вообще никогда не было. Если здесь не бесились близнецы, то мама за что-нибудь отчитывала Рона. Или звонко смеялась Джинни над папиной шуткой. Время от времени с чердака подвывал упырь, когда ему казалось, что здесь слишком тихо. Рон был безмерно счастлив, когда, наконец, скрипнула половица в кухне… стоп, он же не слышал хлопка трансгрессии! И Гарри с Гермионой наверняка бы оповестили его о прибытии. Рон подскочил на ноги и хотел схватить свою палочку со столика, но направленная на него вражеская палочка из тени кладовой красноречиво советовала этого не делать. Рональд беспомощно прикрыл глаза. Как же он мог быть таким идиотом? Возможно, отец с братьями и уехали, но кто сказал, что сюда никто не мог пробраться и устроить засаду? Надо было проверить весь дом, а не только первый этаж. И уж точно не следовало выпускать палочку из рук. - Ну, привет, братишка. Рон распахнул глаза. Этот голос он не мог не узнать…