Когда ты меня убьешь?

Найти повстанцев в большом городе, почти целиком занятом стригоями, не составило большого труда. Хозяин действовал целенаправленно, неумолимо приближая конец человеческой расы. Это было похоже на скучные поиски сокровища, путь к которому сопровождался начерченными на асфальте стрелками. В случае с Айзеком этими стрелками были запахи живых тел. Через пять часов рысканья по городу они были обнаружены. «Сопротивление» засело в подвале одного из пустующих домов. И, конечно, глупый Дрим был среди них. Оставалось загадкой, как их еще не нашли стригои, ведь он их обнаружил без труда. Наверно, десяток людей не представлял опасности, и Хозяин забавы ради просто оставил их в покое, изредка наблюдая за их вылазками и попыткой исправить непоправимое. На ситуацию смотришь совершенно иначе, когда добыча, не подозревая об этом, находится у тебя в руках. Можно позволить ей погулять чуть дольше. Резкая боль пронзила плечо, и Айзек успел укрыться за углом, чудом избежав второй пули в голову. Или рядом с ней, судя по тому, что первый раз целились явно в сердце. Оказывается, сопротивление…еще сопротивлялось. И было вооружено. К счастью для стригоя, оружие находилось в руках у человека, не отличающегося особой меткостью. Полукровка надеялся, что этим человеком не был Винс. Тот просто не мог оказаться таким позорным мазилой. Запах Винса влек стригоя с неумолимой силой. На мгновение он прикрыл глаза, чтобы не наделать глупостей. Как же Айзек скучал по нему! Также он однажды скучал по крови, когда несколько дней не мог найти людей и не ел. Именно тогда он узнал, что вкус пищи становится ярче и приятнее только после сильного голода. Наверно, с этими треклятыми эмоциями также. Они насыщаются от разлуки и обрушиваются с неукротимой силой при встрече. Даже боль в плече притупилась; адреналин и растущее желание прижаться к Винсу кипятили кровь. Сосредоточившись, вампир различил еще восемь различных оттенков запаха. Воспринимать мир через призму запахов и звуков давало ощущение превосходства, делало неуязвимым, ведь люди беспечно надеялись на оружие. Он «видел» их всеми органами чувств. Ощущал, как далеко они спрятались, чувствовал, насколько напуганы были, построил примерную траекторию движения и примерно высчитал время, которое понадобится для их зачистки. Не более пятнадцати секунд. Плюс – минус. Неважно, кем приходились эти люди Винсу. Стригой намеревался разорвать их голыми руками. Зверь вышел на охоту. Стригоем завладел охотничий азарт, все чувства вмиг обострились. Каждая мышца на теле напружинилась. Он присел на корточки и выглянул из-за угла, готовый в любой момент начать действовать. Что-то резко затормозило его. Что-то было неправильным. Поначалу он не мог понять, что его насторожило, но стригой доверял своему внутреннему чутью и снова присел за углом. А потом вслушался внимательнее в биение сердец повстанцев. Два сердца бились медленнее, чем остальные. Это означало, что кроме двух мужчин, включая Винса, в этой группе присутствовали одни женщины. Айзек несколько растерялся. Обычно он имел дело с мужчинами, что гарантировало достойную битву и их благородную смерть. Драться с женщинами было…неправильным? Недостойным? Будто устроить резню в курятнике. Гибрид поморщился. В этом мало чести, самки не могут дать отпор. Тем более, женщины продолжают род. Его матерью была человеческая женщина и от этой мысли что-то внутри сжалось. Как бы то ни было, гибрид убивал женщин только при отсутствии иного выхода. Айзек принюхался. Он различил запах лишь нескольких ножей и одного пистолета. Люди на пикник собрались, что ли? Внезапно в голову пришли мысли о ловушке. Вполне возможно, люди лишь притворялись беспомощными, а на самом деле его заманивали в хитрый капкан. Такое вполне могло быть, только вот его смущало отсутствие оружия на случай, если ловушка не сработает. Не голыми ведь женскими руками нынче сражаются со стригоями? Вампир понимал, что настали отчаянные времена, требовавшие от людей не менее отчаянных мер. Но не настолько ведь! Он вышел из укрытия, готовый уклониться от пуль. Или ножей, но вряд ли столь «меткий» стрелок смог бы попасть в него метательным оружием. Гибрид был быстрым. И разумным. Убивать женщин не являлось приоритетом, они могли договориться. Особого труда не составило уклониться от очередной пули. Как и ожидалось, оружие находилось не у Винса в руках. Меткость обычно натренировать невозможно, это одно из врожденных качеств людей. Хоть Айзек и не проверял, насколько меток был Винс, но надеялся, что лучше этого незнакомца. Гибрид услышал отборную ругань от промахнувшегося. Вампир усмехнулся и рассудил, что сетовать следовало на собственные кривые глаза, а не на скорость стригоев. Второе мужское сердце ускорило ритм. Винсент явно узнал гибрида, но не спешил показываться. Никто из людей не высовывался, а стреляющий перестал переводить патроны. Экономил? Все замерли в ожидании. У гибрида же терпение подходило к концу. -Винсент. Выходи. – проговорил Айзек, прислушавшись. -Ты знаешь его? – раздалось шипение за укрытием. -Да, – последовал тихий неуверенный ответ от Винса. -Не покажешься, я всех убью. – С угрозой произнес гибрид, лишь пытаясь напугать. Всех убивать не было необходимости. И особого желания. Он пришел, чтобы забрать свое. Со всеми остальными планами насчет расправы над друзьями Дрима вампир решил повременить. Все равно скоро Хозяин разберется с горсткой выживших. Гробовое молчание и шорох. Дрим поднялся на ноги. Весьма рационально. Кто-то рядом усиленно тянул его за футболку, заставляя сесть обратно, но Винс раздраженно вырвал ткань из слабой хватки. Вампир бы с удовольствием вырвал руку, а не ткань. За то, что трогали его Дрима. Стригой первым делом скользнул по человеку внимательным взглядом: они не виделись почти месяц и Винс изменился, но не в лучшую сторону. Лицо осунулось, одежда опять износилась и стала грязной. Даже у Айзека в плену он выглядел лучше, чем сейчас, на своей ненаглядной свободе. А глаза…голубые глаза Винса вновь стали блеклыми, потухшими, безрадостными. Он явно не был рад видеть вампира. Стригой застрекотал жалом. Ему не понравилось зрелище. Будто из Дрима выпили всю жизнь. А выпивать что-либо из человека имел право только ОН. -Зачем ты здесь? Винсент осторожно заговорил первым. Голос хриплый, будто простуженный. Но такой желанный. И не только голос. Кажется, что-то мелькнуло во взгляде человека. Или показалось? Айзек ощутил, как медленно темный комок в груди начал рассасываться. Словно кто-то дунул на горстку пепла, и он рассыпался. Стригой ощущал острое раздражение и наряду с этим еще что-то искрящееся. И это что-то ему нравилось, щекотало, побуждало скорее прижать к себе человеческое тело и увести его дальше, как можно дальше от людей, которые отнимали Винса, даже пальцем не шевельнув. -Я за тобой. – Ответил стригой, ни на секунду не упуская из поля зрения происходящее вокруг. -Ты же отпустил меня! Стригой моргнул, уловив обиду в словах. Как будто Винсу было, на что обижаться. Айзек ведь сдержал слово и действительно отпустил человека. Только временно. Вампир немного отвлекся, засмотревшись на губы Винсента. Гораздо лучше, когда они не для пустых разговоров используются. Незаметно для себя самого все внимание стригоя переключилось на Дрима. Айзек отчаянно пытался разглядеть в последнем признаки радости от встречи. Однако если они и были, Дрим их открыто не демонстрировал. Или…не было ничего. Винс покинул стригоя и забыл о нем. Но согласиться с последним стригой отказывался, ведь тот их поцелуй был…настоящим? Его объятия, рука на сердце. Должны были быть настоящими, ведь Айзек не просил об этом. Инициатива шла от человека, а значит, тот должен был чувствовать симпатию или нечто похожее. Винс с непонятным выражением лица сначала посмотрел на ту, которая тянула его за футболку, затем охватил взглядом всех сидящих в укрытиях людей. Он явно что-то серьезно обдумывал. И молча двинулся к стригою, не поднимая глаз. Когда Винс подошел, Айзек хотел немедленно притянуть его к себе, но краем глаза уловил какое-то движение. Нельзя было отвлекаться! Руки инстинктивно оттолкнули Дрима. И в это же мгновение раздался выстрел. Стригой ошарашенно смотрел на дыру в собственной груди. Дрим, лежа на полу, с ужасом смотрел на вампира. Пятно белой крови медленно расползалось под тканью футболки. Пуля в груди. Осознание молнией прошило разум стригоя, наполняя звериной яростью. Гнев и острая боль застлали глаза, обнажая инстинкты. Угроза. Собраться. Убить всех. Немедленно. Сквозь пелену ярости он различил отчаянный вскрик «не трогай их!», но остановиться Айзек не смог бы даже имей он на то желание. Его хотели убить и ранили, второго шанса он не давал. Спрятавшиеся люди еще дышали, но заведомо были мертвы. Человек. Уязвимость. Коснуться Дрима. Спит. Безопасность. Уничтожить. Догнать. Разорвать. Мелькание тел. Крики. Кровь. Какофония смерти. Повалить на пол бегущего. Увернуться. Несколько выпущенных пуль. Последний предсмертный крик. Сытость. И тишина. Лишь громкое биение собственного сердца. Еще раз обведя взглядом помещение и убедившись в отсутствии живых, стригой сделал глубокий вдох и выдох, утихомирив возбуждение. Двадцать пять секунд на девять почти безоружных людей. Позор какой. Он старел? Стригой задержал взгляд на мертвых телах женщин. Его не учили пощаде, прочно вбивая в голову единственно возможный сценарий любого начинания. Доводить до конца и не оставлять живых. Айзек так и поступил, всегда так делал, но почему-то кровь, женская кровь, растекшаяся по полу неровными пятнами, резала глаза яркостью, заставляя щуриться и немедленно отвести взгляд. И побыстрее убраться отсюда. Придирчиво оглядев себя с ног до головы, вампир поморщился. Раны кровоточили и болели. Одежда пришла в негодность и выглядел он так, будто купался в кровавом озере. Винс опять испугается и изойдет желчью. Хотя, в конкретном случае, человек не должен отреагировать так остро, ведь люди чуть не лишили его жизни. Ткань противно прилипла к телу, он поежился, но решил терпеть. Так как заниматься крохоборством он не собирался. Айзек подошел к спящему, приподнял и взвалил на плечо. Болью прострелило грудь и плечо. Нетяжелая ноша показалась неподъемной, заставив стригоя замереть и отдышаться. Нужно было где-нибудь осесть на время, вытащить пули, заняться Винсом и отдохнуть.