Mutual aid

      Очередной поток холодного ветра обдувает лицо Минхо, заставляя поёжиться, и сильнее укутаться в шарф, а руки все-таки засунуть в карманы куртки. Он стоял на берегу реки Хан уже продолжительное время и просто смотрел на то, как течет вода. Иногда он доставал телефон, чтобы переключить другую песню, что раздавалась в его наушниках, и сфотографировать то, как отражались в воде огни ночного города.       Усталость присутствовала, но довольно приятная. Камбэк удачно состоялся, и они смогли довольно активно провести промоушен. Именно сегодня он закончился, и Минхо мог облегченно вздохнуть полной грудью. Теперь наконец-то можно отдохнуть.       Минхо предвкушал то, как завтра поедет домой и наконец-то увидит своих родных и конечно своих любимых котов, по которым тоже очень сильно скучал. Хотелось заобнимать и затискать этих милых и пушистых друзей. Ли улыбнулся про себя, когда это представил.       Он медленно начал возвращаться к общаге, зайдя по дороге в магазин и купив себе какой-то безалкогольный напиток. Но выходя, он нечаянно натыкается на какого-то парня, что наоборот заходил в магазин. И ему требуется пару секунд, чтобы осознать, что это Чан сейчас держит его за плечи.       - Минхо?       - Хён? Не ожидал в тебя врезаться, извини. – усмехается Минхо и видит такую же улыбку на лице Бана.       - Подождешь меня? Я за рамёном. – просит Чан и проходит вглубь небольшого магазинчика, и Минхо почему-то следует за ним.       Просто ему действительно скучно, а тут Чан, так неожиданно, составил ему компанию. Минхо останавливается поодаль и видит, как внимательно Чан осматривает стеллаж с рамёном, раздумывая, какой выбрать. И в данный момент, хоть его лицо и было закрыто черной маской, Минхо все равно видел, какие темные синяки красовались под его глазами от усталости и недостатка сна.       - Если не знаешь, что взять, то советую этот. – Минхо с улыбкой указывает на темную упаковку рамёна Buldak и сдерживает смех от того, как Чан со страхом взглянул на него.       - Ну уж нет, спасибо, мне на трансляции хватило! – качает головой тот. – Я тогда чуть не умер! Это… не передать словами насколько он острый!       - Да брось, не такой уж и острый. – закатывает глаза Минхо. – Если вовремя запивать молоком, то очень даже вкусно.       Чан подходит к стеллажу и берет упаковку лапши в руки, а затем протягивает ее Минхо.       - Спорим, что ты не съешь и половины? – игриво улыбается он, заставляя ноги Минхо слегка подкоситься от его взгляда.       - На что спорим? – пожимает плечами Ли.       Ему терять нечего, он может есть острую еду, хоть и не сильно любит.       - Не знаю… На что-нибудь. На желание, например.       - На желание так на желание. – ухмыляется Минхо, хватая лапшу из его рук и потряхивает ее. – Ты платишь, если что.       Чан лишь с усмешкой кивает и берёт для себя не острый рамён. Тем временем Минхо уже быстренько вновь прошёлся по магазину и набрал в комплект к лапше две небольшие пачки молока и упаковку тертого сыра. Бан прикладывает свою банковскую карту терминалу, пока Минхо с неким азартом уже распаковывает лапшу и направляется к аппарату с кипятком. Чан занимает дальний из столиков, что стояли в магазинчике, чтобы люди смогли перекусить прямо здесь, и внимательно смотрит, как Минхо аккуратно несет рамён.       - Главное правильно его приготовить. – сообщает Ли, шипя от горячего пара, что обжигал его пальцы, и закрывает сверху крышкой.       - Ну ты у нас профи в готовке. – усмехается Бан, снимая маску с лица и зачесывая волосы назад.       - А почему ты себе не завариваешь? – интересуется Минхо, заметив нетронутую упаковку рамена на столе.       - Я планировал перекусить в студии.       - В студии? – хмурится Ли и с тяжелым вздохом качает головой. – У нас буквально сегодня закончился промоушен. Ты что, совсем не устал? У меня, например, такое чувство, что если я сейчас закрою глаза, то отрублюсь тут же.       - Я отдохну, не переживай. – обещает Чан. – Просто нужно доработать один трек.       - Так иди и завари себе рамен сейчас, иначе я тебе не поверю. – строго проговаривает Минхо, и Чан улыбается, сдаваясь под этим взглядом.       - Уговорил.       Чан встает со своего места и отправляется за кипятком, пока Минхо нетерпеливо осматривает свою лапшу. Хоть он и не хотел кушать до этого, но глядя на рамён, у него всегда просыпается аппетит.       Он оглядывается назад и видит, как Чан наливает кипяток в свою лапшу, а затем взгляд невольно падает на его бедра, и Минхо вновь чувствует, как по спине бегут мурашки от воспоминаний. Первое время они преследовали его ежеминутно. Но когда он понял, что ему действительно стало лучше, а ноги на следующей репетиции не заплетались, его охватило таким смущением, что он не мог смотреть Чану в глаза. Даже во время промоушена он просто находил дальний угол их гримёрки, чтобы поменьше контактировать и не загружать свои мысли еще больше.       Но сейчас, когда вся суматоха закончилась, Минхо мог действительно подумать о серьёзных вещах. Например, а какого собственно хрена между ними произошло подобное?! И откуда Чан знал, что именно это требовалось ему тогда?!       - Хэй, ты не передержишь? – Чан выдергивает Минхо из раздумий, помахав рукой у лица. – Твоя лапша уже заварилась, наверное. О чем ты думал, что аж меня не слышал?       Минхо и не заметил, как Чан уже вновь сидел напротив него.       - Нет, ни о чем. – Ли встает из-за стола вместе с лапшой, чтобы пойти слить остатки воды, и возвращается назад. – Так значит я должен съесть половину? И тогда ты исполняешь мое желание?       - Попробуй сначала съесть. – усмехается Чан, наблюдая, как Минхо добавляет в лапшу острый соус, абсолютно весь, и вдруг даже от этого стало как-то нехорошо. – Ты типа… серьезно?       - Я всегда абсолютно серьезен. – кивает Минхо, и слега ухмыляется, заметив растерянный взгляд. – В детском саду нам давали острое кимчи. А после школы я почти каждый день ходил в рамённую.       - Да, зря я это предложил… - протягивает Бан, качая головой и помешивает свою лапшу.       Минхо широко улыбается, и, открыв заранее упаковку молока, берет палочками первую порцию лапши.       - За меня. – говорит он и приступает к поеданию лапши, пока Чан с широко раскрытыми глазами смотрит на него.       Минхо тщательно прожевывает, ощущая жгучий вкус на языке, а потом замирает. Блять. Он ведь никогда ранее не добавлял всю пачку соуса в лапшу… И да, это действительно остро!       Чан смеется, пока Минхо быстро запивает лапшу молоком, и в это время глаза начинают слезиться.       - Боже, я не могу на это смотреть! – продолжает смеяться Бан, потирая лицо ладонями. – Ты бы видел свое лицо.       - Заткнись. – шипит Минхо, когда наконец прожевал лапшу, и подпирает голову рукой.       Он старался часто дышать ртом, чтобы облегчить жжение на языке, но становилось только хуже. Так незаметно ушла первая упаковка молока. Минхо хмуро смотрел на рамён и думал: сейчас сдаться или еще себя помучить? А ведь если бы он выиграл, то попросил бы Чана ответить ему честно и спросил бы про тот вечер…       - Доедать не будешь? – интересуется Чан, поедая спокойно свой рамён.       - А что, хочешь попробовать?       - Не-ет, даже и в мыслях не было, спасибо. Я вот думаю, если загадать тебе станцевать сексуальный танец у входа в компанию, то ты станцуешь? – усмехается тихо Чан, поглядывая на то, как Минхо довольно опасно сжал руку в кулак.       - У меня еще молоко не закончилось. – уверенно сообщает Ли и моментально закидывает себе в рот еще одну большую порцию лапши.       - Блять, чего творишь? Ну ты и сумасшедший. – покачивает головой Чан. – Неужели и вправду не хочешь танцевать…       Минхо мычит и бьет себя ладонью по лбу. Было плохо, но он терпел. Мучился правда, но зато домой придет сытым. Тем временем Чан уже почти полностью съел свой рамён, пока Минхо все сидел и медленно пережевывал. Вторая пачка молока благополучно отправилась вслед за первой.       - Ну ты молодец, тут явно больше половины не хватает. – Чан смотрит в его чашку и пожимает плечами. – Ты выиграл, только не надо есть еще, пожалуйста.       - То есть ты мне уступаешь?       - Нет, это твоя заслуженная победа. Так чего ты хочешь?       Минхо расплывается в довольной улыбке, а затем опускает взгляд вниз. Это было довольно просто, зная, что Чан буквально на 80% состоит из эмпатии. Просто достаточно сделать грустное лицо, и Чан тут же сломается.       - Ответь на мой вопрос честно.       - Конечно, задавай. – кивает Чан и внимательно смотрит на Минхо, который слегка тушуется, но уверенно поднимает взгляд вновь.       - В тот вечер… Почему ты предложил именно такой выход?       Чан на мгновение замирает и становится очень серьезным, но потом снова медленно расслабляется. Минхо смог его застать врасплох. Поэтому он оставляет палочки в чашке и смотрит прямо в глаза.       - Ты про то, что только между нами?       - Да. – Минхо тяжело сглатывает, но выдерживает взгляд Чана, хотя чувствовал, как с каждой секундой становилось сложнее и сложнее.       - Надо было спрашивать тогда. – пожимает плечами Чан, и слегка расплывается в улыбке. – А сейчас зачем мне отвечать? Это уже прошло.       - Что? – хмурится Минхо от такой несправедливости. – Я же попросил ответить честно!       - Так я тебе честно и ответил.       - Нет, мой вопрос был другой!       Чан с ухмылкой закусывает нижнюю губу и смотрит в окно, пока Минхо медленно сходил с ума и держался, чтобы не сомкнуть свои ладони на этой притягательной шее, в которую он тогда дышал, как в последний раз. Господи, опять воспоминания…       - Какая разница, Минхо? – отвечает наконец-то Бан. – Что было, то прошло. Мы оба извлекли из этого плюсы, поэтому просто отпусти это и вовремя заботься о себе, чтобы впредь такого не повторялось. Еще вопросы?       Минхо сжимает под столом кулак и качает головой. И почему сейчас слова Чана так сильно задели его, что хотелось встать и убежать куда-нибудь далеко? Почему Минхо вообще так сильно волновало это? Раньше он часто абстрагировался от неприятных воспоминаний и спокойно жил дальше. Ему в каком-то смысле было наплевать на то, что подумают про него люди. Но сейчас он не мог это отпустить, потому что возможно воспоминания на самом деле были… приятными?

***

      Четыре дня отдыха дома явно пошли Минхо на пользу. Остальные дни он просто находился в общажной комнате и смотрел фильмы, не имея особого желания куда-то выходить. Иногда к нему заглядывал Хан и приносил вкусняшек, и тогда уже немного становилось веселее. А так настроение все это время было просто отвратительным. И он знал, что конкретно послужило причиной. Большой такой причиной.       Он все еще не знал, почему его так сильно заботило произошедшее, но больше всего его злило то, что Чан отказался отвечать на заданный вопрос. Минхо было интересно просто узнать причину поступка Чана, чтобы из этого уже выяснить то, почему он так просто согласился на такую авантюру.       Любопытство и переживания съедали его изнутри. Ему хотелось вновь попробовать поговорить с Чаном, но что-то останавливало. Вряд ли ему все расскажут, если прошлый раз был провальным.       Но ведь он имел полное право знать, верно? Он был прямым участником того действия, а значит должен выведать все детали, чтобы успокоиться. Если, конечно, его эти знания вообще успокоят.

***

      После небольшого отдыха началось стандартное групповое расписание. Танцы, вокал, иногда съемки и тренажерный зал по желанию. Пока что этого было достаточно. Вечерами Минхо с Хёнджином и Феликсом отрабатывали сложные движения стандартной хореографии и думали над новой. 3Racha продолжали потеть над треками, а Чан так вообще перестал приходить в общагу. Хёнджин рассказывал, что он все время уделял работе, экспериментировал с битами, что-то исправлял за Чанбином и Ханом. Минхо было странно слушать о нем, ведь в последнее время они общались… можно сказать вообще не общались. Он даже и не помнил, когда они в последний раз разговаривали о чем-то, кроме приветствия и рабочих моментов.       - Чан-хёна лучше вообще не трогать сейчас, он стал таким вспыльчивым. – рассказывал Феликс на очередной тренировке. – Вчера в столовой я просто случайно смахнул его сок со стола, а он на меня так посмотрел, будто я уронил его ноутбук. И еще сказал, чтобы я радовался тому, что он был закрытый и в картонной упаковке… Только чему я должен был радоваться?       - Тому, что он тебя не придушил. – усмехается Хёнджин. – А вообще ты прав. Я утром спросонья шел к холодильнику, чтобы взять бутылку воды, а из-за поворота выскакивает что-то черное! Я как заору, ну, потому что испугался, а хён, как всегда, во всем черном, смотрит на меня с таким осуждающим взглядом, а потом я вижу, что он пролил свой кофе на пол.       - И что дальше? – интересуется Феликс, закрывая ладонью рот.       - Он ничего не сказал, но я понял, что виноват и пошел за тряпкой.       Минхо усмехается, наслушавшись их рассказов, но где-то внутри вновь ощутил знакомое беспокойство. Они все знали, что Чан временами вспыльчив, но он никогда не позволял кому-то из парней оставаться с чувством вины. Хоть даже у него плохое настроение, он через силу скажет, что все в порядке. А тут просто взял и промолчал. Это больше похоже на повадки Минхо. Блять, и он только сейчас понял, как ужасно это выглядит со стороны.       Должен ли Минхо теперь взять ответственность на себя и попытаться поговорить с Чаном о его плохом настроении? Возможно, это была неплохая идея, ведь тогда Чан сделал это для него, а Минхо не любит быть должником.

***

      Закончив все свои дела на сегодня и приняв душ, Минхо развалился на своей кровати и написал Хану, спрашивая о местоположении Чана. Узнав, что тот отправился в общагу, а Хан с Чанбином захватили его студию, Минхо быстро поднялся и вышел из комнаты.       Его все еще терзало данное решение, но Минхо добьется то, что ему нужно любым способом. Хоть даже если это обычная правда. А заодно, возможно, и сможет успокоить Чана и привести его в чувства. По крайней мере так он думал, пока стоял под дверью общежития трех продюсеров и Хёнджина. Ему никто не открывал около минуты, но потом внезапно дверь отворилась и Минхо увидел Чана, стоящего в майке и шортах, да и с полотенцем на плече. Замерев на несколько секунд, Минхо не понимал, куда именно смотрел, но заставил отвести свой взгляд от тела Чана.       - Привет. Хёнджин где? – спрашивает он первое, что пришло в голову.       - Привет. Он ушел гулять вместе с Феликсом. – кидает устало Чан, и внезапно вздрагивает, когда Минхо раскрывает дверь пошире и бесцеремонно проскальзывает внутрь квартиры.       - Я тут у вас немного посижу, можешь закрыть дверь. – приподнимает брови Минхо, и с улыбкой скрывается где-то на кухне.       Чан пытается тут же разгадать то, что задумал Минхо, ведь все его действия обычно делаются не просто так. Но в голове была абсолютная каша, поэтому он оставил эти попытки и просто возвращается к себе в комнату. Тот факт, что Минхо был где-то рядом сейчас в квартире, немного взволновал его, но это не помешало вновь открыть ноутбук и вернуться к работе там, где он остановился. Пока было вдохновение, пока Чан ничего не забыл, он работал, выжимая последние силы. И пусть даже это в ущерб сну, он закончит начатое, а после хорошо отдохнет.       Но все пошло куда-то не туда, когда он краем глаза заметил, как Минхо плюхается на его кровать, развалившись звёздочкой.       - Все еще не нравится своя комната? – между делом спрашивает Чан, не отводя взгляд от ноутбука.       - Запомнил же. – фыркает Минхо.       - Ничего, скоро привыкнешь. Я тоже к своей привыкал.       Минхо закатывает глаза, а затем поворачивается на бок, чтобы смотреть на профиль Чана. Тот даже не моргнул, продолжая что-то делать и иногда надевая наушники. И Минхо понимал, что прямо сейчас, лежа здесь и смотря на него, он был совершенно спокоен. И атмосфера комнаты Чана, и фиолетовая подсветка от лампы действовали на него умиротворяюще. У него в комнате такого не было, и прямо сейчас он задумался над тем, чтобы тоже купить подсветку.       - Хён, может отдохнешь? – спрашивает тихо Минхо.       Чан кидает на него взгляд и пожимает плечами.       - Доработаю и отдохну.       - И долго тебе осталось?       - Нет.       Ли нахмурился, слегка раздражаясь от ответов Чана, и приподнимается на локте.       - Это правда, что ты расстроил сегодня Хёнджина, а вчера Феликса?       Чан тут же поворачивает к нему голову и смотрит крайне удивленно.       - Расстроил? Как? Я ничего такого не делал.       - Вчера Феликс уронил твой сок в столовой, и ты ему сказал кое-что. Сегодня ты испугал Хёнджина, и тот целый день был понурый, думая о том твоем пролитом кофе. – усмехается Минхо, пока Чан тяжело вздыхает и кивает.       - Блять, и правда. Я извинюсь перед ними.       - О нет, не извинишься. – Минхо садится на кровати, скрещивая ноги. – Я не позволю тебе подойти к ним в таком состоянии. Не хочу, чтобы ты сделал еще хуже.       - В каком состоянии?       - Вспыльчивость, усталость, недовольство и много еще отрицательных качеств, которые ты в себе прячешь. У тебя стресс от постоянной работы и отсутствия отдыха.       Чан вздыхает, убирая наушники, и разворачивается к Минхо, потирая переносицу пальцами.       - И что ты предлагаешь?       - Тебе нужно расслабиться. – проговаривает Минхо, а затем не сдерживается и усмехается, чувствуя, как заливаются жаром его щеки, понимая, как сейчас это звучало.       - И чего ты смеешься? – улыбается Чан с большим непониманием. – Что, дежавю словил?       - Бан Чан, я серьезно! – Минхо хлопает себя по щекам и старается серьезно смотреть на него. – Сохрани проект и закрой ноутбук!       Руки Чана покрываются мурашками от приказного тона Минхо, и он вдруг понимает, что будет полным дураком, если упустит эту возможность. Тем более, когда Минхо сам к нему пришел. Поэтому он подчиняется, сворачивая все вкладки на ноутбуке и выключает его, а затем смотрит на такого милого Минхо, у которого щеки были такими румяными, а кончики ушей красными.       - Что дальше? – интересуется он, приподнимая одну бровь.       Минхо растерянно бегает глазами, а затем хлопает по кровати ладонью.       - Иди сюда.       Чан с усмешкой встает и садится рядом с Минхо, прямо напротив него, и копирует его позу.       - Что дальше? – снова спрашивает он.       - Заткнись.       - Заткнулся.       - Ты дурак? – фыркает Минхо, закатывая глаза к потолку. – Ты понимаешь, о чем я вообще?       - Пока не очень, но мне интересно. – улыбается Чан, потирая ладони друг о друга. – Что ты задумал, Минхо-я?       - То, что я задумал, только между нами. – тихо произносит Ли. – Ты мне помог в тот раз, теперь я хочу помочь тебе.       - В самом деле? – ухмыляется Чан, а затем кладет свою руку на плечо Минхо и медленно поглаживает его. – А ты уверен, что помощь нужна только мне?       В шутку слегка толкнув его в бок, Чан замечает, как легко поддается Минхо и самостоятельно ложится на спину, позволяя Чану наклониться над собой и провести рукой по груди, ощутимо надавливая. Минхо прикрывает глаза и судорожно выдыхает через открытый рот. Руки Чана, с недавних пор, теперь стали его самым главным желанием.       - Да ты серьезно, Лино-я? – усмехается Бан, укладываясь рядом на бок. – Ты хочешь повторить это?       - Чан, может перестанешь думать обо всем, как тогда? – произносит Минхо на выдохе, а затем толкает его ладонью в грудь, заставляя лечь на спину, в то время как сам прижимается носом к его шее и вдыхает тот же самый аромат, который еще в первый раз сводил его с ума.       - Хорошо, только дай мне закрыть дверь на ключ и мы не будем ни о чем думать.       Минхо позволяет встать Чану с кровати, который быстро закрывает дверь, на случай, если кто-то вернется, и моментально возвращается обратно, но заставляя теперь Минхо лечь на спину обратно, пока он садится к нему на ноги и точно так же утыкается носом в шею, вдыхая его запах, а рукой водит по ребрам, заставляя подрагивать от прикосновений.       Положив руку на его затылок, Минхо сильнее прижимает его к себе, и зажмуривается, чувствуя, как сильно придавливает его Бан к кровати своим весом. Тот проводит носом по его ключице, а затем приподнимает голову, заглядывая потемневшим взглядом в глаза.       Минхо смотрел так робко, словно маленький котенок, и молчал, лишь иногда рвано вздыхая. Его губы тоже слегка тронула улыбка в тот момент, когда сам Чан не сдержал ее.       - Чего ты хочешь, Лино? – спрашивает Бан, касаясь ладонью его лба и зачесывая волосы назад таким же образом, как любит делать Чан себе.       - Твою руку на моем члене, Бан. – проговаривает Минхо, заставляя Чана прыснуть от смеха и уткнуться в его грудь, пока не закончит смеяться.       - Даже так? То есть, все-таки, я был прав тогда? – спрашивает Чан, когда снова встречается взглядом с ним. – Тебе надоело самому это делать?       - Да ты замолчишь сегодня и приступишь уже к делу? – раздраженно проговаривает Минхо, пытаясь скинуть Чана с себя, чтобы прижать его к кровати, но тот придавил его еще сильнее, не давая этого сделать.       Когда Чан успел стать сильнее, чем Минхо? Или это было всегда?       - Угомонись, Минхо, я позабочусь о нас. – шикает тот, прижимая палец к губам Ли, и ведет рукой до самого бедра, с силой сжимая его, что Минхо едва заставляет себя сдержать голос.       - Вообще-то… это должен делать я. – сообщает он, зажмуриваясь, когда Чан снова прижимается носом к его ключице.       - Но ты не хочешь этого, Лино. – вкрадчиво говорит Чан, проникая своим голосом глубоко в сердце. – Тебе всегда нравилось, когда всё делают за тебя. Даже при записи песни “Taste”, разве ты не помнишь, как я…       - Не-ет… - шипит Минхо, закрывая ладонью его рот.       Чан смеется, и рука проникает под футболку, заставляя Минхо вздрогнуть и закрыть глаза. Жар начал распространяться по всему телу, заставляя разум отключаться, когда Чан оглаживал ладонью его грудь. Минхо так же проник ладонью под его майку и ощутил твердые от напряжения мышцы спины. Он ранее и не думал о том, что касаться Чана будет так приятно. Да и вообще он не думал о том, что когда-то они будут трогать друг друга, да еще в такой интимной обстановке.       - Минхо… - зовет Бан шепотом, прижимаясь почти вплотную к уху. – Может теперь ты разрешишь мне не просто прикасаться, а целовать тебя? Хотел бы этого?       - Делай, что хочешь. – вздыхает Лино, глубоко дыша, и видит ухмылку, которая будет преследовать теперь во снах.       - Я в шоке, ну ладно. – проговаривает тот и слегка приподнимается, чтобы снять с расслабленного Минхо футболку и после сразу прикоснуться губами к ключице.       Кожа Минхо оказалась с привкусом мятного геля для душа, от чего Чана сразу же повело еще больше. Он спускался дорожкой поцелуев к груди, иногда прикасаясь языком совсем мельком, но Минхо это прекрасно чувствовал, вздрагивая и поглаживая затылок Чана ладонью.       Чан коснулся большим пальцем соска Минхо, медленно поглаживая его, и тот так красиво застонал, заливаясь краской еще больше. Чану так нравились вздохи и стоны Минхо, что он готов был молиться на них. Он знал, что голос Минхо сам по себе был довольно сексуальным, и всякий раз, когда Минхо записывался в студии, у Чана пересыхало в горле.       - Не стесняйся, Минхо, ты звучишь просто восхитительно… - шепчет Чан, прежде чем накрыть второй сосок своими губами, ощущая бешеное сердце Ли, готовое вырваться в любую секунду.       - Хё-ён… - певуче протягивает Минхо, прижимая того ближе к себе, и вздрагивает, когда чувствует острые зубки на коже.       Чан умело распалял Минхо и сам улетал куда-то далеко. Ему нравилось целовать тело Минхо, нравилось слушать слегка пошлые стоны, которые он вызывал своими действиями. Ему, кажется, нравился весь Минхо и уже довольно давно. Красота и сексуальность этого парня били по голове очень больно, но Чану нравилось это. Он продолжал исследовать тело Минхо, находя все больше и больше его слабых точек, на которые можно надавить. Рука скользнула на бугорок, ощутимо сжимая. Минхо всхлипнул и издал самый порнушный стон, который только может быть.       - Боже, не своди меня с ума… - отчаянно просит Чан, подцепляя шорты Минхо и стягивая их вместе с трусами по ногам.       Пользуясь положением, Минхо обнимает Чана за шею и наконец переворачивает его на спину, прижимая своим телом. Он делает то, что хотел еще тогда: проводит языком по шее Чана и стонет ему на ухо, потому что тот провел рукой по его члену. Минхо осекается, зажмуриваясь, и заваливается на бок, пока Чан продолжает поглаживать его тело горячими руками, возвращаясь и к члену.       - Разденься, прошу… - выдыхает Минхо, ничего уже не соображая, но так яро желая почувствовать горячую кожу Чана своей.       Чана просить дважды не нужно. Он моментально снимает с себя майку и отбрасывает шорты с трусами куда подальше, теперь прижимаясь к Минхо полностью и так тесно, от чего тот не сдерживает ругательств, но все равно прижимается ближе, закидывая ногу на бедро Чана, чтобы их члены соприкоснулись, и начинает медленно тереться, двигая бедрами.       - Минхо… ты убиваешь мой разум… - шепчет Чан, не сдерживая вздохов, и слегка сжимает шею Минхо, чтобы встретиться с ним взглядом.       - Чан, ты просто убиваешь меня. – отчаянно проговаривает тот, и вскрикивает, когда чувствует ответные движения Чана бедрами.       Бан просовывает руку между их телами и обводит головки по кругу, собирая смазку, чтобы скольжение было легче, а затем прижимается к Минхо и начинает увеличивать темп, сжимая в руках ягодицы Ли и помогая следовать заданному темпу.       Полосы от ногтей Минхо остаются на спине, рёбрах и груди Чана, что только больше заводило его. Он делал тоже самое, немного царапая спину, поясницу и ягодицы Минхо. Красивые красные полосы были очень сильно видны в фиолетовом освещении комнаты.       - Господи, Чан, я совсем…       - Близко? – говорит Чан глубоким голосом, и снова проводит рукой по их членам, сжимая крепче. – Давай, Лино, не сдерживай себя…       Минхо отчаянно скулит, сжимая в кулак волосы Чана, и не сразу понимает, что когда его отпустило, не только внизу живота разлилось тепло, но и на губах. Но менять он что-либо не хотел. Он целовал Чана так яростно, пока тот нагонял свой оргазм, и поймал его стон в момент самой кульминации. Чан также не хотел отпускать губы Минхо, терзая их своими и покусывая зубами. Горячее касание языков друг к другу заставляло постанывать обоих, все еще витая в какой-то нирване. Стекающая по подбородку Минхо слюна заставила оторваться друг от друга и сделать глоток воздуха. В комнате раздавалось такое тяжелое дыхание, будто они два часа находились под водой.       Чан первым отстранился, чтобы взять салфетки со стола, а затем аккуратно погладил Минхо по щеке.       - Не шевелись, чтобы мне потом не менять постельное. – просит Чан, и приподнимается, обтирая их животы салфеткой, которую отправляет прямиком в мусорную корзину под столом.       Минхо морщится от неприятного холодка, что оставил Чан, и хочет залезть под одеяло, чему Чан конечно же помогает и закрывает глаза, утыкаясь ему в макушку.

***

      Они молча лежали до тех пор, пока дыхание не пришло в норму. Чан медленно поглаживал плечо Минхо, рисуя на нем круги и узоры. Минхо же просто думал над тем, что не хочет возвращаться в свою пустую и холодную комнату. С Чаном было теплее и спокойнее, и он не знал, что теперь ему делать с этим осознанием.       - Ты как, Лино-я? – тихо спрашивает Чан, когда все это время смотрел на его профиль и не сводил взгляд.       - Хорошо. – отвечает тот шепотом, разглядывая выключенный телевизор, что висел на противоположной стене. – А ты?       - Тоже.       Минхо все же переводит взгляд на него, и сразу же смотрит на красные пухлые губы, которые несколько мгновений назад так охотно целовал. Он зажмуривается и потирает ладонью лицо.       - Хён, прости… за поцелуй… Я не соображал ничего. – шепчет Минхо, и Чан с улыбкой поглаживает его волосы.       - Все в порядке, Минхо. Мне самому было трудно сдержаться. Поэтому даже не думай, что только ты виноват. – говорит Чан и убирает его ладонь с лица, поглаживая пальцы, что по размеру уступали его. – И… тебя действительно волнует только поцелуй?       Минхо замирает, но продолжает позволять Чану играться с его рукой, переплетая свои пальцы с его.       - Не только. Я не знаю, что происходит вообще. – честно отвечает Минхо.       - Я тоже не знаю, как мы это допустили вообще. – тихо говорит Чан, и снова утыкается носом в макушку Минхо. – Но я не жалею.       - Нам… было хорошо… - констатирует факт Ли, слегка прокашливаясь.       Чан сжимает руку Минхо в своей и поглаживает тыльную сторону большим пальцем.       - А у тебя раньше были мальчики?       - Нет. – качает головой Минхо. – А у тебя?       - Тоже нет. – хмыкает Чан. – Все куда запутаннее, чем казалось.       Минхо прижимает голову к груди Чана и обнимает его, чувствуя ответные объятия. Ему было страшно. Он чувствовал, как Чану было страшно тоже. Что-то происходило между ними, и они оба боялись произнести это вслух, или даже просто спросить. Даже вопрос, на который Минхо так яростно хотел получить ответ, казался теперь еще страшнее, а ответ мог разрушить настоящую реальность, к которой они привыкли.       Чан погладил Минхо по волосам, пропуская их сквозь свои пальцы, и тихо вздохнул.       - Поговорим об этом потом. Сейчас просто отдыхай и не думай ни о чем.       Минхо готов восхвалять Чана за его смекалку. Он прав. Они могут поговорить потом, а сейчас это не важно. Ведь им хорошо друг с другом.