Призраки догоняют меня

      Драко Малфой благородно отдал Гермионе свою часть выигрыша от Кубка огня, благодаря этому она купила себе двухкомнатную квартиру в центре Лондона в престижном районе и с облегчением отказалась от помощи родителей. Те привычно вздохнули, зная, что если уж их дочь что-то решила, то её не переубедить.       Трехэтажный дом из красного кирпича в георгианском стиле величественно возвышался над маленьким зданием, в котором было кафе.       Большие белые окна притягивали солнце в хмурый и пасмурный лондонский день. Прохожие снаружи торопливо прятались под зонтами, тщетно пытаясь не промокнуть до нитки: улица Итон-сквер была довольно оживленной в любое время суток.       Гермиона толкнула тяжёлую дубовую дверь и поднялась по узкой лестнице на последний этаж: в каждом подъезде было всего по шесть квартир, её жилище располагалось на последнем этаже, давая несомненное преимущество перед другими: личный выход на крышу, недоступный другим соседям.       Девушка открыла дверь и огляделась.       Интерьер гостиной был в характере Грейнджер: в центре стоял чёрный диван, а сбоку под самым окном расположился мягкий диван-подоконник с огромными вельветовыми подушками. Она уже представила, как будет сидеть там с дымящейся чашкой кофе, устало кутаясь в шерстяной плед, и смотреть на ночной Лондон.       На противоположной стене стройными рядами располагались книжные стеллажи от пола до потолка, передвижная лестница позволяла легко дотянуться до любой книги, а в конце комнаты была барная стойка с алкогольным напитками. Теоретически бар был нужен для вечеринок, но он отлично подойдет и для пьянок в одиночестве.       Грейнджер торопливо прошла в спальню и с помощью заклинания «Пэк» распаковала вещи. Она прибыла в Лондон из Хогвартса утренним экспрессом. Времени на сборы оставалось мало: сегодня её первый день в качестве аврора специального отдела.       «Репелло Инимикум» надежно защитил квартиру от врагов и посторонних. После Второй Магической Войны она не полностью задавила в себе липкое ощущение преследования.       Каждая мелочь, из которых складывался общий интерьер в квартире, отражала истинный характер Гермионы: добрая, прямолинейная, терпеливая, готовая всегда прийти на помощь друзьям и недругам, но мало, кто знал насколько ранимой она могла быть. В Хогвартсе она часто плакала в женском туалете из-за издевательств и злобных шуток на тему её статуса «отличницы», а дружба с Гарри и Роном неоднократно притягивала дополнительные обидные оскорбления в адрес девушки: подстилка Поттера, кудрявая зануда, и это ещё неполный список того, что ей приходилось выслушивать.       Строгий образ Гермионы безумно ей нравился: синяя мантия, юбка-карандаш до колен, белая рубашка с синей жилеткой и гербом беспристрастной Фемиды — знак отдела на груди.       Строгость подчеркивали чёрный лак на ногтях, собранный пучок из русых волос, красная помада на губах и туфли на очень высоких шпильках, — именно так и должны выглядеть профессионалы, по мнению самой Гермионы.       Она почти готова. Но не хватало последнего штриха… Она наполняет шприц и без раздумий вводит яблочный наркотик в свою вену.       Ей похуй, что она придёт обдолбанной в свой первый рабочий день, ведь для внешней маскировки она разработала зелье, поэтому ей так легко на сердце.       Единорог блеванул разноцветной радугой, а сознание настойчиво требовало какой-то жести и грязи.       Она хочет дотянуться до звёзд и украдкой спрятать их в своём сердце.       Передозировка не убьёт, она оставила это для маглов: побочные эффекты расширят её сознание, заманивая в манящий ад.