В городе Нске

Гарри любил получать письма. В глубине души он всегда был благодарен тем совами, которые десятками штурмовали дом Дурслей восемь лет назад. Как будто, не доставь они то письмо, Гарри Джеймс Поттер так и остался бы мальчиком, который живёт под лестницей в чулане. Конечно же, более циничная часть его души усмехалась и немного презирала эту детскую веру в чудеса. Дамблдор слишком много вложил в это пророчество, чтобы вот так бросить героя. Письмо ведь так и не было доставлено, поэтому за ним отрядили Хагрида, возложив на него ответственное задание. Но, несмотря на всё это, Гарри обожал по утрам впускать в дом сов. Иногда ему писала Джинни, которая гостила сейчас у одной из своих многочисленных подруг, которыми обзавелась на седьмом курсе. Радости в этих письмах почти не осталось. Только требования, упрёки и вопросы. Когда они увидятся? Когда они поженятся? Почему Гарри отказался погостить в Норе? Каждый из этих вопросов повергал его в ужас. Словно важный экзамен, к которому он был не готов. Иногда Гарри получал письма от школьных друзей. Они делились новостями, словно из какого-то другого мира. Один женился, вторая занимается раскопками в Африке, третий открыл свою фирму. И все справлялись, о его жизни. Но Гарри сомневался, что кому-то будет интересно, как утром доставщик пиццы опоздал на час. А вчера соседская собака нагадила на газон. Но чаще всего ему писали люди, которых он даже не знал. Они благодарили его. Проклинали. Приглашали в гости и высылали сумасшедшие подарки. Эти письма Гарри любил больше всего. На них не нужно было отвечать. Гермиона и Рон не писали, предпочитая навещать его лично. Но лучше бы уж изложили всё на бумаге, которая отлично горит. А ещё письма можно рвать, не читая. Со словами таких вольностей себе позволить нельзя. Хотя Гарри прикупил думосброс, которым так и не воспользовался ни разу. Гарри уже и не помнил, когда это началось. Красивые слова звучали для него сначала лишь фоновым шумом. Гермиона всегда лучше других знала, что и как нужно делать. Её дальновидность восхищала Гарри, который никогда особенно не разбирался в политике. А потом она в первый раз озвучила свои мысли вслух. Честно говоря, Гарри ожидал услышать подобную чушь от Кингсли. Может быть, от Дамблдора, если бы тот остался жить. Но Гермиона, возжелавшая водрузить его на пост министра, сбивала с толку. Не удовольствовавшись отказом, она вытащила его на какой-то приём, от которого сводило зубы, загадочно пообещав показать нечто очень важное. Что сразу же изменит его мнение на корню. Благопристойный высший свет магического мира мерился друг перед другом величиной своего раскаяния, как когда-то богатством и родовитостью. И победителем, как обычно, стал никто иной как Люциус Малфой. Гермиона оказалась чертовски права. Если раньше Гарри было просто всё равно, то сейчас он изнывал от желания сделать какую-нибудь гадость. Желание быстро превратилось в обличительную речь, выставлявшую в дурном свете только одного человека - его самого. Гарри никак не мог найти в себе силы, чтобы выйти из дома и сделать хоть что-то с тем, что творилось вокруг. А недавно к нему заявилась Рита Скитер, пообещав ему первую полосу в «Пророке». Гарри и не знал, что может вспомнить столько грязных и мерзких вещей про стольких «добропорядочных членов общества». Заодно сообщив репортёрше, что в ближайший миллион лет не намерен жениться. Легче от такой мелочной мести не стало. Джинни не стала слать громовещатели и закатывать истерики. Просто прислала короткое письмо, в котором спрашивала, чем заслужила узнавать подобные новости из газет? Перед ней Гарри было действительно стыдно. Джинни всего лишь олицетворяла постылую жизнь, воспоминания о которой делали очень больно. Гермиона же заявилась к нему лично, взяв для моральной поддержки Рона. Гарри честно пытался слушать, но его неизбежно клонило в сон от длинных терминов и умных слов. В чём его обвиняли он так и не понял. Как одно интервью могло разрушить «хрупкую политическую обстановку»? И какое ему дело до «переговоров с беглыми пожирателями» и «скорых выборов»? - Пора взрослеть, Гарри! – бросила Гермиона, подскакивая со своего места. Она раскраснелась от злости, явно понимая, что так и не добилась своего. – Нельзя носиться со своими детскими обидами. И если ты сам не можешь справиться с этим, то лучше обратись за помощью. Гарри не придал этой ссоре никакого значения. Рон по-прежнему захаживал в гости поиграть в шахматы, но не так уж часто. У них полным ходом шла подготовка к свадьбе, так что Гарри старался не докучать другу своими проблемами. В дверь так давно никто не стучал кроме разносчика пиццы, что Гарри несколько секунд с удивлением прислушивался. От обычным посетителей на доме всё ещё стояли чары, а все остальные могли попасть к нему через камин. В этот раз письма принесла не сова. На пороге дома торчал совсем молодой белобрысый домовик, закутанный в ярко-красную шёлковую наволочку, что делало его похожим на сенатора в Древнем Риме. - Письмо для Гарри Поттера, - голос эльфа оказался довольно звучным, а взгляд нахальным и каким-то подозрительно знакомым. - От кого? - немного удивился Гарри, принимая конверт. Никаких тебе вензелей или имён. Обычная белая бумага. Даже не указан адресат. - От молодого господина! - с поистине королевской гордостью сообщил эльф, не торопясь исчезать. Видимо, отправитель ожидал получить ответ на своё письмо. Быстро сложив всё в цельную картину, Гарри пропустил домовика в дом. Кроме Драко Малфоя никто не стал бы посылать обычное письмо с таким пафосом. - И как поживает Малфой? – зачем-то спросил Гарри, разрывая конверт. На ответ он не очень надеялся, зная, что эльфы обычно не склонны осуждать своих хозяев. - Прекрасно! – закатив глаза, ответил домовик, нервно притопывая ножкой. Его тоненький голосок буквально сочился сарказмом. Но Гарри уже углубился в чтение, заранее приготовившись к потоку оскорблений, хотя и не мог придумать причину, по которой Драко решился бы писать сейчас. Первые несколько строк убивали своей вежливостью, граничащей с откровенным издевательством. Драко справлялся о самочувствие «главного героя современности», выражал своё глубочайшее почтение и всячески надеялся на личную встречу с «дорогим сокурсником» для обсуждения «недавних политических событий на мировой арене». - Слушай, а он часом головой не двинулся? – спросил Гарри, так и не поняв, какого чёрта это вообще было. Он ожидал чего угодно от этого письма, но никак не светского приглашения на ужин. - Дочитал? – эльф смотрел на Гарри с явным пренебрежением. - Тебя как зовут? – спросил Гарри, повнимательнее приглядываясь к нахальному эльфу. Было в нём что-то странное для домовиков. Никаких тебе поклонов и дёрганных ужимок. - Драрри, - ухмыльнулся домовик, одёргивая наволочку. – Гарри Поттер готов отправиться на встречу? Нам нужно торопиться. Гарри поправил очки, не зная, что сказать. Вообще-то, очень хотелось отправиться на встречу. Бессмысленно поругаться с Малфоем, обмениваясь глупыми упрёками и оскорблениями. С ума сойти, но именно этот белобрысый хорёк всегда был с ним предельно честен - ненавидел его при любых обстоятельствам, не заморачиваясь на общественное мнение. Даже сейчас, когда все ходят вокруг Гарри на задних лапках. И это импонировало ему гораздо больше, чем переменчивая любовь толпы. Но компромисс никогда не был его сильной стороной. Уже слишком поздно обзаводиться новыми друзьями среди пожирателей и им сочувствующих. Тем более, интуиция подсказывала Гарри, что Драко хотел вовсе не поболтать за бутылочкой сливочного пива. - Передай мистеру Малфою, Драрри, чтобы он катился к чёрту. И обсуждал все вопросы со своим папочкой. И остальными пожирателями смерти, - заявил Гарри, скомкав конверт и метким броском отправив его в мусорку. Более впечатляющего ответа почему-то не придумалось. - Но Гарри Поттер ведь не хочет, чтобы бедного Драрри наказали! Бедный маленький домовик, который не может за себя постоять! Неужели Гарри Поттер позволит такому случиться, после того, как Добби пожертвовал собой, - тоном опытного шантажиста сообщил Драрри, даже не пытаясь притворяться испуганным. Гарри задохнулся от возмущения. Домовик смотрел на него своими серыми глазищами, иногда чуть прищуриваясь, словно обдумывал какую-то важную мысль. - Почему Малфой не пришёл сам? – спросил Гарри, почти уже сдавшись. Оставалось только придумать годную причину, чтобы принять это странное приглашение. - Да чтоб тебя дракон сжевал, Поттер! С каких пор ты стал таким осторожным идиотом? Я не могу уговаривать тебя целый день! Пока мы тут с тобой лясы точим, они по домам успеют разойтись! – домовик раздражённо передёрнул плечиками, патетически воздев руки. Он сердито засопел и сделал несколько шагов вперёд, обвиняюще тыча пальцем. Гарри не успел даже ответить на эту пламенную речь. Домовик в мгновение оказался совсем рядом, обхватил его тонкими ручками и переместился в неизвестном направлении.