Invisible

ご *** Последняя коробка была занесена внутрь и поставлена к остальным, возвышавшимся в середине, не обустроенной комнаты. - Кажется это все? - Дайске с облегчением смахнул выбившуюся из хвоста длинную темно-красную прядь и закурил, не обращая никакого внимания на царивший вокруг хаос. - Теперь самое время сходить куда-нибудь поесть и выпить. Тоши расслабленно плюхнулся на еще запакованный в пленку диван. - Ты когда-нибудь думаешь о чем-то другом? - он усмехнулся, бросив снисходительный взгляд на беспечного друга, самозабвенно крутящегося на черном офисном стуле. - О чем-нибудь возвышенном или глобальном? Например, о голодающих в Африке несчастных детях, ну или хотя бы о цветущих лепестках сакуры? - Сакура уже отцвела, а детишки и без меня обойдутся, - откинувшись на спинку, он продолжал нарезать круги, ощущая легкое головокружение. - В конце концов, у них страусы есть. - Страусы в Австралии. - Это так важно сейчас? Ты же знаешь, я не тупица. - Самое важное сейчас, что я наконец-то смогу поспать, - Тошимаса закинул ноги, вытянувшись на всю длину дивана и ловко выхватил тлеющую сигарету из проезжающих мимо пальцев друга. - Только представь, никаких ебанутых соседей, оргий и мертвых детишек. Хотя... я не против оргий. Но не об этом сейчас. Никаких таких же мертвых бабушек и косых взглядов. Только тишина и покой. Это же фантастика! И почему я раньше не задумывался о переезде. Дайске медленно остановился напротив него и скрестил руки на груди. - Ну, на счет мертвых бабушек я бы не спешил с выводами. И вообще тебе не кажется, что тут многовато свободного пространства для одного? - Если ты про второй этаж, то это ничего еще не значит. Дом не такой уж большой, - Тошимаса выдохнул густое облачко дыма и дотянувшись опустил окурок в пустую банку из-под колы стоявшую на полу. - И научись уже завидовать молча. Дай удрученно вздохнул, но все же продолжил, рассеянно теребя в пальцах металлическую цепочку кулона. - Ты угробил на этот дом все свои последние деньги. - По-моему, я не нанимал тебя в бухгалтеры. - Ты же до сих пор в поисках работы? И с того собеседования тебе ведь так не позвонили? Хара перевернулся на бок, подпирая голову рукой и все больше ощущая себя, словно на приеме у гребанного психоаналитика. - Они, вместе со своими гнилыми скучными офисами могут отправляться в весьма темное и узкое место и поглубже. Нет. Теперь у меня более приземленные цели - продавец в магазине одежды. В понедельник иду на собеседование. - Магазин одежды?! - Дай чуть не подавился, делая глоток воды из только что откупоренной бутылки. - Фуух, не смеши меня так. Прямо таки вижу тебя раздающим номерки в примерочной. Ты совсем ебанулся... - Это вопрос или утверждение? - Тоши недовольно вырвал бутылку из рук друга, уже порядком вынесшего мозги. - Знаешь ли, мне особо выбирать не приходится. Дайске немного помолчал, смерив его пристальным взглядом, отмечая болезненную осунутость красивого лица. - Поэтому я и предлагаю тебе вернуться в музыку. - Теперь, похоже, моя очередь посмеяться? Да нет, это даже не смешно. Я слишком многое отдал тогда чтобы вернуться. - Теперь все будет по-другому. - Я давно уже продал бас. - Чтобы заплатить за квартиру, - невесело усмехнулся Дай. - Можно купить новый, только стоит начать... - Да какого черта?! Сказал же - не вернусь! - Тошимаса резко поднялся с дивана, раздраженно пряча руки в карманы джинсов, и отошел в сторону окна. - У меня нет на это времени. - Конечно, лучше проебывать его на бесконечных собеседованиях. Дайске замолчал, мысленно прикусив свой бескостный и весьма длинный язык, понимая, что снова дошел до опасной грани. Тоши тоже молчал, отстранено разглядывая свое блеклое отражение. "Может вообще не стоило говорить об этом чертовом переезде, как и о..." Их многолетняя крепкая дружба прошедшая не одну проверку на прочность и сейчас не теряла своей ценности. Но почему-то именно сейчас ему хотелось, чтобы его лучший друг находился как можно дальше. - Кстати, тебе еще не надоело жить одному? - будто невзначай поинтересовался Дай, поднимаясь со стула. - Ты же здесь потеряешься, точно говорю. И поэтому тебе просто необходим надежный и безгранично преданный друг, который с легкостью найдет твою хилую тушку, а заодно и откормит. Тошимаса усмехнулся, не сдержав скромной улыбки, прячущейся за ворохом сбившейся челки. - Нет, мой дорогой гиперзаботливый друг, боюсь, если это все же когда-нибудь произойдет, мне придется залезть в тугую петлю и болтаться вот на этой вот люстре. - Все же подумай над этим, - Дайске мягко обнял его одной рукой за шею, требовательно потянув за собой. - И пойдем уже поедим! *** Он никогда не воспринимал свою жизнь, как нечто особенное, благосклонный дар свыше, скорее, как данность то, что просто должно быть не только у него, но и у любого другого человека. Да, его жизнь была разной: насыщенной, оживленной, словно взрыв ярких карнавальных красок на серых улицах города, наполненной жгучим адреналином набитых концертных залов, неистово бьющихся в музыкальном оргазме, кучей пьяных вечеров и горячих одноразовых любовников без имен и лиц, но вместе с тем, она была тошнотворно одинокой, пресной и бессмысленной, точно разлагающаяся плесень, оплетающая стены заброшенного дома. Особенно в последнее время, он отчетливо ощущал на языке ее безвкусность и тление. Неважно, как он относился к своей жизни, как к строптивому любовнику или же полумертвому существованию в пустой оболочке. Теперь, казалось, что-то безвозвратно изменилось. Теперь, когда его въевшуюся линию на ладони можно было исчислять парой месяцев, днями, долями секунд. Когда она необратимо проскальзывала сквозь его пальцы, острыми песчинками времени, смешиваясь с неустанной головной болью. Но в конечном итоге смерть неизбежна и не так уж и важно когда она наступит, сейчас или через пятьдесят лет. Все что ему оставалось разве что смириться. Но сейчас мрачные мысли о своей скорой кончине упорно вытеснялись назойливой песней, крутящейся в его голове с самого пробуждения. Он никак не мог вспомнить названия и исполнителя, но точно знал, что она когда-то очень нравилась ему. Грустная мелодия в серебристом переливе гитарных струн, неторопливо разрезающая хрупкую душу тонким острозаточенным скальпелем слов. Она отчетливо звучала где-то в глубине сознания, цепляясь прочными когтями и не давая покоя его и без того измученным мозгам. И с этим надо было что-то делать, особенно сейчас, когда он в очередной раз упорно шел устраиваться на очередную работу, подобная отстраненная задумчивость была совершенно не к месту. Тошимаса машинально посмотрел по сторонам, переходя широкую дорогу, и оказался возле нужного здания. Прямо перед ним, прозрачными огромными витринами ширился магазин одежды, завлекая стильной роскошью безмолвных манекенов, пробуждая свихнувшихся шопоголиков оставить здесь свои последние деньги. Сам же Тоши относился к подобным вещам абсолютно безразлично. Одежда должна быть в первую очередь удобной и не важно, что узор ботинок из итальянской кожи не гармонирует с цветом глаз. Но сегодня он решил с трудом наступить на горло собственным принципам и напялил самое лучшее и дорогое, что вообще когда-либо было в его гардеробе. Правда, ботинки жутко жали, пиджак тесноват, тонкий галстук неприкаянно болтался, больше напоминая вялую петлю висильника-неудачника, да и строгие очки уже успели натереть всю переносицу. Оставалось только надеяться, что все эти его мучения не зря. Мечтая о своих кедах, старых и удобных, Хара обреченно дернул ручку двери и вошел внутрь. В голове, упорно затыкая назойливые отголоски песни, назревал один вопрос за последнее время, похоже, ставший вполне естественным и привычным: "какого хрена я здесь делаю..?". Перед его скептичным ленивым взглядом, аэродромным полем расстилался просторный зал. Идеально выстроенный строгими рядами вешалок, с виду совершенно идентичными. Возле стен ровные полки с десятком черных свитеров, сложенных предельно аккуратно, будто по линейке. Десяток черных пальто, может быть сотня выглаженных пиджаков и чуть поодаль отдел нижнего белья, напоминающий прозекторскою слишком педантичного патологоанатома с любовью и осторожностью расположившего только что вынутые свежие органы. Все идеально, слишком идеально до скуки смертной. Единственным не вяжущимся пятном во всем этом готическом храме одежды был небольшой столик в центре, с хаотично разбросанным серебром аксессуаров. Его снова затошнило. "Все же я гениален в выборе вакансий... Может, Дай был прав и я просто проё..." Весьма "оптимистичные" мысли были прерваны внезапной девушкой, будто из ниоткуда возникшей перед ним. - Хара Тошимаса? Вы на собеседование, не так ли? Худая высокая, но все же недотягивающая до него, а если убрать острые шпильки, раздражающе перестукивающие по каменному полу, то и вовсе на голову ниже. Стильное черное платье, похожее на плотную оболочку, казалось, неимоверно стягивало ее идеальную фигуру. Тоши едва заметно усмехнулся, удивляясь ее способности еще дышать. - Сюда, пожалуйста, - девушка приветливо улыбнулась, продемонстрировав идеальный ряд белоснежных зубов. Все, черт возьми, слишком идеально и это заставляло его и без того измученный мозг, издевательски плавно сворачиваться в тугую трубочку. - Кстати, отлично выглядите. "Это комплимент или сарказм..? Или моя неуверенность в себе..." Снова улыбка и она уверено процокала к стоявшему неподалеку дивану, присаживаясь на край и невольно сливаясь с кожаной упругостью обивки. Тошимаса поправил уже порядком надоевшие очки и присел рядом, без особого энтузиазма задумываясь над своим возможным местом работы. Еще раз неохотно согласился со своим чертовски проницательным другом. Это действительно не то, где он должен быть, особенно сейчас, когда осталось не так много времени. Но теперь все это не имеет никакого значения. И искать себя по жизни уже немного поздно... Ожидаемые вопросы, такие же банальные ответы, привычные и заученные. Собеседование проходило довольно неплохо и Тоши уж было подумал, что работа у него в кармане и можно не беспокоиться о деньгах на ближайшие два месяца, а больше ему ничего и требовалось, но... Во всем существуют эти гребанные "но" или почти во всем, ну в его случае определенно точно. Специально заготовленные, казалось, они поджидают его в засаде, желая как можно пакостней сделать неожиданный сюрприз. А сюрпризы он ненавидел... - Какие модные бренды вы знаете? "Бля..." Хара замялся, даже попытался выдавить вялую улыбку - вышло паршиво. Он судорожно вспоминал все, что когда-либо слышал или видел, но в бестолковую голову лезли лишь марки гитар. Глаза украдкой скользнули по висевшей рядом одежде в поисках чего-то подходящего. Тоши слегка кивнул, переведя прямой взгляд, снова ставший холодным и привычно сдержанным на застывшую в ожидании девушку. - Kenzo... Я много знаю о Kenzo. Мне вообще нравится такая одежда... Она недоверчиво усмехнулась, захлопывая папку с его анкетой. - И поэтому вы одеты в Hugo Boss?! "Да какая нахрен разница, во что я одет?! Вокруг без конца дохнут люди, превращаясь в психически ненормальных мертвецов, затяжные войны, голод, да и экология совсем не в порядке. Модные, мать их, бренды! Это последнее о чем бы я вспомнил перед своей смертью. Все. К черту все!" Он раздраженно шагал вдоль улицы, сдержанно скрывая крепко сжатые кулаки в недрах карманов пиджака. Если с этой работой тоже ничего не выйдет, тогда вариантов было не много. Впрочем, их вообще не было. Но он точно знал, куда потратить последние оставшиеся деньги и задорно, с огоньком провести такое же оставшееся время. Неудобные ботинки продолжали неимоверно жать, как и жесткие очки и пиджак, ощутимо сдавливающий плечи. Хотелось все снять. Раздеться, разуться и сигануть с ближайшего моста. Почувствовать в последних мгновениях ветер свободы, ненасытно облизывающий тело. Улица тянулась еще несколько кварталов, упрямо сталкивая его с многочисленными прохожими, торопливо спешащими по своим важным делам. Вечерело и бархатистые сумерки лениво опускались на неустанный город - вечный маятник в своем бесконечном движении. Огни становились ярче, сливаясь с разноцветным неоном рекламы и огромными экранами, гоняющими потребительский бред. В этом весь Токио. Высится строгими щитами небоскребов, протяжными зданиями банков и фирм - сосредоточенный и деловой. Но стоит только свернуть вглубь, улицы становятся уже и тише, утопая во влажной зелени уютных скверов. В этом его уникальное очарование, понятное далеко не всем. Тошимаса рассеянно закурил, повинуясь своим смазанным мыслям и повернул на ближайшем перекрестке, сам точно не зная куда направляется. Идти домой совершенно не хотелось, его там никто не ждет. Да даже если бы ждал, не важно... Стены остаются стенами и сейчас там пусто и одиноко, вряд ли это когда-нибудь изменится. Половина вещей все еще покоится в коробках, ожидая, когда им, наконец, дадут новое пристанище, остальная же часть воплощается в сумбурном хаосе, не собираясь возвращаться на свои места. Беспорядочно и неуютно. Но это вовсе не причина, чтобы не хотеть возвращаться. Скомканные мысли и чертова бессонница, ставшая новой неудовлетворенной любовницей, грубо наплевав на его твердую ориентацию. "Может снова напиться...?" Позвонить Дайске и все ему рассказать, облегченно поплакавшись в доброе и надежное плечо единственного друга. Может тогда голова наконец-то перестанет болеть... Тоши печально усмехнулся и шагнул по переходу, прекрасно зная, что этого никогда не случится. Ничего не подозревающего Дая ожидал такой же болезненный сюрприз, как и всех остальных его знакомых. Эгоизм не лечится. И опухоль мозга тоже. Оглушительный сигнал и визг тормозов внезапно врезались в слух. Тошимаса не успев осознать, что происходит, почувствовал резкий удар по ногам, тут же оказавшись на земле и на несколько секунд потерял сознание. Очнувшись первое, что он увидел, был ярко красный капот "Порше" беспокойно и нетерпеливо урчащий заведенным двигателем. Водитель поспешно выполз из машины, без особого интереса делая пару шагов к пострадавшему. Легкий испуг, в ядерной смеси с нескрываемым возмущением, плескались в выразительно карих глазах. Гладкие нити длинных волос, из темного шоколада перетекая в светлые, будто обожженные концы, нервозно растрепались, явно выдавая состояние хозяина. - Ты что наркоман?! Какого хрена под колеса лезешь?! - руки в черной коже перчаток недовольно скрестились на груди, скрытой плотной тканью сочно алого пиджака. - Здесь переход, кретин, - злобно буркнул Тоши, с трудом поднимаясь и все больше чувствуя ноющую боль в колене. Голова противно кружилась, грозясь снова опрокинуть его на землю. Но в следующее мгновение он замер прислушиваясь к насыщенной музыке, доносившейся из салона. Мелодия упорно врезалась в мозг острыми нитями памяти. Та самая мелодия, что с самого утра не давала ему покоя. Он узнал ее, переведя заинтересованный взгляд на самоуверенного гонщика. Эпатажный, вызывающий вид сбивал с толку, вызывая смешанные чувства, но совсем не помешал заметить за худым плечом одинокую фигуру. Высокий брюнет стоял чуть поодаль с отсутствующим видом и чернеющие глаза его не выражали ничего кроме непомерной тоски. "Бляяя... Ну вот опять..." - Надеюсь, тебя не придется тащить в больницу. И так бензина мало, - произнес нахальный водитель, продолжая изучать его из-под спадающей густоты челки. - Не придется. Тоши порылся в карманах в поисках сигарет, но обнаружил лишь пустую пачку. Похоже, сегодня не его день. - Вот и отлично. Парень напоследок смерил безразличным взглядом чудом выжившего пешехода и заторопился обратно к машине. Его возмущение немного улеглось. Поправив полы пиджака, он залез в теплый салон с досадой заметив, как длинноногая стройная тушка одним вялым движением снова оказалась на асфальте, на этот раз не собираясь приходить в себя.