Самовозгорание

— Защита! Не забывайте о защите! Авалон послал ей навстречу несколько плазменных сфер, и Блум охнула, когда одна из них опалила жаром щеку. «Это было близко. ТБ, профессор же сказал следить за положением снарядов!» А я сказала тебе закрыть рот! ТБ вильнула в сторону, уворачиваясь от следующей атаки. Еще парочка комментариев и будешь драться с ним сама! «Ой». — Блум, вы не сосредоточены, — Авалон облетел ее с правой стороны, готовя еще несколько сфер, и она испуганно обернулась, понимая, что укрыться они уже не успеют. Атака разбилась об наспех скрещенные в щите руки, но откинула ее назад. — А! — ТБ напряглась, заставляя крылья остановить инерцию от удара, но послушались они со скрипом. Блум показалось, что она даже слышит, как прозрачный материал трескается у нее за спиной. «О боже, ты их сломаешь!» Делаю, что могу! Они не слушаются! — Вы устали, сделаем паузу, — Авалон сложил руки на груди, приземляясь, и его золотые крылья рассыпались на множество золотых искорок. — Нет! Я еще! Я еще могу сражаться, — воскликнула Блум, поднимая руку, но стоило ей оказаться на земле, уперла руки в колени, тяжело дыша. — Еще! Х-х-х! Не все! Х-х! — Нет необходимости доводить себя до абсолютной неспособности двигаться, Блум, тренировка заключается в том, чтобы развить ваши способности, а не убить. Пересиливая себя, вы просто перегрузите организм и подорвете здоровье, — профессор был непреклонен, и Блум почувствовала желание завалиться на бок прямо здесь, на тренировочном поле. — Давайте обозначим ваши слабые стороны в этом поединке. — Ладно, давайте, — она махнула на него рукой, наколдовав себе стул, но дрожащее тело приземлило жопу мимо, и она больно стукнулась копчиком об землю. — Ай-ай-а-ай. Но спустя мгновение она смирилась с этим и просто раскинулась в позе морской звезды, пытаясь отдышаться. На земле было жарко и душно и даже малейший ветер не обдувал ее горящее лицо. — Как и в прошлый раз вы забываете либо контролировать пространство вокруг, либо уходите в глубокую защиту, неспособные колдовать оттуда. Это ваши две крайности, — начал Авалон, нависая сверху, и Блум подвинулась так, чтобы его голова закрывала ее от палящего солнца. Было уже пять вечера, но погода в Магиксе выдалась безжалостно летней. — Их нужно уметь совмещать, пока что ваш стиль боя подходит либо для агрессивной атаки, либо обороны, что в динамическом бою с подвижным противником нецелесообразно, потому что любой умелый паладин умеет балансировать, я уж не говорю о вашем главном враге. ТБ фыркнула. Они договорились Валтора по имени не называть во избежание, и он был удостоен от Авалона звания «ваш главный враг». Ну прям Тот-кого-нельзя-называть. Ну, а ты вполне себе девочка-которая-выжила. Только шрама нет на лбу. «Досада какая». — Так же нитями вы, очевидно, не пользуетесь, — Авалон отодвинулся в сторону, солнце ударило по глазам, и Блум была уверена, что он это специально. — Где ваша хваленая гиперчувствительность? Она вам дана не чтобы играть в «Угадай, какой предмет пропал из комнаты» со мной. Учитесь чувствовать вибрации, когда на вас готовятся нападать! Пока не сможете ориентироваться на все триста шестьдесят градусов вокруг своего тела, вас будет легко подловить любому противнику сильнее школьника. А если их несколько? — Трикс я уложила без труда, — ТБ поднялась на локтях, но Авалон только брови поднял. — А их трое было. — Трое ведьм-недоучек? С какого курса их отчислили? Со второго? И вы принимаете их непомерный гонор за мастерство? Самоуверенность может стоить вам жизни, Блум. Вы еще не встречались с таким сильным противником, как ваш главный враг. ТБ цыкнула. «Опять сказал». Какой это раз? «Я насчитала двадцать семь». — Трикс были необучеными и давили голой силой, но тогда ваши умения были равны. Даркар уже умел распоряжаться ресурсами и управлял целой армией, которую ваши союзники взяли на себя. Кроме того, нехватки сил у него точно не было, но он был изящен в своих планах, не стал просто убивать вас, а обратил против ваших друзей. — А убил бы, сейчас бы почивал на лаврах, продуман хренов, — ТБ фыркнула, высовывая язык, и Авалон покачал головой. — Он тоже недооценил вас и вашу способность к внутренней борьбе, только и всего. Окажись ваш дух сломлен окончательно, никто не смог бы вернуть вас из темного превращения, так что только внутренняя скрытая сила позволила вам справиться с ней. — Ой, засмущал, — ТБ с кряхтением поднялась, отряхивая коленки, и потянулась, разминая уставшие мышцы. Авалон посмотрел на нее сверху вниз — он был немного выше, даже когда она стояла на каблуках. — Также вы забываете о первородной мощи огня Дракона. Пока что ни одна ваша атака не показалась мне способной даже пробить щит Даркара. А между тем, ваше пламя смогло уничтожить его полностью. Почему вы не сражаетесь в полную силу? Не используете настоящий огонь? — А? — Блум растерялась под его пронизывающим взглядом. — Не использую? Я бью изо всех сил. По крайней мере, ей казалось, что ТБ выкладывается на полную. Сама она вмешивалась редко, и обычно была тем, что Авалон обозначил за «уходить в глухую защиту». — Очевидно, что нет, иначе от меня давно бы остался только пепел, — и он сделал вид, что стряхивает что-то с рукава. — Вы сдерживаетесь. Осознанно или нет — не знаю, но это уровень обычной феи огня, каких много, а вы — Огонь Дракона. Нет страшнее оружия, чем священное пламя. Извлеките его из себя. Авалон коснулся груди, показывая, откуда конкретно. — Что значит извлеките? — проснулась ТБ, обиженная тем, что ее старания не были восприняты всерьез. — Мне тужиться посильнее или что? «ТБ». Ну, а что? Ты сама жаловалась, что все на каких-то эффемерных понятия держится, а теперь поддакиваешь? На чьей стороне определись уже ты! «Делай или не делай. Нет никаких попыток». Многовато умничаешь ты для мозга своего размера. «Тебя не хуже». — Блум, вы знаете, откуда берется магия? Как она работает? — Авалон оторвал их от увлекательнейшей мысленной беседы, закладывая руки за спину. — Знаниями не всеми владею я… Ой, — ТБ прижала руку ко рту, а Блум мысленно залилась звонким смехом. Чего ты веселишься, он тоже это слышал. Но Авалон только снисходительно улыбнулся. — Вы уже знаете про нити, это дорогого стоит среди фей вашего возраста, обычно структуру высшей магии проходят уже в университе. Но так как я могу говорить с вами на промежуточном уровне между этими двумя, позвольте объяснить: струны, которые мы используем для колдовства — лишь инструмент, без воли мага они приходили бы в движение только под влиянием естественным природных процессов. В курсе. «Тише. Давай послушаем». — И многие маги в связи с этим тренируют волю и дух, есть множество религиозных и обособленных от культа Дракона духовных практик, но все они направлены на укрепление решимости. Многие феи впервые получают свое превращение случайно, за неимением достаточной психологической подготовки у них происходит вспышка гнева или страха перед лицом опасности, которая и оборачивается самым мощным узлом в их теле — превращением. О. «А… а мы? Я разве злилась тогда? Не уверена, что я умею это хорошо делать. А испугаться я не смогла». Бестолочь ты короче. Самое здоровое, что можно было сделать, свисая на одной руке над пропастью — испугаться. «Ну, у меня была забота поважнее — я спасала кольцо Стеллы, если бы я погибла, Трикс точно бы его забрали». Говорю же, бестолочь. Но Авалон еще не закончил с классификацией. — А есть совершенно другой тип фей, совершивших первое превращение — трансформация силой воли. Фея осознает себя в этот момент так четко, что сама формирует вокруг себя защитный кокон, по сути она осознает себя феей как существом, а не как трансформацией, такие феи гораздо сильнее. Возможно, вы знаете про первофею Аркадию? — Да, — Блум кивнула. — На самом деле она не первая фея, а последняя. Последняя среди истинных фей. Раньше феи были отдельной расой, а потом с приходом в мир Дракона эволюционировали до того состояния, которое знаем мы. — Как это? Разве не Дракон создал мир? — Блум непонимающе нахмурилась. — По теории религии — да, — Авалон пожал плечами. — Но если говорить о какой-то научной базе, то существование физической материи до так называемого Рождения Дракона давно подтверждено палеонтологами. По дошедшим до нас сведениям тогда жить в Магиксе было гораздо опаснее, чем сейчас. Представьте, что нечто похожее на нападение Трикс происходит минимум раз в месяц — это в общих чертах поможет вам понять, как жилось нашим предкам. Многие планеты были похожи на Домино сейчас — лед и мертвые зоны, поэтому феи находились в боевой трансформации с рождения. С появлением Дракона темных существ и монстров стало меньше, что позволило разумным расам заниматься не только выживанием, но и развитием своих культур. Магическое население росло и развивалось, а все благодаря Дракону, поэтому его стали почитать, как бога-хранителя. — То есть… — Блум почесала затылок. — Дракон — он не бог? Если бога нет, то чьи же коровки. — Это очень старая традиция — чествовать своего благодетеля статуями и подношениями, — Авалон развел руками. — По сути современное фанатство — это тоже своего рода религия — превозношения одного человека или группы и их деятельности над всеми остальными, как идеала. Просто фанаты Дракона появились первыми. Я же думаю, что он просто был величайшим магом своего времени, раз нашел способ оживить Мертвые Земли по всему Магиксу, а затем прорвать завесу пространства в другие измерения. Не думаю, что мы когда-либо сможем достичь похожего могущества — это давно ушедшая эпоха магических гигантов. Авалон посмотрел на нее со своей фирменной улыбкой, но ТБ не проняло, у нее на языке вертелся другой вопрос. — А к чему вы это вообще вели? Тот покачал головой, как всегда про себя восхищаясь ее прямолинейностью, если не сказать наглостью, Блум знала это выражение лица. — Мы говорили о том, что феи раньше всегда находились в состоянии транформации — это было их естественное физиологическое состояние, естественная связь с природой нитей. Но суть в том, что современные феи в боевой трансформации обладают теми же преимуществами — когда вы в превращении, все ваши чувства усиливаются — в том числе чувство магии. То, что отличает вас от фей прошлого — прогресс науки и технологий, позволивших нам приблизиться к силе наших предков с помощью техник и магических паттернов, а не голой силы, которой современный Магикс уже не способен выдержать. — Не, все равно не поняла, — ТБ затрясла головой, заставляя профессора вздохнуть. — У вас очень сильно осознание того, что вы делаете, Блум, — было видно, что тот сильно напрягается, чтобы объяснить максимально просто. — Я вижу в ваших движениях последовательность, вы хорошо учитесь и знаете достаточно комбинаций, это похвально, но вы забываете о второй составляющей успеха магической воли — об эмоциях! Авалон драматично потряс руками, и Блум пихнула ТБ, которая так и порывалась прыснуть со смеху. — Вы подавляете свои эмоции, а между тем, большая часть ваших однокурсниц колдует исключительно на них! Их злость, страх или желание защитить себя трансформируются в интуитивно понятные вибрации, которые нити сами формируют в заклинания. А вы так не умеете. А-а-а-а, поняла. Блум, уже собравшаяся обидеться за то, что она чего-то там не умеет, прислушалась. «Да? И чего?» Он про то самое «почувствуй», которое не дает тебе покоя. Поэтому у нас на первом курсе не получались даже простейшие заклинания, пока ты не выдрочила порядок действий. То же самое с танцем Дафны, чего-то там про эмоции. «И что делать?» Ну откуда я знаю, я что ли твой патлатый магический наставник в белом пиджачке? — И что делать? — Блум перенаправила вопрос по указанному адресу, и Авалон перекинул косу на другое плечо. — Я дам вам несколько медитаций, попробуйте начать с того, чтобы понять себя, — он ободряюще улыбнулся, но Блум уже скисла. — Причина, по которой вы ограничиваете себя в эмоциональном диапазоне, может оказаться среди ваших внутренних конфликтов или давних воспоминаний, которые до сих пор не дают вам покоя. Попробуйте услышать, что говорит вам шепот подсознания. — А-ага. Подсознание говорит, что оно хочет жрать, трахаться и на ручки. «Ты слишком громкая для «шепота». Ага, то есть мои потребности не будут учитываться, только потому что я слишком отчетливо отдаюсь у тебя в голове? Вот я тебя… — Отдохнули? — Авалон бодро расправил крылья, и Блум крякнула, отшатнувшись от хлопнувших по носу перьев. — Продолжаем? — А попить? — ТБ, вообще не почувствовавшая отдыха, заканючила, но Авалон мерцающим облачком разошелся еще на трое, и четыре профессора практических заклинаний безжалостно похлопали в ладоши, призывая ее готовиться к бою. — Ну только не групповая! — Давайте, Блум, не ленитесь! — Да меня на вас на всех не хватит! — зарычала ТБ, поднимаясь в воздух, и Блум почувствовала, что крылья были как деревянные даже после отдыха. — Контролируйте всех противников, что у вас есть! Отслеживайте вибрации, так вы сможете уклониться даже от того удара, который будет направлен в спину! Четыре Авалона — это было слишком даже для ТБ. Они атаковали не сильно — кидались короткими электрическими разрядами, больше обидными, чем причиняющими боль. В отличие от прошлого режима, когда Авалон использовал реальные боевые заклинания, которые она должна была отражать или блокировать, эта тренировка была направлена на умение найти и обезвредить в толпе самого опасного противника. Авалон называл это «ставить приоритеты». Вместо воинов-скелетов уничтожить призывателя. — Ищите того, кто бьет больнее, или лидера группы! Так вы используете свои силы максимально эффективно в первые минуты боя! Когда выдохнитесь, времени на по-настоящему сильного противника не будет! Авалоны кружили вокруг нее, отчего белая ткань его одежды мелькала в четыре раза чаще, как карусель. Блум почувствовала, что ТБ теснят. — Следите за руками! Даже самые умелые маги не могут колдовать, не шевелясь! Вносите хаос в ряды противника! Не давайте обступить себя! Это было то, что он и сделал — обступил ее. Ее взяли в круг — худшая фигура, когда ты один, и руки у тебя всего две, а крылатых, дающих наставления мужиков, аж четверо. — Используйте отвекающий маневр, если попали в окружение! Плохие погодные условия — это ваши друзья, Блум! С вашей гиперчувствительностью глаза не нужны, а вот вашим врагам — да! Эй. «Да?» Тебя не тошнит? Я чувствую слабость. — Блум? «Да, немного есть, но я же сейчас не в теле». Чет мне не хорошо. Блум заволновалась, когда ТБ захрипела. Она отразила всего три удара, и в три раза больше уже прилетело в разные участки тела, отдаваясь зудом в руках и спине, но тренировка шла уже больше часа… — Профессор, — Блум зажала рот рукой, когда ТБ сбросила с пальцев несколько огненных сфер. Те едва долетели до одной из учебных проекций — Блум могла понять через магическое зрение, в чем отличие от настоящего Авалона, а вот попасть в него — уже нет. — Я… всё… ТБ с хрипом покинула тело, предоставляя Блум полную свободу действий на ближайшие полчаса, но поздно — по губе уже текла кровь. — Вот блин. — Блум? Она прижала руку к лицу, собираясь снижаться, но спину вдруг прострелило болью, и тяжелое тело со свистом полетело вниз. «Совсем как на Андросе, — успела она подумать, пока взметнувшиеся волосы закрыли обзор. — Разве это было не заклятье Валтора?» — Нет! — Блум зажмурилась, ожидая болезненного столкновения, пусть и с песком, но падение замедлилось, а под спину ее подхватили чьи-то руки. «Чьи же еще» — она открыла глаза, встречаясь взглядом с обеспокоенным Авалоном. — Пустите, пожалуйста, — попыталась она вывернуться, и профессор послушно опустил ее на землю, доставая из кармана платок. Она хотела взять его, но Авалон просто прижал к ее лицу, удерживая за плечо другой рукой. — Не дергайтесь, — попросил он настойчиво, и она устало повиновалась. Сейчас, когда ТБ не могла лечить ее с помощью меток, нужно было либо идти до медсестры, либо позволить Авалону играть в медбрата. — В этот раз сколько продержались? Десять минут? Плюс предыдущие два захода по двадцать. Итого час с перерывами. Блум угукнула, чувствуя, как от золотых искорок щипет нос, а затем по телу расходится теплая волна. — Так не пойдет, с вашим здоровьем надо что-то делать, Блум. — Знаю, — прогнусавила она и тут же пожалела — стоило открыть рот, как кровь оказалась в горле, тошнотворным металлическим привкусом растворяясь на языке. Снова затошнило. — Не напрягайтесь, — одернул он ее, со вздохом заканчивая лечение. К сожалению, только лечение симптомов. — Это непозволительно для феи вашего возраста испытывать такие трудности с колдовством. — Угу. — А раньше, говорите, этого не было? — Угу. — Когда точно это началось? — После… — Блум задумалась. Авалон был в курсе, что ТБ не могла колдовать через нее долго, конечно, без подробностей. Он знал, что магия причиняет ее телу повреждения, но вот откуда это пошло, Блум давать ему подсказку не хотела. — После победы над Даркаром. — Ясно, — Авалон зачесал упавшие на лицо пряди на затылок, запрокидывая голову, а затем снова обращаясь к ней. — Это может быть перенапряжение во время битвы с Даркаром. — Медфея ничего не нашла, сказала, я в порядке, — наябедничала Блум, а Авалон задумчиво потер лоб. — Не связанные с хронической травмой начинающиеся после магической активности непоследовательные повреждения, — начал он бормотать под нос, и Блум прислушалась. — Это либо последствия темномагического ритуала, изменившего что-то в энергетической структуре тела, либо магическая волчанка. — Магическая чего? — Блум попыталась изображать ТБ, чтобы не извиняться потом перед собой за наглость, и заглянула профессору в глаза. — Не важно, — он отмахнулся, массируя переносицу, но Блум не отставала, находясь в положении, когда ТБ на помощь вызвать было нельзя. — В любом случае вам нужно пройти осмотр в больнице, а не в алфейском медпункте, местная медфея не имеет достаточных знаний для лечения магических болезней. Запишитесь на полный осмотр. — Полный? — Блум обхватила себя руками. Она ненавидела незнакомых людей, больницы и когда ее щупали, а врачи и осмотры прекрасно совмещали все три пункта. — Зачем? — Эффект, который на вас оказывает собственное колдовство — губителен и никто не знает, как он может развиться, — Авалон посмотрел на нее серьезным взглядом серьезного взрослого, а Блум даже за ТБ не могла спрятаться. — Сегодня у вас просто идет кровь из носа, а завтра может начаться внутреннее кровотечение, о котором вы узнаете, когда будет уже поздно. — Да ладно вам, — она чувствовала себя очень смелой, говоря это вслух своим собственным языком. — Блум, вы должны пройти осмотр, — Авалон взял ее за плечи, и вся смелость медленно стала покидать ее тело через его руки. — Это может быть гораздо опаснее, чем вы думаете, кто знает, что Даркар изменил внутри вас, чтобы сделать Темную Блум. Что, если это может вызвать смерть? Вы об этом подумали? — Смерть? — Блум заморгала, не очень понимая, что он имеет в виду. Как это — смерть? Она? Смерть? — Перестаньте меня пугать, я и сама с этим справлюсь. Он все еще держал ее за плечи. Его голову сзади озаряло медленно опускающееся к горизонту солнце. Чем не ангел. — Блум! От мыслей об ангелах ее отвлек чей-то окрик. Она обернулась, чтобы увидеть, как к тренировочному плацу приближалась группа людей — три амбала в доспехах, а во главе… — Скай! Она не успела подумать, что рада его видеть, потому что по губам уже расплылась дурацкая улыбка. Потом она вспомнила, что он не отвечал на звонки, потом что на Эраклионе будет бал, на который ее не позвали, потом то, что сказала Стелла, потом предположение о сюрпризе… Авалон отпустил ее, и Блум вообще вспомнила, что он был довольно двусмысленно близко, особенно издалека можно было неправильно понять. «Как бы Скай ничего не подумал, — промелькнула предательская мысль, отозвавшаяся болью в висках. — Он и раньше профессора не переносил, а уж теперь». — Это мой парень, — сказала она профессору зачем-то и поспешила Скаю навстречу. Он выглядел необычно, одетый в вычурный камзол, какие она видела на гостях Солярии. Синяя ткань явно была дорогой, а золотая вышивка и вставки на рукавах не оставляли пространства для заблуждений по поводу стоимости наряда. «Он всегда таким нарядным был? — рассеяно подумала она, пытаясь вспомнить, но Скай никогда раньше не встречался с ней, одетый… как типичный принц. — Но все равно он милый». Голову затопили полные нежности мысли, когда она была уже достаточно близко, чтобы разглядеть его лицо. Она волновалась, что что-то случилось, мучалась перед сном мыслями, что ему нужна помощь. Или что хуже — что он и правда забыл про нее. Он не отвечал, когда она звонила, не написал ни одного письма или смс, никак не объяснил свое молчание. Она готова была штурмовать дворец! И вот он, пришел к ней сам. «Может, Стелла была права?» — ТБ не могла сейчас отвечать, поэтому и посоветоваться было не с кем, но Блум жила только этой надеждой последние три дня, прошедшие с ее визита к Стелле. — Скай! — она пробежала последние несколько шагов на каком-то радостном импульсе. Сердце бешено билось в груди, она протянула руки, чтобы обнять его, но два амбала вдруг преградили ей дорогу, и она чуть не впечаталась в одного из них. — Скай… — растеряно протянула она, но тот стукнул одного по плечу тыльной стороной ладони, и охрана разошлась в сторону, открывая принца ее взгляду. — Кто это? — Не обращай внимания, — он отмахнулся, нервно проводя рукой по зачесанным на затылок волосам. Она никогда не видела, чтобы он так причесывался. «Похож на пижона». — В Магиксе сейчас небезопасно, родители всунули мне охрану. Ребята, отойдите, пока мы поговорим. Скай покосился на охранников, и те с непроницаемыми минами повиновались. Блум поняла, что не узнает в них ни Брендона, ни Ривена. Спроси. «Спроси, где они, спроси где они, спроси, где они, — вертелось у нее в голове настойчивым гулом, но она не хотела напирать с самого начала. — Спроси, что с Тимми, спроси, что с Тимми, спроси…»

Спроси.

— Кто это? — Скай кивнул ей за спину прежде, чем Блум успела порваться между всеми вопросами, которые хотела задать. — Кто? — она обернулась, но по всей площади обзора был только Авалон, баловавшийся с мечом. Блум чуть не фыркнула — Кнуту и ответственной за состояние и внешний вид Алфеи мадам Камелии предстояло помыть в два раза больше окон, раз он решил изображать паладина на тренировке — все стекла, выходящие на эту сторону уже окупировали влюбленные студентки. — Это профессор Авалон, я тебе рассказывала, — она постаралась говорить ровно, чтобы голос не дрожал, но вышло все равно виновато. — Вы опять сблизились? — спросил Скай странным тоном, и Блум непонимающе заглянула ему в лицо. Он как будто был сегодня раскрасневшийся, как после тренировки с драконами. Которых он прямо в этом камзоле объезжал. — Не подумай, я не хочу ничего сказать, но он же… был пешкой Даркара, ты разве не хочешь держаться подальше? Я бы хотел. Блум замахала руками, но мысленно уже почувствовала, что прямо сейчас хочет, чтобы Авалон исчез из их поля зрения. — Нет-нет-нет, это не клон! Это настоящий, он был на нашей стороне, его держали в темнице в Цитадели! Это благодаря ему Винкс узнали, что клон похитил меня! Скай не выглядел убежденным, его начинало передергивать тем сильнее, чем дольше он смотрел на размахивающего мечом профессора. «Плохо дело, — Блум прижала руку к губам, когда Скай откровенно раздраженно сощурился. — Он его настолько терпеть не может? Это из-за прошлого года? Он ведь обижался, что я с профессором слишком много времени проводила. А если он опять себе чего напридумывает? Блин, Авалона-то не прогонишь! ТБ, где ты, когда так нужна?!». Она хотела увести Ская в другое место, за неимением лучшего, но когда она хотела взять его за руку, он вдруг дернулся, как будто она его током ударила. — Боже, Скай, ты в порядке? — Извини. Это все погода. Она поверила с трудом, глядя, как его лицо медленно разглаживается. Он позволил взять себя под локоть, и Блум потащила его в тень ближайших деревьев. Что, если ему и правда просто-напросто жарко? В таком-то наряде. Охрана беззвучно проследовала за ними, но Блум старалась не оборачиваться. — Ты точно в порядке? — спросила она, видя, что Скай какой-то не такой, как обычно — нервный, глаза бегают. — Ты красный, тебе не жарко? Скай хотел оттянуть ворот камзола, но на середине пути замер, как будто кто-то раньше бил его по рукам за это. — О, спасибо, да, так гораздо лучше, — он облегченно выдохнул, когда она использовала заклинание охлаждения, но облизываться и вздыхать через раз не перестал. — А вдруг ты заболел? — она приложила руку к его щеке, и чуть не отдернула — он был ужасно горячий. — Господи, да у тебя жар! Ты горишь! Ты обращался к доктору? Давно это с тобой? Она решительно схватила его за голову, прижимаясь губами ко лбу, и Скай шумно вздохнул, хватая ее за запястья. — Не… Не надо, — попросил он, отворачиваясь, и Блум почувствовала, как в животе закручивается узел. Руки у него тоже были горячие, но это почему-то ее смутило. — Все в порядке… — Разве? — спросила она шепотом, глядя на него исподлобья. Пижон, но все равно красивый. — Ты ведь помнишь, что у тебя есть личная медфея? «Как там это ТБ делает?» Она коротко взмахнула ресницами, и хватка на запястьях стала сильнее. Одна его рука вдруг выпустила ее из захвата, скользнув по шее. Он притянул ее к себе, шумно вдыхая запах волос, и Блум зажмурилась. Это было так волнительно. Они уже неделю даже за руки не держались, а он прямо так сразу… «Соскучился? А если он из-за меня так нервничает? — позволила она себе крамольную мысль, и никого, кто мог бы опровергнуть это, рядом не было. — Хочет сказать что-то важное? Все-таки меня позовут на бал? Это правда был сюрприз?» Он резко отстранился, когда она хотела поцеловать его, и отпустил вторую руку. — Скай… — она сама не поняла, когда настроение сделало разворот на сто восемьдесят с «я так устала, отстаньте» до «что насчет приватного занятия». Она с ужасом поняла, что возбудилась от этих его вздохов и горячих рук. Было стыдно за себя до горящих ушей, но и так же сладко. — Ладно, я… Я не за тем вообще пришел, — он нервно принялся хлопать по карманам, и Блум попыталась сосредоточиться, но в романтичной вечерней тени не то чтобы получалось. Помогло только напоминание, что три посторонних мужика брутальной наружности наблюдают сейчас за их лобызаниями. — А… — она вспомнила о ребятах. — А это кто? — Кто? — он как будто стал зеркалом ей десять минут назад, с удивлением выглядывая из-за ее плеча. — Не обращай внимания. В Магиксе сейчас небезопасно, родители всунули мне охрану. — Да, я поняла, — она хотела похлопать его по щеке, но сделала скидку на температуру. — С первого раза еще. А где ребята? Ривен, Брендон. — А… Не знаю… Ну то есть сегодня не их смена, — он наконец нашел, что искал, и такая искренняя радость озарила его лицо, когда он сунул руку в нужный карман, что Блум не осмелилась спросить про Тимми. «Я же не склочная жена какая-то, они с Текной наверняка сами выяснили все». — Блум, — он извлек какой-то конверт и дрожащей рукой протянул ей. — Через три дня во дворце Эраклиона будет бал в честь двухсотлетия правящей династии — моей семьи. Это приглашение на праздник. Блум такими же дрожащими руками приняла его, окаменев от переполняющих ее чувств. Он позвал.

Это правда.

Приглашение.

Меня позвали.

Все хорошо.

Он все еще любит меня.

Я ошибалась.

Диаспро.

Последняя мысль явно была лишней. «Спроси его про Диаспро, спроси его про Диаспро, спроси его про Диаспро». — Большое спасибо, — она улыбнулась, пытаясь скрыть заминку. Бал все-таки оказался сюрпризом для нее, она не должна дать ему понять, что уже все знает, чтобы не расстроить. — Я обязательно приду.

Диаспро.

«Нет, я не буду… Я должна ему верить, ревность — это плохо, он никак не показал, что у него к ней особое отношение».

Почему он не звонил.

Спроси, почему он не звонил,

спроси, почему он

не звонил.

— Только насчет дресскода… Она слышала его голос как сквозь туман. Она перенервничала, и теперь не могла сосредоточиться на словах.

Спросиспросиспросиспросиспросиспроси.

— У нас есть определенные традиции… Диаспро. — Стелла тебе поможет выбрать…

Почему.

Тимми.

Авалон.

— Может быть, тебе почитать что-нибудь о том, как вести себя во дворце?

Должна верить.

Спроси.

Не должен знать.

Я хорошая девушка, я не буду спрашивать. — Хотя наверное, не поможет уже, не так много времени осталось. ТБ.

Где ТБ.

Где она.

Пусть она заменит меня.

Устала. — Я понимаю, мы давно не виделись…

Почему.

— Мне уже надо идти. — А? — она очнулась, рассеяно глядя на него. — Мне пора идти, — Скай попытался обойти ее, но она неожиданно даже для себя вдруг схватила его за рукав. — Почему ты не брал трубку все это время? — выпалила она, чувствуя, как горит лицо.

Она сказала.

Скай растеряно моргнул, а затем нервная улыбка рассекла его лицо. — Ты все поймешь на балу, — пообещал он, с виноватым выражением пожав ее руку, и она послушно улыбнулась. — Ты все поймешь.

Она сказала.

Он все объяснит.

Есть объяснение.

У всего этого есть объяснение.

И она его получит. Она не поняла, когда он ушел, потому что снова зависла, глядя перед собой, а когда очнулась, под деревьями уже стояла одна, но даже это не омрачило ее нервической радости. Перегрелась ты, подруга. Будем на следующую тренировку кепочку надевать от солнца. «ТБ!» — Блум облегченно вздохнула. Ага. Давай, кру-угом. Профессор тебя, может, даже все еще ждет. Она еще звучала хрипловато, но уже могла говорить, и Блум на негнущихся ногах пошла обратно на площадку. «Ты видела? Все хорошо, я говорила сама… Я хорошо все сделала?». ТБ замялась, но ответила. Да… ты молодец. «Класс» — дышать сразу стало легче. Авалон и правда ждал их все там же, Блум подумала, что это просто удивительно, что он сидел здесь все это время. — Ваш молодой человек — принц Скай? С Эраклиона? — спросил он без предисловий, и Блум смущенно улыбнулась. — Да. Извините, что не стала знакомить. — Ничего, я не набивался в друзья, — Авалон оперся подбородком на сложенные руки поверх эфеса меча. — Значит, могу вас поздравить? — Да, я иду на бал, — она судорожно собрала волосы на затылке, пытаясь соорудить хвост, но резинки у нее не было, поэтому ничего путного не вышло. Не то чтобы она хотела всерьез их убрать. Ей просто нужно было занять руки. — А. Ну да, — Авалон почему-то отвернул голову, и Блум запоздало поняла, что он совсем не о том. Откуда ему знать, что Скай приходил именно, чтобы отдать приглашение. — А вы что имели в виду? — Нет, ничего, — тем же тоном отозвался он, и живот у Блум снова скрутила судорога. Эй, эй, тише. ТБ забрала контроль над телом и села перед ним на корточки, упираясь локтями в колени. — Колись, — потребовала она, и не услышав, как Блум хихикает, поняла, что та опять ушла прятаться в подсознание. — Да что у меня, совести нет? — Авалон усмехнулся и толкнул ее пальцами в лоб, и ТБ от неожиданности завалилась на спину. — Эй! — Вижу у вас снова полно сил, — он весело улыбнулся, и ТБ показала ему язык. — Давайте, чтобы не терять время, покажу вам несколько медитаций. А вы пообещайте в ближайшее время показаться врачу. — Не, в ближайшее время никак, — ТБ потрясла приглашением у него перед носом. — Я буду БАЛоваться. Мне в больницу никак сейчас нельзя! — Я бы настоял… Но понимаю, что для вас это важно… После бала. Обещайте мне, — Авалон серьезно посмотрел на нее, и ТБ вскочила, приставив руку козырьком. — Сэр, так точно, сэр! *** Назад шла на ватных ногах, тело выдохлось после пережитого стресса и плодотворной тренировки. Авалон велел помедитировать перед сном, и Блум даже собиралась этим заняться, несмотря на то, что мало верила в силу ритмичного дыхания под звуки природы. «Музыка ветра» вообще ее раздражала, а вот шум беснующегося за окном ветра понравился. Ты моя маленькая грозовая мышка. «Ой, да ладно, что такого, если первородный хаос беснующейся природы меня успокаивает?» Да я ничего и не сказала. «Но подумала, — Блум насупилась, но за перепалкой не заметила, как посреди коридора возникло четыре фигуры. — Это еще что за вооруженное нападение?» Это были Амарил и три ее подружки, которых Блум не помнила по именам. Она, честно говоря, вообще никого кроме своего класса не запоминала. — Что такое? — Блум замерла, поняв, что они хотели задержать ее, встав полицейским перехватом поперек коридора. Амарил сделала шаг вперед, обозначая свое главенство, и Блум приподняла брови. Она была не в настроении разговаривать, а говорить, похоже, придется долго. Сожми кулачки, они выглядят так, будто хотят нарваться. «Ой, да ладно». Но она и сама напряглась. Кто знает, чего у них там в головах. — Пойдем-ка поговорим, — Амарил кивнула в сторону окна, но ТБ скрестила руки на груди и вскинула бровь. — Хочешь что-то сказать, говори, я ваши трупы прятать не собираюсь, будут в назидание здесь валяться, если что, — она хмыкнула, а девочки переглянулись с сомнением. Больно уж уверенно она говорила, такой Блум они не знали. — Ты это… Чего, короче, к профессору клеишься? — Амарил чуть покраснела, и ТБ весело заулюлюкала про себя. — Чего? — Блум нахмурилась, пытаясь понять, к чему она это. — Я… Я не клеюсь. — Да? А чего тогда таскаешься за ним, как привязанная? Хочешь, чтобы как в прошлом году получилось? За женишка своего не боишься, что узнает? — Амарил оказалась возле нее и угрожающе нависла сверху. Блум чуть отодвинулась, опасаясь, как бы та чего не выкинула. Сожжем ей волосы? «Нет, ТБ, мы не можем, что скажет руководство школы?» А, ты теперь о последствиях думаешь, а не о моих методах? «Просто мы цивилизованные люди, которые должны решать все вопросы словами». Ну-ну. — Амарил, послушай, мне кажется, ты чего-то не то подумала, — Блум затрясла руками, но та принялась напирать, и в какой-то момент она уперлась спиной в стену. — Чего это я не то подумала? Ходишь за ним постоянно, то волосы поправишь, то ресничками хлопаешь, на занятия дополнительные напросилась, какие-то книжечки у него берешь, видно же, понравиться хочешь, чтобы он тебя только хвалил, какая ты умница, — она откровенно опасно сощурилась, да и три рассерженные девицы с такими же хмурыми лицами не внушали доверия. — Нет-нет-нет, я тренируюсь… Тренируюсь, чтобы… — Блум на мгновение запнулась, не решаясь назвать Валтора. ТБ серьезно обеспокоила ее тем, что сказала Стелле. Кто-то из учениц мог тоже быть заколдован Валтором, та же Амарил, не зря же она привязалась. Да просто она безмозглая любительница залезать на чужой хуй и крутиться на нем, как на шесте, под завистливые стоны остальных. «Чего?» Влюбилась, говорю, в профессора! В прошлом году за Палладиума чуть Стеллу не убила, теперь вот на нас прет, чмырина! Орудия к бою! «Да подожди ты, нам что Фарагонда скажет, если подеремся?» А что она скажет? Я на хую все ее слова вертела. — Я попросила тренировать меня, чтобы сопротивляться меченым! — наконец нашлась Блум. — Если хочешь, мы можем вместе это делать, компания всегда… — Подлизаться решила? — Амарил вдруг ударила рукой совсем рядом возле ее головы, опираясь на нее, и Блум испуганно вздрогнула, успев подумать, что это очень по-киношному. — Не поведусь я на твою хуйню, не на ту напала, шмара рыжая. Сама такая же. Рыжая. И шмара. Ха. — Ты меня не заболтаешь, и глазами своими не обманешь, все знают, какая ты прошмандовка под этой невинной оберточкой, — она дернула ее за одежду, и Блум вжала голову в плечи, но не от страха, а начиная сердиться. Она не понимала сути претензий. Обзываться она тоже умела, не нужно тут много ума, вопрос был в аргументах. Которые не шибко весомыми были. — Чего тебе нужно? — Чего мне нужно? Чтобы ты прекратила профессору в штаны лезть своими подлыми ручонками, вот и все, — Амарил выпрямилась, складывая руки на груди. — Чтобы я тебя с ним больше рядом не видела. — Но мне нужны эти тренировки, а ты какую-то глупость говоришь! Профессор учит меня заклинаниям и все! — Ага, а в прошлом году он тебя чему учил, как ноги раздвигать?! Блум опешила, а затем сжала кулаки. — Что?! Совсем с ума сошла, ревнивая дура?! Это ты-то мне про ноги говоришь? Сейчас порвешь меня, потому что мы с ним одним воздухом дышим! Усмири свой трахательный инстинкт! — воскликнула она под одобрительные хлопки ТБ, в сердцах взмахнув рукой, и вдруг вокруг нее засияли очень знакомые опасные искорки. — О нет! Назад! Амарил не лишилась прически только благодаря этому окрику и хорошей реакции, потому что вокруг Блум вспыхнуло кольцо пламени, опаляя стену, и волной жара поднимаясь выше. Блум задохнулась от ужаса, увидев, как огонь пульсирует вокруг ее ног, подбираясь к носкам босоножек с голодной подвижностью. Между пальцев загорелись новые язычки. «ТБ!!!» Тихо! Та быстро перехватила контроль над телом, затягивая нити спонтанного заклинания, и огонь быстро унялся, оставляя черные пятна на полу. «О боже!» М-да, дотикалась, бомбочка. Блум толкнула ошалевшую Амарил, выбегая из окружения, и рванула к туалету на первом этаже. — Я с тобой не закончила! — Я закончила, — буркнула Блум, залетая за поворот. Влетев в туалет, она спешно открыла кран и сунула разгорающуюся руку под воду, и та медленно затухла, окруженная ветвистым дымком. «Уф, чуть до травм не дошло» — она облегченно выдохнула, переворачивая ладонь, но огонь не оставил никаких следов на теле, как и обычно. — Еще бы никто не понял, отчего у нас в коридоре дизайн обоев новый…» Да ладно, им полезно иногда получить какую-нибудь травму, типа черепно-мозговую. Знаешь, как по телевизору старому если постучать, он лучше работает? А обои купим, мы очень богатые девочки. «Меня с тобой однажды привлекут за причинение вреда имуществу». Ну, а чего? Ведут себя так, будто в их организме не хватает пули. Не злили бы нас, ушли бы невредимые. И вообще, это ты опять сдетонировала, а не я. Блум только тяжело вздохнула, стряхивая воду с рук на пол — даже в волшебной школе в туалете не работали чертовы сушилки. «Мне нельзя злиться, — она посмотрела на свою ладонь. — Иначе от Алфеи останется один пепел, Валтор уже на себе проверил». Да круто же, это та самая сила, которая нам дана по праву рождения, нечего зажиматься! «Я все еще не хочу быть задержанной. А ты не хочешь, чтобы мне было плохо». Дала бы мне все порешать, мы бы быстро отделались. «Прости, — Блум провела рукой по волосам, приглаживая непослушные вихры влажной ладонью, и вышла в коридор. — Я почему-то подумала, что после сегодняшнего я смогу сама… Извини, не надо было лезть на твою территорию, ты лучше знаешь, что делать». Да ок, не надо было просто останавливаться. «Просто дам тебе делать свою работу в следующий раз… Но ты услышала, что она сказала?» Что? «Она сказала «женишок», а не «парень», разве в Магиксе есть какие-то условности на этот счет? Даже на Эраклионе нет». Она потерла лоб, вспоминая, сколько материала ей еще осталось выучить по теме. И какая из Лейлы хреновая учительница. Требовательная, раздражительная, просто педагогический монстр. Хз, может, она думает, вы скоро поженитесь, вот и брякнула? «Глупая, нам до «поженитесь», как до Земли пешком». Ну ничего, вот слетаем на бал, нас представят местному обществу, и сразу станем милой невестушкой. «Ой, да тьфу на тебя» — Блум передернуло, когда она представила эти слова из уст королевы Самары. Та, конечно, была лучше своего мужа, который откровенно кривился при виде нее, но этот ее отстраненный взгляд, как будто Блум не стоила ее драгоценных королевских сил. Мы им всем еще покажем. Блум только качнула головой, открывая дверь в общую гостиную. Она собиралась подло спихнуть на ТБ все разговоры с придворными, чтобы только не видеть ничьей постной рожи и не портить себе настроение. — Ага, а вот и наша невеста! — Стелла напрыгнула на нее с радостными криками, чуть не напугав до инфаркта. — Поздравляем-поздравляем! — Что? — вопрос был заглушен звучным хлопком — кто-то взорвал хлопушку, полетело конфетти. — Это так неожиданно, но наверное, он много думал об этом? — Флора мило улыбалась, держа в руках какую-то коробку. Блум сквозь руки желающих ее обнять узнала торт. — Ты у нас первая! Мне вот, думаю, до старости ждать придется, Ривен не решится, даже если я останусь единственной феей на земле! — Муза, лопнувшая хлопушку, теперь деловито игралась с длинной закрученной полосой бумаги, которая из нее вылетела. — Боже, это так волнительно! Буду на настоящей свадьбе, а мне еще девятнадцати нет! Она захлопала в ладоши, а Блум медленно перевела взгляд с одной подруги на другую. — Ты чего, Блум? От счастья говорить не можешь? — Лейла помахала у нее перед лицом. — Точно, ошалела от радости, — Стелла хлопнула ее по плечу, и Блум пошатнулась. — И молчит еще, вы посмотрите на нее, все приходится из интернета узнавать. — Я… я не понимаю, — выдавила она наконец, под мерный рассерженный рокот ТБ, и Винкс поменялись в лицах, такая очевидная растерянность читалась у нее в глазах. — Какая свадьба. Муза почесала голову, затем достала из кармана телефон и напела голосовой пароль. Спустя несколько секунд смахиваний она вышла вперед, потеснив Стеллу, и протянула Блум телефон. На экране высветился новостной сайт, и первый же заголовок гласил:

Дворец Эраклиона проинформировал СМИ, что на балу в честь двухсотлетия династии принц Скай назовет свою невесту.

Кто станет избранницей принца рассказываем в нашей статье.

— И кто станет избранницей? — Блум судорожно сглотнула, и Муза развела руками. — Да это кликбейт, они просто кандидаток перечислили, это все знают, кто там самые знатные красотки королевства. Ты тут тоже есть! Она отвернула телефон, нажала ссылку, быстро пролестнула в самый конец, и снова показала ей. Фото они, конечно, выбрали самое шакальное, вырезали с общего плана празднования победы над Трикс. Хуже просто быть не могло, даже на правах она лучше получилась.

А Диаспро там есть?

Она хотела, но не хотела знать. Наверняка была. — Кошмар, — не удержалась ТБ. — И только я не в курсе, что ли? — А я говорила, давайте подождем, пока она сама не скажет, — Флора тоскливо посмотрела на торт и вздохнула. — Испортили сюрприз. — Ненавижу сюрпризы, — буркнула ТБ, и Блум готова была расписаться под ее словами.

Какая свадьба.

Какая невеста.

«Свадьба это не хоп-шлеп и готово, это серьезное обоюдное решение! Обоюдное!» Почему он думает, что мы так хотим замуж? Радостей, что ли, кроме этого нет? Или он до свадьбы сексом не занимается, а тут уже никакого терпежа нет? Я буду жаловаться! — Ну давайте хоть тортик поедим, зря, что ли, покупали, — миролюбиво предложила Текна, и все закивали. — Давай, Блум, пойдем. Не обижайся на нас, мы не знали, что это секрет. — Да пох, — ТБ весело отмахнулась, тоже заприметив торт. — Это мы с ним потом обсудим, кто кого трахать будет, а сейчас давайте сахарком закинемся. — На ночь сахар вредно, — заметила Лейла как бы между делом, но ее никто не послушал.