Самовозгорание

— Хорошо играют, — Блум через силу улыбнулась, стараясь смотреть мимо сцены, где мелькало мешающее расслаблению лицо. — Ага. Учитывая, что Энди никогда не говорил, что хочет стать певцом, я удивлена, как хорошо у него получается… Перед глазами вдруг потемнело. Он медленно шел по коридору, провожая взглядом особенно аппетитные ниточки здоровья у слуг и придворных. В коридоре было не очень много людей, но никто не обращал на него внимания, все спешили по своим делам. — …Ну то есть, струн всего шесть… Ну, может, больше, но это не значит, что все, кто берет в руки гитару, становятся востребованными исполнителями. Это ценно, правда. Особенно в наше время, когда все хотят быть рок-звездами из гаража, — Митси пожала плечами, а Блум принялась тереть глаза, не понимая, откуда на нее напала такая сонливость. В ушах раздался шум шагов и тихие разговоры, отдающиеся в голове эхом, в груди громко и неритмично застучало сердце. Мимо прошла пара придворных дам, одна из которых вела другую под руку — две блондинки и обе в красном, мать и дочь. Со стороны казалось, что они хорошо ладят, но стоило немного приглядеться, чтобы заметить, как женщина постарше держит свою младшую спутницу прямо-таки в тисках коротких накрашенных ногтей. — Это твой последний шанс, — женщина говорила вкрадчивым удушливым тоном трепетной заботы пополам со змеиным ядом. — Я с трудом смогла добиться приглашения во дворец, если ты провалишься и в этот раз… Она чуть шире раскрыла глаза, становясь похожей на бешеного опоссума. — Что есть такого в этой деревенской девке, что не может дать мужчине образованная интеллигентная леди из рода драгоценных камней? Наследнику пристало иметь подобающую партию. — …Покупать там довольно дорого, но я не жалуюсь… Глаза просто слипались, она смогла бороться всего несколько секунд, пока голос Митси не затих окончательно. Голову заполнили незнакомые образы и чужие мысли. Он с улыбкой обернулся, наконец встретив свои новые игрушки. Не нужно было семи пядей во лбу, чтобы узнать двух печально известных леди королевского дворца Эраклиона — рубину Сардонику и ее дочь Диаспро. Первая была известна тем, что не давала мужу развода вот уже десять лет, пять из которых он искал покровителя, что избавил бы его от деспотичной супруги. Вторая была названной невестой принца Ская, и называла себя так она лично, чем постоянно вызывала неловкую тишину, стоило завести разговор о королевском дворце. Она могла тщеславно рассказывать о своем будущем в качестве королевы, так и не завоевав симпатию принца хоть в какой-нибудь мере. Чертов принц. Как она посмела бежать к нему плакаться, да еще и делать вид, будто впервые слышит его имя? Мелкая рыжая дрянь, она поплатится за свое высокомерие. Он ей покажет, что такое настоящее отчаяние. Он повернул за ними, ненавязчиво посылая мамочке намеки, что компостировать его будущую марионетку можно прекращать, потому что он справится и сам. Но Сардоника была удивительно упряма для человека с минимальным уровнем магии и подавлению воли не поддавалась, продолжая накручивать дочурке хвост. — Ты обязана стать королевой и сделать наш род великим. Сначала через свадьбу мы станем розовыми алмазами, а потом тихо уберем этого бесполезного королька с его варварской девкой из убогого южного княжества и станем бриллиантами. Истинными бриллиантами, это имя должны носить по-настоящему достойные, как я. Только дай мамочке возможность воздействовать на этих неограненных олухов. Скай должен стать твоим. Ты меня поняла? Диаспро мелко закивала. — Иначе ты знаешь, что будет, — Сардоника снова выразительно посмотрела на дочь, а затем улыбнулась, заговорив прежним ласковым тоном. — Нет ничего проще, чем приучить к себе мужчину, им всем нужно только одно. Ты унаследовала все мои совершенные черты, уже только твое лицо способно внушать восхищение. Просто держись с ним так, чтобы он понимал, что должен заслужить твое внимание. — Я всегда так и… — Диаспро вдруг решила поспорить, и Сардоника резко сжала ее руку, в бешенстве выпучив глаза. — Тогда в чем дело? Думаешь, я не видела, как ты кокетничаешь с этими мелкими лордами? — Я не… — Распутная девка никогда не станет леди благородного рода, оставь эти отвратительные ужимки для брачной ночи. А лучше вообще выбей это из своей головы, достаточно того, что твое тело будет чистым, дешевые уловки нужны только уродинам и бедным. Тут заклинание наконец подействовало, и Сардоника выпустила руку дочери из тисков. — Ладно, довольно разговоров. Я займусь этими старыми извращенцами из Совета Родов, а ты найди принца и влюби его наконец в себя. Не разочаруй меня, Диаспро. Она уцокала прочь, а Диаспро еще несколько мгновений просто стояла посреди коридора, пока мать не исчезла за поворотом. Он не преминул воспользоваться этой возможностью. — Леди, — он ловко перехватил ее поперек талии и затащил в ближайшую комнату, легко просачиваясь прямо через дверь внутрь, пока никто из слуг не заметил. — А? Что? — Диаспро и моргнуть не успела, когда он впился поцелуем ей в шею. Она тут же закричала, замахнувшись на него рукой, но дверь была слишком толстой, чтобы ее услышали в коридоре, а руку он легко перехватил за запястье. На шее Диаспро быстро проступала бордовая метка в виде птичьей головы на фоне алеющего засоса. Конечно, он мог и по-другому поставить свой знак, но до чего приятно было видеть ее ошарашенное лицо и расплывающиеся по лицу багровые пятна румянца, которые делали ее ничем не хуже «деревенской девки», пусть и в дорогом платье. У него проскользнула мысль избавиться от этой бархатной занавески, скрывавшей молодое красивое тело до самого горла, чтобы сбить с девчонки стремительно возвращающуюся во взгляд спесь, но с развлечениями можно было повременить. — Прошу простить мне мою спешку, леди Диаспро, — он улыбнулся, отступая на шаг, давая ей сообразить, что происходит. — Но дело не терпит отлагательств. Мне стало известно, что у вас возникли некоторые затруднения в том, чтобы стать частью бриллиантовой семьи? У меня есть ресурсы, чтобы исправить это. Он не стал разводить словесный мусор, если она воспротивится, он просто заставит ее слушаться. К сожалению, ему необходимо было именно естественное поведение, поэтому начать стоило со слов. — Откуда вы?! Что вы себе?! Ах вы! Вы! Кто вы, черт возьми, такой?! — выпалила она, совсем не аристократично топнув ногой, и тут же сама закрыла себе рот рукой, поняв, что ругнулась. — Меня зовут Валтор, — он присел в шутливом поклоне, но будучи на взводе и под впечатлением, она даже не заметила, что он не выказал и толики уважения. — В-в-валтор? — она прижала руку к объемной, обтянутой тканью груди, пытаясь вздохнуть. Он упивался выражением страха и смятения на ее лице. — Тот самый Валтор?! — Все верно, — он польщенно наклонил голову, пряча совсем уж самодовольную улыбку в складках жабо. — И я здесь только ради того, чтобы помочь вам с вашей маленькой проблемой. Я могу легко сделать принца Ская вашим женихом. Вы ведь знаете, на что я способен? Диаспро соображала быстро. На то, чтобы осознать сделанное предложение, ей потребовалось меньше тридцати секунд. — Чего вы хотите? Валтор с трудом подавил улыбку, заметив, как к ней возвращается уверенность. Она расправила плечи и скрестила руки на груди, задирая подбородок, чтобы смотреть на него свысока. Либо она была невероятно смелой, либо невероятно глупой, и лично он ставил на второе. — Почему леди думает, что я ищу только выгоды? Это так грубо, я всего лишь хочу, чтобы два благородных сердца нашли друг друга в этой одинокой вселенной. А кроме того, разве можно подумать о том, чтобы позволить занять место королевы оборванке с Земли? — Блум?! — Диаспро тут же сделала стойку, вспылив. — Она никогда не станет королевой! Она! Она недостойна этого места! Она стекляшка! Дешевая потаскушка! — Все так, — он улыбнулся, перебивая ее визг своим голосом. — Честно говоря, она растоптала мою гордость. Я предлагал ей свою любовь и защиту, я был добр, а она просто разбила мне сердце. Я хочу отомстить. Это в наших общих интересах. Все что мне нужно — это содействие сиятельной леди. Вы готовы следовать моим указаниям? — Я сделаю, все, что от меня потребуется. Он только снисходительно усмехнулся, взяв ее за руку. Диаспро дернулась, но не выдернула ее, хотя по брезгливому взгляду было понятно, что она считала себя слишком драгоценной даже для него. — Сегодня в полночь встретимся у покоев принца. — У покоев? В полночь? Это же ночью! — она легко сложила два и два, но не в том уравнении. — Что за непристойность?! — Он будет один, мое сокровище, — он невзначай коснулся ее плеча, и Диаспро снова густо покраснела. — То, что мы провернем, не вполне законно, вы ведь не хотите свидетелей? Стражу у покоев я уберу, но если он будет в зале собраний или даже в коридоре собственного крыла днем, разве это не создаст лишние хлопоты? — Незаконно? — Диаспро выцепило одно-единственное слово из всего его монолога. — Что вы собираетесь сделать? — Только лишь незначительно подавить его волю, — он бережно убрал у нее прядь с плеча, заставляя ее и так не слишком производительную головку работать еще медленнее из-за стремительного прилива крови к щекам. Женщинами так легко управлять. — Боюсь, иначе никак нельзя сделать этого быстрее. Или может, леди хочет, чтобы принц влюбился по-настоящему? — Ха! — Диаспро вскинула голову, кривя губы. — Не нужна мне его примитивная любовь! Он должен просто подчиняться и сделать меня королевой! — Как пожелаете. — Блум? — Митси потрясла ее за плечо, и Блум вздрогнула, открывая глаза. — Ты спишь? — А? Что? Я уснула? Извини, — она потерла лицо руками, пытаясь прийти в себя. Она слушала выступление, только на секунду прикрыла глаза, и тут же провалилась в темноту. Ей снилось что-то… Что-то… Она с трудом вспоминала. Что-то про Валтора. Никак не удавалось вспомнить суть. Голова наполнялась незнакомой тяжестью, а затылок как будто онемел. Сон? Какой еще сон? Ты не спала, я всегда в курсе, когда ты засыпаешь. Она не ответила, чувствуя только, как веки становятся свинцовыми. — Ты спи-спи, — Митси подставила ей плечо, чтобы она могла облокотиться, и Блум провалилась обратно. Скай сидел на кровати в домашних штанах с какой-то книгой в руках, и когда Диаспро с высокомерным видом хозяйки дворца бесшумно пересекла гостиную и оказалась в спальне, он даже не сразу понял, кто перед ним. — О господи, боже, — он раздражено прикрыл глаза, откладывая книгу и поднимаясь со своего места. — Диаспро, какого черта? Та хотела смерить его презрительным взглядом, который дал бы понять, что он должен заслужить ее внимание, но заметив, что на нем нет рубашки, только открыла рот и принялась часто моргать. Валтору это показалось забавным. Никем не видимый, он встал у декоративной драпировки из тяжелой бархатной ткани, чтобы еще немного насладиться представлением. Вид Диаспро обещал презабавнейшее зрелище, а принц и так был у него в руках. — Кто тебя впустил? Дозорные там совсем страх потеряли? — Скай быстро подошел к ней и насильно развернул обратно в сторону выхода. — Будь так добра исчезнуть из моей комнаты, пока никто не видел, что ты здесь! Для тебя это шутки, а я потом проблем не оберусь! — Почему ты не одет?! — воскликнула Диаспро невпопад, заливаясь румянцем, и Скай скривился. — Прости? Вообще-то, это ты завалилась ко мне посреди ночи. — Это непозволительно для наследника! — Диаспро даже не сопротивлялась, ошарашенная увиденным, пока он толкал ее к двери. — Просто отвратительно! А если тебя кто-нибудь увидит?! Что подумают люди?! — Что я собрался спать? Проваливай уже, — Скай не стал снисходить до какого-то развернутого объяснения, и по его закатанным глазам было понятно, что этот разговор происходил уже не в первый раз. — Я тебе давно все сказал, можешь так матушке и передать, у меня есть девушка и я ее люблю. — Эту лохматую замарашку?! — Диаспро тут же встала намертво, уперевшись ногами в пол. Для девушки в неудобных крохотных туфельках она была удивительно устойчива. — Она невоспитанная, уродливая, развратная девица! — Ага, просто воплощение порока, — Скай выгнул бровь. Валтор сощурился, вспоминая, как рыжая мерзавка бесстыдно жалась к своему парню, при этом оставаясь все такой же милой и беззащитной. Как ловко ей удавалось прикидываться жертвой после того, как она чуть не убила его. У него до сих пор на руке, которой он закрыл лицо, оставалось странное незаживающее красное пятно ожога на все предплечье и кисть. Пиджак и рубашка рассыпались в пепел в первые секунды взрыва. Если бы не его совершенная магическая защита, великая история покорения Магикса закончилась бы в подводных катакомбах. — Вот видишь! Ты и сам понимаешь! Она тебе не подходит! — А кто подходит? Ты? — Скай почти дотолкал ее до выхода, но Диаспро изо всех сил уцепилась за спинку кресел. — Да, я! — воскликнула она, и Скай вздохнул. — Тебе же наплевать на меня. Тебе не нужен я, Ди, тебе нужен трон. И даже не тебе, а леди Сардонике, не к ночи будет помянута, — он устало провел рукой по лицу. — Ди, тебе двадцать лет, ты уже не маленькая. Валтор почувствовал угрозу в его словах и отделился от стены. Еще не хватало, он уговорит его новую пешку уйти добровольно. — Скажи матушке, чтобы перестала решать, что тебе делать, будь уже самостоятельной, — Скай посмотрел на Диаспро даже с некоторой жалостью, и она вспыхнула, не вынося его пристального взгляда. — Чего ты хотела добиться, явившись сюда? Чтобы пошли слухи о том, что тебя видели, выходящей из покоев принца посреди ночи? Может, моему моральному облику это и не повредит, у нас весьма странные понятия о достойном поведении наследника, но тебе? Я думал, тебя беспокоит твоя репутация? И тут такое распутное проникновение в комнату холостого мужчины. Как бы ты сказала — что подумают люди? — Как ты смеешь?! — Диаспро сжала кулаки, завопив. — Я чиста душой и телом! Мое благочестие пример для всего Эраклиона! Как ты мог вообще подумать обо мне такое?! Это все эта Блум тебя научила! Нахватался у этой колотой стекляшки греховного блуда! — Ну за что мне все это, — Скай прикрыл глаза, пока Диаспро продолжала распаляться. — Она плохо на тебя влияет! В кого она тебя превратила! Это не может так продолжаться! Если ты сам этого не понимаешь, я помогу тебе понять! Я спасу твою душу! Искореню зло внутри тебя! — Ди, ты вот сейчас какую-то фигню сморозила и гордишься собой еще, — Скай хотел отвлечь ее, но Диаспро уже его не слушала. — Ты хуже папиного проповедника. — Этому пора положить конец! Валтор! Тот только того и ждал, протягивая руку, но Скай вдруг дернулся в сторону, перекатываясь за укрытие в виде кресла, и первая атака пролетела мимо. Колебания нитей, которые должны были взять его в захват, перелетели комнату и сбили на пол картину на противоположной стене. Та с грохотом упала, и Валтор стиснул зубы. Надроченый четырьмя годами военной академии блондинистый гаденыш избежал попадания. Но бежать ему все равно было некуда, так что Валтор не сильно расстроился. Скай не пытался пойти на уговоры, не стал звать стражу, понимая, что если Валтор внутри, то звать уже некого. Он только тихо ругнулся, теребя кольцо на пальце. Меч остался сложенный лежать на тумбочке у кровати — предосторожность на случай покушения в их неспокойное время, но теперь бесполезный кусок металлического эфеса с магическим камнем. — Будешь сопротивляться, тебе же будет хуже! — Диаспро испуганно убежала за портьеру, уходя с линии огня. — Просто сдайся! — Может еще раком встать? — отозвался тот, зло откидывая волосы с лица. Диаспро в предобморочном состоянии откинулась на стену, Валтор усмехнулся. — Ваше высочество, мы не хотим вам вреда, — он попробовал уболтать и этого, но Скай не купился на упоминание титула. — Точно, это все для моего блага, в курсе, — ответил он, и Валтор легким движением руки откинул кресло в сторону, но внезапно получил по глазам огненной вспышкой, заряженной из защитной печатки, о которой он совсем забыл. Белый свет был так похож на тот, что вызвала она, что он на мгновение даже испугался, позволив Скаю атаковать. Бежать было некуда, на открытом пространстве против мага у него не было шансов, но лезвие короткого кинжала только скользнуло по шее Валтора, нанося неглубокую царапину, которая тут же зажила. Зато привела его в чувство. — Как же мне надоела эта возня! — Валтор взбешенно схватил Ская за шею, чувствуя, как по венам разгоняется подогретая ненавистью кровь. — Ты такой же невыносимый, как и твоя рыжая девка! Скай явно хотел что-то сказать, но пережатое горло издало только гневный хрип. Валтору понравилось его выражение лица. Злость. И страх. — Хочешь знать, что с ней? Я ее трахнул, а потом выбросил в открытое море, чтобы остыла. Такая горячая, когда злится, тебя можно понять. Он облизнулся, наслаждаясь бешенством в его глазах. Они стремительно темнели, становясь синими, и Валтор не понял, как ему прилетело кулаком в челюсть. Скай легко вскочил на ноги, хватая выроненный кинжал, а сам Валтор упал на пол, неверяще глядя на принца. — Какого?! Это было невозможно, он его обездвижил, он не мог двигаться, он просто не мог! Скай бросился на него, не сказав ни слова. Не было таких слов, которые бы выразили его ненависть. Валтор едва успел увернуться, блеснувшее короткое лезвие вонзилось в пол там, где секунду назад была его рука. Он растерялся, не ожидав отпора от немага, и только испуганный визг Диаспро привел его в чувство. — Как же меня заебало неповиновение! — он вспомнил о своем преимуществе и снова поймал Ская путами. Тот смотрел так, что плащ мог бы воспламениться, а должен был бояться. — И почему только вы все пытаетесь сопротивляться! Я просто хочу, чтобы все наконец поняли! Я тут величайший колдун! Меня нужно уважать! Бояться! Он бросил Ская об стену, тот ударился головой и со стоном упал на колени, но остался в сознании. — Оторвать бы тебе руку, сразу пропадет эта наглость во взгляде, — зашипел Валтор, сжимая кулак, и тот зашелся алым пламенем. — Не убей его, он мне нужен! — взвизгнула Диаспро из своего угла, и Валтор в бешенстве обернулся на нее. — Заткнись! — Ты сам это все начал, хочешь все испортить?! — Диаспро если и прониклась, то виду не подала. — Сделай его моим! Ты обещал! Валтор медленно облизнулся, приходя в себя, и пощелкал пальцами. — Точно. Он поднял Ская в воздух, но приближать к себе не решился, принялся потрошить так. Он вырвал из его тела несколько нитей, заставляя выгибаться от боли. Валтор не церемонился, выдирая те нити, что ему были нужны, вместе с несколькими случайно подцепленными. Они быстро потемнели, приобретая бордовый оттенок, а затем стали прежнего цвета. Валтор ловко натянул их под нужным углом, не став внедрять свою метку. Это была грубая сила, подходящая для русалок или рабов. А тут нужна была тонкая вязь, чтобы никто и никогда не понял, как работает заклятье. Он мог всем такие ставить, но это так муторно. Да и не оценит никто, его чувствительность к "нитям" уникальна. Он разжал руку, с удовольствием роняя порядком надоевшего принца на пол, и тот распластался на полу, больше не шевелясь. — Все? Теперь он будет любить меня? И как… — Диаспро неуверенно вышла из своего угла, но Валтор перебил ее грубым наигранным смехом. — Любить? Разве не ты просила сделать из него ментального раба? Я даже зауважал тебя за это, а теперь ты хочешь, чтобы я сотворил чудо? Детка, любовь придумали богатые идиоты, у которых есть время на безделье, — он подошёл к ней вплотную, заставляя отступить на шаг. — Есть желания и есть те, кто ими управляют. И я дал тебе власть. Теперь он сделает все, что ты скажешь. — Все? — у Диаспро заблестели глаза. — Даже бросит Блум? — Для такой беспрецедентой суки ты удивительно мелко мыслишь. Твоя мамашка нравилась мне больше, — Валтор протянул к ней руку, чтобы погладить по щеке, но та вдруг взвизгнула, отскакивая в сторону. — Фу, что это? — она ткнула пальцем в его руку, прижимая вторую ко рту, как будто ее тошнило. Валтор нахмурился, разглядывая проступившую на коже чешую на месте, где раньше было просто красное пятно от ожога. Он не ответил, растеряв весь вид соблазнителя, и принялся тереть большим пальцем бордовые матовые чешуйки. Не помогло, но у него не было времени разбираться с этим сейчас. — На вот еще. Он вынул из кармана плаща бутылочку из красного стекла и протянул ей. — Что это? — Зелье. — Зачем? — Диаспро нахмурилась, просматривая бутылочку на свет, но видно ничего не было, пузырек был непрозрачным. — Чтобы у него на тебя стоял. — Что?! — Диаспро чуть не выронила пузырек на пол, но Валтор предупреждающим жестом перехватил ее запястье. — Мне не интересно, чтобы ты просто стала королевой, милая. Я хочу, чтобы Блум страдала. — И как это поможет? — Диаспро вытянула руку с зельем, чтобы оно было подальше от ее лица, и презрительно сморщилась. — Скай и так расстанется с ней. — Если даже он будет делать то, что ты скажешь, этого будет недостаточно, чтобы ранить ее. Может даже, она не поверит его словам и начнет под тебя копать. Нужно все распланировать. Сначала станешь его доверенным лицом, тогда можно будет легко манипулировать его окружением. Любой, кто знает его достаточно хорошо, раскусит обман. Свидетелей его перемен быть не должно. Потом покажем Блум его изменившиеся приоритеты. Нужно одеть тебя посимпатичнее. — И долго мне быть доверенным лицом? — Диаспро недовольно скрестила руки на груди. — Пока все его друзья не будут нейтрализованы. Он собрался набирать телохранителей из своей команды в Фонтане. — Фу, не знала, что он такой сентиментальный. Чем плохи наши рыцари? Валтор скептично ухмыльнулся. Бестолковая блондинка. — Вот, это тоже тебе, — он протянул ей кулончик в виде рубинового сердечка. Блум видела его и точно узнает. Что может быть больнее, чем видеть, как другая получает твой подарок? Трикс чуть не убили друг друга, когда он раздавал какие-то бесполезные безделушки из других измерений. — Это что? — Диаспро изо всех сил пыталась не морщиться. — У меня есть достаточно украшений гораздо дороже. Тут всего один мелкий камень. Даже если это рубин, носить такое — позор для моего рода! Валтор отвернулся, чтобы не выдать себя смехом. — Мне не нужно, чтобы тебе это нравилось. Это он хотел подарить Блум. — Фу! — она собиралась снова выбросить, и Валтор начал раздражаться. — Да тут же ее имя на обороте! Я не надену! Это ниже моего достоинства, донашивать за любовницей! — Если хочешь, чтобы все прошло гладко, завали свой хавальник и слушай сюда. Скоро Юбилей Эраклиона. Ты наденешь эту брюльку и платье, которое я тебе дам. А ты не забывай поить его зельем, пока сойдет по капле в день, он нужен нам более или менее вменяемым. Со временем оно будет накапливаться в организме, но нам хватит времени, пока он не потеряет человеческий облик, чтобы занять выгодную позицию во дворце. А потом просто запрешь его где-нибудь до свадьбы. — Что? Потеряет человеческий облик? Ты его превратить собрался?! Мне не нужен муж-чудовище! — Сам превратится, — Валтор начал чувствовать острое раздражение, которое вызывали в нем эти недовольные повизгивания. — Не сможет думать ни о чем, кроме желания трахнуть тебя. Диаспро мгновенно пошла пятнами, и Валтор закатил глаза. Он начинал понимать принца. — Так… Так нельзя! Я не переживу этого позора! — Диаспро схватилась за сердце. — Это… это отвратительно!.. Меня!... Меня нельзя!... Я неприкосновенна! Она пыталась остудить горящее лицо, но только выдала подступающую истерику трясущимся руками. — Да отсосешь пару раз, нашла проблему, на что еще Дракон дал тебе этот хорошенький ротик? — Валтор пожал плечами, даже не пытаясь с ней церемониться. Надоела. — Умного сказать тебе все равно нечего. — Подлец! Сделай по-другому, мне так не нравится! — Диаспро топнула ногой, и это была последняя капля, потому что она и так ему надоела. — Я же сказал тебе завалиться, — он с абсолютным спокойствием на лице обернулся к ней. — Просто делай, как я говорю. Он направил на нее руку и сжал в кулак. Диаспро задрожала, а затем запрокинула голову, и из ее горла вырвался придушенный хрип. — Не играй со мной, милая, — предупредил он, затем выпустил ее и наклонился к Скаю, пока тот не начал приходить в себя. Валтор взял его руку и поднял ее на уровень глаз, чтобы разглядеть тонкую вязь в голубом бриллианте печатки. — Несколько магических выстрелов, призыв мелкого оружия, нейтрализация ядов, отравлений, общая очистка организма, подавление ментальных проклятий, тонизирующие свойства, заживляющее, противозачаточное, малый щит… Мило. Завладеть им можно, конечно, только вместе с рукой. М, даже экстренная телепортация есть. Как глупо, что на территории дворца нельзя телепортироваться. Но в целом недурная цацка. — Это Малая Слеза Дракона, — не удержалась Диаспро, подавая голос из-за спинки дивана, куда она ретировалась, стоило обрести свободу. — В мире существует всего два голубых бриллианта… — Я сказал тебе заткнуться, — Валтор только коротко посмотрел на нее, задержавшись на симпатичной мордашке задумчивым взглядом, затем тряхнул головой. Товар на витрине портить нельзя. Рука еще эта. Чертова фея оказалась мало того, что бесячей, заразила его чем-то. Крылатая рыжая сука. Он принялся распутывать защитное плетение кольца, оставив только узел на неснимаемость. Теперь это был просто красивый, но бесполезный камень в серебрянной оправе. — Что за блядская мода называть все в честь чертового Дракона? Сердце Дракона, Слеза Дракона, Глаз Дракона, Кровь Дракона. А где тогда какое-нибудь Дерьмо Дракона? Что за лицемерие? Диаспро перекосило от его слов. — Вульгарный колдунишка, — буркнула она, и Валтор прекрасно расслышал, но не подал виду. Пусть пока поживет, она еще не выполнила свою роль. — Все. Он беззащитен и полностью в твоей власти. Он отряхнул руки, и Диаспро неуверенно высунула нос из своего укрытия. — Осталось самое вкусное, — Валтор облизнулся и щелчком пальцев привел Ская в чувство. Тот выглядел ошарашенным и немного не в себе, как будто не понимал, где оказался. — Прикажи ему, чтобы отвел меня к источнику. — Какому еще источнику? — Источнику Эраклиона, конечно. Мне нужно восстановить силы. Когда он сказал, что ему от нее ничего взамен не нужно, он не соврал. То, что он хотел получить, лично у Диаспро не было. — А это не навредит планете? — Диаспро нахмурила брови. Даже она понимала, насколько источник был важен, но Валтор обошелся одной улыбкой. — Нисколько. Высасывая источник Эраклиона, он упивался маленькой прелюдией к своей грандиозной мести, глядя как Блум, с грохотом свалившись с собственной кровати, захлебывается кровью на полу Алфеи, пока вокруг нее в панике бегают бесполезные подружки и медфея. Она заслужила это.