Самовозгорание

— Пойдем скорее, пока тебя снова не накрыло, — ТБ помогла Блум подняться, стряхнула что-то только ей видимое с волос и отряхнулась сама. — А ты уверена, что сработает? Они прыгнули в воображение синхронно, становясь еще более похожими в движении. ТБ выглядела уже ничуть не хуже нее, наконец округлились бока и плечи, вернулась округлость лица, только волосы еще были немного тусклыми и пушились вокруг головы одуванчиком, а не обрамляли лицо тяжелыми кудрями. — Есть другие идеи? — Нет, — Блум грустно вздохнула, уверенно двигаясь в красочном мареве. Все, что пришло им в голову по поводу видений — переместиться вместе в подсознание и провести «чистку». Они не знали, что вызывает видения, знаний о менталистике и магии разума у Блум было меньше, чем о прыжках с парашютом или страусиных бегах — ну да, где-то они есть, но зачем, почему и как, вопрос хороший и не к ней. Поэтому все, что они смогли предположить путем взаимных усилий — нужно уничтожить все копии вручную. Вдвоем они управятся быстрее. — Всех, что были до этого, я видела возле Колодца, очевидно, им там нравится. — Надеюсь, это просто какие-то кусочки личности, которые я случайно захватила, пока была у него в голове, — Блум прижала кулак к губам, взмолившись всем богам, и Дракону на всякий случай, чтобы это и правда не был какой-нибудь ментальный паразит. Потому что если Валтор рассчитывал на такой эффект, неизвестно, какую цель он себе поставил. Что если эти штуки должны проникнуть в Колодец и выкрасть какое-нибудь воспоминание? Блум не знала, возможно ли это, там же целый этаж, а не коробка из-под обуви. Или, может, он хочет стереть ей память? Например, о себе. Даже если сам Валтор в менталистике такой же профан, как она, у него есть Дарси. Страшно. — Прекрати думать, пока тут Валтор не нафантазировался, — пихнула ее ТБ, и Блум удивленно посмотрела на нее. — Мне уже твоей собачьей версии с бала хватило. Откуда-то из радужного тумана раздалось тявканье, и Блум улыбнулась, вспоминая эту фантазию. — Если хочешь что-нибудь представить, будь так добра, сделай это приятным. Пожалуй, она зря это сказала, потому что перед ними, преграждая дорогу прямо из переливающегося пола вырос знакомый силуэт. — Ой, — Блум чуть не споткнулась, впечатавшись Скаю в плечо. — Ну надо же, быстро работаешь. Конечно, Скай был одет только наполовину, спасибо, что нижнюю, он стоял, рассеянно глядя перед собой — она не успела придумать, что он должен делать, только представила облик. — М, кто это у нас соскучился? — ТБ выглянула у него из-за плеча, пакостливо улыбаясь. — Может, пока настоящий тормозит, проведем техосмотр у этого? Под капотом ты уже была, сборка должна быть полной. Блум покраснела, когда ТБ обошла его и привлекла к себе за шею, требуя поцелуй. Воображаемого Ская долго просить было не надо, он существовал буквально для того, чтобы потакать ее фантазиям. Одной рукой он привлек ее к себе, а вторую запустил в короткие волосы, углубляя поцелуй. Все это выглядело ужасно пошло, особенно из-за того факта, что Блум смотрела со стороны, как какая-то извращенка. — ТБ, прекрати, у нас нет времени на глупости. — Завидуешь? — ТБ облизнулась, закидывая ногу ему на бедро, и Скай обхватил его рукой. Блум готова была на месте сгореть, оба смотрели на нее с таким видом, будто надо было присоединяться, пока есть возможность. ТБ как будто мысли ее прочитала. — А представляешь, если бы нас тогда было двое? Блум чувствовала себя уже даже не извращенкой, а законченным таким куколдом, прекрасно представляя. Поддавшись настроению, она приблизилась и осторожно прижалась к губам Ская своими. Фантазия была до обидного осязаемой, и молодое тело отозвалось острым ощущением тактильного голода. Она хотела его. Сейчас. — Жалко, член у него всего один, я ненавижу очереди. Игривое настроение тут же задохнулось в истерическом кашле, переходящим в смех. — ТБ, мы на задании! — Блум справилась с собой, убежав подальше, и за спиной раздалось насмешливое: — Ага, при исполнении. ТБ догнала ее уже в коридоре страхов. — Ну чего ты сразу, я просто подразнить хотела, — она пожала плечами, а Блум скрестила руки на груди. Подразнивание удалось, она чувствовала себя оголенным проводом, и это раздражало. Успокаивало только то, что это был Скай из головы. А она хотела настоящего. ТБ понимающе улыбнулась, и Блум показала ей язык. Они быстро пересекли воображение и страхи, никого не встретив, и вышли к огромной воронке Колодца. — Смотри внимательно, — ТБ подняла руку и согнула колени, делаясь похожей на бойца спецназа. — Он может быть где угодно и даже не один. — А если здесь больше их нет… — хотела спросить Блум, но ТБ выпрыгнула из приседа укушенной за жопу кошкой, завопив. — Вот он! Вот он, сукин сын! Лови его! Валтор появился будто бы из ниоткуда, стоял к ним спиной. Услышав визг, он обернулся и ловко отскочил с траектории удара. Огненный шар ударил совсем рядом в землю, и с чавкающим звуком его поглотил черный непроглядный пол. Блум опешила от этого зрелища. Это было что-то из ментального. — Шевелись! — крикнула ей ТБ, принимаясь стремительно атаковать, и Валтор сорвался на бег. Блум еще заторможено смотрела ему вслед, подумав, что это точно не полноценный Валтор, если так можно было сказать. Он даже внимания на нее особого не обратил, не обозвал никак, еще и убегал. Уж насколько они не были близко знакомы, Блум казалось, что Валтор был не из тех, кто убегает. Он бы до последнего петушился и, возможно, даже погиб от собственного разбушевавшегося заклинания, но не отступил. — ТБ, стой! — Блум крикнула, вскидывая руку. — Ну чего тебе?! — зло отозвалась та, сбившись с прицела от ее окрика. Валтор бежал с видом Тома Круза в Невыполнимой Миссии куда-то прочь от них. — Не убивай его сразу! Мы должны сначала захватить его и допросить! — Блум взлетела и бросилась вдогоноку. Колдовать здесь, в подсознании, ей удавалось плохо — как ни смешно, не хватало фантазии. Этот мир был нефизичен, и Блум терялась в ощущениях. — Он ведь куда-то бежит! — Куда, кстати? — ТБ легко обогнала ее, выбрасывая вперед руку с золотым лассо. — Колодец в другой стороне, а там… Валтор с шипением шлепнулся на задницу, пойманный ее путами, и ТБ встревоженно посмотрела по направлению его бега. — Там только лимб. — Зачем ему туда понадобилось? — Блум уперла руки в бока, тоже посмотрев в сторону плоской и подвижной темноты. Край будто бы чёрной накатывающей волны был не так уж и далеко от места, где они стояли. Шума воды не было. — Не знаю, давай спросим, — ТБ грубо пихнула проекцию Валтора в бок, и тот со стоном дернулся. — А ну признавайся, куда собрался? Говори, собака, пока я тебе глаз на жопу не натянула. Она снова пнула его ботинком под ребра, и Валтор охнул, но больше не издал ни звука. — Что если он не умеет? — спросила Блум прежде, чем ТБ решила порадовать бога троицей. — Эй. Ты умеешь говорить? Валтор смотрел перед собой, даже не отзываясь на имя, и ТБ все-таки отвесила ему третий пинок. — В глаза мне смотри, когда я с тобой разговариваю. — Похоже, все-таки не умеет. — И чего делать? — Может, дать ему добежать? — Чего?! — ТБ взвизгнула, подпрыгивая на месте. — Может, еще пусть нам ступеньки в Колодце обоссыт? Нельзя его отпускать! — Но так мы точно не поймем, чего он хочет, — Блум всплеснула руками. — Ну и не надо, убьем его и дело с концом! — Сколько ты таких уже убила, и что изменилось? Видения не исчезли. — Будем бить этих гадов, пока не исчезнут. Блум вздохнула, складывая руки на груди. ТБ насупилась. — Слушай, мы здесь всего пару минут, а он, — она указала на Валтора, — гораздо дольше. И если со мной до сих пор ничего не случилось, значит, его можно отпустить. Наверняка, другие его копии уже добегали до лимба! Мы поймём, что он там забыл, только если отпустим! — План говно, я в нем не участвую, — буркнула ТБ, но хватку ослабила. — А если он туда еще не попадал? С лимбом нельзя шутить, это в первую очередь твое бессознательное, а не мусорка, куда можно любого завалящего Валтора скинуть. — Нужно попробовать. Хуже все равно уже быть не может, эти припадки мне надоели, я даже не запоминаю их содержание. — Ага, сейчас отпустишь его, а он твое сознание захватит, что тогда? Блум задумалась. — Да, будет нехорошо. ТБ поджала губы, затем ухватила Валтора за плечо. Тот покосился на нее с опаской. — Сделаем так — пусть заныривает, но на веревочке, — она натянула свое лассо. — И если что случится, я его вытяну обратно. — О, отличная идея, — Блум хлопнула в ладоши. — Боюсь даже представить, кого мы поймаем на эдакую наживку. Они подняли копию на ноги и отпустили, оставив петлю веревки обмотанной поверх плаща. — А в прошлый раз он на меня кинулся. ТБ толкнула их пленника вперед, и Валтор оскалился. Затем, поняв, что на пути к цели его больше ничего не держит, резво побежал к лимбу. — Как бы меня следом не утащил, — ТБ перехватила руку с веревкой, наматывая на предплечье, как собачий поводок. — Я, конечно, сразу не развалюсь, но не хотелось бы возвращаться в бессознательное раньше времени. — Что? Возвращаться? — Блум часто заморгала. — Ты хочешь вернуться? — Не я хочу, а я должна. Я посторонний элемент, порожденный твоим бессознательным, логично, что однажды я вернусь туда, когда моя миссия здесь будет исполнена, — ТБ на удивление легкомысленно пожала плечами. — Ты думала я с тобой всегда буду? Подумай, насколько это нормально — два голоса в голове. Ты хочешь всю жизнь так прожить? — Но если… Но если ты уйдёшь… — Блум прижала руки к груди. — Вернусь. — Если ты вернешься… Я останусь одна? ТБ непонимающе скривилась. — Одна? Ты угораешь? Я не твоя подружка, у тебя есть Стелла и Винкс, и одноклассницы из Алфеи, Митси, да даже Гризельда для этих нужд. Я — твое концентрированное недовольство жизнью, ощущение, а не человек. Маленький кусочек от целого пирога. Яблочная долька даже. — И ты меня оставишь? — Блум плаксиво обхватила себя руками. — Вернусь на свое место в твоем бессознательном. Это нормально, ты полноценная личность, ты останешься здесь. — Мне будет одиноко без тебя, — Блум представила, как в голове станет похоронно тихо, как никто больше не подбодрит ее, не одернет, как больше не будет пошлых шуточек и глупых комментариев. На глаза навернулись слезы. — Я буду скучать. ТБ тяжело вздохнула и с видом глубоко женатого человека, уставшего от своего брака, сказала: — Мы потом это обсудим. Они подошли совсем близко к лимбу, Блум даже начала чувствовать некую тревогу, но когда Валтор, которого ТБ держала на расстоянии метра, подошел к самому краю и черная волна лизнула носки его сапог, та дернула его на себя, не позволяя погрузиться. Валтор дернулся, как придушенная поводком собака, но ТБ даже внимания не обратила, посмотрев на Блум исподлобья. — Уверена? — спросила она, выражая неодобрение всем телом и немного воздухом вокруг. — Нет. —Тогда погнали. И она приспустила веревку. Валтор, почувствовав, что напряжение на поводке ослабло, рванул вперед. Он не пытался освободиться, как сделал бы это человек, и не пытался атаковать ТБ, которая его держала, так что Блум даже не знала, что он такое. Сознанием или интеллектом сходным с человеческим оно точно не обладало. Когда Валтор зашел в воды лимба по колено, ТБ снова натянула веревку. — Ну и где? Валтор в ответ клацнул зубами. Ну ни дать ни взять собака. — Чувствуешь чего? — шепнула ТБ, и Блум пожала плечами. — Неа. Может, поглубже его отпустить? Там глубоко? — А то, глубины подсознания ничем не хуже океанического дна. Оно еще и расширяется с каждым твоим прожитым годом и ощущением. — Ну и пусть тогда идет… на дно. ТБ фыркнула, а Блум следом. — Да он и так на дне. ТБ хотела снова приспустить его, вставая у самой кромки воды, но тот вдруг скривил недовольную рожу, как будто ему пришло в голову что-то осмысленное, и резко плюхнулся на бок, по-собачьи поджимая руки к груди. — Нет! — ТБ дернула веревку на себя, но Валтор уже погрузился с головой под воду, обманув их обеих. — Черт, черт, черт! Лассо становилось легче тащить с каждой секундой, и на берег ТБ вытянула пустую петлю, измазанную чем-то бордовым. — Вот блять, а. Я говорила, с этим уродом рамсить нельзя! Блум? Она обернулась к Блум, но та не ответила, замерев с открытым ртом. Белок глаза у нее был затянут черным. — Ну класс. Он медленно открыл замок на двери в темницу, и тот с тяжелым грохотом упал на пол. Гриффин сидела в той же позе, что он ее и оставил, даже головы не повернула. Потерявшие с возрастом свой насыщенный цвет волосы, которые она повадилась заплетать в эдакую мини башенку на макушке, растрепались, и несколько прядей падали ей на лицо. Порванная в бою юбка и растянутый вырез, в котором болталась на цепочке золотая руна, ничуть ее не портили, достаточно было увидеть утомленно прикрытые глаза и идеальную осанку, которую она держала даже со связанными за спиной руками, чтобы понять, что ведьма перед тобой не из рядовых. — Здравствуй, Гриффин, — протянул он, закрывая за собой дверь, но та не пошевелилась, только прикрыла веки еще на миллиметр, демонстрируя молчаливое раздражение. — Наконец руки дошли и до тебя. Прости, что так долго. Он демонстративно закатал рукава и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Сегодня он был без плаща и жилета, и покрывшаяся чешуей рука чувствовала себя не так скованно. Найти о проклятии у него ничего не вышло даже в библиотеке Облачной Башни, зато во сне ему привиделся Даркар. Настроения это не прибавило, а чешуйчатая клешня еще и притупляла чувства, он бы даже отрубил ее, если бы был уверен, что это поможет. Пока он хотел просто снять стресс. — Я на самом деле в восторге, как твои легкомысленные ученицы пустили меня в школу, хватило маленького перевоплощения и не блиставшей оригинальностью сценки. Чего ты хотела добиться, научив ведьм состраданию? — он присел перед ней на корточки. — Ведьма должна быть жестокой и знать себе цену. — Как Белладонна? — Гриффин не повернула головы, разговаривая так, будто его не было в комнате. — Ее ты мне ставишь в пример? После всего, что она сделала с тобой, ты так и не отказался от ее убеждений? Глупый мальчишка. — Не смей так разговаривать со мной, — потребовал он, но Гриффин только фыркнула. — Ты совсем не изменился, Валтор. Да и с чего бы. Пока ты прохлаждался на Омеге, я прожила еще восемнадцать лет. — Думаешь, ты от этого лучше стала? Посмотри на себя, выглядишь, как старая больная сука, — он подцепил двумя пальцами выбившуюся на лоб прядь, которую на двое разделяла седина. — В твоих силах сохранять молодость до самой смерти, но ты выбрала изображать смирение? — А ты выбрал изображать петуха. Будто только что вышел из салона, а не ментально искалечил несколько десятков молодых девушек. Смотреть на тебя противно. Валтор в ярости схватил ее за плечо, разворачивая к себе лицом. Гриффин сморщилась от боли, но глаз не подняла. — А раньше я тебе нравился таким. Не ты ли просила согреть тебя? Была такой ласковой, жалась и искала защиты? — Я была одинока и согласилась бы согреться даже у адского пламени. Да и ты никогда меня не отталкивал, сам с жертвенным видом занимал мое место во время наказаний. Я тебя не просила об этом. Было достаточно просто трахать меня время от времени, мне бы хватило и этого. Валтор опустил руку к вырезу и зажал золотую подвеску в виде руны между пальцев. — Тогда почему ты все еще носишь ее? Это ведь мой подарок. Я помню. Гриффин медленно подняла на него глаза, и на секунду он забыл, как она постарела, как предала его и сбежала к Команде Света. Забыл, что приковал ее к полу металлическими наручниками. Остались только ее желтые радужки с темными пятнами и разливающееся по телу тепло. Он оперся коленями о пол и вытянул шею, невесомо целуя ее. Раздался короткий вздох и влажное чмокание, от которого у него внутри все перевернулось. Он давно не испытывал такого яркого желания к кому-либо. Тем более к женщине, которую даже милфой назвать будет комплиментом. — Это моя клятва. Я сниму ее, когда ты сдохнешь, — ответила она, испортив момент, но Валтор услышал слабину в сбившемся от дыхания голосе, погладив ее по плечу. — Почему ты бросила меня, Гриффин? — прошептал он ей в губы, и та подалась к нему всем телом. — Мы могли вместе стать властителями мира. — Нет, не могли, — она куснула его за нижнюю губу, прикрывая глаза. — Ты первый нарушил обещание. — Когда? — он нахмурился, прерываясь только на еще один короткий поцелуй. Они оба знали, какими грубыми можно быть во время близости, но сейчас он не хотел безумной оргии. Он хотел снова почувствовать странное хрупкое удовольствие где-то в груди. Как раньше. Он пропустил почти двадцать лет на Омеге, пока она была снаружи, подверженная времени. Может, он еще сможет исправить ее. — Сразу же, стоило Даркару удачно внедрить в тебя свой дар. Ты загнал под ноготь Троицу и забил на меня. С тех пор любая из Школы раздвигала перед тобой ноги, а ты и не возражал. — Ты ревновала меня к каким-то однодневкам? — он усмехнулся, потянувшись за новым поцелуем, но Гриффин отпрянула, принимая прежнюю непримиримую позу. В горле клокотала ярость, но голос она не повысила ни на тон. — Однодневкам? Не было дня в неделе, когда я бы смогла ночевать в твоей постели в одиночестве. Если не хотела я, ты шел к другим, — Гриффин поджала губы и отвернулась от него. — Ты забыл обо мне, стоило появиться тем, кто удовлетворял бы тебя круглосуточно. — Это был просто секс… — он потянулся к уродливой башенке из волос и растрепал топорщащуюся кверху косичку, пропуская между пальцев длинные гладкие пряди. — Может, тебе так казалось. Но ты больше ни разу не позвал меня. Ты вообще заметил, что я ушла к Команде Света, только встретив на поле боя прямо у себя под носом. Гриффин хмыкнула, игнорируя то, что он пытался забраться к ней под платье. — Думаешь, я не видела, что ты с ними делаешь? Мы были безумной озабоченной парочкой и могли трахаться в луже чужой крови, вымазанные с ног до головы, но то, чего ты захотел потом… Так нельзя. — Я никогда не принуждал тебя, — его начал раздражать это разговор. Было бы неплохо, если бы она замолчала и молча поддалась моменту. — А остальных не жалко. — Мне было достаточно увидеть, что ты сделал с Альфиной, чтобы понять, что Белладонна все-таки сломала тебя. — Гриффин, не сейчас… — раздраженно выдохнул он ей в плечо, пытаясь отвлечь короткими укусами за шею. Раньше ей нравилось. — Ты сам стал как она. Занял ее место. — Я же попросил не сейчас. Я пытаюсь насладиться моментом. — Как мило, — та скривилась в ядовитой усмешке, и Валтор раздраженно поджал губы. — Даже не мешает, что я теперь старая и страшная — то, чего ты боялся больше всего на свете? Тебя можно было пороть практически на добровольных основах, если не трогали лицо. — Ты пожалеешь, если не замолчишь, — мрачно пообещал он, избавляя ее от платья по щелчку пальцев, оставив только подвеску. Следующим щелчком она снова стала выглядеть как восемнадцать лет назад. Грудь стала упругой и тяжелой, волосы на порядок ярче и длиннее, округлились бедра, кожа порозовела. Только глаза остались прежними. — Иди сюда, — потребовал Валтор, без особого восторга разглядывая молодое упругое тело, так красиво скованное металлическими цепями. У нее всегда был этот шрам на животе? Он помнил, как целовал исполосованные запястья и грудь в белесых рубцах, гладил ее по разодранной спине. Откуда мог взяться на животе? — И ты будешь доволен этим? — Гриффин коротко взмахнула ресницами, глядя на него со снисхождением, присущим женщинам в возрасте. — Можешь отыметь меня везде, где тебе захочется, но помощи не жди. Он провел рукой по длинной застарелой полосе шрама, чувствуя странную смесь из злости, растерянности и возбуждения. — Откуда это? Она насмешливо перевернулась, опираясь на седалищные кости и раздвигая перед ним ноги. С влажным звуком раскрылись половые губы, и Гриффин оперлась на локти. — Какая разница? Ты ведь пришел за этим? Я ведь принадлежу тебе по праву сильнейшего. Если можешь — возьми, так мы жили? — Я спрашиваю откуда это? — Я не буду мокрой вечно. — Ты станешь мокрой ровно столько, сколько я этого захочу. И я задал вопрос. Гриффин облизнула губы, сомневаясь, но ответила: — Когда ты потерял ко мне интерес, Троица решила пробить во мне новую дыру. Я даже собиралась умереть, бывшая фаворитка сиятельного Валтора была не в почете, помогать мне никто не собирался. — Почему ты не пошла ко мне? — Ты был чем-то очень занят, — она прижала голову к плечу, издевательски улыбаясь. — Сначала я пыталась тебя звать, но быстро поняла, что это дохлый номер. Фарагонде было сподручнее. Валтор шумно втянул носом воздух, а Гриффин, глядя прямо на него, добавила: — Я не забыла хорошенько отблагодарить ее. Мы с тобой это умеем. Она все-таки испортила ему настроение. — Ты сама виновата, что оказалась слабой. Я не обязан был нянчиться с тобой. — Конечно, — согласилась она без пререканий, чем только сильнее разозлила его. Она должна была удариться в слезы, обвинять его, умолять забрать к себе. Она и правда постарела. — Миром правят сильные. — Как скажешь. Мне уже все равно, как это называется. Он поднялся на ноги и расстегнул пуговицу на брюках, доставая возбужденный член и проводя рукой вдоль напрягшегося ствола. Он уже понял, что удовлетворения сегодня не почувствует. — Так, значит? — Гриффин усмехнулась, и Валтор запустил руку ей в волосы, притягивая лицо к паху. — Не думала, что ты такой сентиментальный. Так и быть, сделаю тебе прощальный подарок. Блум хлопнула глазами, приходя в себя. — Ну что? — ТБ тут же пристроилась у плеча, но та только покачала головой. — Ясно. По телу пробегали короткие волны возбуждения и злости, и Блум показалось, что какие-то воспоминания из видения у нее все-таки сохранились. Возможно, из-за того, что Валтор растворился в лимбе, его чувства примешались к ее. — О, нет-нет-нет-нет-нет, — Блум затрясла головой. — ТБ, лови его! К краю лимба бежал новый Валтор, и ей совсем не улыбалось отрубиться снова. — Стой, паскуда! ТБ раскрутила лассо, но он стоял далеко, ловко обогнув их поле зрения, пока Блум пыталась проморгаться, и теперь рыбкой нырнул в лимб. Блум провалилась обратно. — Блять. Он хлопнул дверью и прошаркал вглубь лаборатории, ругаясь себе под нос. Правой рукой он зажимал уродливую рану от хлыста, пока левая просто безвольно свисала на боку. — Блять-блять-блять, — он зашипел, по неосторожности задев стопку книг, балансирующих на краю стола, но успел подхватить их левитацией. Он ненавидел привычку Даркара превращать место работы в лавку букиниста. — Мастер? Мастер, где ты? — Я здесь, Валтор, — раздался умиротворенный голос из дальней комнаты. — Что у тебя случилось? — Я сейчас сдохну, вот что, — буркнул тот сквозь плотно сжатые зубы, но Даркар только посмеялся издалека. — Если бы ты собирался сдохнуть, я бы узнал первым. Эта комната была самой чистой, Валтор был удивлен, как Даркар не заставил все горизонтальные поверхности своими записями и непонятного назначения приборами, которые никогда не были интересны самому Валтору. Посреди искусственно созданной прохлады операционной, как Даркар сам ее называл, стоял каменный стол, на полу были начерчены какие-то символы, ими же изрисованы стены. Он нависал над очередной своей химерой, непонятной веретеновидной тварью с кучей тоненьких ножек. Пусть его существа были поголовно уродливыми тварями, сам Даркар был привлекателен со своими переброшенными через плечо золотыми волосами, выдававшими в нем носителя благородной крови. У него была легкая аристократичная походка, изящный профиль и тело не ученого, а языческого бога Додраконьей эпохи. Даркар разогнулся, а Валтор без пиетета к эксперименту пересек операционную и плюхнулся прямо на стол. — Ты чуть не раздавил Кеборга, — укорил его Даркар, ласково отодвигая паучьи лапки от задницы ученика. Валтор скривился. — Прекрати давать этим уродцам имена, это мерзко. Имена придуманы для людей. — Мы ближе к ним, чем ты думаешь. — Ну уж нет, я никогда с этим не соглашусь. Лучше вылечи меня, пока Гриффин не вернулась с задания. Не хочу, чтобы она видела. Даркар вздохнул, как вздыхает озабоченная мамаша, обнаружившая у отпрыска очередной синяк после падения с велосипеда. — Когда же ты научишься делать это сам? Валтор сбросил рубашку с плеч, позволяя ей собраться складками на локтях, и Даркар пошевелил пальцами. Уродливая рана тут же затянулась, не оставив после себя и следа. Сломанная в руке кость заросла, а к пальцам вернулась прежняя гибкость. — Когда ты перестанешь нянчиться с монстрами, например. — И в кого ты такой злобный засранец? — Не знаю, они записку не оставили. Даркар легко убрал кровь и с одежды, и с кожи, и шлепнул Валтора по бедру, требуя слезть со стола. Тот нехотя послушался, застегивая пуговицы на рукавах. — Тебе не надоело? — поинтересовался Даркар будто бы невзначай, и Валтор вскинул брови. — Что не надоело? — Подставляться? — Не твоего ума дело. Я это не только для себя делаю. — А для кого? — Для всего мира! Я здесь не просто так! Даркар закашлялся, маскируя смех, но Валтор уже знал его ужимки. — Какой же ты манерный гандопляс. — А ты весьма наивный юноша, Валтор. Мне бы хотелось, чтобы ты нашел занятие для себя, а не для всего мира. Хоть бы и домашнее задание сделал. — Ой, да нахуй твое домашнее задание, дед, мне эта херня не пригодится никогда, задрал ты со своими задачками. — Твои слова да богу в уши, — Даркар вздохнул и снова склонился над своим монстром. — Вот только потом окажется, что твой терпеливый мастер все же был прав. Если освоишь то, что я тебе дал… Однажды покажу тебе, как подмять под себя Троицу. Валтор навострил уши. — И как? — Ты еще не дорос до такого. — А чего ты сам их не прижмешь? — Они меня в свои покои не приглашают, я и не дергаюсь. Зато дернулся Валтор. — А когда покажешь? — уточнил он, нервно потерев живот там, где недавно была рана. — Ну, как сдашь мне все задания, так сразу. Недавно придумал вот преинтереснейшую вещь, смотри. Он засунул руку в карман халата и достал бумажку с какими-то каракулями. Из всех слов Валтор разобрал только картинки, изображавшие разные вариации какой-то татуировки. — И чего она делает? Ты в детские целители подался? Что за картиночки? Даркар ласково улыбнулся, и Валтора пробрала дрожь. Чем красивее у Даркара была улыбка, тем страшнее были заклинания, которые он порождал. — Метка, подавляющая волю. Хочешь примерить? — Э, нет, дед, не охуевай, я добровольно не сдамся на эксперименты. — Как хочешь. Но будь у тебя такая, любая из Троицы ползала бы у тебя в ногах и лизала ботинки. — Не боишься, что у стен есть уши? — Валтор покосился в сторону двери, но Даркар только легкомысленно пожал плечами. — Не в моей лаборатории. Ну так что? Будешь учиться? — Ясен хрен. А долго еще? Мне бы сразу эту твою метку освоить. — Ох, мальчик мой, был бы ты как я, хватило бы пары месяцев, но вам, слепым котятам, нужны годы тренировок, чтобы ощутить что-то похожее на мое мировосприятие. — Щас кончу от восторга, — буркнул Валтор, складывая руки на груди, задержавшись взглядом на изображении метки. Такие силы да ему бы в руки. Даркару бы только языком чесать, а он быстро найдет такой силе применение. — А побыстрее никак? Мне очко раньше растянут, чем я освою все твои дыхательные техники. — Магия не терпит спешки, — воздел Даркар указательный палец над головой, и Валтор уже собирался съязвить, как тот нырнул куда-то все в тот же карман, и извлек оттуда целую пачку листов. — Но у меня есть парочка идей. Проект еще сырой, мне недосуг было возиться, но при твоем активном содействии, я сделаю так, что уже через месяц будешь колдовать, как я. — Что за проект? Даркар только того и ждал. — Кусочек моей силы окажется в твоем теле. Станешь кем-то вроде донора Огня Дракона. Пока не уверен, как будет работать, только посчитал минимальную совместимость материй. Валтор мрачно проследил, как он перелистывает десятки листов «минимальных» расчетов. — Но если пройдет удачно, учиться тебе не придется. — Кайф, я согласен. Уже дал имя этой пакости? Даркар улыбнулся еще шире. — Пусть будет «Искра Дракона». — А ну стой! Стой! Да откуда вас столько повылазило?! Голос ТБ раздался где-то вдалеке, затем громкий всплеск. — Мы отомстим за Сторми! Айси нервно расхаживала по логову, нервируя его развевающимися патлами. Она громко цокала по полу в своих сапогах на шпильке, которые бог знает зачем были ей нужны летом, но каждый новый звон каблука по паркету отдавался у него в ушах, а затем переходил раздражающим зудом в руку. Он начинал жалеть, что Трикс тогда не были в пещерах, иначе бы их точно убило. Не надо было тогда давать им задание, быстрее бы отделался, еще бы и на Блум было чем давить, она едва бы пережила тот факт, что убила невиновного. — Валтор! — Айси остановилась, но лучше бы ей раздражающе цокать, потому что теперь ему нужно что-то отвечать, а он не в настроении. — Да, Айси? — спросил он спокойным тоном, но Дарси в углу напряглась, глядя на него поверх очков, думая, что он не замечает. Она начала так безвкусно одеваться, что стала напоминать Диаспро с ее монашеским стилем и совсем перестала Гриффин. Он вообще ее держал только за тем, чтобы она напоминала Гриффин в молодости. Он мог поддерживать молодым и тело оригинала, но она стала старой внутри, а это было уже не в его компетенциях. Пусть посидит в темницах, подумает о своем поведении. — Мы должны отомстить! Эта Блум у нас попляшет! Мы должны найти ее и выбить всю дурь! И вернуть Сторми! — Сторми теперь бесполезна, Блум что-то сделала с ней. Я не чувствую метку, так что пусть отдохнет на Андросе, — Валтор почесал руку, задумчиво глядя на длинные багровые когти. — Там ей будет даже лучше. Он взял от нее все, что мог, она была первая из сестер, кто сдался, но теперь, когда она ему покорилась, он даже не слишком хотел ее возвращения. У него тут еще двое, а кроме того целая Облачная Башня марионеток на любой вкус. Рисковать ради Сторми накопленной силой? Нет уж. Айси была умнее Диаспро, поэтому не стала пререкаться, а только скрестила руки на груди и обернулась к сестре. Дарси была еще умнее, поэтому открывала рот, только когда он обращался к ней лично. Открывала рот… Валтор покосился на ларец Агадора, который нужно было чем-то заполнить. Проклятая рука высасывала из него все силы, стоило начать колдовать, с каждым новым заклинанием на него нападала такая слабость, что не получалось поджечь даже маленький захудалый дворец. Ему приходилось искать все новые способы вызвать у себя эмоции. И два таких как раз переглядывались прямо перед ним. Если он хочет сегодня штурмовать Хранилище Магии, ему нужно как можно скорее вернуть чувствительность. И так как снять проклятие у него не получалось, оставалось только пересилить его. — Хотя знаешь, Айси, — Валтор расставил ноги в позе гендерного доминирования, и та навострила уши. Дарси тут же сощурилась, всегда наперед зная, чего он хочет. — Сторми была хорошей помощницей, нельзя бросать ее на Андросе. — Верно, — протянула Айси, тоже уловив подвох в его ласковом тоне. — Сам я очень занят, но я дам вам силы, чтобы вы сами ее освободили. — Ага… Он щелкнул пальцами, и старая одежда испарилась с тел Трикс, сменяясь полупрозрачными однотонными топами и шортами, поблескивающими в полумраке кабинета Облачной Башни. На бедрах и плечах каждой висела драпировка, делая силуэт более размытым и открытым для фантазий. Да, так гораздо лучше. Айси нервно облизнулась, Дарси обхватила себя руками, пытаясь поскорее прикрыться невесомым тюлем, но это не помогло. — Эта сила равноценна энчантиксу, — соврал и не моргнул он, медленно облизывая взглядом Дарси в эдаком полупрозрачном купальнике. Очки он ей забыл оставить, но так тоже неплохо, без них она становилась уязвимой. — И я думаю, что можно было бы отблагодарить меня за такой подарок. Айси рефлекторно прижала руку к шее, где была метка. Он их всем ставил, независимо от того, добровольно или нет к нему присоединялись. Они могли сделать все сами или он мог их заставить, второй вариант будет еще и болезненным. Но он же предложил, а не поставил на колени сразу, можно быть благодарными. Присосались к его силе, а теперь кривятся. Он не любил неуважение. — Я жду. Поборов смятение, которое даже не пыталась скрыть, Айси приблизилась и встала на колени перед ним. — Поосторожнее с этой штукой, ладно? — кивнула она на демоническую руку, и он издевательски скребнул когтями по подлокотнику кресла, оставляя на нем глубокие царапины. — Епт... — Дарси, тебе нужно особое приглашение? Та на мгновение зажмурилась и сжала кулаки. — Прямо сейчас? Айси еще даже не приступила. — Ты пытаешься со мной спорить? Я хочу вас обеих, иди сюда быстро, пока я не передумал вам помогать. — Да, хозяин. Она быстро поднялась и широким шагом пресекла комнату, глядя в пол. Заняв место рядом с Айси, она незаметно коснулась ее руки и тоже опустилась на колени. — Нужно уметь быть благодарными. — Да, хозяин.