Кровавый треугольник

— Эррон… — Скар… Эррон пропустил кровавую Леди вперёд. Их замочек тоже был красивым, довольно контрастным и необычным: сторона с гравировкой «Skar» была алого цвета с красивыми ониксовыми трещинками, этот узор очень полюбился колдунье, а вот сторона Блэка была тёмно-коричневой, с гравировкой «Ron» и красивыми рисунками в виде пуль или рельефных прострелов, от всего этого образовывалось прекрасное название этой пары «SkarRon». *** — Скар, я ухожу. — Повтори, что ты сказал, Эррон. — Ты меня заебала своими «хочу, не хочу». — И проваливай, да поскорее, — вскипела Скарлет и кинула один из кунаев в Блэка. Ковбой уклонился от брошенного клинка своей женщины. Тот просвистел у самого уха и вонзился в стену. Удар был настолько сильным, что кусочек острия — трёхмиллиметровая кованая сталь — сразу же отломился, чуть не отрикошетив Эррону в глаз, и попал ему в кончик носа. На носу стрелка остался глубокий след, откуда сразу же закапала кровь. — Я бы сломал тебе всё, до чего дотронулся, ёбаная истеричка. Видеть тебя больше не хочу, поделие твоего папаши мозгоёбнутое. — Расцарапав рану, Блэк выдрал глубоко застрявший осколок стали. — Ну и катись отсюда!!! — крикнула Скарлет. — Шлюха!!! Скарлет не ответила. Нечего и говорить, сказала она себе, всë впустую. — Сука!!! Блядь!!! — орал Блэк. — Пошла на хуй!!! Скарлет молча показала ему своë орудие, с которым она никогда не расставалась. Эррон хлопнул дверью и был таков. Красный ассасин схватила своё маленькое зеркало и разбила его о пол. Внезапно она почувствовала, как появилась и стала быстро нарастать боль за левым глазом… Ассасин схватилась за голову и застонала. Никто не спешил кровавой ведьме на помощь. Шао Кан с утра уехал по делам: нужно было проконтролировать работу одной большой бригады, которая ремонтировала древние сооружения и памятники бойцам-внешнемирцам в главном парке столицы Внешнего мира. Милина оттачивала владение новыми саями, которые император подарил ей — она сейчас упражнялась в Колизее. Камелеоны не было уже несколько дней: белый клон Китаны, Джейд и Милины, полудева-полуящер, отлучилась в родную Затерру. Скарлет была зла на Блэка за то, что он так с ней поступил. Только сейчас она догадалась, что он ей изменяет с земными женщинами. Полгода назад Эррон запал на Джеки Бриггс — ему казалось, что эта «землянка» больше ему близка по духу. Вскоре он поймал себя на том, что и Джеки ему наскучила: периодически наведываясь в Земное царство по своим делам, он не упускал случая покутить в барах и окучивал случайных американских красоток, которых в Нью-Йорке всегда было пруд пруди. Он всё чаще говорил Скарлет неприятные вещи: она пустая, бестолковая, боится хоть слово сказать Шао Кану поперёк, следует чужим приказам и не пытается жить своей жизнью. Его внушение, думал он, не подействовало на неё — такие, как она, впрочем, не понимают с первого раза, их нужно огреть по башке, чтобы до них дошло. С того дня, как Эррон прострелил ей голову, Скарлет мучили сильные головные боли. Он оставил ей на память это недомогание. Регенерация красного ассасина сделала своё дело: Летти выжила и полностью восстановилась. Одна из внутримозговых вен срослась неправильно, стала извилистой, кровь по ней проталкивалась хуже, чем обычно. От этого появлялся венозный застой, отчего внешнемирке казалось, что её голову вот-вот раздует. В эти минуты Скарлет подвергалась резкой смене настроения, и тому была причина — кластерная головная боль, которая пропадала так же внезапно, как и появлялась. И сейчас Скарлет снова страдала. Она не могла никому пожаловаться. Милина её не поняла бы: насмешки полутаркатанки говорили сами за себя. Шао Кан также проигнорировал бы эти, как он думал, бзики: он все предыдущие годы взращивал в своей «красной дочери» убийцу, которой не дано «возить сопли» и искать ответы на постоянные «почему». Ассасин должен только убивать, считал император. Камелеона вообще оставалась для Скарлет лишь клоном всех известных ей бойцов-женщин: это создание могло использовать оружие врага, в т. ч. и её. «Если бы ты мне на пути ещё раз попался — я бы тебе кишки мехом наизнанку вывернула, на своё куноичи их намотала!!! — Скарлет повалилась на пол. — Я тебе устрою замок на перилах, встречу для влюблённых! Я скручу тебя в эту дужку — и в этот же замок затолкаю!» Чья-то рука легла ей на плечо. — Пошёл вон, Блэк, — взмах клинком, в ответ раздался протяжный стон, такой знакомый… Ковбой ничего ей не сказал. Эта же рука схватила её за шею и с силой бросила ассасина о пол, Скарлет ударилась плечом, тазом и головой. Кровь залила ей глаза, она ничего не видела. Превозмогая свою мигрень, едва соображая, что делает, она, чувствуя кожей присутствие внешнемирца, бросилась на него с куноичи наперевес, но промахнулась. — Куда тебе до Кенши, — рассмеялся знакомый раскатистый голос. — Лишившись зрения, ты не сможешь сражаться. Эти слова отрезвили её. Ермак… В самом деле, он попал под её горячую руку, ассасину стало стыдно. Наместник и правая рука императора, его заместитель, могущественный «душман» помогал ей овладеть правильной тактикой боя. Она закрыла лицо руками. Скарлет не знала, куда ей деться: она чувствовала укор короля душ. — Я тебя предупреждал, Скарлет. Но, связавшись с Блэком, ты ослепла и оглохла! Ей нечего было ответить: Ермак прав. Дотронувшись до глаз, которые чуть не вылетели из орбит от мощного удара головой о пол, она приоткрыла залипшие подсохшей кровью веки. Мутная багровая пелена замелькала перед Скарлет. Она оступилась, Ермак взял её под руку и усадил на кровать. — Приди в себя. Ты должна быть лучшим бойцом. Столько сил и терпения я в тебя вложил. — И за все вышеперечисленные блага, — заговорила ассасин, — я должна расплачиваться натурой? — Прости, Скарлет, — властелин войска душ держал такт, стараясь не злить её, — ты не заплатила Блэку ею? Неужели ты его настолько любишь, что… — Разве ты лучше него? — Она посмотрела ему в глаза прояснившимся взглядом. — А твои похождения с Рейном? Я всё знаю, Скарлет… — Чем ты лучше Рейна? Он… — Мужчина, который поступил не-по мужски — сделал тебе сына и бросил на произвол судьбы… — Я отказалась от Вильяма, потому что… — …боишься ответственности, — мгновенно докончил Ермак, — всё отец привык решать, бегаешь к Шао Кану по каждому вздоху. Он тебя вытаскивает из разных историй простым способом — рубит головы направо и налево. — Смертельная битва… — …всё спишет и покроет. Твои Блэк и Рейн… — А почему бы, собственно, и нет? — спросил себя повелитель духов. Он выдержал её пристальный взгляд. — Заметь, ты сама меня выбрала лет десять назад, когда высказала Шао Кану своё желание. Скарлет поняла, куда он клонит. Он понял всё и без её оправданий, подметила она. — В таком случае я не прощаюсь. Едва ассасин открыла рот, Ермак моментально улетучился, не дав ей и слова сказать.