✎﹏﹏﹏﹏﹏
—я расстроен, ребята, — Сынмин провел ручкой по столу, рисуя там новую линию, — в последнее время у нас все идёт по настоящей пизде, — ударив, ручка упала на стол, закатываясь куда-то в щель, — надо что-то делать, — он медленно развернулся на кресле, — с Хёнджуном медлить нельзя. если он станет нашей последней встречей, то пусть самой удачной, — говоря об этом, парень, то и дело трогал свое раненое плечо, вспоминая все невзгоды, — мы..вы должны сделать ему максимально больно, для этого я приготовил маленький план, — напарники подошли ближе, чтобы услышать каждое слово, — во-первых забудьте о пятнице. теперь мы убьем его во вторник, а то так мы не успеем поиграться, — он сделал небольшую паузу, — во-вторых, Чонсу тебе придётся немного запачкать руки. избей его, за просто так, а потом Гаон ты — снова подкрадись к его сердцу. пусть довериться вам после такого. это будет его ошибкой. потом — Оди откинулся на спинку кресла, — импровизируй, — он подло улыбнулся. напарники недоверчиво переглянулись, — ребята, мы давно вместе, так что поймите и примите это. кто не согласен выход там. —все будет сделано, — высказал за друга Ким, — если это все, то мы пойдём. —идите — Сынмин махнул рукой в сторону выхода и ещё раз улыбнулся своим мыслям и плану, который вот-вот станет реальным. напарники покинули заброшенный центр. они не могут сейчас долго там находиться по очень плохим обстоятельствам за последнее время. —я не хочу этого делать, Чонсу. — тусклый свет уличного фонаря освещал площадь, где шли убийцы. Гаон, склонив голову, пинал камень, а Ким смотрел только вперёд. —о чем ты? — не понимая, спросил напарник, — ты же сейчас не про Хёнджуна говоришь? —про.. — он остановился, — про него —ха? не понимаю, в плане не хочешь? — парень развернулся в сторону друга, — ты в последнее время очень странный. —я не хочу делать ему больно, — он сделал паузу, — когда больно ему, то больно и мне. понимаешь? — Джисок с надеждой на понимание посмотрел на друга, — я думаю ты понимаешь, ведь разве ты испытываешь то же самое? — Чонсу вскинул брови, — я про Оди. я видел тебя, когда ты перевязывал ему рану. может тебе и все равно на Хёнджуна, но вот мне очень больно осознавать, что как не крути он все равно умрёт, — небольшая пауза перед самыми важными словами — я люблю его —видел бы тебя Сынмин — разозлился бы, — парень печально вздохнул. он все понимает, но ничем не может помочь, — я понимаю, но не ты же будешь причинять боль, просто старайся не смотреть, — Ким по-доброму улыбнулся и махнул головой в бок, намекая продолжить путь, — мне тоже больно — тихо добавил он после.✎﹏﹏﹏﹏﹏
Ким угрожающе шагал дальше по коридору. он становился все дальше и дальше потом вовсе скрылся в пустом кабинете. на телефон Гаона сразу пришло сообщение: «после встретимся. напишешь)» брюнет отложил мобильник и подошёл к избитому парню. в голове крутилась мысль «зачем мы это все делаем? ради чего? денег? имеет ли это все смысл?». присев на корточки, спросил: —идти сможешь? — Квак нежно коснулся пушистых волос Хана и нагло растрепал их, улыбаясь. —смогу, — Хёнджун поднялся, опираясь на брюнета, — зачем он это сделал? —кто его знает, — задумчиво пробурчал Джисок, — не хочешь сходить на крышу школы? — спросил он чуть ли не на ухо парню, у которого от этого прошёлся рой мурашек. —сбросить меня хочешь? — пошутил парень, но увидев серьёзное выражения лица, моментально согласился. парни стали подниматься по лестнице. Хан из-за боли спотыкался, корчился и каждый раз Гаон настойчиво ждал его и спрашивал все ли хорошо. оказавшись на крыше, телом они почувствовали прохладу осени. та зажала их в свои холодные объятия, и оголенные части тела покрылись мурашками. в воздухе стоял запах дождя, а поверхности зданий были влажные. парни сели, скинув ноги вниз. Хан смотрел на город, а Джисок на него. раны и ссадины на лице делали все громче треск его сердца. он не мог поверить, что ещё пару дней назад мог спокойно плевать на это. холодные пальцы коснулись скулы, где красовалась царапина. —больно? — дрожащим голосом спросил Джисок. Хёнджун удивлённо моргнул. видеть такого грустного и задумчивого брюнета видеть было уже так непривычно. —терпимо — парень нежно коснулся запястья чужой руки, отводя взгляд. мир был такой жестокий и серый, что не одно тёплое, летнее солнце не скрасит его хоть немного. где-то сейчас могли насиловать женщину, или могли ограбить кого-то и к сожалению Гаон был одним из таких людей. рука даже под чужой опорой опустилась. они молчали и смотрели. но каждый в разные стороны. Гаон рассматривал Хёнджуна, другой же, все так же смотрел кипящую жизнь внизу. —кстати — Джисок начал тихо, но этого хватило, чтобы парень напротив поднял голову. рука брюнета аккуратно коснулась чужого школьного галстука. Хан растерянно осмотрелся по сторонам. не успел он здраво подумать, как Квак грубо притянул его за чёртов галстук. их лица были в миллиметре друг от друга. сердце Хёнджуна отчаянно билось. кажется он забыл как дышать за эти короткие две секунды. чужое дыхание опалило губы. их носы соприкасались. они ничего не делали, но даже от этого у Хана были тысячи бабочек в животе. рука брюнета отпустила галстук, аккуратно падая на чужой пах. но больше он ничего не делал. будто стоял невидимый барьер. поэтому Джисок нервно засмеялся, отстраняясь, и, разводя руки в сторону. Хан продолжал сидеть и смущенно смотреть в сторону. в его мыслях не было ничего. —придурок, играешься со мной? — грозный взгляд жертвы пал на смеющегося брюнета, — я чуть не родил. от страха. —конечно, — продолжал неестественно смеяться Гаон, — ты же знаешь, кто я на самом деле по твоему? —честно, я думал ты, изменился хоть немного, — Хёнджун встал с колен и с упущенной головой направился к выходу. он слышал, как его сердце с каждым шагом крошилось на маленькие осколки. даже не понимая, от чего стало так больно. —извини — виновато проговорил брюнет. —я тебя уже прощал. когда-то. на крышу упало ещё пару мокрых капель. кажется снова пойдет дождь. я прощаю тебя вновь, убегая, только чтобы больше не видеть твои прекрасные глаза и такие желанные губы…