Дым над Страной Чудес

Мало кто находит выход, некоторые не видят его, даже если найдут, а многие даже не ищут.

Льюис Кэрролл, «Алиса в Стране Чудес».

Жизнь в Пограничье имела свою мрачную закономерность — сначала игра, затем короткая передышка, потом снова игра и вновь затишье. Это было похоже на смену дня и ночи, которая продолжалась вне зависимости от человеческих желаний. Когда истекал срок визы, наступало время очередной игры. Приходилось смиренно шагать в неизвестность и надеяться, что на этот раз хватит времени, сил и везения. Город погрузился в вечернюю тьму, окончательно растворив остатки света. Сквозь редкие проблески облаков мерцали звёзды. Ветер гулял по пустым улицам, цепляясь за края одежды и оставляя на коже холодные призрачные касания. Аоминэ шагала в сторону игровой зоны и мысленно ругала себя за то, что вышла без куртки. Хлопковая рубашка, насквозь продуваемая, почти не спасала. Девушка спрятала руки в карманы штанов, пытаясь сохранить остатки тепла. Через несколько минут впереди показался массивный жилой комплекс. Окна смотрели на улицу тёмными прямоугольниками, в которых не было ни малейшего намёка на жизнь внутри квартир. Поднявшись по небольшой лестнице, ведущей ко входу в здание, Аоминэ подошла к уже привычному столу. Молча взяла телефон, а затем отступила и прислонилась спиной к стене. От холодной поверхности по коже моментально побежали мурашки. В груди понемногу начало нарастать противное чувство беспокойства, которое никак не получалось контролировать. Чтобы не утонуть в этой тишине, Аоминэ переключила внимание на окружающих её игроков. Глаза неторопливо скользили по лицам и телам, стараясь уловить каждую мелочь: угол плеч, положение рук, направление взгляда, частоту дыхания. Это было не просто любопытство, а навык, который давно стал частью её самой. Выработанное годами умение замечать чужие привычки, считывать язык тела, находить слабые места и предугадывать шаги. В Пограничье это было способом остаться в живых. Всегда стоило знать, кто способен прикрыть, а кто первым воткнёт нож в спину. Или прямо в грудь. Мысленно Аоминэ постаралась отметить каждого. Высокий мужчина в дорогом костюме выглядел так, как будто ещё два часа назад сидел за длинным столом переговоров. Идеальная осанка, галстук крепко затянут, но в глазах, прячущихся за стёклами очков, стояло дикое напряжение. Он постоянно хмурился и долго не отрывал взгляда от телефона, словно экран мог подсказать, как выбраться из этого места. Возле входа прижались друг к другу две девушки, на вид совсем ещё юные. Они старались занять меньше места, видимо, надеялись, что таким образом смогут избежать чужого внимания. Молодой человек в белой толстовке стоял в углу. Капюшон практически скрывал лицо, позволяя рассмотреть только обесцвеченные пряди волос, а в позе было что-то отрешённое. Его неподвижность резала глаза куда сильнее, чем нервные движения остальных. Ещё одна девушка, одетая в спортивную форму, неспешно разминалась. Она энергичной разогревала мышцы, вращала руками, разминая суставы, и делала наклоны вперёд — явно знала, как правильно готовиться к старту, и вряд ли нуждалась в чьей-то защите. Аоминэ продолжала своё наблюдение, и дальше внимание само собой зацепилось за знакомое лицо. У стены стоял мужчина с короткой стрижкой в выцветших армейских камуфляжных брюках и чёрной майке. За спиной висело оружие, но не это помогало ему выглядеть устрашающе. Впервые Аоминэ встретила его пару недель назад на одной из игр Треф. Поначалу думала, что от такого человека лучше держаться подальше. Доверие и так было роскошью, ещё меньше его было к людям с оружием. А если человек вдобавок выглядел так, словно привык командовать другими, желание взаимодействовать отлетало напрочь. Однако мужчина не пытался никого запугивать, не повышал голос и не стремился подчеркнуть своё превосходство. Он просто делал то, что считал необходимым. Давал короткие указания и сам же шёл первым. Проверял пути, прикрывал спины, следил за обстановкой вокруг. И делал это так, будто у него не было иного алгоритма поведения. Представился сухо: Агуни. Он не говорил, кем был в прошлой жизни, однако тело, выправка, уверенность в каждом действии и привычка отдавать распоряжения говорили за него. Это точно не был человек, который просто занимался спортом или отслужил два года по контракту. Скорее тот, кто прожил в подобном ритме долгие годы, впитывал его всем телом, пока разум и мышцы не начали работать как единый механизм. Такому нельзя научиться на гражданке. Аоминэ это прекрасно знала. Если Агуни сейчас окажется союзником, это станет преимуществом. Но если выпадут Черви, он превратится в серьёзную угрозу. Поэтому теперь, когда мужчина снова появился в поле зрения, в груди у Аоминэ одновременно поселились и облегчение, и напряжение. Она не отрывалась от его лица, наблюдая за почти незаметными движениями головы и за тем, как его взгляд скользит по комнате, изучая потенциальных врагов. Вдруг у входа раздались громкие голоса, что заставило Аоминэ рефлекторно повернуться на шум. В помещение вошли двое молодых парней. Схватив со стола телефоны, они сразу отошли подальше ото всех. Один из них, тёмноволосый, с растрёпанными прядями, выглядел особенно встревоженным. Его зрачки беспокойно метались по помещению, задерживаясь то на стенах, то на других игроках, пока случайно не наткнулись на Аоминэ. Всего на долю секунды. Он даже не придал значение этому. А у Аоминэ в груди ёкнуло. Она впервые видела этого парня. Абсолютно точно впервые. При этом в нём было что-то до боли знакомым, однако вспомнить никак не получалось. Не желая продолжать копаться в воспоминаниях, она резко тряхнула головой и прогнала навязчивые мысли. Не стоило ей отвлекаться перед игрой. Аоминэ оттолкнулась от стены и ещё раз окинула взглядом собравшихся. Они выглядели как обыкновенные люди, обсуждавшие субботник или планировавшие ремонт подъезда. Но девушка знала, что за этой обыденностью может скрываться совершенно другое. Страх, замаскированный под безразличие. Тревога, которую многие уже с трудом удерживали под контролем. Каждый здесь проживал свой невидимый сценарий. Кто-то делал ставку на выносливость, кто-то на удачу. А кто-то на незаметность, поэтому прятался в углах и пытался не дышать слишком громко. Размышления прервал голос, сигнализирующий о начале игры.

[Сложность: 5 ♠.]

[Игра: Догонялки.]

[Правила: Убегайте от водящего.]

[Задача: Найти безопасную зону, спрятанную в одной из комнат. После этого игра будет окончена.]

[Отведённое время: 20 минут.]

[Через 20 минут бомба, заложенная под этим зданием, взорвётся.]

Аоминэ выдохнула с облегчением. Опасность никуда не исчезла, однако Пики внушали нечто похожее на уверенность. Эта масть была более-менее предсказуемой и понятной. Здесь всё сводилось к базовому выживанию — реагируй быстрее, бей сильнее и не останавливайся. Никаких серьёзных моральных выборов, никаких сложных головоломок, где один неверный шаг делает тебя трупом. И главное, редко приходилось зависеть от чужих решений, способных разрушить всё в одно мгновение. К толпе, уже собравшейся возле лифта, Аоминэ не пошла. В замкнутом пространстве она чувствовала бы себя слишком уязвимой, а потеря обзора всегда означала потерю контроля над ситуацией. Лестница казалась куда надёжнее, поэтому она свернула к ней. Двигалась быстро, но сохраняла осторожность и не теряла бдительности. На лестнице никого не было. Только звук собственных шагов сопровождали подъём, отражаясь от бетонных стен приглушённым эхом. Пыль, осевшая на перилах, неприятно собиралась под пальцами, оставляя сероватый налёт на коже. На третьем этаже Аоминэ резко остановилась, когда у поворота заметила человека. Даже со спины было трудно перепутать, кому принадлежат эти широкие плечи и крепкая фигура. — Агуни, — бросила она вместо приветствия. Мужчина обернулся. На лице не дрогнуло ни одной лишней мышцы, только взгляд моментально сфокусировался на девушке, и в почти чёрных глазах мелькнула искра узнавания. Но уже через секунду исчезла, уступив место суровости, что стала его привычной бронёй. — Всё ещё выживаешь, — произнёс он низким и холодным голосом. — Да, пока что держусь, — в тон ему отозвалась девушка. Агуни просто кивнул, как бы сообщая: «понял». На этом любезности закончились. Впрочем, ничего другого она и не ожидала. Уже поняла, что этот человек не из тех, кто много говорит. А он, в свою очередь, не предлагал защиты и не пытался взять на себя лишней ответственности за малознакомого игрока. Махнув напоследок рукой, Аоминэ продолжила подъём. Чем выше она поднималась, тем лучше открывался вид на жилой комплекс. Сверху будет проще следить за происходящим, замечать перемещения игроков, оценивать обстановку и предсказывать действия водящего. Девушка немного притормозила, когда заметила, что место с лучшим углом обзора уже кто-то занял — тот странный игрок в белой толстовке. Молодой человек стоял, прислонившись к бетонным перилам, и сосредоточенно смотрел на нижние этажи. Аоминэ подошла ближе, однако останавливаться рядом не захотела, предпочла оставить между ними метра два воздуха. Разговор не был ей нужен, и она не собиралась заводить его первая. Оперевшись ладонью о бетонные перила, девушка устремила взгляд вниз, чтобы начать изучать игровую зону. — Ты высоко забралась, — не поворачивая головы, сказал этот игрок после недолгого молчания. Тон был безэмоциональный, отчуждённый, словно у него не было цели начать диалог, просто невзначай озвучилась мысль. Аоминэ покосилась на него и слегка повела плечами. — Если эта игра — шахматная доска, — отозвалась она. — Фигуры проще увидеть сверху. Молодой человек не оторвался от перил, лишь позволил себе незначительный поворот головы. На лице ничего не изменилось, но взгляд стал внимательнее. Теперь он изучал свою «соседку» куда пристальнее, пытаясь понять, что именно скрывается за случайно брошенной фразой и чего ещё можно ожидать. — Чишия, — представился с лёгкой полуулыбкой. Она могла бы показаться почти дружелюбной, даже располагающей, если бы не скрытая насмешка в её изломе. Девушка не стала отвечать тем же жестом. Спокойно выдержала его взгляд, не проявляя ни враждебности, ни желания сгладить повисшую паузу. — Аоминэ, — коротко кивнула она, не испытывая желания углублять знакомство. Со стороны лестницы послышались тяжёлые шаги. В проёме появился Агуни, а следом за ним следовал ещё один игрок, почему-то державшийся на небольшом расстоянии. Чишия лениво махнул им рукой, как старым приятелям. Ответа на это не последовало. Агуни лишь метнул в его сторону скупой взгляд и пошёл дальше. — Как грубо, — протянул новый знакомый с преувеличенным разочарованием. — Почти обидно. Когда Чишия поднял руку, девушка обратила внимание на интересную деталь — достаточно приметный браслет. Похожий на те, что выдают в общественных банях или спортивных центрах. Точно такой же она уже видела у Агуни. Простое совпадение здесь казалось маловероятным. И вообще Аоминэ что-то в этом человеке сбивало с толку. Вроде бы ничего особенного: средний рост, обычное телосложение, даже голос не выделялся. Но манера поведения была непозволительно беззаботной. В какой-то момент Чишия, почувствовав затянувшийся интерес, медленно повернул голову в её сторону. Бровь приподнялась, а в карих глазах мелькнул немой вопрос. Аоминэ, не желая выдавать себя, переключила внимание на пустующие этажи и, опираясь локтями на перила, демонстративно зевнула. Чишия никак не отреагировал. Повернулся обратно и, наклонившись немного вперёд, продолжил изучать нижние этажи. Анализировал всё: где могут быть расставлены ловушки, куда уводят коридоры, каким путём можно будет уйти, если прямо тут появится водящий. Пальцы невесомо скользили по перилам, будто мысленно чертили линии на карте, которую видел только он один. Раздался сигнал, оповещающий, что водящий начинает игру. И следом на здание опустилась давящая тишина. Всё живое замерло в ожидании беды. Потом из глубины первых этажей послышались шаги. Медленные и размеренные, они звучали совсем не так, как обычная человеческая походка. Звуки напоминают поступь хищника. Так мог бы двигаться зверь, неторопливо переставляя тяжёлые лапы и точно зная, что добыче всё равно некуда бежать. Чишия и Аоминэ неотрывно следили за коридорами, пытаясь определить, откуда доносится звук. Глаза бегали, цеплялись за лестничные пролёты, дверные проёмы и тёмные участки, однако понять что-либо было невозможно. Эхо шагов прыгало по этажам, отражалось от стен, уходило, возвращалось, играло с пространством. Из-за чего складывалось впечатление, что оно специально дезориентирует наблюдателей. И вдруг, на втором этаже показался силуэт, будто вынырнувший из ночного кошмара. Человек был полностью облачен в чёрное. В руках держал автомат дулом вниз, но хватка говорила о готовности действовать в любой момент. Лицо скрывала маска в виде лошадиной головы с тёмными прорезями для глаз. Издалека невозможно было различить, кто скрывается под ней. Не было видно ни движения глаз, ни хоть какого-то намёка на человеческое лицо. За чёрными провалами прорезей словно ничего не существовало. Только когда раздался первый выстрел, молодые люди одновременно вздрогнули. — Вот и начало, — выдохнула Аоминэ, почти не шевеля губами. — Похоже, сегодня снова все умрут, — отозвался Чишия и даже позволил себе усмехнуться. Где-то внизу постепенно нарастали отчаянные крики. Одни звали на помощь, другие срывались на мат, а третьи от безысходности умоляли не убивать их. Беспощадная автоматная очередь обрывала эти вопли один за другим. Глаза Аоминэ метались по фигурам игроков, которые изо всех сил пытались убежать и найти укрытие. Люди дёргали ручки запертых дверей, бросались из стороны в сторону, некоторые сталкивались друг с другом. Но всё это выглядело так отчаянно и бессмысленно. — И каким образом мы должны проверять комнаты, когда пули летают по всем этажам, — спросила девушка скорее сама у себя. — Будем наблюдать, — ответил Чишия и медленно провёл пальцами по подбородку. Он по-прежнему был сосредоточен на происходящем. В его глазах мелькал какой-то особенный блеск, что иногда появляется у людей, давно уставших от всего вокруг, но всё ещё способных увлечься действительно необычной задачей. — Неужели ты не ощущаешь страха? — с искренним негодованием поинтересовалась Аоминэ. Она прищурилась, от чего тонкие морщинки едва обозначились у глаз, и вскинула одну бровь. Всем своим видом показывая, как её раздражало это спокойствие, чуждое самой ситуации. — Если бояться, то теряешь концентрацию и уменьшаешь шансы на успех, — пояснил он. — А я не люблю проигрывать. «Хладнокровный до невозможности. Может, это не маска… а он действительно такой?» — мелькнула мысль в голове к Аоминэ. Свет лампочек отбрасывал тусклые тени на облупившиеся стены, в воздухе стоял запах ночной прохлады, а игра с каждой секундой набирала обороты. Молодые люди стояли и слушали, как шаги и выстрелы постепенно приближаются к ним самим, наполняют пространство неподалёку и давят на нервную систему. Внезапный мужской голос, разнёсшийся по всему зданию, прозвучал настолько громко, что невольно заставил обратить на себя внимание. В нём слышалась решимость и явная попытка прорваться сквозь страх и панику, которая уже почти полностью поглотила людей. — Ребята! Водящий в середине второго этажа! — донеслось эхом, сорвавшись с чьих-то губ. — Из-за маски у него туннельное зрение! Свет над головой мигнул, и Аоминэ ощутила, как прохладный сквозняк прошёлся по спине, заставив кожу покрыться мурашками. Волосы слегка приподнялись, будто позади кто-то пробежал. Она зябко повела плечами и потёрла предплечье ладонью в попытке стереть неприятное ощущение. — Идея довольно хорошая, — пробормотала себе под нос, но не настолько тихо, чтобы Чишия не расслышал. — Возможно, — произнёс он, повернувшись полубоком и оценив ситуацию. — Но никто не ответит. Аоминэ резко вскинула бровь. Сначала в её глазах мелькнуло сомнение, а потом уголки губ дёрнулись, и на лице появилась насмешка. — Да ну? — она подалась вперёд, словно бросая ему вызов. — Я бы ответила. Прежде чем он успел что-либо сказать, ниже раздался женский голос. Уверенный и чёткий. Его обладательница сообщала, что водящий находится на четвёртом этаже. — О, ответили, — удивился Чишия. С такой же насмешкой, но в которой плескалось невысказанное: «ну что ж, бывает и такое». — Не перевелись ещё на этом свете хорошие люди, — усмехнулась Аоминэ чуть шире, чем требовала ситуация, точно праздновала маленькую победу. Почему-то ей действительно понравилось, что кто-то доказал неправоту этого хладнокровного и безразличного ко всему человека. Чишия покосился на Аоминэ, изучая её реакцию. То, как меняется выражение лица, как едва заметно дрогнули уголки губ и как взгляд на мгновение стал задумчивее. Не сомневался, что она поступила бы точно так же, как та девушка. Где-то вновь послышались шаги и торопливый топот кроссовок по бетону. И тут внимание обоих привлекло стремительное движение. Девушка в спортивном костюме молнией пронеслась по балкону, перескочила через перила и, ухватившись за старую водосточную трубу, ловко забралась на верхний этаж. — Ого, скалолазка... — вдруг прокомментировал Чишия с тем же невозмутимым спокойствием. — Неплохо. Казалось, он наблюдал не за смертельной игрой, а за телевизионным шоу. Никакого намёка на сопереживание. Аоминэ резко повернулась. Взгляд её оставался пристальным, почти раздражённым, а губы сжались в тонкую линию. На фоне автоматной очереди, пронёсшейся этажом ниже, его равнодушие звучало почти как издёвка. — Ты всегда так забавляешься, когда люди умирают? — спросила она сдержанным, но колким тоном. Смотрела неотрывно, требуя реакции и хоть намёка на оправдание. Молодой человек взглянул на неё, но промолчал. Только чуть заметно пожал плечами, будто говорил: «А почему бы и нет?» Он не собирался оправдываться, спорить или объяснять свою позицию. Поэтому стало ясно, что он не играл роль бессердечного. Ему действительно было всё равно.

[8 минут до конца игры.]

[Живых: 9 человек]

Раздался новый залп. Пальцы Аоминэ непроизвольно вцепились в холодный край перил. Костяшки побелели, но она даже не обратила на это внимания. С каждой минутой всё сильнее крепло понимание, что нельзя больше стоять на месте. Много времени уходит на выжидание, и всё это начинает превращаться в бесполезное наблюдение. — Не скучай, — произнесла она, направляясь в сторону лестницы. — М? — только и произнёс Чишия, лениво глянув на девушку, это было практически сродни тому, как реагируют кошки на лёгкий шорох. — Хотя это явно не про тебя. Аоминэ ничего не стала объяснять. Быстрым шагом направилась к лестнице и лишь на мгновение задержалась у поворота. Оглянувшись через плечо, она встретилась взглядом с молодым человеком, после чего скрылась за стеной. Сам он с места не двинулся. Всё ещё опирался на бетонное ограждение, а взгляд оставался прикованным к тому самому повороту, где секунду назад исчезла девушка.

***

Аоминэ медленно спускалась по ступеням вниз и старалась не допускать ни малейшего шума, чтобы не выдать своего местоположения. На очередном лестничном пролёте она внезапно остановилась и прижалась к стене, когда услышала совсем рядом звуки борьбы. Осторожно выглянув из-за угла, Аоминэ увидела своего знакомого и высокого блондина в яркой гавайской рубашке. Его бледная рука сжимала рану на боку, из-под пальцев пробивалась тёмная кровь. Агуни же изо всех сил старался дать отпор водящему, который размахивал мачете и не позволял мужчинам даже перевести дух. Раздумывать было некогда. Аоминэ сорвалась с места, стремительно преодолевая последние ступени. Водящий ещё даже не повернулся, просто не успел. Она врезалась в него всем телом, из-за чего удар получился очень грубым и действенным. От столкновения громила пошатнулся, а мачете с лязгом вылетело из его руки. Несколько раз ударившись о бетон, оружие отлетело в сторону и застыло у стены. Тихо зарычав, водящий бросился на Аоминэ. Огромная ладонь вцепилась в ворот рубашки, ткань натянулась и затрещала по швам. Однако девушка резко вывернулась и ударила локтем снизу вверх, целясь в челюсть. Из-под маски вырвался болезненный хрип. Человек в лошадиной маске устоял на ногах, но ненадолго потерял ориентир и тяжело выдохнул сквозь зубы. Затем сразу же последовал ответ. Он замахнулся неумело, но с чудовищной силой, всей своей массой, словно хотел обезвредить противницу одним ударом. Кулак пронёсся в опасной близости от лица Аоминэ и всё же задел плечо, заставляя девушку оступиться и резко отскочить. Поднырнув под следующий замах, она резко сократила дистанцию и со всей силы ударила водящего в живот. Тот согнулся, судорожно втянув воздух, а через мгновение получил ещё один удар — прямо под рёбра. Человек снова качнулся. Сначала даже показалось, что он всё-таки рухнет на пол, однако водящий лишь переступил назад и удержал равновесие. И вдруг с утроенной силой бросился вперёд, врезаясь в девушку всем телом. Отскочить она не успела. Спиной с грохотом встретилась с бетонной стеной, сразу ощутила, как вышибло весь воздух из груди, а тупая боль разлилась по лопаткам. Аоминэ несколько раз дёрнулась, пытаясь освободиться из железной хватки. Вот только силы были неравны. Она уже собиралась снова ударить, когда краем глаза заметила резкое движение за спиной водящего. Не успела разобрать что именно, потому что сразу раздался тяжёлый удар. И, немного дёрнувшись, водящий замер. Пальцы, сжимавшие одежду Аоминэ, разжались, а тело повалилось на пол, тяжело ударившись о бетон. Только тогда девушка увидела Агуни. Он крепко сжимал в руках огнетушитель. Металлический корпус теперь был перепачкан кровью. На напряжённых предплечьях мужчины проступили вены, по щеке стекала тонкая струйка крови, смешиваясь с потом. Пальцы вжимались в рукоятку до белизны костяшек. Он даже не двигался, лишь смотрел на поверженного противника, всё ещё ожидая, что тот в любой момент вновь поднимется. Стоявшая напротив, Аоминэ тяжело дышала. Грудь ходила ходуном, а влажные волосы липли к вискам и шее. Она смотрела на Агуни с такой растерянностью, словно только сейчас вспомнила, что всё это время была здесь не одна. И стоило ей осознать это, как внимание переметнулось на парня, что осел у стены. Она подлетела к нему настолько быстро, что едва не поскользнулась, и рухнула на колени с такой силой, что чуть не отбила чашечки. — Дай посмотреть, — выдохнула она, стараясь не повышать голос. Бледный парень стиснул зубы и убрал руку с раны. Казалось, он и сам был рад переложить контроль над ситуацией на кого-то другого. Он кривился от боли, пока кровь продолжала окрашивать всё в бордовый цвет. Аоминэ осторожно приподняла край окровавленной ткани и быстро осмотрела рану, оценивая глубину пореза и направление удара. — Просто зацепило, рана не очень глубокая, — постаралась успокоить она беднягу. — Жить будешь. Наспех девушка стянула с себя рубашку, оставаясь в одной майке, и начала сворачивать ткань плотным прямоугольником. Парень застыл, как загипнотизированный, и только открытые глаза говорили, что он в сознании. Смотрел на неё, не понимая, почему незнакомый человек всё это делает. — Прижми крепко, — Аоминэ приложила свёрнутую ткань к ране и поверх пристроила руку блондина. — Держи и не отпускай. Слышишь? Он заторможено кивнул. Пальцы заметно дрожали, взгляд оставался мутным от боли, но он всё ещё держался и старательно выполнял её указания. Позади с металлическим звоном упал огнетушитель. — Это было благородно, но глупо, — послышался уставший голос Агуни. — Возможно, эта глупость только что спасла вам обоим жизнь, — отозвалась Аоминэ, не отворачиваясь от пострадавшего. — Так что давай без нотаций. Спорить Агуни не собирался. — Осталось мало времени. Нужно продолжать поиски, — напомнил он, осматривая неподвижное тело водящего. — Ну-ка, приятель, — Аоминэ мягко коснулась плеча раненого, заставляя того вновь поднять на неё глаза. — Пообещай не помереть до конца игры. И тогда, даю слово, я тебя подлатаю. Парень сглотнул и не очень уверенно кивнул. — Пригляди за ним, — бросила Аоминэ, поднимаясь на ноги. Слова были адресованы Агуни, но дожидаться ответа она не стала. Мужчине дважды повторять и не нужно, он молча подошёл ближе, присел рядом с раненым и перекинул его руку себе через плечо. Спина Аоминэ всё ещё неприятно отзывалась после удара о стену, но времени обращать на это внимание не было. Она коротко кивнула Агуни и двинулась дальше по лестнице, на ходу вытирая испачканные кровью ладони о штаны.

***

Аоминэ вышла на третий этаж и заметила двух человек. Нового знакомого и того самого парнишку, которого приметила ещё перед началом игры. По спине пробежались мурашки из-за присутствия этого игрока, но она быстро взяла себя в руки и направилась к ним. — Долго ты, — заметил Чишия, лениво скользнув по ней взглядом. Его тон оставался по-прежнему безучастным, однако внимание невольно зацепилось за перемены в её внешнем виде. Запыхавшийся вид, отсутствие рубашки, растрёпанные волосы. Затем взгляд опустился к ладоням, где ещё оставались следы крови. Чишия слегка приподнял бровь. Вопрос был очевиден, хотя вслух он его задавать не стал. Вместо ответа лишь опустил взгляд на экран телефона, где таймер неумолимо отсчитывал последние минуты. — Это безопасная зона? — Аоминэ хмуро уставилась на синюю металлическую дверь. Сама по себе она ничем не выделялась, зато стена вокруг была испещрена пулевыми отверстиями. — Да, — подтвердил высокий брюнет, указав подбородком на дверь. — Он сам дал нам подсказку, когда начал стрелять именно по ней. Парень уже протянул ладонь к ручке, как Аоминэ остановила его, слегка коснувшись локтя. — Зачем он нас преследовал, если мог ждать здесь? Чишия задумчиво посмотрел на дверь, затем поднял телефон так, чтобы остальные увидели экран. — Мы что-то упускаем, — произнёс он. — Но времени уже нет. На таймере мигали последние четыре минуты. — Входите осторожно, — сказала девушка. На этом и решили. Один за другим они вошли внутрь, сохраняя дистанцию и внимательно осматривая помещение. Оно оказалась неожиданно маленьким и абсолютно пустым. Голые бетонные стены, слои пыли по углам и звенящая тишина. Воздух застоялся, из-за чего стал очень неприятным и влажным. — И что мы должны делать? — донёсся напряжённый шёпот юноши, который шёл самым первым. Ответить никто не успел. Периферийным зрением девушка уловила движение. Тёмный силуэт буквально отделился от стены, и из полумрака показалась жуткая лошадиная маска. Реакция была молниеносной. — Ложись! — выкрикнула Аоминэ, рефлекторно хватая ближайшего человека за плечо и утягивая его вниз. Они рухнули на пол одновременно. Почти в ту же секунду Чишия вытащил из внутреннего кармана небольшое устройство, напоминающее старый MP3-плеер, и, не раздумывая, всадил в ногу человека в маске. По ушам ударил треск электрического разряда. Тело в лошадиной маске дёрнулось и повалилось на пол. — Впечатляет, — хрипло произнесла Аоминэ, поднимаясь с пола и стряхивая с ладоней пыль. Она всё ещё смотрела на лежащего водящего. Реакция молодого человека действительно заслуживала похвалы. — Всегда важно быть готовым… — начал Чишия, чуть склонив голову и приподняв уголок губ, но договорить не успел. Водящий выпустил шквал пуль, вскакивая на ноги. Аоминэ схватила Чишию за капюшон и с силой, которую даже сама в себе не подозревала, буквально вытолкала его за порог квартиры. Метнулась следом, с грохотом захлопнув дверь. Да так, что эхо тут же отозвалось в пустых коридорах. — Беру свои слова обратно, таким только бабулек в очередях распугивать, — поморщилась девушка. Пули продолжали колотить в металл с другой стороны. — Я, между прочим, только что спас ваши шкуры, — высказал ей Чишия и машинально поправил капюшон. — Разве что отсрочил на пару секунду возможную смерть, — парировала она, но уголки губ дрогнули. Молодой человек только фыркнул, не утруждая себя ответом. Из-за двери послышался сдавленный крик: — Кто-нибудь! Безопасная зона находится в комнате 302. Нам нужно два человека, чтобы пройти игру! Аоминэ повернулась к Чишии и кивком указала на дверь. Тот лишь пожал плечами, будто вся эта кровавая каша была для него делом, не стоящим внимания. Изнутри раздавались приглушённые звуки автоматных очередей вперемешку с отчаянной борьбой. Между выстрелами прокатывались вскрики, хруст стекла и глухие удары о стены. Аоминэ выругалась сквозь зубы и уже положила ладонь на холодную металлическую ручку, когда у самого уха прозвучал голос Чишии: — Умереть хочешь? — Предлагаешь сидеть и ждать, пока мы все взлетим к чертям собачьим? — бросила она, даже не поворачиваясь. Аоминэ потянула дверь на себя, приоткрывая её ровно настолько, чтобы оценить пространство и при необходимости сразу отступить. Рука медленно поднялась, сигнализируя Чишии, что путь чист. Они прошли дальше и заглянули в дальнюю комнату. В тот же момент по стене прошёлся град пуль и разнёс штукатурку всего в нескольких сантиметрах от их лиц. Немного помедлив, молодые люди снова выглянули и начали внимательно осматривать небольшую комнату. На двух противоположных друг от друга стенах были расположены две большие красные кнопки. А над ними надпись: «Нажмите одновременно». Возле окна в другом конце комнаты разворачивалась настоящая борьба. Худощавый брюнет, явно не имеющий опыта в подобных ситуациях, пытался вырваться из захвата. Его лицо было искажено страхом, пальцы цеплялись за руки противника, за одежду, за всё, до чего могли дотянуться, но хватка водящего оставалась мёртвой. — Я туда не зайду, — абсолютно спокойно уточнил Чишия, наблюдая за кинематографичной сценой. Аоминэ уставилась на него с выражением такого недоумения, будто он только что заявил, что боится котят. — Господи, да ты издеваешься... — устало выдохнула она, проводя ладонью по лбу. — В комнате две кнопки и человек, которого прямо сейчас душат. Чишия не изменил выражения лица. — Желаю удачи. В этот момент та самая скалолазка, которую они видели раньше, с лёгкостью перемахнула через оконную раму. Она мягко приземлилась на пол, перекатилась через плечо и сразу поднялась на ноги. — Звали? — спросила со слабой улыбкой на губах. Автоматная очередь снова прошлась по помещению, но она успела уклониться, сделав ещё один кувырок. Чишия среагировал раньше, чем кто-либо успел что-то сказать. Он вытащил шокер и бросил его девушке. Та поймала устройство на лету и одним точным ударом вонзила в ногу водящего. Электрический ток пробежал по телу человека, и тот дёрнулся, а затем осел на пол, выпуская из хватки перепуганного брюнета. Телефон в кармане Аоминэ издал предупреждающий сигнал. До конца игры оставались считаные секунды. [5 секунд] Парень быстро взял себя в руки, подрываясь с места: — Кнопки! [4…] Аоминэ рванула к ближайшей кнопке. [3…] Они прыгнули. [2…] Ладони ударили по красным панелям. [1…] Послышался звуковой сигнал.

[Игра пройдена.]

[Поздравляю!]

Аоминэ тяжело дышала, опираясь ладонью о стену. Потрескавшаяся краска крошилась под пальцами, оставляя на коже мелкую пыль. Ноги подкашивались, но она позволила себе лишь опуститься на корточки, сосредоточившись на дыхании. Сердце билось так яростно, что казалось, грудная клетка не выдержит. Тишина, наступившая после завершения игры, держалась недолго. Её нарушил хорошо слышный шорох со стороны водящего. Фигура с лошадиной мордой зашевелилась, затем медленно приподнялась, чтобы сесть у стены, и стянула с себя маску. Перед ними предстала женщина среднего возраста. Лицо было очень измождённым, влажные волосы прилипли ко лбу, а глаза выглядели так, словно из них вычерпали последние остатки жизни. Она не произнесла ни слова и ничего не предпринимала. Лишь смотрела на игроков, понимая исход и не пытаясь сопротивляться. Аоминэ заметила металлический обруч, туго охватывающий шею. Ошейник. — Подождите… — дрожащим голосом прошептал юноша позади. — У неё... это что?.. Но прежде чем кто-либо успел сделать хоть шаг, раздался отчётливый сигнал — противный писк. И всё случилось мгновенно. Ошейник взорвался. Хлопок от взрыва не был громким, но мощность была настолько сильной, что женщина даже не успела дёрнуться. Красные брызги разлетелись веером над телом, кровь смешалась с кусками кожи и мозгом, превратившись в отвратительно-липкую смесь. Аоминэ рефлекторно закрыла глаза и прикрыла лицо предплечьем. Чишия, стоявший в дверном проёме, не шелохнулся. Брызги крови попали на его одежду, но он даже внимания не обратил. В комнате повисла гнетущая тишина. Воздух сразу же пропитался запахом металла и жареной плоти. Кровь, гарь, сырость и старый бетон — всё смешалось в тошнотворный коктейль. — Чёрт… — шокировано выдохнул паренёк, сидящий на полу. В попытках стереть кровь с лица он лишь сильнее размазывал её. — Что это всё значит?.. Аоминэ поднялась на ноги да так и замерла, наблюдая за тем, что осталось от человека. Женщина, которая минуту назад была живой, дышащей, с собственными мыслями, страхами и решениями, теперь лежала обезображенной на полу. Возможно, она была матерью, возможно, кем-то, кто жил обычной жизнью, кто точно так же боролся за жизнь, как и они. И конец её пришёл тихо, оставив после себя обезглавленное месиво, от которого расходились лужи. Не проронив ни слова, Аоминэ направилась к выходу.

***

Когда игра закончилась, все выжившие участники спустились вниз. На их лицах читалась усталость, потрясение и облегчение. Мужчина в костюме смеялся громко и почти истерично, не веря, что остался цел. Другие просто стояли или сидели с пустыми взглядами, видимо, оставив часть себя в тех длинных коридорах. Воздух на улице был свеж и прохладен, помогая игрокам постепенно прийти в себя. Рядом с выходом стоял Агуни. Его широкая спина прижималась к холодной бетонной стене, плечи казались напряжёнными, хотя движения рук оставались сдержанными. Он исподлобья наблюдал за потоком людей. Когда к выходу приблизилась Аоминэ, он оттолкнулся от стены и шагнул к девушке, стараясь не привлекать чужого внимания. Мужчина немного увёл её в сторону. — Есть одно место… Пляж. Там безопасно и есть все условия для комфортной жизни. Мы объединяем свои усилия, чтобы вместе искать выход отсюда, — слова звучали монотонно, как заранее выученный текст. — Хочу, чтобы ты присоединилась к нам. Аоминэ заинтересованно склонила голову, скрестив руки на груди. — Звучит как-то сказочно для того, чтобы быть правдой, — произнесла она, глядя прямо в глаза. — В чём подвох? Пальцы левой руки постукивали по обнажённой коже плеча. Этот невинный жест выдал её с головой, говоря о том, что она не просто слушала. Она взвешивала слова, оценивала возможные последствия, предполагала мотивы и скрытые намерения. Красивые речи её не брали, и поддаваться им бездумно она не собиралась. — Придётся отдать все карты. И уйти оттуда уже не получится, — Агуни всё так же сверлил девушку взглядом. — А если откажусь? — Аоминэ немного сократила дистанцию между ними. Он не отступил и даже не моргнул, не поддаваясь на уловки собеседницы. Его тело оставалось неподвижным, а глаза — непроницаемыми. — Тогда приведут силой. Но… — он внезапно опустил взгляд на её руки, на которых остались подсохшие красные разводы. — Ты, возможно, спасла мне жизнь. Он сделал небольшую паузу, а затем произнёс: — В этот раз я тебя отпущу. Аоминэ смотрела на него в упор, пытаясь поймать на лжи. Но не найдя ничего подозрительного для себя, наконец чуть кивнула. — Тоже благородный жест. Тогда до встречи, капитан, — проговорила она с лёгкой иронией, не зная, было ли у него звание. Да ей и не нужно было знать. Два пальца коснулись виска, сделав неряшливый салют. Уходя прочь, Аоминэ даже не обернулась. Толпа вокруг комплекса постепенно рассасывалась. Чишия исчез так же внезапно и бесшумно, как всегда. Уже в самом низу у выхода с территории, Аоминэ заметила нужные лица. Блондин в гавайской рубашке стоял, опираясь плечом о своего друга, поддерживавшего его под руку. Лицо у раненого побледнело, губы были плотно сжаты, а брови сведены. Молодой человек едва держался на ногах, но старался сохранить равновесие из последних сил, будто это было делом принципа. Девушка поспешила к ним. — Ты как, приятель? — спросила она, оглядывая его окровавленную одежду. Блондин приподнял голову, и в его глазах мелькнуло недоверие. Затем он перевёл взгляд на своего друга. Между ними возникла короткая и немая коммуникация. В этой заминке читалась настороженность, рождённая необходимостью защищаться даже от тех, кто пытается помочь. Аоминэ это уловила и сразу же, не дожидаясь слов, подняла руки, показывая ладони. — Спокойно. Я с чистыми намерениями, — сказала она негромко. Девушка сделала полшага ближе, не вторгаясь в личное пространство, а скорее предлагая его разделить, если они позволят. — Неподалёку есть аптека, — продолжила она, указывая большим пальцем куда-то себе за спину. — Могу обработать и даже зашить, если понадобится. — Ты врач? — спросил брюнет, тот самый, с которым они были в безопасной зоне. Аоминэ отрицательно мотнула головой. — Просто был подобный опыт пару раз. Но у вас выбор невелик, верно? Молодые люди долго молчали и хмурились, пытаясь справиться с усталостью и подозрениями. Брюнет выдохнул, наконец приняв тяжёлое решение. — Я — Арису, — он чуть кивнул, а затем указал на друга. — А это Карубэ. — Аоминэ, — коротко представилась девушка. Она подошла ближе, ловко проскользнула под руку Карубэ и осторожно обхватила его за талию. Ладонь перехватила всё ещё сложенную на ране рубашку, позволяя парню больше не тратить на это силы. Он скривился, но не оттолкнул её. Его друга она подозвала к себе движением головы и дала указание: — Закидывай руку, помогай. Вдвоём будет проще дотащить его до аптеки. И они двинулись вперёд. Медленно, шаг за шагом. Карубэ позволял вести себя, доверяя действиям девушки, а Арису старался подстраиваться под заданный темп. Тем временем неподалёку от здания стоял внедорожник с Пляжа. Агуни сидел за рулём, не торопясь заводить двигатель, и хмуро наблюдал за удаляющимся силуэтом Аоминэ. Она неплохо показала себя на их игре в Трефы. Сначала он воспринимал её как очередного участника, который будет путаться под ногами. Но по ходу игры стало ясно, что она не просто выживает, а способна держать ситуацию под контролем. С такими не всегда везёт попасть в командную игру. Угрозы от неё он не чувствовал, но понимал, что при прямом столкновении легко не будет. Силы у него хватило бы, чтобы навязать своё решение, однако подобный путь только создавал бы лишнего врага, а не союзника. Мужчина в принципе не испытывал особого желания насильно что-то делать. Такие люди — не только игроки, это силы, с которыми выгоднее работать на одной стороне. Внедорожник плавно тронулся с места. Внутри царила тишина, нарушаемая только тихим постукиванием пальцев Агуни по рулю. Чишия развалился на сиденье, спрятав руки в карманы толстовки. Взгляд был направлен куда-то за стекло, но заглядывал гораздо дальше городского пейзажа. — Успел сделать выводы о той женщине? Есть что-то стоящее? — спросил боевик, глядя в зеркало заднего вида. Чишия неопределённо пожал плечами. — Игрок как игрок, — бросил так, словно всё происходящее не касалось его вовсе. Агуни не удивился, только снова сосредоточился на дороге и сильнее сжал руль. — Может быть, — задумчиво пробормотал он, не отрывая глаз от асфальта за стеклом. — Но игрок вполне способный. И замолчал на секунду, а потом очень уверенно добавил: — Пляжу будет полезна. Чишия ничего не ответил. Только чуть сильнее опустился на сиденье, продолжая безмятежно смотреть в окно.