Бывший. Нынешний

      

***

      Из окон открывается вид улицы города Сумеру, Кавех сидит на кухне и высматривает конкретную серую голову, среди множества разных людей. В глаза бросается другая серая макушка и длинные уши рядом, после они удаляются. Кавех вздыхает, в надежде что сосед придёт с работы пораньше и они поужинают вместе.       Глаза наполнены грустью и обидой, что Хайтам в очередной раз задержался в Академии. Кавех устал сидеть у окна уже битых три часа с окончания рабочего дня. Омега пришел в гостиную, распластавшись на диване, ожидая уже там. Всё чего он хотел, так это провести спокойный вечер в компании соседа. До ушей омеги доносится звук открывающейся щеколды, а точнее попытки её открыть. Человек за дверями пьян, раз уж не может сообразить, что дверь открыта. Но всё же смог. Дверь скрипнула, послышалось цоканье небольших каблуков и кряхтение. По дому начал разноситься запах альфы, который до жуткого жжения под рёбрами и зуда внизу живота, нравится омеге. Терпкий, с оттенком мяты и лотоса Кальпалаты. Запах щекочет ноздри омеги, он прикрывает глаза вздыхая поглубже, надевает маску безразличия и недовольства, и встаёт, что бы встретить припозднившегося хозяина жилища. — Ты как обычно, в своём репертуаре, Хайтам… — Омега рассматривает свои ногти, стараясь не смотреть на пьяного соседа. — А я то думаю, что ж это песок на пороге, а это ты вернулся… — Аль-Хайтам смотрит слегка расфокусированным взглядом, а Кавеха начинает мучать вопрос, почему сосед решил выпить. — Освободи дорогу, я слишком сильно устал, чтобы с тобой перепираться. — Хайтам хмурит свои брови, между ними образовывается складочка. — Ну да, я тебя и не держу на пороге, — Кавех вздыхает, не отходя. Он смотрит прямо, хмурясь ответно. Альфа оказывается совсем рядом с ним, так будто бы пройти больше негде. Смотрит свысока, будто на какой-то мусор или мертвого хиличурла, истекающего кровью. Таковым себя омега и чувствовал находясь под этим взглядом. — Пройти больше негде? — Огрызается. — Негде… — Хайтам смотрит на Кавеха, слегка прищурившись, незаметно втягивая носом запах омеги. Всё же обойдя парня, он направился в свою комнату, Кавех смотрел ему вслед. Даже не зашёл на кухню поужинать.       Омега направился в свою комнату, закрылся там и лёг спать, так же не притронувшись к еде, что заказал для них двоих. Настроение испорчено одним нерадивым соседом, Хайтама видеть не хочется от слова совсем. Дом погрузился в тишину…

***

      На утро, оба парня находились на кухне, завтракая разогретым вчерашним ужином. Стояла между ними душащая тишина. Обоих это устраивает. Оба не хотят разрывать эту тишину. Хайтам не поднимает глаз от своей книги, название которой Кавех прочитать не может, и также непрерывно ест. Кавех наблюдает за ним с печалью. — Могу ли я пригласить к тебе домой гостей? — Разрывает тишину омега, незаметно вздрагивая от резко поднятых глаз. От этого взгляда омеге становится не по себе. Холодный бирюзовый, с красной каёмочкой вокруг зрачка. — Конкретно? — Аль-Хайтам продолжает смотреть на парня, что сразу опускает глаза. — Ну… Тигнари… Сайно… Паймон с Итэром? — Мямлит парень, но быстро придаёт своему виду твёрдость. — Я пока не собираюсь уезжать куда-то, а дома сидеть одному… Скучно, — Пожимает плечами омега — А то сижу как женатая омега и жду мужа с работы. — Лицо искажается неприязнью к только что сказанным словам. — А что? Это не так? — На губах соседа расцветает улыбка, но быстро сползает. — Можешь пригласить их — Последний раз пробежавшись глазами по лицу омеги, он вернулся к прочтению. — Спасибо! — У Кавеха улыбка вышла такой настоящей и естественной, что Хайтам не мог не обратить внимания на эту настоящую радость. Он сидел и секунд шестнадцать смотрел на улыбающегося Кавеха. Омега смотрел в ответ. Оба одновременно отвели взгляд: Кавех в сторону окна, у которого сидел и ждал вчера весь вечер соседа, другой в книгу, не замечая как изменился в момент омега.       После завтрака, Аль-хайтам отправился в академию, там же по пути встретил Сайно, которому сказал, что сосед ждёт их с Тигнари в гости. — Ахренеть, чего это ты? — издевательски спросил Сайно, подняв светлую бровь и сложив руки на груди. Пронзительные красные глаза смотрели в холодные и отстраненные учёного. — Вас это не должно касаться, Генерал Махаматра, — Всё что ответил Хайтам и ушёл, оставив непонимающего альфу стоять на месте. Простояв так добрую половину часа, генерал отправился в лес Авидья за фенеком.       Первыми, кто пришёл к Аль-Хайтаму и Кавеху, это были Паймон и Итэр. Паймон кружила вокруг омеги, поддакивая на какие-то слова парней, или же она причитала на них, ведь как они смеют шутить над Паймон, на что потом получала искрение извинения от них и теплые объятия от своего друга. После послышался стук в дверь и Кавех встал, чтобы открыть дверь новоприбывшим.       Как только дверь открылась, в нос омеги ударил запах песков, зноя и тех самых фруктов, которые Кавех собирал и которыми украшал своё временное жилище, находясь в пустыне по работе. После запах стал приобретать лёгкую сладость, но оставлять на языке горьковатый привкус трав и болота. Персик Зайтун и лотос Нилотпала. — Здравствуй, Кавех, давно не виделись, — улыбается ему Тигнари и тянет руки для объятий. Кавех обнимает друга, радостно улыбаясь, после обнимает Махаматру, приветствуя, после провожает к Итэру, что сидит и ждёт их всех. — Итэр, здравствуй, Паймон, — фенек кивает ребятам и присаживается на один из диванов, положив свой хвост на колени и пригладив его руками. Сайно сел рядом с Тигнари, закинув руки на спинку дивана, ногу на ногу и сидит улыбается всем.       Засиживаются они допоздна, Кавеху пришла вроде хорошая мысль выпить немного вина, но немного Много неподрасчитал. Его унесло быстрее всех, так как пил больше, так что не удивительно. Сайно сидел и пьяно шутил свои самые лучшие анекдоты. Смеялись только двое. Так же альфа решил, что ну тут все свои и пополз обниматься с мягким фенеком.       Долго так не продлилось. Вернулся Хайтам. Какого было его удивление увидеть в гостиной целый цыганский табор. Нахмурившись, он подошёл к ним и в лоб спросил только одного: — Долго ещё? -Он смотрел прямо и с укором на одного омегу, что сидел и улыбался ему, но поняв, кто перед ним стоит сразу помрачнел и встал. Все наблюдали за тем, как ребята молчали. Они стояли друг напротив друга и метали глазами искры, Тигнари казалось, что он слышит этот треск. — Ты сам разрешил пригласить ребят, ты бы мог и с нами посидеть, а не сидеть в своей сраной Академии до хер знает скольки, а потом возмущаться, что мы шумим. — Начал возмущения Кавех. — Что ж, ты можешь всех, как некультурный хрыщ выгнать, да даже меня! — Кавех вскидывает руки к верху, потом тыкает пальцем в грудь соседа, губы стали похожи на ниточку. Глаза в глаза. — Я. Не… Кавех, ты пьян, — Хайтам старается успокоить омегу перед ним, что бы тот сам не позорился перед ребятами. — А ты каким был вчера?! Стоит, смотрит, видите-ли я ему пройти мешаю, при том, что места чтобы меня обойти, вдоволь! — Говорит на повышенных тонах архитектор. — Нравится видеть во мне что-то никчемное, раз я живу за твой счёт и в твоём доме? — хмыкает Кавех, после был тихий шмыг носом, который услышал только Тигнари, уже порываясь обнять друга, успокоить. Но его держали, Сайно не давал тому влезть в перепалку соседей, ведь тоже попадёт под горячую руку архитектора, а та у него тяжёлая. Да и следил за ними, глаза Кавеха были на мокром месте, но Махаматра молчал. — Если тебе так угодно, если я тебе настолько противен, как я могу разобрать по одному твоему взгляду, — Кавех делает небольшую паузу. — Даже сейчас, ты продолжаешь смотреть на меня, как на кусок говна или стухшей туши…        Хайтам стоял и слушал соседа. После всех сказанных им слов, учёный задумался… Он стоял и смотрел на Кавеха, грудь которого вздымалась от подступающих слёз. Он долго держался. Хайтам всегда имел слабость к слезам одного омеги, запретив тому реветь когда-то. Это было плохой идеей. Сейчас он не сможет ничего сделать, если увидит хоть одну капельку на щеке архитектора. — Кавех, я никого не выгоняю, сидите сколько хотите, но правда потише, я когда шёл домой соседи попросили утихомирить вас. — Аль-Хайтам взял омегу за плечи и слегка встряхнул, что бы попытаться успокоить. — Отличные попытки успокоить омегу, что вот-вот разревётся только от одного взгляда на тебя и любого твоего слова, трясти как тряпичную куклу… — Всё же не выдерживает Сайно. Острый, словно кинжал, взгляд упал на генерала, что твёрдо смотрел в ответ. — Я одного не понимаю, почему ты не выгоняешь его? — Тебя ебать не должно это, Сайно. — Оскалился альфа, придвинув Кавеха ближе к себе, защищая от другого альфы. Архитектор же вырвался из рук соседа. — Даже не смей ко мне прикасаться, Аль-Хайтам! — Крикнул Кавех, и толкнув плечом альфу, ушёл в сторону кухни. Сайно встал, да рост не преобладает, но изворотливости ему хватит. — Аль-Хайтам, не трогай его сейчас. Да пьян, да накричал на тебя, но не просто же так? Для этого у него есть личные причины, про которые мы не знаем, но знаете вы. Советую вам самим разобраться с вашими проблемами, а не выяснять всё прилюдно. Ладно мы, но это не первая ваша такая ссора, которую видели и другие люди… — Глаз Бога опасно сверкнул на плече Хайтама зелёным. Кто Сайно такой, чтобы указывать ему что-либо делать по отношению к омеге. Но пока Хайтам решил промолчать, послушать что ещё скажет генерал Махаматра. — Ладно ты не беспокоишься о своём имидже, тебе плевать на это. Что тебе скажут, как посмотрят, что будут говорить дальше, но тебе так же плевать на Кавеха. Тебе всё равно на его эмоциональное состояние, — Голос был спокойным и твёрдым. — А что будет с ним, когда ты продолжишь оставлять его на улице? Когда в Сумеру зима наступит? Он может простудиться, хоть в Мондштат его отправляй, там может его ценить будет сосед или соседи.       Хайтам не выдержал. По дому, в абсолютной тишине, что образовалась после монолога Сайно, послышался громкий шлепок. Хайтам ударил Сайно. Сайно не стал терпеть такого и бросился на учёного, повалив на кресло, с которого вскочил Итэр. Тигнари следил за каждым и слушал крики, когда драка начала набирать обороты и альфы уже призвали свои оружия, прижимая их к горлам друг друга, он спохватился и оттянул Махаматру. Итэр же встал между ними, не давая снова кому-то кинуться друг на друга. Из носа Хайтама шла кровь, Сайно его хорошенько так ударил. Сам же Сайно был с разбитой губой и расцветающим синяком на скуле. Кавех же в это время стоял в проходе между кухней и гостинной. Наблюдал, потом подошёл к ним с пустыми глазами. — Сайно, извини за сегодняшнее… Думаю, что вам пора по домам, — Кавех виновато опускает голову, смотря на свои носки. — Рухи, ты не виноват, — Начал Тигнари, — Это виноваты только эти двое, они начали драться, а не ты… Но ты прав, — Фенек вздохнул — Нам пора, Коллеи наверное там волнуется. — Тигнари отпустил альфу, которого держал и подошёл к другу. Крепко обняв его, он прошептал ему на ухо — Если что, ты всегда можешь прийти ко мне, прости за дебош, я так и думал, что Сайно на пьяную голову видеться не надо с Аль-Хайтамом… — Омеги долго обнимались, архитектору стало спокойней.       Итэр, Тигнари, Паймон и Сайно ушли, кто-то попрощавшись с обоими, а кто-то, пальцем указывать не будем, не попрощался совсем и слегка рыкнул, когда за ними закрывали дверь.       Хайтам вернулся вглубь дома, и после нашёл соседа на кухне. Тот сидел за столом, вплетая в свои уже давно растрёпанные волосы, пальцы. Хайтам аккуратно присел за стол, смотря на омегу. — Кавех… — позвал учёный парня. — Что тебе ещё от меня нужно?! Что вы устроили, придурка два! Вчера хотел спокойно с тобой поужинать, сегодня посидеть с друзьями, но всё как обычно, Аль-Хайтам, прям по твоему! — ударив кулаком по столу, Кавех вскочил из-за стола и топая ушёл в комнату, больше не проронив и слова. Учёный проводил его взглядом, тяжело вздыхая. Как же трудно с этим омегой.

***

      С того дня прошло почти две недели. Кавех всё это время соседа избегал, как мог. Вечером, когда тот должен прийти с Академии, омега больше не ждёт у окна, вздыхая, а сразу закрывается в комнате. Аль-Хайтама дома встречает тишина. Уже который день он ужинает в тишине и одиночестве. Эта тишина давила на него и угнетала. Он иногда порывался зайти в комнату омеги, узнать как у того дела, не умер ли там, ест ли вообще. Но у него не хватало сил открыть дверь. Его мучала совесть, за произошедшее, за то что Сайно сказал правду. — Аль-чертов-Хайтам, хватит мучиться, и мучить других! — Вздыхает учёный, ударившись головой об стол, чтобы голова начала работать. — Надо будет поговорить с ним, обязательно. Откладывать нельзя, иначе будет поздно. — Сделал он заключение и стал медленно складываться, чтобы отправиться домой.       Выходя из академии, учёный остановился на пару минут, смотря на постепенно опускающийся огромный жёлтый шар, сквозь ресницы. Махнув головой, он пошёл прямиком домой, довольно широким шагом, чтобы успеть, вдруг Кавех решил выпить, поэтому и ускакал в какой-либо паб неподалёку.       Аль-Хайтам быстро оказался у двери, ища ключи по карманам. Для уверенности дёрнул ручку, дверь оказалась открытой. Тихо шагнув внутрь, он услышал тихое пение, доносившееся с кухни. Кавех решил приготовить ужин? На них двоих? Или только для себя? Хайтама мучал этот вопрос, пока он разувался и снимал накидку. Всё это время он был с лицом, будто к нему приложили утюг и провели пару раз. Тихо и аккуратно учёный двинулся в сторону кухни. Уперевшись плечом в косяк, он стал наблюдать за тем как омега плавно и грациозно двигается, напевая одну из песен Ли Юэ. Звучит она в его исполнении интересно и приятно для слуха. Если кратко: уши радуются. Взгляд альфы цепляется за подтянутые бёдра в обтягивающих брюках. Взгляд поднимается выше, по участку спины, виднеющейся из-под выреза на блузе. Дальше взгляд цепляется за белокурые волосы, что были разбросаны небрежно на плечах, а после он встречается с рубинами, смотрящих на него в упор. Хайтам не сразу понял, что началась игра в гляделки, пока Кавех не решил прервать образовавшуюся тишину: — Хм, удивительно, что его просветлённость, решил прийти домой, — Кавех глянул на часы — даже раньше, чем следует, а что больше удивляет меня, так это то, что ты пришёл не заполночь… — Хайтам в ответ на это прочистил горло. — Кави. Я. — учёный отвёл взгляд, после вернул его на омегу. — Я хочу с тобой поговорить. — И о чём же? — Взгляд архитектора был настолько незаинтересованным, что Хайтаму перехотелось говорить о чём-либо. — О нас. — Коротко и ясно. В стиле Аль-Хайтама.