Раз он на этих блиц-свиданиях педиком стал, можно и продолжать

— Острый пескарь лучше всего идёт под осетру, — пережевывая фаршированный перец, произнесла рыжая девушка, сидя напротив Ильи и пытаясь затолкнуть в себя побольше бесплатной еды. — Как думаешь, Ильяс? — Я Илья. — раздраженно произнёс «Илья». Лицо волей-неволей, но скривилось. — Лицо попроще сделай. — прозвучало сбоку. Это взбесило еще больше. Зло ощетинившись, Мазеллов схватил рыбу с тарелки и кинул в парня, что сидел за другим столиком. — Охуевший?! Как же это все Корякова бесило — невероятно! Как он вообще попал на эти блиц-свидания? Всё просто.       Его подруга Северина Белякова была человеком до крайности надоедливым и до абсурда надоедливым. Каждый день пилила его своим этим: Илья! Тебе нужна девушка! Тебе нужно освежиться! Тебе нужно выйти из дома! Тебе нужно передохнуть! А её излюбленным было: — Ильюх, скоро вообще в карамору с этаким образом жизни превратишься! Давай вставай. И почему именно карамора? Кара­мо­ра — это в украинском языке и в южнорусских диалектах странный, слабый, непомерно большой комар с длинными ногами. Хрен поймёшь, почему она так его называет. Вроде не летает.       Про блиц-свидания эти сам Коряков знал очень мало. Только то, что на них знакомятся. Сидят, общаются три минуты, а затем встают и пересаживаются на соседний столик. Знакомятся с девушками, номерами обмениваются. Короче говоря — найди свою любовь. Илье эта самая любовь нахер не сдалась! Вот если бы не Северина…       В свободный субботний вечер подруга за уши притащила его в это помещение и заставила знакомиться. Сама же села за соседний столик и стала, дрянь, наблюдать.       Первая девушка — локоны молочные, длинные, глаза карие, ему понравилась. Он с ней даже поговорить мило успел, пока не закончилось время.       Из-за следующей девушки он выпал в осадок. — Гайка?!       Это была его бывшая одноклассница, Гаечка Тм, по прозвищу Дакуданова. Раньше, конечно, просто Даша Куданова, так их школьную кошку прозвали. Почему Гаечка была похожа на кошку? Да орала она не в себя. — Че как поживаешь, Дах? — с улыбкой произнёс он, разглядывая её. Прикид изменился в лучшую сторону. Если раньше Гаечка одевалась в какие-то каблуки, короткие платья и юбки с топами, то теперь на ней была школьная форма с красными рукавами, брекеты на зубах и очки на носу. А также два милых длинных хвостика. Илюхе её прикид понравился. — Да вот, контрабандой травки занимаюсь. — А-а, — со шкодливой улыбкой участливого понимания и действенного принимания произнёс Маз, почесав подбородок. — Как ты и мечтала. — Да, — заулыбалась Дакуданова. — травки не хочешь? Быстренько обменявшись номерами, ребята расселись за разные столики.       Следующая «девушка» заставила парня нахмуриться. Да это и не девушка вовсе была, а какой-то рыжий чувак в полицейской форме. — Эм, вы ничего не перепутали? Рыжий скептически сузил глаза. — Эй, ты, парень, тут вообще-то расследование ведётся. Недавно на этих блиц-свиданиях человека с помощью маргариты убили. Так что не советую её пить. Иначе будет новый труп. Коряков резко побелел, но решил сохранять лицо. Хули этот гад так с ним разговаривает? — Или вы просто хотите закадрить мальчика? Верно? — Пф, сдался ты мне. Я старший лейтенант Данила Кашин, при исполнении, не гей. А ты че тут забыл то? Судя по волосам твоим синим, точно не девушку пришёл оприходовать. — Кашин очень многозначительно показал на чужую причёску. Коряков возмущённо накрыл голову руками. — Эй! Думай, что говоришь! — Имя, фамилию. Где были двадцать восьмого июня в девять вечера этого года? — Илья Коряков. Отдыхал дома со своей подругой, она после меня идёт, можете спросить. И вообще, какое право вы имеете меня допрашивать? Я что, преступник какой-то?! Я вообще в первый раз здесь!       Кашин открыл рот, но тут прозвучал голос, извещающий, что три минуты прошло. Мент ткнул в парня пальцем. — Потом договорим. Я слежу за тобой. — Иди! Не занимай места девушек, блять! Надо было вдогонку ещё пару ласковых сказать, — уже тише пробормотал Мазеллов. Вот же попал, нахуй.       После Дани ничего криминального не было. Была, правда, одна девушка, которая три минуты молчала. По истечении времени и словарного запаса Корякова она успешно ретировалась, что означало ненужность его раскрытого рта.       Следующая привела его в банальный ахуй. — Ника? Соколова? Хули ты тут делаешь?! — Это ты че тут делаешь?! — громко вопросила Соколова. Это была его бывшая девушка по прозвищу Катана, потому что резала она словами резко. — Синеголовый пидор. — Ника, потише, — он попытался закрыть ей рот рукой, но та её укусила. — Ай! Совсем чокнутая? — Что там происходит?! — закричал откуда-то издалека Данила Кашин, махая в их сторону бокалом. — Илья, вы снова буяните?! — Это я когда такое делал? — возмущённо просипел Маз, отшатываясь назад. Глаза его пылали гневным огнём. Казалось, он вот-вот набросится на Даню. — А?! — А вот прямо сейчас! Протокол написать?       Илья устало вздохнул. Он посмотрел на соседний столик и заметил симпатичную девушку, что ела рыбу руками. Она выглядела весёлой. Может быть с ней познакомиться? Но девушка оказалась какой-то чудной. Вечно называла его Ильясом!       Вот так мы и подошли к моменту вначале. Рыба попала Данилу прямо на голову. Рыжие волосы тут же испачкались. Лейтенант был явно разозлен, и не на шутку. Северина выпученными глазами пялила сбоку на то, как Даня подошёл к Мазеллову и резко запихал ему рыбу в рот. Тот поперхнулся и схватил парня за руку. Но не удержался и они оба упали.       Не разлепляя глаза, Данила с шоком почувствовал, как его губы накрыли чужие, со вкусом рыбы. Мерзость. Такие тёплые, брр. Илья с отвращением хотел подняться, но понял, что нужно проучить нерадивого. Поэтому его язык тут же полез в рот мента. Уф. Это было гадко. На зло рыжий куснул его язык зубами. Коряков резко подскочил и плюнул. Кровь. — Ты ебанутый?! Кашин тоже вскочил. — Ти трахнувся! Чому чорт мене цілуєш?! — Щоб було неповадно, идіот! — Оскорбление полицейского при исполнении? — лейтенант ткнул в подбородок собеседника пальцем, словно дубинкой, и пригрозил. Илья же прикусил губу. Вот блять. Пидорасом стал. Ну как так то? За что? Ещё и с ментом… ничего хуже быть не может! — Простите его! — резко к парням подлетела Белякова, спешно отпихивая Илью. — Он случайно! — Он также и в школе, — голос подала Гайка по кличке Даша. — Случайно. У него и дети так появятся. Потому что не вытащил случайно! — И мать твою выебал случайно! — зло прикрикнула Катана. — Так вы чужих мам любите оприходовать? — сощурив глаза, спросил Данила.       Илья улыбнулся. Улыбка была хитрой — вот же восхитительный мерзавец! Точно же скрывает внутри себя тысячи секретов, так ещё и тебя в них вовлекает. И целуется он не мерзко, а сексуально. Доказано современными учёными. В будущем.       Коряков подошёл к парню ближе, и показал Нике знак молчать. Та резко умолкла и прекратила бесконечную речь. Он наклонил голову набок и провел по тёмной форме парня. — А что, арестуете меня? — а че уже терять? Раз он на этих блиц-свиданиях педиком стал, можно и продолжать. Даня сглотнул и кивнул. — Проследуйте в мою машину.

***

      На заднем сиденье ментовской машины было довольно удобно дрочить. Илья, конечно, был полностью одетым, и никто его не удовлетворял, но было довольно прикольно дрочить какому-то левому. Ну симпа, и хватит. Даня блаженно вздохнул, когда кулак спустился вниз и вновь сжал головку, откинул голову, когда парниш поцеловал его в области шеи.       Единственное, что им мешало, это группа поддержки, что мешала, бегая вокруг и крича разные фразы. — Давай, Илья! — голосила Северина не своим голосом. — Отдрочи ему! — А я думаю, Илья сосать горазд. — просипела танцующая под трек Милохина Соколова. — Заткнись, Соколова, — выплюнул Коряков, дроча Данилу как можно быстрее. Громкий хлюпающий звук смущал до жути. А Данька стонал. — Да! Мхм, сильнее! Отдрочи мне, сука! — Давай, Ильяс! — хлопнула в ладоши девушка с рыбой, сидящая на переднем сиденье и снимающая процесс на камеру.       Но вдруг, когда она хотела повернуться, случайно нажала на педаль. Машина резко газанула и поехала, подкидывая парней. Те закричали разом: сперма брызнула и залила глаза Мазеллову, отчего тот не мог ничего видеть. Кашин блаженно упал в обморок. — А! АААААААААААААААААААААААААА, ЧТО МНЕ ДЕЕЕЕЕЕЛААААААААТЬ, ЕКАТАНАБЛ*ЯТЬ Е***Ь, Б***Ь Н***Й! С*КА! — СУКА ЭТО СОБАКА! — заголосил или заверещал Ильяс. — За дорогой следи! — Я не вмію їздити! — А що?! Я також! А що ти збираєшся робити?! Данил! Эй, Данил, просыпайся, у нас беда! — Данила я.       Произнёся это, рыжий тут же вырубился. Рыба и Ильяс стали голосить, как не в себя: парень переполз к девушке, обнял её и они закричали от страха, несясь на всю скорость в стену. — Всё! Это конец! — со слезами в глазах пробормотал Коряк. — А я ведь такой молодой! Я уже с этим Данилам и свадьбу в голове продумал, и как мы детей заведём… и тут это! За что мне это, а, осетрина? — Меня Мирослава зовут, насправді. А я хотела в море поплавать… рыбу поймать… золотую. Желание бы загадала? — А какое у тебя желание? — с отчаянием в голосе спросил Маз. Девушка тяжело вздохнула. — Хочу чтобы Галат опять в версус баттлы вернулся. Илья одубело открыл рот, переваривать инфу. Но ничего не понял.       Внезапно машину тряхнуло. Открыв глаза, ребята заметили, что машина остановилась. Оказывается, они не врезались в стену! Машину своей супер-пупер ботановской силой остановила Дакуданова, потому что ботаны — сила! Это самые сильные люди на свете, запомните!       Кашин, Коряков и Карабайрадовардовна Мирослава Еленина с радостью выскочили из машины и счастливо стали тискать в объятиях свою спасительницу. Даня потом ей ещё и награду всучил, за спасение граждан.

***

      Через год Илья и Даня отметили дату знакомства смачным минетом в полицейском участке. Всё-таки хороши они — блиц-свидания. Северина стала предпринимателем и начала рекламировать Гайку Тм на сайте моделей-строителей. Катана сменила пол и стала Катаной. А Мирослава поймала золотую рыбку, вернула Галата в версус баттлы, и стала производить на ней копии таких же. И неплохо с этого зарабатывала. — Но я слежу за тобой, Илья! — сидя в ногах парня, произнёс полицейский, ластясь к чужой руке. Тот наклонился, поцеловал парня в макушку, и произнёс: — Да пошёл ты нахуй, мент. — Сам пошёл.