Тебе никто не поверит

Эндрю раздражали такие вечера. Пиво, снеки и кино были терпимы, и даже в какой-то мере приятны. Но компания и их неумение заткнуться невероятно бесили. Конечно, Нил всегда оставлял ему право выбора и никогда не заставлял идти с ним. Но позволить Джостену идти одному, значит оставить его на растерзание тупой блондинке и идиоту-Ники. Кажется, Эндрю преступно давно не вынимал из повязок свои ножи, если эти ублюдки позволяют себе чесать языками. «Это», как они называют то, о чем не имеют никакого понятия, по прежнему ничто. Эндрю дал себе слово, что больше никогда и ни к кому не станет привязываться. Тем более, к такому идиоту, как Джостен, у которого даже сейчас на спине остается огромная мишень. Почему-то уёбки решили, что раз Нил рассказал им правду о своем прошлом, то теперь будет охотно делиться всем, что с ним происходит. Кажется, Элисон действительно надеется услышать пару историй с рейтингом nc-17 и уклоном в БДСМ. А у Ники и вовсе сносит башню и рвет на части фантазию. Это невообразимо бесит. Заботливые мамочка и папочка напротив всякий раз так придирчиво оглядывают Нила на предмет повреждений, что не остается сомнений в том, что едва на теле рыжего появится синяк, не связанный с экси, они побегут заявлять в полицию о домашнем насилии. Дэн уверена, что от такого монстра, как Миньярд можно ждать только жестокости, а ее ублюдочный взгляд и поджатые губы невероятно раздражают. Еще один человек, явно недовольный их присутствием, это Аарон. Разумеется, потому что сегодня он пришел со своим кудрявым придатком. Глупая черлидерша не скрывает ужаса в своих глазах, словно Эндрю прямо сейчас вынет нож и броском отправит его прямо в глаз чертовой дуре. Не то чтобы его не посещало такое желание, но вряд ли рыжему хочется в ближайшие годы смотреть на кровь. Единственный человек в этой компании, который искренне рад их присутствию и не собирается устраивать допрос, это Рене. Тепло улыбнувшись Эндрю, она кивает и снова отвлекается на свой телефон. В этом году она ведет активную переписку с представителем корпуса мира. Джейна делится историями из своих многочисленных поездок, и Рене проявляет к этому неподдельный интерес. — О, вы все-таки пришли! Нил, на тебе что, толстовка Эндрю? Боже, вы такие милые! Садитесь скорее. Я хочу посмотреть «Дневник памяти», но Аарон совершенно не хочет меня поддержать. Вы то точно будете за, там же все так романтично! Эндрю молча плюхнулся в свободное кресло, одарив кузена апатичным взглядом. — Нииил! Ну поддержи меня! Дэн, Мэтт, вы точно должны быть за! Там же гетеро-любовь и все такое, говорю вам, это отличный выбор. — Ники, замолчи хоть на секунду, ты буквально не даешь нам мыслить, — устало протянула Дэн. — Кэтти, ну ты-то точно за? Да? — Ники обернулся за поддержкой к подруге Аарона. Кейтлин, которая все еще вжималась в своего парня, увидев в комнате Эндрю, бросила испуганный взгляд на Аарона. Он взамен с раздражением посмотрел на своего близнеца и сжал ладонь своей подруги, полностью игнорируя приставания кузена. — Ну хватит вам ломаться, — продолжал стонать Ники. — Боже, включите то, что его заткнет и покончим с этим! — протянул Кевин, делая щедрый глоток пива из бутылки. Вряд ли он вообще понимал, в чем был смысл, так как кино было далеко от мира экси, а значит совершенно не волновало нападающего. Через несколько минут фильм был включен, а команда обеспечена пивом, чипсами и попкорном для просмотра. Эндрю было скучно. Затянутый сюжет, перенасыщенный глупой романтикой может понравится только десятилетним девочкам и Ники, едва сдерживающему слезы. Аарон зеркалил его собственное, безразличное выражение лица, Дэн и Мэтт тихо перешептывались, больше увлеченные друг другом, чем фильмом. Эллисон и Рене большую часть киносеанса залипали в своих гаджетах. Стеклянные глаза Кевина явственно говорили о том, что его крошечный мозг придумывает очередную связку для новичков, вместо того, чтобы осмысливать происходящее на экране. Единственный, чье выражение лица Эндрю не видел, был Нил, сидящий на полу возле его ног. Конечно, можно было чуть наклониться вперед, запустить в рыжие кудри пальцы и потянуть на себя его дурацкую голову, чтобы узнать по взгляду, о чем думает это недоразумение, но это явно не останется без внимания Ники и остальных. А Миньярду ужасно хотелось, чтобы фильм закончился поскорее. В середине фильма, когда актеры, усиленно изображавшие подростков, должны были переспать, Нил как-то странно усмехнулся, что не ускользнуло от Эндрю. Поставив мысленно галочку, он решил позже спросить, что его так впечатлило в этой сцене. Спустя два часа, когда пытка командным киносеансом закончилась, и парни смогли подняться на крышу за порцией никотина, Миньярд осуществил свой план. — Что тебя так рассмешило? — Что ты имеешь ввиду? — удивленно спросил Нил. — Та сцена из друцкого кино, где они собирались переспать. Почему она развеселила тебя? — Не то чтобы развеселила. Просто напомнила кое-что. Кажется, у меня было нечто похожее. Правда, мы не планировали заходить так далеко, скорее это были просто невинные эксперименты. Однако матери, застукавшей меня за поцелуем с той девчонкой, это очень сильно не понравилось. Мы уехали из города той же ночью, а синяки с моих ребер не сходили еще пару недель. — Мать ударила тебя за то, что ты целовался с девушкой? — Миньярд почувствовал, как его голос наполняется металлом. — Ага. В первый раз я еще легко отделался. Во второй раз было хуже. Поцелуи явно не стоили того. Нил замолк, затягиваясь сигаретным дымом. В его голове звенел голос Мэри, когда она заметила у сына типичное для подростка утреннее состояние организма. «Увижу еще раз, и я отрежу эту штуку к чертям. Мы не сдохнем из-за того, что тебе не терпится запихнуть в кого-то свой конец!» — Наверно, меня развесило то, что сейчас я с одной стороны вроде как нарушаю все мамины правила. А с другой… Мне было запрещено приближаться к женщинам. Про мужчин мама никогда ничего не говорила, — усмехнулся рыжий, бросая лукавый взгляд на губы Эндрю. — Да или… — Не сейчас, — процедил Эндрю. Это не было отказом, просто ему нужно было унять дрожь в руках и желание воскресить Мэри Хэтворт, только зачем, чтобы снова убить своими руками. — Эй, — позвал Нил, помахав рукой перед лицом блондина, — я не страдаю от этого, поверь. — Откуда тебе знать? Может быть, стоило довести эксперименты до конца, чтобы быть уверенным? — Я не хочу целовать девушек. И других парней тоже. Когда я говорю, что ты просто исключение, я не вру тебе. Рене сказала, что это называется демисексуал, хотя мне по большому счету все равно. Просто есть ты и все. Щелчок зажигалки и загораются еще два уголька сигарет. Парни молча наполняют легкие дымом в течение нескольких минут, прежде чем Нил задает вопрос. — Сыграем? — Сейчас не твой ход. — Знаю. Но у тебя будет два вопроса в запасе. — Это так не работает. — Тогда можем просто поговорить, без игры в правду. Ты ведь и так не станешь врать. — Лжец из нас двоих ты. — Тебе я больше не вру, — улыбнулся Нил. — Я хотел спросить, был ли у тебя какой-то опыт с девушками? Эндрю скосил взгляд на лицо Нила, но тот упорно вглядывался в горизонт, игнорируя зрительный контакт. Миньярд по старой привычке потянулся пальцами к губам, словно надеялся сдержать себя. Но это было ни к чему. Он и так может промолчать, если хочет. Нил не станет пытать его. — В интернате была одна сука с сексуальным растройством. Ее изнасиловал отчим, и она пыталась компенсировать это активной половой жизнью. Все парни прошли через нее. Нил кивнул, словно понимал, о чем речь. — Меня она не интересовала, однако в ее глазах мое равнодушие было чем-то вроде прелюдии. Трое подружек помогали меня держать, пока она «делала из меня мужчину», — Эндрю говорил ровным тоном, без лишних эмоций и переживаний. Он знал, что Нил не бросится укачивать его на своей груди, приговаривая «бедняжка», как это наверняка сделал бы Ники. — Только она? — спросил Джостен, все еще не глядя на вратаря. — Позже в средней школе пробовал целовать девчонок. Думал, что что-то поменяется, если это будет мой выбор. Но было все также отвратительно. — Ясно. Сумерки над крышей разбавляли только два уголька от сигарет. Эндрю сжимал в руке зажигалку, и в его голове снова всплывал застарелый страх, что он такой же, как те монстры. Что он тоже заставил Нила быть с ним, и на самом деле тот просто не понимает, что делает и… — Эндрю, нет, — отрезвляющий голос рыжего вырвал его из пучины собственных мыслей. Миньярд повернулся, чтобы посмотреть в лицо нападающего. — Ты не такой, как они. И никогда меня не принуждал. И ты остановишься, если я скажу нет. — Ты не можешь этого знать. Не со своим «всегда да» дерьмом. — Я могу отличить тех, кто представляет для меня угрозу. Забыл? Я бе-гу-нок. Я точно знаю, когда пора прятаться в нору. Так что, если не веришь себе, то поверь мне. Ты никогда не сделаешь мне больно. — Я не собираюсь никому верить, — огрызнулся Эндрю. — Тогда я буду рядом до тех пор, пока ты не поверишь себе. Или пока я не надоем тебе. Эндрю поднялся и направился к выходу, не глядя выбрасывая тлеющий окурок за спину. Все, что говорил ему Джостен вызывало раздражение. И вместе с тем ужасное, пагубное и совершенно неуправляемое желание поверить в его слова.