Зов обрыва

      Находиться на свалке Томаса Карпентера – самого знаменитого посетителя забегаловки «У Деррика», где всеми делами заправлял не то его кузен, не то дядя было равносильно самоубийству, потому что Томас Карпентер чужаков на своей свалке не жаловал, и это относилось не только к крысам и тараканам, но и к людям, особенно к подросткам. В последний раз, когда на свалку захаживали подростки, был украден целый вертолёт (или, его часть, если быть точнее, потому что на свалку привезли лишь кабину с рулём) – я видел вырезку из газеты у отца в журнале, которую он так бережно хранил, будто сам участвовал в этом далёком налёте 1950 года, пусть тогда мой отец и учился в средней школе и не входил в число «популярных» старшеклассников       Но я всё же поддался на искушение, и пошёл вслед за Гарри, наблюдая за тем, как рюкзак на его спине, выкрашенный в цвет хаки, прыгает вверх-вниз каждый раз, как мы натыкались на холмистую местность. А холмистых мест на заброшенной ферме у Холма Висельников было ещё как много       Моя нога несколько раз попала в барсучью нору, и я остановился, пытаясь поправить шнурки и хоть как-то очистить новые кеды - «Конверсы», которые лишь спустя несколько лет будут символом быстротечной юности и неумолимого времени       Гарри сперва не заметил, что я отстал, и поднялся достаточно высоко, чтобы его полная фигура в кожанке дяди и клетчатой рубашке под ней превратилась в чёрно-красное месиво наверху. Для своего телосложения, он было достаточно бойким, но эта бойкость проявлялась крайне редко – в окружении незнакомцев он предпочитал прятаться за кем-то и не высовываться, полностью оправдывая свою фамилию       Я поднял руку вверх, подавая знак       - Долго нам ещё идти?       Сам я был без рюкзака, и умирал от жажды, но так и не решался попросить у Гарри воды по одной просто причине – всегда был риск того, что мы могли заблудиться на свалке старика Карпентера, которой владел ещё его прадед, получивший её в качестве выигрыша в покер ещё в прошлом веке. Мусора там должно было быть чертовски много. И пусть была осень, а дождевую воду никто ещё не отменял, было приятно осознавать, что у Гарри в рюкзаке было полгаллона чистой, холодной питьевой воды       Гарри повернулся в противоположную от солнца сторону       - Ещё немного! Я видел тут более-менее нормальный спуск, но если оступишься, - он долго и протяжно засвистел. – Разобьёшься так, что даже собственная мать не узнает       Мы должны были подняться на холм у заброшенной фермы не то Смитов, не то Джонсонов (помнил лишь только то, что фамилия была простой и распространённой), чтобы рассмотреть обстановку повнимательнее, пусть я и уверял, что в этом никакой необходимости нет – по пятницам Том пропадал в забегаловке и выпивал, потому что его добросердечный родственник устраивал «счастливый час» для алкоголиков, который длился с семи до восьми вечера, когда все напитки подавались совершенно бесплатно, и тогда там было не протолкнуться, а само заведение окружали копы. Если Том не такой тупой, как кажется, он оставит свой старый ржавый грузовичок и пойдёт домой на своих двоих, а это займёт как минимум час даже для трезвого человека       Я тяжело вздохнул, ощущая далёкий сладковатый запах гнили и набухшего от застоявшейся воды дерева, и продолжил восход       Мы должны были вернуться домой до заката, но до него, если верить утреннему прогнозу погоды, оставалось чуть меньше полутора часов

2

      - И сколько «цивиков» по-твоему тут можно найти? – я передал бинокль Гарри, и тот повесил его на шею       - Не знаю. Как минимум один. Па говорил, что видел, как один везли не то на этой неделе, не то на прошлой Гарри был интеллигентным и умным малым, пусть и зачитывал до дыр комиксы про мужиков, носивших трусы поверх нелепых ярких костюмов, а также верил в россказни Эдгара Аллана По, Говарда Лавкрафта и какого-то Стивена Кинга, которого тот откопал совсем недавно в книжном магазине Тампы, но это его «па» всегда действовало мне на нервы, и я даже не мог сказать почему. Слово будто бы никак не подходило всей его натуре, было чуждо       - И ты уверен, что его ещё не распластали? – я впился пальцами в траву и наклонился над обрывом, буквально ощущая, как лечу вниз. – То есть, да, если он новый, то можно было бы продать его по частям, и Том, наверное, уже это сделал – он не будет сидеть на месте, довольствуясь обычной зарплатой       - Мистер Карпентер не понимает в машинах ни черта, и каждый раз ездит в большие города, чтобы починить свой грузовик. Якобы, там живут гении, которые знают получше наших       В этом и был весь Гарри – сама вежливость. Если даже кто-то и плевал в его лицо, он утирал его и обращался по фамилии, разве что голос его становился холоднее. Я видел, как тот восстаёт против других только в шестом классе, когда он только познакомился с Бриттани, и она повздорила с Полом. Правда, тогда это касалось другого человека. Сам Гарри на насмешки предпочитал никак не реагировать       - Знаешь, иногда не нужно быть сомелье, чтобы заявлять о вкусе бухла и не нужно быть гением, чтобы отличить говно от золота       Гарри подошёл ближе и заглянул в заросли жимолости под нами. От них исходил чудовищный запах, и они росли так плотно друг к другу, что вся земля казалась зелёной – без единой проплешины коричневого или чёрного       Поднялся ветер. В Коллбрике часто бывают ветра (возможно, именно поэтому город так и назывался, как нам рассказывал преподаватель по географии с крысиным лицом и водянистыми глазами), но не такие холодные. Будто Флорида резко переросла в Северную Каролину или Вайоминг       - Если упадёшь – крышка. Сразу же, - Гарри положил ладони на колени. – Но я знаю, как можно спуститься, так что советую держаться меня и далеко не уходить       Он совершенно проигнорировал мой вопрос. Ещё одна черта Гарольда Лэмба – когда идеи слишком сильно его захватывали, он не мог и мыслить

3

      После того, как долгий спуск, когда мы, подобно каким-то персонажам из приключенческих фильмов, хватались за толстые корни сорняков и проходили под ветками раскидистых тополей, закончился, мы оказались позади старого фургончика, где старина Том, судя по всему, держал что-то вроде летней кухни. Сквозь запылённые окна и выцветшие занавески, которые когда-то были красными, я видел несколько банок из-под газировки, гигантскую бутылку шерри для готовки и несколько консервов       - Давай поторапливаться, - я дотронулся до плеча Гарри, и тот повернулся. – Крысы любят вылазить по ночам, а я не собираюсь объяснять мистеру Лэмбу, почему это в жопе его сына целое гнездо этих отродий       Гарри медленно улыбнулся       - В таком случае, они могут пожить у тебя, если ты не против, - он подал мне второй фонарик. Такой, какой можно было увидеть на поясе «магазинных копов». – Хотя нет, постой, они просто умрут, как в газовой камере       В ответ я лишь закатил глаза. Не нашёлся, что и ответить       Он открыл рюкзак и вынул на свет полупустые банки с белой и синей краской, какой обычно рисуют граффити. Я и не знал, что они могут быть у Гарри, но тот лишь ответил, что его отец покупает их в соседнем городке оптом, чтобы помечать машины или другие металлические штуки, какие тот находит на территории заброшенных ферм или на свалках. «Вполне удобно». Я не мог представить, как ещё Тимоти Лэмба не арестовали за все его грехи в качестве незаконного проникновения на частную собственность или ещё что-нибудь в этом роде       Возможно, просто потому, что после смерти Уоткинса не осталось хороших, не ленивых и добропорядочных копов, которые не тыкали бы пальцем в небо, пытаясь найти преступника, а проводили бы самое настоящее расследование. Насколько я знал, в штате полиции Коллбринка числился только один детектив, у которого не было передышки от всех вызовов, но все они оборачивались лишь несчастными случаями – ничего необычного. Просто требовалось подтверждение, что смерть произошла именно по случайному стечению обстоятельств, а не была задумана, как в каком-нибудь криминальном фильме Уоткинс       - В таком случае, я просто скажу им идти к Уоткинсу, - я улыбнулся, довольный собой, и облокотился на холодную стену передвижного фургончика       - Чувак, - Гарри вновь водрузил рюкзак на спину и поводил фонариком из стороны в сторону, пытаясь выудить из наступившего мрака хотя бы что-нибудь. Тьма опустилась так внезапно, что я этого и не осознал. Только недавно слабо светило солнце, а в следующее мгновение на голову будто надели мешок или натянули повязку на глаза. Гарри это тоже заметил, но виду не подал. – Несколько раз говорю тебе, что ты не можешь называть кого-то «чудаком» только по одному поведению. К тому же, он молится Будто это что-то бы и решало. Если верить новостям страны, именно священники нередко оказывались «чудаками» и любили маленьких мальчиков. И я не думал, что в будущем Мэнни Уоткинс будет отличаться от них хотя бы на толику - Как скажешь, - я пожал плечами, не видя смысла спорить. Не сейчас, когда мы находились посреди ничего, а мороз пробирал мою кожу. На секунду мне показалось, что по спине побежали мурашки не холода, а страха, и от этого мне стало ещё больше не по себе       А потом я посмотрел на Гарри. Большие голубые глаза, как у оленя в свете фар уставились куда-то позади меня, но тот сразу же перевёл взгляд. Весь его вид излучал невозмутимость, и я немного расслабился. Гарри хоть и сам был своего рода «чудаком», но в его истинном значении, был тем человеком, которому можно было доверять, пусть тот и верил в сверхъестественное, потому что первым делом он всегда задействовал логику. Даже если зачастую ситуация казалась неразрешимой. Если Гарри считал, что нам действительно нужно отправиться на свалку и искать тут, то это означало только одно – он прав, и прав всегда. Жизнь Гарольда Лэмба была похожа на один большой сценарий ситкома, где всё складывается как нельзя кстати, и в квартире появляется аквариум с акулой или ещё какие-то странные вещи, которые стоят кучу денег и созданы специально для того, чтобы добавить комичности ситуации. И это особо хорошо было видно в его прирождённой интуиции. Компас в его голове всегда указывал правильное направление сторон. Любой бы заблудился на неизвестной местности, но только не Гарри. Местами он терялся, пытаясь совладеть с присущей ему паникой, но в следующее же мгновение, как тот успокаивался, его разум прояснялся, и всё вставало на свои места. Некоторые, как, например, его мать, говорили, что все дети, рождённые «в рубашке» обладают некоторыми способностями, но всё это казалось мне бредом сивой кобылы и чем-то таким, что просто не может быть правдой. Особенно когда это касается Гарри, потому что тот не был рождён естественным путём. Про это рассказывала мне его собственная мать почти на каждом его дне рождения, считая это своей обязанностью. Разговоры за спиной Гарри никогда не оставались незамеченными, но он просто игнорировал их. Со временем эта его «способность» начала пропадать, и он сам спихнул это на возраст, потому что по мере того, как ты начинаешь обрастать годами, у тебя становится всё больше проблем и всё меньше времени на то, чтобы анализировать мир вокруг и «предвидеть». Так или иначе, умение предсказывать ситуации у него сохранилось. Удивительный, но не такой уж и редкий. Формально, таким даром может обладать каждый, кто был замкнут в детстве, как Гарри, и проводил время наедине или с миром, наблюдая за всем будто за толстым слоем стекла. Хуже всего было то, что Гарри и до сих пор предпочитал себе маленькую компанию. Целый мир открыт для него, но он предпочитает обороняться невидимым панцирем. Что-то позади нас зашумело. Шипение, похожее на то, как если бы из бойлера или из печки выходил горячий пар. Это не могло быть бойлером – летняя кухня отапливалась дровами, и я видел аккуратную поленницу у входа. Я повернулся на звук       Луч фонарика Гарри метнулся к источнику звука и замер       Ничего. Просто несколько мусорных баков, выглядящих на свалке до смешного странными, учитывая то, что можно было просто открыть окно и вывалить нечистоты наружу, ведь так?       Я сделал шаг вперёд, но тут же остановился       - Возможно, просто еноты, - я попытался выдавить улыбку, наблюдая за тем, как в окнах летней кухни мелькают отблески света       - В таком случае, нам лучше и не приближаться, - Гарри повернулся к бакам спиной и махнул рукой. – Кажется, мы недалеко. Пошли. Не хватало ещё заразиться бешенством       - Мы и так бешенные, Гарри, раз заявились сюда без приглашения. Если Том увидит нас, поймает и сожжёт живьём со всеми этими твоими крысами и енотами       - Поэтому я и взял тебя с собой       - Как мило, Гарри, - я попытался выдавить улыбку, пусть и гусиная кожа с рук не пропала. Никогда ещё в своей жизни я не ощущал чего-то подобного. Будто окатили холодной водой. Сердце учащённо билось между ключицами       Со стороны мусорных баков раздался ещё какой-то шум, но я был точно уверен, что это были не еноты и даже не опоссумы – такой странный звук, похожий на механический скрежет, не может издавать ни одно животное       Я прибавил шагу, обгоняя Гарри, оставив его позади

4

      Мы остановились у покорёженного цивика с номерным знаком из далёкой Калифорнии. Руль отсутствовал, а на капоте, на том самом месте, где когда-то была ярко-жёлтая краска, осталась лишь проплешина ржавчины, на которой горделиво восседала местная крыса. Всё-таки, как бы Том не старался, ему не удавалось до конца избавиться от этих уродцев. Крыса держала в лапах не то кусок мяса, не то ошмётку обивки, и с аппетитом поедала его       - Как насчёт того, чтобы спросить разрешения у хозяина, Гарри? – я улыбнулся и ткнул в сторону крысы Гарри посветил в её сторону, намереваясь спугнуть, но та так и осталась на месте. Я выхватил из руки Гарри баллончик краски       - Сделаю сам       Крыса не сдвинулась даже тогда, когда я приблизился к цивику и с хлопком откинул крышку баллончика       - Просто следи, чтобы она меня не сожрала, окей?       - Не волнуйся, я позабочусь, чтобы твои похороны провёл Уоткинс       Это меня ничуть не успокоило, но всё же я нажал на кнопку баллончика, ожидая чего угодно – от броска бешенной крысы мне в лицо до того, что тачка попросту взорвётся. Из баллончика брызнуло несколько прозрачных струй, внутри что-то захрипело и замолкло       - Чёрт возьми, Гарри! Когда ты проверял эти баллончики?       Гарри нахмурился       - Только сегодня утром. У па вечно валяются использованные, может я и прихватил       Я тяжело вздохнул. Когда обернулся, увидел, что крысы уже нет, а кусок обивки лежит на капоте, будто крысу что-то спугнуло. Они никогда не оставляют свою добычу позади       По спине вверх, от самого кобчика до того места, где заканчивается рост волос, пронёсся табун мурашек, и я поёжился. Такое чувство ощущаешь только в те моменты, когда заходишь в реку жарким летним днём       Но всё же любопытство одержало верх, и я приблизился к машине. Возможно, внутри, на сидениях или внутри них, если крысы прогрызли даже обивку, будет несколько крысиных гнёзд, и их любопытные морды высунутся, когда я посвечу фонариком. Возможно, салон не будет представлять из себя ничего интересного – только старые сиденья, покрытые толстым слоем пыли и мусора. Может, в бардачке будет валяться несколько затерявшихся монет, отсыревшие сигареты или старая газета, пожелтевшая от времени и топорщившаяся от влаги Изнутри на меня глянуло лицо, и я отпрянул, не до конца понимая, что оно принадлежало мне. Сегодня я чувствовал себя полнейшим идиотом Внутри всё осталось на месте, кроме радио, но этого следовало ожидать – в Коллбринке, а особенно в этом районе, было полно молодых придурков, наповал смотрящих поздние новости по телевизору или шоу про преступников и пытающихся проделать что-нибудь из репертуара малолетних бандитов. Рычаг переключения скоростей и сама коробка, казалось, были на месте       - А мы можем просто отогнать её? – я постучал кулаком по боку тачки. – Ну, знаешь, просто прицепить её и укатить, ничего и никому не объясняя       Гарри удивлённо посмотрел на меня, будто мы пытались похитить президента или обнародовать существование НЛО       - Нет. Па должен договориться с мистером Карпентером. Пока ещё не всё решено, и если мы просто так заберём машину, то он может подать на нас в суд       - Кому вообще нужна эта рухлядь? – я закатил глаза и облокотился на машину. Моя спина коснулась холодного окна. – Кроме твоего отца, разумеется, но я прекрасно понимаю зачем она ему, но зачем она нужна Тому?       Гарри пожал плечами       - Может, что-то связано с государственным контролем или ещё чем-то таким       Я оглянулся по сторонам. Может, я смог бы использовать что-нибудь из этого в качестве буксировочного троса. Холодильники с дверями – гробницы для маленьких детей, решивших поиграть в прятки, скрывающиеся под личиной обычной бытовой техники; микроволновые печи, какие-то металлические детали и длинная жестяная труба, торчащая из хлама       - Ага, конечно, - я сложил руки на груди. Теперь только спина и ноги поддерживали меня. – Или Том просто старый умалишённый старик, который не может совладать со своими мозгами и поэтому набивает свою территорию всяким хламом, и живёт, как чёртов опоссум, надеясь, что его никто никогда не найдёт и не потревожит       Гарри улыбнулся. Доброй улыбкой. У Гарри в репертуаре и не было других улыбок       - Знаешь, тебе надо бы пойти мозгоправом       Он опустил рюкзак на землю, отыскав более-менее чистое место, и вновь открыл его, но на этот раз уже другое отделение – то, где, как я знал, у него хранилось несколько листов чистой писчей бумаги про запас и карандаш       - Ты что, собираешься рисовать карту?       - И ещё одно верное попадание от Нейтана Фейта, дорогие друзья! – он сел на корточки и переложил рюкзак на колени для опоры во время письма       - Мы не так уж и далеко отошли от фургона, - я кивнул в ту сторону, откуда, как мне казалось, мы пришли       По крайней мере, мне казалось, что я помнил, поскольку там, по другую сторону свалки, горел слабый желтоватый свет. Наверно, Том просто оставил себе хоть какой-то указатель, чтобы вернуться обратно домой и не расквасить по пути своё рыло       - Тебе нужно быть мозгоправом хотя бы потому, что парить мозги ты умеешь знатно, - Гарри высунул кончик языка. Ещё одна привычка, из-за которой Пол в средней школе, ещё до того, как мы начали общаться, несколько лет подряд называл его «псом» и требовал принести ему вещи или ещё что-нибудь в этом роде. Типичные глупые попытки детей из средней школы получить немного лучей славы       - Только не напоминай мне об этом, - я закрыл глаза, чувствуя солоноватый запах. Мы были близко к берегу. Приятный бриз смешивался с запахом гнилой капусты и ржавчины, создавая неповторимый аромат, который и характеризовал Коллбринк. – Мне итак твердят, что я обязательно должен сдать экзамен в какой-нибудь медицинский университет, потому что только так можно чего-то добиться       Я открыл глаза и вновь посмотрел в сторону огонька. Он будто бы стал слабее, но, скорее всего, мне просто казалось. Луны не было, а холодного света далёких звёзд не хватало, чтобы осветить свалку полностью. В сумбурных всполохах света завалы грязи и старых машин казались спящими великанами, людоедами Темноты я боялся так, как её не боится даже маленький ребёнок. Не хотел признаваться в этом самому себе, но каждый раз, как в доме отключался свет, моё сердце на мгновение падало в желудок, прежде чем начинало биться с утроенной скоростью. Стыдно это – бояться темноты в таком возрасте, когда ты уже имеешь все права водить машину и жениться       - Почему бы и нет, - Гарри закончил с картой. Я молча протянул руку, и он отдал её мне. Всего лишь длинный прямоугольник, обозначавший фургончик, несколько знаков, как воткнутая в землю труба, кабина грузовика, дыра в земле, доверху набитая лысыми шинами. – Во всяком случае, можем поступить вместе, если ты всё ещё планируешь переезжать на север. Учиться в одном корпусе не будем, что логично, но можем попросить одну комнату в дормитории       Дормиторий… Такое нелепое и по-смешному старое слово. Я сложил листок бумаги и положил его в нагрудный карман       - Как скажешь… Но на мозгопра… - буква переросла в крик, когда позади меня что-то с ударом врезалось в закрытое окно       Я отскочил. Фонарик упал на землю и закатился под днище цивика, сначала ослепив нас, а потом выхватив куски гравия под днищем. По стеклу что-то заскрипело, и Гарри рывком поднял фонарик       Там, освещаемая ярким светом, билась крыса. Изо рта текла кроваво-красная пена, шерсть на загривке вздыбилась. Она билась и билась в окно, как заключённый в тщетной попытке освободиться бьётся о прутья камеры       - Пошли, - я схватил Гарри за предплечье, но тот даже и не шелохнулся, поражённый. – Гарри! Гарри, твою мать! ПОШЛИ!       Он медленно повернулся ко мне, и последним, что я помнил, был его испуг: широко раскрытый рот, подрагивающие в глазах зрачки       А затем я побежал. Побежал, слыша, как Гарри бежит за мной, как его рюкзак ударяет по спине. Помню, что упал, а потом что-то дотронулось до моей ноги. Всё тело пронзила резкая боль. Звуки, похожие на лай и рычание. Бешеные псы. Это были бешеные псы