Ты мое счастье, без сомнения!

Экстра никоим образом не касается сюжета, так это вам небольшой подарок в честь праздника нечисти :) ЭКСТРА - Стас? – я поднимаю голову, услышав веселый голос матери. Она стоит в дверном проеме, за ней виднеются весело хохочущие подруги. Как девочка прям расцвела! Что делает с людьми слово «праздник»? И ведь неважно, какой… Не успел я что-либо ответить, как сзади тетя Маша выкрикнула: - Конфеты или жизнь? Я с недоумением посмотрел в их сторону. Мама в наряде очаровательной ведьмочки стояла и улыбалась. Взрослые, а туда же! - Стась, мы сейчас уходим гулять, нас пригласили, а ты бы тоже куда сходил, не сиди дома, - проинформировала и проинструктировала меня мать. - Хорошо, - я улыбнулся ей, чтобы она со спокойной совестью могла идти гулять. - Тогда, веселого тебе Хэллоуина, - мама улыбнулась и, развернувшись, пошла к выходу. Подружки следовали за ней, «тихо» переговариваясь между собой. Вскоре тишина заполнила квартиру, лишь напоследок выдав последний звук – хлопок двери. Я выдохнул и лег на кровать. Настроения не было с самого утра. Да и откуда ему взяться? Мне не с кем было отмечать эту дату, да и желания не было праздновать. Я перевернулся на кровати и, подперев кулаками голову, стал рассматривать звезды. Все-таки осень уже, темнеет раньше. Свет я не включал, шторы не закрывал. Полежав так минут десять, понял, что впадаю в хандру. Нет, это мне совсем не нужно! Я встал и включил компьютер - тот тихо загудел, включаясь, и вскоре с рабочего стола на меня смотрели красные глаза и острые клыки моего любимого вампира Лестата. Арт незнакомого автора навсегда покорил мое сердце. Я клацнул на плеер и, нажав «Play», вернулся на кровать. Так было не так тоскливо, что ли… В мыслях всплыли мамины слова… …ты бы тоже куда сходил, не сиди дома… Схожу, заодно проветрюсь. Я встал с кровати и, подойдя к шкафу, достал оттуда черные джинсы и гольфы голубого цвета. Переодевшись, я взглянул на телефон лежащий возле компа - не буду брать, мама все равно гуляет. Я выключил комп и вышел из комнаты. Включил свет в коридоре и, обув кеды, снял с вешалки черное пальто. Пока одевал его, несколько раз посмотрел на шарф, но потом решил, что он мне не нужен. Все же на улице лишь прохладно, да и гольф с горлом. Я снял ключи с гвоздика и засунул их в карман пальто, взял немного денег. Покинув квартиру и закрыв дверь, я посмотрел в сторону лифта, но спустился все же по ступенькам. Когда вышел, улица встретила меня шумным гомоном молодежи; у кое-кого в руках были тыквы с горящими свечами. Зачем они им, если они и так везде, я не понимал. Я вообще думаю, что этот праздник придумал кто-то умный, как беспалевный способ показать свою настоящую сущность. Я прошел немного, но понял, что к центру идти смысла нет - слишком много людей и чересчур шумно. Поэтому я свернул в сторону заброшенного здания. Огромное красивое здание, построенное где-то в 17 веке. Я не знаю, почему его не снесли. Но я благодарен тем людям, которые не дали его разрушить. От здания веяло ветхостью, знанием. Я и раньше приходил сюда. Но только ни разу ночью, а зря. Я вздохнул - в здание идти тоже смысла нет. Телефон я не взял, нечем даже подсветить, поэтому только подошел к нему поближе и сел на огромном камне. Сюда редко кто приходил. Считали, что место проклято. Но я не обращал на это никакого внимания. А может, и зря, потому что вдруг услышал чей-то крик, донесшийся именно из здания. - Помогитее! Крик был полон отчаяния и мольбы. Я вскочил и стал вглядываться в здание. Может, кто-то вошел и упал, или что-то обвалилось, поскольку здание все-таки ветхое. Крик повторился снова, и я кинулся на внутрь, не думая, что это может быть опасно. Там человек молил о помощи, как я мог спокойно сидеть дальше или равнодушно уйти отсюда? Как только я вошел в здание, то понял, что не один. Глаза цвета крови смотрели на меня, а холодное дыхание касалось кожи. - Кто вы? - Твоя судьба, - молвило это существо. Я не пытался от него убежать, даже мысли такой не мелькнуло в моей голове. Я знал, что мне нечего бояться, ибо оно не причинит мне вреда. Я смотрел в эти глаза и понимал, что лишаюсь своей воли, мои мысли куда-то медленно утекают. Оно подошло ко мне … мгновение… и сладостный стон вырывается из моей груди, когда острые клыки прокусывают мою кожу. Я слышу, как оно сладостно стонет, глотая мою кровь. - Я рад, что тебе нравится, - шепчу я и проваливаюсь в темноту… Придя в себя, первое, что я чувствую - как прохладный воздух касается моего оголенного тела. Мои руки заведены наверх и привязаны к спинке кровати атласными лентами. Я приподнял немного голову с подушки и увидел, что нахожусь все в том же здании. Об этом я догадался, осмотрев комнату, хотя и сохранившуюся лучше остальных. В дальнем углу стояли двое и о чем-то переговаривались. Стройные силуэты отбрасывали длинные тени. Всю комнату освещали свечи, их огоньки трепыхались от дуновений ветра из щелей и наполовину разбитого окна. Как я не чувствовал холода - не знаю. Я опустил голову и в этот же момент увидел, как стоящие в углу развернулись и направились ко мне. Когда они подошли ближе, рассмотрел, что один из них брюнет, другой – русый. У брюнета волосы перехвачены ленточкой, чтоб не рассыпались по плечам. У русого же волосы чуть длиннее стандартной мужской прически. Их глаза светились красным, а когда кто-то улыбался, то были видны небольшие клыки. Парни были намного выше меня и мощней, но кожа была такая же белоснежная, как и моя. Мама часто шутила, что меня можно спутать или с трупом или вампиром. Брюнет подошел ко мне и, сев рядом, медленно развязал ленту, сковывающую мои руки. Я опустил их, а русый, подойдя, стал растирать их и покрывать быстрыми поцелуями. Немного погодя русый посадил меня и сел сзади так, что я чувствовал его спиной. - Такой милый, - проговорил брюнет хриплым голосом, глядя мне в глаза. – Ник, - решил все-таки представиться он. - Ден, - раздался шепот над самим ухом. Я хотел представиться в ответ, но Ник прижал палец к губам и с улыбкой произнес: - Стас, мы все о тебе знаем, - он нагнулся, и вскоре его холодные губы коснулись моих. Язык Ника проник в мой рот и стал медленно изучать меня, а руки Дена заскользили по спине, потом перебрались на живот, поднялись вверх и начали играть с сосками. Я застонал в рот Ника. - Какой отзывчивый малыш, - услышал я тихий голос Дена, а затем его губы заскользили по моей спине. Когда он поднялся вверх, прикусил немного кожу на плече, но тут же зализал холодным языком. Мне нисколько не было холодно, наоборот, мне было жарко. Я извивался под руками Дена и таял под губами Ника, его языком, который теперь ласкал мой. Руки Дена скользнули вниз и накрыли мой уже возбужденный член. Ник отстранился от меня и стал смотреть, как я толкаюсь в руку Дена. Мои стоны заполнили комнату, изредка разбавляясь всхлипами. Я поплыл, растаял под умелыми ласками Дена. Моя голова обессилено откинулась ему на плечо. Ник усмехнулся и, нагнувшись, обвел языком правый сосок, потом левый. Я чувствовал, что сейчас кончу. - Я… я… Ник отстранился от меня и произнес: - Не сдерживайся, маленький. Руки Дена заскользили быстрее, и я, вскрикнув, излился ему в руку. Ден протянул руку к Нику, и тот, глядя мне в глаза, облизал её всю, проглатывая сперму. - Вкусный малыш, - он улыбнулся и, нагнувшись, взял в рот мой полуобмякший член. Я громко застонал, когда он вобрал его весь и стал насаживаться ртом. Несколько движений - и он снова стоит, как оловянный солдатик. Ник отстранился от меня, а я недовольно застонал. - Ты же не хочешь снова кончить и закончить все, так и не начав? - поинтересовался он облизываясь. - Нет, - прошептал я. - Хороший мальчик, а теперь встань на коленки и развернись лицом к Дену, он еще не испробовал твоих поцелуев, - я исполнил то, что просил Ник и, развернувшись, попал во власть не менее красивых глаз. Я осторожно приблизился к его губам и коснулся своими. Ден сидел, не шелохнувшись, пока мой язык не попробовал пробраться к нему в рот. Тогда он перехватил инициативу. Я вздрогнул, когда зубы Ника прикусили кожу на правой ягодице. Потом он отстранился и стал не сильно шлепать по оттопыренной попе. Я вскрикивал прямо в рот Дену, но и не думал отстраняться. Вскоре шлепки прекратились, а язык Ника коснулся меня… там. Я дернулся, но Ник и не подумал прекращать ласкать языком сжатое колечко тугих мышц. Он раздвинул руками ягодицы и беспрепятственно стал вылизывать дырочку. Язык Дена вытворял что-то невероятное, и я лишь мог таять под их ласками. Вдруг один смазанный палец резко проник в меня, и я невольно дернулся, а по комнате распространился аромат пахучего масла. Вскоре добавился второй палец, но не успел я и возмутиться, как Ник нашел пальцами простату и стал массировать ее. Я снова застонал в рот Дена, тот отстранился от меня и я услышал щелкающий звук расстегиваемой пряжки ремня, а затем и молнии. Ден взял мою руку и положил на свой вздыбленный член. Он скользил моей рукой по стволу, а я смотрел на него пьяным от желания взглядом. Ден отпустил мою руку и встал. Послышался шорох сбрасываемой одежды, а через мгновение он лег обнаженный на кровать. Ник уложил меня сверху так, что наши с Деном возбужденные и истекающие смазкой члены касались друг друга. Ден обхватил оба члена и заскользил рукой, вырывая из меня стоны. Но я все же почувствовал, как прогнулась кровать, мои ноги раздвинули шире; как Ник приставил свой возбужденный член к уже разработанному анусу, начал медленно проникать в меня. Я вскрикнул, а из глаз хлынули слезы. - Черт, забыл! – Ден прокусил запястье своей руки, из раны тут же побежали струйки крови. Он приставил запястье к моим губам. – Пей. Я послушно стал глотать кровь, и боль, только что ощущавшаяся везде в моем теле, а особенно внизу, исчезла. Ден забрал руку, и я разочаровано застонал - вкус крови мне понравился. Тут же Ник стал двигаться во мне, уже не сдерживая себя. Я бесстыдно стонал, а когда он начал задевать при каждом движение простату, то стал интенсивно подмахивать ему. Вскоре наши стоны и всхлипы перемешались настолько, что я не мог понять, где чей. Да и не было желания это делать. Я всем телом отдавался им двоим, пока оргазм не настиг нас с Ником, а через пару движений и Ден нагнал нас. А потом было снова переплетение тел, только теперь во мне был Ден… Проснувшись утром, я обвел удивленным взглядом свою комнату. Все–таки сон…