Дом у моря - возвращение

*** Джулия неприкаянно бродила по комнатам. Пыталась читать, пробовала работать, болтала с Хейсти, пару раз выбралась на вечеринки (оба раза сбежала потихоньку в самый разгар веселья). Северус исчезал из дома и раньше, и точно также она никогда не знала, когда он вернется. И вернется ли вообще. Но сейчас что-то было иначе. Не так. Его немногочисленная одежда была на месте, и она не могла понять, во что он был одет, когда ушел? Или не ушел? Опять эксперименты с тестралами? Или очередная попытка трансгрессировать закончилась плачевно? Джулия пробовала отследить его Линию жизни – просто проверить, жив ли? Никаких фатальных сигналов на ней не прослеживалось. Но отделаться от тревоги ей так и не удавалось. Она уселась в кресло, отбросила книгу и уставилась в камин. Воспоминания нахлынули чередой образов. Как же бесконечно давно все началось… *** Когда Джулия пришла в Хогвартс почитать полугодовой спецкурс по магическому праву, Снейп был первым (и единственным) из преподавателей, с кем она подружилась. Чтобы узнать его получше, она придумала вести совместные семинары, и все у них шло, как по маслу, пока не появился Винсент Фелпс. Молодой и очень самоуверенный нумеролог совершенно очевидно положил на Джулию глаз… а она и не возражала. В конце концов, стояла чудесная осень, а Северус ни разу не предложил ей даже до озера прогуляться. Как и следовало ожидать, Снейп немедленно обиделся и начал ее избегать. Зато Фелпс был навязчив, как осенняя муха, и страшно ей надоел. Наконец, спустя неделю безуспешных попыток, Джулии удалось перехватить зельедела в коридоре замка. - Северус! Наконец-то! Давно тебя не видно. Что-то случилось? - Я потратил слишком много времени на твои семинары, так что накопилось огромное количество дел. Я ведь веду занятия у семи курсов, по 2 урока в неделю с каждым, и обязанности декана требуют внимания днем и ночью. - Ох, это обидно. Может, я тебе помогу, раз это из-за меня? Мне ужасно не хватает тебя и наших бесед! - Я думал, Фелпс тебя достаточно развлекает. Не хочу вам мешать. - Фелпс? Ну да, развлекал. И провожал, и наливал. В конце концов, кто-то должен все это делать, как вы считаете, господин зельедел? - Я не считаю, госпожа некромаг. Мне есть чем заняться, кроме ведения статистики кобелей, которые лезут на все, что двигается. - Коллега, вы хамите, и не по делу. До того не по делу, что я подозреваю, вы ревнуете. Могу полюбопытствовать, кого и к кому? Губы Северуса сжались в твердую линию, по челюсти заходили желваки. Он резко развернулся и быстрым шагом направился вниз по лестнице, в подземелья Слизерина - в сторону своей комнаты. Джулия, постояв на месте несколько мгновений, бросилась за ним – почти бегом, насколько это возможно было сделать, не привлекая к себе внимания студентов и сохраняя достоинство. Догнать Снейпа ей удалось только у дверей. - Что вам угодно, коллега? – процедил он, не глядя на нее. - Северус.. Нам надо поговорить, пожалуйста, - негромко произнесла Джулия, стараясь поймать его взгляд. - Я занят, изложите ваши идеи в письменном виде. Когда у меня будет свободное время, я ознакомлюсь. На щеках Джулии вспыхнул нежный румянец, глаза загорелись ярко-зеленым, а руки сжались в кулаки. Она сделала шаг к нему. Он не двинулся с места, но теперь его взгляд, черный, нечитаемый и безразличный, уткнулся в ее – словно две угольные шахты открылись, и дна им было не видать. Джулия чуть прикусила нижнюю губу, вздохнула глубоко, помедлила несколько мгновений, потом резким и точным движением толкнула его в грудь. Он попытался было удержать равновесие, но не успел, пошатнулся и остался на ногах только потому, что приложился спиной к двери. Тяжелая дверь приоткрылась под весом его тела. Не сводя с Джулии черного немого взгляда, он схватил ее за запястья, грубо и жестко, и втянул в комнату за собой. Она попыталась было оттолкнуть его и вырваться, но его пальцы, такие тонкие, почти музыкальные, теперь охватывали ее руки стальными кандалами, и она не могла понять, было ли дело только в физической силе, которой она в нем и не подозревала, или, как и говорил Фелпс, Северус и сейчас творил какую-то невербальную магию, подчиняя ее своей воле. - Не смей! – прошипела она – только попробуй сделать со мной что-то против моей воли, я превращу твою жизнь в настоящий ад! Он усмехнулся своей обычной кривой улыбкой. - Можете не трудиться, моя госпожа. Эту работу многие пытались делать до вас, и вполне успешно. Не тратьте вашу драгоценную энергию. Мне незачем делать что-то против вашей воли – я вообще не помню, чтобы я приглашал вас к себе. Но раз уж вы здесь… видимо, вам что-то очень нужно? Что-то, чего не нашлось у милейшего профессора Фелпса? Джулия, вся трясясь от ярости, исхитрилась-таки вырвать правую руку, замахнулась и попыталась съездить Снейпа по лицу. Но он оказался быстрее, и ее рука вновь оказалась в плену его стальных безжалостных пальцев. Теперь он надежно удерживал ее руки в своих, прижимая ее спиной к стене. Внезапно ей стало весело – чуть ли не до слез – и несказанно хорошо и спокойно. Так спокойно бывает, когда возвращаешься домой после долгого путешествия, можно сбросить сумку на пол и свалиться на постель, не заботясь о том, что одежда помнется, а прическа растреплется. Ее губы начали расползаться в неудержимой, девчоночьей улыбке. И улыбка эта, отражаясь, в черных колодцах его глаз, рассветлила их ночными огоньками, его взгляд больше не был немым и застывшим, в нем что-то оживало, оживало, рвалось навстречу ее шальной улыбке. Внезапно, совершенно неожиданно для нее, Северус поднял ее руку, не выпуская из своей, и ее сжатыми пальцами отвел в сторону черную прядь волос, свалившуюся ему на нос. Джулия вздохнула глубоко и рассмеялась негромким грудным смехом. - Мы останемся здесь или пойдем в коридор? Он тихонько коснулся губами ее уха: - Еще есть учительская и Парадный зал. Она хихикнула, он подхватил ее на руки и понес к кровати. Уложил бережно и нежно, аккуратно поместив ее голову ровно на середину подушки. Она ждала страсти и быстрых, жестких движений. Но он просто улегся рядом, как был, в мантии и ботинках, оперся подбородком на согнутую в лотке руку и молча смотрел на нее, улыбаясь едва заметной улыбкой, какой она еще ни разу у него не видела. Она потянулась руками к застежке мантии у него на шее. Он позволил ей расстегнуть пряжку и откинулся на спину. Ни фантазии, ни опыт, ни осторожненькая, по самому краешку сознания, легилименция не предвещали Джулии того, что происходило между ними сейчас. Внезапно оказалось, что стремительно-резкий профессор Снейп может вести себя так, будто у него в запасе вечность. Его прикосновения были неспешными и аккуратными. Они были смелыми, оставаясь в пределах ее нынешней готовности. Он ласкал ее кожу кончиками пальцев, прикасался к ней губами, и все это выверенно-спокойно, со знанием дела… в котором не было, однако – и это казалось ей самым странным - и тени профессиональной затасканности, присущей опытным развратникам. «Мастер-зельедел, - мелькнуло у нее в голове, – высшего уровня. Готовит любовное зелье». Но думать толком ей не удавалось. Волшебное облако, сотканное из образов и ощущений, давно знакомых и совершенно новых, раздражающих и уносящих на вершину наслаждения – не позволяя при этом достичь самого пика, невероятный танец, в который ее тело пустилось в обнимку с душой – все это увлекло ее, заставляя желать только одного – пусть так будет всегда. Или хотя бы долго-долго… много часов. Джулия подалась навстречу чудесному облаку, погружаясь в него, словно в воды тихого лесного озера, пронизанные солнечными лучами, то жаркими, то прохладными, то спокойными, то взволнованными, растеклась свободной неудержимой волной, позволила себе нестись бездумно во все стороны одновременно… и с размаху налетела на незыблемую скалу, холодную и черную. Дверь в его память. Там явно творилось что-то, за этой дверью. Что-то отвратительное и жуткое. К черноте этой было не подобраться, это она поняла моментально. Но из-под двери, и сквозь замочную скважину, и между наличниками струился едва заметный, сероватый туман. Он был холодный, искристый, наполненный ледяной пылью, режущей губы и глаза. От него пахло гарью, а на языке оставался привкус желчи. Она невольно потянулась к туману, не успев осознать, с чем имеет дело. Когда до нее дошло, отступать было уже поздно. Окклюменция могла бы спасти ситуацию – но только не с ним. Страх. Его страх – теперь она не просто чувствовала этот страх, она смотрела ему в глаза, слышала его крик, ощущала его режущий холод. Сознание Джулии вернулось в свой обычный рабочий ритм и заработало в полную силу. Что это может быть? Страх потери? Предательства? Вдруг кто-то узнает? Полюбить? Стать самому чересчур значимым для кого-то незнакомого и не особо нужного? Или… все намного проще? Все совсем просто?.. Если так, можно попробовать… - Северус… пусть все так и будет… можно? Долго-долго… и мы никуда не будем торопиться, хорошо? Пусть все случится не сегодня? Не сейчас... Он замер, его руки опустились на покрывало, взгляд подернулся черным льдом. - Ты решила меня защитить… от чего?.. Я бы предпочел обойтись без твоего Патронуса в моих ммм… нижних регионах. - Я думала… просто… почувствовала что-то. Что-то не то. Как будто ты… - Как будто я что? Не располагал временем, чтобы приложиться к бокалу «Мужского корня»? - У тебя давно никого не было, Северус. Очень давно. И я подумала, что, может быть, тебе нужно время, чтобы… - Ты ошибаешься, Джулия. У меня никого не было никогда. Ни разу за всю мою жизнь. Это если мы говорим о ком-то. - Ты девственник?!! - Нет. Я не девственник и отлично знаю, что делать с моими желаниями и с моим телом. И с телами других тоже. Но это не отменяет сказанного – у меня не было никого и никогда. И я подумал, что, возможно, сейчас это будет как-то иначе. И это все еще может быть так. - Что тебе нужно, чтобы это «иначе» случилось? Я могу что-то сделать? Он задумался. Потом поднял на нее глаза и ответил, искренне и негромко: - Пока не знаю. Ты просто будь. И знаешь… будь честной со мной. Она согласно закрыла глаза, придвинулась к нему поближе, пробежалась губами по его ключицам, выше - по шее, отвела носом волосы с его щеки и ткнулась кончиком языка в уголок его рта. Он обхватил ее обеими руками, притянул к себе – необузданный поток сырой магии, доступной мужчинам и женщинам, Магглам и чародеям, мудрым и глупцам, захлестнул обоих с головой и неумолимо утянул на самое дно.