Дом у моря - возвращение

- Потому как ежели вы на единорогов посмотреть желаете, то надо с утра пораньше идти в лес, лучше прямо с ночи, так мы точно их на поляне застанем. И говорят, дескать, они только на девственниц идут – а ничего подобного, я вам скажу! Я вот хлеба возьму свежего, посолю – и все, прибегут как миленькие, без всяких девственниц! Чего только люди не придумают!.. На кой они им нужны-то, девственницы эти, единорогам в лесу? Северус со стоном повернулся в постели – в чьей? – голос над ним что-то втолковывал про единорогов – зачем?.. Какие еще девственницы? Нельзя ли и правда без них?.. Он открыл глаза. Прямо над ним с потолка свисали сушеные травы, два дохлых фазана и какая-то тряпка. Он попытался вспомнить, как он здесь оказался… И что это за здесь. И где, черт возьми, его палочка?! Он приподнялся на своем ложе – все тело отозвалось болью, голова закружилась, но он все же сел на постели и обвел помещение взглядом в поисках палочки. Она валялась возле кровати, сколоченной из здоровенных бревен, застеленной грубым бельем из неотбеленного полотна. Снейп потянулся за ней. Сознание медленно возвращалось. Джулия… Он резко вскочил с кровати. - А, проснулись, Снейп! – Хагрид сидел возле стола над корзиной зеленой фасоли, которую он ловко чистил от стручков. – Умывайтесь да завтракать садитесь, потом в лес пойдем. Северус помотал головой. - Мне надо в замок. - Мистресс МакГонагалл не велела вас пускать. Сказала, мисс Оуэн отдыхает, ее тревожить нельзя. Велела вас накормить завтраком и на прогулку отвести. - Точно! На поводке или так можно – самому вокруг побегать? - А чего вы сердитесь-то? Мне сам господин Дамблдор доверял, между прочим! Даже Гарри Поттера доверил к нему доставить - я все исполнил, как сказано было. Такой славный малыш был! Я чуть глаза не выплакал как к себе вернулся – надо же было в одночасье и мать, и отца потерять… да еще Магглам этим его отдали. Все знали, как сестрица мисс Лили ее ненавидела, и какую она жизнь ее сыночку устроила. Это ж кем надо быть, чтобы на ребенке злобу на родителей вымещать!.. Снейп почувствовал, как вчерашние образы снова выползли из глубины памяти и сдавили сердце мутной, холодной тоской. Он молча смотрел в пол. - Да вы садитесь завтракать, все готово уже. А то нам далеко идти-то. Северус с трудом дотащился до умывальника и окунул лицо в ледяную воду. Голове стало немного легче. Он с отвращением посмотрел на стол. Хагрид налил ему в щербатую миску овсянки, поставил рядом тарелку с хлебом и сыром. Снейп с трудом заставил себя разжевать кусок хлеба, запивая его горячим чаем. - Что вчера было? – мрачно поинтересовался он, избегая смотреть Хагриду в глаза. - Так госпожа директор сказала, чтоб я вас к себе проводил. Дескать, устали вы с дороги, отдохнуть вам надо хорошенько. И огневиски дала самого лучшего. Вы сначала-то идти не хотели, ругались очень – вон нимфы до сих пор в лесу сидят, в самой чаще, выйти боятся – а потом мы сели ужинать… вот... отдохнули, – Хагрид показал Снейпу пустую бутылку из-под виски. При виде бутылки Северуса передернуло. Он поднялся из-за стола. Хагрид за ним. Снейп понял, что спорить бесполезно, прорваться в замок силой не получится, да и незачем – Джулия под присмотром, не пойти ли, в самом деле, прогуляться, воздухом подышать? Общество Хагрида не доставляло ему особого удовольствия, но, в принципе, ему был все равно – под болтовню лесничего вполне можно было думать о своем. Хотя думать особо не удавалось. Что он сумел узнать вчера? Его состояние – не приговор, изменения обратимы. Правда, как их достичь, он так и не понял. Это что-то про любовь – что-то, что надо понять или сделать, или что?.. Дамблдор и на том свете оставался верен себе: «Я не могу сказать тебе ничего конкретного, ты должен все понять сам. Но все надо делать как-то не так, как ты это делаешь сейчас». - У нас тут много всяких диковин завелось с тех пор, как вы директором были. Тёмный лорд со своей шайкой разное творили здесь… развлекались в лесу. От ихней темной магии много всякого осталось - не выведем никак. Оно же так хитро все устроено у них, не сразу и заметишь. Был бы мастер Дамблдор жив, - глаза Хагрида заблестели, он громко шмыгнул носом – так мы б давно тут порядок навели. А мистресс МакГонагалл уже в годах, и на нее страсть, сколько всего свалилось - не поспевает за всем-то!.. Северус огляделся по сторонам. Больше всего ему сейчас хотелось завалиться обратно в постель и снова заснуть. Но отвязаться от Хагрида не представлялось возможным. «Мистресс МакГонагалл велела!..» - передразнил он лесничего мысленно, накинул на плечи куртку и покорно поплелся к выходу из хижины. На пороге его ослепило солнечным светом. С озера тянуло тихим свежим ветерком, замок сонно нежился, кутая башенки в одеяло пушистых облаков. Северус осознал вдруг, как бесконечно давно он не видел этого пейзажа, не дышал этим воздухом. Ему в голову пришло, что несмотря на все, что ему пришлось пережить за годы учёбы в Хогвартсе, здесь был его дом. По крайней мере, это было куда больше его домом, чем дом его родителей. Как-то все некогда было почувствовать это состояние… порадоваться ему. - Эх, вот красота же у нас, правда? – растроганно гудел Хагрид у него над ухом. – Каждое утро выхожу, любуюсь, и прямо плакать хочется от радости. Вижу, вы меня понимаете… профессор. - Я больше не профессор, - сдержанно ответил Снейп, не желая откровенно хамить лесничему, но и рыдать с ним в обнимку от умиления нисколько не намереваясь. Хагрид лукаво ухмыльнулся. - Кто здесь пожил, тот навсегда принадлежит к этому месту. Тут и сила его. - Да?.. И Малфой, значит, рассудок вернёт, если здесь под кустом посидит? Или с русалками выпьет… - Мистер Малфой – другой… и сын его тоже. Ихний дом никогда здесь и не был. Вы – другое дело. Северус почувствовал противный комок в горле, шрамы опять заныли. Все эти годы, с самого первого дня в Хогвартсе он так старался прятать от всех свою бездомность и неприкаянность. И был уверен, что справился просто отлично. И вот… Хейсти, боггарт, теперь еще дубина-лесничий. А Дамблдор с МакГонагалл знали всегда. Никого обмануть не удалось. И только себя самого Снейп почувствовал обманутым – столько усилий… и его листают как открытую книгу все, кому не лень… Он направился к озеру. Лесничий за ним, явно не собираясь отпускать его ни на минуту. Ну что ж… Снейп неспешно брел по тропинке, бегущей мимо огорода, озираясь по сторонам. - А вот там, в роще падубов, что за дальней опушкой, в самой что ни на есть середке, у нас завелись предсказательные орхидеи. И ведь так, говорят, ловко будущее предсказывают! Профессор Трелони туда как-то пошла – еле ноги унесла, говорит, там такое творится, вокруг орхидей этих! А что творится – так и не растолковала нам, только сказала всем, чтоб деток туда не пускали, очень уж опасная магия, похоже, от Темного лорда осталось. Профессор Спраут хотела туда пойти да выкопать их, чтобы в оранжерее посадить, а директор МакГонагалл ей не велела. Сказала, Министерство Авроров прислать обещало. При упоминании Авроров Снейпа передернуло. Он сделал вид, что расслабленно любуется пейзажем – огород Хагрида остался позади, замок теперь был немного ближе. По поверхности озера пробегала солнечная рябь, листья водяных цветов колыхались на воде, лилии уже отцвели… Лилии… Они с Лили когда-то гуляли по этому берегу вдвоем. И болтали обо всем на свете, бесконечно долго. А иногда сбегали далеко-далеко, к опушке Запретного леса – там росла удивительно сладкая и крупная земляника. Он обнаружил ее там и потом долго выжидал подходящего часа, чтобы отвести туда Лили – ему так хотелось поделиться с ней своей находкой, удивить ее. Они собирали землянику, ели ее горстями, смеялись… Тогда еще Джеймс Поттер и его шайка были их общими недругами. Сто лет прошло с тех пор… нет, больше… намного больше… Была ли она когда-то, Лили Эванс? Или он придумал ее? Столько всего случилось с тех пор... Ветер поднимал легкую рябь на поверхности озера, по небу скользили пушистые облака, тихо шелестели деревья Запретного леса… две черные поганки, подпрыгивая на ходу, шустро двигались вдоль опушки. Северус отвернулся было в другую сторону, и тут до него дошло, что в пейзаже явно было что-то не так. Он прищурился, стараясь против солнца разглядеть движущиеся вдалеке предметы. Понять смысл происходящего ему помог отчаянный вопль Хагрида: - Ох ты! Недосмотрели, а! Эй, вы!!! А ну назад!!! Назад, говорю! Хагрид рванул с места тяжелой рысью, размахивая руками и продолжая орать. - Назад!!! А ну немедленно в замок!!! Все директору скажу! Только сейчас Северус сообразил – две черные поганки – две детские фигурки в остроконечных шляпах и черных мантиях, двигались вприпрыжку, все дальше от замка, вдоль опушки Запретного леса. Он рванул за лесничим. Расстояние между ними и детьми сокращалось медленно. Северус чувствовал, что сердце колотится у него где-то в горле, резко разболелся правый бок, он с трудом переводил дыхание. Вдруг Хагрид взвыл волком, указывая куда-то вверх. Северус уставился в направлении, указанном лесничим – ему показалось, что внутри у него все покрылось морозным инеем. Высокие ели, укрывшие незаметную с берега рощицу падубов, пришли в движение, словно охваченные порывом ветра. Движения стволов с каждым мгновением становились все более странными – они изгибались как живые. Лапник возле еловых верхушек слипся, образуя капюшоны, вершины деревьев проросли отвратительными черно-зелеными треугольными головами. На фоне голубого неба было отчетливо видно, как открывались хищные змеиные рты – не менее десятка сестер Нагини теперь раскачивались над лесом, извиваясь в жутком хороводе. Снейп почувствовал, как шрамы у него на горле взорвались болью почти с той же силой, что и в первые дни после его спасения. Дети были слишком близко к роще – к змеиным елям – чтобы заметить то, что им с Хагридом было отлично видно издалека. И продолжали свое беззаботное путешествие. Северус, почти не соображая, что делает, схватился за волшебную палочку. - Expecto patronum! – выдохнул он свистящим шепотом, превозмогая спазмы и боль в горле. Из палочки вырвался скособоченный снопик серебряных искр, серебристая лань – скользнула вперед, по траве, дальше, дальше. Слабенький, полупрозрачный патронус, тем не менее, оказался сильнее всех тех, что ему удалось произвести за последние несколько месяцев. Лань уверенно понеслась вперед по дороге, как будто лучше своего создателя понимая, что надо делать. Северус сорвался с места и почти бегом, насколько хватало сил, кинулся за патронусом, сопровождаемый топотом ног и громкими воплями Хагрида. Внезапно две черные фигурки впереди резко остановились. Постояли несколько мгновений и направились в обратную сторону – теперь они увеличивались с каждой секундой. Змеиные ели, отчаянно извиваясь, тянулись за ними, но длины их тел-стволов явно было недостаточно. Добыча ускользнула. Через несколько минут черные поганки уже приняли вполне отчетливые очертания двух детей, у мальчика на шее красовался шарф Рейвенкло, у девочки – Гриффиндора. Дети неслись во весь опор, подбежали к Хагриду. Девочка обхватила руками колено лесничего, уткнулась в него лицом и разрыдалась. Мальчик с размаху плюхнулся на траву и уперся взглядом в землю, изо всех сил стараясь не расплакаться. Снейп стоял, схватившись за правый бок и отчаянно ловил губами воздух. Хагрид наклонился, отогнул поля шляпы девочки. - Первый курс! Мэри-Джейн Атткинсон и Роберт Сноувайт. Вы что – не слышали, что вам было велено еще в первый вечер за ужином?! Никаких походов в Запретный лес и даже рядом с ним! Что вот теперь скажет госпожа директор? Куда вас понесло, а? Роберт, светловолосый и сероглазый, еле слышно произнес: - Я подслушал, как профессор Спраут рассказывала госпоже МакГонагалл про орхидеи… И я подумал, что было бы здорово пойти и выкопать парочку – чтобы они нам предсказывали… - Да что вам предсказывать-то понадобилось? Роберт смущенно прошептал: - Какие вопросы попадутся на экзамене… Мы уже почти дошли, уже даже падубы было видно были за елями, все как профессор Спраут говорила. Но тут появилось вот это… чудовище. И мы так испугались! - Какое еще чудовище? – спросил Хагрид, немного придя в себя. Мэри-Джейн отцепилась, наконец, от коленки Хагрида и затараторила: - Оно такое было… серебряное… светилось все, с виду как лань было. Как выскочит у нас из-за спины, дорогу загородило и к нам мордой обернулось. И стоит, не двигается. А потом… Северус замер. - И что потом? - сухо спросил он. Дети, наконец, заметили, что Хагрид не один, и вытаращились на Снейпа, не сводя с него глаз – худой Маггл в поношенной одежде – откуда он взялся здесь? И что у него за дела с Хагридом? Мэри-Джейн насупилась. - Мы не можем рассказывать о наших делах в присутствии Магглов! Хагрид выпрямился. - Придержите-ка язык, мисс! Ну-ка быстро рассказывайте нам с мистером Снейпом, что вы там нашли. Мэри-Джейн покраснела до ушей. Роберт изумленно вздохнул. - Мистер Снейп? А вы не родственник бывшего директора Снейпа? Я его портрет видел, вы на него немножко похожи. Ну, тот, конечно, моложе был и… - И намного красивее, да? – ехидно предположил Северус. Теперь залился краской и Роберт. - Так что за чудовище? – спросил Снейп. - Так вот лань же эта! Патронус. Встала между нами и тропинкой в рощу - и ни с места. Мэри-Джейн хотела ее погладить, а она… На дыбы поднялась, села, как белка, копытами передними замахала, а потом… оскалилась, да как зарычит! Уши прижала, глаза из серебряных стали… ну, вот как янтарь, знаете? И клыки у нее – как у собаки! Ну, не совсем, как у собаки, потому что она же лань... И мы так испугались, конечно, и побежали от нее, а она – за нами, как будто выгнать из леса хочет, и все рычала. Потом еще тявкать начала. Директор МакГонагалл правду говорит – здесь, в лесу, настоящая черная магия водится. Северус сглотнул комок в горле, глаза жгло сухим огнем. Он собрался с силами и проговорил сдавленно, чувствуя, как каменеют мышцы вокруг рта и вдоль нижней челюсти: - Хагрид, прошу вас, отведите этих приключенцев в замок. Мне тут надо кое-что проверить. Хагрид понимающе кивнул, позвал жестом Мэри-Джейн и Роберта и направился вместе с ними по тропинке к замку. Северус обессиленно опустился на траву и закрыл лицо руками. Его трясло от пережитого напряжения, шрамы на шее продолжали ныть, в глазах было черно. Но в душе у него прорастал и набирал силу чудесный росток - живой и горячий. Имя ему было надежда. Осторожно… очень медленно и осторожно он поднес палочку к глазам. Погладил ее нежно. Прислушался к тому, что происходило у него внутри, мягко и неспешно вошел в резонанс с расцветшей надеждой… вернулся сознанием к пережитому только что ужасу и отчаянию… коснулся тихой нежности и грусти, наполнивших его сердце на берегу… Хогвартс… Дамблдор… озеро… Лили… спелая земляника… потолочные балки Дома у моря… жизнь возвращается… я живой… я есть… нежная рука касается его лба, проводит по щеке… Джулия. Несколько потоков сплелись в его душе, рождая все новые и новые, перетекая друг в друга… сливаясь и расцветая… В какой-то момент их сила заполнила его целиком и захлестнула с головой. - Expecto patronum! – то ли пропел, то ли попросил он вполголоса. Разноцветные искры фонтаном взметнулись из палочки. Серебряный зверь скользнул на траву, какое-то время продержался в очертаниях лани, потом контуры его искристого тела пришли в движение, начали меняться. Зверь обернулся лисой, остроухой и пушистой. Лиса деловито огляделась по сторонам, потянула носом. - Опять… - пробормотал Северус, - да что ж такое-то?.. Ну давай… иди, расскажи им там. Лиса зевнула, посмотрела ему прямо в глаза, громко фыркнула – насмешливо и ласково – и, распушив серебряный хвост, умчалась в сторону замка. *** Минерва МакГонагалл устало шла к своему кабинету. Волноваться по поводу Джулии поводов больше не было - умная девочка, справилась на отлично. Северус, однако… что же теперь будет с ним… с ними? И что там еще за история с первокурсниками? Когда же, наконец, у Авроров дойдут руки и до нас?.. От тревожных мыслей ее отвлек серебряный сполох в конце коридора. Навстречу МакГонагалл легкой рысью пронеслась серебристая лиса-патронус, подлетела к ней, поднялась на задние лапы, легонько толкнулась в ее руку лбом, и, вся в мерцающих, живых искорках, прыснула из здания через окно. Минерва раскрыла ладонь, ее глаза помолодели, она рассмеялась, как не смеялась уже очень, очень давно. У нее на ладони лежала плюшевая мышь – с блестящими бисерными глазкам, бархатным носом и длинным хвостом. Вокруг ее шеи был обмотан миниатюрный шарфик Слизерина - серебристо-зеленый, с вышитыми черными змейками. *** Северус с Джулией провели в Хогвартсе еще два дня. Два долгих, ленивых, солнечных дня. Бродили по берегу озера, пару раз забрели в лес – послушать пенье тараканов-менестрелей, поселившихся в дупле старого дуба, и убедить нимф, что опасность миновала, можно снова танцевать на полянах. Пили чай в хижине Хагрида, Джулия заливалась хохотом, слушая рассказы лесничего о его удивительных питомцах, и неосмотрительно пыталась пробовать предложенные им лакомства собственного изготовления. Северус обычно слушал молча. И тараканов, и нимф, и лесничего, и серебристый смех Джулии. И себя самого – тишину в своей душе. Новую и светлую тишину, непривычную для него. Он знакомился с ней, обживался в ней как в новом доме. И молчал. Джулия не приставала с расспросами. Вечером второго дня к ним на берег наведалась уже знакомая парочка – Мэри-Джейн и Роберт. - Мисс Оуэн, мистер Снейп, директор МакГонагалл просила передать, что ждет вас у нее в кабинете. Снейп поднялся с места, за ним Джулия, первокурсники следовали за ними на почтительном расстоянии - как им казалось. - Да нет же, не может быть, чтобы это был тот самый Снейп, - убеждала Мэри-Джейн. – Он же был директором Хогвартса, боролся с Темным лордом! Великий волшебник, про него сам Гарри Поттер очень уважительно отзывался. А этот – не знаю, может, кузен какой-нибудь… - А мне кажется, это он… Портрет в кабинете директора, по-моему, очень на него похож… Когда злится особенно, – донесся до Снейпа голосок Роберта Сноувайта. – И я думаю, это он нам тогда послал патронуса, чтобы в лес не пустить. - Мне старшая сестра рассказывала про заклинание Expecto patronum, - упорствовала Мэри-Джейн громким шепотом. – Ты помнишь его патронуса? Это кем надо быть, чтобы такой иметь?.. Не может он быть тем самым Северусом Снейпом, о котором Гарри Поттер говорил!.. Посиделки с МакГонагалл получились недолгими. - Что вы думаете делать, Северус? - Пока не знаю… Не до размышлений было как-то. - Я тут подумала – курс защиты от Темных искусств сейчас занимает временный преподаватель, профессор Элайджа Мурометс. Но к Рождеству ему надо вернуться на родину, у них там зафиксировали какой-то необъяснимый рост уровня агрессии среди местных соловьев... Что вы скажете насчет того, чтобы читать этот курс у нас с Рождества? Насколько я помню, это всегда было вашим желанием? Снейп усмехнулся. - Уже даже и не знаю. Не помню, чтобы кто-то когда-то интересовался моими желаниями – включая меня самого. Но сейчас точно могу сказать, что я хочу сохранить связь с этим местом. Я принимаю ваше предложение, Минерва. Но жить я буду где-то еще, договорились? И… есть еще одно условие, МакГонагалл. Это серьезно. От его выполнения во многом зависит успех нашего сотрудничества в будущем. Она нахмурилась. - Говорите, Северус, я слушаю. И сделаю все, что будет в моих силах. Он посмотрел ей в глаза серьезно и внимательно - Минерва, вы уже столько сделали для меня. Я прошу вас еще об одном личном одолжении. Уберите со стены этого кретина, - произнес Северус, указывая на свой портрет. - На вашем месте, коллега, я бы аккуратнее выбирал выражения, - процедил Снейп со стены. – Нам еще работать вместе. Хотя решение директора МакГонагалл по поводу вашей кандидатуры лично мне представляется крайне опрометчивым.