Мы были друзьями

      Жизнь Хайтама, сильно изменившаяся за последний год, быстро стала прежней. Они с Кавехом, когда тот ещё показывался в Академии, иногда пересекались в коридорах. Кавех тихо здоровался с ним, если они проходили рядом друг с другом, но Хайтам перестал отвечать ему. Он до сих пор не понимал, на кого именно он был обижен: на Кавеха, так нагло и глупо оттолкнувшем его, или на самого себя за то, что позволил ему это сделать.       Как и говорил Кавех, исследование стало продвигаться намного быстрее, но сама эта тема вызывала у Хайтама отвращение. Поставив точку на критериях, он объявил профессору, что не собирается заканчивать эту работу, и никакие уговоры на него не действовали.       За несколько недель до конца семестра Кавех совсем перестал появляться в Академии. Последний раз, когда он заставил себя прийти туда, был для того, чтобы объясниться с преподавателями и попросить дать ему задания наперёд, чтобы он мог выполнить их из дома. На встревоженные вопросы одногруппников он отвечал простым «работа», а видя их обеспокоенные лица опускал голову.       В тот же день он разыскал в Академии Тигнари.       - Кавех? – он удивлённо посмотрел на него. – Ты так внезапно пропал, мы так и не выведали у Хайтама что случилось.       «Наверное, в ближайшее время он будет слишком занят», - всё, что сказал им Хайтам.       - Просто много дел навалилось.       Не дав ему продолжить задавать вопросы, Кавех взял инициативу в свои руки и расспросил Тигнари о растениях, которые можно было бы высадить вокруг дворца. Тот с радостью подобрал ему несколько вариантов неприхотливых, но красивых цветов. Всё записав, Кавех ещё раз просмотрел заметки, чтобы убедиться, что он ни о чём не забыл.       - Ты знаешь, что Хайтам отказался от вашего исследования?       - Что..? – он поднял голову, но тут же напустил на лицо равнодушный вид. – «Его исследования», Тигнари. Он может делать с ним то, что хочет, меня это не касается.       - Вы с ним…       - Разошлись во взглядах, - перебил его Кавех.       Самая распространённая ситуация в Академии – это конфликт между двумя студентами или учёными из-за расхождений во взглядах. Списать всё на неё было намного проще, чем объяснять свою слабость. «В конце концов, это хоть и частично, но является правдой», - подумал Кавех в своё оправдание.       - Спасибо за помощь, мне нужно идти.       В последнюю неделю перед сдачей проекта Кавех был на нервах. Перепачканный в грязи после посадки цветов, он сразу взялся за оформление клумб, а в ночь перед визитом Дори сил на переживания не осталось: он наконец-то заканчивал с итоговой проверкой всех комнат во дворце. Под первые лучи рассвета он вычеркнул последний пункт из плана и вышел на улицу. Ему было тошно от того, что его стремление отстраниться от всех оправдало себя – внутреннее оформление дворца, которое он заканчивал самостоятельно, вышло идеальным. Он отошёл в сторону и сел на траву. Не имея за душой ни моры, ни друзей, с которыми прямо сейчас можно было бы поговорить, Кавех смотрел на своё творение. Сумеречные птицы уже проснулись, и их утреннее пение наполняло звуками всю округу, а лучи солнца освещали лиловый сад, побуждая цветки тянуться им навстречу. Тигнари был прав, Мрачное великолепие идеально подошло к этому месту. Один взгляд на дворец уже заставлял сердце Кавеха биться чаще: его гордость, великолепный Алькасар-сарай, его выпускная работа была закончена. Теперь он видел дворец не крохотным ростком, за которым он ухаживал весь этот год, оберегая его от каких-либо внешних воздействий и отгоняя от размышлений о нём все прочие мысли, словно те были стаями птиц-вредителей, а прекрасным деревом. Он знал, что Алькасар-сарай прославит его. Он уже это сделал. Но не знал, что ему делать со славой, радостью от которой не с кем поделиться – он просто не рискнёт после трёхмесячного отсутствия заявиться к людям, которые раньше звали его своим другом. Он заранее готовил себя к этому моменту, настраивал себя на позитивный лад, предвещал радость, которую будет ощущать в этот миг, но обмануть сам себя не сумел: глубоко в душе он чувствовал себя одиноко. Плоды его творения, не в пример красивому внешнему виду, оказались очень горькими.       Кавех так и заснул, свернувшись калачиком на траве. Проснувшись через пару часов, он почувствовал в своей руке гладкое стекло, а открыв глаза, он увидел Дендро Глаз Бога.       «Наконец-то», - единственная мысль, которую он посвятил его появлению.       В этот же день состоялось торжественное открытие Алькасар-сарая. Работники, которых наняла Дори, с утра до ночи отмечали это событие внутри дворца, а любопытным прохожим довелось любоваться его красотой только снаружи. Дори звала и Кавеха присоединиться к празднику, подшучивая, что ему даже не придётся платить за еду, но он всё равно не планировал приходить.       В то утро, бредя домой через леса Сумеру, он ни разу не обернулся, чтобы ещё раз взглянуть на дворец. Сжимая в руке Глаз Бога, он просто шёл в то место, которое ещё мог назвать домом. По дороге он множество раз слышал своё имя на улицах. Кавех не исключал, что несколько раз его не просто произнесли в процессе обсуждения, а окликнули, но он не обратил на это внимания.       Дома он начал собирать вещи. Кавех планировал чуть позже занести несколько последних домашних заданий в Академию, хотя пару дней назад уже получил письмо, в котором говорилось, что он может не беспокоиться по поводу своих пропусков, ведь, закончив дворец, он ярко продемонстрировал все свои навыки. Кроме этого, в письме говорилось о важном вкладе, которые сделали они с Хайтамом, проведя исследование. В соответствии с этим вкладом, он имел полное право запросить у Академии небольшой дом. Кавех понял, что произошла ошибка, но пользоваться этой возможностью всё равно не собирался. Уже сейчас он знал, что завтра его не будет в городе. Он возьмёт оставшиеся деньги и отправится в Караван-рибат или деревню Ауру, где прибьётся к каким-нибудь бродячим Пустынникам и посвятит весь свой следующей год заполнению пробелов в области архитектуры времён царя Дешрета. Обо всём остальном он подумает позже, когда засушливый ветер, гуляющий среди дюн, высушит все слёзы.