The right time

Для Шарля это был довольно беспокойный день. Его приглашали на различные интервью, где он рассказывал о новом болиде и предстоящем сезоне. Он несколько раз говорил одни и те же стандартные ответы, стараясь оставаться милым и корректным. К тому времени, как Шарль вернулся в отель, он был истощен как физически, так и морально, и планировал попытаться лечь спать пораньше, чтобы на следующее утро вылететь первым рейсом в Монако. Как только Шарль вошел номер, то обнаружил свой телефон, лежащий на полу, случайно оставленный сегодня утром. Обычно мысль о том, что у него не будет с собой телефона, была невыносимой, но, учитывая звонки, которые Шарль получал в последнее время, вероятно то, что он забыл взять его с собой - было скрытым благословением. Парень неохотно потянулся за телефоном и просмотрел уведомления. Сообщение от Макса мгновенно привлекло его внимание: "Ни о чем не беспокойся. Проблему с журналистом я решил. Он не будет публиковать то, что хотел. Давай поговорим позже." Шарль был таким уставшим и измотанным, что задался вопросом, не почудилось ли ему то, что написал Макс. Он перечитывал сообщение снова и снова, пока оно, наконец, не показалось реальным. Когда Макс сказал, что собирается во всём разобраться, Шарль ему не поверил, но, как оказалось, он говорил правду. Шарлю нужно было подтверждение, и он немедленно отправил сообщение Максу, спрашивая, уверен ли он, и Макс ответил, заверив его, что теперь ситуация в порядке и он всё объяснит при встрече в следующий раз. Шарль не понимал, смеяться ему или плакать. Всё напряжение, которое давило на него, казалось, было снято, но он отчаянно хотел узнать, что сказал Макс, чтобы убедить Маркуса не печатать статью. Ему также было любопытно, почему Макс захотел помочь. Шарль определённо собирался как-то отблагодарить его, и было довольно много способов это сделать, но были сомнения, что Макс будет восприимчив к ним. Он быстро выбросил из головы мысль о том что голландец не примет благодарность. Возможно, это был шанс для них обоих стать лучшими друзьями. Конечно, Шарль хотел большего, чем просто дружба, но для начала, быть друзьями лучше, чем врагами. Шарлю придётся подождать гонки в Бахрейне, чтобы получить ответы на всё, что его интересовало. По крайней мере, сейчас он мог наконец позволить себе нормально вздохнуть. Это сдавливающее чувство во всём теле ослабевало. Вряд ли такое состояние будет длиться вечно. Сейчас можно наслаждаться моментом и ни о чём не беспокоиться. Макс, однако, чувствовал себя совсем не расслабленно. Он был благодарен журналисту за то, что тот согласился дать ему несколько дней, прежде чем отправить статью в печать. Маркус решил повременить с выпуском материала на том основании, что ему дали действительно эксклюзивную информацию. Макс теперь спешил рассказать свою тайну друзьям и семье до того, как они прочитают о ней в журнале. После возвращения в Монако он решил организовать встречу с семьёй и друзьями у себя дома. Это было спонтанное приглашение, и к счастью, все те, кого Макс действительно хотел видеть рядом, успели к нему прилететь. Он подумал, что было бы неплохо пригласить и маму, и папу, но теперь, сидя вместе за столом, от них чувствувалось сильное напряжение. Родители делали всё возможное, чтобы быть вежливыми друг с другом, но атмосферу между ними нельзя было назвать приятной. Макс также пригласил свою сестру Викторию, Кристиана Хорнера - руководителя Red bull, и лучших друзей - Ландо и Даниэля, которые смогли немного разрядить обстановку. Макса начали одолевать сомнения. Раскрывать свою тайну всем сразу казалось пугающим, он с трудом сдерживался и чувствовал, как ноги неудержимо дрожат под столом. -"Милый, ты не голоден?" - спросила Макса его мама, пока тот неохотно перебирал еду в тарелке. Макс только покачал головой. Он оглядел лица всех присутствующих и задался вопросом, какой будет их реакция. Сердце бешено колотилось. -"У меня есть кое-какие новости. Я действительно не знаю, как это сказать, и не хочу, чтобы вы злились". -"В чём дело, милый?" - Софи взяла его за руку и нежно сжала её, отчего Макс немного успокоился. Теперь всё внимание было приковано к нему. Все с нетерпением ждут. Макс постоянно репетировал то, что собирался сказать, но в этот момент его голова, казалось, опустела. Он взял себя в руки, прежде чем, наконец, начал свою речь. -"Я гей". Произнеся эти два коротких слова, Макс почувствовал что у него перехватило дыхание, как будто из лёгких высосали весь воздух. Он был уверен, что мог почувствовать шок, эхом разнёсшийся по комнате. Софи обхватила Макса руками и крепко прижала к себе. Когда она отпустила его, Виктория тоже бросилась в объятия, давая понять, что это признание никак не задело их отношения, и она была счастлива. Ландо и Даниэль были рады за своего коллегу. Макса окончательно накрыло, и он разревелся. Парень никогда не чувствовал себя таким подавленным. Когда он снова обратил внимание на присутствующих за столом, то заметил, что его отец задумчиво сидит и от него не следует никакой реакции. Макс повернулся к нему. Йос встал и потребовал разговора наедине. Прежде чем Макс успел ответить, отец уже ушёл в спальню. Ферстаппен-младший послушно последовал за ним. Макс вошел в комнату опустив голову, не осмеливаясь даже взглянуть на отца. Йос пытался сохранять спокойствие, но был далёк от довольства ситуацией. -"Мы должны убедиться в том, что всё, сказанное тобой за ужином, останется только между нами. Я не знаю, почему ты почувствовал внезапную потребность признаться нам всем в том что ты гей, но больше никто не должен об этом знать". Йос попытался взять ситуацию под контроль так же, как брал на себя ответственность за всё в жизни своего сына. Обычно Макс сделал бы для своего отца всё что угодно, но на этот раз другого выбора не было. -"Прости, папа, это невозможно. Пресса уже всё знает, и если я не расскажу всем, то это сделают журналисты". Облегчение Макса от того, что он наконец-то смог совершить каминг аут, быстро сменилось чувством стыда. Он не хотел расстраивать свою семью или каким-либо образом ставить её в неловкое положение. -"Пожалуйста, не говори мне, что один из этих двух идиотов которые пришли к нам в гости - твой парень", - сказал Йос, имея в виду Ландо и Дэниэля. Макс заметил явное отвращение в голосе отца при слове "парень". -"Они просто мои друзья" -"Ну, хоть что то хорошее..." - недовольно пробормотал Йос. "Папа..." - Макс попытался обнять отца, желая хоть какого-то утешения, но тот отбросил его руки и отодвинулся ещё дальше. -"Мы можем через суд запретить прессе что-либо публиковать". - в голове Йоса уже строился план на будущее. -"Нет, папа, уже слишком поздно. Я больше не хочу это скрывать". Макс устал прятаться. Возможно, его всё же вынудили совершить каминг аут. -"Как ты мог позволить такому случиться? Мы помогали тебе делать карьеру почти двадцать лет, и из-за твоего признания она может разрушиться в один миг. Ты понимаешь это, не так ли? Спонсорство, сделки, контракты - всё может исчезнуть", - голос Йоса звучал спокойно, но серьёзно. "Пожалуйста, не сердись на меня, папа", - Макс вновь с трудом сдерживал слёзы, но знал, что такая слабость только разозлит отца ещё больше, потому что с самого детства его учили быть сильным и сдерживать свои эмоции. -"Я просто думаю о тебе. И твоей маме". - Йос добавил последнее, чтобы навлечь на своего сына дополнительную вину, и это сработало. -"Что ты имеешь в виду?" - обеспокоенно спросил Макс. -"Я знаю, что всё, чего она хотела, это увидеть, как ты вырастешь, женишься и заведёшь семью". -"Я всё еще могу это сделать", - парень попытался объясниться, борясь со своими эмоциями. -"Это будет не как у нормальных людей" - огрызнулся Йос. Слова про "нормальных людей" сильно задели Макса. Они словно были созданы для того, чтобы причинить ему боль. -"Папа, пожалуйста, не говори так". -"Я всё понимаю, это не твоя вина, что ты такой, какой есть, но наверное, я больше не смогу тебя воспринимать как раньше". Для Макса это был удар в самое сердце. Отец, конечно, с самого детства взъедался на него за самую малейшую провинность, но сейчас он испытывал к своему сыну самую настоящую неприязнь. Йос двинулся к двери. Когда Макс протянул руку, чтобы попытаться остановить его, получил сильную пощёчину, и потеряв равновесие, упал. Мужчина даже не оглянулся, и с полным безразличием ушёл. Макс почувствовал, как все силы покинули тело. Он так усердно работал всю свою жизнь, чтобы Йос гордился им. Всегда помнил искреннюю радость отца, когда им сообщили о получении места в Формуле-1. Они вместе пережили все счастливые моменты, празднуя общий успех. Макс воспринимал каждую свою победу как совместную, ведь отец был очень важным человеком в его жизни и карьере. Сейчас парень чувствовал, что всё испортил. Макс уже долгое время сидел на полу, обхватив голову руками, когда Кристиан вошёл к нему в комнату и сел рядом. Он приобнял своего подопечного, пытаясь хоть как-то его успокоить: -"Макс, я немного услышал ваш разговор, и вот что хочу тебе сказать: "Вся наша команда будет поддерживать тебя. На каждом этапе твоего пути. Что бы с тобой ни произошло, я горжусь тобой всегда". Слова Кристиана очень растрогали Макса. Теперь он не понимал, что чувствовал: счастье от того, что смог быть принятым своими друзьями и большей частью семьи, или полное отчаяние из-за того, что родной отец так жестоко отверг его. Что ещё хуже, это был только первый шаг. Через несколько дней статья должна была выйти в свет. Макс начал задаваться вопросом, правильное ли он принял решение, но пути назад уже не было.