Удача для неудачников

Все началось месяц назад. Несколько десятков подколов (впрочем как обычно), пару драк с применением магии и одна на кулаках. Вроде все как и всегда, но… Малфой с интересом рассматривал налившийся фингал под правым глазом. На самом деле, у него их было два, но этот он не получал. В правый глаз бил именно он. Наверное, стоит уточнить, что бил он в глаз Поттера. А синяк у него. Даже бы Крэбб додумался, что уж говорить о Малфое. Косметические чары, что наложила с утра Панси, уже выветрились, но находясь в своей комнате, отведенной для Старших старост, он не боялся разоблачения. Хотя после того, как Поттер, не стесняясь, щеголял с двумя фингалами и кидал странные взгляды на него (Дабожемой, Поттер, ты серьезно?), Малфою стоило бы побеспокоится. Все-таки нахождение своей половинки довольно обычное дело у волшебников, и еще более обычное, если твоя истинная пара твоего же пола. Но это же Поттер! Стоило бы написать маме. В голове всплыло воспоминание, как Нарцисса Малфой успокаивала отца, когда они узнали, что истинная половина дедушки был никто иной как Артур Уизли. Успокаивала она хорошо, даже можно сказать отлично, сковородкой. — Эй, Малфой, сегодня вечером ты дежур… — Не запирать дверь в спальню было опрометчивым поступком, особенно, если рядом живет заучка Гриффиндора. Через зеркало он смотрел на девушку и будто слышал как в ее умной головке щелкают механизмы, соединяя все в одно целое. И вот оно — понимание вперемешку с презрением и каплей сочувствия. — Гарри знает? — Да черт пойми твоего Поттера, смотрит на меня как Василиск на Грязнокровку! — Возмущенный возглас Малфой пропустил мимо ушей и повернулся к гриффиндорке, — Лучше помоги. — Тебе стоило поучиться вежливости, Малфой. — Но в разрез со сказанным, девушка подошла ближе и начала накладывать маскирующие чары. Дежурство прошло вполне себе хорошо, пару десятков снятых баллов с гриффиндора слегка подняли настроение, а пришедший ответ матери на письмо, вселил надежду, что обойдется без скандала. Дорогой, сын.Я поняла. Отцу расскажешь сам. Сковородку достала.P.S. Ты хорошо питаешься? Может прислать что-то из дома? С любовью, твоя мама. Все-таки у него самая лучшая мать. А отец. Соулмейтов не выбирают, будто он хотел, чтобы это был Поттер. (На самом деле у него были такие мысли). Следующий день прошел по плану: словить недовольный взгляд крестного (мама, ты же не написала ему?), несколько задумчивых взглядов Джинни Уизли — девушки Мальчика-Что-Был-Его-Половиной, и томные взгляды самого Поттера. Было ощущение, что гриффиндорец только и ждал, когда можно спустить все с тормозов. Хотя у них разве что-то было? Случайные (Ой ли?) прикосновения, двусмысленные фразы на уроке Зельеварения и все те же томные взгляды. Гриффиндорец явно хотел свести его с ума? Иначе как по-другому объяснить то, что он делал? — Слушай сюда, Хорек, — Джинни неожиданно схватила его за рукав мантии и затащила в один из заброшенных коридоров замка, — Гарри бросил меня и если ты его обидишь, то мой летучемышиный сглаз покажется тебе приятной щекоткой, усек? У Малфоя задергался глаз. В последнее время обижали, почему-то, только его. Накопившееся напряжение срочно требовало выхода. Оттолкнув от себя младшую Уизли, Драко направился на поиски того, кто занимает все его мысли. Он выскажет ему все, что думает. Видите ли Соулмейты они, да какая разница? Живут же люди и без них. А то, что так тянет друг к другу. Это не важно, переживут. — Поттер! — Завидев в конце коридора макушку с непослушными волосами (Серьезно, Поттер, где расческа?), Драко ускорился, чтобы догнать двух гриффиндорцев. Оттолкнуть с пути Уизли, схватить Поттера, затащить в пустой класс и высказать все, что накипело. План был хорош, и даже был исполнен идеально, но с последним пунктом вышла проблема. Гриффиндорец стоял напротив него и выглядел очень сексуально с этой наглой улыбочкой на губах. Крестный сейчас бы сплюнул и прошипел, что тот копия своего папаши. Драко не видел отца Поттера, но если сын пошел в него, то он понимает, почему Эванс осталась с ним, а не со своим Соулмейтом. Поттеры те еще искусители. — Поттер! — Малфой вновь прорычал его фамилию и понял, что сказать ему просто нечего (А ведь до этого продумал весь диалог). — Ну, Малфой (не Хорек, как раньше), что ты хочешь мне сказать? — И сделал шаг ближе. Драко себя, почему-то, почувствовал загнанной овцой. Ну, правда. Когда Поттер стал таким? — Прекрати это! — Что это? — И вновь один шаг вперед, между ними остался ничтожное расстояние, кажется, он ощущает дыхание на своей щеке (А Поттер, оказывается, ниже его). — Вот это! — Малфой беспомощно разводит руками, ассоциация с овцой кажется уже не такой уж и отдаленной. Гарри выхватил палочку и кинул в дверь запирающее заклинание, а дальше Драко запомнил все в следующей последовательности: стена, парта, пол, стена. И горячие губы со вкусом корицы. Когда Поттер стал таким наглым? А еще сексуальным и… Просто божественным?! Драко лежал на расстеленной мантии на полу и бездумно пялился в потолок. Все как-то усложнилось и в тоже время стало таким простым. Спустя час, когда колокол уже полчаса назад как известил об отбое, Поттер надевал на себя мантию и задумчиво смотрел перед собой. — Твои царапины очень саднят. — Да ладно? Кто в этом, по-твоему виноват, Поттер? — В следующий раз буду помягче. И Поттер уходит, эффектно взмахнув мантией, кажется эту фишку он перенял от Снейпа.