Серая Стрела. Часть 2: Берег

***Кай***

      Оставшиеся до возвращения Эндрю сутки Кай перелопачивал документацию, выстраивая работу комплекса без ИИ. Системы функционировали, просто было нужно их настроить и синхронизировать. Да, теперь постоянно придется всё проверять, но голосовое управление никуда не делось, а команды дронам можно подавать вручную. Просто их надо прописать.       Попутно морф воспользовался душем и закинул вещи в чистку. Он не удержался и перетащил свой любимый фульгурит, поставив его на обеденный стол в хижине. Он заставил дрона-ремонтника, отрабатывая команды, предварительно покрыть этот стол полимерной смолой, правда, для этого пришлось перетащить стол в комплекс, потому что при переходе через разрыв дрон отключался.       Эндрю предупредил, когда он с рабочими вышел из порта, по воде до места было сильно быстрее, чем по суше. И тут Кай понял, что ничего не сказал возлюбленному… его отвлекли островитяне, потом построение новой системы… А потом он просто забыл.       — Моя Тень, дома кое-что… изменилось. Я забыл сказать тебе сразу… а потом… В общем, проще тебе все увидеть, когда ты приедешь.       — Оно в хорошую сторону изменилось или в плохую? — осторожно уточнил техномант.       — Определенно в хорошую, просто есть оговорки.       — Эти оговорки смертельны?       — Нет, — Кай усмехнулся.       — Тогда я спокоен.

***Кай***

      Когда судно подошло, Кайа спустилась встречать возлюбленного, накинув плащ. Из шлюпки к ней выпрыгнул Эндрю. В сером камзоле со стоячим воротом и с серебряной вышивкой, под ним была грязно-белого цвета рубашка, шейный платок и жилет, в высокие сапоги Мансер заправил бриджи в цвет камзола. Новый образ шел ему безмерно, четко очерчивая фигуру, выделяя широкие плечи.       Техномант направился к Серой, качая головой и самодовольно ухмыляясь, наблюдая реакцию на его новый облик, и только на последнем шаге маска профессионального Лаки спала, улыбка слала мягче, и он заключил приветственный поцелуй.       — Ты просто великолепен, моя Тень, — Серая произнесла рядом с его ухом громким шепотом.       — Я рад, что тебе нравится, любовь моя, — Эндрю снова поцеловал ее в губы. — На самом деле, я позволил себе утащить некоторые твои вещи, чтобы подобрать одежду по размеру нам обоим.       — Спасибо.       — Потом все посмотрим, сейчас надо за день побольше сделать и отпустить плотников, — Он отстранился и, дождавшись ее кивка, сделал шаг назад, разворачиваясь, и отправился отслеживать разгрузку.       Эндрю пришел на том же судне, что и в прошлый раз. Кайа с любопытством рассматривала конструкцию, попутно вспоминая как увиденные ранее корабли, так и тот ее журнал, что теперь принадлежал мастеру парусов. С борта ей развязно подмигнул матрос, она ухмыльнулась и помахала пальцами. Поставили длинные сходни и понесли первые грузы, и Кайа сообразила, что толстый брус оставляют на берегу.       — Эндрю?       — Мы поставим причал, я уточнил, как это тут работает. Береговая линия принадлежит навтам, Васко показал, куда идти, и я смог договориться о постройке самой маленькой пристани, чтобы они могли ею пользоваться, ну, и мы тоже.       — Понятно. Я пойду обратно к дому.       — Да, хорошо, — он бросил Серой короткий ласковый взгляд и вернулся к делам.

*** Кай ***

      Через некоторое время к дому стали подносить материалы для пристройки, приволокли готовую двустворчатую дверь и несколько плетеных корзин, которые Кай попросила сразу занести внутрь.       В двух корзинах были одежда и обувь, в одной какая-то еда и напитки и… Тут Кай отвлеклась, потому что в отсутствующую дверь занесли художественный станок. Профессиональный мольберт, как из старинного учебника, поставили на пол и ушли. У морфа замерло сердце, она подошла и осторожно провела пальцами по лакированной поверхности с пятнами краски. Им явно уже пользовались, но это было абсолютно неважно. Со спины приблизился техномант и обнял за талию.       — Нравится?       — Безумно, — Кайа закусила нижнюю губу и резко развернулась к парню. — Спасибо, Сокровище. Я даже не думала, что тебе в голову придет.       — А мне пришло, — Эндрю потерся носом о нос и слился с возлюбленной в долгом поцелуе.

***Эндрю***

      Работники ушли незадолго до того, как стемнело, пообещав вернуться рано утром.       Они успели поставить небольшой причал, разметить территорию у хижины и воткнуть на место тяжелую дверь с засовом изнутри и замком снаружи.       Эндрю объяснил, что вокруг них после его первого прибытия уже кто-то сочинил историю о паре сумасшедших дворян из далекой пустыни, которые сбежали на край света, и он не стал никак ее комментировать, что только укрепило слухи. В итоге жизнь на отшибе объясняли придурью, которая тут же превращалась в экстравагантную особенность, как только в дело вступало золото.       Он купил себе и Кай по паре костюмов разного уровня пафосности, по нескольку сменных рубашек, жилетов, бриджей, пару шляп и по паре сапог, и еще ворох сопутствующих тряпок типа чулок и шарфов. Его неимоверно бесила сложность костюма, но как только Эндрю увидел, как Кай стала глодать его, сходящего на берег, глазами, он понял, что дело того стоило.       Но теперь можно было выдохнуть.       Эндрю вошел под купол, кинул камзол на стул, за ним последовал жилет и шарф; техномант оглядел обстановку, высматривая, что его обожаемая Кайа наворотила в его отсутствие, и принюхался.       Он почуял слабый химический запах, шедший от стола. Эндрю пощупал блестящее дерево. Гладкое лаковое покрытие. Полимерная смола, которую, он точно знал, они с собой не брали. Мансер скользнул по столу взглядом и увидел каменную молнию.       — Кай, я же просил оставить его на Марсе. Я понимаю, что ты любишь этот булыжник даже больше, чем я, но я же просил, — в его голосе мелькнуло раздражение.       — Я могу унести его обратно, — Серая проигнорировала его интонацию и вынырнула из-за простенка, отгораживающего спальное место.       — В каком смысле «унести»?       — Я нашла колбу, — она подошла и отдала Эндрю заветный пузырек, — и поняла, что делать. — Кайа взяла техноманта за руку и потянула за собой.       — Это то самое хорошее изменение?       — Именно, — она кивнула, пятясь к стене, и Эндрю увидел, как Серая прошла через завибрировавшую прослойку и втянула его внутрь.              Секунда тишины и тьмы — и Мансер вдохнул знакомый сухой воздух с легким привкусом металла. Он вышел в белый холл их уже ставшей такой родной станции дома как будто из стены.       — А что за оговорка? — Эндрю огляделся, пытаясь понять, что не так.       — Я забыла, где мы воткнули сервер, и по закону подлости он стоял…       — Точно там, где я сейчас, — закончил фразу Эндрю.       — Селесты больше не существует, последние сутки я налаживала работу комплекса без ее участия.       — О как, — Мансер положил руку на затылок, переваривая услышанное. — Как ты по этому поводу? Я знаю, что ты все-таки была к ней привязана.       — Я… — она напряженно рассмеялась сквозь зубы, запрокинув голову. — А хрен знает. Я не думала об этом. Но, когда ты спросил, я понимаю, что мне легче. Просто… да, будет нужно следить за домом, но… Я рада, что ее больше нет. Хотя, если бы не это, я бы никогда не подумала от нее избавляться.       — Какие потери?       — Ну, стазисный модуль можно выбросить, медблок теперь работает только на ручном управлении, осталось голосовое в целом, дроны стали тупенькие, у нас больше нет игровых симуляций и большей части видеоматериалов, и… мы не можем выйти отсюда так, чтобы не оставить двери нараспашку.       — Хм. Ну мы пока никуда и не собирались в целом, — он пожал плечами.       — Это да… надо как-то разметить разрыв, чтобы в него случайно не проваливаться… — Кайа начала рассуждать. — И я пока не знаю…       — Погоди. Так это, все-таки, был твой луч?       — Наверное, — Серая на секунду нахмурилась. — Но я правда не видела… на него к нам пришли туземцы поинтересоваться, что происходит.       — И как? — он сложил руки на груди.       — Я знаю несколько местных слов из симуляции — этого хватило, чтобы расположить их к себе… В целом, они миленькие, я позвала их зайти через пять дней, чтобы мы тут были оба. Думаю выспросить о положении дел и всей этой их магической петрушке с духом острова.       — Посмотрим, что из этого выйдет… — Мансер задумчиво осмотрел холл.       — Даинтдеген — их слово для нас.       — Что это значит?       — То ли люди небес, то ли зубастый человек, я не очень поняла… Я вышла к ним с серой рожей и крыльями, я даже не помню, как их выпустила.       — В любом случае, это подходит, — Эндрю поцеловал ее в лоб, отбрасывая мысли о делах, которые новым тактом стали раскручиваться в сознании. — А сейчас я просто обязан попасть в душ!

***Васко***

      Васко продолжал то, что Эндрю назвал его историей. После того, что он узнал о своем происхождении с помощью легата и разговоров о наследии с Йара он наконец решился сделать последний шаг в становлении в Гильдии навтов.       Его отдали в Гильдию в младенчестве для подтверждения торговых договоров, это было распространенной практикой — отдавать навтам детей, это делали богатые семьи для заключения союзов, это делали бедняки, если им было нечем кормить своих отпрысков. В Гильдии дети меняли имена, смешивались, воспитываясь в специальных интернатах и обучаясь морскому ремеслу, и немногие в итоге узнавали, где и кем они были рождены. Далеко не все этим в принципе интересовались, на самом деле. Гильдия учила тому, что все навты — семья, и гильдейские татуировки на лице были лучшей рекомендацией того, что тот, кто их носит, заслуживает доверия. Хотя бывало всякое, как в каждой большой семье, по большому счету. С другой стороны, тот ад, который, как теперь знал Васко, творился внутри семей дворянских, по рассказам де Сарде и Д’Орсея, позволял взглянуть на мелкие стычки внутри гильдии как на что-то даже почти милое.       Так или иначе, но он решился и пришел к своему адмиралу, чтобы запросить испытание для получения татуировок верности Гильдии — следующий шаг, который необходим, если он хочет строить карьеру, получать лучшие контракты. И вернуть в конце концов свой корабль!       Ему поручили расследовать крушение корабля «Штандарт» у берегов острова, и, благодаря помощи легата и монстража, Васко добыл документы и разобрался, что именно произошло. На это потребовалось несколько дней, проведенных в походных лагерях, сырых пещерах и среди вони разлагающихся на берегу тел, терзаемых падальщиками, но оно того стоило.       Вернувшись в новую Серену, навтский капитан получил свою татуировку на щеках, а Закари де Сарде, несмотря на то, что выяснилось, что он появился на свет на корабле, а это делало его навтом по праву рождения, себе делать ее не стал. Статус легата не позволял демонстрировать принадлежность ни к какой из гильдий, и дворянин предпочел скрыть статус Рожденного в Море.       Навта это покоробило. Для него такие вещи были чрезвычайно важны, а его друг отказался, пусть и по веской причине… Веской для легата, но не для капитана.       В любом случае, он был благодарен за помощь в расследовании крушения судна и сборе доказательств. Ну, и без де Сарде и Курта та тварь, что оказалась причиной трагедии, точно бы его сожрала.       Златоглазый капитан почему-то вспомнил Кай и Эндрю. Интересно, а что будет, если кто-то из них столкнется с Хранителем?       — Васко? — голос Кабрал вырвал его из задумчивости. — У тебя все в порядке?       — Да, вполне, — он поднял на нее взгляд. — А что?       — У тебя лицо как штормовая туча. Я думала, ты будешь рад возможности вернуться на своего «Конька», — она сложила руки на груди.       — Я обещал легату, что сначала закончим эту его историю, а только потом я уйду, — навт вздохнул и посмотрел в землю. — Я глубоко в это влез, и бросать их сейчас будет неправильно.       — Хорошие слова, но я вижу, что тебя беспокоит что-то еще, я достаточно давно тебя знаю, чтобы видеть: тут дело не только в разлуке с морем.       Васко посмотрел на Кабрал исподлобья.       Они действительно были знакомы большую часть его жизни: сначала когда она присматривалась к детям в пансионате для Дарованных морю, потом на обучении, а после навт служил на её корабле. Кабрал хорошо знала всех своих людей, в том числе и его. Благодаря ей Васко сумел показать себя и стать капитаном так рано. Гиллен Кабрал выглядела лет на сорок, но он знал, что ей уже было за восемьдесят; когда ее избрало Море, возраст стал приходить медленнее. Она была его наставником и другом, и она была единственным, кто мог ему помочь разобраться.       — Как можно понять, где воля Моря, а где просто цепочка глупых совпадений? — Васко заглянул в ее черные, как смола, глаза.       — Что-то случилось на испытании, чего я не знаю?       — Нет, это случилось до, но тоже недавно, — Капитан отвел взгляд, а потом втянул и закусил щеки — он всегда так делал, когда волновался слишком сильно, чтобы уследить за собой.       — О, мой мальчик! — Кабрал подошла и положила руку ему на локоть. — Все настолько серьезно?       Он коротко покивал.       — Пойдем, расскажи мне все, — Адмирал взяла его под руку и повела вдоль причала в сторону от суеты порта.       И Васко рассказал, рассказал все как она духу.       Про то, как их нашли перепуганные туземцы; про встречу; про взорвавшуюся молнию и упавшую с обрыва девушку; про то, как он её вытащил и наглотался воды из её горла; про то, что говорил ему парень в тот вечер.       Он рассказал про то, как начал слышать их мысли, а они его; про похищение и то, как именно он смог их позвать, и как именно они его забрали и вылечили.       Про то, как выговаривал морю, и спокойный прибой окатил его внезапными брызгами; про их близость и поцелуи; про то, как они давали ему ответы на незаданные вопросы о наследии; про песни, которые они поют, когда работают; про тянущее чувство, что преследует его с момента встречи.       Васко умолчал только о том, что узнал об их природе, о том повторном нападении в ночь перед тем, как он ушел из их дома, и о разговоре с Эндрю, обнимавшем спавшую Кай.       Кабрал молчала и слушала, шагая с ним по берегу. Из-за треуголки он не мог видеть лица женщины, бывшей ниже него почти на две головы, но он чувствовал, как она сжимала его локоть.       — Я видела кого-то из них в порту?       — Да. Помнишь парня, который договаривался о причале восточнее по побережью? У него длинная челка и забритый полосами затылок.       — Лаки? — Кабрал подняла голову, и Васко увидел на ее лице испуг, сменяющийся пониманием. — Я помню, что он подписывал документы не тем именем, которым представлялся.       — Да, он самый. Лаки — это у него что-то вроде рабочего псевдонима, когда он ведет некоторые дела.       — Понятно… Я должна с ними увидеться. Ты можешь это устроить?       — Когда? — навт прикинул, сможет ли сбежать от легата в ближайшее время.       — Чем раньше, тем лучше.       — Надо узнать, не нужен ли я де Сарде.       — Нет, мой мальчик, это важнее. Попроси его найти тебе замену на эти несколько часов.       — Хорошо… — Васко остановился и собрался с мыслями, вызывая образы метаморфов.       — Вы здесь?       — Мы всегда здесь, если в сознании, — это была Кайа. — Что-то случилось, родной?       — Адмирал Кабрал хотела бы встретиться, она говорит, чем раньше, тем лучше.       — Ну, в целом можно хоть сейчас, — включился Эндрю. — Через сколько вы будете? Или нам подтянуться?       — Они спрашивают, через сколько мы можем быть, или им лучше прийти сюда? — Васко передал вопрос Кабрал.       — Точно не сюда, тут слишком шумно. Давай прогуляемся, возьмем шлюп и будем там через пару часов или около того.       — Мы слышали, ждем.       — Мы зажжем фонари на причале. Есть пожелания о том, чем вас угостить?       — Они сказали, что будут ждать, и Кай уточняет, что ты пьешь.       — Пряный ром, — рассмеялась женщина.       — Не вариант, — Васко хмыкнул, — в их доме это плохая примета с недавнего времени.       — Тогда вино.       — Принято, — отозвалась Кай и, прежде чем исчезнуть, послала в навта теплое ощущение, от которого у него заколотилось сердце, но он так и не смог найтись, к чему это.