Запись 175. Очень некрасиво
11 августа 2025 г., 02:55
***Кай***
Наутро я заболел. Я проснулся от того, что легкие пронзил болезненный спазм, и понял, что в начальной форме… плохо дело. Стараясь быть максимально осторожным, я выпутался из объятий любовников и покинул постель, стянул ставшую слишком узкой майку и подтянул завязки на штанах, которые норовили свалиться с бедер. Стоило выпрямиться, как закружилась голова, и меня шатнуло от подкатившей слабости. — Нет, — я тяжело выдохнул, опираясь на край загородки. — Пожалуйста, только не это… не надо, — меня скрутило кашлем, от которого рвало в груди. — Кай, что с тобой? Я обернулся: на меня смотрели две пары обеспокоенных глаз. Золотые и карие. Такие красивые… Эта мысль закрыла собой на секунду даже боль в легких… Такие… Я открыл рот, чтобы ответить, ноги подкосились, а зрение потеряло фокус. Я попытался зацепиться за перегородку, но пальцы разжались, и мой мир медленно погас.***Васко***
Кай стал сползать по стенке, и Эндрю, перескочив через Васко, метнулся и едва успел его поймать. Он аккуратно опустил Серого, держа за плечи. Оказавшись в горизонтальном положении, тот тяжело проморгался и огляделся мутным взором. — Кажется, я… мне нужно… — он попытался сесть и снова обмяк. Васко соскользнул с кровати и присел рядом, коснувшись тыльной стороной ладони высокого лба. — Он должен быть таким горячим? Эндрю отрицательно покачал головой. — Сейчас разберемся, возьми его, пожалуйста, — голос техноманта звучал обеспокоено, но было видно, что он понял, что делать. Навт поднял показавшееся очень тяжелым тело, метаморф вытягивался, как кот, который очень не хотел, чтобы его подняли, он был слишком расслаблен, и конечности безвольно свисали. Кай снова включился, увидел близкое лицо и вцепился Васко в плечи, поцарапав когтями. Навт от неожиданности шикнул, и Кай тут же отпустил, прижав кулаки к груди. — Прости-прости-прости… Поставь меня, я сейчас могу быть для тебя опасен… — Тихо, — золотые глаза строго взглянули на Серого, и тот замолк. Эндрю достал что-то из ящика у его верстака, поманил за собой капитана и шагнул через стену. — Васко, пошли, я тебе потом расскажу, как это работает, — послышался голос. Капитан внимательно посмотрел на каменную кладку и качнул челюстью в сторону, сжал зубы и шагнул. Ничего особенного не произошло, он как будто прошел через легкую занавеску, но воздух по другую сторону обжег легкие сухостью. Васко оказался в круглом холле с несколькими дверями в разные стороны. Эндрю ждал его, теперь поманив жестом и приложил ладонь к панели на дверном косяке. Дверь отъехала в сторону. Они вошли в медблок, Кай опять отключился, уронив голову на грудь. — С ним уже такое было? — Да, но я не застал, — техномант взял руку морфа, сунул ее в какой-то металлический тубус и нажал кнопку. Что-то зашипело, загорелась лампочка, — клади его на стол. Васко послушал, аккуратно опустив тело на металлическую поверхность, над столом — кольцо, а край под левой рукой Серого изорван и смят несмотря на приличную толщину и ребра жесткости. Эндрю стоял напротив большого светящегося экрана и тыкал в него пальцем. — Что это? — Это наш дом, Кай недавно настроил разрыв. Конкретно это — медицинский отсек… эм, то есть лазарет, — техномант рыкнул и ударил в стену рядом с экраном левой рукой, оставив вмятину. — Ебанная Селеста, как же ты не вовремя сдохла… Ладно. Так. Проверка, вижу. — Он что-то еще набрал, и кольцо над столом засветилось и поползло над Серым. Эндрю подошел, уперев руки в бока. — Теперь ждем, пока это устройство все проверит и скажет нам, что с ним. Васко решил оставить некоторые вопросы на потом, он понял, что находится в другом мире, и этого было достаточно для объяснения многого странного. — А что со столом? — А, это… — полосатый положил руку на затылок. — Это я. Во время преображения, ну, до того, как отрубился от боли. — Настолько плохо? — навт нахмурился. — О, ты даже представить не можешь, Золото. — Как ты меня назвал? — Васко поднял бровь. — Извини, вырвалось… если не нравится, то я не буду, — метаморф стушевался и вернулся к экрану, пряча глаза. — Нет, оставь, — навт смущенно улыбнулся, подошел и посмотрел в экран, пытаясь понять, что там написано. — Я тебе тоже что-нибудь придумаю. Что оно говорит? — Оно говорит, — техномант показал пальцем на рисунок со сканера, — что у Кая поражение легких и не работает одно из сердец. А что за зараза его достала, оно еще думает. — Я не мог его заразить? Притащить с собой маликор от Константина? — Мог. Хм… иди сюда, сейчас проверим, — Эндрю подвел капитана к тубусу, сунул туда свою руку и нажал кнопку. — Эта штука берет кровь и делает анализ, чтобы сказать, все ли с тобой хорошо, а если плохо, то что именно. — Понял, — навт решил, что не будет пока ничему удивляться, и просто наблюдал. Он сдал анализ, подождал, пока Эндрю что-то еще натыкает в экране, и сел на табурет около стола. — Можешь пока осмотреться, если тебе интересно, я буду тут. Капитан встал и вернулся в холл. На полках стояли фигурки, по стенам висели картинки, все нарисованные одной рукой, судя по всему, работы Кая. Две двери были закрыты, одна открытая — вела в спальню, в которой царил беспорядок, вторая, судя по всему, на кухню, с которой была вынесена половина вещей. Были проходы куда-то вниз и куда-то вверх, он пошел наверх, миновал еще одну закрытую дверь и вышел в комнату с окном почти во всю стену, за окном, несмотря на глубокую ночь, виднелись каньон, скалы и пустошь… Теперь Васко не просто понял, он УВИДЕЛ. Он в той самой пустыне, о которой говорил Эндрю. Навт стоял, вглядываясь в небо с совершенно чужими звездами, ни единой знакомой фигуры. — Если разрыв закроется, мы никогда не вернемся… — он сам не понял, что сказал это вслух. — Если разрыв закроется, я сделаю новый, — Эндрю как раз поднялся в комнату. — У меня две новости: хорошая и плохая, как обычно. — Хорошая? — Хорошая: ни у тебя, ни у меня нет той херни, которую подцепила наша любовь. — Внешне навт не отреагировал на формулировку, но она зацепилась у него в душе якорем, сильно кольнуло в сердце. — Плохая? — Мы не знаем, что это за херня. Васко снова поднял глаза к чужому небу, коснувшись холодного стекла пальцами. — Кай выкарабкается? — Скорее всего, он в любом случае выкарабкается — вопрос в том, сколько это продлится и что с ним будет происходить в процессе. Хотя я не знаю, по правде говоря, — кареглазый внезапно как-то сник. Разум капитана навтов, подгоняемый холодным скребущим чувством под горлом, судорожно искал варианты, перебирая все, что он знал, и тут он наткнулся на… — Кабрал. — Что Кабрал? — Адмирал говорила, они с Каем давно знакомы. Если ты не застал, может, она знает, как он болеет? — Хм… мысль хороша, тем более, что у нас всё равно больше нет вариантов, — Эндрю развернулся и побежал вниз по лестнице, Васко направился следом. Он остановился рядом с пустой стенкой, из которой они вышли. — Останься с ним, я быстро сгоняю туда-обратно. — Там стоит динг. — Динг — долго, и я не умею обращаться с таким парусом. Я слетаю, — Эндрю привстал на цыпочки, коротко поцеловал навта в губы и исчез за разрывом. Васко остался стоять, как будто в оцепенении. «Наша любовь», теперь этот поцелуй… короткий, но… Златоглазый прикоснулся к губам кончиками пальцев. — Ты все уже понял и решил не дожидаться, что я проговорюсь, да, Искорка? Он постоял немного, отыскав подобие внутреннего равновесия и вернулся в медблок. Как раз вовремя, потому что Серый пытался встать, держась рукой за грудь, навт в два шага оказался рядом и поймал его за плечи. — Ты куда собрался? — Я хочу посмотреть на экран, — Серый ткнул пальцем, — мне надо знать, что происходит. Капитан помог морфу спуститься и подвел к светящемуся дисплею, Кай забегал глазами по показателям, шевеля губами. — Бля, сука… Только не опять… — У тебя такое уже было? — Да, пару раз… это бывает… когда новое место, и, в общем… — он посмотрел на Васко, облизывая губы. — Знаешь, как бывает, когда попадаешь в новом месте в толпу и собираешь подряд все на себя? Это то же самое, но я почти не болею, поэтому, если что-то находится, что меня срубит, то это… у меня организм почти не сопротивляется, — морф покачал головой, тяжело дыша. — В прошлый раз я чуть не умер, то есть насовсем… Меня Зейн выхаживал почти полгода. Но он знал с чем бороться, и у него были лекарства. — Эта штука не знает, что с тобой? — Конечно, не знает, — Серый попытался усмехнуться и закашлялся. — Она знает, чем болеют на Марсе, а не на Тир-Фради. По телу Кая прошла судорога, и он зажмурился, застонав. Навт проводил его обратно и уложил на стол, кольцо сканера задвигалось, обновляя данные. — Послушай, сейчас будет очень некрасиво… С меня пытается сойти маскировка, я не хочу, чтобы кто-то это видел. — Кай, не кокетничай. Если тебе от этого станет легче, то расслабься, — спокойно сказал Васко и положил ладонь ему на лоб, внутренне готовясь увидеть какое-то склизкое чудовище, вспомнив то, как отреагировала Гиллен на его фразу о кошмарах. Серый дернулся, закрыл лицо ладонями и закричал, как раненое животное, подтянув колени к животу. По телу прошла рябь, и морф расслабился. Его тело покрылось шрамами, следами ожогов и грубыми швами. Стало похоже, как будто он сшит из кусков, кое-где в шерсти появились проплешины, на левой руке не хватало пальца, по обеим локтям струились ветвистые рисунки, оставленные электрическими разрядами. Кай опустил ладони, положив руки на грудь, и навт увидел обезображенное лицо, потерявшие живость глаза в стальных рамках без век, сидящие на скобах в глазницах, прореху на губе, почти ополовиненный нос, кошмарный шрам на шее, как будто ему почти отгрызли голову. И вены… Черные вены, вспухшие, хорошо заметные там, где серый велюр мягкой короткой шерстки открывал серовато-розовую кожу. — Ох, ебать, — вырвалось у навта. — Как я сказал мистеру Сикеру, когда он чинил мне зрение много лет, и все это время я получал на орехи. — Кай невесело усмехнулся, скаля треугольные зубы. — Эндрю такой же? — Нет, ты что… У него только левая рука железная, в остальном с ним все отлично, — морф отмахнулся и прикрыл глаза ладонью. — Он совершенен. — Как ты умудрился? — пальцы навта зарылись в серые волосы, осторожно поглаживая голову. — Ты хочешь поговорить об этом? — Кай пару раз тяжело набрал в грудь воздух и выдохнул с хрипом. — Ну, почему бы и нет?.. Ткни пальцем, я тебе скажу. — Локти? — Это называется следы Лихтенберга, так бывает, если поймать молнию. — Их было две, видимо. — Три. Эндрю очень сильный техномант, и ему тяжело давался контроль способностей, когда мы начали, — он тепло улыбнулся. — Но он правда очень талантлив. — А вот это? — кончики пальцев прошлись вдоль шва на левом боку. — Это осколок от взрыва, вошло тут и воткнулось в позвоночник, я не смог это вытащить, меня завалило… нашли только на третий день, потому что продолжал дергаться и материться. — Грудь? — Если то, что продольное, то это перегрузка. Технически, я взорвался. Остальные уже не вспомню. — Горло? — Это тоже Эндрю. Когда у него случился первый голодный психоз, ну, ты слышал. — Слышал. Глаза? — Это… то ли горящие палки, то ли раскаленные штыри. Это были долгие трое суток в пыточной, потому что я зашел не вовремя не в то место и не помер от первого удара. — Было сложно понять выражение без век и бровей, но, судя по голосу, это было чем-то из самых болезненных воспоминаний. — Я теперь понимаю, что она имела в виду, — Васко хмыкнул. — Кто? — Гиллен. Она сказала, что твоя судьба крепко тебя держит и засовывает куда-нибудь, чтоб посмотреть, как ты будешь выбираться. Кай внезапно расхохотался, хрипло, надрывно, остановился, только когда смех перешел в кашель. — Очень хорошее определение, я его запомню. Навт взял Серого за руку и улыбнулся, глядя, как сплелись их пальцы, поглаживая мягкую серую шерстку на тыльной стороне ладони. — Спасибо тебе, что остался, — Кай наблюдал за Васко своими жуткими глазами без век. Златоглазый наклонился и осторожно прикоснулся к его губам своими. Серый выглядел иначе, но ощущение от прикосновения было все ещё совершено такое же.
