День рождения Итера!

Маргарита Климчук.— Одиночество: место, куда хорошо заходить в гости, но не жить там. —

Очнувшись от столь приятного сна, медовоглазый еле поворачивая голову посмотрел по сторонам. Он увидел, что лежит на футоне, стены вокруг него были из тёмного дуба, посередине, вдоль стены их украшали живописные обои, где были нарисованы пурпурные цветы, соединяющиеся тёмно-зелёными лианами. Интерьер был скуден: футон и та одинокая тумба, на которой стоял не менее одинокий подсвечник. Пол был сделан из того же дуба, что и стены, от чего они сливались и делали это место ещё ужаснее. Закончив анализ помещения, попаданец наконец вышел из лежачего положения и сел на белоснежный матрас. С его лба упала мокрая тряпка, приземлившись на жёлтое одеяло, которое было расписано жёлто-оранжевым орнаментом, длинноволосый не хотел рассматривать рисунок на пододеяльнике. Иноземец убрал мокрую тряпку, положив её на пол. « Чёрт, мокрое пятно осталось, » — подумал блондин, сощурившись и не переставая смотреть на потемнённый участок одеяла, который становился всё больше и больше из-за пролитой на него воды. Посмотрев чуть дальше мокрого места, мальчишка удивлённо распахнул глаза, ведь впереди на одеяле лежала калачиком дева с нимбом на голове, это была его верная помощница и незаменимый проводник. Малютка спала непробудным сном, её глаза были похожи на два больших вареника с вишней. « Она… Плакала? Из-за меня? » — только одна мысль о том, что из-за такого как он кто-то плакал, сердце начало биться чаще, и хотелось улыбаться ещё шире. Путешественник неосознанно начал проводить своей фарфоровой рукой, где было бесчисленное количество мозолей и порезов с ожогами, его кожу можно было бы отнести к уже разбитому и измученному фарфору, но даже разбитый и старый фарфор, всё равно остаётся фарфором, по шёлковым, белым волосам тёмноглазой. От прикосновения к своим волосам малютка начала не спеша открывать свои опухшие веки. Когда девушка с белой как снег кожей наконец до конца проснулась, они ещё минуты две молча смотрели друг на друга, пока без того опухшие глаза коротковолосой девочки не залились новыми порциями солёной воды. Иноземец немного испугался: нечасто увидишь, чтобы перед ним плакали из-за того, что он всего лишь проснулся. В основном глаза людей, стоящих рядом с ним, заливались слезами из-за « важных дел «, которые они не могли решить сами и просили помощи героя, который в свою очередь как дурак бегал и помогал им. Блондин большим пальцем смахнул поток слёз, который так и не хотел прекращаться. Свободной рукой медовоглазый продолжал гладить волосы его компаньона. — Я-я так и-испугалась, — заикающимся голосом сказала девочка с нимбом на голове, продолжая, — Ты не просыпался целый день… Я думала, что ты умрёшь, — сделав небольшую паузу, беловолосая прошептала, — Хотя это и невозможно… — « Она… Переживала за меня? » — подумал парень, от чего на измученном и уставшем лице появилась нежная улыбка. — Спасибо, что переживала за меня, Паймон, — с благодарностью ответил боец. — Итер, ты дурак, — хоть тёмноглазая и была обижена на своего друга, но, подползнув ближе, она обняла своего соратника, прикрывая глаза. Однако их покой не длился долго. Двери резко распахнулись и оттуда вышли четыре горничные и три самурая, от такого резкого появления парень по рефлексу потянулся к поясу, где обычно находились ножны, но их там не оказалось. Посмотрев по сторонам, он увидел рядом с постелью ножны, в которых был его единственный и неповторимый меч. Но путешественнику не пришлось брать их, ведь приглядевшись к тёмной пустоте, которая была скрыта за дверьми, он увидел до ужаса знакомое лицо, это была сестра Аято, Аяка. Сделав три грациозных шага вперёд, девушка уже была в комнате, где лежал больной. Дама поправила свой длинный светло-голубой хвост и злым взглядом посмотрела на героя, спасшего её родной край. — Выйдите, — голубоглазая сказала как отрезала, взмахнув рукой, будто намекая, что они должны выйти немедленно. Слуги немного постояли, будто обрабатывали услышанное, а потом сразу ушли. Напряжённое молчание повисло в воздухе. Оба смотрели друг на друга не моргая, только одна Паймон не понимала, что происходит, смотря то на своего друга, то на дочь клана Камисато. Так продолжалось бы ещё долго, если бы командир отряда « Рыба-меч » не расправил руки и с тёплой улыбкой не посмотрел на Крио деву. Камисато Аяка начала безутешно плакать, она бросилась в объятия мальчишки, позабыв об этикете. — Я думала, что ты умрёшь! — захлёбываясь в слезах и соплях, сказала одноручница. — Как видишь, всё хорошо, — немного посмеявшись ответил блондин, подумав: « Дежавю? » Наконец остановив свой потоп из слёз, девушка вытерев лицо, снова превратилась в элегантную дочь Камисато. Она развернулась, говоря: « Переоденься, тебя возле выхода ждут ». — Что? — удивился парень. Но девушка уже захлопнула дверь « его » комнаты. После минуты молчания Итер встал на ноги, тело всё трещало и хрустело, поэтому медовоглазый решил сделать небольшую зарядку, чтобы прохрустеться. Одноручник был на удивление очень гибкий и в шпагат сядет, и в мостик встанет, он очень гордился своей гибкостью, поэтому часто её развивал. Выполнив нескольких упражнений, попаданец чувствовал себя как огурчик. Быстро переодевшись, он предварительно заправил футон и не спеша подошёл к выходу. Парень немного призадумался, однако, стукнув себя по голове, открыл дверь и вышел на свежий воздух. Вдохнув в себя максимальное количество воздуха, что помещали его лёгкие, светловолосый улыбнулся. Он решил перед уходом попрощаться с горничными, но их как назло не оказалось. Пожав плечами, малец подошёл к воротам особняка, к удивлению они были закрыты. — Как-то странно: обычно же ворота открыты… Паймон ничегошеньки не понимает… — задумчивым голосом пробормотала малютка, одетая в белый комбинезон с большими рукавами. Если прислушаться, то станет слышно, что за дверьми кто-то стоит и этих « кто-то » много. — Жители? — вслух подумал парень. — Жители? — повторила за ним Паймон. — Па-а-аймон, — протянул длинноволосый с коварной улыбкой на лице, от чего чёрноглазая насторожилась, — А взлети повыше и посмотри, что там, — ангельским голоском пропел герой Мондштадта. От бессилия в сопротивлении беловолосая ответила: « Ладно… » Нерешительно взлетев, девочка, на чьей голове был нимб, ахнула от увиденного, из-за чего попаданец насторожился и спросил: « Что там? » На что последовал радостный ответ от малютки: « Открывай быстрее! » Ничего не поняв, парень, у которого волосы были заплетены в аккуратный хвост, аккуратно открыл дверь. Но его опасения были напрасны: за огромными деревянными воротами были почти все жители Инадзумы, где-то было видно продавщицу из магазинчика, а где-то старичка, который готовил отменные моти, однако, по их лицам нельзя было сказать, что им нужна очередная помощь. Многие из них также приплыли из других островов, от чего у парня дрогнуло сердце. — С днём варенья! — все жители в один голос крикнули эту незамысловатую и местами смешную фразу. — Варенья? — переспросил герой четырёх регионов. — Ну, это как рождения, только варенья! — ответил маленький мальчик, отдав Итеру букет кровоцветов, хотя скорее можно сказать пихнув. — Сегодня… — приостановившись, он продолжил, — День рождения? Путешественник держал в руках букетик, состоящий из 5 кровоцветов. В Инадзуме есть один обычай : дарить нечётное количество кровоцветов самому сильному воину. Где-то в груди начало приятно щекотать. Блондин посмотрел на людей, которые пришли его поздравить, и с улыбкой на лице он радостно сказал: « Спасибо всем большое! » Сразу после этих слов блондина отвели к столу, где уже были все его друзья, начиная от Томы, заканчивая Яэ Мико. Этот день никто не забудет: было много еды, развлечений и подарков. Атмосфера была такой же приятной, как и в последние дни после того, как путешественник спас Инадзуму. После праздника именинник помог прибраться и отнести всех пьяниц и уснувших, например Паймон. Достав из кармана маленький, будто игрушечный чайник, паренёк поставил его на пол. Через одну секунду чайничек стал разбухать и наконец стал похожим на настоящий чайник. Поместив туда все свои подарки, парень сначала пустил Паймон, а потом уже хотел и сам пойти отдохнуть, но тут его остановила давняя знакомая, Сёгун Райден, а если быть точнее, её марионетка. — С днём рождения, путешественник, — сказала барышня с фиолетовыми волосами. — Спасибо? — ответил ей парень, продолжая, — Ты пришла, чтобы меня поздравить? — спросил Итер. — Ты как всегда догадлив, но я пришла, чтобы тебе кое-что сказать, но для начала вот тебе мой подарок, — продолжила кукла, после чего в руках парня появилась прямоугольная коробка, завёрнутая в фиолетовую обёртку, со всех сторон коробка была обвязана жёлтой, как волосы парня, лентой. Выглядело неаккуратно, но мило. Немного покрутив подарок, одноручник заметил, что за лентой скрывается самодельная закладка, на ней было нарисовано несколько звёздочек разного цвета, а именно: салатового, сиреневого, оранжевого, светло-бирюзового, красного, голубого и белого. Сама же закладка была жёлтого цвета. Парень хихикнул, благодаря: « Спасибо » И продолжил, уже смотря на копейщицу: « А что ты хотела мне сказать? » — Твой день рождения будет длиться четыре дня, один день уже закончился, поэтому осталось три, — изложила свою мысль кукла Архонта Вечности. — Ч-четыре, но почему?! — чуть ли не крича, спросил медовоглазый. — Ты должен успеть отпраздновать во всех регионах свой день рождения, я не виновата, так решили Архонты. До встречи, — после этих слов Электро леди исчезла, не давая шанса парню что-либо сказать. От бессилия он вздохнул и зашёл в чайник, дожидаясь начала нового дня. (Тут будет вестись от лица гг) Остальные дни были не менее весёлыми. На второй день праздника, Сёгун сказала, чтобы я отправлялся в Мондштадт. Там меня поздравили и угостили виноградным соком с вкусной едой, было смешно наблюдать за тем как бард, который являлся самим Архонтом, в подарок на мой праздник распевал баллады обо мне. Не менее интересно было под конец, когда все напились и начали отыгрывать сценки про мои приключения. После праздника Архонт Свободы подарил мне огромную бутылку, как я понял по форме предмета, которая была завёрнута в телесного цвета обёртку, к её пробке были приклеены аккуратно вырезанные волосы из бумаги, выглядевшие как у меня, а сзади была косичка, под чёлкой я заметил смешную рожицу, улыбающуюся мне, Венти решил назвать её « Итер 2.0 ». На третий день празднования Венти с подругой направил меня в Сумеру. Когда я туда телепортировался, то оказалась, что я переместился не к тому телепорту, у которого меня должны были встретить, поэтому мне пришлось с Паймон телепортироваться к той точке, где меня ждали. Меня встретила Кандакия, она решила взять небольшой выходной. Защитница деревни провела меня к праздничному столу, от такого большого количества перца в еде у Паймон появилась сыпь, из-за этого ей пришлось ничего не есть до конца вечеринки, кроме блюд, где не было специй. Ртавахисты решили в подарок погадать мне на судьбу, ради забавы. А ученики из Кшахревараподарили мне мини прожектор, который выглядел как наручные часы, с помощью него я мог смотреть на карту местности, не открывая бумажную карту. Кавех ничем не отличался от мондштадтских: тоже захотел меня напоить, но Аль-Хайтам дал ему подзатыльник, и после пары злых комментариев в сторону секретаря он успокоился. Под конец Нилу с ребятами из театра Зубаира показали прекрасный концерт, чем завершили этот волшебный день. После праздника Нахида подошла ко мне и вручила коробочку в виде звезды, она была завёрнута в салатовую бумагу, на ней было прикреплено пару листочков и цветок падисара. На последний день празднования Малая Властительница Кусанали отправила меня с Паймон в Ли Юэ. Там нас, как всегда, встретили с распростёртыми объятиями. Однако я заметил, что обстановка была не как всегда хорошей. Оказалось, на праздник пожаловали Фатуи с поздравлениями — неожиданно, но приятно. Днём провели парад, где выносили бумажного дракона, похожего на Архонта Контрактов, а в воздух запускали воздушных змеев. После парада пригласили лучших из лучших рассказчиков, которые рассказывали о давних событиях гавани, когда Моракс, Гео Архонт « умер ». В оставшееся время до вечера нас усадили за стол, однако, из-за большого количества еды, которую мы съели в прошлый раз, меня чуть не вырвало, поэтому я сбагрил всю еду маленькому летающему поросёнку. Вечером, как всегда, было самое интересное: мы послушали концерт Юнь Цзинь. Затем мы запустили бумажные фонари в небо. В конце праздника ко мне подошёл Чжун Ли и отдал абонемент на посещение чайного домика бесплатно на протяжении месяца, на вопрос, откуда у него деньги, длинноволосый нахмурился, будто обиделся. (Теперь тут от 3-его лица) После окончания всей суматохи Итер и Паймон зашли в чайник, пять комнат были переполнены подарками, хорошо, что это были пустые комнаты. Не успели они подняться по ступенькам, как Пухляш, дух чайника, подарил скидку на мебель, которая к сожалению длится только до совершения пяти покупок. Блондин, конечно, поблагодарил его, но на радость не хватило сил. Войдя в дом и поднявшись на второй этаж, он попрощался с Паймон, так как у них с ней разные комнаты, хоть и соединяются. Ступив на порог своей комнаты, одноручник снял с себя шарф и аккуратно сложил его, положив на туалетный столик. Так же парень не забыл снять с себя сапоги, которые оставил рядом с дверью и про пояс с плащом тоже, которые в свою очередь положил на стул. Путешественник плюхнулся на кровать, только он захотел заснуть, как увидел на своей тумбочке, находившейся рядом с кроватью, маленькую жёлтую коробочку. Сев на кровать, длинноволосый взял подарок и начал рассматривать его. — Это точно не от Паймон, она уже мне вручила подарок, когда мы были на корабле « Красного креста ». Тогда от кого это? — порассуждав вслух, парень немного призадумался, — Неужели… — не веря в свои мысли, именинник высвободил коробочку из объятий бумаги. Под бумагой пряталась записка, взяв её он, всё ещё не веря своим глазам, увидел письмо, написанное на языке его родного дома. Было понятно от кого оно, от чего парень взглотнул и начал читать. « Доброй ночи, или утра, а может и дня, Итер. Хочу поздравить с твоим пятьсот шестнадцатым днём рождения. Желаю достичь своих целей и жить в достатке, девушку или же парня не заводи, а то ты знаешь, какие у меня проверки, твоя жена или жених сбежит от тебя быстрее, чем ты поведёшь её или его ко мне. Подарок выбирала очень тщательно, надеюсь, тебе понравится. Жалко, что мы не отмечали пятьсот наших дней рождений, но всё ещё впереди? Расти большой, не будь лапшой. И повторюсь, не ищи меня ». Последнее предложение выглядело грубо, из-за чего сердце парня дрогнуло. Читая записку, по лицу парня скатывались маленькие бусины слёз, тело дрожало, боясь, что это всё — неправда. Наконец закончив чтиво, одноручник нерешительно открыл коробку, там оказалось перо, являющееся прежде элементом украшения в образе Люмин. Аккуратно взяв подарок, длинноволосый поднёс его к лицу и начал безутешно плакать, молясь, чтобы это перо не исчезло и не пропало от него как сестра.