Заставь меня дрожать

      Майкл сидел неподвижно, ощущая на губах её горячее дыхание. Глаза непрерывно искали пути к отступлению, но она была слишком настойчива, и загнав его в угол, Люси украла у него поцелуй. Мягкое касание, словно в первый раз, такое робкое и словно неумелое. Руки сплелись и поцелуй перестал быть краденным. Но останавливаться на этом, она уж точно не собиралась.       Ей хотелось всего и сразу, здесь и сейчас. Почувствовав, что он больше не сопротивляется, Люси стала более развязна. Смелость набирала обороты, и он не заметил, как её маленькие руки скользнули под его футболку. Сердцебиение вибрировало в подушечках её пальцев и из-под белого хлопка показалась его смуглая кожа, усеянная светлыми пятнами.       Джексон всё не мог расслабиться, он уже хотел её, но всякий раз, открывая глаза, видел не Джонс. И запах не тот, и поцелуи не те, нет ни огня, ни жара. Это было похоже на весьма аппетитное блюдо, которое ты готов съесть, облизывая пальцы, а в нём нет ни соли, ни перца. Стараясь выбросить всё из головы, Майкл подхватил Люси на руки, и поднявшись наверх, рухнул вместе с ней на кровать.       И всё вроде шло, как обычно, но он стал замечать её неопытность, появилась в ней какая-то скованность, которую он не мог понять. Целовала она его страстно и довольно распущенно, с чего вдруг в глазах отражался страх? Джексон решил, что, возможно, она ещё не готова и он знал, что делать в таких случаях.       Лаская бархатистую девичью кожу, он отслеживал каждый её вздох, взгляд и стон, располагая к себе и завоёвывая доверие. Рука спустилась к бедру, указательный палец зацепил тонкие трусики. Начав стимуляцию, он тут же всё понял и по телу пронеслась толпа холодных мурашек.       «О, мой Бог!» — словно в колокольне, пронеслась мысль в его голове. Джексон замер, он был абсолютно сбит с толку и явно не готов к таким сюрпризам.       — Люси… — робко шепнул ей на ушко. — Ты… — он вообще не понимал, как сформулировать вопрос так, чтобы не травмировать её психику. — Это твой первый… Эм… — громко выдохнул и прижал ладонь к своему лбу.       — Да… И я хочу, чтобы это случилось с тобой… — она смутилась и покраснели щеки.       — Получается, ты не шутила тогда? — он был в панике, потому что не хотел брать на себя такую ответственность. Джексон слишком тепло к ней относился, но не любил. В данном случае, с его стороны — это была только физиология, которой он поддался по дурости.       — Ну да, а в чём проблема? — она привстала вслед за ним.       — Это неправильно, я не должен был…       «Вот это попал, так попал. Твою ж мать! Господи, какой я идиот! Это коллапс! Я не знаю, как из этого теперь выруливать. Что бы я сейчас не сказал — это разобьет ей сердце. Но трогать её, я не стану, однозначно.»       — Майкл? Всё в порядке, я готова к этому. Я люблю тебя и хочу, чтобы именно ты стал первым мужчиной в моей жизни.       — Нет, извини. Это должен сделать тот, кто, в первую очередь, любит тебя. К сожалению, я не могу ответить тебе взаимностью. — это была трагедия для него, он уже предположил, что будет происходить дальше, а поступить иначе, никогда бы не посмел.       — Я знаю, но это для меня не имеет никакого значения, главное, что я люблю тебя, понимаешь? Не бросай меня, пожалуйста, я не смогу уже без тебя… — она рвала ему сердце на части, Джексон почувствовал себя таким говнюком. Но стало ещё хуже, как только он подумал о её возрасте. Ни странно ли, что такая красивая и напористая мадам, оказалась невинной маргариткой.       — Сколько тебе лет?

P.S. Семнадцать…

И давно тебе семнадцать?

Уже да…

*истерический смех автора*

      — Люси… Почему ты молчишь? — Майкл и вовсе остолбенел, её молчание наводило его на очень плохие мысли.

P.S. Золотые купала, душу мою радуют…

      — Ну хватит! Вечно ты отпускаешь какие-то шуточки именно в мой адрес. Ты не видишь, что всё серьёзно! Твой юмор совсем неуместен.

Извини, Майкл…

      — Нет!

Почему?

      — Потому что, я слышу, как ты издевательски подхихикиваешь. Это не смешно! Так бы и сошёл со страниц твоей писанины, чтобы показать тебе, как надо себя вести.

Прости, я больше не буду.

— Ойли…

             Тишина давила на барабанные перепонки, и он уже в красках представил, что будет твориться в прессе, если Люси окажется несовершеннолетней. Но, с другой стороны, его успокаивал тот факт, что его люди никогда бы не составили договор с ней, не ознакомившись с её паспортными данными. И так как, документ был подписан — значит с этим всё в порядке.       — Ладно, я всё поняла, — обмотавшись одеялом, она быстро встала с постели и попыталась уйти.       — Стой, подожди… — он бережно обхватил её за плечи и прижал к себе. — Я не хотел…       — Майкл, не надо, я не ребёнок, — странная интонация, будто пытается скрыть что-то важное.       — Присядь, давай поговорим, я не хочу, чтобы ты думала, что…       — Что ты испугался? Считаешь, если я пересплю с тобой, потом жалеть буду, раздую из этого драму и руки на себя наложу? Как глупо, — посмеялась, — Я не предлагаю тебе жениться на мне, завести детей и умереть в один день. Я прошу лишь оду ночь из тысячи, что были и будут у тебя с другими… — Люси прикрыла глаза и снова потянулась за поцелуем, но не на этот раз. Майкл корректно отодвинул её от себя, положив ладонь на её шею.       — Нет… Пусть я буду уродом в твоих глазах сейчас, чем после того, как позволю совершить тебе самую большую ошибку в твоей жизни. Пора заканчивать спектакль, мы слишком далеко зашли. Можешь злиться сколько угодно, но я не трону тебя, потому что не люблю.       — А её ты любишь? Ответь мне, Джексон! Со Сьюзен Джонс ты трахался по любви, или потому что она поюзанная другими? — Люси так сильно разозлилась, что перестала фильтровать свои слова. — Ловишь кайф от отработанного материала, круто, наверное, играть вторые роли, наблюдая, как твоя баба течёт от бывшего!       — Остановись!       — Ну уж нет, почему это я должна слушать тебя? А может ты просто куколд? У богатых своих причуды, ну так организуйте тройничок, чего уж там…       — Закрой свой рот! — он закричал так, что его мощный голос зазвенел у неё в ушах.       «Господи, что я наделала?» — думала остолбеневшая Люси, медленно комкая одеяло между пальцев. — «Я никогда не видела его таким злобным… Это конец, я всё испортила. Дура! Какая дура!!!» — она не представляла себе, как исправить то, что натворила, но сказать больше ничего не смогла. Лёгкие, будто наполнились вязкой жижей и их сплющило вместе с глоткой. Грудь стала каменной и тяжелой, словно кто-то с ноги дал ей под дых. Внутри нарастала паника и веки наполнились слезами.       Джексон встал, в гневе натянул на себя одежду, и ушёл, оставив её одну. Он был настолько зол, что едва ли не дал ей пощёчину.       Его колотило изо всех сил, руки в жуткой тряске сжимали ткань рукавов и леденели пальцы. Стискивая зубы, Джексон мчался по коридору в поисках горничных, вот только вряд ли он застанет кого-то в пять утра. Работники тоже люди, которым нужен нормальный сон.       У прачечной мелькнула чья-то фигура и он тут-же подскочил к девушке, узнав её со спины.       — Мэри, прости, что прерываю твой отдых, но мне очень нужна твоя помощь.       — Мистер Джексон, что-то случилось? — глядя на Майкла, работница обеспокоилась.       — Собери вещи мисс Като, она возвращается домой, сейчас же! — гнев окутал огненной паутиной его тело, хотелось орать во весь голос, и он не знал, как ему справится с этим. Всё смешалось, в голове творилось чёрти что, всё сильнее закручивая этот водоворот неистового исступления, выкручивая душу, словно мочало.       — Конечно, я всё сделаю, — Мэри скрылась из виду и он, прижавшись спиной к стене, сполз по ней на пол.       «Да, что она понимает? Чёртова девчонка! Совсем уже ошалела, говорить мне такие вещи, да ещё и в таком тоне. Все эти игры мне дорого обходятся. Я устал…       Короче, я спрошу у Джонс всё как есть. Даже, если она и спит с бывшим, я всё равно…       Блин…       В груди так щемит и ноет, мне плохо без неё. Я так соскучился по ней. Не хочу я больше этих соревнований «кто кого», я просто хочу быть с ней рядом!       Пора признаться, я прикипел к ней сильнее, чем это случалось обычно. Её аромат, глаза дивные, кудри янтарные… Такая лёгкость, непосредственность и уверенность. Она сводит меня с ума. И я всё сделаю, чтобы никого кроме меня в её мире больше не было.       Но сначала, вернем всё на свои места, а потом к Сью…»       Джексон нашёл в себе силы успокоиться и вернулся в спальню, чтобы закрыть этот гештальт.       — Люси, ты здесь? — ответа не последовало. Забежав наверх, он обнаружил её плачущую в постели под кучей одеял и подушек.       — Прости меня! Я тебе такого наговорила, я не должна была… — послышался её приглушённый скулёж вперемешку с соплями и кашлем. Он «откопал» её и вытащил наружу.       — Приведи себя в порядок и ступай к себе. Мэри поможет тебе с вещами, как будешь готова, мой водитель доставит тебя домой. — Джексон больше не мог смотреть в её глаза, что ещё недавно так привлекали его своей глубиной. Она ранила его в самое сердце своими словами, и он никогда не простит ей этого.       — Пожалуйста, — в истерике кинулась ему в ноги.       — Не унижайся, просто уходи и больше не приближайся ко мне, — Майкл поставил её на ноги. — Не хочу больше тебя видеть. — он отошёл к телефону, набрал одного из водителей, перекинулся с ним парой слов и перевёл взгляд на Люси. — Машина уже ждёт, поторопись.       — Но…       — Ты уже всё сказала, не заставляй меня вызывать охрану. — он был непреклонен и непоколебим в своём решении. Ничего уже исправить было нельзя и она, осознав это, покинула Неверленд навсегда.

      «В осколках, вручая две чёрные розы,

      Разбитое сердце не сможет молчать.

      Отрава в шипах за все мои слёзы

      Оставит свой крест на тебе, как печать»

      Потерянно мыслила Люси, пока автомобиль уносил её всё дальше от райского места, в котором она провела самые лучшие дни своей жизни. Но за всей этой завесой разбитости и скорби, уже клубились коварные идеи её мести. Ведь скромная и наивная девчушка, с ангельским личиком, была ещё той сукой, которая без сожаления способна вонзить пару ножей прямо в спину.       Она отыграла свою роль в его спектакле, вот только он не знал, что это был её сценарий. Люси намеренно сбила Сьюзен, заранее зная, что та откажется от врачей и разбирательств. Она долго шла к этому и изучала всех, кто находился в окружении Майкла. Като догадалась, что Джексон крутит роман со своей пиарщицей, поэтому и подстроила аварию, чтобы оказаться в нужное время в нужном месте. Ей было необходимо добраться до Джексона, любыми способами. Лгунья, жаждущая денег и славы, под благородной маской, ловко сумела обвести его вокруг пальца. А он, так легко на всё это повёлся.       Стоило ей изобразить неистовое обожание, покорность и преданность, как Джексон клюнул и впустил совершенно незнакомую девушку в свою жизнь. Хоть и строил из себя акулу бизнеса, а всё равно, так и остался доверчивым мальчишкой. И она была далеко не первым человеком, который приходил в его жизнь, и крепко держа за руку, подавал надежду на абсолютно бескорыстные намерения.       Майкл действительно поверил ей, считал её своим другом, ведь она так искренне делилась с ним своим внутренним миром. Ночные беседы, душевные разговоры, поддерживающие объятия в тишине, даже признания в любви — всё фальшивка. Не интересовало её ничего, кроме личной выгоды и она была уверенна, что легко сможет сблизиться с ним. Но одного она не учла — не так-то просто влюбить в себя уже влюблённого.       Джексон проводил её взглядом из окна и печально уронил своё тело в кровать. Почувствовав на подушках нотки парфюма Люси, Джексон мгновенно сорвал простыни, брезгливо швырнув их на пол. Вызвав горничную для замены постельного, он, не дожидаясь, ушёл в душ, потому что даже его волосы пахли этой девицей.       Чуть только Майкл открыл вентиль, как образ Сьюзен тут же отпечатался в его воспоминаниях. Она, словно околдовала Джексона, окутала своими чарами его разум и какое-то странное чувство отозвалось в груди. И он сдался, признав своё поражение. Она выиграла это сражение и снесла ему голову, что он целое представление разыграл, только бы обратить на себя её внимание. И ничего уже было не важно, только она.

Влажные кудри облепили его торс

И что-то сладко содрогнулось в теле.

Какой-то силуэт, печальный скос,

Так что же всё-таки на самом деле?

Случайно, или может быть по плану?

По замыслу случилась эта встреча?

Он не узнает, что хранится в сердце,

Которое никто, увы, не лечит.

Шампунь запах лимонной крошкой,

Лаская пузырьками его слух,

И мысли пробирались чёрной кошкой,

Вздымая его чувства, словно пух.

И гибкий стан её возник перед глазами,

А на губах застыл его восторг,

Сжимая что-то мягкое руками,

Он встрепенувшись, вышел за порог.

      Джексон закончил водные процедуры и набрал номер Сью. Однако, дозвониться ему так и не удалось. Он не мог больше ждать, ему нужно было знать правду немедленно, чтобы больше не терзать себя подозрениями. И только он хотел вызвать кого-то, как раздался звонок.       — Майк? Знаю, ты спишь в такое время, но дело срочное, — обычно, Питер излагал всё быстро и по существу, а сейчас, как будто вокруг да около.       — Я не сплю. Пит, говори что хотел, у меня мало времени. Джонс телефон отключила, а она мне нужна, прям кровь из носу.       — Вот о ней-то речь и пойдёт, — взволнованный вдох.       — Что-то случилось? — Майкл стал подумывать, что её сотовый недоступен неспроста.       — Дом Сьюзен сгорел этой ночью, прямо дотла, — в ответ последовали какие-то странные шорохи и стуки. — Майкл? Алло! — доносились отчаянные восклицания Питера в динамик телефона, который лежал рядом с телом Джексона.