Король дураков

Иеремия проснулся, как обычно, и направился в обеденный зал. Ему начинало казаться, что он живёт в Хогвартсе уже целую вечность. Это место, да и весь этот мир, был таким человеческим, что на душе колдуна царило странное, доселе неведанное спокойствие. Впрочем, мысли его теперь занимали куда более насущные дела. Задача, которая стояла перед Иеремией, была совсем не простой. Он должен был открыть проход в свой родной мир, как того хотел старый профессор, но сам едва ли представлял себе, как это сделать. Его единственной связью с родным миром был он сам - и Иеремия, будучи человеком неглупым, усиленно думал, как заставить проклятый огонь внутри себя сделать то, что он хотел. Души... Души в любом случае понадобятся. Но что ещё? После завтрака, не встретив своих юных товарищей, Иеремия направился обратно в каморку и пару часов поработал над книгой. Буквы, как его собственные мысли, постепенно выравнивались, будто вспоминая давно забытые уроки. "И сказала ведьма своим дочерям: - Погружается мир во тьму, нет свету спасения. Мы, что греемся у огня, Боги и рыцари в высоком городе, Люди, ползающие на земле, Мертвецы в каменных гробницах, Твари и звери небес и глубин, Поверженные в прах драконы, Сами Деревья, обожжённые моим огнём, Все боятся наступающей тьмы! Что делать нам, о дочери? И пропели они вместе: - Что делать нам, знаем мы. Мы соберём пепел и души, Мы достанем наши серебряные посохи Мы споём нашу песню ещё раз, Мы разожжём самый прекрасный огонь на свете! Такой, что согреет мир лучше Первого Пламени. И все жители славного Изалита собрались, и пели, и вторили им хором. Так было положено начало прекрасной мечте... " Иеремия отложил перо и прошёлся по комнате. Взгляд его упал на застеленную кровать, и он заметил на ней листок бумаги - утром его не было. Колдун пригляделся. На листке было написано всего три слова. " Проваливай, иначе пожалеешь" Причём написано было красными чернилами, явно имитирующими кровь. Иеремия усмехнулся. Едва ли записка с угрозой испугала его - колдун скорее заинтересовался, кто в этом месте, полном школяров и детей, осмелился ему угрожать. Так или иначе, он бережно сложил записку в карман и вновь принялся за работу. Переписывая события далёкого прошлого, колдун вдруг осознал, что начинает понимать. Главную роль всегда играет огонь, а не души, но где в этом мире, полном тьмы и людей, найти подобное пламя? Его, Иеремии, огонь слишком слаб. Души кормят горнило, но едва ли получится разжечь пламя в мире, где много веков царствует ночь. Время до обеда пролетело незаметно, и Иеремия, уходя, с удовольствием отложил перо и припомнил те пару десятков страниц, что он написал. Конечно, любой местный студент посмеялся бы над такой производительностью, но колдуну, не писавшему много лет, его корявые строки казались высшим проявлением искусства. Но после обеда к нему подошёл какой-то взрослый студент, представившийся старостой Когтеврана, и сообщил, что его, Иеремию, директор ожидает у себя в кабинете. Юноша вызвался проводить его, и колдун направился следом. В кабинете, помимо МакГонагалл, был ещё профессор Плюмквитч - чудаковатый преподаватель магловедения - а перед директорским столом, как провинившиеся, сидели друзья Иеремии - Билли и Мартин. Как только колдун вошёл в кабинет, все разом повернулись к нему. Иеремия заметил, что выражение на лицах парней было невесёлое. - Мистер Иеремия, вот и вы, отлично. Спасибо, Карлос, можете идти, - МакГонагалл встала с места, - У меня плохие новости. Видите ли, мистер Иеремия, этот Флаймдер из министерства оказался не таким уж и дураком. Он изучил ваш труд, и уделил особое внимание так называемой "передаче огня". Мы с Майклом говорили об этом, и похоже, его паранойя, - При этих словах Плюмквитч невесело улыбнулся, - Оказалась абсолютно оправдана. Министерские решили, что вы можете давать маглам способности магов. И хотят это проверить. Эксперимент. - Что ж, леди, это действительно возможно - при определённых обстоятельствах. Но вы ведь не от этого так расстроены? - О нет, мистер Иеремия. Видите ли, несмотря на волну... Скажем так, толерантности и любви к маглам в наше время, они всё равно остаются... Не магами. Людьми второго сорта, не имеющими допуска в наш мир. Поверьте, очень многие могущественные люди хотят, чтобы так и оставалось. Я боюсь, что вы можете быть в опасности. А возможно, и все мы. - Понимаю. Кажется, новости в вашем мире разлетаются быстро, - Иеремия вытащил из кармана записку с угрозой и кинул на стол, а МакГонагалл развернула её и сморщила лицо, - Но вам следует переживать не за меня. Здесь много тех, кто нуждается в защите куда больше. Ведь, судя по вашему волнению, вы переживаете в первую очередь за них. - Вы правы, мистер Иеремия, - Директор вздохнула, - Хогвартс переживал осаду и даже войну, каждый второй преподаватель здесь - опытный мракоборец. Вот только сейчас не война. И откуда ждать удар, неизвестно... Вернее, известно - отовсюду. Консервативная публика всегда превалировала в среде магов, чего уж там. Их дети учатся здесь, их родители занимают высокие посты. Боюсь, вы невольно начали войну, в которой не можете победить. - Войну? Леди, мне кажется, вы преувеличиваете. К тому же, я могу и не делать того, что говорил. Раздавать огонь другим - дело опасное и трудное, к тому же. Если так надо, я могу не... - Ах, мистер Иеремия, - МакГонагалл взмахнула рукой, перебивая его, - Вы и сами прекрасно понимаете, что подобных людей это не останавливает. Теперь трагедия это лишь вопрос времени. Я лишь хотела вас предупредить. С этого момента вы в опасности. Вы можете уехать - я вас пойму. Иеремия нахмурился и долго молчал. Он не переживал о собственной безопасности, но чувствовал себя нехорошо от того, что подверг опасности всех этих добрых людей, пусть и невольно. Конечно, колдун был не всесилен, но он поклялся себе, что сделает всё, дабы защитить это место... И своих друзей. - Леди МакГонагалл. Сэр... Прошу прощения, я не помню вашего имени. Юные сэры Мартин и Билли. Я клянусь, что буду защищать это место. Я буду вашим огненным когтем, и поверьте мне, хотя я уже не Жёлтый Король, мои враги узнают ужас и смерть. Я не знаю, что за силы могут попытаться причинить мне вред, но и вы не знаете, каких чудовищ мне доводилось убивать. Вы можете изгнать меня, если думаете, что я подвергаю Хогвартс опасности - но, боюсь, вы прекрасно понимаете, что подобных людей это не останавливает. Это место будет безопаснее, если я буду здесь. - Я полагаю, вы правы. Я надеюсь, что ничего не случится, но, зная историю этого места... Это было бы верхом наивности. Если ваше присутствие начнёт приносить больше опасности для Хогвартса, чем пользы, нам придётся просить вас уехать. Но пока что пускай всё будет как есть. - Да будет так, - Иеремия поклонился, - Но вы сказали, что Министерство хочет проверить мои способности? Как именно? - Не знаю, - Устало вздохнула МакГонагалл, опускаясь в кресло, - Может, найдут магла и попросят тебя дать ему огонь. В любом случае, скоро они заявятся сюда. Господи, как это всё не вовремя... Она ещё раз вздохнула и взглянула куда-то наверх. Там висели портреты учёных мужей, прежних директоров школы, но МакГонагалл смотрела на одного - дородного старика с длинной бородой и волосами. Портрет одобряюще подмигнул ей в ответ, и директор выпрямилась в кресле. - Итак, решено. Я сообщу по своим каналам в Министерство, чтобы усилили охрану Хогвартса. Майкл, - Пожилая колдунья повернулась к профессору Плюмквитчу, - Вы с мисс Бриндлмор будьте настороже, и следите за детьми, особенно за... Да, вы поняли. Чтобы не было никаких эксцессов. А вы, мистер Иеремия, работайте, но будьте осторожны. И умоляю вас, если какие-то учащиеся будут высказываться... Против вас, или подбрасывать записки с угрозами. Немедленно сообщите мне или другим преподавателям. Они всего лишь дети, никто в Хогвартсе не представляет для вас опасности. Другие же... Тут вы, думаю, справитесь. В любом случае, ставьте меня в известность. Всё, можете идти. И вы, мальчики, тоже. У вас сейчас, кажется, заклинания? Мартин и Билли как по команде вскочили и удалились из кабинета, Иеремия вышел за ними. Уходя, колдун краем уха услышал взволнованный голос профессора магловедения. Уже в коридоре мальчики обернулись к Иеремии. Грусти на их лицах как не бывало. - Ух ты, то есть теперь у нас будут настоящие приключения! А что за записка, мистер Джереми? - Тише, мои юные друзья. Вы думаете, что это весело, но на самом деле это очень грустно. Вы что, не слышали, что сказала леди директор? - Ну конечно слышали! - Мартин состроил серьёзную мину, - Вы в опасности только потому, что какие-то люди боятся, что магия станет доступна всем! Бывшие приспешники Волдеморта или просто уроды! Но мы ведь не будем сидеть сложа руки? - Ага, к тому же, мы ведь дуэлисты! - Билли вытащил палочку, - Тут везде профессора и мракоборцы. А вы вообще самый крутой колдун из всех! Пусть попробуют! Мы будем защищать Хогвартс вместе с вами! - Защищать? От кого? Пока никто не нападает, - Иеремия усмехнулся, - Но мне нравится ваш огонь. Жизнь без битвы это и не жизнь вовсе. Я думал подождать, но раз уж дела развиваются так стремительно... Сегодня вечером в дуэльный зал кнуты не берите. Я покажу вам кое-что волшебное. Заговорщицки перемигнувшись, ребята и Иеремия отправились на занятия. Вечером, после ужина, уже в дуэльном зале Иеремия встретил не только своих товарищей, но и рыжего когтевранца - того самого Бобби. - Итак, мои юные друзья, сегодня мы испробуем нечто более... Магическое. Это заклинание опасное, поэтому отойдите друг от друга... Зал пока пуст, хорошо. Теперь зажгите огонь. И следите внимательно. В руке Иеремии появилось пламя, которое начало расти и завиваться в шар. В какой-то момент он резко обернулся и выбросил шар в стену за собой, как мяч в квиддиче. Ревущий огонь ударился о стену и взорвался, оставляя на зачарованном мраморе тлеющие огоньки. Это выглядело просто, и ребята в предвкушении зажгли своё пламя. Увы, реальность оказалась полна разочарований. Шары не хотели вылетать из рук, взрываясь возле хозяев, и после одного особо крупного взрыва Мартин ойкнул и затряс рукой. Затем, будто вспомнив что-то, он застыл на месте, и через секунду его мания пропиталась потом. Иеремия усмехнулся. - О, юный сэр, вы помните что-то из моих прошлых уроков, хорошо! Будьте внимательны, друзья - одно дело контролировать огонь рядом с собой, и совсем другое - чувствовать его на расстоянии. Тренируйтесь! Первым настоящий огненный шар получился у Бобби - он использовал палочку, и от этого ему было легче сохранить концентрацию. Где-то через час, когда шары стали более-менее получаться у всех, а зал наполнился дуэлистами, Иеремию вдруг окликнули. - Мистер Иеремия! - Это был низкорослый профессор Флитвик в растрёпанной дорожной мантии и колпаке, - Пойдёмте! - Юные сэры, я должен вас покинуть. Продолжайте тренировку! И будьте осторожны. Мальчики разом кивнули и продолжили тренироваться, а Иеремия направился к профессору. Тот бесцеремонно ухватил его за рукав и вывел из зала, морщинистая мордашка Флитвика лучилась озорством. - Слушайте меня, - Профессор шептал, наклонив к себе колдуна, - Мы сейчас поедем в город, вам за палочкой. Минерва ведь вам всё обьяснила? Да-да, тайно! Олливандер согласился сделать исключение. Пойдёмте, нельзя мешкать! Иеремия, успевая лишь согласно кивать, пошёл за Флитвиком. Они долго шли по коридорам Хогвартса и наконец спустились вниз, к выходу из замка. Запахнув мантию поплотнее - Иеремия одеваться не стал - Флитвик поспешил на улицу, увлекая спутника за собой. Они сели в странную железную карету - позже Иеремия узнал, что это называется "автомобиль", и используется в том числе и не-волшебниками. Вот только автомобилем Флитвика не нужно было управлять - руль крутился сам, а низкорослый профессор молча поглядывал на дорогу. Вскоре они приехали в город - высокие здания, едва видимые в ночной мгле, были совсем непохожи на залитые светом огней залы Изалита. Когда они вышли из машины, Флитвик повёл Иеремию за руку по целому лабиринту извилистых улочек, пока сам колдун глазел по сторонам. Народу на улицах почти не было, но тут и там в домах горели окна - огромны город жил своей жизнью даже ночью. Впрочем, как вспомнил Иеремия, в этом мире тьмы ночи не боялись. Наконец они вошли в тускло освещённое помещение, заставленное стеллажами с коробками. Их встретил невысокий старик, который тут же обратился к спутнику Иеремии. - Вот и вы, замечательно. И года не прошло, Филиус. Ты как всегда вовремя. Но ничего, проходите. Итак, мистер... Иеремия. Для выбора первой волшебной палочки вы, конечно, опоздали лет на двадцать. Но чудеса случаются, - Казалось, старик ехидно улыбнулся, но возможно, это были просто тени, - Видите ли, волшебная палочка - как живое существо. Многие лежат здесь годами, а некоторые - даже десятилетиями, в ожидании подходящего владельца. Волшебник без палочки - это, конечно, куда удивительнее. Но, в конце концов, удивительное окружает нас повсюду, не правда ли? Чтобы выбрать волшебную палочку, прислушайтесь к своему сердцу. Вы почувствуете её, как родственную душу. А я пока что вас измерю. Да, вы будете повыше моих обычных клиентов... Хмыкая, Олливандер обходил Иеремию с метром, а сам колдун задумался и закрыл глаза. Он чувствовал тайный огонь в этой комнате - голос сотен магических артефактов. Тем временем старик продолжал обращаться к нему. - Обычно я даю несколько палочек на выбор, но вы, в отличие от моих юных покупателей, явление исключительное. Поэтому я доверю вам сделать первый выбор, а дальше посмотрим. Да, посмотрим... Повинуясь внутреннему голосу, Иеремия пошёл вперёд и протянул руку, споткнувшись о какие-то коробки и чуть не упав. Но в руке его было то, что он хотел - нежный огонь, больше других напоминавший о давно потерянном доме. - Хм, очень любопытно... Позвольте. Да, припоминаю. Терновник, сердечная жила дракона. Попробуйте! - Старик протянул вынутую из коробки палочку Иеремии, - Только осторожнее, здесь маленькие шипы. Оставил для красоты... - О, сэр, я привык обходиться с шипастыми предметами, - С этими словами Иеремия махнул палочкой в сторону, как кинжалом, и на её конце возник язык багрового пламени, - Какой прекрасный огонь! - Да, и правда, огонь! Надо сказать, это редкость. Напоминает мне... Впрочем, неважно. Эта палочка вам подходит. Вы похожи на воина, может быть, даже... - Олливандер как будто хотел что-то сказать, но вовремя спохватился, - В любом случае, нынче такие палочки не в моде. Поэтому я отдам её вам за полцены. Филиус, я полагаю, платишь ты? На лицо старого мастера легла тень, как будто колючая палочка вызвала неприятные воспоминания. Обменявшись любезностями с Флитвиком, он проводил покупателей до дверей магазина, а после того, как запер за ними дверь, ещё долго стоял у окна, вглядываясь в темноту. Иеремия и Флитвик, в свою очередь, сели в автомобиль и поехали обратно. Они, напротив, были в прекрасном настроении, и маленький профессор всю дорогу рассказывал магу о премудростях владения палочкой, правильности движений рукой и тому подобное. По возвращении колдун сразу лёг спать - было уже далеко за полночь. На следующий день, на занятиях, он к удивлению всех, кто его знал, продемонстрировал неплохое владение палочкой - Иеремия, в сущности, понимал фундаментальные принципы магии, а теперь с катализатором у него не было проблем в том, чтобы выполнить даже самые заковыристые заклинания. Дни шли своим чередом - колдун посещал занятия со своими друзьями, а по вечерам писал свою книгу и организовывал занятия в дуэльном зале, к которым, несмотря на успехи его учеников, мало кто хотел присоединиться - большую часть времени они выглядели не как тренирока магии, а как физкультура с кнутами. Несмотря на опасения МакГонагалл, Иеремия больше не получал угроз, и хотя в Хогвартсе начали чаще появляться люди Министерства, к колдуну со своими идеями подходить пока не спешили - видимо, директор дала им понять, что их затея это глупость.  От старого авантюриста Вайсметтера тоже не было никаких вестей - видимо, мрачная задача, которую дал ему Иеремия, оказалась не такой простой. В любом случае, колдун спокойно жил, наслаждаясь моментом и занятиями в школе - уже через пару недель уроков он постиг азы высокой магии практически на уровне других обучающихся. Но вечно так продолжаться не могло, и скоро спокойные дни в Хогвартсе подошли к концу. Наступила весна. Снег, который казался Иеремии вечным, как в Нарисованном мире, начал постепенно таять, уступая бесконечным дождям. Колдун постепенно узнавал не только огромный Хогвартс, но и его окрестности - Хогсмид, деревушку неподалёку, и станцию. Он даже ещё раз побывал в Лондоне вместе с профессором Флитвиком, когда получил свой первый гонорар, и купил себе новую жёлтую мантию взамен одолженной. Несмотря на то, что с прошлой жизнью в другом мире было покончено, Иеремию тянуло к жёлтому цвету - может быть, эта теплота напоминала ему дорогой забытый огонь, а может быть, просто по привычке. Но однажды на урок трансфигурации, когда Иеремия со всеми остальными учениками прилежно осваивал искусство превращения различных металлов в воду и наоборот, вошла сама директор МакГонагалл в сопровождении высокого мрачного типа в чёрной мантии. - Мистер Иеремия, попрошу вас пройти с нами, - Голос МакГонагалл лучился официальностью, но Иеремия уловил за ним плохо скрываемую издёвку над министерским магом, - Это дело государственной важности. В последних словах таилось столько яда, что им можно было бы убить семью взрывопотамов, но чиновник в чёрной мантии и бровью не повёл. Иеремия извинился перед преподавателем и покинул аудиторию вслед за директором, а Мартин с Билли проводили колдуна заинтересованным взглядом. Уже в коридоре выяснилось, что в Министерстве Магии однозначно определили свою позицию по отношению к эксперименту по наделению магла волшебными способностями с помощью Иеремии - и решили его провести. МакГонагалл, вероятно, в очередной раз, высказала всё то, что думает по поводу чиновников, но здесь старая колдунья была бессильна. Мистер Велд - именно так звали детину в чёрной мантии - приехал в Хогвартс не просто чтобы уведомить директора и Иеремию, но чтобы отвезти колдуна в Лондон. "Дело пары часов" - так он сказал. Уже через полчаса колдун, закутанный в жёлтую мантию, сидел в автомобиле министерского мага, направлявшемся в столицу под проливным дождём. В отличие от профессора Флитвика, мистер Велд вёл сам - и, опять же в отличие от профессора, не произнёс ни слова за всю дорогу. Министерство оказалось крупным серым зданием, впрочем, не таким громоздким, как окружающий город - но Иеремия быстро понял, что первое впечатление было обманчивым. Вместе со своим спутником, использовав, по всей видимости, особый портал, они очутились в куда более просторном месте - по всей видимости, под землёй. В подземных залах, облицованных чёрным мрамором, была масса народу - волшебники и волшебницы спешили по своим делам, кипы бумаг и перья летали в воздухе, а домовые эльфы - смешные низкорослые слуги магов - сновали тут и там, перенося канцелярские принадлежности. Иеремия держался своего спутника - потеряться в такой толпе было легко - но не забывал осматриваться по сторонам. Подземное Министерство напомнило ему Изалит, но в родном городе колдуна потолки были выше, камень светлее, а огонь - ярче. Наконец, пробившись сквозь толпу и пройдя по нескольким коридорам, они попали в просторный квадратный зал с белыми стенами. У стен полукругом сидели люди в мантиях, имевшие очень важный вид, а перед ними на стуле (Иеремия почему-то подумал о пытках) сидел усталого вида человек в потрёпанном магловском костюме и брюках. Сидевший в середине маг, пожилой темнокожий мужчина в украшенной шапочке на голове, встал и подал знак мистеру Велду - спутник Иеремии тут же исчез, будто растворившись в воздухе, а дверь за спиной колдуна закрылась. - Здравствуйте и добро пожаловать, мистер... Иеремия. Правильно? Чудесно. Меня зовут Кингсли. Кингсли Бруствер. К сожалению, министр не смогла лично присутствовать, но мы все выражаем надежду, что это предприятие окончится успешно. Это и в самом деле эпохальный момент не только для нашей страны, но и для всего магического сообщества. Голос Бруствера был низким и спокойным, а глаза выдавали в нём воина, и Иеремия сразу испытал симпатию к этому могучему человеку. - Разумеется, сэр Бруствер, я готов сделать всё, что от меня потребуется. Делиться своим огнём с людьми не сложно. - Ну разумеется! Никакие слова не заменят демонстрации. Мистер Малкович! Поприветствуйте нашего гостя. Человек в магловском костюме встал и протянул руку, его взгляд был немного испуганным. Иеремия пожал её, и мистер Малкович без слов уселся обратно в кресло. Иеремия недоуменно посмотрел на Бруствера и других волшебников. - О, не переживайте! - Кингсли улыбнулся, - Мистер Малкович просто стесняется. Он сам вызвался, так что не волнуйтесь. Просто делайте то, что вы можете - наделите его магическими силами. - Да, если вы не шарлатан, в чём мы все тут сильно сомневаемся, - Маг, сидящий рядом с Бруствером, с длинными волосами и острым сморщенным лицом скрестил пальцы над столом, - У нас образовался целый призовой фонд, все магловеды Британии скинулись. Сделаете этого магла волшебником - будете богатым. Ха! - В таком случае, сэр, разрешите начать? - Иеремия подошёл к сидящему, а Кингсли кивнул, - Хорошо. Сэр Малкович, вы меня слышите? Дайте мне руку! Все волшебники приподнялись со своих мест и уставились на них, во взгляде каждого сквозило неподдельное любопытство. Иеремия взял руку магла в свою - она была холодной и влажной - и посмотрел ему прямо в глаза. - Огонь. Ты чувствуешь его? Иеремия сжал руку магла, а тот издал тихий стон. - Да! Да... Так тепло. Как будто кожа горит... Ай! - А теперь - чувствуешь огонь внутри себя? Мистер Малкович поднял руку перед собой, рассматривая её так, как будто видит первый раз в жизни. - Попробуй закрыть глаза. Вот так. Найди огонь на кончиках пальцев. Чувствуй, как он течёт под кожей. Мистер Малкович зажмурился и начал перебирать пальцами в воздухе. Его плоское, небритое лицо то покрывалось морщинами, то разглаживалось - как будто он играл в ему одному известную игру. - Да... Я чувствую... - Мистер Малкович хрипло шептал, едва слышно, но Иеремия и так это знал, - Огонь! Так тепло... Под кожей. - Прекрасно! А теперь попробуй вытащить его из-под кожи. И взять в руку. Как предмет. Не бойся, у тебя отлично получается! - Он говорит с ним, как с ребёнком! - Проворчал один из магов, наблюдавших за действом, - Что за ерунда? Я так и думал, что всё это - одно сплошное... Маг не договорил. В ладони мистера Малковича вспыхнуло пламя. - Портки Мерлина! Это невозможно! - Длинноволосый маг с морщинистым лицом закричал, будто увидел самого Дьявола, - Невозможно! Мистер Малкович открыл глаза и тоже вскрикнул и затряс рукой, увидев пламя. Огонь погас. Иеремия обернулся к коллегии магов, на лицах которых читаллсь недоумение пополам с восхищением. Кингсли Бруствер медленно кивал головой, а мистер Малкович вытянул вперёд руку, и под оханье собравшихся снова создал в ладони пламя. - Невероятно. Действительно невероятно. Что ж, мистер Иеремия, простите неверие моих коллег - да и, чего скрывать, моё собственное. То, что вы сделали сегодня, войдёт в историю магического мира навсегда. Мистер Малкович, друзья. Я благодарю всех. А вас, мистер Иеремия, и правда ждёт богатство - слова Ангуса про призовой фонд были не шуткой. Что ж, давайте праздновать! Последний оплот тёмного учения сегодня пал. Иеремия улыбнулся, но от его взгляда не уклонилось и то, что по меньшей мере двое из собравшихся волшебников не разделяли торжество Бруствера. Их глаза теперь не выражали ничего, кроме холодного презрения... И ненависти. А потом был праздник. "Два часа", о которых говорил мистер Велд, растянулись до вечера. Иеремия попал на шикарный приём в его честь, где, по-видимому, собрались все сливки магического общества. К нему подходили волшебники и волшебницы, задавали вопросы и что-то говорили, но для Иеремии всё было как в тумане. Он больше не был в увлекательной поездке - он был в логове врага, где за каждой улыбкой могла прятаться смерть. Теперь он понял слова директора МакГонагалл до конца. Единственное, в чём Иеремия себя не сдерживал - это еда. Тут и там сновали домовики с подносами во фраках, и любой желающий на приёме мог угоститься, что делало еду безопасной - навряд ли даже самые ярые поборники чистоты крови стали бы травить случайных людей, к тому же, исцелиться от яда волшебнику легко. - Мистер Иеремия, верно? Странное имя. Вы не думаете, что то, что вы сделали, это... Нарушает порядок вещей? - Простите, сэр... Ангус? - Иеремия обернулся к говорящему и невозмутимо вытер с губ остатки крабового соуса. Перед ним стоял тот самый длинноволосый колдун с морщинистым лицом из Министерства, - Нет, боюсь нет. Но я ещё плохо знаю ваши порядки и традиции, прошу меня простить. - Сэр Ангус Грейвс, именно. Наши традиции, мистер Иеремия, таковы, что магл никогда не будет равным волшебнику. Тем более чистокровному. Вы понимаете? - Боюсь, что всё ещё нет, - Иеремия ловко подхватил с подноса ещё одну булочку с соусом, - В моей земле чистота крови не играет никакой роли, только сила и мастерство. - Отлично сказано! - Рядом с ними возникла молодая женщина в мантии, её звонкий голос заглушил шум приёма, - Таким должен быть девиз и нашей жизни. Не так ли, сэр Грейвс? Длинноволосый маг намурился, его морщинистое лицо стало ещё морщинистее. Он фыркнул и ушёл, а Иеремия повнимательнее рассмотрел женщину. У неё было относительно молодое лицо и аккуратно уложенные волосы, но глаза, несмотря на чуть озорной взгляд, выдавали усталого и занятого человека. Иеремия улыбнулся даме и преклонил колено, на что она удивлённо воззрилась на него и рассмеялась. - Встаньте, боже! То, что я министр магии, ещё не значит, что передо мной нужно падать на колени. Это следовало бы сделать перед вами, особенно в такой день! Гермиона Грейнджер, к вашим услугам. - Я понимаю. - Иеремия взглянул женщине прямо в глаза, - Это ведь была ваша идея? Леди Грейнджер, вы прямо светитесь от радости. - Разумеется! - Министр магии придала своему лицу серьёзный вид, но глаза до сих пор искрились удовлетворением, - Не думайте, я не сумасшедшая. Разумеется, вам запрещено бегать по магловским домам и раздавать магию всем подряд. Это было бы не только нарушением всех существующих порядков, но и нарушением закона. Но то, что вы сделали сегодня, окончательно положит конец любой дискриминации. Никаких больше напыщенных болванов с их больными идеями о чистоте крови! К сожалению, даже после падения Тёмного лорда многие разделяют его взгляды. Но сегодня - мы забили последний гвоздь в крышку их гроба. И ваша заслуга будет оценена по достоинству, не переживайте. Только помните о моих словах! Нет нужды повторять этот эксперимент, он может повлечь за собой... Скажем так, неприятные последствия. - Само собой, леди Грейнджер. - Иеремия улыбнулся, и министр выдохнула, будто расслабляясь, - Но зачем всё это? Этот приём, этот праздник? Хотите напоследок унизить своих врагов? Или выяснить раз и навсегда, кто из них не на вашей стороне? - А вы умны для кого-то, кто появился из ниоткуда... - Грейнджер устало усмехнулась, - Здесь скорее второе. По крайней мере теперь, если кто-то из них будет действовать, ему придётся действовать быстро и радикально. И у нас наконец будет повод схватить их, как снорков за хвосты. Но вы и дорогая МакГонагалл не переживайте. Охрана Хогвартса будет усилена, а мракоборцы держат руку на пульсе всего, что происходит. Кстати, вы ведь скоро поедете обратно? Попрошу вас снова воспользоваться услугами мистера Велда. Не хочется лишних рисков, а он надёжный человек. Хорошо? - Всё, чтобы вы не беспокоились, миледи! - Иеремия поклонился министру магии, - Но я уверен, у такой как вы много дел. Не смею больше отвлекать вас. Гермиона Грейнджер благодарно кивнула и умчалась куда-то, махнув на прощание рукой. Иеремия, в свою очередь, вернулся к буллчкам и огненному шампанскому. Через какое-то время он заметил рядом высокую фигуру мистера Велда и приветственно поднял руку. Детина заметил колдуна и быстро направился к нему, огибая гостей. - Мистер Иеремия, вот и вы. Вы знаете? Хорошо. Думаю, время пришло. Вы поедете один, машина зачарована, чтобы привезти вас в Хогвартс. Иеремия подчинился министерскому агенту и направился из ресторана на улицу, где их ждала уже знакомая ему машина. На выходе их осадили было журналисты - слухи в мире магии расходятся быстро - но мистер Велд быстро, хотя и несколько грубо разогнал их, за что колдун был ему благодарен - всех правил общения с журналистами он не знал. Посадив Иеремию на водительское кресло, Велд захлопнул дверь и сделал несколько движений палочкой. Машина заурчала, тронулась, и уже скоро Иеремия увидел из окна знакомые ворота замка. Дверца машины открылась сама, а после того, как колдун вышел, умный аппарат закрыл дверь и самостоятельно уехал в вечерний туман. Ученики собирались на ужин, но Иеремия был сыт, поэтому направился в свою каморку, дабы какое-то время поработать над книгой. Но, войдя внутрь, он застал у себя за столом профессора МакГонагалл. У старой колдуньи был печальный вид. - Как всё прошло, мистер Иеремия? Мне всё передали. Вы сделали это, да? - О, леди директор, все были очень добры. Я поговорил с министром, очень проницательная женщина. Кажется, она всё просчитала. - Ах, мисс Грейнджер... Миссис, кажется уже. Вы знаете, она всегда была деятельной. Отличница... И всегда боролась с несправедливостью. С неравенством. Вот только, вы знаете, неравенство всегда... Всегда было частью нашего мира. - Как и несправедливость, леди директор. Уверяю вас, это недуг всех миров. Но вы ведь не поэтому расстроены? - Расстроена? Ха... О нет, мистер Иеремия, вы правы. Вот, взгляните. Директор извлекла из-за пазухи какую-то бумажку и брезгливо швырнула её на стол, как ядовитую тварь. Иеремия подгял её и прочитал. "Смерть ублюдку Иеремии. Маглы не люди и никогда ими не будут" - Самое ужасное, мистер Иеремия, что вы тут ни при чём. Это написали дети, вы знаете... Они всегда были такими. Я даже подозреваю, кто это сделал, но толку? Это у них в крови. Так было всегда... А эта записка - её написали сегодня. Пока вы были там. Вести разлетаются быстро. Да вот, взгляните. Иеремия присмотрелся - на столике лежал номер экспресс-газеты. Краска выглядела свежей - печатали совсем недавно. На живой фотографии был виден он сам - похоже, фотограф заснял его, когда они шли из Министерства в ресторан. И огромный заголовок: "Первый магл стал магом! Конец света?" - А это только начало. Министр Грейнджер заверила меня, что безопасность Хогвартса будет обеспечена на высшем уровне. Но у меня плохое предчувствие, мистер Иеремия. Когда живёшь так долго, начинаешь чувствовать беду. Я прошу вас... Будьте осторожны. И, по мере сил, приглядывайте за детьми. Они ведь всего лишь дети... Иеремия взял записку с угрозами двумя пальцами, грязную бумагу охватило пламя. Через секунду от неё ничего не осталось. - Я обещаю вам, леди директор, что постараюсь защитить это место от любых врагов. И я не буду трогать детей, даже если они пишут эти глупости. Будьте спокойны. - Боже... Мистер Иеремия, вы такой... Вы как будто свалились с Луны. Но я благодарна вам за всё, в конечном счёте. Возможно, так должно было случиться. - Ну, я и правда недолго в вашем мире. - Колдун усмехнулся, - Будьте осторожны и вы, и все другие преподаватели. В конце концов, такие люди обычно нападают на тех, кто слабее. Директор вышла из комнаткт и, шатаясь, ушла по коридору. Иеремия же вернулся к книге. Когда ужин закончился, он как обычно направился в дуэльный зал на встречу с Мартином, Билли и возможно Бобби, но сегодня дуэльный зал оказался полон народу. Сначала Иеремия подумал, что это совпадение, но когда все ученики разом уставились на него, колдун понял - они все ждали его. Это было словно повторение министерского приёма, только никто к нему не подходил. Ученики смотрели на него во все глаза, кто-то с уважением, кто-то с восхищением, а кто-то - с ненавистью, перешёптывались, но ему самому никто ничего не говорил. - Хей, мистер Джереми! - Из толпы показалось знакомое лицо, - Будем заниматься? - Да, ребят, освободите место! - Билли тоже показался на свет, распихивая стайку девочек, - Тут вообще-то дуэльный зал. Толпа начала расходиться, а Иеремия, хмыкнув, поприветствовал ребят и начал занятие. Мартин и его друзья нравились ему - они, как настоящие воины, не обращали внимание на разговоры и занимались делом. До вечера они отрабатывали огненную магию, уже по традиции без палочек, а после отправились спать, безо всяких мыслей о плохом. Но судьба уже начала свой роковой ход, и этой ночью она обрушила удар - пусть и не на виновника всех событий. По жестокой случайности профессор Бриндлмор, преподаватель защиты от тёмных искусств, не вернулась этой ночью к себе в Хогсмид, как обычно, а осталась в кабинете на ночь проверять работы - эссэ выпускников о не-человеческих призраках. Когда дверь в её кабинет скрипнула, профессор тут же вскочила из-за стола - на часах было три ночи, и все обучающиеся должны были спать. Даже старый завхоз редко обходил замок так поздно. За дверью выросла тёмная фигура. - Мистер Филч, это вы? Я предупреждала директора... Фигура вошла в полосу света от пламени свечи, и профессор вытащила палочку. Это был не Филч, а незнакомец в чёрном плаще... И серебряной, напоминающей череп маске. - Что за маскарад? - Голос профессора Бриндлмор стал твёрдым, - Ни один человек не может проникнуть в Хогвартс без разрешения из-за чар, поэтому я предполагаю, что это дурацкий розыгрыш. Немедленно снять маску! Профессор наставила палочку на зловещую фигуру, но та не подчинилась, а лишь хрипло рассмеялась. - Глупая... Девка... - Голос звучал приглушённо из-за маски, но в нём было что-то ещё, что-то такое, что заставило профессора вздрогнуть, - Сегодня... Ты умрёшь. - Ещё шаг, и ты пожалеешь! - Бриндлмор перехватила палочку, не отрывая взгляда от пришельца, - Стоит мне дать сигнал, и через минуту здесь будет десяток мракоборцев. Но с таким отребьем я и сама управлюсь. Повторяю последний раз - снять маску! - Боишься... Фигура сделала шаг вперёд, в руке незнакомца что-то сверкнуло, но профессор Бриндлмор среагировала мгновенно. - Экспеллиармус! Пришельца отшвырнуло в угол, а на середину комнаты упал длинный изогнутый нож. Маска незнакомца слетела, но лицо его было в тени. - Нож? - Бриндлмор насмешливо взглянула на осевшую в углу фигуру и зажгла на палочке свет, чтобы поподробнее разглядеть врага, но тут же отшатнулась и прикрыла рот рукой, - О боже, что... Она не успела договорить. Незнакомец в углу быстро, быстрее любого человека, вскочил и рванулся к ножу. Ещё секунда - и он перед самым лицом Бриндлмор. Но профессор оказалась быстрее. - Авада Кедавра! - Зелёная вспышка осветило испуганное лицо женщины, - Лежать! Незнакомца снова отбросило в угол, но в этот раз он не вскочил. Профессор Бриндлмор схватилась за голову, осознав, что только что убила его. Но это лицо... "Нет," - Сказала она себе, - "Он бы убил меня. И наверняка кого-то из детей." Успокоившись, профессор вышла было из кабинета, чтобы найти кого-то и обсудить ситуацию, но уже в дверном проёме цепкая рука легла ей на горло и утащила в кабинет, а тяжёлая дверь захлопнулась. Бриндлмор не успела удивиться - через секунду лезвие вспороло ей шею, отделяя голову от тела. Палочка выпала на каменный пол, а следом рухнула и сама обезглавленная женщина, издавая булькающие звуки. Убийца осторожно отошёл от растекающейся лужи крови, надел обратно серебристую маску, вытер нож об полы плаща, потушил свечку двумя пальцами и подошёл к окну. Он без усилий распахнул тяжёлые ставни - за окном в непроглядной тьме бушевал ливень - а потом, будто вспомнив что-то, достал из кармана свиток пергамента и приколол его ножом на подоконник. Окинув взглядом место преступления, он ловко, как гимнаст, вскочил на подоконник и прыгнул из окна.