Будни Асгардской служанки

— А как же отец?! – в гневе выкрикнула Аста, сжимая кулаки и уже по привычке пряча их в складках бархатного, самого красивого её платья, которое мать заставила надеть. Энергия на кончиках пальцев искрила уже не так сильно, в большинстве случаев у Асты теперь получалось её сдерживать. Целая бессонная ночь, проведенная в повторении показанных Асдис упражнений, и вот магия уже почти подчинилась. Если, конечно, не брать в расчет такие вот эмоциональные моменты, когда матушка заявляет, что возьмет дочерей и вернет их в дом семьи, от которой она когда-то сбежала, а отец, которого никогда там не принимали и попросту ненавидят ещё с тех времен, когда он женился на Асдис и «украл» её, найдет себе другое жилище. — Как ты вообще могла подумать о том, чтобы бросить его? Особенно сейчас? — Я думаю о вас! – возразила Асдис, скрестив руки на груди, строго глядя на обеих дочерей. — Что вы хотите, чтобы я сделала?! Вы обе молодые девушки, хотите жить в нищете?! Вы ведь даже не знаете, что это такое! — А может, ты не хочешь? – кисло пробормотала Астрид, но тут же замолкла, когда Асдис бросила на неё грозный взгляд. — Она права, – поддержала сестру Аста, — ничего страшного не случится, если мы поживем какое-то время, например, в таверне… Мы найдем какую-нибудь работу, пока не придумаем, что делать дальше. Но хотя бы будем вместе. — Я могла бы остаться здесь, – тихо пробормотала Астрид, отчего Аста подавилась воздухом, уставившись на сестру. Та бросила на неё виноватый взгляд и поспешила объяснить: — Просто… мама права, я не хочу жить ни в таверне, ни в том доме, ни у бабушки, которую не знаю… Что мне там делать? Здесь я могу большего добиться и вообще… Совсем не изящно шмыгнув носом, Аста отвернулась. Всё разваливалось. И она единственная, похоже, кто этого не хотел, все остальные уже смирились и готовы двигаться дальше. — …Друзья помогут мне, – закончила свою речь Астрид. — Этого не будет, ты поедешь со мной, – отрезала Асдис и перевела взгляд на младшую дочь, обращаясь теперь к ней: — Дом бабушки — это лучшее место для тебя, дорогая. Особенно сейчас, когда твоя магия пробудилась. Мало кто во вселенной сможет научить тебя лучше, чем она. — Удобное оправдание, чтобы бросить отца, – отвернулась Аста. — Я тоже думаю, что тебе какое-то время лучше побыть с бабушкой, – вставил Вестар, отвлекаясь от равнодушного созерцания вида за окном. — Вам всем. До тех пор, пока я не смогу позаботиться о вас снова. — Вот видишь, – сразу подхватила Асдис. — Хватит упрямиться, ты ведь не ребенок. Это испытание для нашей семьи, нужно вести себя достойно. Аста промолчала, просто выходя из покоев. Чувство, что как прежде, уже никогда не будет, угнетало изнутри. Но сделать она, как и всегда, ничего не могла.

***

Ранним утром Асдис с дочерьми покинула дворец. С Локи Аста так и не увиделась. В доме бабушки их встретили достаточно тепло. Огромный роскошный дом в небольшом удалении от города, с захватывающим дух видом так и кричал о богатстве. По красоте он лишь немногим уступал дворцу. Бабушку звали Карнилла, и её внешность была весьма… необычна. Аста и не подозревала, что в их роду, оказывается, не все были чистокровными Асами со свойственными им золотыми волосами и голубыми глазами. Асдис никогда даже не упоминала об этом. Длинные черные волосы, карамельные, немного отливающие пурпуром глаза… Эта женщина была очень красивой. Лишь присмотревшись, в её чертах можно было углядеть схожесть с Асдис, доказывающую родство. Карнилла была очень рада видеть своих внучек. Когда она впервые обняла их, на её глазах выступили слезы, которые ничуть не испортили её красоту. По отношению к Асдис бабушка была более сдержанной, но всё же не смогла сдержать себя и быстро обняла и её тоже. Однако когда она узнала, что девушки почти ничего не знают об истории своей семьи, и Асдис даже не пыталась им рассказать, она сразу же окатила дочь волной холодного возмущения. Если бы это было обычное знакомство семьи, Аста, вероятно, удивилась бы, что кто-то может так обращаться с её матерью. Однако сегодня она лишь безразлично наблюдала за происходящим. — Не могу в это поверить, – сокрушалась Карнилла, ведя внучек по длинному коридору. Асдис сослалась на усталость и ушла в свою комнату. — Я вложила столько сил в эту девицу, а она даже не попыталась воспитать вас должным образом. — Что не так с нашим воспитанием? – устало спросила Аста. Она не спала уже больше суток, а занятия магией были слишком утомительными, не говоря уже об утренних ссорах с матерью. — Как это понимать?! – воскликнула Карнилла, гневно сверкнув глазами. Её прежняя мягкость исчезла без следа, и теперь она была похожа на Асдис — такую же чопорную, высокомерную и, пожалуй, немного ворчливую. — Разве можно не знать о семье? А то, что моя внучка была прислугой… Как она могла до такого додуматься? Вы знаете, что наш род происходит от королей? И вы думаете, нам пристало прислуживать? Даже принцу? — От каких королей? – сразу оживилась Астрид. — Норнхейма, – с едва скрываемой гордостью произнесла Карнилла, проводя девушек в огромный зал, стены которого были украшены многочисленными фресками. На них были изображены боги, которые вели захватывающие битвы, управляли, что-то захватывали. Это зрелище было одновременно величественным и пугающим. Дав внучкам время оглядеться и оценить обстановку, Карнилла продолжила, указывая на одну из фресок: — Я должна была занять трон, так как была единственной дочерью своего отца. — Они же сражались с Асгардом, – вспомнила Аста, глядя на фреску, на которой изображена женщина, явно чародейка, побеждающая сразу нескольких воинов в золотых доспехах. — Не они, а мы… Это правда, – согласилась женщина, её лицо светилось от гордости. Она явно любила рассказывать о достижениях их рода. Однако, произнеся следующую фразу, её улыбка погасла. — Но последнюю войну мы проиграли. Мой отец решил заключить мир, а Всеотец потребовал гарантии. Единственной приемлемой гарантией была я. Один обожает брать деток из побеждённых народов себе в качестве трофеев. Затем я вышла замуж за одного из асгардцев, чтобы сбежать из дворца в это имение. Так я оказалась здесь, и здесь же родилась ваша мать — моё огромное разочарование. Последнюю фразу Карнилла произнесла с явным раздражением, словно винила Асдис в своих проблемах. Возможно, так было и раньше? Может быть, именно поэтому Асдис сбежала много лет назад, не в силах терпеть такое отношение? Впрочем, девушке меньше всего хотелось разбираться в мотивах этих двух женщин. — Ты уникальна, – с гордостью произнесла Карнилла Асте тем же вечером. — Такой дар, как у тебя, появляется лишь раз в несколько поколений у женщин нашей семьи. Именно благодаря ему мы когда-то оказались у власти. — Матушка тоже говорила, что моя магия особенная, но не сказала почему. — Это не просто что-то «особенное», это власть в чистом виде, – произнесла женщина. — Немного тренировок и ты сможешь подчинить себе кого угодно. — Зачем мне это? – мрачно спросила Аста, совсем не разделяя вдохновения бабушки. — Сейчас это не имеет смысла, но когда ты повзрослеешь и перестанешь обижаться на мать, как ребёнок, может быть, от тебя будет какая-то польза, – сказала бабушка и добавила: — Я сама буду тебя обучать.

***

Асдис продержалась недолго. Не прошло и недели, как матушка бесследно исчезла, даже не попрощавшись и оставив дочерей на попечение Карниллы. Аста сразу же связалась с отцом, но он тоже не знал, где она. Чуть позже стало известно, что она забрала с собой некоторые вещи, которые Карнилла хранила у себя. Впрочем, это было неудивительно. Жизнь с бабушкой была почти невыносимой. Как только дочь и внучки освоились, она взялась за их «правильное» воспитание, не давая ни минуты покоя. Особенно доставалось Асдис. Иногда Асте казалось, что бабушка специально наказывает свою дочь за все те годы, когда она была ей недоступна. Но всё равно было обидно, что мать даже не попрощалась и не предложила пойти с ней. Была ли она всё ещё в Асгарде? Больше всего внимания Карниллы доставалось Асте. Её заставляли обучаться почти круглосуточно. Бабушка словно и правда готовила её к скорой войне с таким энтузиазмом заставляя до совершенства отрабатывать каждое заклинание. И повезло ещё, что Аста и до этого изучала всё это в теории и многое знала, иначе было бы совсем уж тяжело. Но, так или иначе, за одну короткую неделю богиня освоила столько же, сколько когда-то её сестра за несколько лет. Вот только радости никакой не ощущалось, лишь одна бесконечная усталость. Даже во время сна ей снились лишь колдовские плетения. Но это хотя бы помогало не думать о Локи. Пока Карнилла была занята Астой, Астрид стала часто пропадать. Она убегала во дворец к Сиф и своим новым друзьям, и её отсутствие могло длиться несколько дней. В эти моменты Асте казалось, что она осталась совсем одна. Карнилле было всё равно, где пропадала Астрид. Младшая внучка стала для неё любимой игрушкой, из которой она пыталась вылепить что-то, известное только ей одной. В одну из редких минут, когда у Карниллы появились свои собственные дела, Аста смогла выбраться в город, наконец, получив возможность побыть наедине со своими мыслями. Однако вскоре стало ясно, что, возможно, это было не лучшей идеей, ведь мысли постоянно возвращались к Локи. Воспоминания, которые хотелось забыть, всплывали в памяти, подбирая самый неожиданный момент, словно змеи, готовые ужалить. Ей не хотелось признавать, но, кажется, она скучала. Даже несмотря на все происходящие события. Однако тоска пряталась где-то глубоко внутри, под толстым слоем горечи и обиды, и из-за этого её постоянно бросало из одной крайности в другую. Хотелось обнять его и одновременно сделать так же больно, как он ей. Щелкнуть по носу, как непослушного пса, чтобы не думал, что может поступать с ней так. А ведь за всё это время он и не пытался её искать. Только один раз пришел к ней в ту ночь в лекарский корпус, видимо, лишь на это хватило его привязанности к новой игрушке. Наверняка он знал, где она, но… нет, не хватало его «любви» на то, чтобы прийти. Наверное, слишком далеко… Подумать только, это ведь нужно выйти из дворца и пересечь город и ещё немного расстояния за ним… Слишком много усилий. Словно этим он ещё больше стремился показать ей её ничтожность для него. Она ему и не была нужна. Не захотела простить с первой попытки, значит, не нужна. Аста повторяла это про себя снова и снова, словно пытаясь убедить, пока кто-то не толкнул её в плечо, и она очнулась, осознавая, что вот уже какое-то время глядит на дворец, купающийся в лучах солнца. Как она оказалась здесь, Аста не могла вспомнить. Ноги сами привели её туда, куда тянулся разум. Что стоит ей сейчас пойти туда, подняться в покои Локи и посмотреть ему в глаза, в которых наверняка не будет ни капли вины, а если и будет, то обязательно притворная. Может, высказав ему всё, она, наконец, перестанет думать о нем каждую минуту, стоит бабушке оставить её в одиночестве? А может, оказавшись перед ним, она позорно сдастся и пообещает простить всё, лишь бы оставить у себя хоть кусочек той жизни, которая была, пока всё не перевернулось окончательно и бесповоротно, похоронив её прежнюю под собой… Пусть этим кусочком и будет он, кого она временами презирала, а временами, в моменты слабости, всё ещё любила, но всеми силами отказывалась признавать это. Какой из двух вариантов более возможен? Возможно, именно так чувствовал себя Локи, когда Асдис бросила его много лет назад? Аста обхватила себя руками, размышляя об этом. Она опустила усталый взгляд на дорогу под собой, не желая больше смотреть на золотые башни, которые слепили глаза. Она не знала, что произошло между ними, только в общих чертах. Но, вероятно, это сильно ранило его, раз вылилось в то, что произошло. Богине стало интересно, помогло ли ему это. Стало ли легче после того, как отомстил? Теперь он может дышать полной грудью, зная, что Асдис, вероятно, проклинает тот день, когда разбила его надежды, как и тот, когда решила лечь с ним в постель? Теперь Асте хотелось спросить у Локи и об этом тоже. Вероятно, раз он больше не искал ни её, ни Асдис, ему действительно стало легче. Может, и ей следует сделать ему какую-нибудь гадость, и тогда и её груз перестанет так невыносимо давить? Не зря же Локи спасал себя именно этим способом, наверняка он работает? Но… Что она может сделать принцу? Пробраться в его покои и подбросить ему в постель вонючую лягушку, как они в детстве баловались с сестрой? На этом все варианты мести заканчивались, по крайней мере, те, которые не привели бы её в темницу. Да и даже за такую шалость накажут его новую служанку, которую ему наверняка давно уже выделили. А ведь она ни в чем не виновата. За своими печальными мыслями Аста не замечала, что город вокруг не стоит на месте. Людей на площади становилось всё больше, и вскоре она оказалась в шумной и возбуждённой толпе, ожидающей чего-то с предвкушением. Многие женщины держали в руках роскошные голубоватые цветы, и это не могло быть простым совпадением. Очевидно, намечалось какое-то важное событие. Асте было неинтересно, но и выбраться с площади обратно в город не представлялось возможным из-за толпы. Решив переждать, она направилась в таверну, которая оказалась совсем рядом. Ей вспомнилось, как Тор когда-то давно обещал провести экскурсию по злачным местам и показать, где в городе можно выпить самое лучшее пиво. Интересно, попала бы эта таверна в его список? Пиво здесь действительно подавали, и хотя качество его оставалось неизвестным, Аста решила попробовать и оценить его сама. Она заняла свободный столик, сделала заказ и огляделась вокруг. Близость к дворцу давала свои плоды: здесь было много слуг и стражников, у которых, видимо, было сейчас свободное время, но было не меньше и самых простых горожан. Никого знакомого Аста не заметила, так что расслабленно ждала, когда ей принесут напиток, и снова медленно и мрачно погружалась в беспорядок собственной головы. За окном шумели люди, и она краем уха уловила восторженные перешёптывания девушек. Они обсуждали, что принцесса из Ванахейма осматривает город, и горожане были в полном восторге от этого. Однако посетительницы в нарядах служанок, сидевшие за соседним столом, лишь посмеивались, при этом они не сводили глаз со своего друга - стражника, который тоже находился здесь. — Говорят, она крайне замкнута и нелюдима, – рассказала одна из девушек своей подруге. — Никому не позволяет приближаться, даже слуги могут войти в её покои только тогда, когда она сама покидает их, и то лишь в гостевую комнату. — А как же причёска? – удивилась её подруга. — Как она обходится без помощи слуг? Постойте, а как же платья? Неужели она сама и их тоже надевает? Аста усмехнулась, вспомнив, как Бирна когда-то учила её ухаживать за принцем и его одеждой. Удивительно, что многие царственные особы владеют магией и могут привести себя в порядок, просто щелкнув пальцами. Однако это не соответствует их статусу, и они предпочитают полагаться на заботу других. А принцесса, похоже, не такая, как остальные. — Всё сама делает, – подтвердила первая девушка. — Вот дикарка, – посмеялась другая. — Они в Ванахейме все такие… странные, – пожал плечами стражник. — Лишь бы по лесам своим волшебным скакать и цветочки нюхать. — Но эта-то – принцесса! — возразили девушки. — Единственная дочь и наследница! Вряд ли её из дворца выпускали, наверняка берегли. Аста лениво провела пальцем по краю глубокой кружки, доверху наполненной пивом. Сделав пару глотков, она сразу потеряла интерес к напитку. Возможно, пиво оказалось не очень вкусным, а возможно, её вкус уже изменился. В последнее время она всё чаще замечала, что почти не ощущает вкуса еды, даже если раньше любила её. — А что, правду говорят, что её за одного из наших принцев хотят отдать? – вдруг спросила одна из девушек. — Об этом все во дворце говорят, — протянула другая. – Но это слухи, пусть и кажутся правдой. Принцы уже мужчины, а трон один. И хотя обоих царь зовет наследниками, очевидно, что придется выбрать. А так… одному он сможет отдать Ванахейм. — Надеюсь, Тор останется, – мечтательно протянула одна из них и обе они захихикали. Аста продолжала с мрачным видом смотреть в окно. Бедная, бедная принцесса, она даже не представляет, в какое опасное место её завлекают. Интересно, на что намекала Асдис, когда впервые упомянула о ней? Она уже тогда догадывалась обо всём этом или знала точно? В её словах точно были скрытые смыслы. Наверняка принцы осознают, что не смогут разделить трон. В Асгарде больше любят Тора. Однако Локи был отличным политиком, и Всеотец доверял ему вести дела с дипломатами из других миров. Кажется, это не было случайным. Возможно, Один давно готовил Локи к тому, чтобы тот занял трон, только не этот. Знал ли Локи об этом или это стало для него неожиданностью? И если второе, интересно, как он себя чувствует? Обижен ли он на отца за то, что тот хочет его отослать или, наоборот, рад получить целый мир, где сможет делать всё, что пожелает? Мир и жену... Судя по всему, она очень замкнутая. Если это так, то они с младшим наследником — полные противоположности. Локи любит роскошь и пышность, ему нравится, когда им восхищаются, пусть даже в Асгарде искренне это делают немногие. И вот в его лапы настойчиво пытаются втолкнуть бедную девушку, чем-то похожую на Асту, простую, без царских замашек и высокомерия. Локи проглотит её, даже не поперхнувшись, сразу после того, как она скажет «да». А до тех пор он будет для неё совсем другим. Впрочем, самой принцессе, скорее всего, тоже неприятно, что её вот так продают. Она, наследница, могла сама получить свой трон, но теперь, если выйдет замуж, Локи ей и крошки власти не оставит, подмяв под себя всё. Совершенно незнакомую девушку, которую она никогда не видела, Асте было искренне жаль. Настолько жаль, что когда шум за окном стал слишком явным, она поднялась со своего места, выходя наружу, и тоже, как и многие другие, проводила проезжающую принцессу взглядом. Только Аста не кричала и не бросала цветы под ноги её коня, а мрачно наблюдала за удаляющейся в сопровождении кучи стражников спиной. Её, как и саму Асту, родители бросили в лапы асгардских принцев, чтобы достичь каких-то своих целей. В этом плане они очень одинаковые. Может, стоит её предупредить? Но как? Написать ей письмо? А если его перехватят… у Асты тогда будут проблемы. Встретиться лично? Аста задумчиво снова оглянулась на дворец. Уже вечерело, и множество стражников сейчас с принцессой… Да и Аста не сидела без дела всё это время, магия иллюзий была одной из первых, которой она овладела под чутким руководством бабушки. Создать иллюзию того, что она служанка, легче легкого. Чуть изменить черты лица на случай, если наткнется на знакомых, наколдовать себе уже знакомое серое платье прислуги, и вот её без каких-либо вопросов пропускают, даже не взглянув. Внезапно вынырнувшая из-за поворота Бирна поначалу тоже не обратила на девушку внимания, но чем ближе подходила, тем внимательнее становился её придирчивый взгляд. Конечно, она ведь должна помнить каждую служанку в лицо, сама же их набирает. Сердце бешено колотилось в груди. Зачем она вообще сюда пришла? Если её поймают, это будет очень глупо. Подумаешь, принцесса... Она сама рано или поздно поймёт, с кем имеет дело, не так ли? Напряжение скапливалось, но магию Асте удавалось сдержать. Внезапно вспомнилось заклинание, которому её обучала Карнилла и которое доступно только ей с её необычным даром. Магия рода очень древняя, но действенная… Правда, на короткое время, долго Аста ещё не умеет её поддерживать. Так что и это не выход. А больше ничего в голову не приходило. — Поторапливайся, – кто-то хлопнул её сзади по спине, но не грубо, а скорее бережно, чуть подталкивая в ближайший коридор справа. Лицо Бирны сразу разгладилось, и она спокойно прошла мимо, больше не замечая её. — Что? – тихо выдохнула богиня, оборачиваясь и натыкаясь взглядом на знакомое лицо Палача. Он невозмутимо посмотрел на неё в ответ. Ну конечно, в темнице были свои служанки, и их Бирна наверняка не знает. И вполне нормально, что если Скёрджу могло что-то понадобится, он взял бы одну из них с собой. — Что ты здесь делаешь? – незаметно переходя на «ты», спросила Аста. Он вообще знает, что она — это она? Судя по тому, что помог, наверное, да. — Я увидел вас у таверны, – спокойно ответил он, подтверждая, что знает, кто под иллюзией. — И шел за мной с тех пор? – возмущенно спросила Аста. Спасибо ему, что помог, но следить за ней уже перебор. — Мне просто было в ту же сторону, – так же невозмутимо произнес он. — Я живу во дворце, леди. А потом увидел, как вы скрыли себя… — А… – растерянно пробормотала Аста, почувствовав себя глупо. Ну да, с чего бы ему за ней следить… Он, наоборот, уже второй раз помог ей и не выдал до сих пор. — Спасибо, ты спас меня уже два раза… И я не против, если ты… вы будете обращаться ко мне по имени. — Я предпочел бы оставить всё так, как есть, – откликнулся он. — Как пожелаете, – ещё больше смутилась Аста, но застыла, заметив подобие улыбки на губах Скёрджа. Эта улыбка на его лице смотрелась так чуждо и неожиданно искренне, что напряжение пропало само по себе. — Но я не против, чтобы и вы, леди, обращались ко мне так, как вам того хочется. Не зная, что ещё сказать, Аста смущенно кивнула и вдруг заметила, что иллюзия, скрывавшая её, давно уже пропала, так что быстро накинула её на себя снова. Нельзя терять бдительность, вдруг Бирна или кто-то из знакомых вновь пройдет мимо? Да и по коридору нет-нет, но кто-то передвигался, правда, пока на них внимание никто не обращал. Подойдя ближе к Скёрджу, почти вплотную, Аста тихо прошептала: — Не думайте… Не думай, что я задумала что-то плохое, – богиня всё не могла определиться, как именно ей больше нравится обращаться к этому великану перед ней. Но всё же решилась на «ты», ведь сейчас он единственный, кому ей почему-то захотелось довериться. Немного. — Я просто хочу увидеть принцессу. Мне… нужно сказать ей кое-что. Скёрдж равнодушно промолчал, словно ему совершенно всё равно, помогает ли он ей снова нарушать запреты. Но Аста всё равно посчитала себя должной рассказать. После встречи с Бирной воинственный настрой, побуждавший рассказать бедняжке-принцессе всю правду и предупредить, куда-то стремительно исчезал, утекая сквозь плотно сжатые кулаки. Теперь вдруг стали появляться мысли о том, а стоит ли так рисковать? Да и поверит ли девушка ей? Саму Асту предупреждали не раз, но Локи… Несмотря на всю свою осторожность, Аста так и не сумела противостоять ему и открыть свои глаза до тех пор, пока окончательно не влюбилась. Да и кто смог бы на её месте? Однако сейчас... Аста шла на риск, находясь здесь и скрываясь под чужим обликом. Но ещё больше она рисковала, стремясь встретить принцессу. Что, если она позовет стражу? Или расскажет кому-то? А что если этим кем-то окажется Локи?.. Этих «вдруг» было много. Да и зачем вообще ей предупреждать кого бы то ни было? Какое ей дело, если у Локи появится ещё одна жертва? Но… нет. Весь день раздумывая о Локи и том, как бы ей хотелось «щелкнуть его по носу» Аста не могла и, что важнее, не хотела отступаться сейчас. Ей отчаянно хотелось проверить, насколько легче станет, когда она отомстит ему немного, пусть и таким образом. И даже если принцесса ей не поверит, у неё появятся вопросы и сомнения. — Будет нагло попросить тебя ещё об одной услуге? – после паузы спросила Аста, поднимая взгляд. — Вы можете попросить меня о чем угодно, – откликнулся он. — Тогда сопроводи меня… – попросила она, и здоровяк просто кивнул. Может и глупо было звать его с собой, но его при дворе многие знали. Если принцесса не захочет слушать и позовёт кого-то, Скёрдж мог бы всё объяснить так, что никто не будет задавать лишних вопросов. С ним будет легче во много раз.

***

Найти покои принцессы было нетрудно, пусть и заняло какое-то время. Там Аста собиралась дождаться девушку. Если то, что она подслушала в таверне, было правдой, то в её покоях не должно быть ни служанок, ни кого другого. Так и случилось. Покои принцессы были немного похожи на покои Локи, которые Аста уничтожила не так давно. Мебель стояла так же, только цвета другие и не было такого количества книг. Здесь вообще было очень пусто, словно никто и не жил. Вода в кувшине на столике была наполнена почти до горлышка, видно было, что никто из него не пил, поднос с завтраком стоял здесь, похоже, с самого утра, но еда тоже была нетронута. Шторы на большом окне плотно задернуты. Принцесса, которая не любит общества слуг и незнакомцев, в это ещё можно поверить, но принцесса, которая живет словно призрак в собственных покоях, это уже выглядело как-то даже… странно. Она что-то скрывает? Аста посмотрела на Скёрджа, который привалился к стене и наблюдал за ней из-под полуопущенных век. Его, казалось, не особо заботили странности в покоях принцессы. Чуть улыбнувшись ему, Аста снова начала осматриваться. Какое-то тревожное чувство скапливалось где-то на уровне желудка. Понятное дело, что они не должны здесь быть, и чувство, может быть, от этого, но интуиция подсказывала другое. Поглядывая на двери в спальню, Аста упорно боролась с желанием ещё больше нарушить правила приличия и вломиться ещё и туда. Может, больше времени принцесса проводит там? Вдруг Аста войдет и увидит кучу платьев и ожерелий, наваленных на любых горизонтальных поверхностях, как бывало в комнате её сестры частенько. Всё-таки, если принцессу отправили сюда знакомиться с возможным будущим мужем, она должна быть готова… Но нет, вторгаться в спальню было бы уже перебором, Аста уже отказалась от этой идеи, когда Скёрдж внезапно двинулся к ней и, одним движением подхватив, сам внес в спальню, закрывая за ними дверь. — Что…? — Прислуга, – ответил он шепотом, и, вторя его словам, послышался звук отпираемой двери, и кто-то торопливо начал ходить по гостиной. — Наверное, ужин принесли. — А если сюда войдут? – тихо спросила Аста, мучительно пытаясь понять, готова ли она создавать достаточно большие иллюзии, чтобы укрыть и себя, и Скёрджа. Поддерживать простенькую иллюзию на себе — одно дело, а вот на двоих сразу — уже другое. Палач лишь пожал плечами, его не особо пугала перспектива быть пойманным, но, немного подумав, он положил на обе створки дверей огромную ладонь, видимо, собираясь силой удерживать их, если вдруг кто-то дернет. Аста отошла на несколько шагов, чтобы не мешать ему. Впрочем, опасения, похоже, были ложными, в спальню так никто и не попытался войти. Сметливая служанка за дверью ещё походила какое-то время и ушла. Но Асту это уже не волновало. Предчувствие её не обмануло, принцесса действительно была не так проста, как кажется. Её комната была похожа на что угодно, но точно не на комнату молодой девушки. Первое, что привлекло внимание богини, были недописанные письма и записки, лежащие на кровати. Их было много, даже слишком. Сначала Аста просто скользнула по ним взглядом, но, зацепившись за кольнувшее в сердце имя, присмотрелась внимательнее. Записи, много записей. Про Тора, в какое время и где он обычно находится, что делает, что ест, с кем общается и спит, что ему нравится и что не нравится. Про Локи информации было меньше, видимо, он был куда более скрытным, но даже о нем многое можно было узнать. Например, Аста не могла не зацепиться взглядом за пометки о том, что к Локи в покои в последние дни с завидной регулярностью приходит Лив и частенько остаётся до утра. Губы поджались, а язвительный голосок в голове с каким-то садистским удовольствием отметил, что Локи без неё совсем не скучает. Такие же записи были и про многих других. Про Фригг, про царя, про друзей Тора и всех важных придворных. Это не выглядело как пометки «чтобы не забыть», с первого взгляда было понятно, что всё куда серьезнее. Принцесса — шпионка? Насколько Аста помнила, ещё до рождения Тора, когда Один был моложе, Асгард постоянно воевал и с Йотунхеймом, и с Ванахеймом, и с Норнхеймом, и… Да со всеми жителями девяти миров, кроме людей, которых покорять не пришлось, смертные сразу признали Асов богами. Но среди всех этих миров боги Ванахейма дольше всех держали оборону, ближе всех подбирались к победе и чаще остальных пытались скинуть власть захватчиков, пока их не принудили к миру. Сейчас всё выглядело так, словно они вновь хотят попытаться. Иначе как это всё объяснить? У Асты голова пошла кругом. А это вообще настоящая принцесса? Или кто-то под её личиной? Когда царская особа из другого мира прибывает в Асгард, её сопровождение, конечно же, проверяют, а как насчет неё самой? Наверняка недоверие со стороны асов было бы воспринято оскорблением, тем более, что принцессу отправили ко двору якобы для заключения брачного союза. Личина принцессы — идеальное прикрытие, чтобы проникнуть сюда. Аста прикрыла глаза, устало потирая виски. Это была какая-то дурная шутка, чей-то розыгрыш. Она шла сюда, чтобы предупредить об опасности очередную девушку, которую родители кинули в лапы принцев в качестве разменной монеты. Такую же девушку, какой когда-то была сама. Возможно, кроме этого, Аста совсем немного, но хотела отомстить Локи, нарушив его планы. А в итоге богиня снова, не желая того, влезла в тайны, о которых предпочла бы не знать. Что теперь делать? Уйти, словно ничего не знает? Убедиться в том, что оказалась права и принцесса вовсе не принцесса? Сообщить о шпионке? Но тогда и её накажут, и Скёрджа заодно, они ведь тоже нарушили много чего. Скёрдж стоял за спиной Асты и читал какой-то клочок бумаги, вынутый им из общей кучи. Девушка подошла поближе и без удивления поняла, что Палач читает наблюдения о самом себе. Взгляд, которым он ответил, ясно говорил о том, что он пришел к тем же выводам о происходящем здесь, как и она. — Я должен пойти к царю, – в итоге произнес он, смотря на Асту тяжелым взглядом. — Нет, — мотнула головой она. — Это уже не игрушки, леди, – откликнулся он и чуть смягчился, посмотрев на её поджатые губы. — Не беспокойтесь, о вас я никому не расскажу. — А о себе? Как объяснишь то, что пробрался в покои принцессы и для чего? — О себе я в состоянии позаботиться, – ответил он, хватая горсть первых попавшихся бумажек и совсем небрежно запихивая их в свой карман. Видимо, хочет предъявить в качестве доказательств. — А вам лучше покинуть дворец прямо сейчас, так безопаснее. — Нет, я против, – упрямо повторила Аста. Скёрдж, может, и не расскажет о ней добровольно, вот только здесь, во дворце, магов и колдунов было на любой вкус. Вдруг кто-то что-то выяснит? Тогда будет ещё хуже, ведь подумают, что раз Палач её покрывал, то и у неё есть какие-то скрытые мотивы. Карнилла, узнав об её необдуманном поступке, сойдет с ума, а отец… Аста сжала кулаки и мотнула головой. Нельзя допустить, чтобы о том, что она здесь была, хоть кто-то прознал. — Не знаю, кто это, но она права, – раздался голос из-за спины. Оглянувшись, Аста увидела ту самую «принцессу», которую видела в городе пару часов назад. Она стояла в дверях собственной спальни и сжимала в руке удлинённый кинжал. Выглядела девушка собранной и холоднокровной, словно собиралась прибить их со Скёрджем прямо здесь. Впрочем, вполне возможно, так и было. Палач, долго не думая, шагнул вперед, закрывая Асту собой. — Готовьтесь, я выиграю вам время, чтобы уйти, – бросил он девушке через плечо, доставая свой огромный топор. — Если… если я не справлюсь, вы должны пойти к Всеотцу. Вас пощадят, если расскажете правду. Аста не знала, что делать. Ей не хотелось идти к Одину, ей не хотелось, чтобы Скёрдж пострадал или погиб, и ей совсем уж не хотелось ввязываться во все эти подковерные интриги с местью или захватом власти кем бы то ни было. Тем более, что она даже не знает, против кого они со Скёрджем теперь выступают. Эту девушку послал правитель Ванахейма или кто-то другой? Идея пришла неожиданно и рефлекторно, не давая себе даже подумать, Аста решила подчиниться инстинктам. — Скёрдж, – обратилась она к нему, и он бросил на неё быстрый взгляд, прежде чем вновь сосредоточить внимание на девушке, медленно приближающейся с оружием наготове. Время стремительно таяло. — Доверься мне, мы можем найти другой выход из этой ситуации. Мужчина явно не понимал, о чем она говорит. Аста тоже до конца не понимала. Неоправданно рискуя, она положила ладонь на его плечо, принуждая вновь посмотреть на неё. Дотянуться было тяжело, пришлось привстать на цыпочки и даже так Аста сумела коснуться губ Скёрджа лишь слегка. Ни Скёрдж, ни девушка, медленно подступающая, явно не ожидали такого. Девица даже едва не споткнулась, замерев, и дав тем самым Асте пару лишних мгновений, чтобы магия, жившая в её крови, сработала как надо. Пока ещё богиня не умела использовать её так, как когда-то её предки, Аста только училась. Карнилла каждый день заставляла её тренироваться на слуге, которому, по её словам, можно было доверять. И так уж вышло, что именно сейчас эта магия была как нельзя кстати. Нужно было взять под контроль и «принцессу» и Палача, пока они не затеяли бой и не усложнили ситуацию ещё больше. И потом, когда они оба успокоятся, Аста спокойно придумает, что делать дальше и как из этой ситуации выйти. И ей, и Скёрджу, и даже этой шпионке. Когда Аста отстранилась, Палач смотрел на неё почти так же, как и до этого, отчего девушка немного смутилась. Только в глубине его взгляда теперь плясали зеленоватые искры. Со слугой Карниллы было иначе, его безразличный взгляд после поцелуя превращался в трогательно-влюбленный. А Палач… Осознание того, что она нравилась ему и до этого, совсем выбило Асту из колеи. — Поцелуй на прощанье, – хмыкнула «принцесса», снова вскидывая меч и вставая в боевую стойку. — Не убивай её, просто обездвижь для меня, – тихо шепнула Аста и, повернувшись, создала первую иллюзию, пришедшую ей в голову — змею, которая сорвалась с её руки и полетела прямо в сторону девушки, стоящей напротив. Она рефлекторно сгруппировалась, готовясь отразить нападение, и уже не успела заблокировать другой, прилетевший сбоку удар обуха топора Скёрджа, который целился ей в голову. Покачнувшись, девушка рухнула вниз. Палач за пару движений пересек разделяющее их расстояние и, сорвав со столбика кровати веревку, которой придерживался тяжелый балдахин, связал ей сначала руки, а потом и ноги. — Что леди желает теперь? – спросил он, присаживаясь на край кровати, смотря на неё странным, чуть затуманенным взглядом и ожидая, видимо, следующих распоряжений. Теперь Скёрдж и не думал идти к царю. Ближайшее время он вообще вряд ли способен будет думать. Аста вздохнула, переводя взгляд на девушку, которая пока пребывала без сознания, но могла очнуться в любой момент. Почему из всех людей такие подлости судьба устраивает именно ей? Хотелось оставить всё как есть и просто сбежать обратно в дом бабушки, но сейчас и это было уже невозможно: если просто оставить шпионку здесь, очнувшись, она сразу выдаст и Скёрджа, и её, заявив, что они на неё напали. И тогда уже будет неважно, что они скажут в свою защиту, поверят «принцессе». Нужно было как-то заставить девушку молчать. И Скёрджа тоже. Конечно, договориться с этой девушкой не вариант, ведь верить на слово ей нельзя, а предложить за молчание Асте нечего. Ну а если… если предположить, что она позволит Скёрджу первому выдать девицу Одину и рассказать всё, то наверняка начнется настоящая война, и рано или поздно об участии Асты узнают. Посмотрев на Скёрджа, Аста задумалась. Если девушка, которую считают принцессой, вдруг пропадет, искать её будут и Асы, и Ваны, и наверняка средств они не пожалеют. Привлекут и магов, и кто знает кого ещё. Они догадаются, это точно. Тогда что же делать? Ловушки со всех сторон, куда не посмотри. С одной стороны война, с другой казнь и обвинения в измене и нападении на принцессу. На мгновение Аста подумала о том, что, возможно, Локи мог бы помочь. С его извращенным умом и любовью к интригам будет нетрудно придумать, как повернуть всё это так, чтобы она вышла сухой из воды. Вот только с чего бы ему помогать ей? Он уже забыл её и вновь развлекается со своей Лив. А даже если поможет, то, что попросит взамен? Нет, эту мысль богиня тоже отвергла. Попросив помощи Локи, она в очередной раз докажет и ему, и самой себе, что без него беспомощна и способна лишь на то, чтобы ей манипулировать. Он никогда не будет смотреть на неё, как на равную. Да и гордость ей сейчас не позволит поступить так, не после всего, что он сделал с её семьей. Зато вместе с мыслями о Локи в голову пришла ещё одна идея. Максимально безумная и наверняка не имеющая и шанса на то, чтобы сработать. И возможно, именно поэтому она сработать могла. Что, если принцесса и пропадет, и не пропадет одновременно? Точнее, если сама Аста займет её место, пока настоящую девушку Скёрдж куда-нибудь спрячет? Как и шпионка, Аста походит под личиной принцессы до тех пор, пока её не вернут назад, и тогда они со Скёрджем придумают, как снова поменять их местами, а когда этот «визит» наконец, закончится, Аста вернется к бабушке, а Палач пойдет к Всеотцу, если захочет, конечно. Но богиня надеялась, что к тому моменту он уже передумает. Возможно, она сможет его переубедить. Конечно, план был не идеален. Наверняка те, кто знает о том, что принцесса не настоящая, рано или поздно заподозрят, что что-то не так. Например, когда она перестанет посылать им информацию. Скорее всего, они попытаются каким-то способом узнать правду. Но открыто они ничего не смогут сделать, да и нападать не рискнут, чтобы не выдать себя и свои замыслы. Раз Ваны решились на то, чтобы заслать шпиона, наверняка они понимают, что лучше им не вызывать ни малейшего подозрения. Это очень рискованно и наверняка глупо, но больше Аста ничего не придумала. Единственный её шанс выбраться из этой передряги живой — стать на время другим человеком. Повернувшись к девушке, Аста внимательно рассмотрела её лицо, запоминая каждую чёрточку. Тёмные волосы, миндалевидные глаза, бледная кожа. На Асту она была совсем не похожа, но повезло хотя бы в том, что комплекции они были схожей, так что богине будет проще создать и поддерживать иллюзию, ведь большую часть тела можно будет скрывать под одеждой, которую к тому же тоже не придется корректировать — она будет по размеру. Такое у Асты должно получиться провернуть даже с учетом того, что маг она пока неопытный. Самое главное будет не терять концентрацию. Про то, что будет в случае неудачи, богиня старалась не думать. Какая разница, попадет она в темницу прямо сейчас за нападение на фальшивую принцессу или позднее, когда будет сама притворяться ей? Медленно, стараясь максимально точно передать всё, от изгиба губ до блеска кожи, Аста несколько раз подряд накидывала и сбрасывала с себя чужой облик, пока не убедилась, что может делать это быстро и точно попадать в образ. Скёрдж всё также сидел, тупо наблюдая за ней полными восхищения глазами. Лишь закончив, Аста вновь посмотрела на него. — У тебя в темнице есть места, где никто, кроме тебя не бывает? — дождавшись кивка, она продолжила: — Отнесем её туда, ты приглядишь за ней, а потом, как принцесса будет уезжать, вернём её Ванам обратно.