Дневники Лорда: Герой сквозь века

      «Оглянитесь — помните, что вы не бессмертны»

Астарот

«План огня — самый горячий и опасный план, который мне доводилось видеть. Он представляет из себя бурное лавовое озеро, в котором иногда заметны парящие островки с Плана Земли и множество кусков обсидиана от взаимодействия с планом воды. Лучше всего находиться в нем поближе к нашему миру. Чем дальше от материального мира, тем опаснее там находится. Однако мне с моим верным другом Эльдаром удалось пробраться почти к самому центру. Там удалось обнаружить намеки на цивилизацию огненных элементалей и возможно я видел самого Огня — самого сильного элементаля. Возможно, у самого края этого плана есть целые элементальные города, но этого на моем веку никому не доведется увидеть.» Отрывок из книги Луция Шафта «Огонь и его воплощения»

      Яркая бело-голубая молния разрезала небо, с гулким звуком ударив по магическому барьеру над Арведеллом. От взрыва по поверхности защитной сферы пошли фиолетовые круги, такие как от удара камня об воду. Подобное происходило часто, так что жители привыкли и совсем не обращали внимания.       Капли дождя, от которых щит не спасал, барабанили по ярким крышам домов.       Арведелл хоть и был столицей, но тогда размерами не сильно отличался от Южной Горы. А богатством превосходил многие города Империи. Большинство зданий украшали мраморные и гранитные статуи, золотые барельефы и различные металлические узоры. На площадях стояли роскошные фонтаны, выполненные из камня, а в гавани были пришвартованы внушительные фрегаты со сложенными цветными парусами.       Часть города располагалась на живописном берегу реки, а остальные районы находились на двух небольших искусственных островах.       Несмотря на ранее время в столице вовсю кипела жизнь: люди шли на работу, гномы ехали в шахты, торговцы открывали лотки с товаром на Рыночной площади и прибывали путешественники из разных стран.       Причал все пополнялся кораблями, с которых разгружали сундуки, ящики и бочки со специями, мясом, выпивкой, порохом, ингредиентами для зелий и еще множеством других вещей. А на верфях сооружали остов нового военного корабля Ордена Рыцарей.       От очередного удара о сферу защиты проснулся Дрейк.       Коричнево-зеленая записная книжка скатилась с его груди и, раскрывшись, упала на пол. Друид потянулся за дневником и пробежался по записям, которые вчера оставил.       «Прошел день с того момента, как я вернулся с задания. Подробности его я раскрывать не буду, из-за соблюдения секретности.       Дом, который подарили за выполнение задания, прекрасен. Здесь целых два этажа, есть кабинет и винный погреб под лестницей. Архитектура очень простая и красивая — наружные стены отделаны гранитом под стать всему городу.       А сейчас расскажу о важном. В меня влюблен Телмар Оберхельм, как бы странно это не звучало. Он признался в этом во дворце, когда мы учились танцевать. Я провел несколько замечательных дней с ним, но я его не люблю. Лишь привязался к нему, но ничего более.       Однако дал Телмару ложную надежду на то, что чувства взаимны. Все из-за моей очарованности этим мальчиком и моего одиночества до получения задания. Я такой дурак…       И еще потом я резко его бросил и приехал сюда.       На самом деле я просто привязался, но любви не чувствую. Понял я это только после убийства, которое я должен был совершить.»       Дрейк поднялся с постели и положил дневник с выпавшими вкладышами на прикроватный столик, оглядывая большую спальню, отделанную темным деревом.       Из окна пробивался тусклый белый свет, какой обычно бывает в пасмурную погоду, и оставлял след на деревянном полу.       Босые ступни коснулись холодного пола, от чего по телу мужчины побежали мурашки. Он слегка поежился и подошел к окну, по которому бежали капли воды. Серая атмосфера вызывала смесь из одиночества и грусти в душе лорда.       Бембо немного пошатнулся, пока смотрел на улицу, и задел бутылку вина, стоящую на широком подоконнике, где мужчина вчера сидел.       Зеленая бутыль с громким грохотом упала на пол. Остатки красного вина вылились на паркет, затекая в щели между досками.       — Черт побери! — вслух выругался лорд и отправился в ванную за тряпкой.       Он вышел из комнаты и направился по широкому коридору в сторону лестницы. Около нее и находилась небольшая комнатка с узким проходом.       Друид аккуратно толкнул дверь и подошел к бочке с водой. Набрав чистой холодной воды в руки, он умылся и посмотрел на себя в зеркало.       В отражении показались очередные синяки под глазами и слегка опухшее и заспанное лицо. Зеленые глаза совершенно не выражали никаких чувств, а длинные спутанные волосы выглядели ужасно сальными.       Осматривая свое мускулистое рельефное тело, Дрейк заметил несколько длинных красноватых шрамов на груди и прессе, оставшихся после драки в оранжерее дворца.       Вздохнув, мужчина взял тряпку и, намочив ее, отправился вытирать лужу.       Уже в спальне, Бембо нагнулся, тяжело вздыхая. С похмелья каждое движение отдавалось болью и головокружением.       «Я понимаю, что поступил ужасно, бросив Телмара одного. Но по-другому не мог, так как очень хотел побыть один и привести мысли в порядок.       Также понимаю, что Телмар давно в меня влюблен, но в глубине души надеюсь, что это скоро пройдет. Особенно сейчас, когда он увидел каким я могу быть.       А я могу быть холодным и отстраненным, когда сильно хочу остаться в одиночестве хоть ненадолго.       Очень боюсь, что мог сильно задеть чувства этого парня, мог вскружить ему голову своими действиями во время убийства.»       Ногой мужчина задел тумбу и записная книжка упала на пол.       Дневник служил Дрейку не только как средство выражения мыслей или записи событий, но и как свидетельство того, что такой человек существовал и ничем не отличался от других. На страницах были вклеены приглянувшиеся листья, открытки с разных мест, газетные вырезки, любимые бардовские песни или стихи и множество другой всячины, которая и выпала.

***

      На кухне стоял новый деревянный стол антрацитового цвета с парой похожих стульев, отличавшихся лишь кленово-зелеными подушками на спинках. В углу комнаты высилась краснокирпичная печь с несколькими конфорками темного цвета. Сбоку от печи стояли шкафы с полками в цвет стола.       Каждая полочка была наполнена различной утварью: котлы, ножи, столовые приборы, разделочные доски, лопатки, терки разных видов, ножницы, молотки, скалки, сковородки, кастрюли, дуршлаги, венчики и горшки разны размеров и форм — все разного цвета и размера. Также банки и коробки для хранения специй вроде порошка красного дерева, песочных пряностей, редких болотных трав, степных кореньев, молотых пищевых кристаллов или тимьяна с Фруктовых островов.       Как раз сейчас у печи стоял Дрейк и готовил завтрак. Он достал темную сковороду, на которую после разбивал куриные яйца, вчера купленные на рынке. Оливковое масло громко зашипело и пара горячих капель брызнула прямо на рубаху. Следом на плиту отправилась соль и кусочки серого хлеба. Через несколько минут хлеб покрылся твердой корочкой, а яичный желток остался жидким. В этот момент Дрейк добавил несколько щепоток базилика, веточку розмарина и смочил гренки оливковым маслом, так его учил готовить отец, известный своими изысканными вкусами и зваными ужинами для жителей Альвиса.       Когда основное блюдо приготовилось, друид направился к столу, заранее сервированному, где его ожидала маленькая сырная нарезка, масленка и запеченные помидоры с чесноком в оливковом масле. Рядом находилась керамическая кружка темного цвета с горячим чаем с лимоном. Легкий пар, шедший из кружки, напомнил мужчине о дыме от благовоний, которые он возжигал среди друидов.       Яичница была удивительно вкусна: желток плавно растекался по тарелке, белок к счастью не подгорел, а розмарин придавал еде незабываемый вкус и запах. Мягкое масло хорошо мазалось на хлеб, но сорт сыра оказался не мягким, а твердым, что слегка разочаровало Дрейка.       «Наслаждаясь завтраком, я развернул свежий выпуск Имперского Вестника и удивился, увидев заголовки.       'Пропавший архитектор вернулся'       'Почему Авереску больше не архитектор? Что же сподвигло его на резкие изменения? '       Дальше шли небольшие заметки на эти темы, где репортеры и журналисты строили свои догадки, впрочем, довольно бредовые. Газетчики успели даже опросить каких-то моих старых знакомых, но эти опросы не принесли плодов. И рядом находилось мое магическое изображение, идущего по рынку Арведелла, и старое изображение, на котором я быстро выходил из здания Сената Альвиса, оглядываясь в поисках журналистов.       Далее были различные городские новости, объявления о чем-либо и несколько интересных авторских заметок о новых поправках к Своду Законов.       За этим чтивом я провел завтрак.»       Вот что записал Дрейк, когда дочитал газету.       Спустя некоторое время, мужчина уже накидывал темный плащ на черную рубаху с завязками и старые обтягивающие штаны. На улице все еще шел дождь, так что мелькала только пара-тройка существ, зато повозок не перечесть: торговцы ехали на рыночную площадь, шахтеры возвращались домой из-за погоды, и рыцари патрулировали город — каждый был занят своим делом, кроме новоприбывших вроде Бембо.       «Стараясь не показывать лицо, я быстрым шагом направился на другой конец города к Имперскому музею. Несмотря на погоду добраться было не трудно — дорогу наконец выложили плиткой, тогда как несколько лет назад тут была обычная тропа, в дожди превращавшаяся в грязное месиво. В конце дороги вырисовывались лишь смутные очертания большого здания.       Музей находился на окраине города посреди густого и ухоженного парка со множеством редких деревьев и кустарников. Венцом сквера были синие ирины — высокие деревья с синими, а не зелеными листьями. Из-за иринов парк стал ярким пятном города: насыщенные синие кроны видели почти из всех уголков города.       Проходя по аллее с иринами, я не мог насмотреться на их раскидистые ветви, с которых опадали почерневшие от осени листья. Несколько листиков плавали по полупрозрачным лужам, иногда отталкиваясь друг от друга. А впереди все четче проглядывались здания музея и крупные дыры в земле.»       Металлические ограждения окружали эти углубления, внутри которых можно было разглядеть руины эльфийских домов и замков: дома почти не имели острых форм, а только разные изгибы, цветочные узоры и многоуровневые крыши; башни замков спиралями устремлялись вверх, и статуи на стенах величественного дворца поражали воображение сохранившимися элементами, хотя с тех пор прошло больше десяти тысяч лет.       И теперь перед взглядом лорда оказался четырехэтажный величественный комплекс музея со множеством пропорциональных колонн, богато украшенными фасадами со статуями и резьбой. Каждая деталь находилась в тандеме с остальными, дополняя общий вид. Большие с резными рамами окна каждого этажа пропускали много света, а вход украшали массивные двойные двери с золотыми ручками и какими-то непонятными письменами, будто их достали из древних построек.       На колоннах у главного входа висели два длинных ярких плаката. На одном красовалась надпись: «Путешественник по другим мирам. Новые лекции Луция Шафта» — второй же восславлял нового императора и обещал, что тот скоро посетит музей с рассказом о своих исследованиях.       Друид прошел внутрь, где увидел главный холл музея. Внутри все совершенно не соответствовало внешнему облику здания — каждый зал будто осовременили, отделав стены мифриловой плиткой. Вместо обычного пола здесь был укрепленный стеклянный под которым оказались еще одни раскопы, проходящие под всем зданием. Холл проходил сквозь все этажи и, чтобы осветить все великолепие, здесь повесили огромную люстру с нескончаемым множеством свечей, которые будто совсем не таяли.       Также часть стен тоже заменили на укрепленное стекло, чтобы посетители могли видеть все экспозиции.       Напротив входа за невысокой каменной стойкой, декорированной золотом и камнями разных цветов, сидела эльфийка с темными, заплетенными в косу волосами и заполняла какие-то бумаги. Девушка аккуратно поправляла черную юбку и плотнее закутывалась в теплую накидку, закрывавшую белую блузку.       — Добро пожаловать в Имперский музей. Чем я могу вам помочь? — завидев Дрейка, бодро проговорила девушка.       –Добрый день. Сколько будет стоить посещение? — подойдя ближе, ответил Бембо.       Девушка заливисто засмеялась.       — Вы верно неместный? Сейчас посещение музея бесплатно, только если вы не хотите пойти с экскурсией. — по-доброму произнесла эльфийка.       Весь зал резко содрогнулся от громкого звука снаружи, люстра слегка покачнулась и на ней затухло несколько свечей. Лорд резко вздрогнул, закрывая лицо руками.       — Точно неместный. Это снова молния попала по барьеру над городом, не пугайтесь. Правда, я и сама первое время боялась каждого удара, когда шел дождь. Вы не будете брать экскурсию?       Дрейк хотел было заговорить, но тут его отвлек знакомый голос, донесшийся со стороны лестницы:       — Бембо Авереску, какая встреча! Не ожидал вас тут увидеть. — голос звучал очень мягко, грея душу как пуховое одеяло, в которое очень хотелось завернуться и не вылезать       Это был голос Луция Шафта, портрет которого висел на входе. Сейчас он оделся как исследователь: темные широкие штаны из плотной ткани и блекло-зеленая рубашка со множеством карманов, напичканных различными инструментами. Волосы тифлинг заплел в косу, так что стали видны длинные серпообразные и тонкие рога бордово-фиолетового цвета, как и кожа.       Шафт подошел ближе, протягивая ладонь с черными когтями для рукопожатия. Вторую он мягко положил Бембо на плечо, когда тот ответил на рукопожатие.       — Элиз, я пойду с нашим посетителем. — улыбаясь во все белые зубы, особенно выделявшиеся на темной коже, проговорил Луций. — Пойдемте. Я покажу парочку интересных залов и экспонатов.       — Рад видеть вас, Луций. Давно хотел пообщаться. Ходит столько слухов о том, чем вы там занимаетесь за пределами мира. — доброжелательно усмехнулся лорд.       — Совершенно ничего удивительного. Просто помимо меня и Эльдара никто пока не бывал в других мирах, поэтому каждый привезенный объект становится сенсацией.       Мужчины пошли на последний этаж, а затем двинулись в сторону нового музейного зала.       — Как вам во Дворце? — спросил писатель, когда оба шли по лестнице.       — Буду честен. Мне очень понравилась архитектура, еда и несколько человек там. Но весь этот официоз мне претит, уже отвык от всех церемоний, приторных комплиментов, глупых споров о политике и слухов разной бредовости. Кажется, что многие друг друга ненавидят, но на публике это скрывают за улыбками и пустыми разговорами. — сухо сказал Бембо.       — Тут я с вами соглашусь. Еда вкусная. — рассмеялся Луций. — Насколько я понял, вы теперь тут живете?       — Да. Мне говорили, что здесь лучше, чем в Альвисе. — прозвучал воодушевленный и полный надежды ответ.       — Я, конечно, не эксперт в этом, но могу определенно сказать — в Арведелле лучше, чем на моей родине. Можно на ты? — Бембо ответил легкой ухмылкой. — Здесь есть несколько интересных мест, которые стоит посетить. На досуге посети Кафедральный Собор Сошествия Великой Четверки, там находится кафедра архиепископа, где он устраивает богослужения и часто читает лекции детям, на которые могут приходить и взрослые. Также загляни в Имперский Университет и городскую библиотеку, совмещенную с архивом. Так как ты лорд, то имеешь право на доступ в архив. Однако к государственной тайне не пустят, но ты можешь обратиться в гильдию, где состоял, чтобы зачислили обратно и выдали пропуск. — проходя по коридору, говорил писатель. — О, вот мы и пришли!       Луций остановился у двойной двери, отделанной цветным стеклом и черным металлом, и пропустил Бембо вперед.       Мужчины прошли в широкое ярко освещенное помещение. Стены, отделанные плиткой со сложным геометрическим узором, поблескивали холодными цветами, придавая таинственность экспонатам. От входа шли широкие лестничные пролеты из темно-серой плитки, на перилах которых стояли шарообразные лампы, освещавшие спуск теплыми тонами.       По бокам от лестниц возвышались диковинные статуи, выполненные из неизвестных материалов. Каждый памятник показывал существ из других миров. Одно существо приглянулось сильнее других. На темном постаменте стоял трон с вкраплениями рубинов, на котором восседал демон.       Четкие, слегка гротескные, черты лица, толстые рога, один из которых сломан, злобный взгляд и оскал, показывающий узкие клыки, и скипетр с изображением пентаграммы — все вместе составляло довольно жуткую картину, которая заставляла содрогнуться.       Луций заметил, как Дрейк смотрит на статую с раскрытым от смеси восхищения и ужаса ртом, и подошел к постаменту с другой стороны.       — Завораживает, не правда ли? — довольно усмехнулся тифлинг.       Друид, не поворачивая головы кивнул, и протянул руку к узору на посохе.       На посохе был текст на демоническом языке.       — Оглянитесь — помните, что вы не бессмертны. — вслух перевел Бембо.       — Пугающая фраза, если задуматься. Этот демон — Астарот. На данный момент он является единоличным правителем Преисподней. Около двадцати лет назад там разразилась война, в результате которой был убит предыдущий правитель. Астарот вовремя забрал адский престол себе и сейчас наводит порядок. — пояснил Луций и в его голосе проскользнули стальные нотки.       — А он и правда вот такой? — сглотнув, спросил лорд.       — Да. Я успел зарисовать его, когда был в Аду. Из-за моего происхождения мне куда легче там находиться, чем Эльдару, поэтому мы всего спустя два дня вернулись.       Дрейк отошел от статуи и направился дальше.       В стенах встроили застекленные витрины, в которых находились модели различных миров: от Преисподней до Астрала. Где-то стояли элементали — существа, являющиеся воплощением той или иной стихии. Огненные демоны, похожие на ураган, или земляные големы — каждый не был похож на других.       Модель Астрала была самой большой — посреди бескрайней пустоты происходило сражение рядом с летающим островом. Корабли, похожие на животных, стреляли друг в друга из пушек, а команды схлестнулись в поединке на смерть.       — В Астральном мире нет практически ничего, кроме множества летающих островов, на которых строят города, и нескольких звезд. Жители перемещаются по миру на летающих кораблях, которые делают похожими на крабов, пауков, черепах или наутилусов. Также в Астральном плане и находятся остальные миры, например, Ад. Каждый мир представляет собой шар, на который достаточно просто приземлиться, и ты прибыл. — рассказывал Луций, показывая на нарисованные на стенах модели шарики.       Бембо переходил от модели к модели, расспрашивая писателя обо всем, что тот видел, и постоянно отвлекался на огромный постамент посреди помещения. На нем высился какой-то странный объект, накрытый плотной красной тканью. Предмет был настолько большим, что находился под куполом, который выстроили лишь для этого экспоната.       — Что все-таки скрывается под тканью? — не вытерпев, спросил лорд, чем перебил Луция, рассказывавшего об элементалях огня.        Тифлинг хищно улыбнулся и потер руки, будто предчувствуя что-то. В глазах мелькнул игривый огонек, а хвост зашевелился чуть быстрее, как у собаки, когда та увидела хозяина.       — А я все думал, когда же ты спросишь об этом. Я именно за этим тебя сюда и привел, а ты молчишь. — оживленно прошептал Луций прямо на ухо Бембо и снова в голосе едва звучала сталь.       Писатель взялся за конец полотнища и резко спустил.       Помещение осветил ярко-бирюзовый кристалл в форме двадцатигранника. Это был самый большой кристалл, который только видел лорд. И он выглядел крайне необычно: внутри бесконечно вертелось множество многогранников. И с какой бы стороны не смотрел Дрейк, кристалл будто следовал за его взглядом.       — Это самый большой в мире магический кристалл. В нашем мире таких не произрастает, но этот я притащил из Астрала. Он находился на острове близко к Преисподней. Для камня мы специально разбирали часть крыши, чтобы только поставить кристалл сюда. Затем пришлось надстраивать купол, иначе камень бы не влез.       — Насколько он мощный? Я помню, что силу кристалла можно измерить.       — Этот кристалл имеет 8569 баллов по шкале Воргрима. То есть магический щит, произведенный из этого кристалла, охватит 8569 квадратных лиг. Этого может хватить примерно на всю Эльфийскую Империю. И еще у кристалла 450 баллов по шкале Унгарта, то есть кристалл будет поддерживать этот щит 450 дней. Эти две шкалы всегда измеряются вместе и из них и получается сила кристалла. И этот камешек — самый мощный из когда-либо найденных. — пояснил Луций, своим видом показывая, что уверен в измерениях.       — Получается, что из-за этого кристалла может начаться война. Ведь, он станет самым желанным ресурсом, когда о нем узнают. — задумчиво прошептал Бембо.       — О нем и так знают. Однако войны из-за него не будет точно — мы не знаем, как его использовать. — иронично усмехнулся писатель. — Сильный кристалл требует сильного мага, который сможет потратить свои силы и не умереть при этом. А таких пока не существует. — пожал плечами тифлинг.       — Мне очень приятно, что ты решил показать все это. Я куда сильнее заинтересовался другими мирами. — улыбаясь, произнес Бембо.       Вдруг раздался звон колокола с улицы. Луций огляделся и посмотрел на часы, висевшие на стене.       — Боги, я сейчас опоздаю на лекцию. — заволновался он. — Мне надо бежать. Очень рад был провести с тобой время. Давай как-нибудь встретимся и уже ты будешь рассказывать о себе, а не я.       Лорд пожал руку писателю и произнес ему вслед:       — Мне тоже очень приятно было с тобой. Ты очень интересно рассказываешь, о таких, казалось бы, скучных темах. А где почитать о других мирах?       — Возьми мою книгу «Основы Межпланарного Существования» и «Путеводитель по Астралу» — спешно направляясь к выходу, закончил Луций и помахал рукой на прощание. — До свидания, Бембо.       — До свидания, Луций. — проговорил лорд, когда дверь уже закрылась за тифлингом.       Еще несколько часов Дрейк ходил по музею и потом вернулся в город, когда дождь кончился.       Проходя по одной из площадей, мужчина заметил знакомую вывеску. Бокал вина и куски мяса с кровью. Над этим рисунком красовалась свежая надпись синего цвета: «Кровь и вино».       Таверна находилась в массивном четырехэтажном здании, состоящем из двух домов, соединенных высокой каменной башней. Каждая часть выглядела как новенькая: желтая крыша блестела от воды, двери без царапин, окна красиво светились в лучах заходящего солнца, а изнутри слышался гомон кучи посетителей.       Друид улыбнулся и направился по лестнице внутрь, где его встретил яркий, новый и уютный интерьер. В главном зале едва виднелись свободные столики, даже с антресоли доносились громкие разговоры и перетолки. Жители столицы обменивались новостями, слухами и байками. У стен горело несколько каминов, за креслами у которых сидели влюбленные пары и закадычные друзья.       Прямо напротив входа расположилась барная стойка, украшенная красными и оранжевыми лентами, на которой лежала новая ярко-красная бархатная скатерть. За стойкой стоял Боб, одетый в синюю жилетку и черные брюки по новой моде, и разговаривал с посетителями, попутно наливая всем напитки и подгоняя разносчиков. Вместе с одеждой поменялась и борода тавернщика — гном заплел часть прядей в косу с узором.       «В таверне и в ее владельце на первый взгляд не изменилось ничего, но, если приглядеться — все, что было в Южной Горе, ушло в никуда. Вместе с захудалым заведением в том городе остался и вечно измученный тавернщик, который едва успевал прибрать номера или принести еды. Теперь передо мной стоял добрый, веселый, комфортный и полный жизни дедушка»       Боб заметил прибывшего посетителя и поднял руки вверх, будто собираясь обнять мужчину.       — Какие же люди к нам пожаловали! Проходи, дружище! Для тебя сегодня скидка в честь открытия таверны и, по старой дружбе, бесплатный ужин. — радушно прокричал гном, чтобы его было лучше слышно.       Почти весь зал поднял кружки, приветствуя везунчика.       Дрейк медленно направился к стойке. Он широко улыбался, а его глаза светились от радости, как тогда, когда люди встречают старого знакомого.       «Тот день я запомнил надолго. Мое одинокое пребывание на новом месте, вдруг превратилось в прекрасный день, который я провел с замечательными и интересными людьми»       Уже поздно ночью, друид принялся дописывать неоконченные записи за этот день.