Мелки на любой вкус и цвет

Ниоф верил в силу письменности — это лучшее человеческое изобретение. Только она хранила память о сменяющихся цивилизациях. На человеческую историю уповать невозможно, особенно спустя столько мировых войн и почти полное истребление жизни на планете. Не до каких-то иероглифов им было — с голода бы не сгинуть. Однако человечество постепенно вставало на ноги, развивало технологии, и Ниоф родился уже в спокойное время, когда ресурсы находились под любые капризы разума. Он увлёкся археологией и древнейшими цивилизациями, пропадал на раскопках и сканировал все фрагменты с иероглифами. Продвинутый ИИ помогал с расшифровкой, но даже он оказался не всемогущ. Иногда в письменах встречался странный иероглиф, который мог быть в разных случаях существительным, сказуемым или прилагательным. Порой он даже не менял смысл фразы или вовсе из него состояло всё предложение! Ниоф злился, что какой-то блудный иероглиф мешал восстановить древнюю письменность, поэтому обратился к генной инженерии. К счастью, в местном болоте нашлись чудом сохранившиеся останки, из которых удалось выделить все необходимые генетические материалы. В инкубаторе Ниоф вырастил голову древнего человека и подсоединил её к системе жизнеобеспечения, не тратясь на «лишние» органы. Для полноценной мимики не хватило мышц, лицо несколько поплыло, но Ниоф понял, что гость из прошлого был в шоке. ИИ пропустил его приветствие через переводчик, и голова заинтересованно уставилась. — Позволь узнать тайну вашей великой письменности, древний! — взмолился Ниоф и указал на всплывший в воздухе символ. — Ха! — булькнула голова в банке. — Непутёвые потомки! С того света выдернули, чтобы их ругательствам научили! Ну ладно, слушай внимательно: этой мудрости у меня полно. И голова начала описывать последний день своей жизни, почти не используя знакомые Ниофу слова. Как ни странно, он сразу понял все оттенки и полутона блудного — во всех смыслах — иероглифа.

***

Петрович оказался в центре призывного круга и, горестно вздохнув, приготовился к очередным мучениям. Однако некромант почему-то отсутствовал, зато над чародейской книгой на постаменте торчали бантики. Петрович моргнул — бантики всколыхнулись. Маленькая девочка слезла с табуретки и подошла к кругу, уперев в бока руки — видимо, она была очень довольна собой. — Папа отказывается со мной играть. Теперь ты играешь со мной! — знакомым повелительным тоном проговорила она, схватила Петровича за руку и вывела из круга. Его усадили на крохотный стульчик в окружении немигающих кукол, и если бы Петрович уже не был мёртв, то обязательно бы навернулся. Колени оказались на уровне его щёк, но девочку это нисколько не смущало: она расставляла фарфоровый сервиз на двоих, отыгрывая учтивую хозяйку. — Мадам Жизель ждёт от вас особого внимания, поухаживайте за дамой. — Девочка указала на куклу и, не получив от Петровича никакой реакции, мгновенно осатанела: нежное воркование обратилось в приказ. — Играй! Или хочешь обратно в ад? — Простите, мадама Жизель, щас всё по красоте будет, — послушно гаркнул Петрович и неуклюже сжал двумя пальцами-сосисками крошечную фарфоровую чашечку. Где было страшнее — в аду или здесь — Петровичу только предстояло узнать.

***

Хозяин дома уж слишком торопился с продажей, и цена казалась подозрительной, но Ян верил в удачу. Перед покупкой он осмотрел всё чуть ли не с лупой и остался крайне доволен. Многочисленное семейство быстро обжилось, однако каждую ночь в новом доме Яну снился один и тот же сон: будто он в подвале пялился на трещину в полу. Рядом стоял пузатый мужичок в тельняшке и сетовал: — Залить нормально не смогли, болваны жопорукие. Но ты-то не такой? Ян удивлённо качал головой — и в этот момент просыпался. Жена и дети такого сна не видели, да и пол в подвале был целёхонек. Тогда Ян начал подозревать, что крыша его протекла из-за переезда, и пошёл сдаваться врачу, пока не пошла трещина в фундаменте их семейной жизни. Препараты не помогли — сон повторялся. Тогда Ян набрал номер бывшего хозяина дома и спросил про мужичка в тельняшке. Ответом была долгая тишина — и гудки. В ту ночь Ян пил и размышлял, а когда отрубился, то увидел немного другой сон. Мужичок довольно лыбился, хлопнул Яна по спине и сказал: — Я же говорил, что не такой! А теперь давай пол весь снимай, пора. — Погоди, — взмолился Ян, — я только дом купил, в кредитах сижу! Задумавшись на секунду, мужичок посоветовал: — А ты в полицию позвони — бесплатно сделают. Жена точно заклеймила Яна сумасшедшим, когда к ним явились работяги с кувалдами. Следователь же, напротив, — сверлил бетон предвкушающим взглядом. По тельняшке он сразу понял, кого они нашли. Прораб Петрович пропал лет тридцать назад, а дом перекупали раз восемь — но только Ян наконец залил пол как надо.