Играй со мной

Снегом в конце марта в наших краях редко кого можно удивить. Бывало, он выпадал и в середине апреля, до сугробов по колено. Вот только весной ему все равно радуются уже не так сильно, как под конец осени, когда снежные хлопья кажутся чем-то невероятным, чем-то, что навевает воспоминания о детстве. — И вот после этих слов все уходят из зала. Остаетесь только вы с Киром. Я дернулся, услышав свое имя, и отвернулся от окна, вид из которого последние минут десять занимал меня куда сильнее, чем то, что творилось за спиной. И чем то, что отражалось в зеленых глазах, которые изучали меня с самого начала нашей совместной с Алексом репетиции. — Все понятно? — спросил Влад, посмотрев на каждого. Алекс кивнул. Я не спешил, продолжая выдерживать испытующий взгляд Хрящева. Все потому, что кроме того, что мы с Алексом должны остаться вдвоем, ничего понятно не было. — Кир? — Влад звучал раздраженно. И я его понимал. Прекрасно понимал. Я и сам был бы раздражен, если бы мой главный актер на протяжении нескольких репетиций подряд витал в облаках и не мог сосредоточиться хотя бы на пару минут, из-за чего приходилось повторять одно и то же по нескольку раз. И из-за чего прогон заметно растягивался. — Нет, — устало выдохнул я, потерев переносицу и снова избегая взгляда, который на меня направил Алекс, — извини. — Так, — вскинул удерживавшие сценарий руки Влад, — мне это надоело. Иди сюда. Не дожидаясь, пока я соизволю подойти, он сам добрался до меня, схватил за руку и потянул на сцену. Прямиком в центр, где уже стоял Алекс, которому передали мою руку. — Бери, — угрожающе повторил Влад, когда уже затупил Алекс, — или тебе тоже надо повторить? — Нет, не нужно. Алекс осторожно взял мою руку и мягко сжал, привлекая внимание. Я этот жест проигнорировал, уставился куда-то на стену за его спиной, понимая, что веду себя как ребенок и ничего не могу с этим поделать. Тепло чужой кожи против воли ускоряло пульс и разгоняло память до того, что уже пару недель было под запретом. Это первый раз с того случая в клубе, когда мы с Алексом снова контактируем. Телесно. И я, честно говоря, всеми силами оттягивал этот момент. Пока терпение Влада не исчерпало себя, и он не решил взять ситуацию — меня — в свои руки, а затем передать в руки Алекса. — Встань ближе, — мягкий тычок от постановщика в спину заставил сделать шаг вперед. Я нервно сглотнул. — Алекс, не стой столбом. Играй! Тот шумно выдохнул, прикрыл глаза, разрывая контакт, и медленно наклонился ко мне, зачитывая наизусть реплику Икаруса: — Ты знал, — теплое дыхание лизнуло шею, — что от тебя пахнет подступающей осенью? Солнцем, чуть подсыхающей листвой, которая окрашивается в желтые, багряные, оранжевые краски и напоминает собой настоящий пожар. Ты знал, что ты пламя, Офелий, неудержимое и в то же время согревающее? Ты великолепен… Алекс крепче сжал мою руку, придвинулся еще на шаг и тут же попытался отойти. Всего лишь одно неосторожное движение заставило мое сердце пропустить удар. Из меня вырвался рваный выдох, а руки рефлекторно оттолкнули от себя довольно тяжелое тело. — Так, — вновь повторил Влад, окинув каждого внимательным и явно что-то подозревающим взглядом, — что это тут у нас? Алекс больше на меня не смотрел. Все его внимание было посвящено Владу, который, в свою очередь, занял его место и опустил мои руки, что продолжали удерживать воздух. Я часто дышал. Мысли вихрем проносились в моей голове, шея еще помнила щекочущее дыхание, а ладонь пульсировала в попытках удержать чужое тепло. Я не мог объяснить, что со мной происходит. Никому не мог. В том числе Алексу, который и вызывал это все во мне. Я мог только ощущать. Влад сделал попытку заглянуть мне в глаза, но я зажмурился, пытаясь привести в норму дыхание. Но, видимо, мне это особо не помогло. — Гей-паника? — шепотом спросил Хрящев, подходя еще ближе. Спрашивал он, кажется, не у меня. — Не говори ерунды, — равнодушно отрезал Алекс. Я открыл глаза и наконец-то посмотрел на него. Слишком удивлен был его реакцией. «…или забудем обо всем», — его слова эхом отозвались в моей голове. Это второе, что я вспомнил утром после того, как память услужливо подкинула произошедшее до. С одной стороны, он действительно оказался прав. Первые секунд пять, пока я осознавал, что натворил, я хотел забыть это все. Стереть из памяти и больше никогда не возвращаться к этому отрезку своей жизни. Мимолетному и… такому чертовски сводящему с ума. Это была вторая сторона. Спустя пять секунд я осознал, что не хочу забывать. И даже, возможно, хочу повторить. Вот только, чтобы повторить, надо было поговорить с Алексом. И на разговор у меня как раз не было ни сил, ни желания. Поэтому несколько репетиций подряд я отвлекался, отвлекал других и оттягивал прогон той самой сцены, когда мы должны были оказаться слишком близко друг к другу. Так, чтобы я чувствовал его дыхание, ощущал тепло его руки и слышал, как мое собственное сердце сбивается с привычного ритма. Именно так было прописано в сценарии. Ведь это именно то, что, по мнению Влада, должен был испытать Офелий. И теперь я прекрасно понимал своего героя. Ведь я тоже не мог устоять перед Икарусом. — Что-то произошло? — Влад уже не пытался заглянуть мне в глаза. Он смотрел на Алекса. — Между вами? — Ничего. — Кир? — ну вот, стоило только подумать, что мной не заинтересуются, как он снова тут, повернут ко мне лицом. И снова эти зеленые глаза того, другого, что стоял чуть поодаль Влада, впившиеся в меня с немым вопросом: «Было ли что-то? Да или нет? Что ты ответишь?». Мне хотелось ответить, что, да, было. Но пока что я готов был ответить так только Алексу. И то не в полноценном разговоре. А так, что «да, Алекс, было, но я побежал, потому что мне безумно стыдно обо всем этом разговаривать». Поэтому только отрицательно помотал головой. — Вы поссорились опять? — Влад начинал закипать. И я снова его прекрасно понимал. Как понимал и то, что пока мы с Алексом не поговорим, этот не решенный пиздец так и будет продолжаться. — Нет-нет, все в порядке. Просто… я немного вымотался с дипломом. Отговорка ужасная. Но ничего другого мне в голову не пришло. Как минимум, это звучало лучше, чем то, что я запутался в своем отношении к твоему бывшему парню-тире-своему-нынешнему-партнеру-по-твоему-спектаклю. Влад молча продолжал буравить меня взглядом и задумчиво жевать нижнюю губу. Потом уголок его губ слегка дернулся, он кивнул. Отговорку приняли. — Понимаю. Помощь нужна, может? — Нет, спасибо, — попытка улыбнуться и намекнуть другому парню, что я хочу побыть с ним наедине, — Мы вроде как с Алексом уже договорились… Что он поможет. Вздернутая вверх светлая бровь в непонимании, когда это мы успели договориться, когда эти две недели я тупо игнорировал его звонки и вяло отвечал на сообщения, которые спустя несколько дней мне перестали отправлять. Я же не медлил и продолжал закапывать себя вместе со своими спонтанными решениями. Планирование не мое. Как и умение вовремя обдумывать свои поступки. — Можно мы сегодня пораньше закончим? Мне надо завтра руководителю показаться, остался еще один очень важный вопрос. Вторая бровь присоединилась к первой. Алекс широко раскрыл глаза. И, кажется, в них читалось, что теперь он понимал, какой вопрос я хотел с ним обсудить. — Кхм, — кашлянул он и опустил брови, когда Влад повернулся к нему, — да, я и забыл. Нам бы правда сегодня уйти пораньше. Отпустишь? — Да все равно репетиция какая-то провальная. Этот, — он махнул рукой в мою сторону, — все никак сосредоточиться не может которую встречу. Ты какой-то молчаливый… — Я всегда такой, — усмехнулся Алекс, и сердце снова пропустило удар. Предательское сердце! — Неправда, ладно… Идите разбирайте свой важный вопрос. Завтра вас не жду, и так есть, что отработать с остальными. Приходите в пятницу. — Спасибо, — выдохнул я. — Доделывай свой диплом быстрее, — Влад похлопал по плечу, пока я не успел убежать, — и не вздумай сбежать! — Да не сбегу я, — буркнул напоследок, прыжком спускаясь со сцены и забирая куртку со стола, — уже точно не убегу. — Что-то явно изменилось, — бросил в спину Хрящев. — Вы от меня явно что-то скрываете! Алекс ему что-то ответил, но я уже не слышал, так как дверь за моей спиной закрылась. Подставил лицо снежинкам, которые таяли и отзывались легкой щекоткой; вдохнул морозный, но уже такой пропитанный весной воздух. — Шапку надень, — губы возле самого уха заставили резко распахнуть глаза. Алекс широко улыбался, наблюдая за тем, как делаю шаг в сторону и чуть не теряю равновесие. Мягкий смешок сам собой вырвался из груди, пальцы опустились в карман и нащупали шапку. Ту самую, которую сказал надеть Алекс. — Тепло, — попытался возмутиться я. — Тепло, — согласился Алекс и кивнул. Шальной ветерок встряхнул его отросшую и чуть вьющуюся челку, и длинные пальцы тут же принялись ее расчесывать, чтобы убрать с глаз. Этот привычный жест показался мне таким восхитительным, что я не мог оторвать глаз. Если бы Влад прямо сейчас решил выйти из студии, он бы перестал задавать какие-либо вопросы, потому что наконец-то нашел бы на них ответ. Между нами действительно что-то произошло. И это что-то требует незамедлительного разговора. Поэтому я тряхнул головой, смахивая наваждение и пытаясь успокоить стук сердца, который заглушал все мысли, и поймал заинтересованный взгляд Алекса. — Зайдешь ко мне на чай? Тот, не раздумывая, кивнул. — Зайду, — его теплая улыбка могла растопить весь снег, который нападал за сутки. И меня вместе с ним.