Здесь Кто-то Есть Ep.2: Тук-тук-тук

      — Уэстер-Драмлет. День двадцать четвёртый. Кажется, утро обещает быть интересным.       Билли показалось, что стоило ей разомкнуть глаза, как она тут же перенеслась в шумную кухню. Миссис Мэннинг делала вафли с кленовым сиропом, а Крепыш Джон с крошкой Робин в это время превращали кухню в руины. От обилия звуков, запахов и телодвижений у Билли моментально разболелась голова.       Билли села на единственное место, которое не было занято чьей-то попой или рабочими документами мистера Мэннинга, и оказалась между Донаваном и Пэг Паулер.       Билли съежилась от невыносимой вони.       — Фу, ты хоть когда-нибудь используешь ванную по назначению? — обратилась она к Донавану.       — Не твоё собачье дело, — огрызнулся Донаван.       Билли шокировало, что абсолютно никто не замечает этого запаха. От Донавана несло, как будто он ежедневно валялся в яме с не совсем живыми котятами.       Мистер Мэннинг перелистнул страницу газеты.       — Гм, в округе опять нашли выпотрошенное животное. Предположительно койот, но кто-то думает, что это дело рук волка, — мистер Мэннинг посмотрел на ребят поверх очков-половинок. — Мне стоит лишний раз напомнить вам, дети, чтобы вы не совались в лес и вообще не уходили с территории посёлка без ведома?       Его взгляд на долю секунды задержался на Билли.       — А толку-то? — подал голос Гриффин, скучающе потроша вафлю вилкой. — У нас ведь даже ограждений нет. Если волк захочет, сам придёт.       Мистер Мэннинг оставил это замечание без комментариев.       Неожиданно Билли почувствовала копошение у себя в волосах. Она растрепала волосы и на пустую тарелку упал розовый дождевой червь.       Донаван слева от нее истерично захрюкал.       Билли судорожно растрепала волосы ещё раз: на тарелку выпало ещё два червяка. Она не запомнила, что произошло дальше, вспышка гнева ослепила ее. Наверное, Билли схватила что-то в руки, а когда пришла в себя, Донаван сидел уже с мусорным ведром на голове. Подскочила Пэг Паулер — какие-то остатки мусора попали ей в тарелку.       — Билли, соизволь объясниться, — миссис Мэннинг нависла над Билли грозовой тучей.       — Он первый начал! — вспылила Билли.       — Неправда! — стал оправдываться Донаван. — Это не мои червяки!       — Врешь! — Билли аж покраснела от возмущения. — Ты этими насекомыми с ног до головы обмазываешься! Я видела сколько их в твоей раковине!       — Черви — не насекомые, — возразил Донаван. — Я терпеть не могу червей.       Миссис Мэннинг сунула Билли что-то в руки. Билли так злилась, что далеко не сразу сообразила, что это была тарелка с вафлями.       — Позавтракаешь на крыльце, — спокойно сказала миссис Мэннинг. — Пожалуйста, Билли, давай сегодня без инцидентов.       Билли чуть не зарычала.       — Но Донаван меня спровоцировал! — запротестовала девочка. — Почему вы и его не накажете?       Миссис Мэннинг приподняла брови.       — Я тебя не наказывала.       Билли так крепко сжала руками тарелку, что ещё чуть-чуть — и та наверняка бы раскололась пополам. Все ее мысли сбились в кучу и рассыпались в разные стороны, на манер кеглей, из-за чего она так и не нашла тот самый сногшибательный контраргумент, которым хотела поразить миссис Мэннинг. Такое часто происходило, когда она сильно перевозбуждалась.       Билли развернулась и мрачно направилась в коридор.       — Знаешь, Билли, какой самый действенный способ заставить Донавана перестать себя провоцировать? — сказала миссис Мэннинг ей вдогонку.       — Засунуть его голову в хлеборезочный аппарат? — съязвила Билли.       Миссис Мэннинг поджала губу.       — Не вестись на его провокации.       Утренняя прохлада подействовала на Билли отрезвляюще. Она плюхнулась на влажное кресло-качалку, которое мистер Мэннинг вытащил из сарая и оставил на крыльце, чтобы то не выглядело таким опустелым. В районе ног послышался писк — это оказался Ессентуки, ручной бобр Пэг Паулер. Он всё ещё ездил на своей инвалидной каталке для собак.       — Угощайся, — Билли отдала бобру тарелку с вафлями. — Никогда не любила вафли.       Билли не знала, можно ли бобрам вафли с кленовым сиропом. Но Ессентуки, похоже, был не против. Билли только надеялась, что через пару часов они не найдут его где-нибудь под забором, умершим от передоза сахаром.       Билли раскачалась в кресле, и оно напомнило ей о сарае. В сарае было много ненужного хлама, который любой ребёнок без преувеличения назвал бы сокровищем, и который в действительности мог для чего-нибудь пригодиться. Для ловли призраков или актов вандализма. Например, рогатка. Билли помнила, что где-то там точно валялась рогатка. ㅤㅤПроизошедшее на кухне было не единичным случаем, — нет-да-нет, Билли находила червяков то у себя в ботинках, то на подушке в кровати, и хоть она и предполагала, что это были козни Донавана, у нее не было доказательств. Теперь же она убедилась в этом со стопроцентной вероятностью. С нее хватит: слишком часто Донавану сходит всё с рук только потому, что никто не видит, что это он начинает первым.       К тому же, в сарае была резиновая утка для Доусона.       Утро выдалось пасмурным. Над холмом Уэстер-Драмлет нависла пелена непроглядного тумана.       — Понедельник: 10:45 — Туман. Интересно, как много страшных тайн и опасных чудовищ кроется там, в лесу? Прошлой ночью кто-то пришел прямо к нашему дому. Я, конечно, не испугалась, но, похоже, миссис Нейболт была права, и нужно быть осторожнее. Вопрос дня: какова вероятность, что ночной гость смотрит на меня прямо сейчас, прячась в тумане?       Прежде чем пойти прогуляться, Билли погладила Ессентуки по макушке.       — Если можешь, держись подальше от Донавана, — сказала она. — Что-то жуткое происходит у него в комнате.       Билли решила сделать круг по окрестностям. Она не собиралась уходить далеко от дома, и вовсе не потому что так сказал мистер Мэннинг, а потому что сама не горела желанием заблудиться в тумане.       Билли побродила немного у трассы, собирая шишки и опавшие листья (у почтового ящика рация Крепыша снова сошла с ума). Ей захотелось сделать гербарий или аппликацию, но потом она поняла, что в скором времени листья засохнут, а шишки посыпятся, так что решила бросить собранное там, где нашла. ㅤВ тумане деревья казались разводами акварали на влажной бумаге. Билли зависала, наблюдая, как ветки деревьев исчезают в пустоте, чем выше они находились от земли. ㅤТакими темпами Билли добралась до заднего двора. Там она залезла в поросший мхом фонтан с побитым купидоном, который по-прежнему целился стрелой куда-то в сторону леса. У основания подиума, на котором стоял купидон, Билли обнаружила кнопку и подумала, что, возможно, когда-то этот фонтан имел некий механизм. Правда, когда Билли попыталась нажать на кнопку, ничего не случилось. Кто знает, может раньше этот механизм заставлял каменного купидона двигаться?       Там же в траве Билли нашла садового гнома. Вообще-то, на гнома он совсем не был похож. Скорее на… человека-амфибию. Это была темно-бурая покрытая лаком статуэтка с острыми зубками и чёрными провалинами вместо глаз. В документах из шкафа была пара фотографий с этими маленькими монстрами, и всё, что поняла Билли, исходя из подписей на фотографиях, когда-то они принадлежали какой-то Дженни Хэнивер.       Постройка сарая покосилась от времени. Это был крошечный домик метр на метр с небольшим окошком и тяжёлой дверью, которая вечно цеплялась за траву и землю, когда нужно было ее открыть. Билли редко проникала сюда, в большей степени потому, что ей казалось, стоит вытянуть хоть что-нибудь из этой груды мусора, и он лавиной свалится на тебя и насмерть придавит. Зато Гриффин и Бастер-браун бывали в сарае часто. Насколько понимала Билли, они над чем-то здесь работали.       Билли достаточно быстро нашла в одной из коробок необходимые ей вещи. На этом её утренняя прогулка закончилась, и она вернулась в дом.       Из коридора Билли увидела, как Пэг протирает книги в библиотеке.       — Почитаешь сегодня документы из шкафа? — спросила Билли, окидывая комнату взглядом.       Пэг проводила уборку в библиотеке каждую неделю, и Билли уже начала подозревать, что именно здесь генерируется большая часть пыли в доме.       Не оборачиваясь, Пэг потерла переносицу.       — Не знаю, Билли. У меня на сегодня другие планы.       — Какие?       Пэг обернулась.       — Важные. Я вроде не должна перед тобой отчитываться.       Билли поднялась на второй этаж, в коридор, в который до недавнего времени практически не заглядывала. Билли не была уверена, что этот поворот коридора был, когда они только сюда переехали, потому что уже на второй день она всё здесь облазила за исключением помещений, которые были заперты на ключ. Вероятно, он появился ровно после того, как Билли впервые вызвала миссис Нейболт. И Билли догадывалась почему. Девочка чувствовала себя персонажем видеоигры, которому неожиданно открылась новая локация для исследования. В любом случае, туалетом в конце коридора никто не пользовался, поэтому никто не мешал Билли, когда она навещала Доусона.       — Эй, я принесла тебе друга, — сказала Билли, оказавшись в туалете. — Надеюсь, теперь тебе будет не так одиноко здесь.       Ответом Билли последовала тишина. В полумраке заброшенного туалета с ванной и унитазом витал спертый влажный запах. Когда Билли впервые нашла это место, оно выглядело ещё ещё хуже, чем сейчас. Почти на каждой поверхности были водоросли, побитое зеркало больше походило на могильную плиту, нависшую над покосившейся раковиной. У Билли только так и не получилось поменять лампочку, поэтому здесь по-прежнему было достаточно темно, чтобы не заметить полупрозрачную фигуру на сливном бачке унитаза прямо под потолком.       Билли не призывала Доусона. Она вообще больше не занималась призывами призраков, хотя всё ещё носила тепловизорную камеру в своей сумке-мешке. У нее просто больше не было имен. Даже Миссис Нейболт Билли вызвала случайно. Доусон и Грустная Японская Девочка просто появились. Вернее, как сказала Миссис Нейболт, они и раньше здесь были, но после того, как Билли познакомилась с Миссис Нейболт лично, она стала более чувствительной к паранормальным явлениям, вот она и обратила на них внимание.       Доусон никогда не покидал сливной бачок. Это был худощавый мальчишка в одних лишь плавках (возможно, предполагала Билли, он утонул). Его голова в районе глаз была перебинтована, а на лицо скотчем приклеена старая видеокассета. Дополняли образ призрака поломанная удочка, леску которой он закинул в унитаз, и бирка на ноге с подписью «Доусон». Именно по бирке Билли догадалась, что резиновая уточка в сарае пренадлежит Доусону. Это же имя было написано на нижней части игрушки.       Билли положила уточку в унитаз. Слив в нем забился, от чего вода поднялась почти до краёв, так что, оказавшись в воде, уточка принялась весело покачиваться рядом с призрачной леской.       — Я сказала мистеру Мэннингу, что здесь следовало бы заменить лампочку, — сказала Билли. — Думаю, в скором времени тут станет немного по-живее. Ой, то есть... Я не это имела в виду. Ну, ты понял.       Билли присела на коврик, который нашла в одной из спальных комнат на втором этаже и вычистила, прежде чем принести сюда. Больше сесть здесь было не на что.       — Хотя, знаешь, ты прав. Я не подумала, что возможно тебе, как привидению, комфортнее в темноте, чем на свету. Я ещё не совсем поняла, какой ты тип, но, полагаю, так может быть? Наверное, я бы лучше тебя понимала, если бы ты отвечал мне.       Доусон стал накручивать леску на цилиндр. Билли не удивилась, когда из унитаза показалась рыба, потому что она была такая же прозрачная, как и Доусон, и потому что Доусон проделывал этот трюк не в первый раз. Когда рыба оказалась у него в руках он снял ее с крюка и выпустил обратно в унитаз.       — У Донавана снова вышло вывести меня из себя, — поделилась Билли. — Как же он бесит. Но знаешь, что бесит больше всего? Что всем плевать. Донаван выкидывает всякую дрянь, а его либо наказывают недостаточно строго, либо не наказывают вовсе, как будто это в порядке вещей. Из-за этого я ненавижу его ещё больше, ведь всякий раз он умудряется выйти сухим из воды.       Билли вздохнула.       — Временами я думаю над тем, каково это быть призраком. Для всех невидим, летаешь сквозь стены. Никто тебе не указ. Будь я призраком, я бы делала кучу вещей, за которые меняю живую наверняка осудили бы. Вечность портила б жизнь Донавану, например. Закидала бы его книжками или изрисовала лицо фломастерами, пока он спит. И никто ни слова бы мне не сказал, потому что они всё равно не верят в призраков.       Доусон закинул леску в унитаз.       Билли поджала губу.       — Ладно. Проведаю Грустную Японскую Девочку. Не скучай.       Когда Билли закрыла за собой дверь, она уперлась в нее спиной и, цепляя кофтой заусенцы на шороховатой поверхности двери, съехала вниз на пол.       — Понедельник: 11:47 — Доусон. Без изменений.