Участь

Глава 1

      18 число месяца аметиста, 1756 год, город Лереанис, империя Валлет.       — Ваше Высочество, просыпайтесь, — ласково позвала няня, девочка нехотя открыла глаза и грустно вздохнула. Уже несколько дней она в самом нищем районе Лереаниса, что наводило тоску. Ей жутко хотелось домой.       — Я не хочу вставать, — зажмурившись, заканючила она. Принцесса услышала приятный смех.       — Сегодня у господина Корвина выходной. Вы можете улучить момент и поиграть с ним, если встанете пораньше.       Услышав только первое предложение, девочка вскочила с кровати. Девушка рассмеялась. С Катрин было проще, когда в их убежище — сборище полуразрушенных домов — Корвин оставался на целый день.       Катрин спустя полчаса вылетела из своего отдельного полуразрушенного домика к другому — более ветхому, однако находившемуся ближе всех. "Обитель зверя" — так с усмешкой назвала дом Корвина одна из живущих по соседству чародейка, которая часто пугала Катрин.

***

      14 число месяца аметиста, 1756 год, город Лереанис, империя Валлет.       Ночью лил дождь как из ведра. Мужчина в чёрном плаще вымок до нитки, но всё равно что-то упорно искал, обходя все места, где можно скрыться от холода и дождя.       Наконец, он набрёл на дома "Мёртвых" — люди боялись сюда заходить из-за призраков Безымянного, как ему объяснили. Он лишь усмехался, понимая, что дело вовсе не в призраках, однако всё равно благодарил указавших ему путь.       Неожиданно он услышал музыку и двинулся к единственному дому, где был зажжён свет.       Он постучал в дверь, молясь Милосердной об удаче. Отворил дверь приличный на вид мужчина лет сорока. "Я не ошибся в этот раз", — выдохнул про себя Корвин. Выкрасть лошадь, чтобы затем проехать несколько сотен километров за несколько часов, по пути сменяя лошадей и пытаясь оставаться незамеченным. Особый гемор было проникнуть в сам город и найти нужный дом, но он справился.       — Вы ведь господин Рэнсом? — тихо спросил он, в ответ ему кивнули. Корвин снял капюшон.       — Ох, я думал, Вас убили! Господин Корвин, простите, за мою бестактность! Мы вас ждали, проходите!       И тогда Корвин попал в команду сопротивления, состоящую из нескольких униженных человек: Норман Рэнсом, старый враг Жалина, Аделаида Ирена де Фули, чародейка из Фара, и никому не нужный из Домов Лереаниса младший отпрыск О'Нилл. Корвин хмыкнул, когда увидел его. В семье О'Нилл было четверо детей. Старшая сестра на два года родилась раньше бывшего телохранителя императрицы, дальше два придурошных близнеца, они были младше Корвина на пять лет, а за ними постоянно унижаемый всеми младший сын — Саймон О'Нилл. Правда, он сам не брезговал втаптывать тех, кто были ниже его по статусу, в грязь.       Аделаида Ирена де Фули — блондинка с безумным взглядом. Она с интересом рассматривала его, как диковинную вещицу. Корвин поморщился. Она была непонятной для Корвина, чем пугала его, впрочем, он посчитал, что если она союзница, то её не стоит бояться.       Рэнсом же был понятен Корвину. Они оба попали в немилость, как бы это забавно не звучало при такой ситуации. Нормана обвинили в казнокрадстве, чуть казнили, если бы за него вовремя не заступился Корвин.       Ещё в комнате были слуги, которые старались не привлекать к себе внимание. Он никого не запомнил, кроме одной юной служанки.       — Леа, подготовь этому господину комнату! — раздражённо прикрикнула де Фули, а затем обратилась к нему, — Господин Корвин, позвольте мне вам помочь. Не представляю, как вы не попались страже за это время. Лукас Жалин же ищет вас. Даже слишком тщательно. Слышала, он даже молиться теням, чтобы вас нашли. А вы неуловим.       Корвин вымученно улыбнулся. По пути его несколько раз вывели на чистую воду, потому что не совсем понимал, что произошло в империи за три месяца.       — Что ж... сама Тень меня уберегла, — тихо ответил Корвин.       — Ох, точно, не подумала бы, что вы верующий! Простите. Мы же верим в трёх чародеев. Для нас дикость верить в кого-то, окромя их.       Корвин услышал небрежность в её голосе, однако не стал обращать на это внимание и махнул рукой. Его взял под локоть Рэнсом и подвёл к столу.       — Сегодня мы отдохнём, господин Корвин, а завтра обсудим новое задание.       В тот вечер с ним говорили только Аделаида и Рэнсом, О'Нилл молчал, только лишь украдкой глядел на него.

***

             В Лереанисе находился Первый Теневой храм Милосердия. Для приезжих это было странно, не каждый знал, что Лереанис — бывшая столица Валлета и что здесь родились Богиня и её верная Тень.       Корвин шёл в сторону Теневого храма, однако не собирался туда заходить. Его цели находились в здании рядом — резиденции Теневой Матери.       "Устрани ложную молодую Теневую Мать и спаси нашу союзницу — Розалинд Делузе", — небрежно кинул Рэнсом. Тогда Корвин просто кивнул и вышел, хотя внутренне скривился. Хотя... он знал, на что шёл, когда согласился на отчаянный шаг сбежать из самой прочной клетки, которую только мог установить Жалин.       Корвин фыркнул. Группа сопротивления видит его лишь бездушным созданием, инструментом, оружием для убийств. Он не доверял им всецело, хотя некоторые их цели совпадали.       Бывшему телохранителю была неважна эта Мать Розалинд, его даже не беспокоила цель. Он зацепился только за одно.       "Теневая Мать Алана Пур знает, где держат её Высочество", — эта информация не так беспокоила Нормана, но только ради этой частицы информации Корвин был готов бороться. Только по этой причине он сейчас петлял по тёмным дворам с платком на лице, терпя духоту и грязь.       Корвин, наконец, обошёл патрули и начал искать глазами незаметный и быстрый вход на крышу. И нашёл лестницу, которая вела на крышу. Через секунду он растворился и появился на ней, тихо поднялся наверх.       Корвин прошёлся по крышам, оценивая расстояния, несколько раз перепрыгнул с одной крыши на другую, всё ближе подбираясь к Теневому храму Милосердия, где находилась его цель.       — До сих пор в голове не укладывается, как этот мерзавец смог сбежать из магической камеры крепости для самых опасных преступников!       — Покойная императрица не стала бы к себе приближать совсем тупоголового идиота, сам знаешь. Там отбор строгий. Мне всё ещё кажется, что ему кто-то помог сбежать. Вон, даже мама Роз могла помочь, хотя и находится под замком.       — Мама Роз не сможет обхитрить только нашего спасителя, — хмыкнул один из стражников.       Корвин лишь тяжело вздохнул. Стражники закрывали проход, через который он хотел пробраться в резиденцию. Теперь ему придется молить о чуде и искать открытое окно "Никогда гладко ничего не шло", — невесело хмыкнул он, постепенно пробираясь поближе к резиденции. Он искал окно, через которое можно было бы проникнуть внутрь и найти цель.

***

      — Лани, милая, тебя совесть не мучает? — севшим голосом спросила Розалинд. Она была весьма симпатичной женщиной шестидесяти лет. Несмотря на морщины, она казалась моложе. Многие отмечали, что при обычной внешности её выделяли тёмно-карие глаза, которые всегда смотрели спокойно и уверенно и не выражали осуждения или радости, и губы, находящиеся в постоянной доброй и понимающей улыбке.       Розалинд Делузе обычно выходила в опрятном и чистом виде, никогда не изменяя своим привычкам. Но сейчас помыться было невозможно. За решёткой она закована в кандалах, одежда её испачкана кровью и другими неприятнопахнущими жидкостями. Однако взгляд выражает те же спокойствие и уверенность.       Сейчас Алана, смотря на неё, кривилась. Розалинд не утратила этой дурацкой способности.       — Сильно же тебя заинтересовал Жалин, милая Лани, что ты так ловко обманула меня и заняла моё место.       — Оно не твоё, Розалинд. Ты предательница и преступница, потому закована в кандалы! За защиту убийцы императрицы мы обязаны судить тебя гораздо строже!       — Чего же так долго?       — А вот это не твоего ума дело! — фыркнула Алана. Розалинд улыбнулась.       — Милая Лани, ты стала Теневой Матерью так рано, тебя и раньше не жаловали, а сейчас и подавно...       — Жди, скоро тебе будет вынесен приговор.       Девушка выбежала за дверь. Розалинд тихо вздохнула и поморщилась.

***

      Корвин всё-таки нашёл открытое на распашку окно. Видно, сегодня убирали все комнаты, и эта последняя в списке.       "Неудивительно, это же комната служанок", — Корвин тихо прошёлся по комнате, прислушиваясь и присматриваясь. Послышались робкие, лёгкие шажки, направляющиеся именно сюда. Корвин спрятался под кровать.       В комнату вошли две женщины, одна совсем молодая, вторая чуть постарше. Они были одеты в простую серую форму служанок.       — Мне надоело. Я так устала, — сев на кровать, пожаловалась та, что помоложе.       — Ты видела, как Мать Алана старается вычистить отсюда всё, что связано с Мамой Роз?       — Да... она такая злюка. Мне так жаль Маму Роз... после того что она сделала для Аланы, как можно быть такой неблагодарной!       — К сожалению, мы пешки и не можем спасти её, — вымученно вздохнула старшая и присела рядом с подругой, приобняв её.       Корвин терпеливо ждал. К сожалению, он не мог, как многие сильные маги воздействовать на человека. Это никогда не было доступно ему в силу дурацких причин.       Его размышления прервал вскрик женщин и молодой парень, распахнувший дверь.       — Мать Алана почувствовала присутствия Тени, когда ставила подпись на приговор Мамы Роз...       — Значит ли это, что... Мама Роз виновна?       — Это может и говорить об обратном.       — Мать Алана попросила всех спуститься в главный зал.       "Ну, конечно, куда же без этого", — вспоминая, насколько чувствительны Теневые матери к магии, Корвин закатил глаза. Но в то же время он понял, что зайти в личные помещения Аланы ему никто не помешает, как и спасти мать Розалинд. Как минимум, у него есть пять минут.

***

      Розалинд вздрогнула, когда услышала крик ужаса за дверью. Что, опять кого-то выловили?       Однако вскоре она увидела чёрную фигуру. Лица разглядеть она не могла, однако не беспокоилась. Она будто знала, что её придут спасать.       — Припозднились, милые мои, — рассмеялась она, — От меня теперь непонятно чем пахнет.       — Понимаю и прошу прощения, — усмехнувшись, ответил её спаситель. Роз тепло улыбнулась.       Через несколько мгновений он придерживал её, не морщась. Роз тихо спросила:       — Ты же не обычный солдат, верно?       — Нет.       — Я так и думала. Не станет же Рэнсом отправлять, кого попало. Что с милой Лани?       — Она больше не сможет ничем помочь Жалину.       — Документы подделал?       — Всё проще. Она не оправдала ожидания Жалина. Бедняжке придется оставить пост. Её же не изобрала Тень. Её избрал сраный Жалин.       — Умно, — похвалила Розалинд, затем как бы между делом поинтересовалась: — Покопался в её столе?       Ответом ей был тихий смех.

Глава 2

      В пути Розалинд потеряла сознание, но это как раз ничуть не помешало Корвину, даже помогло. Он принёс её в их серое убежище. Когда Розалинд унесли в подобие покоев, он отдал вырванный лист из дневника Рэнсому и де Фули и, не говоря ни слова, удалился к себе.       — Теперь-то ты уверен?       — Вполне. Я сам не верю теперь, что такой человек так легко подставил себя.       — А я говорила, что сумасшедшая была только ваша покойная императрица.       Рэнсом открыл рот, чтобы защитить честь покойной Мелиссы Уинс, однако, встретившись с её наглым и насмешливым взглядом, будто испугался, махнул рукой и отвернулся. Аделаида хмыкнула и с гордо поднятой вышла за дверь.       Норман даже не спрашивал, куда она пошла. И так понятно, что к маленькому господину О'Нилл. Он сел за стол и тяжело вздохнул.

***

      15 число месяца аметиста, 1756 год, город Лереанис, империя Валлет.       Корвин с трудом открыл глаза. Наступило утро. "Вчера ведь... я ведь вчера... точно, нет. Я уже сбежал оттуда. А вчера вытащил Мать Розалинд и устранил цель". Он проверил наличие кинжала под подушкой и выдохнул, когда нащупал его.       Бывший телохранитель поднялся с кровати, с раздражением осматривая своё необжитое и чем-то непрятным вонявшее место.       "Какой ужас... и ведь я не хотел возвращаться к подобному", — вздохнул Корвин. Он понимал, что ему нужно как-то обустраивать свою хилую лачужку, чтобы совсем тут не скиснуть от грязи и тоски.       Он переодевался из грязных лохмотьев в более чистые и приличные подобия одежд, когда в дверь деликатно постучали.       — Открыто! Заходите, — громко произнёс он, накидывая на плечи тёплый шарф.       В помещение вошла Аделаида. Корвин даже внутренне скривился, общаться сейчас с ней он не хотел.       — Прошу прощения за такой... визит. Я Вас раздражаю, — она понимающе улыбнулась, — Вы, Корвин, человек образованный, видно, с хорошими корнями. Я такая же, поверьте, меня тоже эта обстановка угнетает.       — Вы что-то хотели, госпожа де Фули? — холодно поинтересовался Корвин.       — Да... передать лишь, что госпожа Делузе очнулась и что мы расшифровали ту часть дневника, которую вы принесли, — чародейка замолчала, заинтересованно глядя на собеседника.       Голубые глаза загорелись. Корвин посмотрел на чародейку. Аделаида не смогла скрыть улыбки и продолжила:       — Да, Вы правильно думаете, Ваше следующее ваше задание — вытащить её Высочество из плена...       — Где она?       — Вам это место не по нраву, как сказал господин О'Нилл.       — Что за место? — насторожился Корвин, а сам усмехнулся про себя: "Сейчас мне любое место не по нраву". Он застыл, когда услышал ответ:       — Её держат в Доме Картер.       Выражение лица Корвина вмиг стало сосредоточенным. Он решительно спросил:       — Когда мне идти за ней?       Госпожа де Фули мягко улыбнулась, наконец, видя энтузиазм в глазах их главного оружия, и тихо ответила:       — Завтра.

Глава 3

      11 число месяца малахита, 1746 год, город Лереанис, империя Валлет.       Эсме исполнилось восемнадцать лет. Она сидит на скамье в саду, наслаждаясь мягкими лучами солнца. К ней подлетает её жених, пока неофициальный, однако тем не менее горячо любимый.       — Милая моя, с Днём Рождения, — рассмеялся Кейл и вручил девушке подвеску. Она скучающе осмотрела золотую подвеску и, хмыкнув, поцеловала парня в щёку.       — Спасибо, Кейл, — на ухо протянула она, от чего Кейл покраснел. Эсма отстранилась и то ли из вежливости, то ли из принципа спросила: — Как тебе праздник? Родители постарались на славу, столько всего сделали, чтобы моё совершеннолетие мне запомнилось надолго.       — Да. Они даже хорошо приняли госпожу Хилль.       Обычно на госпожу Хилль не обращали внимания, а чета О'Нилл и вовсе считала, что она просто приложение к господину Картеру. Поэтому Эсму удивило, что Кейл отвечал будто с какой-то досадой в голосе. Она кивнула.       — Вы полным составом? — соблюдая правила этикета, спросила она. Кейл фыркнул:       — К сожалению, да. Мачеха притащила своего отпрыска.       "Так вот оно что..." — глаза Эсмы заблестели. Она что-то слышала про сына госпожи Хилль, в основном, конечно, от Кейла. Он постоянно ныл, что мачеха обучает своего сына, а не его, хотя Кейл Картер — наследник.       — Мне интересно будет на него поглядеть.       — Считай, более молодая и мужская версия госпожи Хилль.       — Я пойду, посмотрю уж на него. Хоть издалека.       Картер тяжело вздохнул и отвернулся. Эсма хихикнула, поцеловала его в щёку, чтобы Кейл перестал дуться, и сбежала.

***

      17 число месяца аметиста, 1756 год, город Лереанис, империя Валлет.       Эсма нехотя открыла глаза. Кто-то прервал её прекрасный сон. Она недовольно фыркнула, увидев лицо мужа. Он сидел на краю кровати. В том бою ему сломали руку, поэтому в последнее время он маялся от безделья.       — Чего? — раздражённо бросила Эсма, потягиваясь.       — Тебя госпожа Хилль велела разбудить, — тихо ответил он. Она кивнула, однако не поднялась. Кейл тоже не двинулся.       — Скажи, если бы он позвал тебя с собой, ты оставила бы нас?       — К чему эти вопросы, Кейл?       — Истинностью не разбрасываются, ты же знаешь...       — Тут два вопроса напрашиваются, Кейл. Во-первых, с хрена ли ему звать меня с собой? Во-вторых, почему я должна соглашаться менять комфортные условия на непонятно какие?!       Эсма, наконец, поднялась с кровати и стала одеваться. Кейл подал голос: — Ты врёшь. Тебе здесь не так комфортно...       — Что ты хочешь от меня услышать? — сощурила глаза Эсма, он её начинал раздражать.       — Я хотел сказать, что встретил... девушку одну. Она... моя родственная душа. В общем, я всё переосмыслил и хочу развестись с тобой.       Эсма холодно кивнула. Что ж, к этому всё и шло.       — Я даю своё согласие, Кейл Картер. Мне и правда незачем мучить и тебя, и себя.       Она знала о его изменах, да и впрочем сама иногда хотела развеяться в другой компании, только вот... не получалось. Всегда всплывал печальный образ разбитого мальчишки в голове.       — Ты не... злишься на меня?       — Кейл, ты встретил настоящее сокровище. Не каждый из нас может встретить свою родственную душу. Я рада за тебя.       — Получается, что я сломал тебе жизнь.       О'Нилл хмыкнула. Этот Картер такой же слабохарактерный, как и его папаша.       — Не обольщайся. Не ты, я сама разрушила всё, — просто ответила она и направилась к хозяйке.       В ней боролись две противоречивых эмоции — радость и горечь. Она желала лучшего Картеру, но в то же время жалела, что в один момент выбрала не того.       "Была малолетней дурой. Теперь придется расплачиваться", — усмехнулась она, стуча в дверь кабинета.