nigrum reginа: ludо deоrum

С момента свадьбы Эйгона и Хелейны прошло почти пять лун. Принцесса безумно любила свою драконицу и каждый свободный миг тратила на то, чтобы навестить её. В один из дней Хелейна потащила с собой Алис. — Когда же я уговорю тебя познакомиться с ней? — причитала принцесса, гладя Пламенную Мечту. Алис сидела на траве в стороне от них, подставив кожу солнцу. Она была очень красива — чёрные волосы Алис струились по её плечам, закрывая поясницу, цвет глаз был невероятно зелёным, сами глаза были большими, аккуратные, слегла пухлые алые губы, чёрные ресницы. Не смотря на небольшой рост, у неё были длинные стройные ноги. Сейчас она сидела в фиолетовом платье с корсетом, которое подчеркивало её грудь. — Ваше Высочество, мне хватает драконов в жизни. — усмехнулась Алис, намекая на семью, которой служила. — Брось, признайся, что ты просто боишься. — в тон ей ответила Хелейна. — Принцесса, я живу почти три десятка лет. Это не страх, а благоразумие. И потом, мне не улыбается удача, при встрече с драконами. — сказала Алис и Хелейна залилась смехом. — Тебе не улыбается удача, когда между тобой и драконом встаёт мой младший брат. Сколько раз ты вытаскивала его из драконьего логова? — Сложно сказать, наверно, много. Благо, наш принц уже как три года драконий всадник и подобные ситуации больше не повторятся. Вскоре Хелейна попрощалась с Пламенной Мечтой и они с Алис пошли на тренировочное поле. Сир Бронн занимался с принцами. В данный момент его клинок сходился в поединки с младшим принцем. Эйгон стоял в стороне от них и откровенно скучал. Он не питал особой любви к занятиям с мечом. Чего нельзя было сказать об Эймонде — была бы его воля, он бы жил на тренировочном поле. — Бронн, сдавайся, пока я не уложил тебя на лопатки — хмыкнул Эймонд. Его лицо было красным, он тяжело дышал, глаза блестели и на лице была улыбка. — А с чего вы взяли, что сможете одолеть меня? — также тяжело дыша ответил Бронн. В этот момент Эймонд увидел боковым зрением подходящих к площадке Хелейну и Алис. На последней его взгляд задержался дольше, чем следовало и в этот момент раздался грохот — Бронн уложил принца на землю. Эйгон залился хохотом. Эймонд поднялся на ноги и молча бросил меч брату, призывая к сражению. Эйгон с самодовольный улыбкой принял вызов. Принцы долго сходились и расходились, нанося друг другу удары. Эймонду надоело, он рванул вперёд, взмахнул мечом, а после ударил брата кулаком в грудь, укладывая на землю. Эймонд направил клинок в лицо Эйгону и провел по скуле, оставляя царапину. Воздух вспыхнул. Они смотрели друг на друга, метая молнии взглядом и тяжело дыша. Прошло несколько минут и Эймонд вдруг протянул руку Эйгону, помогая встать. Помедлив, старший принц принял руку, поднялся на ноги. Его кулак прилетел в лицо Эймонда и он отшатнулся, хватаясь за разбитый нос. — Эйгон! — вскрикнула Хелейна и бросилась за ним. — Стой! — она поймала его за руку, но он вырвался. — Говорю, стой! — она схватила его ладонь двумя руками и потянула заставив развернуться. Принцесса обхватила его лицо, вглядываясь в царапину. — У тебя кровь. Взгляд её стал мутным, она неловко перешагнула с ноги на ногу и её глаза стали закрываться. — Хел! — Эйгон схватил её за плечи. Принцесса потеряла сознание, повисая на нем. К ним подошла Алис. — Принцесса? — позвала она. — Что с ней? — Эйгон, кажется, был напуган. — Я не знаю, Ваше Высочество. Может быть она испугалась крови. Ей нужно к мейстеру — ответила Алис. Эйгон подхватил жену на руки и пошёл к замку. Алис кивнула служанкам и они пошли следом. Эйгона было сложно назвать идеальным мужем. Он так и пропадал в блошином конце и иногда пил лишнего. Но после свадьбы его отношение к сестре изменилось. Хелейна на самом деле любила его и когда выражала проявления своей любви, принц испытывал что-то странное. Нет, он не любил её. Но он позволял ей любить себя. Алис развернулась и пошла к Эймонду, который сидел на земле и утирал кровь. — Мой принц, идемте, нужно обработать. — сказала она. — Ты можешь быть свободна. — бросил он, не поднимая головы. Алис вскинула брови. — Ваше Величество, у меня нет времени нянчится с вами. Нужно обработать ваши раны и идти к Хелейне. — А я и не просил тебя нянчится со мной. — он поднялся на ноги. — Ты свободна. — процедил он. — Как прикажете. — фыркнула она и круто развернувшись пошла прочь. Алис вошла в покои Хелейны. У её кровати был мейстер, у окна, отвернувшись спиной, стоял Эйгон. — Алис, что со мной. — вяло проговорила Хелейна. Алис посмотрела на мейстера и он кивнул ей, приглашая уединиться. — Что с ней? — Принцесса носит дитя. — ответил мейстер. Алис вернулась в покои. Первое что она увидела — глаза Эйгона. В них был немой вопрос. Алис кивнула, подтверждая его догадки. — Алис. — снова позвала принцесса. Девушка встала на колени около её кровати и взяла за руку Хелейну. Помедлив, она положила руку на её живот и улыбнулась. Вскоре в покои вошла королева. Следующие несколько часов прошли в слезах и причитаниях. Алис оставила мать и дочь наедине, следом за ней вышел и Эйгон. Не уверенная, что поступает правильно, Алис обернулась и придержала его за плечо. — Ваше Высочество, все в порядке? — она понимала, что принц крайне взволнован. — Она что же, теперь родит? –нелепо спросил он. Алис засмеялась. — Выходит, что так. Обычно беременность именно этим и заканчивается. Все будет хорошо. — она отпустила его руку и удалилась. Алис вошла в свои покои и вскрикнула — на её кровати, закинув руки под голову лежал Эймонд. Увидев её, он повернул голову. — Что с Хел? — Скоро вы станете дядей — Алис ходила по комнате, складывая вещи на места, делая вид, что не заинтересована в их беседе. — Могу я попросить вас подняться с моей постели? — спросила она, вдруг остановившись. Эймонд сел. — И покинуть мои покои. — Обиделась? — Ваше Высочество, смотрите, это дверь. У неё есть ручка, если за неё потянуть, то она откроется и можно будет выйти. — Алис сделала такой голос, будто говорила с маленьким ребёнком. Эймонд поднялся и пошёл к двери. — Мой принц. — позвала Алис, он остановился и она протянула ему склянку с привычным раствором, кусочек ткани и отошла к окну, отвернувшись к нему спиной. Вскоре дверь хлопнула.

***

— Алис. — позвала королева. — Знаешь, мне кажется, что Эймонд созрел. — Моя королева, вам виднее. Вы всегда верно определяете такие вещи. Но по правде сказать, мне и самой так показалось. С того момент на тренировочном поле прошло три луны, Эйгон и Эймонд не разговаривали. Почти не разговаривал он и с Алис. Его мать была права — в одну из ночей он проснулся и резко сел в кровати. Ему приснилась Алис. Такое уже бывало, но сейчас все было иначе. Он запустил руку под одеяло и сразу все понял. У Алис была своя головная боль. Ночами её одолевали видения, смысл которых она не могла разобрать. В одну из ночей вспыхнул огонь, она заглянула в него и увидела морду огромного дракона. Он был одноглазым и чудовищно большим. Напротив него она увидела свои глаза. Они смотрели друг на друга, а потом поглотили друг друга. Это видение являлось ей регулярно. Но было ещё одно — война. Она видела ужасную войну. Кровь, копоть, крики и разорванные тела. Она не различала лиц и флагов, не могла понять чья это война и чем она закончится, но понимала, что эти видения рано или поздно сбудутся. Эймонд сидел за столом в своих покоях и читал. В дверь постучали. На пороге появился Эйгон. — Читаешь? — спросил он, подходя. — Читаю. — ответил Эймонд. — Что тебе нужно? — Ну почему сразу нужно. Мы повздорили. Я готов признать, что был не прав и принести извинения. Идём, я хочу показать тебе кое-что. — С чего это вдруг? — Да перестань. Мы же братья. — Ты решил вспомнить об этом тринадцать лет спустя? — Пошли. Тебе понравится. — Эйгон сверкнул глазами и протянул ему плащ. Они шли по улицам Королевской Гавани, пока не оказались в блошином конце. Эймонд был напряжен и ждал подвоха от брата. — Куда ты меня ведешь? –спросил он. Хотя в глубине души он понимал, куда ведёт его Эйгон, но не понимал зачем. — Скоро узнаешь, мы почти на месте. — отмахнулся Эйгон. Вскоре они замерли напротив двери и Эйгон постучал в неё. Им открыла женщина. Сделав шаг внутрь Эймонд испытал смешанные чувства, но больше всего ему хотелось уйти. Но ноги понесли его вперёд. Он чувствовал взгляд брата, Эйгон наблюдал за его реакцией. Чтобы не доставлять ему удовольствия, младший принц смотрел строго перед собой, либо под ноги. Эйгон усмехнулся и повёл его вверх по лестнице. Вскоре они оказались в комнате. — Должен признать, что ты вырос. — начал Эйгон. Он присел на кровать и налил вино в кубок. Старший принц протянул его Эймонду, но тот отрицательно покачал головой, тогда Эйгон, пожав плечами, стал пить сам. — Правда, я повзрослел раньше тебя. Сегодня я исполню свой братский долг. Ты умен и хорошо владеешь мечом, об этом позаботились матушка, Алис и учителя. Теперь настала моя очередь учить тебя. — О чем ты? — Твой меч ведь уже созрел? Я знаю, что это так. Случайно подслушал разговор матушки. Она у нас весьма наблюдательна. — усмехнулся Эйгон. — Пора смочить его. Младший принц запомнил эту ночь навсегда. Так стыдно и мерзко ему не было никогда. В покоях появилось несколько девушек, одна из них выделялась и была старше, у неё были тёмные волосы и карамельные глаза. Она подошла к нему ближе всех и провела по его щеке. Эймонд отбросил её руку. — Расслабься. Я хорошо им заплатил. Они все равно сделают это. — Эйгон наблюдал за всем со стороны. Одна из девушек подошла к старшему принцу и стала раздевать его. Тем временем темноволосая женщина продолжала свои попытки. Она смогла несколько раз поцеловать принца, но не получив ответа, улыбнулась и принялась раздеваться. Эймонд отводил глаза, но чувства делали свое. От вида женского тела его плоть предательски восстала. Она подошла к нему вплотную и начала раздевать. Когда на нем остались лишь штаны, женщина толкнула его на кровать и принялась бороться со шнуровкой. — Эйгон, прекрати это. — сказал младший принц, откинувшись на постель, не в силах смотреть на происходящее. — Тебе стоит попробовать и потом ты не сможешь без этого. — усмехнулся брат сквозь свои стоны — девушка удовлетворяла его ртом. Эймонд вдруг понял, что лежит абсолютно голый. Он попытался сесть, но на его плечи легли две пары рук — девушки, что стояли до этого в стороне и просто наблюдали за тем, что делает их более зрелая напарница, держали принца, не давая ему уйти. — Куда же вы. — пропела одна из них. Темноволосая перекинула ногу через его бедра и нависла над ним. Она прильнула его губам, но ответа так и не получила. Тогда она просунула руку между ними и обхватила его плоть, совершая несколько движений. Эймонд твёрдо решил терпеть, не проявить не единой эмоции. Он ощутил как она опустилась на него и начала движение. По началу было просто не выдавать себя, но со временем стало учащаться дыхание, тело покрылось испариной. Он ощутил невероятную тяжесть в животе. Вдруг женщина встала с него. Он было обрадовался, что все закончилось, но она спустилась ниже. Девушки, что держали его, заставили его приподняться на локтях. Он увидел как темноволосая обхватила его плоть и взяла её ртом. Это было невыносимо. Спустя десяток движений, он проиграл и его голова запрокинулась назад, где-то глубоко в горле раздался рык. Он услышал как засмеялся Эйгон. Женщина сжала губы, движения стали быстрее и резче. Внутри что-то разорвалось, он простонал и ощутил как изливается. — Не думал, что ты такая неженка. — сказал Эйгон. Они лежали поперёк кровати на спине. Девушки давно покинули комнату. — Нужно было перерезать тебе горло на тренировочном поле. — Да брось, Эйм, неужели тебе совсем не понравилось. — Не называй меня так. — буркнул младший принц и Эйгон закатил глаза. Эймонд вдруг резко сел, взял со стола кувшин и прислонил к губам. Эйгон в начале улыбался, глядя на него, а потом поняв, что брат не собирается останавливаться, дёрнул кувшин из его рук. — Эй, я не собираюсь тащить тебя обратно. Не разыгрывай трагедию, ты всего лишь лишился девственности. — Пошли домой. — Позже пойдём. — Эйгон улегся обратно, переворачиваясь на живот. — Поднимайся! Я не останусь спать в этом месте. — Эймонд дёрнул его за руку. –Я сказал, поднимайся! — Вообще-то это я старший брат. — А я сильнее. — ответил Эймонд и Эйгон нехотя сел. — В пекло тебя. Идём.

***

Роды Хелейны начались неожиданно. Королева не могла сомкнуть глаз. Большую часть времени она провела у кровати дочери, держа её за руку. Иногда она выходила в коридор, для того чтобы перевести дух — роды шли тяжело. — Матушка, когда же это закончится. — взмолилась принцесса. — Скоро, милая. Не спала и Алис. Когда королева выходила, она садилась на её место у кровати. Хелейна разродилась к полудню следующего дня, произведя на свет двоих детей — мальчика и девочку. — Ты не считаешь, что пора пойти к жене и детям? — спросил Эймонд, заходя в покои старшего брата. Последний сидел на кровати, уронив лицо в ладони. — Идём. Она ждёт тебя. Вскоре Эйгон появился в покоях жены. Алисента тут же одарила сына уничтожающим взглядом. Принц пытался покинуть замок, когда начались роды, но был остановлен и закрыт в своих покоях без капли вина. — Эйгон. — тихо позвала Хелейна. Он медленно подошёл к её кровати. Она была бледной и с трудом держала глаза открытыми. — Я справилась. — А я нет. — он опустился на край её постели. — Тебе плохо? — он обернулся на мать. –Она ведь не умрет? — Меня всегда поражало твоё чувство такта. — фыркнул Эймонд и тут же отхватил подзатыльник от матери. — Роды были тяжёлыми, но ей ничего не угрожает. Просто нужно отдохнуть. — ответила Алисента. Вскоре служанки принесли детей. Эйгон так и не смог взять их, потому что у него дрожали руки. Хелейна обхватила его ладонь, сжимая. — Не трать силы, жена. — нелепо выпалил Эйгон и Хелейна вдруг засмеялась. На неё уставились две с половиной пары глаз. — Со дня нашей свадьбы прошло чуть больше года, а ты только сейчас понял, что я твоя жена. — ответила Хелейна на немой вопрос. Вскоре королева и младший принц покинули покои, оставляя новоиспеченных родителей наедине.

***

Королю становилось все хуже. Он почти не покидал покоев и часто бредил. Все чаще он звал свою Эймму. Алисента смирилась с тем, что он так называет её. Частым гостем в покоях короля был Отто Хайтауэр, который благодаря своей хитрости сумел остаться при дворе, пусть и потеряв пост десницы. Именно с его руки Визериса стали опаивать маковым молоком, от чего, и без того мутный рассудок короля, помутился ещё больше. Визерис стал носить на лице маску, потому как одна половина его лица была совсем обезображена из-за потери глаза. В моменты просветления король говорил, что желает видеть при дворе своего брата Деймона. Отто и Алисента приложили все усилия для того, чтобы об этой просьбе короля никто не знал. В их планы не входило появление Деймона при дворе. Отношения между Тиландом и Алисентой продолжались. Королева почти перестала переживать, потому что за столько лет это стало чем-то нормальным и обыденным. — Тебе пора, скоро рассвет. — Алисента подняла голову с груди мужчины. — Знаю. Сегодня совет. — ответил он, сжал крепче плечи королевы, а после поднялся и стал одеваться. Они попрощались и Тиланд покинул её покои. Королева продолжала лежать ещё около часа, а потом встала и принялась одеваться. Алисента стояла спиной к двери, когда услышала как открылась дверь. — Алис, приготовь лунный чай. — сказала королева. — Боюсь, что я не ведаю рецепта этого чая. — раздался мужской голос. Королева вздрогнула и медленно повернулась. Перед ней стоял Ларис Стронг. — Лорд Стронг, что вы здесь делаете? Вас не позволено входить в мои покои. — Очевидно лорду Тиланду позволено? — Да как вы смеете! — О, не переживайте, моя королева. Я глубоко уважаю вас и готов хранить ваши тайны. — Но вы что-то хотите за это? — Я приду позже и назову свою цену. В замен же вы получите мою преданность, молчание и информацию. Я думаю, что вас заинтересует информация о многих людях в этом замке. Ларис покинул её покои. Он вернулся почти спустя две седмицы и назвал цену, как и обещал. Цену, которая повергла Алисенту в ужас. Сначала она кричала на него, потом плакала, а потом поняла, что у неё нет выбора. Если она не согласится, то их отношения с Тиландом станут достоянием общественности. Королева не могла сказать о том, что её шантажирует Стронг. Да и кому она могла сказать? Тиланд бы убил его не раздумывая и они бы обнаружили свои отношения. Сначала Ларис просил показывать ему ступни. Так продолжалось много лун. Алисента отворачивалась и старалась не думать о мужчине, сидящим напротив, который занимался самоудовлетворением. Почти год спустя Ларис зашёл дальше. Теперь он пожелал видеть её грудь. Делать было нечего. Алисента рыдала, сидя на полу своих покоев, когда вошла Алис. — Ваше Величество, что с вами? Кто вас обидел? — она бросилась к своей хозяйке. Алисента заплакала сильнее, утыкаясь в её плечо. Наконец она задышала и сбивчиво и долго рассказывала Алис о шантаже Лариса. — Алис, это порочный круг. Даже если я разорву отношения с Тиландом, он продолжит меня шантажировать. — Хотите, я перережу ему глотку? — Алис сверкнула глазами во тьме. — Нет! Он сказал, что если я отдам приказ убить его, то какой-то его доверенный человек, расскажет правду обо мне королю. — Моя королева, я что-нибудь придумаю. Я не дам ему издеваться над вами. Алис вернулась в свои покои и всю ночь не могла заснуть. Она глядела в огонь, ища ответа. Ей являлись видения, но ни в одном из них она так и не увидела решения возникшей проблемы.

***

Близнецам недавно исполнился год. Джейхейра отставала в росте, но в целом была обычным ребёнком. У Джейхейриса было по 6 пальцев на руках и ногах и он, пожалуй, был излишне беспокойным. Хелейна отдала себя всю детям. Эйгон же до сих пор ощущал себя неловко рядом с детьми, но тем не менее он искренне радовался их успехам и старался проявлять любовь. Как умел. Близнецы обожали своего дядю. Джейхейра, когда видела его, забиралась к нему на колени и подолгу сидела. Эймонд находил малышей забавными и милыми. Они были одними из немногих живых существ в замке, которые удостаивались его улыбки и смеха. В какой-то момент поползли слухи о том, что он отец близнецов. Но Эймонд быстро разобрался с этим. Сначала под лестницей нашли источника этих слухов — у него был вырезан язык. А после Эймонд популярно объяснил Эйгону о том, что такое отцовский долг и как его нужно выполнять. Эймонд перерос брата очень резко и неожиданно. Эйгон боялся его даже больше чем деда. Отто мог накричать, угрожать, трепать его за ворот. Эймонд же молча бил, даже не объясняя причину. Но Эйгон всегда точно знал за что получил. Алис и Хелейна гуляли во дворе с близнецами. Алис стояла на коленях и что-то пела Джейхейре. Девочка заливалась смехом. Алис понимала, что у неё вряд ли когда-то будут свои дети, так что ей было в радость проводить время с детьми принцессы. Эймонд вышел в сад в тот момент, когда Алис подхватив малышку, кружила её. Их смех разливался по саду. Эймонд замер на пару мгновений, глядя на них, улыбнулся, а после натянул привычную маску спокойствия и пошёл к ним. Алис отпустила девочку и та, увидев дядю, рванула вперёд. — Куда же вы, Ваше Высочество?! Стойте! Вы упадёте. — Алис побежала за ней. Эймонд выставил руки и девочка запрыгнула к нему. — Мой принц. — Алис присела, поправляя растрепанные волосы. Щеки её были красноватыми, глаза блестели, она улыбалась. Эймонд понял, что смотрит дольше, чем следовало бы и отвел глаза. Алис ушла к Хелейне, которая что-то тихо говорила Джейхейрису и окончательно распустила волосы, рассыпая чёрные кудри по плечам. В саду появился Эйгон. Он был пьян. Сначала все игнорировали его остроумные высказывания. Поняв, что не получает желаемого внимания, он вдруг встал со скамейки, неловко качнулся и схватил Алис за грудь. — Эйгон! — позвала его Хелейна. Но он был настолько пьян, что не слышал её. — Ваше Высочество. — начала Алис, но она не успела договорить. Эймонд дёрнул брата за ворот, разворачивая к себе и одним точным ударом отправил его в траву. А после наклонился и тихо, чтобы слышал только Эйгон, проговорил. — Еще раз ты тронешь её, я сверну тебе шею. — Эймонд кивнул стоящему неподалёку Бронну и ушёл. Бронн подошёл и взвалил принца себе на плечо. Алисента ворвалась в покои Эймонда, когда солнце уходило за горизонт. — Эймонд! Я все могу понять, но бить его на глазах у всей стражи и его детей. — слишком — взвизгнула она. — Хоть кто-то должен заниматься его воспитанием. — Эймонд подошёл ближе к матери и смерил её взглядом. — Вам же было некогда все эти годы. Алисента вдруг размахнулась, готовясь отвесить ему пощёчину. Алис появилась словно из-под земли и встала между ними, принимая удар на себя. Из её губ хлынула кровь. Удар был сильным и девушка отшатнулась назад. — Алис! — в ужасе закричала Алисента. — Моя королева, принц не виноват. Его Высочество, принц Эйгон оскорбил меня. Из-за этого между ними произошла драка. — пролепетала Алис, держась за лицо. — Боги, Алис, у тебя кровь! — Всё в порядке. Не о чем переживать. — ответила Алис. — Я была у близнецов, они уже успокоились. — Спасибо. Я пойду к ним. — Алисента развернулась и пошла прочь. Алис сделала шаг, желая удалиться вслед за ней, но её тут же схватили на руку. Эймонд одним рывком повернул её к себе лицом. Он потянулся рукой, пытаясь стереть кровь, но она остановила его. — Не о чем переживать. — повторила она. — С вашего позволения, мой принц. — она присела и покинула покои. Эймонд тяжело вздохнул. С той ночи, когда Эйгон притащил его в бордель, прошло чуть меньше двух лет, но Эймонд больше не прикоснулся к женщине. Во-первых, ему было противно даже думать об этом. А во-вторых, его мысли занимала лишь ОНА. Ее образ тревожил его по ночам, не давая уснуть. А утром он видел её наяву. Она проносилась мимо него, такая лёгкая и красивая, привычно улыбаясь и кланяясь. Каждый раз, когда желание брало верх над его разумом, его рука предательски тянулась к восставшей плоти. Он проклинал Эйгона. Ведь до того, как он заставил его попрощаться с девственностью, ему было легче жить, а теперь он был словно одержим. И сейчас она стояла с окровавленными губами в паре сантиметров от него и он был готов наплевать на все и слизать эту чёртову кровь, целуя её до беспамятства. Но она ушла. Алис не расставалась с кольцом, что подарила ей королева. В одно утро она отвела принца на занятия и вернулась в его покои, чтобы привести их в порядок. Когда все было почти готово, она вдруг обнаружила, что кольца нет. Алис принялась искать его, но было тщетно, оно как сквозь землю провалилось. В который раз, она встала на колени, подобрав юбки и заглянула под кровать, проводя рукой по полу, в надежде найти пропажу. Занятая поисками, она не заметила, как Эймонд вернулся в покои. Сначала он молча наблюдал за ней. Принц с каждым днем все больше и больше убеждался в том, что он влюблен в Алис. И сейчас он не мог оторвать взгляд от неё — она стояла на коленях у его кровати, что-то бормотала, и чем больше наклонялась, тем сильнее становилось видно её грудь. Вот она сильнее задрала юбки, чтобы не пачкать и не мять их об пол и он увидел её стройные ноги. Эймонд всегда помнил об их разнице в возрасте, но его никогда это не смущало, Алис была хороша, словно ей было всегда семнадцать. — Седьмое пекло! Да куда же оно делось! — она стукнула кулаком по кровати. — Какие грязные слова. — усмехнулся Эймонд и Алис тут же поднялась на ноги и склонила голову. — Простите, Ваше Высочество, я не видела как вы вошли. — Что-то потеряла? — Я убиралась и где-то уронила кольцо. Это подарок, оно мне дорого. — Подарок от мужчины? — Я не принимаю подарков от мужчин. Это кольцо мне подарила ваша матушка, вскоре после того как вы родились. Я ведь принимала у неё роды. — Оно дорого тебе, потому что связано со мной? — Оно мне дорого, потому что это подарок вашей матушки. — она отвернулась и нагнувшись над кроватью, запустила руки между матрасом и досками и продолжила поиски. Эймонд вдруг наклонился и провел по её пояснице. Алис тут же обернулась и ударила его по руке. — Ай! Совсем обнаглела?! — Ваше Высочество, не распускайте руки, иначе я буду вынуждена отвести вас за ухо к вашей матушке для проведения воспитательной беседы. — Не разговаривай со мной как с Эйгоном. — Тогда не ведите себя как он. — пожала плечами Риверс. — Если вдруг найдёте моё кольцо, я буду вам очень признательна. С вашего позволения. — она склонила голову и вышла прочь. Как только она скрылась за дверью, кулак Эймонда влетел в стену. Несколько дней Алис не разговаривала с ним, отвешивая только дежурные фразы и поклоны. Она сидела в своих покоях за столом и читала. Раздался стук, а после дверь отворилась. — Алис. — сказал Эймонд. Она хотела было встать, но он возвел ладонь, останавливая её. — Мой принц. — она склонила голову. — Я нашёл твоё кольцо. — он положил украшение на книгу. — Мой принц, это не моё. — пожала плечами девушка. Кольцо было похоже, но это было не оно. — Теперь твоё. — настаивал Эймонд. — Ваше Высочество, я не могу его взять, прошу меня простить. — Это приказ, Алис. — он наклонился к ней и она подняла на него глаза и тут же сощурилась. — Вы что, пьяны? — спросила она, почуяв запах алкоголя. — И каким же образом вы, позвольте спросить, покинули замок? Это ведь запрещено. — Ещё скажи, что ты сдашь меня. — он провел пальцами по ее щеке. Она тут же отвернулась от него. Он хмыкнул, выпрямился и вдруг развернулся, подошёл к кровати и улеглся на неё, подкладывая руки под затылок. Алис подошла и уперев руки в боки, покачала головой. — Я ведь вам говорила с самого детства, что лежать на кровати в одежде нельзя. — начала она отчитывать его. –Тем более на чужой. — Тогда раздень меня, раз тебе не нравится, что я лежу в одежде. — он вдруг схватил её за руку и заставил наклониться. — Мне казалось, что вы достаточно взрослый, чтобы раздеваться самостоятельно. — безразлично ответила она и Эймонд засмеялся, а после дёрнул её ещё сильнее. Девушка упала на него и почувствовала как рука принца проскользнула под её юбки, сжимая её бедро. — Я достаточно взрослый, чтобы раздеть ещё и тебя. — он провел носом по её шее. Алис одним резким движением вырвалась и встала на ноги, указывая ему на дверь. — Сейчас же покиньте мои покои! — металлическим тоном потребовала она. — И не подумаю. — Раз принц желает ночевать сегодня здесь, то уйду я. — она подобрала юбки и двинулась к двери. Он нагнал её в несколько шагов и преградил путь, хватая её за плечи. — Принц желает, чтобы ты легла с ним рядом и не покидала его до утра. — Боюсь, что я не могу выполнить ваш приказ, Ваше Высочество. Можете меня казнить. — она смело подняла на него лицо. Эймонд тихо прорычал, подаваясь вперёд. Он коснулся губами её виска, после щеки и замер напротив губ. Она выставила ладонь между их лицами. И принц вдруг отпустил её. — Я желаю, чтобы завтра оно было на тебе. — он кивнул на стол, намекая на кольцо и ещё раз поцеловав её в висок, покинул покои. Алис поправила волосы и села за стол. Она взяла кольцо и покрутила его в руках, тяжело вздыхая. Утром она не пришла помочь ему собраться, как это было обычно. Стража сообщила ему, что Алис ушла с Хелейной в сад, гулять с детьми. Когда он вышел туда, то увидел как она держит Джейхейру на руках, а рядом в беседке сидит Хелейна и качает Джейхейриса. Он направился к девушкам. — Ваше Высочество. — она даже не посмотрела него, продолжая что-то мурлыкать маленькой принцессе. С Эймондом о чем-то говорила Хелейна, но он не слушал её, лишь изредка кивая. Он не мог отвести от неё взгляд. Принц пригляделся, пытаясь рассмотреть её руки и понял, что кольца на ней нет. Он поджал губы и хотел отвернуться, но в этот момент она нагнулась к Джейхейре и из её декольте выпала цепочка, на которой висело кольцо. А потом он поднял глаза чуть выше и увидел верхнюю часть её груди и нервно сглотнул. Мотнув головой, он поднялся на ноги, извинился перед сестрой и направился в замок. Проходя мимо Алис, он увидел, как она заправлять цепочку обратно и сжал кулаки. Принц добрался до своих покоев, закрыл дверь и упал на кровать. Как в бреду его рука потянулась к окаменевшей плоти. Веки его опустились и перед ним сразу восстал её образ, рука совершила первое движение. Изо всех сил он представлял, что это она касается его и у него получилось. Спустя время он с тихим стоном излился. Было уже поздно, Алис сидела в библиотеке на тахте, подогнув ноги под себя и дочитывала последние страницы. Она услышала как открылась дверь и вздохнула, надеясь, что это не он. Но она конечно знала, что это Эймонд. Его шаги она знала наизусть. Она подперла щеку рукой, принимая безразличный вид, закрываясь завесой чёрных волос. Эймонд остановился напротив неё и внимательно посмотрел, а после нагнулся и запустил руку в её декольте. Алис красноречиво посмотрела на него, изгибая бровь. Принц вытащил цепочку с кольцом и заглянул ей в глаза. — Почему не на руке? — спросил он. — Я уже потеряла одно кольцо. Решила, что так надёжнее. — пожала она плечами и вернула глаза на страницы. — Ты надела его, потому что я приказал? Из страха, что я казню тебя? — Вы бы не казнили меня за такую мелочь. — лениво ответила Алис. — Смотри на меня! И отвечай на мой вопрос! — процедил Эймонд. Алис подняла глаза. — Я надела его, потому что вы мне дороги. — честно ответила она. Эймонд накрыл её губы, ища ответа, но девушка не двигалась. Он отстранился, заглядывая в её глаза. — Поцелуй меня, Алис. — прорычал он, снова подаваясь вперёд. Она кивнула, обхватила его лицо руками, принц закрыл глаз и выдохнул. Она коснулась губами его лба и отпустила его лицо. Эймонд тут же вспыхнул и засмеялся. — Я тебя сейчас задушу. — сквозь нервный смех сказал Эймонд. — Мой принц, что же я сделала не так? Я ведь выполнила ваш приказ. Вы ведь не сказали, куда вас нужно поцеловать — она развела руками. А после встала, отодвигая Эймонда и пошла прочь. — Доброй ночи, Ваше Высочество.

***

Королева была пьяна после очередного визита Лариса. Алис пришла к ней, справилась о её состоянии и покинула покои. Когда она шла по коридору, её догнала Нора. — Алис, Эйгон напился и попытался изнасиловать служанку. — задыхаясь проговорила девушка. Алис закатила глаза, сжала кулаки и круто развернувшись направилась в покои принца. Резко распахнув дверь, она вошла внутрь и тут же поморщилась — в комнате стоял едкий запах алкоголя. Эйгон лежал голый на кровати и что-то бормотал. — Ваше Высочество, извольте привести себя в порядок! — рявкнула она, кидая в него одежду. Эйгон сел и мерзко оскалился. — Пошла вон из моей комнаты! — ответил он, еле ворочая языком. — Если вы не послушаете, я буду вынуждена пригласить сюда вашего деда. Возможно он сможет привести вас в чувства. — Да кто ты такая! Пошла вон! — он упал на кровать. Алис вздохнула и подойдя к Эйгону схватила его за плечо, заставляя сесть обратно и встряхнула его. А потом ткнула ему в лицо его же вещами. Он тут же побелел от злости и ударил девушку по лицу. Она отшатнулась и хотела было ответить, но Эйгон заламал ей руку и стал бороться со шнуровкой на её платье. — Сколько раз я тебе говорил, что поставлю на колени?! Дрянь! — он снова ударил её. Алис вскрикнула и снова попыталась вырваться. Эйгон схватил её за горло, приближая её лицо к своему и мерзко рассмеялся. Она нервно сглотнула и попыталась толкнуть его, но не смогла. Он начал избивать её, параллельно пытаясь сорвать с неё одежду. Девушка осела на пол, вдруг она вспомнила тот день, когда её изнасиловали в блошином конце и тело её парализовал страх. Она закрылась руками и заплакала. Эйгон кричал что-то невпопад, продолжая наносить удары, а потом дёрнул ткань платья и она услышала как она порвалась. В этот момент раздался грохот. Девушка вжалась в стену, крепче обхватив голову руками и вдруг поняла, что в комнате стоит жуткий грохот и крики, но её уже никто не бьёт. Она выглянула из-под руки и увидела как Эймонд избивает Эйгона. — Я говорил тебе, что убью, если ты тронешь её или вообще посмотришь в её сторону?! — взревел Эймонд и его кулак в очередной раз прилетел в живот старшего принца. — Я понял, я понял. Я больше не буду — взмолился Эйгон. — Хелейна! — рявкнул Эймонд. Та забежала в комнату. — Приведи в порядок это чудовище и не позволяй ему даже носа высовывать из покоев. Если начнёт противится — пошли за мной — после Эймонд подошёл к Алис, поднял её на ноги, поправил, на сколько это было возможно, платье, перекинул её через плечо и вышел прочь. Алис терпела, пыталась сдерживаться, но оказавшись в коридоре, она вцепилась в плечо Эймонда пальцами и горько заплакала. Когда они зашли в покои, Нора тут же бросилась к хозяйке. — Подготовь одежду и выйди вон. — тихо сказал Эймонд. Нора кивнула, выполнила свое поручение и вышла. Принц закрыл дверь на ключ и обернулся. Алис сидела на корточках, прислонившись спиной к стене и зажав рукой рот, рыдала. Он вдруг вспомнил, как она сидела в его комнате в тот день, когда её изнасиловали в блошином конце, вся в крови и пыли и подойдя к стене ударил по ней раз десять, а после опустился на колени рядом с ней. — Ваша рука. — сквозь рыдания, выдавила Алис и обхватила его окровавленный кулак. — Ты можешь хоть раз подумать о себе? — он обнял её, укладывая голову девушки на свое плечо. — Простите меня, мой принц. — шёпотом проговорила она. — Мне не положено плакать при вас. И вы подрались с братом из-за меня. — Я бы убил его ради тебя — он заглянул в её лицо и провел пальцем по дорожке крови, что сочилась из её разбитой губы. — Не смотрите на меня. Я ужасна. — она опустила лицо, закрываясь волосами от него но он тут же поднял его обратно, придерживая за подбородок. Он осторожно коснулся её губ, стараясь не причинить ей боль. Она тихо вздохнула. — Больно? — спросил он отстраняясь. — Что вы, мой принц, мне приятно. У вас такие тёплые губы. — Так поцелуй меня. — он подался вперёд, Алис обхватила его лицо и он тут же убрал её руки, усмехнувшись. — Нет, я больше не поведусь на это. В губы, Алис. Она положила руки к нему на плечи и прильнула к его губам, осторожно целуя. Постепенно поцелуй становился все глубже, их языки переплелись, дыхание сбилось. Пальцы Эймонда запутались в её чёрных волосах, прижимая крепче к себе. — Где эта бурда, которой ты вечно поливаешь меня? — спросил Эймонд, отстраняясь от неё. Эймонд часто дрался, падал, лез к драконам и Алис каждый раз заходила в его покои с привычной склянкой и кусочком чистой ткани. Что это было принц не знал, но когда девушка поливала этим его раны, всегда было больно, но потом все заживало за считанные дни. Девушка поднялась с пола и открыв одну из дверц шкафа, достала склянку и оторвала ткань, а после направилась к зеркалу. Все было не так плачевно, как ей казалось — принц разбил ей губы и рассек бровь, остальные удары пришлись благо не на лицо, а на голову и тело. Волосы её были растрепаны, а глаза красные от слез. Она вдруг подошла к двери, открыла ее и выглянула. — Нора, принеси, пожалуйста, воды. — Я сейчас. Девушка убежала по коридору. Вскоре раздался стук, а после Нора зашла с небольшим тазом воды. Алис дождалась, пока девушка поставит его на стол и после подошла к ней, укладывая руки на её плечи. — Милая, я надеюсь, что ты понимаешь о том, что никто не должен знать… — начала Алис. — Ну что вы. Я выполняю свой долг, то что от меня требуют, а вы выполняете свой. Я никогда и никому не скажу о том, что происходит в ваших покоях или покоях королевы — зашептала девушка. — Мне так жаль, я не уберегла вас. — Ты ни в чем не виновата, милая. — Алис крепко обняла её и сказала что та может быть свободна. Когда Нора ушла, Алис закрыла дверь на ключ. Эймонд все это время сидел на кровати и наблюдал за ней. Алис подтащила ширму и перекинула через неё платье, скрывшись от взора принца, она быстро расшнуровала платье, освобождаясь от ткани. Потом она надела на себя новое платье, которое некогда приготовила Нора и убедившись, что выглядит подобающе вышла из-за ширмы. Подобрав волосы лентой, она склонилась над водой и принялась умываться, вытерла лицо и снова подошла к зеркалу. Эймонд подошёл к ней. — Можно? — он взял склянку в руки, намочил ткань и прислонил сначала к её брови. Она поморщилась и принц подул на рану, а потом снова приложил ткань. Алис вдруг улыбнулась. — Что? — Кому рассказать — не поверят. Все ведь считают, что вы жестокое чудовище. А сейчас вы стоите и переживаете, что мне больно. — А ты, значит, так не считаешь? — Нет. — она обняла его, тяжело вздохнув. — Вы относитесь к людям так, как они того заслуживают. Это не жёсткость, а справедливость. — Я помню, как ты говорила, что справедливость должна быть отдельно от оружия. — Все мы ошибаемся, мой принц. Я пересмотрела свои взгляды. — пожала она плечами и Эймонд тихо рассмеялся, налил на ткань жидкость и прислонил к её губе. — Больно? — Когда вы меня целовали, было приятнее. — усмехнулась она. — Я столько лет обрабатывала ваши раны, а вы ни разу не спросили что это. — Вряд ли ты хотела отравить меня. Хотя стоило. Иногда мне бывает стыдно за то, что я делал в детстве. Особенно тот случай с ресницами. — Ну что вы, Ваше Высочество. Вы были прекрасным ребёнком. — Был? — Я знаю, что вы уже не мальчик. И потом, вы переросли меня на две головы и сильно возмужали. Особенно за последний год. Мне сложно считать вас ребёнком. — Откуда ты? — начал он и Алис хитро улыбнулась. — Я всегда знаю где вы и что делаете. И с кем. Когда принц Эйгон повзрослел, пришлось обзавестись знакомствами в блошином конце. Иначе мы бы его не нашли, после первой же вылазки из замка. — она привычно пожала плечами и Эймонд изогнул бровь. — И как подробно тебе передают информацию? — он напрягся, вспоминая свою первую вылазку в бордель. — Достаточно подробно. — ответила она, понимая к чему он клонит. –Мне кажется, что вам не о чем переживать. Даже если я что-то и знаю о вас, то это никогда не выйдет за пределы моей головы — она развернулась и развязав волосы, принялась расчесывать их. Алис увидела в отражении, как напряглась его челюсть. Закончив с волосами, она обернулась и положила руки на его плечи. — Вас что-то расстроило, мой принц? Хотите поговорить об этом? — спросила она. Он отрицательно помотал головой. Алис уложила голову на его плечо и вздохнула. — Нечего стыдится. Принц Эйгон потащил вас туда без вашего согласия. Только кажется, что это так просто. На самом деле, этому нужно учиться. Он вдруг бросился на неё, покрывая поцелуями её шею и верхнюю часть груди. А потом замер, отпуская её и делая шаг назад. — Прости меня, Алис. — он отвёл взгляд. В его голове роились мысли. Эймонду казалось, что он поступает ужасно. Эйгон только что пытался изнасиловать её, а теперь он сам по сути совершает тоже самое. Его кулаки сжались, Алис увидела это и сократив расстояние между ними, взяла его за руку и прислонила его ладонь к своей щеке. — Значит, тебе было приятно? — спросил Эймонд, улыбаясь. — Да, Ваше Высочество. — И ты хотела бы, чтобы я поцеловал тебя снова? — Важно лишь то, чего хотите вы. Я подчиняюсь вашей воле. — Алис. — он вздохнул. –Отвечай на мой вопрос. — Да, мой принц, я бы хотела — она не договорила, Эймонд снова накрыл её губы. Алис простонала, схватившись за его воротник руками и прижимая его крепче к себе. Она отстранилась и взяла его кулак, который продолжал кровить. Алис осторожно завернула его рукав и окунула руку в воду, смывая кровь. После она отошла к шкафу, оторвала чистую ткань и вернувшись принялась обрабатывать рану. Она хотела перевязать руку, но он остановил её. — Это лишнее. — Как пожелаете. — она пожала плечами. Алис поднесла его руку к губам и поцеловала. –Спасибо. Вы меня защитили. — Не всегда же это делать тебе. Сколько раз ты получала от моей матушки, закрывая меня. — Я выполняла свой долг, а вы не были обязаны делать этого. — То есть ты защищаешь меня только лишь из чувства долга? Я что-то не помню, чтобы ты закрывала Эйгона, когда матушка таскала его за уши. — Потому что он заслуживал этого — она обхватила его лицо руками. –Если бы вы были моим сыном, то я бы никогда не подняла на вас руку. — Я бы не хотел быть твоим сыном. — Отчего же? Я помню как вы сказали после драки с дочерьми Деймона, что хотели бы, чтобы я была вашей мамой — она улыбнулась. Спустя время Алис взяла своё платье, разглядывая его. Вздохнув, она достала нитки и иголку и принялась зашивать последствия их с Эйгоном встречи. — Что ты делаешь? — Эймонд лежал на её кровати на спине, закинув руки под голову и услышав шевеления, повернулся. — Зашиваю — пожала она плечами. — Сожги его, я куплю тебе новое. — В этом нет необходимости, мой принц. Людям стоит бережнее относится к вещам и ценить то, что они имеют. — Это просто тряпка, Алис — он поднялся и подойдя к ней, вырвал из её рук ткань, бросая на пол. –Ты очень умна, но иногда мне хочется, чтобы ты заткнулась. — Как пожелаете, мой принц. — Пошли — он вдруг потянул её к двери. — Куда мы? — В мою комнату. — Мой принц, стоит ли делать это? Нас могут неправильно понять. — Есть хоть один человек начнёт распускать сплетни, я скормлю его Вхагар — он распахнул дверь и увлек Алис в коридор. Оказавшись в своих покоях, принц принялся что-то искать. Вскоре он подошёл к ней и вложил в её руки кинжал. — Я думаю, ты догадаешься сама как им пользоваться. — Мой принц, я не могу — начала она, но Эймонд тут же приложил пальцы к её рту, заставляя замолчать. Алис вдруг увидела тонкую верёвку в его руках. — Подними юбку — сказал он вдруг. — Простите? — Алис изогнула бровь. Эймонд закатил глаз и опустился на колени, забрав кинжал из её рук. Его пальцы коснулись внутренней стороны её бедра, неприлично близко к её женскому началу и Алис вздрогнула. Эймонд посмотрел на неё, продолжая совершать манипуляции под её юбками. Она ощутила как холодная сталь прислонилась к коже, а после принц стал обматывать её ногу верёвкой. Закончив, он несколько раз провел по её коже, наблюдая за её реакцией. Алис всеми силами сдерживала стон, застрявший в её горле. Эймонд наконец поднялся на ноги, снова становясь выше неё. — Теперь мне будет спокойнее — он прислонил ладонь, которая меньше минуты назад касалась её бедра, к её щеке. Алис обхватила его руку и поднесла к своим губам, осторожно целуя. — Почему ты дрожишь, Алис? — с улыбкой спросил Эймонд, радуясь своей победе и подался вперёд. — Ваше Высочество — Алис отступила назад и развернувшись, пошла прочь. — Я не отпускал тебя — он двинулся за ней, но девушка уже забежала в свою комнату, закрыла дверь на ключ и прислонилась к ней спиной. Она столько времени сдерживала себя, а сейчас не смогла и принц все понял. Алис ударила по двери, а после обхватила свои плечи руками и осела вниз. Низ её живота стал тяжёлым из-за завязавшегося в нем узла. — Седьмое пекло — чуть громче шепота выругалась она и вдруг услышала смех за дверью. Эймонд стоял, также как и она, прижавшись спиной к двери, все это время. — Алис, открой дверь — она поняла по его интонации, что он улыбается. Девушка молчала, стараясь не дышать лишний раз. Время шло, она надеялась, что он уйдёт, но шагов так и не услышала. Вдруг по двери прошелестела ткань и Алис поняла, что он сидит также как и она, опершись спиной об дверь. — Я не уйду пока ты не откроешь. Даже если мне придётся ждать всю ночь. Она не открыла. Утром, приведя себя в порядок, она глянула в замочную скважину и выдохнула — коридор был пуст. Алис пронеслась по коридору, кинув взгляд на дверь принца. Зайдя в трапезную, она увидела его и гордо прошла мимо. — Ваше Величество — Алис подошла к королеве и поклонилась. — Доброе утро, Алис. Позавтракай с нами — она указала ей на стул рядом с собой. — Мне нужно обсудить с тобой несколько вещей. Алис опустилась на стул, поворачивая корпус таким образом, чтобы не видеть Эймонда. Королева почти все время завтрака перечисляла поручения для Алис. В конце она вдруг опустила глаза, о чем-то думая, а после подняла их и посмотрев на пустой стул Эйгона, наклонилась к Алис ближе. — Милая, я знаю, что вчера случилось. Мой сын никогда не принесёт извинений, но я обязана это сделать. Мне жаль, что так вышло и я рада, что Эймонд все уладил прежде чем — она осеклась и накрыла её ладонь. — Моя королева, нет поводов для переживаний. Всё в порядке — Алис улыбнулась ей. — Знала бы ты как я тебе благодарна. Пора приниматься за дела. Эймонд, ты закончил? Алис сопроводит тебя на занятия — огласила королева и Алис поджала губы. — С вашего позволения — Алис вскочила из-за стола, но Алисента вдруг придержала её за руку. — Ты бледная, все в порядке? — Я плохо спала прошлой ночью, все в порядке — она отвесила поклон и поспешила покинуть трапезную. Спустя пару секунд после того как она вышла, за её спиной раздались шаги. Алис прибавила ходу. Когда она зашла за угол, он нагнал её, хватая за плечо и поворачивая к себе лицом. — Я просидел под твоей дверью всю ночь — зло бросил он. — Вас ждёт учитель, мой принц. — Алис безразлично посмотрела на него. Эймонд ударил кулаком по стене рядом с её головой и круто развернувшись ушёл в библиотеку. Алис выдохнула и направилась выполнять свою работу. Сначала она заглянула в покои Эйгона и проконтролировала служанок, что убирались там, после она отправилась в покои Хелейны и помогла ей с детьми. В конце своего пути она застыла напротив покоев Эймонда. Существовало негласное правило — Эймонд не выносил ни одной служанки и только Алис было позволено убирать его покои, только она могла касаться его вещей. Она выдохнула и вошла внутрь. Девушка торопилась, стараясь успеть закончить до его прихода. Быстро все расставив по местам, она направилась к выходу и вдруг остановилась у стола. На нем лежала записка, которая была прибита к столу кинжалом. Алис опустила глаза и увидела знакомый до боли почерк и валирийский язык. — Жду тебя сегодня ночью. — сердце упало вниз. Алис вышла из покоев, оставив записку не тронутой. Когда она шла к своей двери, то увидела как принц вывернул из-за угла и поспешила скрыться за дверью. Они виделись ещё несколько раз за день, Алис видела, как он бросал на неё жадные взгляды, но сама старалась не отвечать на них. На закате она гуляла в саду с принцессой Хелейной. Между ними шла непринуждённая беседа. Вдруг она подняла голову и увидела принца на балконе. Он кивнул ей, призывая пойти за собой. — Принцесса, помочь вам уложить детей спать? — намеренно громко спросила Алис. — Я была бы тебе признательна — ответила Хелейна и увлекла девушку за собой. Следующие несколько дней она избегала его, периодически выслушивая жалобы от служанок и учителей, которые говорили, что принц не выходит из своих покоев и пьёт. У Эймонда была идиотская привычка показывать характер в неподходящий момент. Сегодня был как раз таки такой день. Визерис вдруг решил устроить семейный ужин и оповестил об этом всех ещё с утра. Эймонд встал не с той ноги и твёрдо решил что не собирается идти. Последнюю седмицу он покидал свои покои лишь ради полётов на Вхагар и занятий с Бронном. Остальное время он занимался созерцанием потолка, лёжа на кровати и пил. Ему казалось, что он сходит с ума, ведь стоило закрыть глаза и он видел её. Эймонд не хотел ничего, кроме неё. Раз за разом он вспоминал ощущение её губ и его рука предательски тянулась к восстающей плоти. Получая разрядку, он не испытывал расслабления. Его тело требовало единения с ней. Когда настало время спускаться в зал, Алис была у Алисенты в покоях и помогала ей собираться. Вдруг в дверь постучали, прошла одна из служанок. — Ваше Величество, беда! Принц Эймонд не собирается идти на ужин. Он приказал набрать ему ванную, мы думали, что он собирается, но он так и не поднялся из неё. И кажется, он пьян — губы девушки дрожали. Алисента тяжело вздохнула и двинулась было к выходу. — Моя королева, не о чем не переживайте, я все улажу — сказала Алис и сжав кулаки вылетела из покоев королевы. Быстро преодолев все коридоры, она без стука вошла в покои принца. Там было темно и кружился пар от горячей воды. — Я же сказал, чтобы меня не беспокоили. Все вон! — рявкнул принц. Алис поджала губы и сквозь клубы пара разглядела наконец силуэт Эймонда. Он сидел в ванной, спиной к двери. Алис вдруг увидела таз с водой, стоящий на столе. Опустив руку, она довольно улыбнулась, ощутив, что содержимое таза это ледяная вода. Она рывком подняла таз, подошла к ванной и окатила Эймонда. Он был в шоке и кажется мгновенно протрезвел, вытерев лицо руками уставился на неё. Вода сбила с него всю спесь и привычное каменное выражение лица. — Ваше Высочество, пора собираться — как ни в чем не бывало сказала Алис. — Вас ждут к ужину. — Ты совсем обнаглела?! Она же холодная! — Да? Простите, мой принц, не было времени проверить. А теперь извольте закончить водные процедуры и начать собираться. — Я никуда не пойду — хмыкнул он и потянулся за кубком. Алис тут же перехватила его и вылила в ванную. — Я надеюсь, что оттуда вы пить не станете — сказала она и увидела как он тянется за графином и тоже забрала его, прижимая к груди. — Если ты выльешь его, то я прикажу тебя казнить — процедил Эймонд. — Из-за вина? Ваша матушка не позволит. — Отдай! — рявкнул Эймонд и Алис, бросив крышку через плечо, начала пить прямо из кувшина. Краем глаза она видела как вытягивается лицо принца. Закончив, она отдала кувшин Эймонду. — Ваше Высочество, вас ждут к ужину — повторила Алис. — Ваша матушка очень расстроится, если вы не придёте. Эймонд откинулся назад, укладываясь глубже в воду, закрыл глаз, показывая что он не настроен разговаривать. Алис закатила глаза и взяв мочалку, принялась тереть его. — Что ты делаешь? — спросил он. — Мой принц, а на что похоже? Я вас мою. — Прямо как в детстве. — он вдруг схватил её за руку и опустил глубже под воду, в паре сантиметров от своего причинного места. — Там тоже меня будешь мыть? — он изогнул бровь, думая, что введёт её в ступор. — Если мой принц этого пожелает — ни одна мышца не дрогнула на её лице. Эймонд засмеялся и отпустил её. Алис вернулась к своему занятию и принялась поливать его голову водой. Он снова закрыл глаз, поддаваясь её рукам. Вдруг он ощутил как волна возбуждения поднимается по телу, поднимая его мужское начало. Принц представил как хватает её за руку, заставляя коснуться себя, там где ему этого хотелось все эти месяцы. — Мой принц. — раздался вдруг голос Алис около его уха, обжигая кожу. — Если вы не изволите выйти из воды, то я приглашу гвардейцев, чтобы они вытащили вас. Ладони Эймонда сжались в кулаки и он вдруг резко поднялся из воды. Это был ещё один фарс. Он вышел из ванной и повернулся к Алис, надеясь, что уж это точно собьет её с толку. Но она даже глазом не повела, обошла ванную, взяла полотенце и подошла к нему вплотную, накрывая его плечи тканью и принялась вытереть его. — Брось, неужели тебя это не смущает? — сдался Эймонд, заглядывая в её лицо. — Мой принц, я знаю вас с детства. Что я там не видела — пожала она плечами. — Когда ты купала меня в последний раз мне было 5. Неужели я не изменился? — Да, вам было 5 и вы стали стесняться меня. Выходит это вы должны быть сейчас смущены — пожала она плечами. — Простите, но у меня не было возможности разглядеть и сравнить — она обошла его, вставая сзади и принялась сушить полотенцем его волосы. — Ну так посмотри. Повнимательнее — он резко повернулся к ней. — Это, что, приказ? — Алис изогнула бровь. — Да, это приказ — процедил Эймонд и Алис опустила глаза, сохраняя маску спокойствия на лице и посмотрела на давно восставшую плоть. Она медленно подняла глаза и заметила, что принц тяжело дышит. — Да, пожалуй, вы выросли, мой принц, с нашего последнего купания — спокойно ответила Алис. — Ваше Высочество, в комнате холодно, вам стоит одеться, не дайте семеро, застудитесь. — Ты невозможна, Алис. — он рассмеялся и все-таки пошёл одеваться. Когда принц был одет, Алис подошла к нему, надавила на его плечи, заставляя сесть и принялась снова сушить его волосы. После она расчесала его и собрала верхнюю часть волос в хвост, поправила одежду, взяла со стола повязку и закрыла ей левую глазницу принца. Он вдруг поймал её руку, прижал к своей щеке, а после поднёс к губам, оставляя поцелуй на тыльной стороне её ладони. — Спасибо, Алис. — Мой принц, постарайтесь делать вид, что вы трезвы. — И это говорит мне человек, который выпил кувшин вина? — он усмехнулся и пошёл к двери, открыл её и пропустил Алис. Выйдя в коридор, она схватила его за руку и потянула в трапезную. — Мне интересно, боишься, что я сбегу или просто захотелось снова дотронуться до меня? — усмехнулся он. — А мне интересно посмотреть на ваше лицо, если я выберу второй вариант — не осталась в долгу Алис, а после она распахнула дверь, и картинно поклонившись попросила принца войти. — Прошу вас, Ваше Высочество. На её лице была победная улыбка, когда она увидела как вытянулось его лицо. А потом она прошла в зал и по одному взгляду Алисенты поняла, что та ей безмерно благодарна. Королева тихо вздохнула и кивнула девушке. Алис отошла и встала вместе с остальной прислугой. Начался ужин, за столом шла непринужденная беседа. Вдруг королева поднялась со своего места, привлекая к себе внимание. — С позволения моего дорогого мужа, я бы хотела выразить благодарность одной из наших служанок. Эта девушка отдала нам свою жизнь и верой и правдой служит нам вот уже пятнадцать лет. Я говорю об Алис Риверс. Все эти годы она была опорой нашей семье, в особенности мне и моим детям. Мой супруг и наш король великодушно позволил мне отблагодарить ее. С этой минуты Алис Риверс присваивается титул леди — королева протянула ей свиток. Алис подошла и поклонившись, взяла его дрожащими руками и развернула. Она не поверила своим глазам, на бумаге было написано, что ей присвоен титул леди и отдана земля во владение. — Теперь у тебя есть дом и ты вправе решить, хочешь ли ты остаться тут или уехать туда и заняться своей жизнью. — Мой король, моя королева. Я благодарю за оказанную мне честь. Но мой дом здесь, я буду служить вам до последнего удара моего сердца. — девушка снова склонила голову. Алисента вдруг крепко обняла её. –Ты всегда можешь уехать, если пожелаешь — прошептала она ей. –Но я так рада, что ты хочешь остаться. Алис отошла в тень к остальным слугам и шумно выдохнула. Началась музыка и Хелейна встала из-за стола, подходя к Алис. — Им стоило наградить тебя намного раньше. Ты заслужила это. Я так рада, Алис. — принцесса обняла её. Девушка вдруг обратила внимание на Эйгона, который не разделял всеобщей радости и сжимал до белых костяшек свой кубок. Хелейна вернулась за стол и что-то сказала Эйгону, тот сразу смягчился, накрывая руку жены и увёл её танцевать. Алис ощутила на себе взгляд, но не повернула головы, она знала, что Эймонд смотрит на неё, но было бы неприлично, отвечать на его взгляд. Эймонд вдруг встал и направился в её сторону, но Алис оказалась быстрее. Она подошла к королю и королеве. — Мой король, моя королева, я бы хотела ещё раз выразить благодарность. И сказать, что несмотря на ту честь, которой вы меня великодушно удостоили, я навсегда ваша раба и для меня нет большего счастья, чем служить вам. С вашего позволения, я бы хотела вернуться в свои покои, если вы не потребуете иного — она склонила голову. — Какая воспитанная девушка. Если бы все наши слуги были такими — сказал Визерис. — Ступай. Алис вышла из зала, за ней вышла и Нора. — Мне теперь называть вас госпожа? — улыбнулась ей девушка. — Нора, не говори ерунды. Я все та же Алис. — она взяла девушку за руку. — Я так устала. — Ванную? — Пожалуй. И потом иди отдыхать. Через четверть часа Алис опустилась в воду, откидывая голову назад и закрывая глаза. Поверх воды плавала пена, Алис согнула ноги в коленях, так что они выступали из-под воды. Скрипнула дверь. — Нора, милая, я же говорила, что ты свободна. Отдыхай, я справлюсь сама — промурлыкала Алис, не открывая глаз. Она села чуть выше, так что верхняя часть её груди выступила из-под воды. Вдруг по её ноге прошлось прикосновение, от колена до внутренней части бедра, и она распахнула глаза. Эймонд сидел на стуле рядом с ванной и смотрел на неё с полуулыбкой. Алис вопросительно изогнула бровь. — Мой принц, ваша дверь дальше. Вы видно ошиблись. — Ты хоть иногда бываешь другой? — Другой? — Мне интересно, какая ты, когда в тебе засыпает чувство долга. Ладно, я пришёл поздравить тебя, леди Риверс. — Мой принц, я тронута, но вам стоило зайти в более подобающее время — девушка продолжала лежать, раскинув руки на бортах ванной и откинувшись назад. — Я думал ты смутишься хотя бы для приличия — он вдруг провел пальцами по её щеке. — Ты ещё лучше, чем я представлял. — Представляли? — Алис изогнула бровь. — О, не прикидывайся, что не поняла — фыркнул принц. –Ты ведь вдвое старше меня, а выглядишь так, будто тебе двадцать. Осталась такой же, какой и была, когда мне было пять. — Благодарю, мой принц. Они правда выглядели ровесниками. Эймонд выглядел сильно старше своих лет, хотя ему едва исполнилось пятнадцать. Он вдруг подался вперёд, подцепив её подбородок пальцами и приблизился к её лицу. — Алис? — Да, мой принц. — Я мог бы приказать тебе — начал он. — Могли бы — перебила она его. — Я не хочу быть как Эйгон, не хочу брать кого-то силой. Тем более тебя. — Вы и не делаете этого, мой принц. — Поцелуй меня, Алис — она облизала пересохшие губы и исполнила его просьбу. Её язык проник в его рот, углубляя поцелуй, руки запутались в волосах. Он опустил свою ладонь под воду и сжал её грудь. — Ваше Высочество, вы намочите одежду — она разорвала поцелуй. — Тогда сними её с меня — потребовал Эймонд. Она поднялась, продолжая стоять в воде и потянулась руками к застежкам его одежды. Когда верхняя часть его тела была избавлена от ткани, Алис провела по его коже руками. Она касалась его, словно он был божеством. Не в силах ждать, он избавился от остальной одежды сам. Алис потянула его за руку и принц шагнул в воду. Он не мог оторвать от неё взгляд. Она сделала шаг вперёд, вставая вплотную к нему и первая прильнула к его губам, но долго она не задержалась на них и вскоре её поцелуи рассыпались по его шее, плечам и ключицам. Эймонд поймал её руку и увлек вниз. Алис подняла на него глаза и обхватив его рукой, совершила первое движение, заставляя принца запрокинуть голову и простонать. — Ещё, Алис — почти шепотом сказал Эймонд и она продолжила все ещё глядя на него. — Как прикажете, мой принц — она упивалась его реакцией, не смея отвести свой взор и вдруг снова начала целовать его, спускаясь все ниже. Опустившись на колени, она посмотрела на него. — Принц желает чтобы я — начала она, поглаживая его плоть. — Ты издеваешься надо мной? Заткнись и сделай это — почти прорычал он. Когда её язык коснулся его в первый раз, Эймонд думал что умрет или расплачется, настолько это было приятно. А потом она взяла его головку в рот, крепко сжимая губами, и он застонал, громко и долго. Его пальцы сжались на её плече. Алис двигалась, с каждым разом вбирая глубже его плоть, а вскоре ощутила как он стал двигать бёдрами навстречу ей и толкнулась сильнее, позволяя ему коснуться задней стенки своего горла несколько раз. Раздались характерные хлюпающие звуки, а за ним рычание принца. Он был на грани и Алис сжала губы ещё сильнее, помогая ему наконец получить расслабление. Она с пылкими поцелуями двинулась вверх и замерла напротив его губ. — Вы прекрасны, мой принц — прошептала она, целуя его. Они лежали обнимая друг друга в воде. Алис вдруг подняла голову и посмотрела на Эймонда. — Вода остыла, нужно вылезать, мой принц — сказала она, поднимаясь. Пока она перешагивала через борт и шла за полотенцем, он не мог оторвать взгляда от её тела. Она вернулась к ванной и протянула ему руку. Он поднялся и вышел, вставая напротив неё. Алис накинула на него полотенце и принялась вытирать, после она проделала тоже самое с собой и надела халат. — В комнате холодно, не хочу простудиться — ответила Алис, ловя его вопросительный взгляд. Она подошла к нему и положила руки на его плечи, поднимая лицо вверх. — Чего ещё желает мой принц? — Я желаю взять тебя, Алис –он обхватил её лицо руками и прильнул к губам, а после ощутил, что она толкает его заставляя идти, сделав пару шагов они упали на кровать, так что Алис оказалась сверху. Они жадно целовали друг друга, с губ Эймонда начали срываться тихие стоны. Алис отстранилась. — Вам нравится, мой принц? Продолжать? — Да. Руки Эймонда сжали её бедра, она прогнула спину и коснулась своим животом его. Её рука скользнула между ними, заставляя его плоть восстать вновь. — Ляг на спину. — Принц не желает, чтобы я осталась сверху? — она улыбнулась. — Не сейчас. Ляг на спину — повторил Эймонд и она послушно выполнила его просьбу. Опустившись на спину, она согнула одну ногу в колене и подтянула её к груди. Он одним движением развязал халат, оголяя её тело. — Мой принц, вы были с женщиной ещё, кроме того случая в борделе? — спросила она. — Нет. — Тогда я хочу вам помочь. Позволите? — спросила Алис и он кивнул. Она взяла его за руку, облизала его пальцы и просунула между ними, подсказывая запустить их в неё. Он повиновался и Алис простонала, утыкаясь в его шею. Он начал движение, сначала ведомый её рукой, а после она переместила свою руку на его затылок, притягивая к себе, увлекая в поцелуй. Спустя время она надавила на его руку, заставляя выйти. — Войдите в меня медленно, мой принц — прошептала она ему на ухо и он снова сделал, как она просила. — Аххх — простонала она, когда его плоть погрузилась в неё. Эймонд совершил первый тягуче медленный толчок, заставляя её ещё раз застонать, а потом стал набирать темп. — Алис? — Да, мой принц? — Я хочу, чтобы ты называла меня по имени. — Как прикажешь, Эймонд — она укусила его в плечо и прогнула поясницу, углубляя проникновение. — Боги, внутри тебя так приятно. — Что вы даже уверовали? — рассмеялась она. — Я же просил по имени. — Прости, это привычка — она поманила его к своим губам и они слились в поцелуе. Алис обхватила его бедра ногами, крепче прижимая к себе. Его руки сжатые в кулаки, упирались в кровать по обе стороны от её головы. Движения стали рваными, дыхание сбилось, она вцепилась в его плечи, сжимая и закрыла глаза. Сдерживать стоны стало невыносимо, она сжала губы, прикусывая язык. — Эймонд — на выдохе проговорила она, спина её прогнулась, а мышцы ослабли. Несколько толчков и она ощутила как он излился в неё, простонав в её волосы. Он лёг на спину рядом с ней и Алис повернувшись на бок, положила голову на его плечо. — В ночь перед свадьбой Хелейны, она пришла к тебе. Я слышал ваш разговор — начал Эймонд переводя дыхание. Алис привстала, глядя на него. — И что же вас интересует, мой — она осеклась и закатила глаза. — Эймонд. — Ты что, правда ходишь в бордель? — До того дня, когда на меня напали не ходила. И потом ещё около года, тоже нет. А после я поняла, что боюсь мужчин и захотела избавиться от этого страха — начала она рассказывать. –Это получилось не сразу. На третий визит ко мне подошла женщина. Мы долго разговаривали и она вдруг призналась, что спасла меня в тот день. Те двое бросили меня, подумали, что я умерла. Она дотащила меня до замка. — А потом я нашёл тебя в своей комнате — Эймонд посмотрел в сторону двери. — Мне не стоило тогда заходить, но я не могла мыслить здраво. Это был единственный день в моей жизни, когда я боялась. Я боялась, что не исполню волю твоей матери. — Как много у тебя было мужчин? — Помимо тех двоих — один. Почти восемь лет я была с одним мужчиной. –Ты его любишь? — Конечно нет. — А меня? — спросил он вдруг. Алис наклонилась ближе к его лицу слегка улыбнулась и закивала головой. Они долго смотрели друг на друга, а потом она поцеловала принца, так долго и нежно, будто бы они видят друг друга в последний раз. — Я запрещаю тебе прикасаться к другим мужчинам. — Конечно — она прижалась к нему, а после встала с постели. — Куда ты? — спросил принц, разглядывая ее тело. — Нужно кое-что уладить — она завернулась в халат и вышла из покоев. Вернулась она с чашкой, над которой клубился пар. Алис достала какой-то свёрток и принялась смешивать что-то в чашке. — Это что, лунный чай? — он подошёл к ней, заглядывая в чашку. — А если я скажу, что хочу от тебя детей? — Если мой господин пожелает, то я подарю ему детей. Но не сейчас — она закончила, спрятала ингредиенты и выпила содержимое чашки. И подняла на него глаза –Я никогда у тебя ничего не просила. — Что ты хочешь? — он обхватил её лицо ладонями. — Останься со мной до утра. — Ты думала, что я уйду? Справедливости ради скажу, что ты рано выпила эту дрянь — он тронул чашку. — Мой принц, переоценивает мои возможности. Мне ведь уже не 20, я не так вынослива — Алис кокетливо улыбнулась и коротко поцеловала его в плечо. — Ты что же откажешь мне? — он изогнул бровь. — Как я посмею. Мой принц желает меня ещё? — спросила она и Эймонд толкнул её к кровати. Какое-то время они просто лежали обнимая друг друга. Алис перебирала пальцами его волосы и гладила по голове, пока не поняла, что он спит. Вскоре сон настиг и её. Утром она проснулась от касаний к своей щеке. Она открыла глаза и улыбнулась, а после перехватила руку принца и прижала к губам. — Пора вставать — проговорила она и перелезла через Эймонда, вставая на ноги. Он продолжал лежать, пока Алис приводила себя в порядок. Закончив, она подошла к кровати и протянула ему руку. — Возвращайся в свои покои. Я скоро приду и помогу собраться тебе. Эймонд кивнул, оделся и подошёл к двери. Алис выглянула первой, проверяя безопасность пути, а после выпустила принца. Она вернулась к себе, вскоре пришла Нора. — Мне стоило явиться раньше? — Нет милая, я в состоянии собраться сама. Прикажи, чтобы слили ванную — сказала Алис и покинула помещение. Сделав пару шагов, она замерла напротив двери Эймонда и постучала, а после вошла внутрь. — Ваше Высочество, доброе утро — дежурно проговорила она. Эймонд переодевался и Алис принялась ему помогать. Она держалась так, будто ничего не произошло. Принц хмыкнул и потянулся к её губам, но она уперлась ладонью в его грудь и строго посмотрела. — Это приказ — тихо сказал он. — А я отказываюсь его выполнять — в тон ему ответила она и надавила на его плечи заставляя сесть. Закончив с его волосами, она пробежала глазами по нему, поправила одежду и распахнула дверь, приглашая выйти в коридор. Пока они шли по коридору, Алис остановилась у двери принцессы Хелейны и постучала. — Ваше Высочество, вам нужна помощь? — спросила она, не открывая дверь. — Нет, милая — ответила принцесса и Алис двинулась дальше. Она хотела распахнуть дверь трапезной, но Эймонд опередил её, пропуская вперёд. — Ваше Высочество, вы так добры — она склонила голову и прошла в зал. Там она сразу же подошла к королеве. — Ваше Величество, доброе утро. — Доброе утро, Алис. Ты помнишь о моей просьбе? — спросила королева, намекая на предстоящий поход в город. — Конечно. — Позавтракай с нами — Алисента кивнула ей на стул, приглашая сесть. Алис склонила голову и собиралась выдвинуть его, но поверх её рук легла рука Эймонда. — Леди, позвольте помочь вам — сказал он, забирая стул. Алисента улыбнулась. — Хоть кто-то из моих детей знает что такое манеры. Вскоре в зале появился Эйгон, Хелейна и их дети и начался завтрак. Старший принц кинул несколько взглядов на Алис, собираясь что-то сказать, но Хелейна сжала его руку. Алис поднялась из-за стола и склонила голову, глядя на королеву. — С вашего позволения, королева, принцу пора на занятия — она двинулась к выходу. Эймонд поднялся и пошёл следом. Он нагнал её в коридоре. — Она снова отправляет тебя в город. — Да, мой принц. — Я пойду с тобой. — Это исключено — она открыла дверь библиотеки, пропуская его вперёд. Эймонда уже ждал учитель. Алис кивнула ему и пошла к стеллажам, разглядывая полки. Она уходила все дальше и дальше, читая названия на корешках. Наконец, она определилась с выбором и вытянула книгу. В следующую секунду её обхватили руки, разворачивая к себе, а после её губы накрыли чужие. — Ты с ума сошёл?! — она оттолкнула Эймонда. Они стояли в узком проходе между стеллажами, скрытые от чужих глаз. — Эймонд, вернись к учителю. Он вздохнул, взял книгу с полки и послушался. Алис опустилась на тахту и опустила глаза на страницу. Когда занятие было закончено, Алис сопроводила принца в его покои и переодевшись в плащ, покинула замок.

***

Алисента билась в истерике, сжимая свои же волосы. В покои вошла Алис. Девушка сразу поняла, что что-то не так. — Что он сделал? — без предисловий спросила она у своей госпожи. — Он заставил меня прикасаться к нему — она не сказала ничего больше, но больше и не требовалось. — Ваше Величество, это перешло все границы. Нужно что-то делать! — Алис, я в ловушке. Я ничего не могу. И сама же в этом виновата — задыхаясь от слез говорила Алисента. Алис провела в покоях королевы ещё несколько часов, успокаивала её и приводила в порядок. Когда она вернулась в свои покои в них было темно она прошла к окну у уперлась руками в подоконник. Так она простояла какое-то время, а потом вдруг с остервенением начала бить рукой по поверхности. — Да чтоб сгореть ему в пекле! Провалиться! Проклятый калека! Извращенец! — бормотала она, продолжая бить подоконник. А потом резко развернулась, одергивая платье и пошла в сторону кровати и тут же замерла. Всё это время на её кровати сидел Эймонд и наблюдал за ней. — Я надеюсь, что это было не про меня — он подошёл к ней, укладывая руки на её плечи. — Что случилось? — Ничего — ответила она, мотнув головой. — Помнишь, мне было пять и ты взяла с меня обещание, что я никогда не буду тебе врать? Я его сдержал. И прошу от тебя того же. Что случилось, Алис? Ты ведь была у матушки? У неё какие-то проблемы? — Она оторвет мне голову. Я не могу сказать — продолжала она сопротивляться. — Алис — Эймонд сжал её плечи и встряхнул. — Будет лучше, если ты сама мне скажешь. Я же уже знаю, что что-то не так, а значит начну выяснять. — Ни слова никому, хорошо? Ты ведь знаешь, что твоя матушка и Тиланд Ланнистер… — она осеклась и Эймонд кивнул. — Об этом знали только ты и я. Но около трех лет назад к ней в покои заявился Ларис Стронг. Он узнал об их связи и стал шантажировать её. Сначала было терпимо — он иногда приходил к ней и… Боги, мне перевалило за тридцать, а я сейчас краснею как девочка. Это отвратительно, Эймонд. Я даже не хочу произносить это вслух. — Алис… — Эймонд начинал злиться. Она подняла одну из его рук со своего плеча и поцеловала его костяшки. — Он извращенец. Просил показывать её ступни и сам в этот момент самоудовлетворялся. Так было около года, потом ему стало этого мало и он просил её показывать грудь. Мы думали, что он успокоился — она осеклась и подняла наконец взгляд на принца. — Он заставил твою матушку касаться его. — Почему вы обе молчали? — Эймонд начал повышать тон. — Потому что Ларис запугал её, сказал, что есть доверенное лицо, которое обо всем знает и если с его головы упадёт хотя бы волос, то этот человек все расскажет его величеству. — Ублюдок! — выругался Эймонд и попытался скинуть руки Алис, но она сжала его ещё сильнее. — Эймонд, пожалуйста, успокойся. Это ужасно, но принимать решения во гневе будет ошибкой. Этим ты только навредишь своей матушке — она обхватила его лицо руками. — Ну же, посмотри на меня. — Я не могу это так оставить — их взгляды встретились. — Я знаю. Я и не прошу об этом. Прошу лишь подумать прежде чем что-то совершать. Он наконец выдохнул и прижал Алис к себе, утыкаясь в её волосы. Она стала гладить его по спине, успокаивая. — Идём — спустя время сказал Эймонд и потянул её за руку к выходу. — Куда мы? — К Эйгону. — Зачем? — Алис, заткнись и передвигай ногами. Иначе я оставлю тебя здесь. Принц Эйгон спал с самого утра. Прошлой ночью он крепко пил в одном из борделей. Его сладкий сон был бессовестно прерван. — Эйгон! — прогремел голос брата. –Поднимайся! — Пошёл в пекло — промямлил Эйгон и отвернулся. — Я сказал поднимайся! — Эймонд схватил его за волосы. — Ай! Хватит! Хватит! Отпусти! — он наконец сел и стал тереть глаза. Эйгон посмотрел на брата, а потом перевёл взгляд на Алис. — Что она здесь делает? — Закрой рот и слушай — Эймонд наклонился к нему и тихим шёпотом заговорил. –Мы нужны матушке. Долго объяснять, но её несколько лет шантажировал Ларис. Сегодня все зашло слишком далеко. Он опорочил её. — Что?! — вскрикнул Эйгон, тут же трезвея. Эймонд заткнул его рот ладонью, предотвращая дальнейшие крики. — Тише, идиот — прошипел младший принц. — Мы должны что-то сделать. — Что ты предлагаешь? Я не стану пачкаться в крови. — Нет. Мы не будем его убивать, но нужно запугать его, найти что-то, что напугает его. — Не только у Лариса есть уши в этом замке — наконец подала голос Алис. — За это время я хорошо изучила его. Все что мы можем — застать его врасплох. Я знаю, что он ходит в один из борделей и даже знаю к кому и что делает. — Предлагаешь поймать его там? — Нет. Я предлагаю поймать его здесь, а туда доставить для беседы. Владелица этого борделя моя знакомая. Я договорюсь с ней, чтобы мы зашли незамеченными через чёрный ход. — Когда ты сможешь сходить к ней? –спросил Эймонд. — Да хоть сейчас — пожала плечами Алис. — Одна ты ночью туда не пойдёшь. — Я мог бы милосердно сопроводить леди Риверс — встрял Эйгон. — Сопроводить и остаться там? — она изогнула бровь. — А я был так близок к успеху — пробубнил Эйгон, надувая губы. — Его нельзя оставлять без присмотра. И тебя я одну не отпущу. Идём все вместе — сказал Эймонд. Через четверть часа они, сокрытые плащами, двигались по улицам королевской гавани. Алис шла вперёд уверенно и безошибочно. Вскоре они были почти в порту. Несколько поворотов и они застыли напротив неприметной двери невзрачного здания. — Ты уверена, что не ошиблась дверью? — насмешливо спросил Эйгон и тут же отхватил от брата. Алис постучала и ей открыла женщина, красивая, высокая и черноволосая. — Алис? — она округлила глаза. — Пропустишь? Есть дело — без предисловий сказала Риверс и вошла внутрь, за ней последовали братья. Темноволосая повела их куда-то, пока не остановилась в покоях, которые по видимому были её кабинетом. — Что за дело? — спросила женщина, вглядываясь в спутников Алис. Братья продолжали стоять с натянутыми до подбородков, капюшонами. — Селиса, ты ведь знаешь Лариса Стронга? — Конечно. Он частый гость в стенах моего заведения. — Он совершил ужасную вещь. Я прошу тебя об услуге. Завтра вечером мы придём с ним сюда. Мне нужна будет комната с толстыми стенами. Не переживай, пачкать кровью твоё заведение мы не собираемся. И мы должны войти и выйти незамеченным. — И сколько ты дашь мне за это? — сверкнула глазами Селиса. — Сколько попросишь. Это очень важно, я готова отдать тебе все что у меня есть. — Я поняла. Приходите завтра после заката к двери с другой стороны. О цене договоримся после. Путники двинулись обратно в замок. Как только они вышли на улицу Эйгон вдруг застыл. — А может быть я подожду вас до завтра здесь? — сказал он. Алис закатила глаза и подошла к нему вплотную. — Ваше Высочество, потерпите до завтрашнего вечера. Сначала завершим начатое, а после можете хоть переехать сюда. Пока они пробирались, Эймонд пытался объяснить Эйгогу как важно, чтобы завтра старший принц был во вменяемом состоянии. Кажется, у него получилось достучаться до брата. Алис двигалась к своим покоям в одиночестве. Зайдя внутрь, она быстро скинула платье и переоделась в ночную сорочку. Она уже лежала в кровати, когда в покоях появился Эймонд. Алис села в постели. — Завтра сложный день. Может быть не стоит сегодня — начала она. — Так говоришь, будто я никогда не приходил просто переночевать — перебил её Эймонд, попутно расстегивая пуговицы. Алис поднялась на ноги и стала помогать ему. Эймонд сел на кровать и принялся за обувь. Алис проскочила к стене, садясь за его спиной. Она подалась вперёд и поцеловала принца в затылок, зарываясь в его волосы. Руки легли на его плечи, она стала осторожно массировать их. Эймонд что-то промычал, поддаваясь её рукам. Вскоре они лежали, обнимая друг друга. Голова Алис покоилась на плече принца, он гладил её волосы. Они смотрели друг на друга, когда Алис заговорила. — Несколько лет я видела в огне одноглазого дракона. Каждую ночь он раз за разом поглощал меня. Я долго не могла понять о чем это видение — она провела кончиками пальцев по его руке, вдоль вен. –Сначала я боялась твоего огня, а потом мне захотелось сгореть в нем. Я считала ночи, проведённые с тобой, запоминала каждое прикосновение и взгляд, сейчас я сбилась со счета сколько раз просыпалась рядом с тобой. Я никогда ничего не боялась. Разве что подвести твою матушку, не выполнить её поручение. А теперь я боюсь того дня, когда нам придётся расстаться. — О чем ты? — Тебе почти шестнадцать. Тебя заставят женится. Твоему дому нужны союзники и твой брак будет хорошим способом их заполучить. Я стараюсь не думать об этом, но иногда ночами я плачу, думая о том, как смогу жить без тебя — она все ещё смотрела на него. — Когда настанет этот день я брошусь в пасть к Вхагар. — Я не собираюсь женится и становиться разменной монетой. Если они станут меня заставлять — сожгу этот замок дотла — он вдруг схватил её за горло, сжимая. –Я сверну тебе шею, если ещё раз услышу что-то подобное — он приблизился к её лицу и хмыкнул. — Хотя бы для приличия сделай вид, что боишься. — Смерть от твоей руки не может вызвать во мне страха. Если ты сейчас задушишь меня, я буду счастлива и благодарна за оказанную мне честь. — Любишь меня? — он сильнее сжал руку. Алис подалась вперёд и обхватила его лицо руками. — Я люблю тебя — прохрипела она и его пальцы ослабли. Алис обхватила его руку, которой он мгновение назад держал её, и принялась целовать. Она уложила голову обратно на его плечо, прижимаясь к нему и тихо запела на валирийском. — Я помню как ты пела её мне в детстве — проговорил принц. Вскоре они провалились в сон. День прошёл как обычно. Алис выполнила поручения королевы, а после отправилась в сад, чтобы помочь Хелейне с близнецами. Алис ходила по дорожкам сада, держа Джейхейру за руку. Девочка вдруг потянулась к кусту роз. — Вы хотите посмотреть? — Алис подняла Джейхейру на руки и принялась показывать ей цветы. — Смотрите, это белый цвет, а это розовый. Вам нравится? — к ним подошли Хелейна и Джейхерис. — Мне больше нравятся белые — проговорила принцесса, склоняясь над цветами. –А тебе Алис? — Мне? — она задумалась, а потом прошла вперёд и застыла напротив куста с красными розами. — Красные. — Я почему-то так и подумала. Они так хорошо выглядят рядом с твоими волосами. — Спасибо, Ваше Высочество — Алис присела. Джейхейра вдруг выдернула свою руку и побежала вперёд. Риверс проследила взглядом за ней и увидела Эймонда, который стоял в нескольких шагах от них. Он был в полурасстегнутой рубашке и с раскрасневшимися щеками. — Эйгон был с тобой на тренировочном поле? — спросила Хелейна и он кивнул, подхватывая девочку на руки. Его глаза зацепились за тонкий платок, повязанный на шее Алис и он улыбнулся, он знал что под ним следы от его пальцев. Утром он вышел из её покоев позже, чем следовало, потому что увлечённо целовал эти следы, оставленные им прошлой ночью. Эймонд сделал несколько шагов вперёд, становясь напротив Алис. Она сразу же протянула руки, забирая Джейхейру. — Болит? — тихим шёпотом спросил он. Алис подняла на него глаза и отрицательно покачала головой. Он едва заметно коснулся её руки, когда девочка перелезала с его рук к Алис. Она улыбнулась, продолжая смотреть на него, а потом вздохнула, развернулась и пошла прочь. Вечер наступил незаметно. Алис возвращалась в свои покои, желая хоть немного перевести дух, после проделанной работы. Она открыла дверь и закатила глаза. На её кровати лежал Эйгон, Эймонд сидел за столом, читая, оставленную ей утром книгу. — Стоило ли приходить сюда? Нас могут неправильно понять — сказала она. — Мою репутацию уже ничего не испортит. Даже связь с тобой — бросил Эйгон. Алис увидела, как сжался кулак Эймонда. — Ваше Высочество, вы правы. Ваша репутация безнадежно испорчена, а вот моя пока в порядке. Хотелось бы, чтобы так оставалось и дальше — как не в чем не бывало проговорила Алис. Младший принц вдруг залился смехом, оборачиваясь на Эйгона. — Мне нужно несколько минут и мы можем идти. Алис подтащила ширму и взяв другое платье, менее объёмное и приметное, скрылась за ней. Комнату заполнял красноватый свет солнца, которое начинало свой закат. Сквозь ширму просвечивался силуэт ведьмы. Она дернула шнуровку и платье упало к её ногам, после стянула с шеи платок. Алис взяла сменное платье и принялась надевать его. — Тебе ведь больше тридцати — послышался голос Эйгона. — А сиськи такие, будто семнадцать. Хелейна тебя вдвое младше, а у неё грудь провисла. — Тень может врать — усмехнулась Алис, собирая свои волосы. — Наша принцесса выкормила своей грудью двоих детей. У меня ведь не было детей. — Могу помочь это исправить. Ты трахалась с кем-то после блошиного конца? — Эйгон! — рявкнул Эймонд. — Ты можешь хоть иногда думать о чем-то другом? — Я думал, пока она не разделась. С кем я вообще разговариваю. Ты бы не заметил, даже если бы она стояла голой прямо перед нами. — Если вы закончили — Алис вышла из-за ширмы, поправляя платье, а после платок на шее — То предлагаю идти. Алис шла впереди и ощущала как ее спину прожигает самый пошлый из взглядов. Ну нет, она не доставит ему такого удовольствия. Походка её гордая и твёрдая становится властной и угрожающей. Покои Лариса были угловыми. В коридоре царила тишина и пустота. На первый взгляд. Из-за угла показалась голова. Это был младший принц. Под ней появилась голова Эйгона. Спустя секунду выглянул и Алис. Картина весьма комичная — два принца и правая рука её высочества, следили за коридором. — Пусто. Можем идти — прошептала Алис. Они двинулись вперёд и Эймонд толкнул дверь покоев, она тут же поддалась. — Какой самоуверенный — фыркнул Эйгон. Все трое прошли внутрь и принялись оглядываться. Лариса не было и это играло на руку. Вдруг в коридоре раздались шаги. — Спрячьтесь и не высовывайтесь — прошептал Эймонд, вставая сбоку от двери. Алис дернула Эйгона за руку, увлекая за шкаф. Пространство было ужасно узким и они стояли вплотную. Алис ощущала как принц дрожит и тяжело дышит. Она зажала его рот рукой и красноречиво посмотрела, призывая к тишине. Он кивнул и, прикрывая глаза, принялся успокаивать дыхание. Когда дверь открылась, Эйгон вцепился руками в талию Алис, прижимаясь ещё сильнее. Она точно видела, что он боится и снова глянула на него, стараясь хоть как-то привести его в чувства. Ларис прошёл вперёд, стоя спиной к двери к которой уже прижимался Эймонд. — Доброй ночи, лорд Ларис — обманчиво спокойным тоном сказал младший принц и Стронг изрядно вздрогнул. Мужчина медленно обернулся. — Ваше Высочество, чем обязан столь позднему визиту? — До меня дошли слухи, что вы довольно часто навещаете мою матушку. Могу я узнать причину вашей преданности? — Я и правда предан вашей матери — Ларис сделал шаг назад. — Я лишь приношу ей полезную информацию. — Да что вы. Интересно. Посвятите меня? — Эймонд играл с ним. — Я плохо понимаю вас, Ваше Высочество. — Довольно! Сейчас вы наденете плащ и пойдёте со мной. Это ясно? — принц шагнул к нему. Он наступал на него до тех пор, пока они не уперлись в стену. Ларис вдруг развернулся, огибая Эймонда и бросился к двери. Времени думать не было. Алис выскочила из своего укрытия и одним движением обхватила его со спины, приставляя кинжал к горлу. — Я же сказал, сидите тихо — буркнул Эймонд. — Ты шутишь, он почти ушёл. Или ты собирался играть с ним в догонялки в коридоре на глазах у стражи? — также тихо проговорила Алис. Ларис брыкался и Риверс прижала кинжал сильнее. — А с каких пор вы на ты? — Эйгон вышел из-за шкафа, сводя брови к носу. — Что вы хотите со мной сделать? — пропищал Ларис. — Заставить отвечать за твоё бесчестие — отвела Алис. — Бесчестие? Право, леди Риверс, я никак не возьму в толк, о чем вы тут говорите. — Довольно игр. Ты извращенец! — не унималась Алис. — Я сейчас опущу лезвие и мы поговорим. На наших условиях. И только попробуй сделать хоть шаг в сторону двери — Алис отпустила его и Ларис оказался в кругу из трех пышущих злом людей. — Занятно, что вы говорите о моем бесчестии, но закрываете глаза на деяния вашей госпожи. Если вы тронете меня хоть пальцем — завтра вся королевская гавань узнает о её связи с Тиландом Ланнистером. — Ещё одно слово о королеве в подобном тоне и я перережу ваше горло и выну через эту дыру ваше бессовестное сердце! — Алис махнула кинжалом перед его лицом. — Я предлагаю сделку — сказал Ларис. А после лёг на пол. Эйгон ударил мужчину в лицо и после тряхнул кулаком. — Эйгон! — одновременно прошипели в ужасе Эймонд и Алис. Девушка тут же опустилась на колени и принялась проверять жив ли Ларис. — Что ты творишь? — начал Эймонд. — Упрощаю нашу жизнь и берегу время. Долго вы ещё собирались трепаться с ним? Он бы не пошёл с нами. А теперь пойдёт. — Умник, теперь нам придётся тащить его на себе через всю королевскую гавань — Эймонд был зол. — Он жив? — Да — ответила Алис, выпрямляясь и схватилась за голову. — Седьмое пекло! И зачем я вообще пошла с вами! Он же мог умереть! Боги, за что мне все это — причитала она. — Успокойся. Уже поздно сокрушаться. Между прочим, если бы ты не выскочила из-за шкафа, то Эйгон был бы под присмотром. — Если бы я не выскочила из-за шкафа, ты бы упустил его! — Подеритесь ещё. Хватит! Все хороши. Попёрлись сюда, без плана, без ничего — встрял Эйгон. — Нужно завернуть его во что-то и идти к этой твоей Селисе. Скоро стража меняется, если не успеем проскочить — нам конец — на принца уставились полторы пары глаз. — Ну что вы смотрите. А как я по вашему ухожу из замка ночами? Алис подошла к кровати Лариса и дернула с неё покрывало и простынь. Они быстро обернули тело и Эймонд взвалил его на плечо. Путники вышли в коридор. Алис и Эйгон шли впереди, проверяя путь. Выйти из замка было не так сложно, как казалось, а вот пройти по улице незамеченными ещё предстояло. Эйгон вдруг остановил Алис и что-то зашептал ей на ухо, она кивнула и он ушёл. Они с Эймондом встали под лестницей. — Зачем ты его отпустила? С ума сошла? — Твой брат умнее, чем кажется. Он придумал как решить проблему с гвардейцами, которые могут увидеть нас. — И как же? — Нужно переодеть Лариса в плащ. Эйгон пошёл на кухню за вином. Обольем его и в случае чего скажем, что он напился и мы несем его домой. Вскоре Эйгон вернулся с кувшином в руках. К этому моменту Ларис уже сидел, прислоненный к стене в плаще. Алис взяла кувшин и пролила немного на голову мужчины, потом на одежду под плащом и отставила его в сторону. Она увидела как Эйгон тянется к нему и ударила его по руке. — Ай! — Потерпите, Ваше Высочество. Эймонд снова взвалил Лариса на плечо и они выскользнули из замка. Они были уже почти у порта, когда их остановили гвардейцы. — Доброй ночи — Алис скинула капюшон и ослепительно улыбнулась. Мужчины тут же растаяли. — Мой непутевый муж снова напился. Его собутыльники милосердно согласились помочь мне доставить его до дома — Риверс картинно хлопала глазами и накручивала волосы на палец. Когда гвардейцы ушли, Алис отвернулась и закатила глаза. — Недоумки. Принцы одновременно фыркнули из-под плащей. Алис обошла дом с обратной стороны и коротко постучала. Им открыла Селиса и быстро пропустила их внутрь. Дальше она повела их по пустынным лестницам куда-то вверх, пока они не оказались в покоях. Довольно просторных, они состояли из двух частей, отделенных перегородкой друг от друга. Эймонд опустил Лариса у стены и присел на кровать, потирая плечо. Эйгон слегка пнул ногой пленника. — Это был хороший удар. Интересно, сколько он ещё проспит — хмыкнул Эймонд. — Вот уж не думал, что когда-то услышу от тебя похвалу. — Да ты не привыкай. Алис вошла в покои в руках с кувшином и закрыла дверь. Подойдя к Стронгу, она откатила его водой, он сразу же открыл глаза, нервно вздыхая. — Узнаешь? — насмешливо спросила Алис, обводя глазами стены. Ларис кивнул. –Ты что думал, у тебя у одного есть уши и глаза в замке. Ты не знаешь с кем связался, урод! Говори, кто твоё доверенное лицо! Кому ты разболтал?! Ларис молчал. Время шло, а он не проронил ни слова. — Будешь молчать, я скажу ему, чтобы он снова тебя вырубил — Алис кивнула в сторону Эйгона. — Мы вышли из замка незамеченными, и тут нас никто не видел, тебе никто не поможет. Говори! — Алис, позволь мне — подошёл Эймонд. Он замахнулся и Ларис завопил. — Нет! Нет! Не бейте! Я никому не говорил. Я это выдумал, чтобы обезопасить себя. Честно. Никакого доверенного лица нет. — Я был почти уверен в этом — фыркнул Эймонд. –Если ты ещё раз подойдёшь к моей матери или попытаешься сказать хоть слово о ней, я размажу твою голову. Но перед этим весь замок узнает о твоих изврщениях. Ты меня понял? — он встряхнул его, хватая за ворот. — Если не понял, то скажи сразу. Я отрежу тебе язык сейчас. — Я понял, Ваше Высочество. Я все понял. Я принесу королеве извинения. — Не вздумай. Не приближайся к ней больше никогда — прошипел Эймонд. Алис снова вышла из покоев и вернулась с Селисой, которая держала мешок и веревку в руках. Женщина подошла, связала Ларису руки, надела на голову мешок и кивнула Алис. — Нужно унести его отсюда в подвал. Пусть переночует там и подумает о том, что мы ему сказали. Чтобы точно запомнил — сказала она принцам. Эймонд взвалил его плечо и пошёл за Селисой. Вскоре они вернулись в покои. — Ты обещала назвать цену — обратилась Алис к женщине. — Это я уже удалил — ответил вместо Селисы Эймонд. –Ты же не думала, что я позволю тебе платить за это? — Селиса, мы можем поговорить? — Алис увела её в коридор. Когда они остались наедине, Алис уложила свои руки на плечи женщины. — Милая, ты ведь понимаешь, кто пришёл со мной? — Конечно понимаю. И понимаю что нужно молчать. Не переживай. — И все-таки, вот — она вложила мешочек в руки женщины. — Это лишнее, Алис. — Нет, возьми. Я думаю, что мы останемся здесь на ночь. На улице полно гвардейцев. Мы дождёмся утра и тогда уйдём. — Спуститесь в трактир? У меня есть хорошее вино. — Пожалуй. Алис вернулась в покои, попросила принцев надеть на головы капюшоны и поманила их за собой. Они вошли в трактир, который был необычайно чистым и аккуратным. Там не было привычных столов, громкой музыки и огромного количества людей. Каждый стол находился в отдельной кабинке, вход в которую был завешен тканью. Играла ненавязчивая музыка, между кабинками ходили вполне прилично одетые девушки, который разносили гостям вино, а при желании могли выполнить и другие прихоти гостей. Никто не спал где попало, как это было в борделях на шёлковой улице. Если гость желал интимного уединения, то девушки уводили их на верхние этажи в комнаты. Алис, Эймонд и Эйгон прошли в одну из кабинок и принцы наконец сняли плащи. Эйгон сразу же принялся ощупывать себя, явно пытаясь что-то найти. Он поднял глаза на младшего брата. — Не смотри на меня. Я отдал все что у меня было Селисе — он опередил его вопрос и Эйгон грустно вздохнул. Вдруг перед ним на стол упал небольшой мешочек, громко звякнув. Принц глянул на Алис. Она закатила глаза. — Ну не говорите мне, что вам неловко — фыркнула она. Подумав о чем-то Эйгон сложил руки на груди и откинулся спиной на стенку кабинки, прикрывая глаза. — Ваше дело. Вскоре к ним вошла девушка. Она поставила перед ними кувшин и три кубка, налила в них вино и вышла. Воцарилась тишина. Все молча пили, переваривая прошедшую ночь. Эйгон вдруг засмеялся. — У вас были такие рожи, когда я уложил его — сказал он сквозь смех. — Я думал, что ты расплачешься, Алис. Хотя незадолго до этого, махала кинжалом у его рожи. Признаться, я удивлён. Не думал, что ты так можешь. — У вас сегодня вечер открытий — хмыкнула Алис, отпивая из кубка. Она намекала на разговор о её груди, пока она была за ширмой. — Ты, кстати, так и не ответила. Мне просто интересно, у тебя кто-то был? Ты такая стерва, неужели есть человек, способный уложить тебя в кровать? — Эйгон — прошипел Эймонд. — Представьте себе. У нас с вами больше общего, чем вы думаете. Вам ведь тоже нравится бордель Миранды — Алис сверкнула глазами. — А я то думал, что ты как мой братец в септоны записалась — засмеялся Эйгон и Эймонд закатил глаз. –Что? Я переживаю за твою будущую жену. Ты уже, наверно, и забыл как и что делать за три года. — Эйгон, заткнись! — Эймонд ударил по столу. — Ты такой нервный, потому что не трахаешься. Алис, скажи ему — не унимался Эйгон. Все трое сидели на разных скамейках. Старший принц вдруг плюхнулся на скамью около Алис и закинул руку ей на плечо. — Ну раз мы выяснили, что ты не молчаливая сестра, можем оставить его здесь и вернуться в покои. Как тебе идея? — Ваше Высочество, ежели вы желаете получить удовольствие, то здесь есть специально обученные девушки. Вам ведь нравятся светловолосые, высокие и длинноногие, а я, кажется, не очень то подхожу под это описание — Алис вырвалась из-под его руки и вышла из кабинки. Эймонд тут же схватил брата за ворот. — Ты хоть иногда можешь не вести себя как животное? — А что я сделал? Мне давно было интересно какая она. Сейчас подвернулась возможность, почему я должен упускать её — пожал плечами Эйгон и Эймонд встряхнул его сильнее. — Держи свой член на месте. Иначе я тебе его сломаю. — Хелейна тебе не скажет за это спасибо. Знаешь, я думал, что не смогу спать с ней. В первый раз было тяжело. И сейчас тоже тяжело. Я привык к страсти в постели, а с ней мне стыдно себя так вести. Но иногда мне хочется нежности и, пожалуй, лучше неё этого никто не умеет. — Ты мог бы и не обсуждать это. Она ведь тебя любит — Эймонд отвёл глаза. Ему было неприятно обсуждать сестру в таком ключе. Его спасла Алис. Она вернулась в кабинку, держа за руку девушку. Красивую, высокую и светловолосую. Алис что-то прошептала ей на ухо, улыбаясь, и указал на Эйгона. Девушка кивнула и, подойдя к старшему принцу, села ему на колени и увлекла его в поцелуй. Эйгон опешил, но через пару мгновений его руки стали блуждать по телу девушки. Алис села напротив Эймонда и улыбнулась, наблюдая за его вытянувшимся лицом. Вскоре девушка увела старшего принца в покои, а Эймонд и Алис остались в кабинке наедине. Риверс прислонила кубок к губам, скрывая улыбку. — Почему ты так смотришь на меня? — спросил принц. — Мой принц смущен. Мне это нравится — она поправила волосы и откинулась на стенку кабинки, прикрывая глаза. Она почувствовала как Эймонд сел рядом с ней, обнимая за плечи, а потом его пальцы потянули платок на её шее. — Ты вовремя избавилась от Эйгона. Ещё немного и я бы скинул его в подвал к Ларису. — Я думаю, что мы теперь долго его не увидим. Девушка весьма умела — Алис уложила голову на его плечо. — Я надеюсь, что Ларис все понял и мы не сделали хуже. — Пусть только попробует не понять. Он выглядел напуганным, я думаю, что вряд ли он осмелится. — Но я все равно приставлю к нему хвост — она провела кончиками пальцев по его предплечью. — Я думала, что Лариса ударишь ты, ну на крайний случай сама я, но не Эйгон. Все-таки ему не плевать на вас всех. На матушку, тебя и Хелейну — она вздохнула. — Я устала. — Пойдём наверх? — спросил Эймонд и Алис кивнула. Он надел плащ и они вышли. Оказавшись в покоях, они услышали стоны из-за перегородки, что отделала одну часть комнаты от другой. Алис ослабила крепления платья и сняла его, оставаясь в тонкой ночной рубашке. Эймонд снял плащ, камзол и остался в белой рубашке и штанах. Он лёг в кровать к стене и раскинув руки, поманил Алис. Она легла спиной к нему и он крепко обнял её, зарываясь в её волосы и целуя в затылок. Стоны за стеной продолжались. Алис вдруг ощутила как в её поясницу уперлось возбуждения Эймонда. Она завела руку за спину и протиснула её между ними, сжимая окаменевшую плоть сквозь ткань штанов. Эймонд выдохнул, пуская волну мурашек по её телу. Его губы покрывали требовательными поцелуями её шею и Алис повернулась к нему лицом, продолжая касаться его. — Нас ведь может увидеть Эйгон — прошептала Алис. — Именно из-за этого я хочу тебя ещё больше — Эймонд поцеловал её, кусая за губы. –Он не увидит нас. Сначала он нас услышит — принц улыбнулся и снова накрыл её губы. Следовало остановится, но алкоголь сделал свое дело. Не сказать, что они были сильно пьяны, но разум их был затуманен. Эймонд уложил её на спину, подминая под себя и снял с неё сорочку. Его губы обрушились на её грудь, обхватывая сосок и затягивая его в рот. Алис простонала, запрокидывая голову. Закончив с одной грудью, принц переключился на другую, а после двинулся вниз. Алис извивалась, утопая в ласках Эймонда. Стало невыносимо терпеть, она была близка к концу, но он вдруг отстранился. — Мой принц — прошептала она, садясь и развязывая шнурки его штанов. Освободив его изнывающую плоть, девушка несколько раз провела по ней рукой, подалась вперёд и обхватила головку, крепко сжимая губами. Она совершила несколько движений и откинулась назад, укладываясь на спину. Эймонд навис над ней, закидывая её ногу к себе на плечо и медленно вошёл в неё. Именно так она любила. Алис вцепилась ногтями в его спину, с её губ сорвался рык. Толчки были такими глубокими и резкими, что она забылась и отдалась эмоциям. — Братец, ты все-таки решился — прогремел голос Эйгона. Пара была накрыта тонкой простынью, которая скрывала ноготу их тел. Эйгон стоял, прислонившись плечом к перегородке и наблюдал за братом со спины. Эймонд проигнорировал его и его движения стали ещё резче, поднимая новую волну стонов. — Я уж думал, ты не научишься. Интересно, кто же смог тебя уговорить. — Пошёл вон — тяжело дыша ответил младший принц. Эйгон прошёл к двери и опустился в кресло, оказываясь напротив кровати, на которой лежали Алис и Эймонд. Лица Риверс не было видно, зато раскрасневшееся и покрывшееся испариной лицо брата было видно отчётливо. Эйгон наблюдал, подпирая лицо кулаком. Эймонд просунул руку между ними и коснулся её самой чувствительной точки. — Забудь про него. Мы вдвоём — сказал младший принц, наблюдая как Алис сжимает губы, глотая свои стоны, а после накрыл её губы. Вскоре она закончила, сопровождая это громкими криками. Эймонд излился следом. Принц обессилев, опустился на Алис, придавливая её своим телом. — Эймонд, мне тяжело — она поцеловала его в плечо и вдруг услышала как Эйгон подавился вином. — Кажется пора бросать пить — сказал он переводя дыхание. — Мне показалось, что это голос Алис. Эймонд приподнялся на руках, они переглянулись с Риверс, одинаково закатывая глаза. После младший принц поднялся, оделся, накинул плащ и вышел из покоев. Алис тем временем отвернулась лицом к стене, сильнее укрываясь простынью. Вскоре вернулся Эймонд и лёг рядом с ней, оставаясь в одних лишь штанах. Алис повернулась к нему лицом и коротко поцеловав, провалилась в сон. Под утро Эймонд перевернулся на спину, Алис улеглась на его плечо. Эйгон встал чтобы отлить. Он прошёл мимо кровати брата и вдруг застыл и медленно повернулся. — Седьмое пекло — одними губами проговорил старший принц. Пришло время покидать бордель. Лариса привели из подвала, надели на него плащ и пригрозили, чтобы он шёл рядом тихо. — Может, врезать ему ещё раз? — спросил Эйгон, когда Стронг был доставлен в его покои. — Пошли — Эймонд дёрнул его за рукав, уводя прочь. Алис ждала их в коридоре. Когда принцы вышли, она отвесила поклон и развернувшись пошла в свою комнату. Эймонд и Эйгон пошли в покои старшего принца. Как только за их спинами закрылась дверь, Эйгон круто развернулся и внимательно посмотрел на брата. — И давно вы трахаетесь? — без предисловий спросил он. На лице его была улыбка. — Что? — Я может быть и тупой, но не слепой. И как она? — Ещё слово и я — начал Эймонд. — Свернешь мне шею, знаю — Эйгон развернулся и улегся на кровать. — Ну у вас же был не первый раз вчера? –Не первый — Эймонд сел в кресло, поправляя волосы. — Я надеюсь, ты понимаешь, что надо молчать об этом. — Конечно понимаю. Но я хочу знать подробности — Эйгон ещё больше расплылся в улыбке и сверкнул глазами. — Она такая стерва, как ты смог уложить её? — Не нужно говорить о ней в подобном тоне. Алис много сделала для нашей семьи, особенно для матушки. В тот день в блошином конце её изнасиловали по твоей вине. — По моей? — Эйгон возмутился. — Мать отправила её в город за лунным чаем для служанки, которую ты опорочил. Она возвращалась назад, когда на неё напали — младший принц обернулся на брата. –Я до сих пор ненавижу тебя за это. Они надолго замолчали, думая каждый о своём. — Я люблю её, Эйгон. Никогда никого не любил, а ее люблю. И я готов убить любого, кто попытается ей навредить или обидеть. Даже тебя. Даже нашу матушку. Потому что в этом замке, гори он в пекле, меня никто не любит, кроме неё и никогда не любил. Тебе ли не знать. — Меня любит Хел — пожал плечами Эйгон. — Я не люблю её, но понимаю о чем ты говоришь. Я бы тоже свернул шею тому кто обидел бы её или детей. Это так странно, да? Чувствовать, что тебя кто-то любит? Они снова замолчали. Вскоре Эймонд поднялся на ноги и пошёл к двери. — Женись на ней — догнал его голос брата у самой двери. Эймонд застыл. — Они женят тебя на ком-то и вам придётся расстаться. Я много раз слышал, как матушка и наш дед обсуждали это. А если узнают о вашей связи — её в лучшем случае вышлют отсюда. Женись. Или ты потеряешь её. Эймонд хлопнул дверью. Алис вернулась в свои покои поздно. Она еле стояла на ногах, после тяжёлого дня, а ещё ночью она мало спала. В покоях было темно и прохладно. Она повела плечами и принялась зажигать одну свечу. Когда пламя вспыхнуло, она увидела, что на её столе стоят цветы — красные розы. Алис улыбнулась и коснулась одного цветка. На её плечи легли руки, заставляя вздрогнуть. Она обернулась, обхватывая руками лицо Эймонда. — Что за привычка подкрадываться? — Хотя бы в эти моменты ты боишься меня. Пусть всего миг — он провел губами по её лбу. — Хочешь чтобы я тебя боялась? — Таргариены всегда были безумны. Нас бояться и это позволяет нам править. — Тогда ты истинный король. Тебя в этом замке бояться больше всех. — Я не король. И никогда им не стану — он мотнул головой, пытаясь скинуть её руки со своего лица, но она лишь крепче сжала пальцы. — Я видела в огне. Ты можешь быть королём. А пока ты король для меня, я подчиняюсь только тебе — она увлекла его в поцелуй. — Подчиняешься, значит? А если я скажу, что хочу жениться на тебе? — спросил он, отстраняясь. — Ты же знаешь, что тебе не позволят. Я ваша рабыня, у меня ничего нет. А твои матушка и дед хотят чтобы твой брак был выгоден. — Я же сказал, я не собираюсь быть разменной монетой. — Тебя никто не спросит. — В таком случае и я никого спрашивать не собираюсь — он сжал её плечи. — Давай поженимся. В тайне. И тогда они ничего не смогут. — Разве что казнить меня — фыркнула Алис. — Зачем тебе это, Эймонд? Я старше тебя в два раза. Тебе найдут молодую, красивую жену и ты забудешь меня. Она родит тебе детей, будет тебя любить, сделает счастливым — Алис говорила спокойно, ни одна эмоция не выдавала то, что внутри неё бушевал ураган, норовящий сломать её ребра и разгромить все вокруг. Эймонд вдруг закрыл её рот ладонью. — Заткнись — процедил он, наклоняясь к её лицу. — Я ведь говорил, что сверну тебе шею? — спросил он и она кивнула. Он вдруг отпустил её, развернулся и пошёл прочь. Алис смотрела ему в спину, сдерживаясь изо всех сил. Да, это должно было закончится. И видимо настало время. Дверь закрылась. Она развернулась к ней спиной и уперлась руками в стол, опуская голову. Она не плакала. Не могла себе позволить. Она кричала, но внутри. Ногти прошуршали по поверхности стола, она обхватила себя руками за плечи, будто бы стараясь сдержать образовавшуюся в груди дыру. К горлу поступил комок и она громко сглотнула. Алис не сдержалась и беззвучно заплакала. Она сгибалась все ниже и ниже к столу и зажимала ладонью рот, сдерживая крики, которые все равно вырывались наружу. Она вдруг выпрямилась и взяла бумагу. Ровным красивым почерком написала: «Моя королева. Я предала Вас. Я люблю вашего сына. Из-за этого я не могу остаться здесь. Я буду честна — мы были близки с ним, но ему хватило благоразумия, в отличие от меня, разорвать эту связь. Сначала я хотела покончить с собой от стыда за то что предаю Вас, но я не хочу отягощать вас организацией похорон, ведь я этого не заслуживаю. Вы удостоили меня титула леди и даровали землю и дом. Я уеду туда и проведу там остаток своей жалкой жизни. Вы были мне семьёй. Я благодарна Вам за все и прошу прощения за свои проступки. Ваша Алис.» Она сняла с ноги кинжал и прибила письмо лезвием к столу. После она собрала вещи, деньги и облачившись в плащ, покинула замок. Алис пришла в бордель к Миранде. Взяла вино и закрылась в комнате одна. Впервые в жизни она напилась до беспамятства. Эйгон не мог заснуть. Почему-то его задели слова брата. Он поднялся с кровати и вышел из покоев. Он свернул в крыло, где находились покои Алис и замер — он увидел, как она выскользнула из комнаты и словно тень пошла к выходу из замка. Все бы ничего, но она была с узлом вещей. Первое что он сделал — зашёл в покои. Ему сразу же попалось на глаза письмо. Пробежавшись по нему глазами, он округлил глаза. — Вот идиотка! — он вышел из покоев, держа в руках письмо и двинулся следом за Алис, но потом замер и подсунул письмо под дверь брата и постучал. Эйгон быстро напал на след Алис и словно тень двигался за ней по улицам королевской гавани. Она пришла в хорошо известный ему бордель и закрылась в комнате. Когда большинство посетителей ушли или закрылись в других покоях, он подошёл к двери и прислушался — тихо. Двери в борделях были хлипкими и он с лёгкостью и без лишнего шума выбил её. Алис лежала на полу. — Пекло! Ну не говори что ты померла — прошипел он, хватая её за плечи. Алис что-то пробормотала и он выдохнул. Она была пьяна до ужаса. Эйгон отпустил её и она снова улеглась на пол. Он понимал, что её нужно вернуть в замок, но как это сделать — не знал. Если он потащит пьяную женщину через королевскую гавань, то его сразу же остановят гвардейцы. Он решил, что придётся ждать пока она протрезвеет. Это была первая ночь, когда он был в борделе, но не был пьян и не трахал очередную шлюху. Эйгон сидел на полу, облокотившись спиной на кровать и не заметил как заснул. Эймонд сидел на кровати в своих покоях, обхватив голову руками. Вдруг в дверь постучали. Он подошёл и увидел на полу листок. Прочитав его содержание, он вылетел прочь и зашёл в комнату Алис. Там было пусто. — Седьмое пекло! — он вышел из помещения и пошёл в покои Эйгона. Когда он не обнаружил брата, в его сердце закралась странная мысль… Алис открыла глаза, подняла голову с пола и обомлела — рядом сидел Эйгон. Она пыталась вспомнить прошедшую ночь, но была до сих пор пьяна. Алис быстро поднялась, подхватила узел и пошла прочь. Вчера она хотела уехать, а теперь к ней пришла другая мысль — Вхагар. Эймонд влетел в бордель и сразу же бросился на Миранду, хватая женщину за плечо. — Где Эйгон?! — взревел он. Женщина закивала головой и повела его к покоям. Дверь была открыта, Эйгон спал сидя на полу. — Вставай! — он дёрнул брата, поднимая его на ноги. — Ты что творишь? — Где она?! Что ты с ней сделал?! –Эймонд горел от злости. Эйгон покрутил головой в поисках Алис и побелел ещё больше не увидив её. — Ты тронул её? — Да хватит орать! Никого я не трогал. Я ночью решил извиниться перед ней за блошиный конец, пришёл, а ее нет, на столе письмо. Я подсунул его тебе под дверь и пошёл за ней. Она напилась здесь, заснула. И я заснул. Она видно убежала. — Идиот! Почему ты не позвал меня с собой?! — Это я то идиот? Ты утром мне говорил как любишь её, а ночью она пишет нашей матери, что ты её бросил. Давай, думай. Куда она могла пойти? Братья накинул капюшоны и пошли вниз. Эймонд кинул Миранде мешочек и они вышли на улицу. Какое-то время они шли молча, а потом младший принц обернулся на брата с открытым ртом. — Вхагар — проговорил он в ужасе и они оба бросились бежать. Алис подходила к драконьему логову. Она еле передвигала ногами из-за слез. Она рыдала навзрыд, громко всхлипывая. Оставалось пройти около пятисот метров, когда Вхагар подняла голову из-за камня и посмотрела на источник звука. Алис сделала ещё пару шагов вперёд и упала на колени, давясь от слез. Какое-то время она продолжала плакать, упираясь лбом в землю, а потом подняла корпус, продолжая стоять на коленях и посмотрела на драконицу. — Убей меня! Сожги! — прокричала она, охрипшим голосом. Вхагар смотрела на неё, не понимая что происходит. — Сожги! Пожалуйста, Вхагар! Братья неслись по улицам, вскоре местность сменилась — яма была близко. Оставалось вбежать в горку и повернуть. Эйгон вдруг споткнулся и упал плашмя лицом вниз. Эймонд обернулся на него. — Беги! — рявкнул Эйгон. И брат побежал ещё быстрее. Когда он увидел её, Алис стояла на коленях на приличном расстоянии от Вхагар. Но огонь все равно бы дотянулся. — Дракарис, Вхагар! — завизжала Алис. — Алис! — Эймонд рванулся в последний раз и покатился по земле, прижимая Алис к себе. Они закатились за камень и над их головами пронеслось пламя. Эймонд в панике поцеловал её несколько раз в лоб и заглянул в лицо. — Эймонд — прошептала она, прежде чем потерять сознание. Он поднял её на руки и пошёл прочь. Эйгон все это время наблюдал на ними, сидя на земле. — Нас ведь уже хватились в замке? — спросил Эймонд. — Конечно. Солнце уже высоко, никто давно не спит. Идём, выбора у нас нет. Когда они вошли в ворота замка на них тут же кинулась Алисента. Было видно, что она что-то хочет сказать, но увидев Алис она ахнула, прижимая ладонь ко рту. — Матушка, доброе утро — спокойно сказал Эйгон. — Седьмое пекло! Это что такое? — выпалила Алисента. Братья переглянулись и залились смехом. Они впервые услышали ругательства из уст своей глубоко верующей матери. — Это по вашему смешно? Они зашли в замок и пошли в покои Алис. Как только девушку уложили на кровать, королева снова налетела на сыновей. Эйгон стоял ближе и она схватила его за ухо. — Ай! Я ведь уже не ребёнок! — взвизгнул он. — Отвечай! Что случилось! — Я напился. Алис увидела меня и проследила за мной. Я зачем-то пошёл в драконье логово. Солнечный огонь бросился на меня из-за того что я был пьян, Алис меня отпихнула и вот — Эйгон говорил очень уверенно. Алисента поверила, но потом сощурила глаза и повернулась на младшего сына. — А ты там как оказался? Опять летал на Вхагар ночью? — спросила она Эймонда он тут же кивнул, радуясь, что мать сама придумала ему алиби. — Вы оба наказаны! Никаких полётов, занятий, ничего! Сидите в своих покоях! Спорить было нельзя и они кивнули головами. Вскоре пришёл мейстер и Алисента выгнала сыновей из покоев. — Спасибо — сказал Эймонд, когда они оказались в покоях. Эймонд махнул рукой. — Мне так часто влетает, что одним пинком больше, одним меньше — плевать — он заложил руки за спину и насвистывая пошёл в свои покои. Эймонд хмыкнул и ушёл к себе. Алис разлепила веки, в горле у неё пересохло, болела голова. Да у неё вообще все болело. Она сфокусировала зрение и поняла, что лежит в своих покоях. Память возвращала её во вчерашний день. Она помнила все урывками. Последнее что смогла вспомнить — огонь Вхагар. Алис сделала усилие и попыталась сесть. Её кто-то схватил за плечо. Она повернула голову и на глаза навернулись слезы. — Опять куда-то собралась? — Эймонд усмехнулся, но глаза его были серьёзными. –О чем ты думала? Она тебя почти поджарила. И эта записка. Ты дура, Алис, поняла меня? — Ваше Высочество, вам нельзя здесь находится — выдавила она. Эймонд закатил глаз, а потом потянул за руки, заставляя сесть. Он опустился на колени рядом с кроватью. Из-за их разницы в росте, получилось так, что их лица были на одном уровне. — Эймонд, это нужно прекратить. Так нельзя — пробормотала она. Он накрыл её губы. — Хватит. Нет. Нельзя — она оттолкнула его. Эймонд обхватил её запястья и повалил её на кровать, нависая сверху и прижимая её руки над головой к подушке. Его губы метались по её коже, оставляя кровавые засосы. — Остановись. Эймонд отпустил её руки и обхватил её лицо. Глаза его стали какими-то мутными, губы дрожали. Он оставил несколько пылких поцелуев, а потом внимательно посмотрел на неё. — Я много о чем подумал, пока ты спала. Сначала я хотел избить тебя. Потом скормить Вхагар. Но это все не то. Знаешь что я решил? — он поцеловал её в висок. — Я люблю тебя. — Что? — одними губами спросила Алис. А потом отвернулась и заплакала, громко всхлипывая. — Вообще-то я думал, что ты будешь рада это слышать. Я подумал, что ты так часто мне говоришь, что любишь, а я ни разу этого не сделал за все это время — Эймонд снова прильнул к её коже, уходя все ниже. Она обхватила его плечи, прижимая к себе. — Эймонд, нас увидят — Алис глянула на окно из которого светило солнце. Он будто не слышал её. Избавившись от штанов, он задрал подол сорочки и подхватив под поясницу, вошёл. — Ахххх. — Уже не так важно, да? — спросил он, усмехаясь на её стон. Толчки были резкими и грубыми, но даже таким она его любила и отдавалась без остатка. Алис прогибала спину, позволяя входить так глубоко, как ему того хотелось, подавалась вперёд и запрокидывала голову, обнажая свою кожу для его поцелуев и укусов, позволяла сжимать себя до синяков. Наконец они ослабли, почти одновременно. Эймонд лёг на спину и прикрыл глаз, но вскоре открыл обратно — Алис перевернулась на живот и подперев себя руками смотрела на него в упор не моргая. — Что? — спросил он. Алис улыбнулась, покачала головой и улеглась к нему на плечо. — Мы вчера не закончили, ты не ответила на мой вопрос. –Ты же знаешь, тебе стоит только приказать. Я подчинюсь любой твоей воле — она вдруг начала вставать. — Дай угадаю, нужно кое-что уладить? — хмыкнул он, хватая её за руку. — Вы совершенно правы, Ваше Высочество — в тон ему отозвалась Алис. — Не пей больше эту дрянь. Я запрещаю. — Эймонд, если я не буду её пить — начала Алис. — То родишь мне ребёнка. Я запрещаю тебе пить эту дрянь — повторил Эймонд, заставляя её лечь обратно. –И не вздумай ослушаться. — Твоя мать убьёт нас обоих — вздохнула Алис. — Забудь о ней. Я не собираюсь делать так как они хотят. Никто не выполняет свой долг, а почему я должен? — он провел по её животу и поцеловал в лоб.

***

Императрица даровала Лейнору имя «Ифит», он сбрил валирийские волосы и начал учить итийский. Друг детства познакомился с молодыми князьями, мужчина заинтересовал их тем что может рассказать о Вестеросе и семье матери, о чем она не хотела говорить, многое умалчивала. Морской Туман летал вместе с Сиракс над островом, драконы никогда не чувствовали такой свободы, их кормили всадники, а страже запрещали приближаться. С маленькими драконами в основном проводил время Антерос, старшие продолжали увлекаться круглосуточными тренировками, а Гимерос изучал множество других чудовищ, читал книги и просил дядю привезти хотя бы их чучела. Персефона почти не выходила из своих покоев, большая часть государственной работы досталась ей, Тирион прибыл к госпоже и стал помогать держать империю, как регентше. По обычаям, регентом должен был стать Гефест, но он совершенно не знался в политике и управлении державой. Ланнистер оставил бы после себя последствия, которые пришлось долго и дорого разгребать. Геба использует годовой расход из казны на сады и золочение всего вокруг от зданий до статуй. По острову разносился грохот, строительство не останавливалось даже ночью, план рассчитывался на создание крепости размером с город, будут казармы для войск, конюшня, огромная подземная тюрьма, сад, библиотека и дом для императорской семьи. Яму для драконов строить не будут, Персефона решила проверить предположение, что на полной свободе, без цепей на шеях, без блюстителей ящеры вырастут быстрее и массивней. Сиракс не изменилась в размере за десять лет разлуки, как и Морской Туман. Всадники не могли понять в чем причина, в писаниях Валирии изложено: «драконы растут всю жизнь». Первое, что изменили валирийцы это рацион ящеров, у подножья гор поставили несколько загонов с травоядными, привычными овцами, свиньями, а также с незнакомыми бизонами, буйволами, антилопами гну. Туман и Сиракс теперь сами выбирали, ловили пищу, и ели столько, сколько захотят. Огромные копытные им пришлись по вкусу, валирийцы пылали надеждой, что это повлияет на состояние ящеров, их рост вновь продолжится. Дети долго думали над именами для маленьких драконов, это были две самки и один самец. Совместными усилиями мальчики выбрали имена, основываясь на цвете их чешуи. Морганикс — так назвали самку цвета розового золота, Селеникс — белая самка и Ларимар — старший, темно синий самец. — Тирион, присмотри за ними. Нас Фил зовет, мы не надолго! — влетел в комнату к Ланнистеру Деймос и поставил корзину со спящими ящерами на стол, — У меня нет времени нести их к Сиракс в горы. Не забудь их покормить! — сказал в спешке князь и задыхаясь от пробежки по дворцу выбежал за дверь и направился к тренировочному полю. — Я вам не нянька! — прошипел Тирион выбежавшему мальчику вслед. — Чтоб вас циклоп побрал! Десница подорвался со стола и уже было хотел выйти на поиски Персефоны, но оставить спящих, огнедышащих детенышей дракона одних, пожалуй, опасно, они могут проснуться и поджечь что угодно, а страшнее — улизнуть, тогда императрица точно лишит его головы. Оставалось только не сводить глаз с корзины и надееться, что ящеры не проснутся к возвращению отпрыска Таргариенов. «Будь проклят тот день, когда я забрал полумертвую валирийку в Квохоре!» — подумал мужчина, увидев, как малыши стали открывать глаза. Ящеры были в хорошем настроении и стали вылезать из корзины, подползали все ближе к няньке. — Держись от меня подальше, демон! — отодвигал от края стола с помощью ножон, пихая в грудину Морганикс, напряженный Тирион. Самка начала чесать голову об кожанные ножны, которые отталкивали её от человека. Она будто дразня мужчину расправила крылья, способные покрыть уже почти весь стол и залетела прямо ему на плечо. Ланнистер замер от неожиданности. Острые, тонкие когти впивались сквозь кафтан из телячьей кожи, в шею поступал поток горячего дыхания, а в ушах звенел скрежет издаваемый существом. — Кыш! — дрожащими руками Тирион попытался снять дракона с себя, — Брысь! — попытки были тщетными, — Изыди! — крикнул мужчина и Морганикс подлетела выше, на голову Ланнистеру. На столе уже происходил игровой бой между Селеникс и Ларимаром, неуклюжие детеныши с длинными шеями и выдающимися по сравнению с телом и головой крыльями сбили на пол всё, что находилось на столешнице. Они крутились вдвоем словно в танце. — Не драконы, а голуби какие-то! — пробухтел мужчина наблюдая за вальсом и терпя на своей макушке Морганикс, которая по всей видимости создавала из кудрявой копны волос удобное гнездо. — А я смотрю, вы поладили! — зашел к деснице Ифит и засмеялся. — Смейся, смейся… Тебе долго не жить. — отморозил Тирион. — Какого Тифона ты стоишь?! Иди снимай с меня это чудовище и забирай их всех! — Ты ей понравился! — улыбнулся Ифит и снял Морганикс с головы мужчины, самка залезла на плечо валирийца. Ещё два дракона забрались на туловище Ифита и он понес их в горы, предупредив об этом мальчиков. Морской Туман ластился к Сиракс, но та решительно отбивалась от ухаживаний. Всадники стали замечать накал отношений между драконами и не знали, что предпринять. С одной стороны, они могут принести драгоценное потомство, любая тварь нуждается в паре, в любви, но с другой, Сиракс всегда принадлежала Караксесу, всю её жизнь и гораздо раньше чем когда она расцвела, как самка. Сможет ли она подпустить к себе Тумана намного ближе? Однако, Морской Туман точно стал отчимом для детей Караксеса, он игрался и воспитывал малышню. Вечер Антерос проводил в пещере у ящеров и пытался заниматься их обучением. Впрочем, слушалась его только Селеникс, она желала общения с ним. — Дракарис, Селеникс! — положил возле самки кусочек мяса юный князь. — Ты же видела, как это делает мама и Туман. Давай, повтори! — Антерос сильно уставал, как и братья, за насыщенный обучением день, но с изнывающими ногами поднимался высоко по склонам к своим воспитанникам. Персефона уже спокойно отпускала сыновей к драконам, они точно знали, что им можно делать, чего нельзя и сами ящеры очень любили князей. Селеникс вертела головой смотря на мясо и лежащего на земле пещеры мальчика. — Дракарис. — ещё раз изнемогши произнес Антерос, не надеявшись увидеть выполнение команды. Самка вытянула шею, начала открывать пасть, издавая рев и выдохнула синий поток пламени поджарив кусок ягнятины. — Молодец, Селеникс! Умница! — подпрыгнул на ноги от радости князь. Селеникс издала восторженный рокот и принялась есть поживу. — Как ты ещё на ногах стоишь? — зашла в пещеру Персефона улыбаясь сыну. — С трудом. — повернулся Антерос. — Селеникс выполнила «дракарис», у неё синее пламя. — Надо же, она тебя слушается. — мама подошла к сыну и положила ладонь на его щеку, — Я думаю, Селеникс выбрала тебя своим будущим всадником. — гладила ребенка Персефона, — Они очень быстро растут. Здесь им хорошо. Когда у тебя появятся дети, тут, пускай боги будут милостивы, родятся ещё много драконов и они тоже станут всадниками.       — Мама, почему ты не рассказываешь нам о своей семье? Ведь ты родилась в Вестеросе, а там с десяток драконов. — поднял вопросительный взор Антерос.              — Когда нибудь я расскажу все. Но сейчас, я не готова к этому и вы тоже. — тяжело ответила женщина.              — Прости, я не хотел опечалить тебя, мамочка. — мальчик заметил, как изменилась в лице Персефона, когда вновь услышала вопрос о её происхождении.              — Совсем нет, все впорядке. — Персефона нежно поцеловала сына в лоб, — Иди отдыхать, уже ночь, пора спать. А я должна провести время с Сиракс.              Антерос предъявляя уважение поцеловал руку матери, приставив к ней лоб и пошел спускаться к замку.              Персефона провела сына взглядом, а после вернулась к любимице. Сиракс следила за играми детей и блаженно урчала, Марахай оказывал на неё положительное действие. И внешне был заметен результат любви всадницы, вместе со свободой, чешуя стала блестеть металлом, активность повысилась. Круглый день Сиракс летала над островом, ловила копытных, пока её детьми занимались сыновья Ниры.              Морской Туман стал куда крупнее, чем был, когда прилетел в И-ти. Его размер сравнялся с Пламенной Мечтой, которая была его матерью.              Маленькие драконы росли с движением солнца, что очень радовало императрицу, этого показателя достаточно, чтобы удостовериться в надлежащим кормлении и уходе. К тому же малыши были безумно красивыми, вряд-ли они вырастут похожими на чудовищ, эти драконы будут изящны и величественны, под стать Поднебесной империи. Их шеи и хвосты такие же длинные, как у родителей. Селеникс — белая копия Сиракс, не имеет острых шипов, завораживает своей красотой, Морганикс — такая же изящная, как мама, но покрыта шипами, подобно Мелеис, а Ларимар был схожим на обоих родителей одинаково, но, как подобает самцу, имел выдающийся размер и острые шипы.              Персефона обняла Сиракс за шею, та ещё громче заурчала, она почувствовала насколько устала женщина. Ей было сложно одной, без Ареса, который окутывал теплом и заботой. Засыпать одной в холодной постели непривычно, от части тоскливо и грустно. Так будет ещё долго, война не закончится через пару лун, речь о годе или нескольких. У императрицы словно нет почвы под ногами, за столько лет брака, Аресу удалось получить чувство необходимости в нём, привязанности, каждым своим словом он поддерживал жену, показывал свою любовь. Защита и поддержка исчезли одновременно. Да, сыновья безгранично любят маму, клянутся в том, что защитят её если появится необходимость, растут настоящие рыцари, но ей необходима другая любовь, как к женщине. Персефона давно не испытывала всепоглощающую страсть, муж не был жгучим любовником, он совершенно иначе Деймона демонстрировал чувства, секс с Аресом был долгим, но медленным, осторожным, нежным. Император четко знал свои границы, например, с рождения Деймоса грудь жены нельзя сжимать, а соски вовсе трогать, ей становилось жутко больно, даже когда исчезло молоко. Он не разрешал удовлетворять его ртом, это Арес считал низким занятием и его неуважением к матери своих детей. Секс, по мнению императора, также как и брак должен основываться на взаимоуважении, соответственно господина или госпожи быть не могло.       Муж старше первого, а её на двадцать четыре года. Ощущалось, что ему все более не необходимо соитие, он исполнял супружеский долг для удовольствия молодой жены. Настолько Арес был мудрым мужчиной, что и сам понимал её потребности, хоть жена никогда не позволяла себе о них говорить.              Иногда Персефона ловит себя на мысли, что её в такой же мере хочется совокупления, как и присутствия мужа рядом. Она никогда не позволит себе изменить Аресу, пускай теперь её тело и изнывает от желания горячей близости.       Потребность подавляет гигантское количество работы, вся политика империи в папирусах теперь лежит на ней. Персефона с утра до ночи проводит за рабочим столом гнущимся под тяжестью бумаг, ей бы желали помочь многие, правда, они попросту не знают и скупой части политической ситуации в стране, огромного количества вельмож и не способны писать Вольным городам на высоком валирийском без ошибок.              И вот, за тяжёлый день в работе, она стоит возле Сиракс, потому что обещала как должно уделять внимание и не может себе позволить ни прийти к дракону. Персефона попросила Гефеста сделать новые седла, дело не в красоте, а в их лёгкости. Убрав золото, упростив сиденье на выходе получилось седло, которое только позволяло держаться на драконе. Этого было достаточно для мирной жизни в Марахайе и вечерних прогулочных полетов. Да и одевалось оно очень легко и быстро. Поэтому после каждого полёта седло снималось и перед ним одевалось по новой.              Вечерние полеты над островом завораживали дух. Бурлящие вулканы освещали твердь и небесный свод, что ночь, казалось, не начиналась никогда. Эфир горел красно оранжевым цветом, сквозь вулканический дым пробивались крапинки звезд.       Персефона наслаждалась видом на крепость с высоты, она в точности походила на ту, что делал отец из камня. За её стенами вместо пустых холмов Драконьего Камня, стояли джунгли, в которых жили сотни зверей. Гимерос под присмотром Гефеста или Ифита блуждал по ним целыми днями, принося в замок птиц, что нуждались в помощи. Мальчик ловил и змей, он точно мог определить их вид, особенно любил отлавливать ядовитых и сколько бы мама не просила ни трогать их, безуспешно.              Арес так и не увидел Сиракс со своей женой после дня похищения дракона, но ему приходили письма. Он был безумно рад, что ящер принял свою всадницу, еще более, когда получил послание о вылупившимся потомстве, а также, что Лейнор согласился на условия Персефоны и у империи теперь два взрослых дракона.              Деймос и Фобос восторгались драконам не меньше Антероса, но когда Ларимар показал интерес к общению с Гимеросом, свободной осталась только Морганикс. Братья пришли к единому согласию, делить между собой её не станут. Конечно, оба хотели стать драконьими всадниками и младшие братья преуспели в общении с ящерами.              Однако, связь между старшими была настолько крепкой, они не хотели, чтобы один из них остался без дракона, поэтому с трудом приняли решение, что всадниками станут только вместе, когда свободных ящеров будет два.       Мальчики отвлекались от идеи драконов на тренировках с Филоктетом, спартанское обучение отражалось на их телах, недетские мышцы были исцарапаны узорами.              

***

             Первое, что стали предпринимать итийско-иббенийские войска, это выгонять дотракийцев от территорий бывшей Валирийской республики, Пестрых гор. Шесть военных лагерей были размещены в разрушенных городах Сарнорского царства, из него и совершались атаки на орды дикарей. С помощью Караксеса, Степи горели каждую ночь. Победить дракона кочевники не смогут никак, они не владеют стрельбой из лука, копья высоко не летают. Деймон словно забыл о последних событиях в семье, он забыл о Вхагар, пропажа Лейнора перестала его волновать, дочек небось совершенно не волнует где их отец, с Рейнис им будет куда лучше, чем с ним в Пентосе, где они будут большую часть времени одни, ждать папу с попойки. Иногда, он задумывался о Сиракс, эта потеря продолжала не давать покоя его голове.              По сравнению с вестероскими вояками, эти, по наблюдению Деймона, пили куда меньше и о женщинах редко заводили разговор. Собутыльника найти не получилось, но ему выделили роскошный шатер с несколькими бочонками итийского вина, вот такое радушие людей востока. Иббенийцы взяли в лагерь пару десятков наложниц, что слегка утешило вновь неженатого мужчину.              — Я готов смотреть на это вечно. — ухмыльнулся Арес и похлопал Деймона по плечу, они наблюдали за горящим вместе с дотракийцами полем. Гудело жалобное ржание горящих заживо лошадей кочевников. В воздухе стоял густой дым и запах сожженной плоти.               — Красиво горит. — засмеялся Таргариен и обернулся к Караксесу, который доедал чей-то труп.              Спустя несколько лун итийский войскам удалось вытеснить врага и построить линию обороны от Саллоша вниз до Хаздан Мо. В честь успеха император приказал накрыть пир.              — Расскажи нам, Деймон, о Вестеросе. Где только мои драккары не швартовались, а вот на твоей родине я не был. — повернулся к принцу король Иббена. — У вас много драконов? Наверное, порядок в стране полный, с таким то оружием и подданные верны, уважительны.              — Если бы так было… Меня здесь бы не было. — сухо ответил Деймон продолжая глушиться вином, прочистил горло и звонко поставил кубок на стол. — Ящеры есть, а их истинные всадники, драконы Таргариены вымерли. Остались только бараны бастарды.              Арес кажется, мог понять всю глубинную суть слов принца, он знал многое о политике Семи Королевств, отправляя соглядатаев, ему было интересно, что происходит на родине жены. Нет, он не строил планы по захвату Вестероса, по крайней мере на ближайшее будущее, но его Персефона имела права на царствование и муж видел, что одной из её мечт был Железный трон. Кто бы отказался от возможности забрать целое королевство, особенно, когда есть на него право. Огромная драконья мощь находилась в руках короля без дракона больного проказой, а его наследник валириец лишь наполовину. Арес не знал о Таргариенах только секрет смерти Рейниры, о её браке с Деймоном. Прочая информация была ему доступна. То, что Деймон возглавляет партию «черных» император также ведал и предполагал, что золото ему нужно для войны.              Персефона говорила, что лучше на троне будет сидеть её дядя, чем недобрат и Вестерос им не нужен, она будет возводить свою Малую Валирию в И-ти. Поэтому заплатить кораблем золота за службу Деймону дело верное, пускай пробует заполучить трон, раз Персефона на его стороне.              Юнкай доставил подарок императору, ссылаясь на благодарность за истребление дикарей, это был роскошный золотой скипетр полностью усыпанный драгоценными камнями. Арес взял его в руку, скептично осмотрел, повертел перед собой и положил обратно. Он ненавидел лесть, а города Залива работорговли давно угрожал разнести, в частности убить всех их господ, за сотворение беспредела на континенте.              — Пора загнать девиц и наказать воинов, что вкрай распустили руки. Не военный лагерь, а дом терпимости какой-то! — с топотом зашел Харальд в шатер императора, который был в компании Таргариена и Джейме.              — Пусть отдохнут, бои тяжёлые. — спокойно отреагировал Арес продолжая мастерить ювелирное украшение за столом.              — Что может расслабить лучше женского тела? — иронично сказал Джейме, — Если ты считаешь это беспорядком, то ты давно не воевал с Тирионом.              — Куда же ты сослал фляжника? — засмеялся конунг обращаясь к Аресу.              — Помогает Персефоне с регентством. — ответил император, — Только бы не поубивали друг друга. — закатил глаза мужчина, Ланнистер расхохотался.              — Я надеюсь Её Величество уже загнала его в тюрьму Пяти Твердынь. Толку с него мало. — сказал Джейме.              — Мои сыновья покоя ему не дадут. Пусть развлекаются, пытаясь ужиться, чтобы скучно не было. — прыснул со смеха Арес. — Но, если моя жена умертвит твоего брата, уж прости, Джейме.              Конунг и Ланнистер громко засмеялись, вспоминая стычки императрицы и её сыновей с десницей.              — Гефест разместит войска в Красной пустоши, будем окружать дикарей со всех сторон, загоним в Ваэс Дотрак и на этом все закончится. — император развернул карту, — Мы слишком легко идем, предполагаю, они уже создают оборону города и всем племенем будут отбиваться от туда. Их немало, но, дотракийцам запрещено проливать кровь в их городе. Значит, нападать будут ордами не подпуская к Ваэс Дотраку.              — Им запрещено проливать кровь, но не нам… — ухмыльнулся Деймон, — Если их загнать в городок, как большое стадо овец, я смогу сжечь его с неба.              — Загоним скот в кольцо и повергнем в прах! — встретился взглядом с Таргариеном Арес.              Продвижение продолжало быть быстрым, войска готовились к нескольким годам сражений, тем не менее, меньше чем через год была завоевана половина Степей. Однозначно, весь успех создавал Деймон на Караксесе, в отличии от Триархии дотракийцы не имели аркбаллист, даже луков. Дракон выжигал землю, границы захваченных территорий можно было узреть, пустошь была испепелена.              Император общался с драконьим всадником со всем почтением, он был безмерно ему благодарен. Между ними завязалось дружеское общение, мужчины беседовали о разнице их стран. Арес избегал разговоров о «принцессах» и не спрашивал куда делась бывшая наследница. Впрочем, Деймон предстал образом отменного воина, он не был похож на мужчину живущим семьей, много, по меркам итийцев, пил и увлекался наложницами. Таргариен имел острый ум, а когда наскучивали женские тела и вино, по наблюдению, много читал, интересовался и итийскими писаниями. Удивление вызывал его контакт с драконом, он разговаривал с ним, а Караксес отвечал на каждое слово, были и моменты, когда их дуэт выяснял отношения между собой.              Деймон видел Ареса без преувеличения великим правителем, который способен превратить хаос в блаженство или, как говорят итийцы, в «элизий». У этого мужчины, казалось, чудная жизнь, есть всё, от огромной власти до замечательной семьи. Пробегающие мысли зависти останавливает уважение, Арес покорил И-ти сам, сверг трёх императоров, поднял народ и уверил их в своей божественной сути, есть она у него или нет, он думает о мировом порядке и стремиться навести его своими силами.              — С твоей помощью, мы почти у цели. Близится победа. — начал говорить император, обрабатывая длинную, свежую рану на груди, помогая себе зеркалом. — Я поддерживаю твои притязания на Железный трон, ты его достоин. Владеть миром должны воины, придет время, когда всему человеческому роду придётся бороться за существование, но не между собой.              — Я не способен понять ваших загадок. — сказал Таргариен и засмотрелся на стекающую струей по мощному, смуглому телу Ареса синюю кровь, — Возможно, стоит позвать мейстера или женщину, чтобы остановить кровь. — обратился мужчина.              — Это ихор, а не кровь. — император взял лист амбросии и зажал им увечье, слегка сжался в лице от жгучей боли, — Я уверен, в Вестеросе есть люди владеющие пророчеством. Мы здесь только пешки на шахматном поле моих богов, но есть и сущности выше их — титаны, единственным желанием которых, является уничтожение людей. Боюсь, мой срок придет к концу до столкновения с ними. — мужчина стал заматывать рану, амбросия остановила поток ихора, — Помощь мне не требуется, тем более женщины.              — Женщины затупляют телесную и душевную боль. — глотая вино затвердил Деймон.              — Я уже староват для плотских утех. — усмехнулся Арес, — В моей жизни только одна женщина, моя жена Персефона, измена матери богов это неуважение к ней. За неуважение сносят головы также, как и за предательство.              — В таком случае, следовало бы снести две мои головы минимум. — промямлил принц.              

***

             Война с дотракийцами заняла меньше двух лет, замысел об окружении сработал, войска загнали дикарей в Ваэс Дотрак, где они приткнулись большим стадом. Пока рыцари отвлекали кочевников, делая вид, что будут биться только с теми небольшими ордами, вышедшими из города для защиты. Одной ночью Деймон напал на племя у озера Истока Мира и сжег сотни тысяч людей с лошадьми враз, не давая бежать, запалив огромное огненное кольцо вокруг города. С трудом выживших кочевников, утром, добили боями по земле.       Десятки спрятавшихся в Степях дотракийцев уже не представляли угрозы, их осталось слишком мало, а еды для их лошадей более нет, Караксес спалил всю траву четверти континента.              Иббенийцы и итийцы отмечали победный закат, когда Ваэс Дотрак полностью принадлежал им.              — Этот папирус, подтверждает твое право на корабль с золотом, стоящий в Пурпурной гавани Браавоса под флагом И-ти. — подошел к драконьему всаднику Арес и вручил бумагу, — Борись за свой род! — со всей серьезностью, толково сказал император, Деймон протянул пожать руку.              — Обойдемся без этого, тебе стоит ещё пожить. — понуро улыбнулся Арес.              Таргариен озадаченно посмотрел на мужчину.              — Гискарцы боятся, что следующей моей целью будет Залив работорговли. Они сделали хитрый ход. — император закатил рукав правой руки, показав очаг поражения серой хворью, — Мое правление подходит к концу, своё предназначение я исполнил.               — В мире есть мейстера излечивающие серую хворь. Я не думаю, что болезнь сможет вас одолеть. — неуверенно сказал Деймон, шокированный увиденным.               — Пускай Мойры будут к тебе благосклонны. — произнес Арес и направился к своим рыцарям, собравшимся в путь, домой.              Деймон кивнул головой и пошёл к Караксесу, ему следует добраться в Браавос.              — Едь в И-ти и расскажи Персефоне, детям правду. Я не смею обрекать их на гибель от серой хвори, она не должна распространиться империей через меня, по моей вине. — повернулся к Гефесту старший брат.              — У нас есть лекари, они должны найти излечение! Как я должен рассказать им о твоей смертельной болезни? Персефона в начале убьёт меня, а потом отправиться на твои поиски, верхом на драконе! И, куда ты собрался? Сидеть здесь в Степях и умирать? — повышал голос Гефест.              — В Квохоре много мейстеров, которые сталкиваются с этой хворью, я отправлюсь туда. В И-ти её не было никогда. — ответил брат, — Гефест, отправляйся домой.              — Твари гискарцы! Мы убьем всех мудрых господ, когда ты излечишься! В Эссосе не должно быть городов рабства. — сказал младший размахивая руками.              Император в сопровождении небольшого вооруженного отряда поехал в Квохор, его брат и Джейме возвращались домой с победой. Все южные территории Степей теперь принадлежали итийцам, а северные — иббенийцам.              На Караксесе Деймон быстро добрался до Браавоса и получил своё золото с кораблем. Первое, что он сделал, это приобрел особняк в городе, чтобы можно было скрыть свое злато. В Вестеросе у него не осталось владений, своего дома у него не было, Красный Замок покрыт зеленью, теща в свой не пустит, а с Драконьего Камня его вышвырнут.              За новоприобретенными владениями будет присматривать старый, должно быть единственный воистину преданный союзник Петир Бейлиш, который уже более десяти лет как обосновал бордель в вольном городе и живет вдали от Семи Королевств. Бейлиши являлись выходцами из Браавоса.       

***

В королевскую гавань пришло известие — к ним едет Деймон. Алисента не находила себе места, его появление никак не входило в её планы. Сам же Деймон преследовал свою цель — он знал, что грядёт война, а ещё он знал, что его младший племянник владеет самым большим драконом и было бы очень кстати если бы Вхагар была на их стороне. Деймон долго думал, прежде чем принять это решение. Он понял, что нужно заключить брак между Бейлой и Эймондом, чтобы завладеть Вхагар. “ — Я не позволю выдать свою внучку, наследницу Дрифтмарка за чудовище! — встала прямо перед Порочным принцем Почти королева, — Они чуть не поубивали друг-друга! — Он всадник Вхагар. — отморозил Деймон в лицо бывшей тещи. — Корона не позволит, Алисента сделает все для этого. Бейла лишила его глаза! — раздраженно говорила принцесса. — Притворство судьбы. — пренебрежительно ответил мужчина. — Как ты смеешь так поступать со своей дочерью? — совсем потеряв самообладание взревела Рейнис. — Я не позволю, Деймон. Я потеряла обоих детей, своих внучек загубить не дам! — Рейнис, бабушка, прошу вас, успокойтесь. — подбежала к принцессе Бейла и взялась за плечи, — Я сделаю всё, что от меня потребуется. Если это поможет нам, я готова. — Ох, Бейла. — опечаленная бабушка обняла девочку едва ли не заплакав. “ Когда Деймон вошёл во двор Красного Замка, то сразу же увидел Эймонда. Принц занимался с сиром Бронном. Деймон сощурил глаза и пошёл к ним. — Племянник, не хочешь сразиться со мной? — наигранно улыбаясь спросил порочный принц. — Почту за честь, дядя — в тон ему отозвался Эймонд. Началось сражение. Они держались наравне, то нанося, то отражая удары друг друга. — Ты весьма ловок для своих то лет. — Как и ты, Эймонд — не остался в долгу Деймон. Они закончили ничьей и двинулись в замок. — Я слышал, что ты до сих пор не был помолвлен. Тебе ведь уже шестнадцать. — Не нашёл подходящей кандидатуры. Вы переживаете об этом, дядя? — О, безусловно. Вскоре они разошлись. Эймонд вошёл в свои покои и тут же ударил по стене. — Что случилось? — Алис убирала его покои и испугалась, услышав грохот. — Деймон приехал. Старый идиот. — Я бы больше переживала за его дочь. — Какую дочь? — Бейла, кажется. Она тоже прилетела. Мне это не нравится. — Вот пекло! — Эймонд вышел прочь, громко хлопнув дверью. Вскоре он застыл напротив двери своей матери и прислушался, а потом закатил глаз. Принц распахнул дверь и вошёл внутрь. — Эймонд! — взвизгнула Алисента, прикрывая грудь. — Почему ты врываешься?! — Вы бы хоть ночи дождались — сказал Эймонд, глядя на Ланнистера, который нависал над его матерью. — Деймон приехал. Он говорил со мной интересовался, почему я не женат. А потом мне сказала Алис, что он приехал с Бейлой. Ты понимаешь к чему все идёт? — Не может быть — Алисента округлила глаза. — Я не позволю! Они изувечили тебя! Нужно бежать к Визерису! Нельзя чтобы Деймон поговорил с ним первым. Алисента неслась по коридору, еле дыша, постучав, она отварила дверь и тихо подошла к кровати мужа. — Ваше Величество, доброго дня — проговорила она. Король слабо улыбнулся. — Принц Деймон прибыл. Он и его дочь Бейла. Осмелюсь предположить, что они здесь для того, чтобы предложить нам брачный союз. Это была бы честь, если бы не одно но. Эймонд был изувечен её рукой. Я против такого брака. — Пусть Эймонд решает. Захочет — женится, не захочет — найдём ему другую невесту. Позови моего брата. Я хочу его видеть. Деймон вошёл в покои и сердце его сжалось — запыленный макет Валирии бросился в глаза. Немного посмотрев на него, он пошёл к кровати. Взглянув на брата, он тяжело вздохнул. Они молча смотрели друг на друга, не зная что и сказать. За полдня, проведённых в Красном Замке, Деймон вскрыл добрый десяток старых фраз. Здесь все напоминало ему о его юности, о родителях и о ней, проходя мимо пролета в заветный коридор он словно почувствовал заветный запах любимой, перед его глазами промелькнул мнимый призрак прекрасной девицы блуждающий коридорами, завлекающий красотой стати и водопадом волос отражающим свет. — Я так и не смог смириться. — наконец сказал принц. — И я не смог. Эймма приходит ко мне каждую ночь. Я вижу её и мне больно, но вместе с тем и легко. Это единственный способ побыть с ней. А вот моя дочь так и не явилась ко мне. Я ждал, но она не пришла. — Мы все потеряли, Визерис. Вся эта гонка за власть, пекло. И чем я только думал. Я так жаждал этот трон и не хотел замечать какой ценой ты на нем усидел. Что нам делать, Визерис? Рейниры нет, кто сядет на трон? Твои дети бастарды. — Нет. Эйгон бастард. Я дал позволение на это, но жалею об этом все это время. Но Хелейна и Эймонд мои дети, Деймон. Однако, я вынужден платить за свою ошибку. Эйгон старший и Эймонд не имеет права сесть на трон. — Ты бы хотел, чтобы Эймонд сел на трон? — Я бы хотел, чтобы трон заняла моя Рейнира, но её нет. — Давай поженим Бейлу и Эймонда. Они смогут управлять страной, продолжить род. — Эймонд сам решит на ком ему жениться. Я не буду решать за него. Да и он ненавидит меня, я столько лет делал для этого все. Сегодня вечером состоится ужин, так мы обо всем и узнаем. — Визерис, я не допущу Эйгона к трону, бастард не может занять Железный трон. Вестерос завоевали наши предки, править должна наша кровь, чистая кровь. — сурово сказал Деймон. Алисента металась по комнате, не зная что делать. Она не знала, что Деймон может наговорить королю, а вдруг он убедит его женить Эймонда. Алис наблюдала за своей госпажой. — Алис, нам надо что-то сделать! — Жените его — ответила Алис, скрипя сердцем. — На ком? — На ком будет вам угодно. У лорда Борроса, например, трое дочерей. — А это мысль! Позови ко мне Эймонда. Вскоре принц стоял в покоях матери. — Эймонд, я нашла тебе невесту. — Что? — Одна из дочерей Баратеона. Их трое, но младшей всего пять. Можешь выбрать между Кассандрой и Флорис. — Мама, вы в своём уме? Я не собираюсь жениться. — Тогда Деймон женит тебя на своей дочери! Я ничего не хочу слышать. Сегодня состоится ужин и ты скажешь на нем, что через несколько дней летишь в штормовой предел, ясно? — Ясно. — Эймонд громко хлопнул дверью. Когда настал вечер, все собрались в трапезной. Эймонд натянул улыбку и завёл непринужденную беседу с Бейлой. Алис встала в углу зала с остальной прислугой. Вскоре все собрались и начался ужин. Деймон выдвинул предложение об объединении их семей, сказал о том, как важен этот брак и что-то ещё. Алис старалась не слушать. Она вдруг увидела, что королева поманила её к себе. Они отошли от стола и Алисента склонилась к её уху. — Алис, нам нужно что-то придумать. Деймон настроен серьёзно. Если их поженят — нам конец. Они заставят Эймонда присягнуть на верность чёрным и у него не будет выбора. Бейла в жизни не встанет на нашу сторону — на глазах женщины заблестели слезы. — Я прожила жизнь в браке с нелюбимым мужчиной, а потом погрязла в изменах. Я хочу, чтобы мои дети познали счастье в браке. Эйгон и Хелейна смогли ужиться, дочка любит его. Да и Эйгон, хоть и ведёт себя иногда ужасно, но по отношению к ней и детям он добр и мягок. Я хотела бы чтобы и Эймонд был счастлив, а с ней — она коротко глянула на Бейлу. — С ней этого не случится. — Ваше Величество, ещё ничего не решено. Не отчаивайтесь. — сказала Алис и вдруг увидела, как лицо королевы вытянулось. Она перехватила её взгляд и земля ушла из-под ног — Эймонд протянул руку Бейле, приглашая её танцевать. Алис глубоко вздохнула и натянув самую искреннюю улыбку, обернулась. — Что он творит! — прошипела королева. — Неужели, он намерен согласиться? Танец закончился, Эймонд поцеловал руку своей спутницы и помог ей сесть за стол. Алис стояла гордо подняв голову и улыбалась, безразлично разглядывая гостей. Ни одна живая душа на свете не могла догадаться, что она горела в адском пламене ревности в тот момент. Вскоре гости начали расходится. За столом остался Деймон, его дочь, королева и Эймонд. — Ваше Величество, с вашего позволения. — Алис поклонилась и самой гордой из своих походок вышла из зала. Риверс понимала, что сейчас будет вынесено решение на счёт свадьбы и не хотела присутствовать при этом. Она шла по коридору медленно и спокойно. А когда зашла в свои покои переменилась в лице. — Пошли все вон! — взревела она на служанок, что готовили её комнату ко сну. Когда дверь закрылась, она подошла к окну и обняла себя руками. Плечи её то и дело вздымались от беззвучных рыданий. А потом она ударила рукой по стене и громко всхлипнула. За спиной заскрипела дверь. –Я же сказала, все вон! Оставьте меня! — сквозь слезы прокричала она, крепче обняла себя руками и стала оседать на пол. Она вдруг обернулась и вспомнила о ванной, что ей набрала Нора. Алис скинула платье, погасила свет и легла в воду. Тело её спускалось все ниже и ниже, она продолжала рыдать и обнимать себя за плечи. А потом она нырнула. Кислород покидал её лёгкие так стремительно и неумолимо, она просила прощения в своей голове, за грех, что собиралась совершить. Голова стала тяжёлой, мысли перестали рождаться в её сознании и она медленно стала погружаться во тьму. Ей хотелось, чтобы все случилось быстрее. Но смерть выжидала, не торопясь раскрывать свою безжалостную пасть. Рассудок покинул её, она потеряла сознание. Она очнулась из-за того что ей вдруг стало холодно и её кто-то бил по щекам, стараясь привести в чувства. По пищеводу поднялась вода и захрипев, она стала отплевывать её, жадно хватая воздух. Алис открыла глаза, когда солнце стояло высоко в небе. Повернув голову, она увидела королеву, сидящую в кресле около её кровати, она спала. Она перевела глаза дальше и увидела Эймонда. Он сидел за столом и не сводил с неё взгляда. Алис пригляделась и сердце её сжалось — единственный его глаз был красным от слез. Алис попыталась сесть в постели и Алисента тут же проснулась. — Боги, Алис, что же ты натворила. Ты так напугала нас. Если бы Хелейна не пришла к тебе — на глазах Алисенты поступили слезы. — Скажи мне, почему? Почему ты сделала это? — Я ничего не помню, Ваше Величество. — ответила она, глядя куда-то сквозь. — Значит все-таки несчастный случай. Моя милая Алис, как же ты напугала меня. Королева ещё долго причитала. Она и принц ушли из её покоев на закате и Алис наконец смогла уединиться. В течении дня к ней приходила Хелейна и со слезами на глазах рассказывала как нашла её и доставала из воды. Алисента перед уходом пообещала, что скоро придёт Нора. Алис отвернулась спиной к двери и свернулась в клубок, обхватив себя руками. Вскоре комнату наполнили рыдания. Её пальцы нащупали цепочку на шее и она сжала кольцо, что на ней висело. За спиной открылась дверь. — Нора, милая, я могу попросить тебя? Ты клялась, что выполнишь любой мой приказ. Сходи в ту лавку, в которой я беру ингредиенты для лунного чая, и принеси мне яд. — шёпотом проговорила Алис. На кровать кто-то лёг, а после сразу же девушка ощутила как её крепко обняли. — Если ты ещё раз выкинешь что-то подобное, я скормлю тебя Вхагар — промурлыкал Эймонд рядом с ее ухом. Алис тут же обернулась, глядя на него. — А ты кого ожидала увидеть? Неужели так много людей в этом замке приходят к тебе, чтобы лечь в твою кровать? — насмешливо спросил принц и Алис уткнувшись в него заплакала. — Ты что, действительно решила, что я женюсь на дочери Деймона? Или Баратеона? — спросил он, когда Алис, наконец, затихла. — Я же обещал, что женюсь на тебе. — Твоя мать уже все решила. Она не позволит — всхлипнула Алис. — Можно подумать, что я буду у кого-то спрашивать — фыркнул Эймонд. Она вдруг прильнула к его губам, жадно целуя. — Принц сегодня невероятно воспитан и не стал ложиться в мою постель в одежде — улыбнулась она. Алис лежала на нем, перебирая его волосы. Иногда она поднимала голову, чтобы поцеловать его, а после снова ложилась, слушая как бьётся его сердце. — Неужели ты была готова расстаться с жизнью? — Моя жизнь ничего не стоит. Я пришла в этот мир, чтобы служить вам. — Ты так просто говоришь об этом. Неужели тебе никогда не было обидно, не хотелось изменить свое положение? — Нет, мой принц. Зачем нарушать порядок вещей? Одни люди рождаются, чтобы править, как вы. А другие служить, как я. Так же не бывает, чтобы все правили. Я довольна своей жизнью и своим положением. Особенно теперь, когда ты со мной. — Я рождён, чтобы быть тенью Эйгона. — Это не так. Я видела в огне, ты мог бы править. Владыка Света показал мне. Когда вам было около 6, я увидела в огне как вы оседлали Вхагар. Я не поняла тогда смысла увиденного, но когда это произошло — она осеклась. Привстала и сорвала с него повязку, косаясь губами его шрама. –Я виню себя в этом. Я не смогла разобрать смысла видения и не уберегла вас. — Что ещё ты видела в огне? — принц заинтересовался ее словами. — То что ты будешь со мной. — И долго же тебе пришлось ждать? — он улыбнулся, глядя на неё. — Почти четыре года. Сначала я испугалась. Старалась избежать этого. Но потом поняла, что влюбилась. — Значит я полюбил тебя раньше. — Я всегда любила тебя. Сначала как сына, потом ты подрос и стал мне как младший брат. А теперь я люблю тебя как мужчину. — Я отказался от брака с Бейлой. Жаль что ты ушла и не видела рожу Деймона. Через три дня я должен лететь в штормовой предел. –Значит у нас осталось три дня?

***

Деймон был вне себя от ярости. Этот ублюдок отказался жениться. Времени на эмоции не было. Он поговорил с дочерью, написал письмо Баратеону и отправил её туда. У лорда был старший сын и три дочери. Деймон хотел, чтобы Бейла вышла замуж за Джеймса Баратеона. Тем временем в королевской гавани происходили следующие события. Алис сидела на своей кровати, подогнув колени к подбородку. Утром Эймонд должен улететь, а потом вернуться со своей невестой. Солнце уже село за горизонт, Алис уже не надеялась что он придёт проститься. Ей этого хотелось, очень, но она понимала, что будет легче если он не сделает этого. Дверь распахнулась и Алис тут же поднялась на ноги. — Я думала, что ты больше не придёшь. Эймонд, я — начала Алис. — Потом. Идём со мной. — Куда? — Идём, говорю же. Эймонд вывел её во двор и направился к чардреву. Под деревом стоял человек. Подойдя ближе Алис поняла, что это был септон. — Эймонд, что происходит? — А ты как думаешь? Я женюсь на тебе, как и обещал. Начинайте — кивнул он мужчине и тот стал произносить все необходимые слова. Обряд прошёл по нормам старой валирии. За исключением того что ни Эймонд ни Алис не было подобающе одеты. Когда губы были разрезаны, клятвы сказаны, а кровь выпита, септон подтвердил их брак и удалился. — Эймонд, нас казнят — сказала Алис, утыкаясь в его лоб своим. — Да плевать я хотел. Зато мы теперь принадлежим друг другу. — Ты что же, поедешь к Баратеону с пустыми руками? — Я поговорил с Эйгоном, он разрешил, чтобы я предложил им Мейлора. У Баратеона есть пятилетняя дочь. Когда они оба достигнут возраста подходящего для заключения брака, их женят. — Эйгон, что, знает? — опешила Алис. — Он видел нас в барделе. И вообще-то это он меня надоумил жениться на тебе. Идём, у нас все-таки первая брачная ночь впереди. Утром Алис помогла ему собраться и с тяжёлым сердцем попрощалась с ним, пожелав удачи. Она приступила к своим обязанностям, стараясь не попадаться на глаза королеве. Алис была счастлива, но вместе с тем и испытывала вину. Эймонд добрался быстрее чем рассчитывал. Зайдя в зал, он передал послание от матери (которое подправил в нескольких местах) и стал ждать вопросов от Баратеона. — Принц, вы ведь тоже не женаты. У меня есть две дочери постарше. Может быть вы бы женились на одной из них? — У нас неправильные сведения, лорд Борос. Я уже женат. Это случилось буквально вчера. — ответил Эймонд и услышал как Флорис расстроенно выдохнула, сложив руки на груди. — Поздравляю, в таком случае. Что же, я принимаю ваше предложение. Вы можете на меня рассчитывать, если это понадобится. — Благодарю, мой лорд. — как только Эймонд договорил, дверь распахнулась и в зал вошла Бейла. Она пришла с предложением от отца. Прочитав послание, лорд хмыкнул. — Да я прямо нарасхват сегодня. Принцесса Бейла, вокруг столько лордов, почему ваш отец решил женить вас именно на моем сыне? — Разрешите помочь принцессе ответить на этот вопрос — вмешался Эймонд. — Три дня назад Деймон Таргариен прибыл в королевскую гавань чтобы предложить свою дочь мне, но я был вынужден отказать. Дядюшка видно уже не знает кому продать свою дочь подороже. — Да как ты смеешь! — взревела Бейла и бросилась к Эймонду. Они оба обнажили клинки. — Довольно! Не нужно устраивать резню в моём замке! Принцесса, передайте своему отцу, что я не собираюсь подбирать за другими. Бейла разъяренная вылетела из замка, направляясь к Лунной Плясунье. — Как жаль, я испортил твои планы — картинно прокричал Эймонд. — Жаль что я не прикончила тебя тогда! Одноглазый ублюдок! — Ещё одно слово и я заберу твой глаз. Расплатишься за сестру, дрянь! — А ты сначала поймай меня! — с этими словами девушка взмыла в воздух. Эймонд поднял Вхагар следом за ней. Погоня была долгой. Все отягощал начавшийся шторм. Всадники то и дело сыпали проклятья в адрес друг друга. Бейла открыто провоцировала его, то и дело отдавая Плясунье команды, после которых драконица палила огнём по Вхагар. Вдруг он потерял её из виду. Эймонд долго блуждал по нему и наконец выбрался из шторма. В этот момент морду Вхагар опалил огонь. — Получай! Выродок! — прокричала Бейла. Вхагар среагировала раньше и рванула за своей обидчицей. — Вхагар! Нет! Служить, Вхагар! — пытался образумить принц свою драконицу, но та не слышала. — Бейла! Уходи! Она сожрет вас! Уходи! — взревел Эймонд, но было поздно. Раздался вопль, скрежет зубов и рычание. Последнее что он увидел — накидку Бейлы и крыло Лунной Плясунье, которые летели в воду.              

***

             — Что?! Гефест, ты вообще понимаешь, что говоришь?! — надрывалась перед братом Персефона, — Да как это возможно? Он же не человек! — на её глазах выступили слезы.              — Я не знаю! Амбросия не помогает! — также вопивши отвечал Гефест, — Не делай глупостей! Тебе нужно оберегать сыновей и всю империю, ты — регент! — мужчина ухватил плачущую и дрожащую Персефону за плечи, и сжал в объятиях, — Хватит плакать, покорно прошу. Нам только не хватало, чтобы ты сложила руки. Никто кроме тебя с правлением не справиться, правда.              — Я не хочу править! Я устала, Гефест! — дравши горло отвечала захлебываясь соленой водой женщина, — Два года прошли невыносимо, я не проспала ни одной ночи!              Сыновья скрывались в тени под лестницей и подслушивали, подсматривали разговор. Дядя долго не рассказывал им подробностей, что произошло, они знали только о страшной болезни отца, и-то о которой ничего не ведали.              — Я буду помогать тебе, всем, чем смогу. Не пропаду в кузнице. — тихо, пытаясь успокоить говорил брат.              — Сколько можно страданий?! — посмотрела в потолок и воскликнула на валирийском императрица.              — Пошли, я отведу тебя в покои, нужно поспать. — сестра сопротивлялась рывкам Гефеста, пытавшегося отвести её в постель, — Он скоро исцелится, обязательно, нужно время.              Гефест сумел вывести Персефону через марахайский дворец в покои.              — Может сходим к ней? — обернулся к троим братьям Фобос.              — Мама расплачется ещё больше, когда вы завалитесь к ней все вместе и начнете нюнить, что все будет хорошо. — сказал Деймос.              — Тогда лучше ждать до утра. — начал Гимерос, — Надо придумать, чем её утешить, порадовать.              — Что папа обычно делает? — напрягаясь, вспоминал Антерос.              — Драгоценности, поездки, звери, острова. — тихо засмеялся Фобос, — Мы не захватим остров Слонов до утра.              — Нашёл время для шуток! — Деймос лупанул Фобоса по затылку.              — Цветы! Женщины их любят! У вулканов растут очень красивые. — сказал Антерос.              — Хорошо, Антерос, ты с Гимеросом идёте за цветами. — скомандовал старший.              — А за нами яство! — улыбнулся Деймосу Фобос, — Мама любит сладкое, гранат, апельсины и мандарины.              — Как бы сказал Тирион: «Выполнять!!! Негодники!» — громко со смеху крикнул Деймос, передразнивая голос Ланнистера.              Мальчики засмеялись и разбежались по двое выполнять план.              Гимерос и Антерос не смогли пройти незамеченными мимо гор, Ларимар и Селеникс спустились к своим друзьям. Молодые драконы прекрасно летали, были довольно крупными, способными поднять кабана. Уже во всю охотились самостоятельно, подобно Сиракс.              — Вот они! — воодушевленно сказал Антерос брату, увидев маленькие лиловые цветы. — Тут, в округе, их ещё должно быть много. Мама любит фиолетовый, собираем только такие. — мальчик потянулся сорвать растение.              — Слушай, а ты уверен, что они не ядовитые? — Гимерос потянул брата назад, — Если каждый жук здесь опасен, то растения должно быть не исключение.              — Чепуха! Как такой дивный цветок может быть опасен? — улыбнулся Антерос и сорвал цветочную розетку.              — Ладно, может повезет и мы не сляжем с чесоткой. — пробормотал младший, — Ларимар, ищи! — попросил князь дракона, которого он давно обучал поискам по запаху.              Ящер пронюхал цветок в руке мальчика и со всей сосредоточенностью начал вертеть головой в поисках схожего аромата.              — А неплохо ты его вымуштровал. — с удивлением сказал старший князь, глядя, как самец дракона, подобно охотничьей собаке, полз извиваясь всем телом ища цветы.              — Не только же тебе быть драконьим укротителем. — промолвил Гимерос.              Мальчики собрали охапку лиловых цветов королевской примулы с помощью Ларимара.              — Антерос! Гимерос! Вы где?! — горланил Джейме, над землей уже парил Ифит на Морском Тумане, они искали исчезнувших мальчиков.              — О, всё, нам крышка. — иронично улыбнулся Антерос, князья тихо засмеялись.              — Сдаемся! Ты нас нашел и мы готовы провести ночь чистя амуницию. — лыбился Гимерос выходя из кустарников к тропе.              — Императрице и вашему дяде сейчас не хватало только переживать о вашей пропаже. — грубо начал рыцарь.              — Вы им не сказали. — затвердил Антерос.              — Конечно, нет. Это не отменяет того, что вы совершили глупый поступок. В покоях вашей матери несколько лекарей, вы должны быть рядом с ней. — слегка повышал тон Джейме.              — На вашем месте, Джейме, я бы не повышал голос в присутствии двух драконов. — сказал Гимерос, когда Селеникс и Ларимар начали шипеть на тон рыцаря.              — Мы искали цветы для мамы. К тому же, мы знаем этот остров, с нами драконы и приключиться ничего не сможет. — продолжил Антерос и зашагал в сторону замка, брат пошел за ним.              — Вы оставите драконов здесь? — озадаченно ляпнул Джейме.              — Они умеют летать и способны добраться сами. — ответил Гимерос и заворчавшие ящеры мгновенно взлетели отправляясь к себе в логово.              — Кстати, о цветах, как думаете, они не ядовитые? — подкалывая по дороге спросил Антерос.              — Боги! — закатил глаза Ланнистер, не зная ответа.              Князья захохотали.              

***

             Ночами Персефона ходила по замку духом, беспокойные мысли не давали ей окунуться в Гипнос, поддаться воле Морфея. Гефест, Тирион, Джейме, Филоктет сплотились, они помогали императрице управлять страной и забрали большую часть работы. Арес присылал письма, в которых говорил о том, что нашел несколько лекарей, удовлетворительно себя чувствует. Только брату он мог написать правду о ухудшении, поражение двигалось все выше по руке, кожа становилась омертвевшей, покрывалась трещинами. Император не чувствовал боли, только видел, как его тело пожирает хворь и превращает в камень. Единственное, что терзало мужчину, это мысли о семье, жене. Не было ничего больней, чем представление, что он приносит любимым, близким людям страдания.       Сыновья были уверены — папа вернется, возможно, из-за детской наивности и простодушия.       В душе, Гефест готовился к худшему, в письмах брат просил готовить вельмож к женскому регентству, при сыне, к матриархату, грозить казнью за неповиновение императрице. Иначе, империя падет. Вся правящая семья знала, только Персефона способна управлять страной, муж научил её всему, кроме фехтования и ведению войны. Старшие брат и сестра никогда не интересовались политикой, они были уверены — Арес будет править вечно.              Пока ближний круг императора ожидал судный день, когда Арес ступит на Олимп, императрица не могла опомниться, она не думала о смерти, ей было одиноко, хотелось всего лишь обнять мужа. Персефона не виделась с ним уже более двух лет, это время она провела как нравственная септона, без сношений и лобызаний. Десять лет, включая луну с Деймоном, её жизнь строилась на связи с мужчиной, который наслаждался женским телом и ждал дитя. Шесть лет не отходила от сыновей, отдавала всю себя, чтобы поставить их на ноги, кормила. После, пришло осознание, что детям ты становишься все менее нужной, когда Гимеросу стукнуло пять, мама впервые оставалась в своих покоях одной весь день и потерялось виденье, что ей делать дальше. Сыновья обучались у Филоктета круглыми сутками, проводили время на тренировочный полях, в конюшнях, а муж не просил ничего, она переживала, что не понесла снова, после родов Гимероса, даже умудрялась плакать из-за этого и извинялась перед Аресом. Конечно, он успокаивал её и говорил, что причина вовсе не в ней и она должна отдохнуть от вынашивания.              До отъезда Ареса, Персефона только наблюдала за взрослением детей, продолжала получать любовь и поддержку мужа, смотрела, как он работает и немного с этого училась.              Когда Арес уехал жизнь снова перевернулась с ног на голову, вся бумажная политика, правление огромной страной свалилась на хрупкие плечи императрицы, которая как не желала этого, так и не было готова. Работа не давала и мгновения отдыха, все вокруг совершенно не знали, что им делать со страной, они привыкли — Арес управляет всем самостоятельно. Отдушиной был остров и драконы, сердце таяло, когда она смотрела, как сыновья возятся с маленькими драконами. Сиракс излечивала душу, поддерживала, когда ноги грозили отняться.              Это чувство можно назвать странным, спустя десяток лет погружения в сон рядом с мужчиной, ты остаешься одна. Персефона не сколько скучала по соитию, оно давно не приносило того удовольствия, которое она испытывала в Вестеросе, сколько по уверенности в завтрашнем дне. Арес был настоящим Цербером для своей жены, за ним тихо и мирно, он поцелует и скажет нужное слово в самый подходящий момент.              Сложно было понять не узрев, что именно происходит с мужем, насколько ему больно и плохо. Если б она оставалась всё той семнадцатилетней Рейнирой, у которой нет преград на пути, то стояла бы уже перед ним в Квохоре, не боясь заразиться, не думая о последствиях. Нет, она тридцатилетняя женщина, на которую положили ответственность управления страной и рядом с ней четыре сына, что должны стать воинами, героями и императорами уже к совершеннолетию.       Кроме того, она обязана оберегать пять драконов, сделать всё, чтобы они продолжали существовать. А её кровь Таргариенов должна укрепить империю с которой она теперь связана.              В зеркале она видит величавую женщину, усыпанную с ног до головы золотом, одетую в шелк и носящую одну из сотен своих корон. Когда то привлекавшие все взгляды мужчин белоснежные волосы, способные зашторить всё женское тело, собраны в высокую, массивную прическу из сотни кос. На шее огромное колье из бриллиантов, в проколотых с десяток раз на восточный манер ушах, разнообразные висячие серьги. Изнеможение видно по впалым глазам, а возраст в тонкости кожи. Беспокойство проявляется в постоянном прокручивании колец на пальцах, которых также нескромно было по четыре на каждой руке. Стан она всегда держала ровно, а подбородок стремился ввысь. Былая девичья тонкость пропала, она стала крепкой женщиной. Однако, за роскошной картиной настоящей императрицы, при виде которой дрогнешь, скрывался погасший внутренним пламенем дракон.              

***

             Деймос и Фобос проходили коридорами дворца, когда увидели вбежавшего к матери Ифита и услышали звучание интересных фраз, мальчики остановились у щели двери, навострили уши.              — Мне нужно твоё разрешение отправиться в Край Теней! — стал прямо перед взором Персефоны серьезно настроенный Ифит, положивший ей на стол развернутую книгу.              — Этим писаниям лет триста, более того, я сомневаюсь в правдивости. — рассеянно ответила императрица.              — Если там есть драконы… Персефона, это спасет их от вымирания! Если начнется война в Вестеросе, они поубивают друг друга вместе с драконами. Мы можем попытаться приручить диких и продолжить драконий род. — повысил голос Ифит.              — У нас пять драконов, Ифит. Селеникс и Морганикс когда нибудь начнут откладывать яйца, от Ларимара или Морского Тумана. Их достаточно, чтобы существование продлилось. Ты представляешь, что значит приручить дикого дракона? — вякнула Персефона.              — Нашим предкам это удалось, мы должны попробовать. — напирал мужчина.              — У меня нет сил на споры, Ифит. Я не даю разрешения. Прошу, найди себе другое приключение в пределах острова. Ты можешь идти. — остро произнесла последнее императрица.              Веларион в смятении затоптал к выходу, мальчишки быстро отбежали от двери и скрылись в темноте коридоров.              — Ты это слышал?! — выпучил глаза взволнованный, натянувший улыбку Фобос.              — Может мы все неправильно поняли. Пошли, копья не ждут, а Фил уж точно. — подтолкнул брата в направлении к тренировочному полю Деймос.              Фобос отрицательно замычал:       — Мы все правильно поняли. — уже с оскалом улыбался Фобос, — Дракона хочешь?              — Нет, нееет. Мама убьёт нас сразу после того, как мы умрем в пути. — пробухтел старший.              — Край Теней не так уж и далеко. Корабли с камнем для строительства Марахайя прибывают оттуда.              — Это твой самый безрассудный план, умник!              — Представь только, как мама будет рада, когда мы вернемся на взрослых драконах, она же мечтает воссоздать мощь Валирии!              — А ещё больше она мечтает чтобы мы с тобой ходили с головами на плечах, а не без них!              — Ты что слабак?              — Что?! Что ты сказал?! — Деймос поднял брата за шиворот и ощерил зубы.              — Тогда докажи, что нет! — тянул лыбу Фобос.              

***

             — Еле достал! Одевайся! — Фобос стал будить брата шатая его тело руками, говорил шепотом.              — Мы правда пойдем на это? — потер заспанные глаза старший.              — Давай шевелись! Нет времени, корабль скоро отбывает! — резко потянул за рубаху брата Фобос и лупанул для большей скорости.              Князья без проблем выбежали со дворца в одеянии маринов, волосы Деймоса скрывала нелепая шапка.              На корабль тащили ящики с орудием для добычи камня, именно в два из таких ящиков залезли мальчишки, выбросив из них всё что в них было.              — Я надеюсь, нам плыть недолго. — последнее, что сказал Деймос, до отбытия.              — Надейся. — спешно ответил Фобос.              Когда наступил рассвет, корабль уже был в пути, а дворцовым утром сразу обнаружили пропажу князей.              — Я снесу вам всем головы, отправлю в Пять Твердынь, нет, скормлю драконам! — кричала во весь голос императрица бегущая по коридорам в ночной рубахе и поднимающая подол шлафроке, дабы не упасть на бегу. — Где вы все были?! Как дети могли пропасть за ночь?! — обращалась ко всем стражникам Персефона.              — Ваше Величество, я первый должен стоять в очереди на казнь. — склонил голову подошедший к женщине Джейме Ланнистер.              — Ты? Ты выполняешь службу моего рыцаря, сторожишь дверь моих покоев и меня, в другой башне от покоев князей! Но если ты желаешь, я могу отправить на неё и тебя, за прикрывание собой виновных! — остановилась императрица и со всей болью продолжала голосить.               — Мы отправили на поиски три пеших отряда по острову. Ифит уже ищет с неба. — сказал Джейме.              — Боги! — взялась за голову Персефона и обронила очередную дорожку слез.              — Далеко они не могли деться. — предположил Ланнистер.              — Драконы все на месте? — внезапно спросила госпожа.              — Да, Ваше Величество. Один Туман в воздухе, остальные в пещерах.              Императрица с небольшим облегчением выдохнула.       К вечеру поиски не принесли результата, облезли весь остров — мальчиков нигде нет, ящеры на месте. Персефона уже не могла плакать, она спрашивала у младших знают ли они что-либо, нет, ничего.              — Ну куда, куда они могли подеваться? — скулила императрица сидя за столом в окружении брата, Ифита и Тириона.              — На суше их нет, в небе тоже, мы даже подземелье осмотрели. — говорил Гефест, разводя руками.              — Вот Атэ! — пробурчал Тирион разлив на пол кубок с вином, вспоминая богиню беды.              — Тирион, точно! Ты гений! — резко встал Ифит, а виновник прозрения со всей неожиданности округлил глаза: «Это я и без тебя знаю.» — В воде, мы не искали в воде!              — Ты думаешь негодники решили искупаться ночью? — изогнул бровь Тирион.              — Корабли отбывают каждый день! — сказал Гефест.              — Вы думаете они забрались на корабль? Зачем и куда? — измученно спросила у всех императрица.              — Край Теней, Персефона. — опустил глаза в пол Ифит.              — Что?! Ты им рассказал?! — подорвалась на ноги и заверещала Персефона.              — Нет, я ничего им не говорил, правда! Но корабли идут к нему, камень добывают в Рассветных горах, но швартуются у побережья усеянным призрак-травой.              — Собирайся! К рассвету мы должны быть в пути! — приказала Персефона Ифиту.              Утром корабль уже был у побережья, когда услышали, что ящики стали выносить, князья с трудом выкарабкались на волю.              — Это что вообще? — глянул Деймос на траву, высотой с всадника на лошади, которая отражалась на солнце, как стекло.              — Призрак-трава, я немного почитал до дороги. Есть нельзя, пробираться будет сложно, но не долго. — ответил Фобос.              — Мои ноги уже почувствовали длину твоего “ не долго «. Ты хоть карту взял?              — Карту? Да я её итак помню.              — Обнадеживающе. — на выдохе сказал Деймос.              — Нам только прямо к горам, между ними должны быть реки, там найдём чем поживиться. — указал рукой Фобос.              Персефона на Сиракс и Ифит на Морском Тумане летели к побережью у Края Теней, они были куда быстрее кораблей, но к месту смогли добраться только позже полудня.              — Вот скажи, как мальчики ростом даже с нас могли двинуться дальше? Эта трава выше их в два раза! — спустилась с дракона императрица.              — Деймос и Фобос вполне могли. Твои дети не видят препятствий, также как ты в их годы. — ответил мужчина.              Да, юные князья упорно пробирались через острую траву, рассекая её украденным с корабля ножом. Уверенно они прошли через поле безумной травы и добрались к горам.              — Знаешь, я уже готов сам себя отхлестать кнутом, как раба, за то что мы сбежали. — грустно сказал Деймос, — Мама переживает за папу, плачет, а мы делаем ей только больней.              — Я уже говорил тебе, мы идём чтобы достать для неё драконов, стать драконьими всадниками! — обернулся и проворчал Фобос, — Морганикс ни одного из нас не слушается, значит мы остались без драконов, а мелкие уже скоро полетят на них! Так что давай, шевели ногами!              — С чего мы вообще взяли, что приручим дикого дракона? А вдруг их там вообще нет, как мама сказала!              — Да хватит уже бормотать! — лупанул по плечу брата Фобос. — Вон, до реки уже дошли!              Найдя крепкие, длинные ветки мальчики принялись рыбачить.               -- Да чтоб тебя циклоп побрал! — возмутился Фобос, от вновь неудачной попытки наколоть рыбешку.              — Это ты у Тириона научился? — засмеялся Деймос с фразы брата. — Рыбачить я смотрю тоже у него. — сказал старший и заколол уже шестую рыбу.              — Смешно тебе, да?              — Да! — Деймос снова расхохотался с их старых реплик. — Хватит баламутить воду, улов есть, я поделюсь, пошли пытаться развести огонь.              — Всё, я больше не могу, давай есть сырой. — отпустил с рук палки Фобос, — Я пухну с голода!              — Напухшим я тебя и сытым вижу! — улыбнулся Деймос.              — Это ты просто червяк хилый, а у меня мышцы!              Спустя время стараний мальчики смогли развести огонь и пожарили рыбу. Насытившись они поднялись в небольшую пещеру, где собрались ночевать.              — О, нет, убери от меня свои руки. — сморщился Деймос, когда младший лежа обнял его сзади. — Это уже переходит все границы.              — Что, уже хочешь, чтобы вместо меня так делала какая нибудь красивая гетера?              — Ты вызываешь у меня рвотные позывы чаще, чем Тирион. — пробухтел Деймос и закрыл глаза.              Мама и Ифит облетели окраины Края Теней, но не смогли заметить мальчиков.              — Я спасала их жизни от войны и смуты, а они решили лишиться их самостоятельно. — ковыряла землю пальцем Персефона.              — Перестань, мы найдём их. Они способны выжить в диких землях. — отвечал Ифит.              — Я хорошая мать? — засмотрелась в землю императрица.              — Это глупый вопрос. Ты делаешь для своих детей всё, жертвуешь собой ради них, пожертвовала судьбой чтобы сохранить Деймоса.              — Деймос должен меня ненавидеть, он не знает правды и принимает за отца другого мужчину. Арес должен меня убить за старую ложь.              — Если бы ты попыталась вернуться, Деймос вряд-ли бы выжил, у него есть всё. Они все безумно тебя любят. Ты родила Аресу троих сыновей, повинуешься ему, самая преданная жена.              — Тогда почему все снова идёт так плохо? Почему боги лишают меня мужа и детей? — уткнулась лицом в колени женщина. — Ты хочешь домой? Я держу тебя при себе будто насильно.              — Там все ужасно, Персефона и единственная, кто смог бы спасти королевство это ты. Я не смею жаловаться, император и ты дали мне спокойную жизнь, и я не чувствую себя шутом с вами, как ощущал себя в своём же доме.              — Я не могу бросить все, Ифит. Я уже очень давно императрица для этой страны и мама для детей Ареса.              — Если бы Деймон знал где ты, он бы снес все на своём пути. Он не обрел смирение, как ты.              — Я люблю его, а когда смотрю на Деймоса, вижу его отца.              — Он больше похож на тебя. — улыбнулся Ифит.              — Мне очень жаль, что Лейна, ни смогла не сгореть с ним.              — В этом виноват мой отец, Деймон вначале возразил его предложению, возмутился, что он женат. Верил, что ты жива и я догадываюсь, он ездил по Вольным городам ища тебя.              — Он бы не полюбил меня такую, я совсем другая. Во мне нет огня, я живу только ради детей, мне не нужен никакой трон.              — Нет. — коротко ответил Ифит, вспоминая моменты, когда он навещал Лейну и видел отношения в той семье. — Вернулась ли ты к нему, если Ареса не стало б? — мужчина думал о смерти, стоящей за императором.              — Вы уже хороните моего мужа, своего государя? — возмутилась Персефона, её сердце пронзила боль, — Я не желаю сравнивать их и думать о другом, уже чужом для меня мужчине.              Веларион замолк, а Персефона погрузилась в колкие мысли о прошлом и будущем. Истина, которую она не хотела принимать, состояла в том, что она хотела Деймона, жгучего, обжигающего плоть мужчину, дракона. Если бы он стал перед ней и протянул руку она б протянула в ответ, и почувствовав всего лишь одно горячее объятие отлинула, а за свою провинность, перед нынешним мужем, проткнула бы себя кинжалом прямо в сердце.              Драконьи всадники заснули под крыльями своих драконов.              

***

             — Мы уже стерли подошву, обошли эти горы несколько раз, а драконами тут даже и не пахнет! — возмущался Деймос, — Если бы они здесь были, мы б услышали их рычание!              — Может они спят в какой то из пещер, ящеры могут спать седмицами! — вякнул Фобос, который также чувствовал потерю надежды.              — Пошли к реке, поедим и будем возвращаться к берегу, домой! Нам ещё думать, что сказать маме и всем остальным, как извиниться. — сказал старший и князья направились к реке.              — Все зря! Я дурак, дурак! — огорченно топнул ногой Фобос поднимая песок над землей. — Не нужны нам никакие драконы! Мы с тобой проведем жизнь управляя войсками, городами, а возможно и империей… Да, что так потемнело! Ещё и жарко! — вкрай разъярился младший, когда солнечный свет поглотил мрак. — Что ты замер, как статуя, Медузу Горгону увидел?              — Не шевелись. — с глазами полными ужаса, тихо сказал брат.              — Что?! Кого ты испугался, тут кроме нас одна стеклянная трава! — завопил Фобос, покраснев в лице и внезапно обернулся.              Прямо за ним была огромная, красная, драконья морда, увенчанная гигантскими, острыми рогами. Маленькие, зеленые глаза с вертикальным, тонкими, хищными зрачками смотрели прямо на испуганных детей.              Дракон начал открывать пасть, издавать злобный рокот нацеливаясь на Фобоса.              — Нет! Не трожь его, лучше съешь меня. — подбежал Деймос и резко закрыл собой брата, он говорил на валирийском.              Ящер раскрыл пасть и казалось, сейчас убьет их потоком пламени, но словно это был зевок, он в один миг схлопнул её и перестал рокотать. Дракон стал вытягивать шею в сторону Деймоса, тот от страха зажмурился, отправив поток горячего дыма существо обнюхало ребенка. Он был больше Сиракс и Морского Тумана раза в четыре.              — Ты добрый? — расплющил глаза мальчик, дракон боднул его мордой в живот, — Ай, колючий. — существо проворчало.              Деймос протянул руку и положил ладонь на переносицу дракона.              — Я же говорил, что мы их найдем! — улыбнулся Фобос и радовался из-за доброжелательного настроя ящера. — Он такой могучий! Чудо.              — Надолго ли он такой незлобный? — утвердил Деймос, поглаживая дракона и потихоньку продвигаясь вдоль его тела.              — Если бы хотел, уже б съел.              Неожиданно дракон поднял голову высоко в небо и оглушительно зарычал. По земле пробежала большая тень и раздался ответный рев. Мальчики посмотрели в небо, но не увидели ничего, через несколько мгновений земля под ногами дрогнула. *Ещё один.* Такой же громадный, но менее привлекательный с виду дракон приземлился напротив первого. Он был полностью белым, всё его тело покрывали шипы. Ящер стал приближаться к детям, попытавшись открыть пасть, чтобы злобно прорычать, но его опередил красный, после чего белый остановился и затих.              — Надеюсь, больше они никого не позовут. — сказал Фобос, сглатывая страх.              Красный дракон полностью поднялся на ноги и вытянулся открывая крылья. «Он собрался улетать.» Деймос пошел на риск, не желая терять связь с драконом навсегда, у него был всего один шанс.       Князь подбежал к туловищу дракона и начал взбираться по его шипам на спину. Сильным рывком ящер взмыл небо, Деймос с титаническими усилиями старался удержаться на нем. Когда он набрал высоту, мальчик пролез на место, где обычно крепиться седло и ухватился за самые высокие шипы, проблема была в том, что ещё десятки игл впивались в тело ребенка.              Фобос увидел, как брат взмыл в небо на драконе и бросив все, включая здравый рассудок, он побежал ко второму дракону и стал взбираться на него. Белый ящер будто не заметил всадника и решил полететь за другим. Фобос поступил также как брат, забрался к шее.              Драконы долго кружили над горами, мальчики не могли понять как управлять их полетом, поэтому лишь пытались удержаться. Оба ящера взревели в одну сторону, в облаках мелькал яркий желтый цвет, в небе показались ещё два дракона, это были они.              Персефона была шокирована, драконы существуют не только в Вестеросе, она не видела детей на их спинах, только поразилась размером и видом.       Когда диковинные ящеры стали снижаться на землю, Ифит и императрица последовали за ними.              Приземление четырех драконов сотрясло землю, два ящера рычали на двух незнакомых.       Дети спешились, белый и красный драконы не проявляли агрессию в их сторону.              Два человека и их драконы смотрели прямо на такой же состав, каждый испытывал уйму разных чувств одновременно. Персефона увидела своих сыновей рядом с драконами, она хотела взреветь в их сторону, закричать и обругать, но не могла.              — Прости. — подошел к матери, проделав большое количество шагов, с опущенной головой Деймос.              Мама только ухватила и крепко обняла сына, уткнувшись в его светлые волосы.              — Это я виноват, это я предложил отправиться сюда и найти драконов. — встал рядом с мамой и братом Фобос, мама подала рукой, чтобы он присоединился к объятиям.              — Как вы приручили их? — посмотрела в глаза сыновей Персефона.              — Мы ничего не сделали, они просто не нападали на нас. — ответил Деймос.              — Они позволили вам залезть на них. Дайте им имена. Если они полетят с нами, это будет означать, что вы их приручили. — сказала мама.              — Ужас. — быстро ответил старший.              — Страх. — засмеялся Фобос, — Страх и Ужас.              Драконы принимали поглаживания мальчиков, но не подпускали к себе взрослых, Сиракс и Туман боялись приближаться к себе подобным.              Персефона с трудом согласилась, чтобы мальчики вновь забрались на Страх и Ужас, и попытались направить их полет вслед за Сиракс и Туманом.              Дикие драконы реагировали на валирийский, показалось, они поняли замысел и полетели вслед за другими. Весь путь Персефона оборачивалась на сыновей, они уверенно, но с болью держались за шипы.              Марахай содрогнулся, когда на него приземлились четыре дракона.