Часть 9
14 февраля 2023 г., 20:24
Найт споткнулся и врезался в стену коридора за пределами комнаты ужасов Фейна, унеся с собой Эллиота. Но когда Фейн поставил ногу всего в нескольких дюймах от себя и приготовился бежать вверх по лестнице, воздух вокруг дверной рамы содрогнулся, и Фейн упал назад, как будто наткнулся на барьер из пуленепробиваемого стекла, которое даже не сдвинулось с места под его ногами. масса. Последовавший за этим нечеловеческий крик ярости отдался в костях Эллиота.
Он крепко прижался к Найту, но следил за каждым движением Уильяма, пока призрак провел пальцами по какой-то силе в дверном проеме, которая была для него непроницаемой. Уильям Фейн каким-то образом был привязан к месту своей смерти и не мог покинуть комнату.
— Мистер. Фейн… — Эллиот слегка отстранился, пораженный невозможностью позиции Уильяма, но Найт все еще держал его руку стальной хваткой. — Вы намного красивее, чем на портретах.
Уильям несколько секунд смотрел на него, потом кивнул, оторвал ладони от барьера и поправил окровавленный жилет.
— Спасибо. Это очень любезно с вашей стороны.
Между ним и Эллиотом что-то произошло. Связь, понимание. Их глаза встретились, и они смотрели друг на друга, как давно потерянная семья, впервые за много лет увидевшая друг друга.
Найт резко встал, захлопнув дверь прямо перед носом Фейна.
— Верно. Вот и все. Ты знаешь, что хотел узнать. Ты узнал, что я был прав все это время. Этот тур заканчивается здесь».
— Но он все еще мог рассказать нам так много… — Эллиот судорожно дышал, пытаясь понять, что только что произошло.
Найт возился со связкой ключей и вставил один в замок.
— Новое правило. Вход в эту комнату запрещен. И в самом деле, никто не узнает, что мы когда-либо сюда спускались. Это ясно?
Эллиот, наконец, посмотрел в глаза Найту, решительно стиснув зубы.
— Я понимаю. Это лучше держать в секрете. Найт… он там. Ты можешь в это поверить?— Эллиот едва мог понять свою удачу. Призраков не существует, по крайней мере, он верил в это всю свою жизнь, и поэтому он был бы готов принять это за галлюцинацию, вызванную волнением, но Найт тоже видел Уильяма!
Найт зарычал и потащил Эллиота вверх по лестнице, напряженный, как бык, готовый броситься на своего противника.
— Может быть, он исчезнет, если мы съедим несколько грибов. Знаешь, как обратная галлюцинация.
— Мы оба видели его, Найт. Он там. Он в ловушке. Только представьте себе ужас одиночного заключения в течение двухсот лет. — Эллиота тошнило от одной мысли об этом.
— Заткнись. Мы не можем допустить, чтобы кто-то подслушал этот разговор, — прошипел Найт, чуть ли не взбегая по узкой лестнице. Эллиот воспользовался моментом, чтобы оглянуться через плечо на запертую дверь, скрывавшую личный ад Уильяма Фейна.
Эллиот не знал, как и когда, но он снова поговорит с Уильямом. Эллиот все еще дрожал от одного лишь ощущения сырой энергии, которую забытая душа излучала в комнату. Он так давно хотел войти в особняк, пройтись по его коридорам хотя бы несколько часов, а теперь получил гораздо больше. Может, поэтому он так одержим Уильямом? Может быть, душа Уильяма беспомощно взывала к нему все это время. Тонкая нить, которая существовала между ними, продолжала тянуть Эллиота ближе к этому месту, даже с риском для жизни.
Его выбрали. Ему была дарована сила пригласить душу Фейна обратно в мир живых, и теперь открыт проход между двумя измерениями. Ничто не закроет эту дверь, как бы Найт ни хотел этого. Эллиоту нужно было правильно разыграть свои карты, чтобы избежать подозрений Найта, но как только Найт погрузится в ложное чувство безопасности, Эллиот найдет способ снова поговорить с Уильямом Фейном.
Его мысли остановились, когда вместо того, чтобы вести Эллиота обратно по знакомой дороге в голую комнату, Найт промчался мимо статуи горгульи и начал подниматься по величественной круговой лестнице. Он сделал два шага одним махом, маршируя вверх по великолепному строению, как будто ни его затейливое украшение, ни возраст ничего не значили.
Эллиот последовал за ним, решив не задавать вопросов. Вместо этого он окинул взглядом их окрестности с бешено колотящимся сердцем как от встречи с призраком, так и от столь быстрого восхождения. Они миновали массивные напольные часы, которые смотрелись неуместно на лестничной площадке, и Эллиот взвизгнул, когда на них из ниоткуда появились две темные фигуры.
Только через полсекунды он понял, что в деревянные панели сбоку лестницы беспорядочно утоплено огромное зеркало. Их странная, неправильная форма напоминала пролитую воду, что делало их похожими на современное произведение искусства, в отличие от часов, которые должны были быть старинными.
Его настолько поразила странная атмосфера, что он не заметил поблизости черную металлическую дверь, но Найт быстро открыл ее кодом, набранным на клавиатуре электронного замка. Он не мог не вспомнить о засове, закрывающем потайную дверь в секретную комнату Фейна в подвале. Могло ли быть так, что у Найта тоже был ужасный секрет, которым он хотел поделиться? Губы Эллиота изогнулись в улыбке при этой мысли.
Как только дверь поддалась, Найт толкнул ее в сторону, открыв зал, освещенный лунным светом, проникающим через огромные окна. Только когда зажглись несколько ламп и осветили самый стильный из лофтов, Эллиот понял, что это не какая-то комната, где Найт намеревался его убить. В отличие от старинной формы окон и некоторых декоративных лепных украшений на потолке, мебель и общий дизайн интерьера были чем-то, что он ожидал увидеть в какой-нибудь классной квартире на Манхэттене по телевизору, потому что дома людей, даже самые красивые , редко выглядел так стильно. Его точно нет.
Зона гостиной в передней части огромной комнаты приветствовала их удобными серыми диванами и набором трубчатых ламп, висящих низко над кофейным столиком. На нескольких витринах и книжных полках — большинство из чугуна или стали и стекла — стояли толстые фотокниги и несколько скульптур черепов в коронах, что только усиливало прохладную мужскую атмосферу всего пространства. Глаза Эллиота едва оторвались от впечатляющего развлекательного центра, когда он последовал за Найтом внутрь, к ступеням, которые вели на возвышение, которое было частично закрыто настолько высоким экраном, что почти достигал потолка. Сделанный из стали и кожи, он сам по себе был странно сексуален, обещая, что в кровати, выглядывающей из-за пробора, будут происходить грязные вещи.
— Трахни меня, — прошипел Найт, подходя к большому холодильнику и доставая две бутылки пива. Он толкнул одну Эллиоту так резко, что влажный стакан почти выскользнул из его пальцев.
Эллиот увидел Найта в тусклом свете. Он наверняка получит удовольствие от траха прямо сейчас. Не поэтому ли Найт привел его сюда? Эллиота раздражало то, как Найт отказывался от поцелуя, но от такого горячего парня, как он, он брал все, что мог.
— Я точно знаю? Он там. Там Уильям Фейн.
— А теперь нам нужно найти способ сделать так, чтобы его больше не было, — прошипел Найт. Он передал Эллиоту открывалку после того, как использовал ее сам.
Эллиот снял крышку и сделал жадный глоток пива. Голове стало слишком жарко от всех собравшихся в ней мыслей, и он стянул с себя парик.
— Он безвреден, ты сам это видел. Мы могли бы поговорить с ним. Спросить у него все, что нам нужно знать о его жизни и его временах. У кого еще есть такая возможность?
Найт очень медленно повернулся к Эллиоту, его губы сжались в тонкую линию.
— Говорить с ним? Он гребаный кровожадный призрак. Представляешь, что могло бы случиться, если бы он получил власть? Я не хочу никакого паранормального дерьма в моем клубе!
Эллиот сел на диван и выпил еще пива, чтобы охладить голову. Уильям вообще оценил парик Эллиота? У него самого были короткие волосы. Может быть, это был путь в конце концов?
— Он был убийцей. Это не значит, что он кровожадный призрак.
Найт одним глотком выпил половину пива, как будто в процессе каким-то образом мог вытереть себе мозги.
— Ты не можешь этого знать. Черт, не могу поверить, что сделал такую глупость, — сказал он в конце, несколько беспомощно глядя в пол.
Эллиот схватил Найта за руку и потянул к дивану.
— Послушай, я знаю, что это… неожиданно, но сколько людей может испытать подобное? К нам пришел поговорить настоящий призрак из реальной жизни. Я до сих пор не могу этого понять, но это потрясающе.
Найт медленно сел рядом с ним, постоянно постукивая пальцами по обтянутому джинсами бедру.
— Боже, черт возьми, никто не должен узнать об этом.
Эллиот кивнул, и его кожу защипало, когда он подумал, что не только поделится секретом с Найтом, но и скроет его от мира, чтобы никто другой не смог завоевать расположение Уильяма.
— Это останется между нами. — Все, чего хотел Эллиот, — это вернуться туда, но ему нужно было идти в ногу со временем. Найт был слишком напуган прямо сейчас.
— И нет пути назад. Клянусь, я убью тебя, если ты это сделаешь. — Найт приставил холодную бутылку ко лбу и сердито постучал ногой по полу.
Эллиот откинулся на спинку удобного дивана и отхлебнул еще пива, чтобы заглушить жалобные мольбы, которые вот-вот сорвутся с его губ. Отлично. Он будет ждать подходящего момента.
— Я просто думаю обо всех вопросах, на которые он мог бы ответить.
Найт выдохнул и поставил пиво, молча глядя на противоположную стену.
— Откуда мы знаем, что он не будет лгать? Кроме того, никто бы нам не поверил, если бы мы заявили, что наш источник — призрак. Это безумие.
— Но мы бы знали. И мы могли бы тогда всегда искать доказательства, чтобы подтвердить то, что он сказал нам. Так было бы легче работать в обратном направлении. — Эллиот придвинулся ближе к дивану, желая уткнуться лицом в ароматные длинные волосы Найта. Это было единственное, чего не хватало призраку Фейна. От такого богатого мужского аромата Эллиоту захотелось раздвинуть ноги.
Найт выдохнул и посмотрел на Эллиота, сузив глаза.
— Это чертовски заманчиво. Но я не доверяю этому ублюдку. Мы не знаем, на что он способен. Стоит ли рисковать?
Эллиот провел пальцами по бедру Найта, опасаясь малейшего признака того, что ему следует отстраниться. Отвергнутый поцелуй все еще обжигал слишком сильно.
— Мы не знаем, как это работает. Является ли он тенью, которая просто расскажет вам правду, или он существо, обладающее сознанием? Я не говорю, что хочу вернуться туда, — он так и сделал, — но стоит подумать об этом.
Найт хмыкнул, и когда его взгляд скользнул по руке Эллиота на его ноге, Эллиот едва сдержал желание трусливо отказаться от этого жеста. Мужчины были непредсказуемы. Одни были доступны ему только в определенное время, другие не выносили чужой инициативы, а были и такие, которые не хотели, чтобы их ласкали нигде, кроме как между ног. Но Найт не хлопнул его по руке и не сделал никакого другого движения, которое можно было бы счесть угрожающим, так что Эллиот глубоко вздохнул, радуясь, что на его пути не будет насилия.
— Что ты в нем видишь? — наконец спросил Найт.
Эллиот был удивлен вопросом. Найт и раньше выражал свое неодобрение, и Эллиот хвалил то, что привлекало его к Уильяму Фейну, но на этот раз казалось, что Найт действительно хочет его слушать.
— Он и есть эта… сила, с которой нужно считаться. Он брал от жизни все, что хотел, и никому не позволял стоять у него на пути. Ну, это до тех пор, пока он не встретил свой конец. Я бы не назвал его действия «смелыми», но они были бесстрашными.
Лицо Рыцаря скривилось в насмешливой улыбке.
— Нетрудно быть «бесстрашным», когда ты находишься на вершине пищевой цепочки. Такие люди, как Фейн, не понимали и не жалели таких, как мы. Может быть, поэтому ему было так легко убить этих мальчиков. Потому что он даже не видел в них людей.
Эллиот рассеянно погладил бедро Найта.
— Может, я просто завидую? Разве мы все не хотели бы оказаться на вершине пищевой цепочки? Посмотрина все эти удивительные вещи, которые у тебя есть. И вам не кажется, что его отец исчез в очень удобное для него время? Я хотел бы знать, действительно ли Уильям убил его. Это означало бы, что он не только выбирал тех, кто родился менее привилегированным, чем он.
— Все считали старого мистера Фейна порядочным человеком. Думаю, Уильям убил его, чтобы поскорее заполучить деньги и власть, — нахмурившись, сказал Найт. — Убить собственного отца в то время, когда обнаружить яд было почти невозможно, в моем понимании не очень смело.
Эллиот отдернул руку. Он снял туфли, чтобы не испортить бесспорно дорогой диван, и подтянул ноги. Что Найт мог знать о ненависти, которую можно испытывать к отцу? Эллиот был уверен, что Уильям понял бы. Даже если Эллиот никогда не находил в себе смелости пустить в ход собственные кулаки против тирана, который делал его жизнь такой несчастной.
— Ты не можешь знать, какими были их отношения. Может быть, он был скотиной дома. Может быть, он использовал свои деньги как силу. Может быть, он был жесток на словах.
Найт рассмеялся и сделал глоток из своей бутылки.
— У Фейна были все возможности в жизни. Он не должен был оставаться здесь, и его отец все равно не смог бы лишить наследства своего первенца. Вот такой был тогда закон. Всегда есть выбор. Мой отец — бесполезный пьяница, который скорее купит себе еще виски, чем купит мне новые туфли, когда я был ребенком, но я никогда не желал ему смерти.
Эллиот моргнул. Он не ожидал, что Найт поделится таким, но, возможно, Найта это просто не заботило.
— Я ненавидел своего отца. Я счастлив, что он мертв. — Яд в его собственном голосе удивил Эллиота своей интенсивностью, но это было правдой. — И я восхищаюсь тем, что Уильям взял дело в свои руки. Он просто пошел на это, понимаешь? Он не сидел без дела, как какой-то слабак. Он отдавал столько, сколько получал.
— Конечно. Потому что он не стал бы относиться к тебе иначе, чем ко всем остальным парням, — прошипел Найт. — Ты слеп.
Эллиот раскинул руки, чувствуя, как внутри него разгорается ярость.
— Ну и что? Я бы попытался показать ему, что я могу его понять, но если нет, то пусть будет так. На этот раз я был бы в эпицентре бури. Представляет интерес для этого идеального хищника, и на мгновение он был бы только моим.
Ноздри Найта раздулись, и он медленно повернулся к Эллиоту.
— Ага? Это то, что ты хочешь? Только сегодня ты не хотел умирать. Этот подонок ничем не отличался от Фейна.
Эллиот поджал губы.
— У Мартина нет ни уровня, ни интеллекта, как у Уильяма. Он всего лишь тень, которую я пытался уловить в то время. Теперь я над ним.
Рука Найта метнулась к голове Эллиота и резко потянула его за волосы, заставляя его поддерживать себя руками, чтобы не упасть лицом на одну из подушек. Его длинные волосы топорщились, как будто по телу Найта пробегало электричество, заставляя его подниматься.
— Значит, ты просто хочешь, чтобы тебя использовали? А потом будь что будет?
Эллиот был слишком ошеломлен действиями Найта, чтобы ясно мыслить, и адреналин, который раньше оседал, теперь снова заполнил его вены. Чего он хотел, так это быть Избранным. Пока у него это есть, он может справиться с большим количеством дерьма.
— Я этого не говорил. Я просто говорю, что, возможно, такой человек, как Уильям, заслуживал того, чтобы получить все, что хотел. — Он застонал, глядя на выступающие вены на руке Найта.
Найт усмехнулся, запустив руку в волосы Эллиота. Другой рукой он схватился за челюсть почти слишком сильно, впиваясь кончиками пальцев в плоть. Его серые глаза были темными и сияли гневом, таким чистым, как Эллиот, который почти чувствовал его вкус.
— И что же сделало его таким особенным? Он был психом. Конечно, он думал, что имеет право брать все, что захочет, и разрушать жизни других людей. Ты бы предпочел быть на месте этих мужчин? Ты бы позволил ему мучить себя? Держать тебя взаперти? Убить себя?
— Может быть, и да. — Эллиот посмотрел на Найта с вызовом. — Ты не знаешь, что мне нравится.
Что-то странное мелькнуло в глазах Найта, и когда он заговорил, его голос звучал хрипло, как будто он проходил через терку.
— Это то, о чем ты мечтаешь, не так ли? Быть съеденным, как тот парень из Германии, который позволил другому мужчине съесть свое барахло. Поэтому ты придумал эту нелепую теорию каннибализма?
Эллиот даже не моргнул, весь разгорячившись от прикосновения, от напряженности в голосе Найта.
— Я не хочу, чтобы меня съели. Я хочу, чтобы мной обладали. Ты видишь разницу?
Низкий стон вырвался из груди Найта, и он отпустил лицо Эллиота, лихорадочно потянув руку Эллиота к своим джинсам. Он громко выдохнул.
— Обладание.
Эллиот чувствовал, как его макияж тускнеет от жара его лица, но со стоном сжал выпуклость Найта. Он не мог припомнить, чтобы когда-либо разговаривал подобным образом с кем-либо из своих партнеров. Обычно они были простыми, точными и готовыми к ебли. Рыцарь был… чем-то другим.
Эллиот кивнул, нежно массируя член Найта сквозь джинсы.
— Внутри и снаружи. Тело и душа. Я хочу все это. Если мужчина может дать мне это, мне все равно, сколько невинных мальчиков он убил.
Найт зашипел и прижал лицо Эллиота к своему бедру, потирая им джинсовую ткань, которая источала насыщенный аромат плоти Найта.
— Ты чертовски сумасшедший. Ты полный, безрассудный идиот, — сказал он, и внутренности Эллиота затрепетали, несмотря на резкие слова, когда он услышал, как застегивается молния так близко к его ушам.
Очевидно, Найт был не против трахнуть «безрассудного идиота». И хорошо, потому что Эллиоту не терпелось снова попробовать этот густой инструмент. Он взглянул на Найта, даже не заботясь о том, что половина его макияжа только что оказалась на джинсах Найта. В то же время его пальцы вернулись к другой ноге Найта, и легкая боль от дерганья за волосы стала еще одним символом силы, превратившей все тело Эллиота в печь.
Не имея возможности двигаться дальше, чем позволял ему Найт, его внимание переключилось на промежность Найта. Толстый член рос под джинсами, и у Эллиота уже текла слюна, когда он вспомнил предыдущий минет. Найт встал на колени на диван перед Эллиотом, соединив свою растущую эрекцию и нос Эллиота.
Один только запах возбуждения Найта возбуждал Эллиота, и он не мог дождаться, чтобы пососать этот член, пока он снова не выпустит все свои соки. Было что-то невероятно эротичное в том, чтобы глотать сперму другого мужчины, принимать ее внутрь, чтобы навсегда оставить его отмеченным.
— Это то, что ты хочешь? — прошипел Найт, и по напряжению в его голосе Эллиот понял, что это его последний шанс отступить.
— Да, — полувсхлипнул Эллиот, его сердце быстро выходило из-под контроля. Ему нравилось делать минет, нравилось, как, пусть даже ненадолго, это делало его центром вселенной другого парня, потому что именно его рот доставлял все удовольствие, ничего не требуя взамен.
В тот момент, когда он выдохнул свое подтверждение, Найт схватил его за плечи и перевернул, как будто Эллиот был легкой подушкой. Лежа на спине на кушетке, он имел самый прекрасный вид на палатку в передней части брюк Найта, где из-под расстегнутой молнии уже виднелся кусок растянутого нижнего белья. Крепкие бедра выглядели великолепно по обеим сторонам головы Эллиота, а затем Найт стянул с себя рубашку, обнажив красочный рисунок, нарисованный тушью на его груди и плечах. В центре была золотая эмблема, изображенная на синем фоне, а вокруг нее историческая сцена битвы.
У Эллиота закружилась голова, когда он попытался воспринять все это, от великолепного произведения искусства до еще более фантастического шести кубиков с дорожкой волос, исчезающей из-под пояса нижнего белья Найта.
Эллиот понял, что застонал, только когда услышал собственный голос. С тем, как он отдал Найту голову в трейлере, ему было далеко не стыдно. Он потянулся к молнии наверху, отчаянно пытаясь стянуть джинсы и обнажить великолепный член. И все же было так трудно сосредоточиться, когда мускулы на животе Найта гипнотически танцевали над лицом Эллиота. Кавалерия в татуированной сцене оживала с каждым вздохом Найта, но взгляд Эллиота переместился на рапиру, вытатуированную на правой руке Найта, как будто он собирался в любую секунду взяться за оружие и присоединиться к армии в битве.
Прежде чем Эллиот успел распаковать свой приз, Найт остановил его и силой опустил руки на сиденье.
— Держи их здесь, — сказал он, прежде чем подложить подушку под плечи Эллиота, чтобы немного приподнять его.
Губы Эллиота приоткрылись от удивления, но он замер, как и было приказано, хотя все его пальцы жаждали коснуться кожи Найта. Но чего он хотел больше, так это предоставить все, чего жаждал Найт. Даже если бы он понятия не имел, что они делают, Эллиот согласился бы с этим.
Этикетки не имели значения.
Все, что имело значение, это то, что красивый зверь над ним собирался воткнуть свой член в Эллиота и удовлетворить его похоть.
Он опустил голову ниже и облизнул губы, жадно наблюдая, как Найт стягивает штаны. Его толстый член выпрыгнул из своих пределов, на мгновение покачиваясь над лицом Эллиота, как будто это был способ для Найт показать, что он счастлив видеть Эллиота таким податливым. Темные волосы обрамляли лицо Найта, когда он смотрел вниз, покраснев до середины груди, когда он схватил свой член и прижал его кончик к середине щеки Эллиота.
— Я буду относиться к тебе так, как ты хочешь.
Пальцы ног Эллиота согнулись на диване, и он издал беспомощный звук, которого даже не понял. Он раскрыл губы шире, уже мечтая о том, как эта толстая головка члена скользит по его щеке в рот. Его мысли крутились вокруг Найта, и он не мог моргнуть, изумленный тем, что теперь оказался в центре внимания такого красивого мужчины, что он мог иметь кого угодно. В перевернутом виде мужчина выглядел еще более величественным и внушительным.
Найт страстно выдохнул и накормил Эллиота самым кончиком своего члена, мягко двигая его вперед и назад, словно дразня Эллиота тем, как самый толстый фрагмент головки высовывался из его губ.
Эллиот выгнулся, чтобы взять еще, и ему пришлось напомнить своим рукам оставаться на месте, потому что они хотели двигаться вверх по бедрам Найта сами по себе. Ему уже нравился вкус плоти Рыцаря. Соленый, преякулят слегка горьковатый. Сам член был горячее, чем губы Эллиота, и пульсировал от малейшего прикосновения.
Найт одобрительно застонал, и одна из его рук схватила обнаженное горло Эллиота, мягко нажимая на него, пока мозг Эллиота не зазвенел в тревоге, несмотря на то, что он еще не потерял воздух.
— Соси его. Давай, покажи мне, как сильно ты этого хочешь, — призвал Найт, легонько шлепнув Эллиота по щеке.
Глаза Эллиота расширились, и его член дернулся в штанах. Хотя он мог подождать. Рыцарь должен был быть удовлетворен в первую очередь. В конце концов, он спас Эллиоту жизнь. С колотящимся сердцем Эллиот начал небрежно сосать, лаская член Найта своим языком и уделяя ему все внимание, которого он заслуживал. Вся длина была такой чудесно гладкой и горячей, и когда Найт больше не мог сдерживаться и начал осторожно двигать ею внутрь и наружу, смущение Эллиота из-за того, что он издавал непристойные чавкающие звуки, только усилило его возбуждение. Он открыл глаза, вздрогнув, когда увидел яйца Найта так близко. Кожа мешочка была темнее, чем остальная часть его тела, и казалась такой мягкой, что Эллиоту хотелось, чтобы ему все-таки разрешили прикоснуться к ней. Но он не посмел ослушаться.
— Вот и все. Ты моя ебаная дырка сегодня ночью, — прошипел Найт, когда его толчки медленно углубились.
Эллиот был счастлив услужить человеку, который считал, что Эллиота стоит спасти. Он открыл горло и выгнулся, чтобы принять весь этот жезл внутрь, даже когда слезы хлынули по его вискам от усилия, когда яйца Найта уперлись ему в глаза. Он издал носовой стон, но не осмелился пошевелиться, намереваясь быть тем, чего хотел Найт. Тем не менее, он сосал и массировал член, прижавшись к нему языком.
Каждый толчок все глубже проникал в Эллиота, и это положение делало его горло еще более уязвимым для все более жестокой атаки. Найт громко застонал и склонился над Эллиотом. Прогиб сиденья по обе стороны от Эллиота сказал ему, что Найт теперь стоит над ним на четвереньках, изо всех сил толкая бедрами рот Эллиота. Толстая головка едва уместилась в глубоком конце горла Эллиота, и он закашлялся, настолько возбужденный, что даже приподняв собственные бедра, надавил на его затянутый тканью член.
— Это то, чего ты хочешь, распутный мальчик. Я буду трахать тебя в глотку, пока ты не потеряешь сознание, — прошипел Найт, ускоряясь.
Эллиот закрыл глаза и представил себя под Найтом, не в состоянии отдышаться, но все еще предлагая свою глотку для траха. Он втянул столько воздуха, сколько смог, когда Найт на секунду отстранился, но ритм был бешеным, и Найт не давал ему покоя. Тем не менее, Эллиот держал руки там, где ему было сказано, потакая Найту любым способом, который он выбрал. Это означало, что время от времени у него кружилась голова, но он все еще ждал, пока Найт решит, когда дать ему вздохнуть, полностью подчиняясь похоти своего спасителя.
Он не мог дождаться, когда этот толстый член выпустит свои соки. Если бы только Найт захотел, Эллиот перевернулся бы, спустил штаны и снял бы Найта голым. Ему было все равно. В него входил этот член, и он засыпал, а сперма стекала по его бедрам. Одна только мысль об этом, когда его горло колотилось, приводила его на грань оргазма.
Как только его воображение вышло из-под контроля, он не заметил, что действительно запыхался, но Найт вырвался, как только Эллиот задохнулся. Кончик его члена упирался в широко раскрытые губы Эллиота, мягко растирая слюну. Теперь, когда мозг Эллиота получил необходимый заряд кислорода, он понял, насколько мокрым было его лицо. Слюна забрызгала ему рот, и он чувствовал, как она охлаждает все виски.
— Ты чертовская развалина, граф.
Эллиот застонал и закрыл глаза, полностью отключившись и вспомнив свою фантазию о том, как Найт вторгается в его трейлер ночью и делает именно это. Показывая свое превосходство и чистую грубую силу. Рыцарь был прав. Эллиот был так сбит с толку. Но он был не против проиграть битву такого рода.
Он провел кончиком языка по нижней стороне твердого как камень члена Найта.
Найт выругался и толкнулся полностью, жестоко разрывая горло Эллиота. После такого долгого траха он достаточно расслабился, чтобы принять это, но канал в шее Эллиота все еще был тугим и конвульсивным вокруг Найта. Эллиот поперхнулся, но когда Найт не смягчился, он был вынужден принять свою позицию и сделать все возможное, чтобы удовлетворить этого человека, который так явно был настроен делать то, что ему заблагорассудится. В тот момент, когда он перестал бояться и позволил Найту получить полный доступ, толчки глубоко внутри стали такими же приятными, как если бы его гладили изнутри.
Ничто другое не имело значения, кроме этого момента. Даже если Найт не видел этого или не осознавал этого, они соединялись. Эллиот хотел немного приподнять свой топ, но он не был уверен, что на самом деле нравится в нем Найту, и он также не хотел двигать руками, поэтому, в конце концов, он продолжал принимать каждый толчок, пока полностью не отключился, открылся. и стремится угодить.
Он хватал ртом воздух, когда Найт в какой-то момент вышел, но он был готов к большему немедленно. Однако «большего» не последовало, и когда Эллиот открыл глаза, потный, тяжело дышащий Найт наклонился к нему и снова перевернул его. Это одновременно сбивало с толку, когда его мир переворачивался с ног на голову, и возбуждало ощущение силы рук Найта. Он бы заплатил Найту, чтобы тот отнес его в постель.
Прежде чем он успел придумать, что делать, этот сексуальный скрипучий голос донес до него приказы.
— Руки на диван, сука. Посмотри на меня, — прошептал Найт, дергая Эллиота за волосы.
Эллиот мгновенно поднял глаза, и он мог кончить на месте. Грудь Найта блестела от пота, и теперь Эллиот мог видеть все чернила с правой стороны. Он был бы так рад свернуться клубком своего костлявого тела против этих мускулистых грудных мышц и живота. Для Найта он вполне мог быть шлюхой, сучкой и ублюдком. Каждый день. Весь день.
Было трудно сосредоточиться на лице Найта с этим твердым членом прямо перед ним, но Эллиот сделал все возможное и выполнил приказ. Он положил руки на диван и даже не пытался вытереть слюну, капающую с подбородка.
На лице Найта был здоровый румянец, черты которого были чем-то средним между гневом и восторгом. Он глубоко вздохнул ртом, наблюдая за Эллиотом, как ястреб.
— Держу пари, ты хочешь проглотить, жадный мальчик. Ты еще не получишь его, — прошептал Найт, схватив свой член и сильно потянув его прямо перед лицом Эллиота.
Челюсть Эллиота отвисла, и он хотел возразить или даже опуститься до того уровня, чтобы умолять привилегию кончить Найта, но в горле пересохло, и он не мог подобрать слов. Это уже не имело значения, когда густые струйки спермы приземлились на его щеку и стекали по лицу. Ему пришлось закрыть один глаз, но он не возражал. Если бы он мог потрогать себя прямо сейчас, он бы кончил в одно мгновение.
Сперма достигла его губ, так что он мог хотя бы попробовать ее на вкус, и она была так же хороша, как и в прошлый раз. Не потому, что было вкусно, а потому, что это было у Найта. Оно исходило от этих мягких яиц, и Эллиот наклонился вперед, чтобы слизнуть то, что стекало по темной головке члена. Прежде чем он успел провести языком по чувствительной коже, Найт схватил его за горло и заставил Эллиота посмотреть на него. Он все еще вздымался после оргазма, но его сила была неоспоримой.
— Я сказал, что ты, возможно, еще не понял. Вверх.
Эллиот вздохнул и, несмотря на то, что его колени чувствовали себя настолько слабыми, что он боялся, что они поддадутся под ним, он выполнил приказ. Горячие волны прокатывались вверх и вниз по его телу, и он не знал, сколько еще сможет продержаться, не касаясь себя, особенно когда горячая и липкая сперма остывала на его лице, доказывая, что он не контролировал себя, когда дело касалось Найта. .
Найт сбросил оставшуюся одежду, и Эллиот впервые увидел его полностью обнаженным. Он был идеальным. Загорелые, подтянутые, без лишних жировых отложений, портящих стройность мышц. Его взлохмаченные волосы теперь были немного влажными, но от этого он не казался менее авторитетным.
Найт положил руку на плечо Эллиота и повел его вверх по лестнице в спальню, которая встретила их серыми стенами и простой черной мебелью. Однако он мало что увидел, потому что Найт толкнул его прямо в большую ванную комнату с черной плиткой и ванной в углу.
Эллиот посмотрел на свое отражение, и оно так резко контрастировало с голым полубогом рядом с ним, что он не знал, что с ним делать. И даже сейчас, когда он увидел сперму на своем лице, его макияж лишь жалкое напоминание о том, что было раньше, его волосы в беспорядке и красные пятна кожи, выглядывающие из-под краски, он все еще был возбужден. Он все еще хотел, чтобы Найт мог дать все, и все еще хотел дрочить прямо рядом с красивым телом Найта.
Полностью потрясенный и ослепленный возбуждением, Эллиот вздрогнул, когда Найт встал позади него, щедро делясь теплом своего тела с костлявой спиной Эллиота. Найт полез в коробку с салфетками, достал три и зачерпнул сперму с лица Эллиота только для того, чтобы затем растереть ее по всему телу, стирая остатки макияжа, на который Эллиот приложил столько усилий.
— Ты сейчас будешь пахнуть мной.
Истина, стоящая за этим заявлением, отразилась во всем теле Эллиота, и он с радостью растерся бы о Найта, если бы ему дали хотя бы половину шанса. Их глаза встретились в зеркале, и Эллиот изо всех сил старался не сравнивать свое некрасивое лицо с благородными чертами Найта.
— Я хочу это. — Он едва мог шептать, его горло все еще восстанавливалось после царапины, но ему было все равно. Все, о чем он мог думать, это то, что Найт стоял прямо позади него, так близко, что его бедра касались задницы Эллиота через джинсы.
Найт ухмыльнулся и откинул назад гриву, глядя на задницу Эллиота, когда тот бросал грязные салфетки в мусорное ведро.
— Спусти штаны.
Эллиот замер. Не потому, что он не хотел, но он думал, что Найт на данный момент с ним покончил. Когда он взглянул в зеркало, его лицо покраснело еще больше, но он не заставил Найта ждать и спустил штаны, голова пульсировала от жара.
Не отводя от него взгляда, Найт лизнул правую ладонь и неожиданно притянул Эллиота ближе. Шок от встречи их тел заставил Эллиота встать на цыпочки только для того, чтобы размякший член Найта устроился между его ягодицами. Когда влажная ладонь Найта обвилась вокруг члена Эллиота, ее хватка была такой твердой и твердой, что Эллиот чуть не упал на месте.
Он прижался спиной к Найту, и это было так великолепно, как он себе представлял. В мышцах было то немного отдачи, что позволяло так легко чувствовать себя в объятиях. Когда кулак Найта на члене Эллиота запустил безжалостный ритм, Эллиоту потребовалось всего несколько секунд, чтобы кончить. Он дергался и дрожал, прижимаясь задницей к Найту, и держался за мускулистую руку, настолько подавленный, что едва мог стоять самостоятельно. Толстые пальцы на его члене были такими непохожими на его собственные, такими горячими, когда Найт выдоил все до последней капли из яиц Эллиота.
Найт выдохнул и притянул его ближе, как будто боялся, что ноги Эллиота не выдержат. Эллиот решил сыграть в эту игру, немного обмякнув, чтобы его держали посильнее.
— Посмотри на это. Ты устроил беспорядок, — сказал Найт, хотя голос его звучал довольно.
Эллиот все еще переводил дыхание, но легкая улыбка расцвела на его губах.
— Нет, ты меня запутал. — Эллиот был в таком восторге, что пожалел, что ему не пришлось отпускать руку Найта. Ему хотелось спать под ней, прижавшись всем телом к телу этого удивительного мужчины.
Найт похлопал Эллиота по груди.
— Ты можешь стоять самостоятельно?
Эллиот собирался смиренно признать, что может, но что ему терять? Его достоинство было утеряно еще до того, как Найт растер свою сперму по всему лицу Эллиота.
Черт, это было горячо.
— Извини, у меня немного кружится голова, — сказал он, чтобы они могли простоять так вместе еще какое-то время.
Найт наклонил голову и потер пальцами тазовую кость Эллиота.
— Ты недоедаешь, — сказал он, прежде чем скрутить Эллиота в объятиях и внезапно перекинуть через плечо. Голова Эллиота закружилась, когда он был сметен с пола, его задница смущенно торчала, а его измученный член прижимался к руке Найта. Он получил легкий удар по ягодице. — Я знаю, что ты лжешь, — сказал Найт и вышел из ванной.
— Нет, — заскулил Эллиот, пытаясь осмыслить новую перспективу. Он усмехнулся, увидев задницу Найта. Он определенно мог понять это. — И тебе следовало покормить меня, если ты думаешь, что я слишком худой. — Он улыбнулся еще шире при мысли о том, что ему придется глотать сперму Найта каждый день. Хотя правда и то, что он мало ел. Если бы он остался здесь подольше, это определенно изменилось бы, потому что холодильник в общей комнате был полон всего. Он уже наелся тунца, макарон, хлеба и нутеллы еще до того, как отправился в тур с Найтом.
В момент храбрости он осмелился обнять Найта за талию. Парень был чертовски сильным. Таскать Эллиота, казалось, не составляло труда для него, и Эллиот мог быть костлявым, но не маленьким.
Найт усмехнулся, и его теплая рука прошлась по задней поверхности бедра Эллиота до ягодиц.
— Если ты покажешь мне, как сильно ты хочешь выпить мою сперму. — Он наклонился и перекатил Эллиота на огромную кровать с мягчайшей из подушек. За изголовьем была карта мира с золотыми булавками и комментариями, добавленными маркерами, но он едва мог сосредоточиться на декоре, когда за ним гнался самый удивительный красавчик.
То, как Найт коснулся его задницы, все еще было призрачным. Эллиот немного нервничал из-за того, что его тело так отличалось от тела Найта, но если Найт привел его в постель, он не стал бы слишком возражать.
— Шутки в сторону? У меня почти нет рвотного рефлекса. Что еще ты можешь желать? — Он улыбался, весь усталый и болезненный, но счастливее, чем когда-либо. Пальцы Найта на его члене были самым ярким событием вечера.
Подождите.
Нет.
Только сейчас он вспомнил, что сегодня вечером они действительно вызвали призрак Уильяма Фейна, так что это наверняка должно было быть «изюминкой»? И снова Найт был живым, красивым и прямо перед Эллиотом с его дерзкой улыбкой и большим самомнением. Напрягая мускулы, когда он растянулся над кроватью во всем своем обнаженном великолепии.
Боже, он был совершенен.
Найт ухмыльнулся и порылся в тумбочке. В сторону Эллиота пролетела пачка из пяти плиток шоколада.
— Ты еще и любопытный, надоедливый, и только в прошлом месяце ты предположил, что я не умею читать, — сказал он с юмором в голосе.
Эллиот запрокинул голову и потер кадык.
— Но это же горло, да?
Найт медленно повернул голову, чтобы посмотреть на него, и то, как густые волосы легли на его щеку, было одним из самых прекрасных вещей, которые когда-либо существовали.
— Хорошее горло. Однако, возможно, потребуется больше пробных поездок, — сказал он, подмигивая.
Эллиот откусил первую плитку шоколада, которую он открыл, и перевернулся на живот, осторожно наблюдая за Найтом, чтобы увидеть, не привлечет ли его взгляд задницу Эллиота.
Ага. Это определенно было.
— Я бы не хотел, чтобы оно заржавело, знаешь ли. — Эллиот был сонным после своего оргазма, но также был слишком рад тому, что находится в постели Найта, чтобы заснуть прямо сейчас. Или быть выгнанным в свою комнату, если это так. — Ты, с другой стороны… Ты не целуешь парней, но ты открыто трахаешься с одним перед Чудовищем. И потом, ты часто трахаешься парнями? Или… как у вас? Кстати, я гей, если это не было до боли очевидно из моих видео.
Найт пожал плечами, и хотя глупая ухмылка исчезла с его лица, он казался скорее задумчивым, чем недовольным.
— Большинство парней в клубе время от времени трахают мужчин. Короли ада выступают за абсолютную свободу, и если тебе хочется, чтобы парень отсосал тебе, общество не должно тебя останавливать.
— А ты… занимаешься с парнями и другими вещами? Аналом. — Ты должен был просто сказать "анал". Почему он вдруг стал таким застенчивым после всего, что они уже сделали?
Найт рассеянно потер грудь.
— Я би. Я жарю парней все время.
Так он просто не целовался.
— У тебя когда-нибудь были девушки? — Это был мягкий подход к теме отношений, но если Найт «не целовал парней», то Эллиот почему-то сомневался, что у Найта когда-либо были бойфренды.
Красивое лицо растянулось в улыбке.
— Ага. Я люблю баловать своих девочек. Хотя, если честно, последняя оказалась такой стервой, что я немного подустал от отношений. Чудовище думает, что я должен стремиться к другому типу девушек, но не может не знать, что меня привлекает, понимаете. Принцессы с идеальными волосами и макияжем. Но они всегда хотят больше и больше.
Эллиот улыбнулся и сделал мысленную пометку никогда не показывать, что хочет большего, хотя он уже этого хотел.
— Думаю, ты заслуживаешь лучшего.
Рыцарь рассмеялся.
— Ага. Думаю, да. Но ты также заслуживаешь большего, чем тот подонок, который чуть не убил тебя сегодня.
Эллиот не был уверен, будет ли это хорошей шуткой и вышвырнет ли его Найт за это, но он сел и стянул с себя водолазку.
— Этот парень. — Он указал на середину своей груди, где у него был вытатуирован большой портрет Уильяма Фейна в орнаментальной рамке, поддерживаемой херувимами. Это также было еще одним испытанием привлекательности Найта. Там. Эллиот теперь был голым, и если бы они трахались, Найт рано или поздно увидел бы его. Либо ему нравилось тело Эллиота, либо нет. Не то чтобы это изменилось за одну ночь.
Лицо Найта исказилось, и он перекатился по матрасу так, что его лицо уткнулось в подушку. Приглушенным голосом он сказал: — Только не он.
Эллиот рассмеялся и упал рядом с Найтом.
— Мне нравится, что он всегда рядом со мной таким образом. Как будто он внутри меня.
Брови Найт опустились, и Эллиот ожидал еще одной критики в адрес своего выбора туши, но ее не последовало. Найт обвил пальцами запястье Эллиота и вытянул всю руку, его серый взгляд проследил за лестницей шрамов, карабкающихся по телу Эллиота.
Эллиот попытался вырваться, но Найт не позволил ему, поэтому просто застонал.
— Это было давно. — Только то, что это не так. Он перестал резать только год назад. Совсем не случайно однажды из его жизни исчез его дерьмовый папаша.
Найт сглотнул и провел грубыми кончиками пальцев по бледным линиям. Одни были плоскими, другие не очень — постоянное напоминание об аде, через который прошел Эллиот.
— Тебе не разрешено делать это здесь. И я буду видеть тебя голым каждый день. Я буду знать, так что смотри у меня, — сказал Найт, в конце концов отпустив запястье Эллиота.
Эллиот подавил улыбку. Он не был уверен, было ли это просто оправданием для Найта, чтобы увидеть его голым, или Найту действительно было не все равно, но это не имело значения, поскольку обе версии реальности устраивали Эллиота.
