Kings of Hell MC #2 My Dark Knight K.A. Merikan Мой Темный рыцарь ( МК Короди Ада 2)

Эллиот оцепенел от мыслей, роящихся в его голове. Принял ли он правильное решение относительно своих отношений с Найтом? Все, что он знал, это то, что он хотел Найта так сильно, что его сердце обливалось кровью, и все же, если он зайдет еще глубже, он в конце концов пожалеет об этом. Разве Найт не сказал, что Эллиот должен уважать себя? Эллиот не мог быть тряпкой для парня, которого любил, как бы ни было больно разрывать все это. Найт лгал самому себе. Ничто не будет прежним после этого. Но Эллиот мог выдержать это и на этот раз отстоять свое мнение о том, чего он хочет от отношений. Поскольку на самом деле ему не хотелось ни на чем сосредотачиваться, он попросил Грея поставить реалити-шоу о скрягах, и так они сели вместе, Эллиот смотрел на экран, а Грей что-то читал в своем ридере. К сожалению, Фейн становился все более возбужденным из-за того, что ему было нечего делать, и ощущение ледяных пальцев, вцепившихся в плоть Эллиота, постоянно держало его на грани боли. — Может быть, он мог бы развеять нашу скуку? Раздвинь эти ноги. Зачем ему сопротивляться? Эллиот в отчаянии ударился затылком о стену. Теперь были только он и Грей, потому что в какой-то момент Джейк стал странно беспокойным. Он долго извинялся и сказал Грею, что ему нужно идти. Его лицо было таким красным, что Эллиот подумал, не было ли это одной из тех загадочных болезней, которыми люди иногда болеют, а потом умирают. Он надеялся, что это не заразно. — Он этого не сделает, — прошептал Эллиот. Глаза Грея мгновенно метнулись в его сторону. — Что? Фейн ухмыльнулся и потянулся к ногам Эллиота, оттолкнув простыню и раздвинув бедра Эллиота в бессмысленном приглашении. Эллиот застонал, пытаясь вырваться из хватки Фейна. — Прекрати! Он дерьмо, — сказал он Грею, стыдясь того, что всем приходится суетиться из-за него. — Я что, ты, неблагодарная пизда? — прошипел Фейн, сбрасывая Эллиота с кровати с такой силой, что его тело врезалось в стену, а затем упало на табуретку, которая не остановила его падение, а вместо этого нанесла еще один болезненный удар краем Эллиоту по ребрам. — Мне жаль! — Эллиот быстро ответил, хотя единственное, о чем он сожалел, это то, что он вообще когда-либо обожал Фейна. — Блядь! — Грей зашипел и подошел к Эллиоту, помогая ему подняться. — Мне привязать тебя к кровати? — Предложение было прагматичным ответом на проблему, и все же это только сделало Эллиота еще более несчастным. — О, да. Пусть он это сделает. — Фейн потер рукой промежность Грея. — Мне нравится, что он всегда спокоен. Я уверен, что положил бы конец этому бесстрастному выражению лица, если бы у меня было достаточно времени. Грей взял Эллиота и усадил его на кровать, поглаживая обе его ноги. — Ты сильно ударился? Это выглядело опасно. — Нет, все хорошо. Просто еще один синяк в коллекции. Фейн раздраженно вздохнул. — Ты бесполезен в очаровательных мужчинах. Разве ты не покончил с Найтом? Ты можешь потрахаться с этим. — Он погладил волосы Грея, хотя его пальцы погрузились в его лоб. — Посмотри на это красивое лицо. Разве ты не хотел бы увидеть это между своими ногами? Грей вытащил Эллиота в горизонтальное положение. — Я не позволю этому повториться. Фейн рассмеялся и перекатился в постель рядом с Эллиотом. — Это больше походит на это. Продолжай. Прикоснись к нему. Как долго ты собираешься смотреть, как люди убирают свои дома? С каких это пор нищие имеют так много? — спросил он, глядя в сторону телевизора. — Спасибо, — сказал Эллиот, избегая смотреть Грею в глаза. Это было так унизительно. — Я так виноват. И за это время я порезал тебя. Фейн пожал плечами. — Не должен был стоять у меня на пути. Бледные глаза Грея встретились со взглядом Эллиота, когда он вытащил связку веревки из кожаной сумки, висевшей у него на бедре, и привязал один конец к спине смирительной рубашки Эллиота. — Все в порядке. Я знаю, что это был не ты. Дверь распахнулась без стука, так что Эллиот был уверен, что это вернулся Найт, но ему пришлось сесть на кровати, чтобы увидеть. Фейн тоже лениво посмотрел вверх. — Я думал, он не вернется до завтра. Может быть, он хочет, чтобы его кровать освободилась для чего-то красивого. Эллиот застонал и посмотрел на свои колени. Как долго Найт будет терпеть Эллиота в своей постели? В его комнате? В его жизни? Было неизбежно, что он устанет от неблагодарной ответственности. Грей отпустил веревку и встал перед высоким присутствием Найта. Выйдя из гостиной, Найт остановился на последней ступеньке, и его взгляд лишь на мгновение коснулся Эллиота, прежде чем метнуться к лицу Грея. — Где Джейк? Плечи Грея расслабились. — Сказал, что ему нужно выйти. Он выглядел не слишком хорошо. Возможно, пищевое отравление. Фейн усмехнулся, обнимая Эллиота за плечи. — Посмотри, какой он красивый. Может, мне все-таки до него добраться? Эллиот ссутулился, глубоко вздохнув. Он никогда не освободится от Фейна. Только сейчас до него дошло, что ему, возможно, придется жить с Фейном вечно. Однажды Фейн подтолкнет его к совершению какого-нибудь ужасного преступления, и Эллиот будет бессилен его предотвратить. — Нет, не будешь, — тихо проворчал Эллиот, разгневанный единственной идеей, что кто-то еще прикасается к Найту. Он знал, что должен преодолеть это, но понятия не имел, как. — Его столкнули с кровати, так что я решил связать его, — сказал Грей. Кадык Найта медленно покачивался, и он скрестил руки на груди, медленно поворачивая голову, чтобы посмотреть на Эллиота. Его глаза и шея были напряжены, и одно только это зрелище заставило Эллиота рухнуть изнутри. — Что случилось? Эллиот вздрогнул, когда Фейн коснулся его шеи и заговорил. — Он зануда. Вот что случилось. Клянусь, нет человека хуже. С тобой было бы гораздо веселее, Эллиот, если бы ты не отверг лорда Маффа. Было приятно наблюдать, как он прикасается ртом к твоей крошечной мужественности. Как насчет того, чтобы вы все-таки помирились? Эллиот боролся со стыдом за то, насколько он был бесполезен, и сказал: — Я думаю, что просмотр реалити-шоу слишком долго раздражал его. Все в порядке. — Ты вернулся? — спросил Грей. — Могу я пойти проведать Джейка? Найт облизнул губы, изучая Эллиота со странным выражением лица. Думал ли он все еще о том, как Эллиот принял минет только для того, чтобы через пять минут разойтись? — Ага. Я могу справиться с этим сам. Грей кивнул, взял веревку с собой и упаковал электронную книгу. — Все прошло хорошо? — спросил Эллиот, хотя и не был уверен, с чем именно Найт отправился разбираться. Может быть, ему просто нужно было пространство, а работа была предлогом, чтобы не смотреть на Эллиота. Фейн встал с кровати и по дороге погладил Эллиота по лицу. — Продолжай, Эллиот. Возможно, он никогда не полюбит тебя, но он использует свой член самыми восхитительными способами, не так ли? Где ты еще найдешь такого человека, как он? Я удивлен, что тебе удалось удержать его так долго. Вероятно, он чувствует ответственность за тебя. Это лучше, чем ничего, учитывая, насколько ты туп. Найт подождал, пока Грей закроет за собой дверь, и медленно подошел к кровати, как только они остались одни. Он снял куртку, встал спиной к Эллиоту и, не говоря ни слова, снял обувь. — Найт? Все в порядке? — Эллиот попятился на кровати, не зная, что делать со странным поведением. Фейн рассмеялся. — Он раздевается. Это должно быть хорошо. Наслаждайся этим, пока что. Найт громко выдохнул и развернулся, прежде чем сесть на край матраса. Его взгляд остановился на Эллиоте, но он казался отвлеченным, и его глаза продолжали бегать. — Нет. Я просто устал. Чудовище... требует от меня многого. Эллиот сглотнул. — Обещаю не беспокоить. Если ты не можешь спокойно спать с ним во мне, может быть, ты хочешь связать меня на время? Я знаю, что мне и так достаточно хлопот. Фейн зарылся пальцами в его волосы. — О, ради бога! Прекрати ныть! Если бы я был им, я бы давно набил тебе рот чем-нибудь, просто чтобы немного успокоиться. Или отрезал себе язык, если уж на то пошло. Найт положил руку Эллиоту на плечо, и оно излучало тепло, столь прекрасное, что Эллиоту хотелось просто повернуться к нему. Несмотря на то, что он был в перчатках без пальцев, жар его плоти все еще чувствовался сквозь мягкую кожу. Но затем пальцы напряглись, сжались сильнее, пока тело Эллиота не онемело. — Рыцарь? Ты делаешь мне больно… — Он отстранился, охваченный волной холодного содрогания. Возможно ли, что такой щедрый человек, как Найт, в конечном итоге отвернется и от него? После всего, через что они прошли? — Почему бы и нет? В конце концов, все от тебя устают, — сказал Фейн, и глаза Эллиота защипало от неоспоримой правды, стоящей за его словами. Найт выдохнул и притянул Эллиота ближе, удерживая его в надежных, но нежных объятиях. — Извини. Я... я не подумал. — Каждая крошечная частица существа Эллиота кричала, чтобы остаться в объятиях Найта и забыть о любых других потребностях, которые у него могли быть, но он знал, что это не закончится хорошо ни для одного из них. Что в конце концов он обиделся на себя за то, что поддался давлению и был вынужден скрывать свою ревность. Что-то случилось?" — Нет, почему ты так думаешь? — спросил Найт, кладя руку на плечо Эллиота и толкая его дальше, так что его рука легла на затылок Эллиота. Пальцы двигались несколько раз, собирая плоть и нежно скручивая ее. Фейн лег рядом с Эллиотом. — Он все еще хочет твое тело. Раздвинь ноги, и, может быть, он не вышвырнет тебя сразу. Потому что куда бы вы пошли? Я не останусь в доме нищего! Эллиот отвернулся, чувствуя, как краснеет его лицо. — Ты… запутал меня. Эта ситуация была бы забавной, если бы не была такой странной. Найт застонал и потерся лицом о Эллиота, снова обнимая его. Фейн пожал плечами. — Может быть, он беспокоится, что женщины уже не такие вкусные. И он знает, что ты виноват. Он не любит тебя. Он никогда не сможет полюбить тебя, а ты превратил его жизнь в такой ненужный вихрь. Рыцарь выдохнул и отстранился. — Может, мне тебя отстегнуть? — Думаешь, это хорошая идея? — спросил Эллиот, не зная, что с этим делать. Хотел ли Найт «освободить его» или что-то в этом роде? Фейн рассмеялся. — Идеально! Это блестящая идея. Их прервал громкий стук в дверь. — Открой, Найт!— Зверь закричал. Найт застонал, потирая руки Эллиота вверх и вниз. — Ты знаешь этот чертов код, — крикнул он так громко, что голос Эллиота зазвенел в ушах. Через несколько секунд дверь открылась, и две пары ног пронеслись через гостиную в спальню. — Мы договорились, что ты будешь ждать нас, и теперь Грей говорит мне, что ты вернулся и отослал его, — Чудовище представляло собой массу напряженных мышц, шагающую по комнате. — Ты играешь с огнем! — Мы хотим быть здесь, чтобы помочь вам в случае необходимости, — добавил Лоран в нескольких шагах от него. Фейн расхохотался. — Еще один экзорцизм? Это должно быть хорошо. Может быть, на этот раз я мог бы заставить ваше тело сокращаться, и притвориться, что оно работает. Пока твой позвоночник не сломается надвое. Однажды я сделал это с одним из моих любимых мальчиков. — Пожалуйста, больше никаких экзорцизмов, — быстро сказал Эллиот, закрывая глаза, когда Найт прижал его к своей груди. — Никто из вас ничего не может сделать, пока этот ублюдок внутри Эллиота!— Зверь застонал и подошел ближе. — А мы… вы… не можете его как-нибудь вытащить? Фейн расхохотался еще громче. — О, это просто бесценно. Такие большие люди и так мало власти. — Эллиот, он здесь? — спросил Лоран и подошел ближе. Внимание Фейна мгновенно переключилось на него. — Да, красивая змейка. Подойди ближе, — сказал он и тоже сделал шаг к Лорану. — Однажды я получу твое тело, и это будет самая сладкая победа. То, что я хотел сделать все эти годы назад, хотя и в другой форме. Представляешь, Эллиот, как легко мне будет заманивать людей твоим невинным лицом? Эллиот глубоко вздохнул. — Он здесь. Он во мне. Я вижу его призраком, но его настоящее существо во мне. Вот почему он может воздействовать только на мое тело и ни на чье другое. Явное отчаяние на лице Найта заставило Эллиота отвести взгляд, и он мгновенно почувствовал, что в этом есть его вина. С другой стороны... это было, и только с небольшим отрывом сам Найт избежал заговора Фейна и не должен был терпеть такие мучения, которым подвергался Эллиот. — Верно. И если ты не поможешь мне проникнуть в гибкую плоть Лорана в ближайшее время, я позабочусь о том, чтобы у тебя была мотивация помочь мне. По одному пальцу и зубу за раз. Глаза Эллиота заслезились, и он в отчаянии посмотрел в лицо Найту, но не осмелился произнести. Они не могли использовать Лорана. И все же, приведут ли пытки Эллиота к предательству? Он никогда не простил бы себе, если бы подчинился воле призрака. Лоран уже однажды сбежал от Фейна и не заслуживал того, чтобы снова пройти через то же самое, застряв в одном теле с человеком, который пытался его изнасиловать. — Не подходи слишком близко, Лоран. Он хочет завладеть твоим телом. Это последнее, чего я хочу, — сказал Эллиот, хотя и не сводил глаз с Найта. Голубые глаза Найта никогда не отрывались от глаз Эллиота. Он обхватил лицо Эллиота, нежно поглаживая его, словно хотел его успокоить, но не мог найти слов. Но спасать было нечего. Единственный способ освободить Эллиота от Фейна — умереть. Эллиот положил голову на плечо Найта, желая, чтобы они могли поцеловаться, но близость должна была сработать. — Он никогда не уйдет добровольно. Может, для всех будет лучше, если ты отведешь меня вниз. Если я… я имею в виду… если он умрет там, возможно, он снова окажется в ловушке. Лоран подошел ближе, но остался позади крупного тела Чудовища. — Что ты говоришь, Эллиот? Он не заслуживает того, чтобы отнять еще одну жизнь! Холодное обиженное лицо Фейна прижалось к щеке Эллиота, и он зашипел, с каждым словом потирая зубы о кожу Эллиота. — Как ты смеешь! Я единственный мужчина, для которого ты когда-либо был важен! И это несмотря на то, что ни разу не провел внутри себя. Ты ничего не добился. Ты ничто без меня и осмеливаешься ослушаться меня? Эллиот прикусил губу, чтобы подавить рыдание, но Фейн отстранился и огляделся, как волк, почуявший свежее мясо. — Кровь, — прошептал он сквозь губы Эллиота, крепко сжимая его челюсть. Ни капли не заботясь о благополучии Эллиота, он нажал зубы Эллиота на его язык и заставил его укусить так сильно, что у Эллиота потекла кровь. Быстро собравшись во рту Эллиота, она стекала по его подбородку, образуя медно-красную линию. Эллиот сосредоточил свой взгляд на Чудовище, и только тогда он почувствовал интенсивный соленый запах в воздухе. На пальце Лорана была красная капля, она была такого алого цвета, что все остальное растворялось в оттенках серого. Лоран выронил булавку, которую тайно держал, и уставился на кровать через всю комнату, а кровь выступила на кончике его пальца, словно распустившийся цветок. — Нет нет! Уберите его отсюда! — Эллиот закричал на Чудовище, но Фейн уже выталкивался из его тела через свежую рану на языке Эллиота и, как болезнь, заражал кожу, плоть и кости Лорана. Лоран не шелохнулся, и Чудовище только сейчас обернулось, чтобы понять, что происходит. — Сейчас? Найт? Сейчас? — спросил Лоран высоким, полным паники голосом. Время застыло на месте. Найт был прямо перед Эллиотом, его глаза были сосредоточенными и темными, когда он потянулся к лицу Эллиота, втирая непокрытые пальцы в свежую кровь. А затем он потянул, напрягая все свое тело, пока ледяной холод, который был постоянным присутствием в каждой клеточке тела Эллиота, внезапно не ослаб. Фейн закричал, и в его голосе прозвучала нотка истинного страха, когда он прилипал к внутренним ушам Эллиота. Все произошло слишком быстро, и когда тело Эллиота рухнуло на подушки, невесомое и горячее от лихорадки, Найт встал, сжимая гибкое тело Фейна за горло кулаками, горящими голубым пламенем. Ошеломленный, Эллиот наблюдал, как последние кусочки черных перчаток без пальцев превращаются в пепел на массивных кулаках Найта. Он больше не понимал, что происходит, когда понял, что тыльная сторона рук Найта была отмечена круглым узором, знаком, таким же, как у Фейна, но совершенно другим. Он светился льдисто-голубым светом, словно печать дьявола была вырезана на коже Рыцаря, и теперь адский свет исходил изнутри Рыцаря. Эллиот ничего этого не понимал. Рыцарь мог видеть Фейна? Он мог схватить его? Вытащить его из Эллиота и держать за горло? С ревом, который, казалось, исходил из самой глубины его груди, Найт швырнул Фейна в ту же стену, в которую Фейн ранее швырнул Эллиота, его длинные волосы ощетинились и встали, как будто их подняло статическое электричество. — Ты сука! Как ты смеешь говорить ему такие вещи? Ты не знаешь меня, ты не знаешь, кого я люблю, ты не знаешь, что я думаю. Ты ничто! У тебя даже нет тела, потому что ты его не заслуживаешь, — завопил Найт, толкая призрака, который казался таким материальным в контакте с Эллиотом, к стене, как будто Фейн почти ничего не весил. — Оставь меня! — Фейн задохнулся, отчаянно повернув голову к Лорану и потянувшись к нему, но тело его мечты было уже на полпути к двери, переброшенное через плечо Чудовища. — Ты не знаешь, о чем я говорил с Эллиотом. Эллиот сел на кровати, у него все еще кружилась голова. Он наблюдал, как большой палец Найта так сильно вдавился в горло Фейна, что темно-синяя жидкость вырвалась из проделанного отверстия, и Фейн закричал так отчаянно, что Эллиоту пришлось заткнуть уши, опасаясь, что его мозг взорвется. — Я слышал каждое слово, кусок дерьма. Ты не заслуживаешь быть рядом с ним. Ты никогда не заслуживал его. Он не тупой. Это ты такой пустой, что тебе нужно было убивать людей, чтобы ты мог что-то чувствовать! Но сейчас я здесь, и я не отдам его тебе, — прошипел Найт, могучий, как титан, против угрозы, которую представлял Уильям Фейн. Он оторвал Фейна от стены и впечатал его в пол с такой силой, что дерево треснуло. То же самое сделал и череп Фейна, брызнув на лицо Найта призрачно-голубым, который также брызнул из разбитой головы и скапливался на досках. Эллиот подполз к краю кровати, пораженный тем, что Найт смог сделать с душой человека, причинившего Эллиоту столько горя. Он был слишком потрясен, чтобы говорить, и его язык все еще обильно кровоточил, но он наблюдал, как Фейн в отчаянии схватился за предплечье Найта. — Эллиот! Спаси меня от него, пожалуйста! Прояви милосердие! — Фейн закричал, когда Найт ударил Фейна в грудь так сильно, что проломил грудную клетку, заставив еще больше синей крови вылиться вокруг призрачного трупа. Полный сгустков, как будто это были раздавленные ягоды, он растекался по полу все больше каждый раз, когда Фейн корчился под Найтом. Все руки Найта теперь были покрыты блестящими голубыми письменами, знаки пульсировали при каждом подергивании мускулов и проливали бледный свет на хищную ухмылку, исказившую черты лица Найта. Эллиот усмехнулся мольбе Фейна. — Умри, — выплюнул он, несмотря на то, что с его губ капала кровь. Найт оглянулся на него, затаив дыхание, его глаза горели, как две белые лампы с тенью на радужной оболочке. Флуоресцентный синий свет прилипал к его коже, когда он ударял кулаком вниз, снова и снова, пока голос Фейна не стал настолько искаженным, что из его криков нельзя было разобрать ни слова. Его грудина треснула, и рука Найта нырнула в переливающуюся полость внутри. Фейн больше не был похож на себя. Его лицо не было физически разбито, но искривлено, как будто его засосало в вихрь, который сосредоточился где-то между его глазами. Беззубый, искаженный рот открылся в бессловесном крике, а затем Найт вырвал крошечный синий шарик, отмеченный темной печатью демона. Найт раздавил его лязгом, который эхом разнесся по всему зданию, как будто хрустальная люстра только что упала на пол. В тот же момент Фейн превратился в пепел, а затем полностью исчез вместе с синими пятнами, покрывавшими стены, кровать и самого Найта секунду назад. Все выглядело, как прежде, и только треснувший пол и шрамы от ожогов на тыльной стороне рук Найта остались доказательством того, что то, что Эллиот только что видел, действительно произошло. Найт с трудом выдохнул и рухнул вперед, едва удерживаясь от падения на пол. Длинные волосы закрывали его лицо, когда он изо всех сил пытался сесть, прислонившись спиной к кровати. — Рыцарь? Рыцарь? Ты в порядке?— Эллиот скатился с кровати, только сейчас осознав, как сильно ему не хватало тепла. Холодная, злая душа Уильяма Фейна действительно покинула его кости. Ошеломленный, он прижался всем телом к Найту в единственном объятии, которое он мог дать, удерживая руки. — Он ушел… — голова Найта покатилась к плечу Эллиота. Он был бледен, часть его волос прилипла к вспотевшим щекам и лбу, но он кивнул, открыв глаза, которые выглядели так, словно он вот-вот заснет. — Ты свободен. Эллиот огляделся вокруг, хотя в глубине души знал, что это правда. Фейн нигде не было видно. — Как ты это сделал? Как… Что это у тебя на руках? Пожалуйста, помоги мне выбраться из этого. — Он беспомощно ерзал в смирительной рубашке, умирая от желания обнять своего спасителя. Найт поднял одну руку и взглянул на знак, прежде чем лениво развязать смирительную рубашку Эллиота сзади. — Ничего особенного. Эллиот боролся с желанием поцеловать эти могучие кулаки. Ему больше не разрешалось этого делать. — Ничего особенного? Я был уверен, что он убьет меня! Что ты сделал, Найт? — Я убил его. Его здесь больше нет, и он не будет беспокоить ни тебя, ни Лорана, — сказал Найт, и, в последний раз дернув смирительную рубашку сзади, Эллиот понял, что у него достаточно свободы движений, чтобы сделать все остальное самому. Он схватил Найта за шею руками, все еще одетыми в чрезмерно длинные рукава, и прижался к нему так сильно, как только мог. — Я не позволю тебе сорваться с крючка. Ты должен рассказать мне, как ты это сделал. Я никогда не смогу отблагодарить тебя. Ты спас мне жизнь в третий раз. Это означает, что теперь я могу исполнить любое твое желание. — Эллиоту было так легко и тепло, что душа Фейна не тяготила его. Хотел бы Найт вернуть Эллиота и быть в свободных отношениях? Найт молча смотрел на Эллиота, ровно дыша в объятиях. — Знаешь, чего я хочу, Эллиот? Когда я наконец услышал то, что он говорил тебе, было так трудно не дать ему понять, что я могу его видеть. Я бы хотел, чтобы ты не верил тому, что он говорил о тебе, потому что все это неправда. Эллиот закусил губу и еще крепче обнял Найта. — Мне так стыдно, что ты знаешь, что он сказал. Он был так жесток. Но я исполню твое желание, я забуду про его яд, — прошептал он последние слова и ткнулся носом в висок Рыцаря. Тяжесть оскорблений Фейна упала с его плеч. Рыцарь улыбнулся. — Я заключил соглашение с демоном. Пригодится. Я могу ранить души. Эллиот сел на колени Найта, чтобы посмотреть ему в глаза, разрываемые ужасом этого признания. Он поднял руку Найта, чтобы посмотреть на знаковый шрам на ее тыльной стороне. — Тебе не следовало. Рыцарь... какова цена? Найт сжал руку Эллиота своими теплыми пальцами, и он почувствовал облегчение, увидев, как его красивое лицо снова засияло. — Да ладно, ты же знаешь, я больше не мог позволить ему так с тобой поступать. — Я знаю. Ведь ты мой темный рыцарь. Ты, должно быть, думаешь, что я самый бесполезный человек на свете. Найт закатил глаза. — Ну вот опять. Разве ты только что не обещал ему не верить? Эллиот рассмеялся, хотя на самом деле ему хотелось плакать. Он больше не был раздавлен злым присутствием Фейна, но и не чувствовал себя целым. — Мне жаль. Я просто постараюсь не попадать в неприятности все время. — Я имею в виду, ты знаешь мой номер. Всякий раз, когда что-то происходит, все, что тебе нужно, это позвонить. Довольно просто, — сказал Найт, постепенно опираясь на каркас кровати. Эллиот фыркнул, не в силах сдержать свою любовь к Найту, хотя отныне он был обязан это скрывать. — Ты невероятный. Мне все еще нужно знать, какова цена этой… силы. Это была моя вина, поэтому я хочу помочь тебе, чем смогу. — Я бы не отказался от пива, — сказал Найт, лениво положив руку на бедро Эллиота. Эллиот получил сообщение громко и ясно. Найт не говорил ему. Каким бы рыцарским он ни был, он, вероятно, не хотел делить свое бремя. — Спасибо, рыцарь. Никто никогда не давал мне столько, сколько ты. — Он заставил себя улыбнуться и потер глаза. — Хочешь бутерброд с этим пивом? Найт сглотнул и провел кончиками пальцев вверх и вниз по руке Эллиота, не отводя взгляда, словно был полностью зачарован. — Тебе нужна была моя помощь. — Мне всегда будет нужна твоя помощь. Я спотыкаюсь о собственные ноги. — Эллиот никогда не говорил более правдивой фразы. Теперь Найт прочно вошёл в его жизнь. Вырезано в его душе, как символ на кулаках Рыцаря навсегда выжжен на коже Рыцаря. Что бы ни случилось, он знал, что может положиться на Найта. Даже если Найт не сказал бы этого, жертвы, которые он принес для Эллиота, громко и ясно говорили о любви. Найт рассмеялся и подтянулся, чтобы сесть на кровать. — Да, я был бы не против бутерброда с этим пивом. Сделай два. Ты, должно быть, проголодался. Эллиот застонал, когда встал на ноги, уже снова жаждая тепла Найта. — У меня болит язык. Ублюдок укусил меня. Зверь ворвался в дверь, как и раньше, но как только он увидел эту сцену, он просто стоял там, наблюдая за ними, весь покрасневший под чернилами. — Он ушел? Эллиот погладил Найта по плечу. — Да. Найт разнес его на куски. Найт усмехнулся и повернул голову, уткнувшись носом в предплечье Эллиота. — Да ладно. На моем месте все бы так поступили, — сказал он таким тоном, будто прекрасно знал, что это не так. Зверь фыркнул, как дикий бизон. — Хорошо. Чертов ад. Наконец-то можно отдохнуть от безумия. Эллиот прочистил горло. — Спасибо, что поддерживаете меня. Я знаю, что тебе не приятно это. Зверь потер плечо, внезапно наклонившись вперед, как будто ему было не по себе от благодарности. — Сделай ему тоже бутерброд. Или два. Ему нужно много есть, чтобы поддерживать все это, — сказал Найт с дикой ухмылкой, перекатываясь в постель. Зверь покачал головой, но затем отложил телефон, когда тот запищал. — Блядь. Черт. Ведь перерыва нет. Магри придет завтра. Будь готов. — Он развернулся и вышел прежде, чем Найт успел понять, что сказал Зверь. Эллиот подошел к холодильнику, чтобы принести Найту пива. — Это плохо? Разве он не твой коллега по работе? — Из чего он понял, что мистер Сорока, скорее всего, был преступником, потому что Чудовище не стал бы поднимать такой шум из-за доставки пивных бочонков. Рыцарь потянулся, его глаза уже были закрыты. — Да… понимаешь, иметь дело с Магри — это как иметь дело со знаменитостью, которая хочет золотые туалеты в отеле и очень специфическую и малоизвестную еду в каждом номере. Но не волнуйся. Я могу с ним разобраться, — сказал он, как будто Эллиот имел какое-то отношение к его визиту. Хотя он хотел, чтобы все прошло хорошо. Ради Рыцаря. Он хотел для Найта только самого лучшего, даже если они не могли быть вместе. Эллиот принес Найту пиво и сел рядом с ним на кровать. — Ты не против, если я останусь в клубе после… всего? Найт поморщился и повернул голову, чтобы посмотреть на Эллиота. — Тебе действительно нужно спрашивать меня об этом? Я получил шрамы для тебя, — сказал он с полуулыбкой. Эллиот провел пальцами по символу и отстранился, удивленный тем, насколько он был горячим. — Я никогда не перестану любить тебя. Я хочу, чтобы ты знал это. Найт тяжело сглотнул и схватил воздух, прежде чем уронить руку на матрас. Эллиот слишком хорошо понял этот жест. Он тоже хотел взять Найта в свои руки и никогда не отпускать. Но если бы они сдались, это закончилось бы еще большими страданиями для них обоих. Это было лучше. Даже если отпускать больно, как если бы тебя вонзили в живот ржавым гвоздем, облили бензином и подожгли.