драбблы по доттолоне.

Голос Доктора, когда тот в будничном тоне и приподнятом настроении подшучивал над своим другом, экономист мог слушать, казалось, вечность. Слова светловолосого никогда не задевали, не заставляли обидеться на него сильно и взаправду. Иногда, бывало, экономист задумывался, чем он мог так когда-то зацепить учëного, что теперь их крепким и доверительным отношениям можно только позавидовать. Лоне всегда был уверен в том, что никому и никогда в жизни не доверит помогать ему с важной документацией, или что никогда сам не придëт к человеку за тем, чтобы отдохнуть в его обществе и сказать о том, как он устал по нескольку дней подряд работать у себя в кабинете, с редкими перерывами на сон и еду. Мужчина долго был уверен в том, что так же, как ему не суждено получить глаз бога, ему жизнь не даст возможность обрести и друга, но это было ошибочное суждение. Дотторе не редко причитал банкира за пренебрежение собственным здоровьем, но делал с явной заботой, от чего становилось чуть теплее на душе. А сейчас, темноволосый по доброму улыбался, периодично окуная перо в банку с чернилами. — Звучит как прекрасная речь для следующего моего визита к Вам с простудой, Доктор. Вы ведь мне не откажете, умоляй я Вас так отчаянно помощи? Достаточно быстро разобравшись с одной из трëх бумажек, Регратор приступил к следующей, перед этим на пару секунд обратив спокойный, но в то же время счастливый взгляд в яркие глаза напротив. Такие моменты казались Доктору по своему интимными - все, что проиходит в этом кабинете, отстается в этом же помещении. Ну, или в крайнем случае в лаборатории Зандика, или его личном кабинете. — Даже если ты будешь скрывать от меня простуду, то я все равно о ней узнаю, ты ведь и сам знаешь. Светловолосый улыбнулся, подходя к самому Панталоне, поправляя на нем накидку. — Может, помочь тебе с бумагами? В две пары рук работать намного эффективнее, Лоне. Его пальцы касались чужих гладких, словно шёлк, черных волос, так же заботливо поправляя их. Наверное никто в его окружении не получал столько заботы, как и заботы в принципе. Этот безумец считает экономиста чем то выше, чем все, с кем он работает. И он зачастую задумывался, что даже выше, чем… друг. Намного ближе, сакральнее и чище. — Кстати, ты задумывался об отпуске? Понимаю, что ты наверняка скажешь «время - деньги», но я вижу, что ты устал даже больше, чем я. Ты почти безвылазно сидишь здесь… и я беспокоюсь. Даже совсем лëгкие, практически невесомые прикосновения, второго Предвестника, заставляли всë тело покрыть лëгкими мурашками, настолько трепетными и аккуратными они были. — Так было бы действительно быстрее...но мне бы хотелось попросить тебя немного о другом. Тут осталось совсем немного, может, сделаешь мне, после, массаж плеч? Чуть устало выдохнув и вновь набрав чернила, банкир продолжил выполнять свою работу, при этом задумываясь над словами рядом стоящего. — Возможно, мне бы и правда не помешал небольшой отпуск, но у меня в любом случае ещë не готов отчëт за предыдущий месяц. Нужно будет, так же, написать ответ на письмо из филиала в Ли Юэ, но это уже дело не первой важности. Может, на это потребуется лишь один день, я точно не знаю. Как закончу с этим, тогда можно будет и об отпуске думать Второй листок уже спустя минуту с небольшим тоже был отложен к готовым. На следующие два листа и правда понадобилось куда меньше времени, то были уже, скорее, дополнения к предыдущим двум. Когда брюнет закончил со всеми бумагами, Дотторе осторожно снял с Лоне накидку с мехом и положил свои ладони на чужие плечи. На удивление…они были теплыми, что не скажешь, если видишь Доктора впервые. Сильные, теплые руки начали массировать плечи, стараясь сделать массаж как можно более глубоким, но безболезненным. — Архонты, Лоне, у тебя очень сильно зажаты трапециевидные мышцы и плечи. Хм… когда я еще был юнцов, и обучался в академии, у нас была практика по психологии и психосоматике. Мой милый друг, тебя беспокоит что то, или давит? Сегодня можно было теперь временно забыть о работе и просто отдохнуть, дать себе немного расслабиться, пусть и на короткий промежуток времени. А возможно, банкир скоро правда позволит себе и несколько дней такого отдыха. Но пока, об этом рассуждать желания не было. Позволив умелым рукам своего друга массировать плечи девятого, последний прикрыл глаза, выдыхая. — Я бы не сказал, чтобы меня особо сильно что-то беспокоило... Ну а давление, разве что, от собственных обязанностей, но это, скорее, издержки профессии, чем то, что ты подразумеваешь Постепенно, расслабляясь чуть больше, Панталоне полностью отдал своë тело сильным рукам. — Лоне, так и не далеко до эмоционального выгорания. Может, доделаешь все дела, и вместе махнем в отпуск? В Монд, например, или Ли Юэ… Он продолжал массировать, чередуя напористые движения пальцами с мягкими, создавая некий контраст. — К тому же смена обстановки никому не вредила, и в компании веселее, верно? Дотторе очень хотелось бы вытащить своего друга куда нибудь на неделю-две, даже не потому что он видит, сколько тот работает, а хотя бы потому, что хочет видеть его каждую секунду подле себя. Его каменное, почти ледяное сердце тает, когда его товарищ вместе с ним. Вдобавок… ему просто спокойнее находиться рядом с банкиром. Душе легче, если она вообще у него еще есть. Он начинает понимать, что чувствует куда больше, чем дружескую симпатию, но пытается подавить эти чувства. Он монстр. Истинное зло, и такие люди (если вообще можно называть таковых людьми) вряд ли заслуживают любви. Но он не может просто так их отбросить. Он слишком сильно привязался к этому очкарику, что своим голосом мог успокаивать пылкий и хаотичный нрав учёного. Он его любит. — А знаешь, это предложение звучит намного привлекательнее, чем просто ненадолго отойти от своих обязанностей, толком, может, и не отдохнув — Панталоне выдержал небольшую паузу, отвлекаясь на слегка болезненное ощущение в плечах, которое вскоре померкло в последующих нежных движениях рук, которые точно знали, что делали. — Монд, пожалуй, был бы неплохим вариантом. И да, ты абсолютно прав. Особенно, если компания такая приятная. К сожалению, этот массаж не мог продолжаться вечно, спустя какое-то время, Дотторе пришлось оторваться от чужих плеч, но это значило лишь то, что можно было пойти прогуляться, как они изначально и планировали. В рабочее время не всегда удавалось посвятить друг-другу даже пару часов, что уж говорить о том, что не видеться днями, а то и неделями, приходилось не редко. Поэтому, если всë сложится благополучно, то эта неделя отпуска, или даже больше, точно останется в памяти на долго. Загадывать на будущее банкир не любил, разве что, только в плане дальнейшего развития экономической составляющей Снежной, но и тут приходилось не загадывать, а с точностью до десятой части процента высчитывать. Но, просчитать то, на сколько эта поездка выйдет удачной, было нельзя. Но точно можно было знать лишь то, что наконец можно будет дни на пролëт наслаждаться обществом близкого человека. — Я буду очень рад, если ты поедешь со мной в Монд. Тебе стоит попробовать местные напитки. Я знаю… местного молодого человека, который как раз сможет нам предоставить несколько бутылок… Дотторе улыбнулся, обнажая свои клычки, надевая маску на свое лицо, и очень вежливо подал руку Панталоне, как бы намекая, что им пора идти. — Не забудь про шарф. — ласково пролепетал он, накидывая на себя накидку с мехом, что была идентична той, что и у всех предвестников, только аксессуары отличались. — на улице ужасная холодрыга, но вместе куда теплее. Вложив свою руку, в руку безумного учëного, банкир поднялся, тоже надевая свою накидку и в целом, утепляясь. Про шарф действительно он не забыл, не игнорируя слова коллеги — Звучит романтично... Мне нравится — одарив Доктора мягкой улыбкой, темноволосый подошëл ближе и встав напротив, слегка поправил чуть-чуть неровно надетую маску, после полностью окидывая его взглядом. — Сам, надеюсь, не замëрзнешь? Ещë чуть-чуть в нескольких местах приведя мех на накидке светловолосого в некий порядок, Панталоне двинулся к выходу, убедившись в том, что за ним пошли следом — Не замерзну. С тобой то уж точно. — Доктор усмехнулся, зарываясь в мех своей накидки носом так, что не было нижней части лица, которая не скрывалась маской. Дотторе вежливо открыл Панталоне дверь. Все таки манеры приличия у него были, даже несмотря на то, что он был безумцем в чистом понимании этого слова. Выйдя на улицу в лицо ударил холодный воздух, заставив немного поежиться. Все таки за долгие годы пребывания в этом регионе он еще не привык к такому климату, предпочитая что то потеплее. Да и сам он был мерзляком - мог щеголять по лаборатории в пледе с начёсом, а в кабинете обязательно был большой камин. — Холодно, но свежо. Ну-с, пошли куда нибудь, Лоне? — Мне не то чтобы хотелось идти глубоко в город, так что, может пройдëмся по лесу? Там сейчас теплее, чем на открытой местности. Не хочу, чтобы тебе было дискомфортно Банкир знал, что Доктор будет точно не против этого предложения. Им обоим нравилась идея прогуляться вдвоём, без посторонних лиц, даже если этим посторонним будет всë равно на них. Но несмотря на свою уверенность в положительном ответе светловолосого, девятый Предвестник никуда не шëл, ожидая ответа. Взгляд же, в это время упал на пряди волос учëного, которые, распластавшись по чëрному меху, собирали на себе снежинки, что так стремительно падали с неба. Несмотря на то, что белый и чистый снег так гармонично смотрелся на, мятного цвета, волосах, не хотелось, чтобы они так быстро намокли, ведь ощущение мокрых волос после снегопада не самое приятное. Мягкими и осторожными движениями рук, экономист "спрятал" прядки за меховой воротник Дотторе улыбнулся, когда изящные пальцы заправили его локоны за меховой воротник, и на щеках появился еле заметный румянец. — В лесу тише, и нет никого, кроме нас, кто там просто так прогуливается. — он хихикнул, шмыгнув носом, но продолжая улыбаться, обнажая свои клычки. — Вдобавок лесной воздух намного полезнее, чем в городе. Чище, и свежее. Учёный встал рядом с Панталоне, убирая непослушную прядь волос с его лива, заправив ту за ухо, и подставил свой локоть мужчине. — Получается, что мы и прогуливаемся Панталоне улыбнулся другу в ответ, глядя, казалось бы, на маску, но на самом деле, взгляд был устремлëн куда глубже, под неë, на выразительные глаза мужчины. Короткого и совсем лëгкого прикосновения руки учëного к лицу, будто стало на несколько секунд теплее. Банкир взял его под руку, после чего оба выдвинулись к лесу. Находился он не столь далеко, так что, ветер, вскоре, перестанет мешать прогулке. — А ведь тебе даже повезло. Во время твоего отъезда стояли сильные морозы. Лишний раз открывать окно не хотелось, что уж говорить о выходе на улицу. Хотя жаль, что я лишился довольно милого зрелища того, как ты стараешься согреться в морозы, укутавшись в плед около камина — послышался тихий смешок — иногда ты, в такие моменты, напоминаешь нахохлившуюся птичку. — Вот тебе забавно, а мне действительно холодно.. — Учёный фыркнул, продолжая улыбаться. Рядом с банкиром было невероятно спокойно. Словно они были знакомы всю жизнь, или предназначены друг для друга в каком то смысле. Грация Панталоне так же заставляла Дотторе смотреть на него с горящими глазами. Говорят, если кто то посмотрел на Банкира такими же глазами, то долго они не проживут. И понятно почему. — Лоне, ты когда нибудь задавался вопросом, что бы было, если мы не работали в Фатуи? От себя скажу, что наверное я бы никогда не встретил такого человека как ты, если бы не был предвестником. В принципе никогда… Вопрос учëного заставил на какое-то время задуматься. И мысли были далеко не о том, чем бы Панталоне занимался, не будь он предвестником, или о том, как бы он впринципе жил. В голове первым встал вопрос, какой была бы жизнь без Дотторе? Даже от простого рассуждения над этим, становилось не по себе. На фоне обыкновенной рабочей рутины, остальных, не самых приятных или привлекательных, людей, Доктор был человеком, буквально приносящим краски в эту жизнь. Он безумен — это факт, но это безумство притягивало к себе, вызывало неподдельный интерес. Банкир никогда не сможет полностью понять учëного, не научится постоянно читать его как открытую книгу, ведь всегда от него можно было ожидать всего, что угодно. От этого, интерес никогда не угасает. Времяпрепровождение со светловолосым всегда будто возвращает смысл жить. Кто знает, может Регратор давно бы его потерял за нескончаемыми кипами бумаг и работой, но состоя в рядах Фатуи, этот самый "смысл" каждый раз вновь появляется, стоит даже просто пересечься с Доктором где-то в коридоре. Зандик был первым и единственным человеком, который стоял куда выше, чем деньги, в глазах Панталоне. И вряд ли бы его место смог заметить кто-то другой. Бездушные монеты не должны быть важнее любви. Они и не были. — Наши с тобой мысли на этот счëт похожи. Вряд ли бы я догадывался, чего именно мне не хватает в жизни, но сейчас я знаю, что мне бы не хватало тебя... — Знаешь, если бы встретил я тебя на 500 лет раньше, то может я бы и не стал Дотторе. Ты, пожалуй, единственный человек, который сумел повлиять на меня в позитивном ключе. Заметь, что когда мы начали тесно общаться, то мой пылкий характер усмирился. — Зандик хихикнул, покрепче взяв Лоне под руку. — Без твоей поддержки почти по всем фронтам я бы, наверное, уже давно слетел бы с катушек и убился черт знает где и от чего.. Он выдержал небольшую паузу, как бы обдумывая то, что он скажет дальше, стараясь говорить как можно более… в дружеском ключе? Он не хотел чтобы брюнет узнал об этом, и старался держать эти чувства на замке, понимая, что вряд ли такой безумец как он ( да еще и пятьсотлетний) нужен Регратору. — Спасибо. За все, что ты вообще делал, для меня… для нас. — Я ведь тоже не могу остаться в стороне и не сказать тебе искреннее спасибо. Не будь тебя рядом со мной, я бы так и продолжал видеть смысл своего существования в одной лишь документации и деньгах. Рано или поздно, это завело бы в тупик... Никогда прежде у меня не было желания смотреть на мир куда шире. Жизнь в принципе не вызывала какого-то особого интереса, а после, я потерял бы и смысл в ней. Но ты мне подарил этот самый интерес, чему я тебе безмерно благодарен. — банкир слегка погладил руку, под которую держал своего друга и улыбнувшись, продолжил — И мне приятно слышать и знать, что я занимаю такое же важное место в твоей жизни, как и ты в моей Медленно вдохнув свежего зимнего воздуха, экономист по пути слегка дëрнул одну из веток деревьев, на которой лежал недавно выпавший снег, но после лëгкой тряски, он красиво слетел вниз — Я знаю, что ты очень не любишь холод. Но нравится ли тебе сам зимний пейзаж, если забыть про эту неприятную вещь? Или ты, всë же, предпочитаешь и на вид что-то более тëплое и...живое? — Смотря что, ты подразумеваешь под теплым и живым. А если этот зимний пейзаж я разделю с тобой, то он мне тем более понравится. В самом деле я не люблю только низкую температуру, но заснеженные холмы и деревья у меня вызывают восторг. Дотторе улыбался, чувствуя поглаживания чужой руки, и не ужержался от того, чтобы погладить его в ответ. — Любой момент, проведенный с тобой для меня на вес золота. Иногда бывает, когда я в длительном отъезде, я стараюсь вспоминать моменты, когда мы вместе. Это греет мне душу. Ощутив ответные поглаживая, Лоне в который раз за сегодня улыбнулся. Это был первый день за долгое время, когда мужчина вновь по настоящему искренне улыбался, а всë лишь потому, что вернулся Доктор. Без него улыбка, на лице брюнета, лишь фальш. Банкир, выслушав учëного, внезапно остановился, но долго стоять на месте тот не стал. Подойдя ближе к коллеге, он обнял его, утыкаясь лицом куда-то в, слегка намокший от снега, мех. На очках потом точно останутся небольшие капельки воды, но это совсем не большая проблема — Как же я скучал... Дотторе чуть вздрогнул, но затем ответил на эти объятия, ласково прижимая к себе брюнета, зарываясь носом в чужие локоны. — Я тоже, Лоне… Очень сильно… От объятий банкира было намного теплее, что ученому казалось, что еще чуть чуть, и он начнет мурлыкать как самый ласковый кот. — Прости, что заставил тебя разочароваться… после этого неудачного проекта в Сумеру, да будь он проклят вообще. На что я надеялся? Думал, что оправдаю твои ожидания, а в итоге… прости. Выдержав небольшую паузу после слов Доктора, темноволосый выпрямился и слегка коснулся пальцами его щеки. Но спустя пару секунд, он медленно поднялся чуть выше и снял маску с лица, позволяя себе посмотреть собеседнику в глаза. Вторая рука продолжала приобнимать мужчину. — Дорогой мой, почему же ты решил, что я разочаровался в тебе? В моих глазах ты всë такой-же необычайно умный и способный на многое человек. Я никогда не перестану восхищаться твоими познаниями во многих областях науки. И этот неудавшийся проект в Сумеру ни капли не поменял моë мнение на этот счëт. — Взяв маску в свою вторую руку, свободной экономист мягко провëл по волосам Дотторе и продолжил слегка их поглаживать — Хотя, конечно, я до сих пор негодую, что такое большое количество средств было потрачено и от своих недавних условий не отказываюсь, даже не надейся на поблажку Банкир тихо усмехнулся, продолжая гладить светлые волосы. Щеки Дотторе, красные от холода, казалось заалели еще больше. Его руки проскользнули на чужие щеки, оглаживая их пальцами. — Будь что будет..— думал доктор, после сокращая расстояние меж из лицами, невесомо накрывая чужие губы своими, ощущая их тепло и нежность. Для безумца время остановилось, и лишь спустя минуту он смог нехотя оторваться от чужих уст, немного заминаясь. В первые несколько секунд поцелуя, сердце будто перестало биться, не веря в происходящее. Этот поцелуй правда был желаем, казался таким логичным и уместным сейчас, но банкир не думал о том, что их с Дотторе желания могут оказаться так схожи. Чуть-чуть опомнившись, он слегка поддался вперëд, отвечая взаимностью, не отталкивая от себя. Разорвав поцелуй, Панталоне с невероятной нежностью в глазах осматривал смущённое лицо учëного. Вместо очередных слов сейчас хотелось лишь ещë одного поцелуя. Сопротивляться этому не было ни сил, ни желания. Чуть приподняв за подбородок лицо Доктора вновь на себя, брюнет накрыл его губы в ещë одном поцелуе, чуть более уверенном, чем был предыдущий Но теперь светловолосый осмелел, положив руку на чужой затыло, зарываясь в влажные от снега волосы, утягивая в уверенный поцелуй, будто он делал это не в первый раз. Когда воздуха уже не стало хватать, то учёный отстранился, смотря в глаза напротив, словно задав вопрос «кто мы теперь друг другу?» — Лоне… Чуть приведя ритм своего дыхания в порядок, Регратор ласково выдохнул, глядя на Зандика — Дотти, скажи...ты хотел бы быть со мной больше, чем просто друзьями? Просто...мне бы хотелось выражать полный спектр моих эмоций и чувств по отношению к тебе, а в понятие «дружба» вписывается лишь малая часть. Я люблю тебя... Несмотря на привычку всегда стараться хоть с какой-то точностью предугадать будущее, в этот раз Панталоне даже не старался, ожидая абсолютно любого ответа. Но он не переставал смотреть на учëного со всей своей любовью и пониманием. — Я.. да, конечно, Лоне… я был бы вне себя от счастья, если бы мы были больше, чем друзья.. — Доктор, что недавно казался таким самоуверенным и напыщенным кретином предстал пред банкиром в его истинном обличии - смущенный, немного растерянный и нервный, с отчасти дрожащим голосом. — Я тоже тебя люблю… Он робко положил руки на чужую талию, смотря в чужие глаза, что заставяли его тонуть. Черт, он был готов на все, чтобы эти глаза смотрели на него. Только на него. Этот ответ заставил вновь ласково улыбнуться и в какой-то степени мысленно выдохнуть, почувствовав облегчение. — Ты не представляешь, как же я счастлив В глазах Панталоне, учëный был любим и прекрасен в любом настроении, и сейчас, когда он ведëт себя так робко, не исключение. А от знания того, что так открывается он далеко не каждому, становилось лишь приятнее на душе. Положив руки на плечи второго предвестника, банкир нежно поцеловал того в щëку, притянув чуть ближе к себе — Ты ещë не замëрз? Если хочешь, можем пойти обратно, я нам чаю заварю, согреешься Дотторе какое то время был в некой прострации, не веря тому, что происходит. Он никогда не думал, что его полюбят взаимно. Более того, что его в принципе полюбят. Человека, которого с вилами и факелами гнали за ересь и бред. —… А? Да, давай.. Он до сих пор не мог принять тот факт, что вот, перед ним человек, что ответил взаимностью. В голове жадной до исследования чего либо, казалось, вопросов было больше, чем обычно. Хотя бы вопрос « почему?» звучал чаще всех. Ещë какое-то время брюнет просто смотрел в глаза напротив, он тихо вздохнул, нехотя, но бережно, надевая маску на Дотторе и поправляя его волосы. Безусловно, смотреть на него без маски нравилось куда больше, но если ему комфортнее быть в ней на людях, то не запрещать ведь это. — Пожалуйста, снимай при мне маску чуть чаще... Ты невероятно красив Дорога обратно не заняла много времени, так что, скоро предвестники обратно вернулись в кабинет Панталоне. Хозяин кабинета в своей привычной, элегантной и неторопливой манере, принялся заваривать чай. Кабинет, условно, был разделëн на две части, одна рабочая, другая, с небольшим столиком и креслами, для потенциального отдыха. Правда по назначению она использовалась крайне редко. Но несмотря на это, куда логичнее было разместиться там, чем у рабочего стола. Доктор прокручивал лишь одну фразу в своей голове «ты невероятно красив». Он в принципе не верил в реальность происходящего, но понимал, что это взаправду, потому что Панталоне никогда не врет. По крайней мере светловолосому. В кабинете он уселся в кресло, задумчиво наблюдая за каждым движением брюнета, словно стараясь уловить какие либо мельчайшие детали, что приведут его к чему то большему. Он снял свою маску, взъерошив волосы, стараясь высушить их после снега. — Ты такой… изящный… Закончив с чаем, банкир поставил чашки на стол и улыбнулся на замечание Доктора, посмотрев на него — Если в твоëм понимании это хорошо, то мне очень приятно Кресла стояли на приличном расстоянии друг от друга, но сейчас, наоборот хотелось быть намного ближе с учëным, так что, брюнет аккуратно присел на подлокотник его кресла. В одну руку Панталоне взял чашку, чуть отпивая чай, другой же, слегка зарылся в чужие волосы, пальцами легко массируя кожу головы, выдыхая. Сейчас было так спокойно и хорошо, работа совершенно не крутилась в мыслях, в них был один лишь Дотторе — Я никогда бы не подумал, что смогу полюбить кого-то так сильно, как люблю тебя... Ты единственный человек в моей жизнь, которым я так дорожу. — Я совру себе, если скажу, что это не взаимно. — светловолосый, словно изголодавшийся по ласке кот, подкладывал свою голову под чужую руку, и никогда прежде он не чувствовал себя настолько спокойно. — единственно что, я… как бы тебе сказать, боюсь, что буду ужасным партнером. Все таки за 500 лет моей жизни ты первый, кто заинтересовал меня в плане отношений, поэтому… если я буду косячить, то звиняй. Он горько усмехнулся, отпивая чай из своей чашки. — Что ж… хах, теперь, думаю, нашу отпускную поездку можно будет назвать «романтической»? — В таком случае, будем косячить вместе — экономист тихо усмехнулся и отпил чая — Серьëзных романтических отношений у меня ни разу не было, так что, я тоже могу быть далеко не идеален, поэтому, сильно не переживай по этому поводу. А про поездку, думаю, вполне себе да На макушку Дотторе опустился поцелуй, после чего рука вновь продолжила свои ненавязчивые движения. — Кстати, по поводу нашего сегодняшнего разговора о финансировании... Надеюсь, я тебя никак не задел? Ты знаешь, что когда дело касается работы, я куда более строг, но всë же Рука, лежащая на светлых волосах, спустилась чуть ниже и лëгким движением заправив прядь у лица ухо учëного, легла на щëку, слегка поглаживая еë большим пальцем. — Что ты, все хорошо. Я понимаю, что налажал, и я должен за это ответить. Вдобавок, думаю это пойдет мне на пользу. — он потерся щекой о чужую ладонь, улыбаясь, параллельно отпив глоток чая. — очень вкусный чай, кстати, новый заварил? Дотторе было невероятно спокойно на душе, ведь теперь он понимал, что его ждут. Его любят, и что его дом там, где Панталоне. Впервые за 500 лет он чувствует себя… свободным. Чувствует себя обычным человеком, а не тем, кого сторонятся и ненавидят. — Надо будет как нибудь нам отправиться в Сумеру, снова. Я знаю отличное заведение, где продают и заваривают чаи. Зная тебя и твою «чайную манию» и тягу к его коллекционированию, то тебя оттуда за уши не оттянешь. — Да, ты прав, это новый. Он у меня уже довольно давно стоит, вот, решился попробовать. Достаточно редкий сорт, выращивается в Ли Юэ Чуть покрутив в руках чашку, рассматривая плавающие чаинки, банкир снова сделал глоток. Предложение Дотторе вызвало улыбку и заставило согласно кивнуть — Если ты правда сводишь меня туда, это было бы прекрасно. Тем более, сортов из Сумеру у меня не так много Когда чая в чашке уже практически не осталось, Регратор отставил еë на столик и выдохнув, облокотился о спинку кресла, в расслаблении прикрывая глаза. Казалось бы, организм физически ещë не успел отдохнуть, но когда в мыслях, спустя долгое время, наконец не было работы, а были лишь приятные мысли о любимым человеке, складывалось ощущение хорошего отдыха. — Кстати, я думаю тебе придется по душе мода в Сумеру. Сам наверное видел, что у меня куча сумерских одеяний. Док хихикнул, допивая чай. В его голове промелькнула мысль, что он хотел бы увидеть Панталоне в его национальной одежде. — Так что решено. В этот отпуск мы поедем в Сумеру, Монд может и подождать. — он улыбался, накручивая свою прядь на палец. — что думаешь? — С тобой хоть на край света. Да и думаю, узнать об этом регионе что-то новое из твоих уст, во время этой поездки, было бы очень хорошо Сидеть на подлокотнике было не так уж и удобно, так что, открыв глаза, Панталоне поднялся с него, слегка разминая шею. Только сейчас брюнет задумался о том, что хорошо было бы приобрести сюда диван, — Но ты уверен, что будешь в порядке, ещë раз вернувшись? Я, всë же, переживаю за твоë состояние. — С тобой спокойнее, поэтому все будет нормально. По крайней мере, как я думаю.. — светловолосый задумался, вдумчиво смотря в почти пустую чашку. Ему было страшно возвращаться в Сумеру. Наверняка там ходят неприятные легенды о «Зандике, изгнанном еретике, что убил свою “подружку”, а потом еще и ставил опыты над детьми болеющими Элеазаром.» Но с другой стороны проблемы существуют для того, чтобы их решать. Тем более, что теперь под боком есть опора в виде любимого человека, что отвечает взаимностью. — Да, думаю, я буду в порядке. — подытожил Зандик. Панталоне прекрасно понимал и знал, что учëному эта поездка дастся куда труднее в психологическом плане, чем ему. Но банкир надеялся, что сможет оказать достойную поддержку, когда она потребуется. Чуть пройдя вперëд и встав перед Дотторе, он чуть наклонился и ненавязчиво поцеловал светловолосого в губы, отстраняясь через пару секунд. Каждое движение было не быстрым, плавным, нежным, будто экономист даже боится спугнуть Зандика какой-то излишней резкостью или настойчивостью — Хорошо. Но пожалуйста, не держи ничего в себе, ладно? Я всегда готов тебя выслушать и помочь. — Я… постараюсь, честно. — Дотторе поцеловал Панталоне в ответ, чуть улыбаясь, стараясь вложить в поцелуй всю нежность, что у него могла быть. — ради нас, я постараюсь переступить через себя. Он положил руку на бедро брюнета, поглаживая его большим пальцем, а затем склонился, и оставил невесомый поцелуй там же, где только что и гладил, смотря в фиалковые глаза сверху. — Так что, когда хочешь поехать? Можем хоть завтра, я все равно отпуск взял, осталось решить с тобой… — Завтра мне нужно будет уладить оставшиеся дела, чтобы точно со спокойной душой уехать, так что, может, послезавтра? Думаю, к этому моменту я всë успею Проводя рукой по мятным волосам, банкир мягко улыбался, наблюдая за доктором, не первый раз подмечая, как тот иногда смахивает на кота. А может, таким ассоциациям виной было неравнодушное отношение Регратора к семейству кошачьих. Но в любом случае, такое сравнение его более чем устраивало. — Мне бы хотелось пойти поужинать. Не составишь мне компанию? Этот остаток дня и вечер точно пройдут прекрасно — Думаешь, я откажусь? — хитро хихикнул Дотторе, взяв чужую руку, поцеловав ее тыльную сторону. — я с удовольствием схожу с тобой куда угодно, куда ты хочешь, дорогой. Он встал с кресла, поправляя свою рубашку и портупею. — А потом, предлагаю, уже ко мне… — Прекрасная идея. Кивнув, он дождался доктора, чтобы выйти из кабинета и закрыть его, уже до завтрашнего дня.