нежное электричество

После государственного переворота, который они все устраивают в Сумеру, Сайно начинает слишком много времени проводить с аль-Хайтамом. Они цепляются друг за друга, как за оплот доверия. Ты не знаешь, сколько ещё врагов притаилось в темноте, не можешь знать, кто захочет выступить против Архонта. Сайно хочет считать, что это единственная причина, почему они так часто встречаются где-то и что-то обсуждают, не для лишних ушей. Сайно пытается убедить себя в этом. А потом понимает, что влюбился. Втюрился, как школьник. Так, что в компании аль-Хайтама сердце быстрее бьется в грудной клетке и щеки немного розовеют, и улыбаться хочется больше. И пошутить как-нибудь, чтобы увидеть улыбку напротив тоже. Это странно. Но приятно. Первый об этом узнаёт Тигнари, на правах лучшего друга. Тяжело вздыхает, потирая переносицу и говорит делать, что хочет или как хочет сердце. Сердце заходится каждый раз, когда видит аль-Хайтама. Даже если времени поговорить нет и ограничиваются короткими кивками. Рвёт, взрываясь фейерверками. Сайно решает, что это однозначный намёк на какие-то действия. Что делать? Неизвестно. Как люди вообще ухаживают за другими людьми. Это, должно быть, один из самых популярных запросов у трудоголиков, с трудом налаживающих любовные связи. Генерал спрашивает совета у Тигнари, тот неопределенно махает рукой и предлагает спросить у Кавеха, он больше разбирается. Сайно спрашивает у Кавеха, когда они сидят вчетвером в кафе, играя в карты. Только говорит о своей проблеме завуалированно, чтобы не было понятно, о ком он. И ловит странный разочарованный взгляд от аль-Хайтама, пока лучше объясняет ситуацию. Тигнари тем временем решает прожечь лоб секретаря. Кавех смеётся, обещая принести что-то, что точно поможет, ведь сам не сможет дать стопроцентный совет. Несмотря на то, что он такой невероятный-потрясающий-общительный-идиот (это добавляет аль-Хайтам). Действительно, в один из обычных рабочих дней Кавех приносит ему в кабинет тонкий журнал «Паровая птица», который Академия выписывает из Фонтейна. Там не так много полезной информации, но он пользуется у студентов популярностью. Судя по дате, расположенной сверху, этот выпуск прошлогодний, с 14 февраля. На самой обложке все пестрит розовым, сердечками, розочками и белыми большими буквами «какие знаки внимания оказывать, чтобы привлечь предмет воздыхания?». Кавех тыкает на эту статью с 13 страницы, а потом пытается разузнать у Сайно, кто эта избранница или избранник. Сайно посылает его строить свои дома, потому что Кавеху то, что это аль-Хайтам, точно знать не нужно. Он скверно хранит секреты, особенно когда пьяный и генералу не очень хочется потом увидеть эту секретную информацию на какой-нибудь доске объявлений, которой архитектор решил вылить душу. Сайно открывает журнал на нужной странице. Внимательно начинает читать. 1. Дарите маленькие, милые подарки. Порадуйте предмет воздыхания (Сайно категорически не нравилось это словосочетание) любимой сладостью, новыми духами или букетом цветов. Это несложно — Сайно вроде как знает, что нравится аль-Хайтаму. Он дарит ему книгу, на что аль-Хайтам фыркает: «я её уже прочитал». Хотя говорил о ней только два дня назад. Сайно покупает ему кофе, когда они отдыхают после работы и просит нарисовать сердечко — аль-Хайтам пьёт, даже не посмотрев в кружку. Сайно сначала тащит в кабинет временного великого мудреца красивую вазу. На следующий день ставит в неё цветок, но ваза почему-то пропадает. Ещё он закалывает аль-Хайтаму волосы симпатичной заколкой, когда они занимаются документами и оправдывается чужой упавшей челкой. Потом Сайно видит Кавеха с этой заколкой. Вариант с подарками терпит провал. Сайно ненавидит провалы. 2. Помогите с какой-то работой или другими делами. Предмету воздыхания будет приятно получить от вас помощь или предложение о помощи. Оно заставит почувствовать себя особенным. Сайно предлагает аль-Хайтаму помочь в архиве, они случайно сталкиваются и рассыпают все документы. Сайно помогает аль-Хайтаму с тренировками, бросает на землю во время спарринга и случайно оставляет синяк на лопатке от падения. Кажется, принимать помощь от генерала аль-Хайтам больше не хочет, но позволяет помочь с заполнением документов. А зря. Этот вариант тоже не работает. Сайно кажется, что уже ничего не поможет. 3. Делайте комплименты. Комплименты всегда приятны людям. Позвольте себе оценить новую рубашку предмета воздыхания или акцентируйте внимание на том, как милы его ямочки на щеках. Если делом и вещами не получилось, надо брать словом. Это неплохо. У Сайно должны хорошо получаться комплименты, шутки-то складные. Вот и комплименты тоже. Даже если Сайно до этого мало кому эти комплименты делал. Аль-Хайтам улыбается — Сайно тут же говорит ему: «ужасная улыбка, улыбайся чаще» и аль-Хайтам кривит губы. Когда аль-Хайтам приходит сонный и с гнездом на голове, Сайно касается волос со словами: «ты такой растрёпанный, хорошо спалось?». Один из любимых комплиментов Сайно обращён к глазам аль-Хайтама: «твои глаза как трава с лужей чьей-то крови». Конечно, Сайно делает комплименты не только внешнему виду аль-Хайтама, но и его навыкам. «уже подписал бумаги? ты все делаешь так быстро?» — бесспорная оценка скорости работы аль-Хайтама. И ещё несколько комплиментов по мелочи, связанных с порядком в кабинете, который даже бесит и планом по работе, точно сделанным каким-то руинным механизмом, а не человеком. 4. Просто используйте удачные фразы для флирта. Это самый простой, но действенный метод. Не знаете, как обратить на себя внимание? Скажите о своей симпатии завуалированно, но так, чтобы предмет воздыхания понял. Примеры можете найти ниже. Сайно честно просматривает весь список, выделяя несколько более-менее адекватных вариантов из кучи слишком откровенных. Ну, не станет же он говорить аль-Хайтаму, что хочет разложить его на столе, как колоду карт. Когда аль-Хайтам едва не падает с лестницы, слишком зачитавшись новой книгой, Сайно придерживает его за плечо, мягко прощупывая крепкие мышцы. А потом без задней мысли выдаёт пикап-фразу, прочитанную в журнале: «ты не ушибся? когда падал с небес». Аль-Хайтам выдирает руку и неловко пялится в ответ. Встретив аль-Хайтама в кафе после рабочего дня, Сайно приветствует его ещё одной новой фразочкой: «ты что, только из печи? такой горячий». Аль-Хайтам прижимает к своему лбу ладонь и отчитывается об отсутствии температуры, а соответственно и об отсутствии жара. У генерала уже начинает дергаться глаз, но ещё парочка припасенных фраз ждёт своей очереди в надежде на какую-то другую реакцию. Например, пока работали с документами в архиве, перепроверяя все по три раза, Сайно вдруг посмотрел на аль-Хайтама и с максимально серьёзной миной произнёс: «ты слишком хорошо выглядишь. я не могу сконцентрироваться». Понял ли смысл этого аль-Хайтам — неизвестно. Он промолчал и вернулся к бумагам. Это все не действует, и хочется жалостливо расплакаться у Тигнари на плече, потому что не работает. Потому что аль-Хайтам избегает встреч, отводит глаза и кажется, его ненавидит. Выражает свой отказ так. Но все же. Он ведь великий мудрец, значит довольно умный. Сайно тоже не глупый. Получается. Надо просто поговорить, как делают это нормальные среднестатистические люди, разбирающиеся в отношениях и в том, как налаживать социальные контакты. Поэтому, чтобы не сбить собственную решимость и смелость, на следующий же день после этой мысли генерал отправляется в кабинет уже бывшего великого мудреца, который с утра пораньше спешит сбежать в маленький кабинет секретаря, заваленный бумагами. В кабинете великого мудреца ситуация такая же, только с коробками. Аль-Хайтам собирает свои вещи, терпеливо и осторожно раскладывая их. — Если у тебя что-то важное, то лучше обсудим попозже, я немного занят, — говорит аль-Хайтам с порога, ловя чуть не упавшую с края стола стопку бумаг. — Давай я помогу, быстрее справимся и быстрее обсудим то, что мне нужно. Вновь-секретарь обводит его подозрительным, опасливым взглядом, явно вспоминая прошлую помощь, которая совсем не удалась. Но сейчас Сайно действительно нужно чем раньше, тем лучше. Иначе через несколько часов эта идея покажется глупой, ужасной и окажется выброшена в мусорку. — Пожалуйста, раз сам генерал предлагает, — аль-Хайтам фыркает, все же понимая выгоду для себя от помощи, и позволяет тоже начать собирать вещи. Они довольно быстро справляются с этим, за один заход перенося почти все коробки. Во второй притаскивают оставшиеся несколько, грузно встающих на стол. Аль-Хайтам, видимо, решив устроить перерыв прежде чем разбирать вещи, усаживается на свой просиженный стул, скрипнувший от напряжения, и закидывает ноги на стол. Кабинет секретаря вдвое, а то и втрое меньше кабинета великого мудреца, что кабинетом назвать сложно — отдельный этаж. Конечно, у секретаря есть прямая возможность выйти в архив, но это вообще ничего не значит и аль-Хайтам буквально променял этаж на коробку. Впрочем, возможно именно это Сайно в нем нравится. У него у самого кабинет не больше, даже кажется ещё меньше, раз уж меньше времени в нем проводит. Зато не так обидно за стул, он у аль-Хайтама тоже жутко скрипучий и старый настолько, что можно отковыривать кожу с ручек. Ничего общего с троном в кабинете великого мудреца. — Что ты хотел? — вопрос прерывает размышления о стульях, столах и кабинетах. — Я, — Сайно начинает, почти сразу вставая, чтобы видеть лицо аль-Хайтама. За коробками на столе в сидячем положении его совсем не видно. Потом сглатывает сердце, поднявшееся к горлу от напряжения. — Ты мне нравишься, давай сходим на свидание. Получается быстро и нервно. Сайно ощущает себя только пришедшим в Академию первокурсником, который вышел из пустыни и проглатывает буквы, путая пустынный диалект с официальным языком Сумеру. Но это не мешает аль-Хайтаму разобрать смысл фразы. Он едва не падает со стула, но успевает зацепиться за стол, смущенно пряча лицо в сгибе локтя. Потом выдыхает, поднимая взгляд. Они смотрят друг на друга несколько секунд, абсолютно глупые. Абсолютно смущенные, до неловкости. Вот вам и два самых влиятельных человека в Академии. — Что? — аль-Хайтам пялится откровенно, подняв голову вверх. — Я думал, ты меня ненавидишь! Теперь очередь Сайно непонимающе смущенно хлопать глазами. Человек перед ним точно не должен носить статус «самый умный». Даже если этот статус только в голове у Сайно, как какое-то похвальное или даже милое замечание. — Я делал тебе знаки внимания, что ты мне нравишься. Помогал с делами, комплименты, флирт, подарки. Это я тебя так ненавижу, думаешь? — недовольство повисает в воздухе, махаматра даже язвит, складывая руки на груди и обиженно отворачивается. Благо аль-Хайтам опять подвисает, ещё секунда — и из него пойдёт дым от тяжелой мозговой деятельности. — То есть это ты мне так показывал, что нравлюсь? — Да. Когда я спросил об этом Кавеха, он передал мне журнал, где было написано, что нужно так привлекать внимание. А не нормально поговорить, хотя сейчас Сайно уже не ощущал такой слишком уж всепоглощающей тревоги. Только что-то внутри неприятно скреблось. Все же, аль-Хайтам до сих пор не ответил взаимностью и это висит над их головами гильотиной. — Так. Во-первых, никогда не проси больше советов у Кавеха, потому что они все отвратительные, — хочется что-то вставить по поводу предвзятости, но совет реально оказался не очень, точнее журнал, в котором эти советы и находились. — Во-вторых, ты мне тоже нравишься, и я пойду с тобой на свидание. Сердце ухнуло в пятки. Сайно смущенно дернулся и опустил глаза вниз, уже не пытаясь скрыть счастливой улыбки, тронувшей губы. Это было странно и приятно. Они пойдут на свидание. Настоящее. Вау. И даже не назовут это дружескими посиделками. Мир должен был разрушиться после этих слов, но ничего не происходило. — В-третьих. Это было, когда мы играли, да? Две недели назад? — генерал послушно кивнул, потому что это было так, и потому что у него во рту пересохло, а язык приклеился к нёбу, не давая ничего сказать. — Архонты. Мы такие тупые. — За себя говори, — Сайно показал ему язык, чтобы не смел так говорить, хотя их общую тупость было странно не признать. — Просит человек, который сказал мне «тебе не идут эти ботинки, потому что у тебя ноги слишком длинные». И надеялся, что это звучит как комплимент, — аль-Хайтам передразнивает его, тоже показав язык и пропустив короткий смешок от всей ситуации. Но потом быстро возращается к их главной теме. — Я тогда уже задумывался о том, что меня тянет к тебе. И думал, как удачно об этом сообщить. Но потом ты сказал Кавеху, что хочешь за кем-то ухаживать и я решил больше не пытаться. Пазл сложился идеально. Аль-Хайтам игнорировал его знаки внимания, потому что считал Сайно уже влюблённым в кого-то другого. Из-за этого и сам не делая никаких шагов навстречу. — Я не мог сказать Кавеху про тебя! Он отвратительно хранит секреты! — Если бы я узнал, что это я, то мы бы уже сходили на свидание две недели назад! — Аль-Хайтам даже подскочил со стула, тоже выпрямляясь во весь рост и теперь уже нависая над Сайно, едва хмуря брови. Сайно в свою очередь так громко хлопнул по столу, что коробки на нем подскочили и поднялся слой пыли. — Ты узнал. Так что делай что-то сейчас! — генерал грозно нахмурился, готовясь сообщить свою самую ужасную угрозу, которую подготовил специально для аль-Хайтама. — Иначе я тебя поцелую, может хоть это заткнет тебя. — Целуй! И Сайно поцеловал. Целоваться через стол было не слишком удобно, но приятно. Потому что с аль-Хайтамом.