Как приручить Сюэ Яна (Сюэ прекрасен!)

– Заклинание обмена перестало действовать, – пояснил Сун Лань, глядя на друга. Правильнее было бы высказать свое недовольство виновнику, но разговаривать с Сюэ Яном совершенно не хотелось. – А-Ян был небрежен с моим телом и сломал мне кость. Я рассержен потому, что он не предпринял мер, чтобы ускорить заживление и вообще не сказал, что ходить больно. – Чем я тебе ее ускорю? Все меридианы заблокированы! – фыркнул юноша с дерева, – И вообще я не виноват, что у твоего тела такая медленная регенерация! На мне бы быстро зажило! – Да-да-да! – радостно вклинилась в беседу А-Цин, – На А-Яне все заживает как на собаке! Настоящий собачий АЙ!!! Он лба девчушки отлетел снаряд. На ее удачу это была конфета, а не одно из тех поленьев, что Сюэ Ян перехватил во время поленометания, и теперь держал подмышкой. Синчэнь кивнул, соглашаясь. Его самого удивляло, с какой скоростью на темном заклинателе заживали раны и как он игнорировал боль. – И вправду, так поступать неправильно. А-Ян, сейчас не та ситуация, когда нужно игнорировать боль и нужды собственного тела. – Мужчина тяжело вздохнул – и как приучить мальчишку заботить о себе? – Сун Лань, ты прав в своем негодовании. Я осмотрю травму и нанесу мазь, чтобы снять боль и ускорить заживление. А-Ян, что рассердило тебя? – Этот тип... – тихо и очень зло прошипел с ветки юноша, – Украл мою одежду! Представив А-Яна сидящим на дереве голым, Синчэнь даже не знал, что сказать, только удивленно выдохнул «Сун Лань?..». – Я не крал, – четко и громко произнес мужчина, добавив в голос льда и металла. – Я выбросил эти срамные тряпки! Там на одном рукаве восемь швов! А у сапога подошва прохудилась! – Не твое дело, конина ты злое… злая! Верни мою одежду! – возмутился Сюэ Ян. Синчэнь все еще не знал что сказать, представляя загнанного на дерево заклинателя голым, и не знал, то ли ему смеяться, то ли хвататься за голову – такого от Сун Ланя он не ожидал. – Сяо Синчэнь, не подумай дурного! – потребовал тот, заметив растерянность друга. – Я купил нормальную одежду! Приличную! И она на нем! А вот это уже было вполне в духе Сун Ланя – его бы воля так все бы ходили в монашеских одеяниях. – Вот в чем дело… – заинтересовался Синчэнь. Да неужели? Подол в пол, высокий ворот… – А-Ян, спустись, пожалуйста. Я хочу посмотреть. И хотя «посмотреть» в его случае было поводом для шуток, никто не указал на это. С тихим шорохом юноша спустился с дерева к Синчэню, взял робко протянутые ладони и положил себе на грудь, позволяя «увидеть» складки ткани, полностью скрывающие и ключицы и шею, широкие рукава и длинные полы верхнего ханьфу. По покрою наряд мало отличался от закрытых одежд, которые носили Сун Лань и Синчэнь, строгие и грациозные. Это было хорошо и славно, но… Синчэню захотелось принюхаться, а на месте ли запах полыни? Что-то неуловимо менялось, выскальзывая из рук подобно дыму благовоний… – Так хорошо сидит… – порадовал Синчэнь насупившегося Сюэ Яна, однако улыбка его отчего-то была печальной. – И ткань хорошая, плотная. А какого цвета? – Черно-красный, – неуверенно произнес Сун Лань, засомневавшийся в выборе цвета. И вправду, почему черно-красный? – Ммм… – Синчэнь выдохнул почти мечтательно. – Так красиво… А-Ян, тебе так идет! И ты так изменился за последнее время! Плечи стали шире и… я и не замечал, что ты уже сравнялся со мной ростом! – А?.. – растерялся юноша. Он потрогал свое плечо, а потом посмотрел на свою ладонь. Потом перевел взгляд на обожаемого даочжана – и вправду тот стал как-то меньше и как будто даже хрупче и прозрачнее. – Еще пара лет и меня перерастешь, а плечи будут еще шире, – мягко и мечтательно улыбаясь, продолжал Синчэнь, ласково поглаживая избранника по плечам. – Я и не заметил, как ты стал мужчиной, а эти одеяния только подчеркивают это. Да уж, так много изменилось… Посмотри на себя, был бродяжкой, а теперь такой красивый и статный мужчина! И такой умный – так быстро разобрался с таким сложным артефактом! И ты так хорош в бою, так опытен как заклинатель! Удивительно как в одном человеке может быть так много достоинств! Не привыкший к похвалам Сюэ Ян моргнул, просто не зная, что делать и что говорить в таких случаях. Как вообще реагировать, когда тебе говорят что-то подобное? Да еще с такой искренней и нежной улыбкой? Насупившись, юноша упрямо пробормотал: – Я требую вернуть мою одежду. Там были ценные для меня вещи. Синчэнь вздохнул с такой горечью, будто ему разбили сердце. – Я сложил все в мешочек тянькун, – неохотно признался Сун Лань уже без злости и холода в голосе. – Кроме сапог – они уж совсем в хлам. Ходить в настолько изношенных вещах неприлично. – Даочжан Сун, – как-то без огонька ответил темный заклинатель, – Иди ты на хуй. – И, развернувшись, направился прочь, все еще озадаченный ворохом похвал. Отойдя немного, он даже обернулся и подозрительно посмотрел на даосов – вдруг догонят и отберут? Все эти слова и ласковые поглаживания по плечам? Но заклинатели безмолвно стояли под деревом. Синчэнь мягко и мечтательно улыбался, а Сун Лань тут же отвел взгляд вверх и заметив поленья, застрявшие среди веток, недоуменно на них посмотрел. После ухода юноши Сун Лань подозрительно покосился на друга. - И все? Вот так просто? Ты его похвалил и он заткнулся? - Одобрение - страшная сила, - поделился мудростью Синчэнь, продолжая сиять кроткой и блаженной улыбкой. В беседке было тихо и пусто. Подметенный и намытый пол тихо поскрипывал под бесшумными шагами. Листва тихонько перешептывалась с влюбленным ветром, сквозь прорехи в крыше падали длинные и узкие нити янтарно-золотого света. А крышу чинить все равно мне… – отстраненно подумал Сюэ Ян глядя вверх. Проверив на прочность перила, он сел, растерянно глядя на горный пейзаж, обрамленный пылающе красной листвой. Вздрогнул, поднял руку и позвал меч – холодная рукоять послушно легла в ладонь. Пробужденная ци исправно циркулировала по телу. Снова поднял руку и позвал – зачарованный мешочек тянькунь тут же появился. Наскоро проверив содержимое, Сюэ Ян с облегчением выдохнул: все было на месте, и вещи, и аккуратно сложенная старая одежда и даже ошейник, вот только из-за высокого ворота в нем больше не было необходимости. Сложив все обратно, заклинатель глубоко вздохнул. Некоторое время он слепо смотрел в пустоту, а потом опустил взгляд на ткань рукава и складки длинных одеяний. Черные ткани перемешивались с темно-красными, почти винными оттенками. Сун Лань купил ему одежду. Бред какой-то. Покачав головой, Сюэ Ян спрыгнул с перил и снова побрел в случайном направлении. Очнулся от размышлений он лишь в городе. Ноги принесли его на рынок, оживленный и шумный, несмотря на то, что летнее солнце снова взялось за свое и нещадно шпарило, но свежий ветерок уже ласкал кожу приятной прохладой. И вправду, хорошее время чтобы отправиться в дорогу, а то последние дни было такое пекло, что даже нежить притихла… Мысли о предстоящем путешествии улучшили настроение, и юноша зашагал веселее, подмечая, как изменились взгляды, бросаемые на него прохожими. Даже те, кто раньше относился к нему с радушием, теперь улыбались еще шире, замедляли шаг и смотрели вслед, вот только Сюэ Ян никак не мог понять значение этих загадочных взглядов. Заклинателей он заметил издалека – кому еще могло придти в голову заехать на рыночную площадь на лошадях? Цвета одежд были незнакомы, потому Сюэ Ян решил, что это какой-то мелкий клан и направился следом – присмотреть. Ей богу, чем меньше клан, тем больше шуму. Почти дюжина юношей в богато расшитых одеждах красовались на жеребцах, молоденьких и норовистых. Кони перебирали длинными тонкими ногами, недовольно фыркая и поглядывая вокруг диковатыми глазами зверей, еще недавно пасшихся на вольных лугах и не знавших сбруи, и только ветрам было позволено расчесывать гривы и оглаживать бока… Темные глаза Сюэ Яна чуть сузились, рассматривая одного из жеребцов. Его всадник что-то лопотал, требуя подать градоначальника этой дыры, говорил, что отныне этот город находится под защитой его ордена и что… Жеребец взбрыкнул и попятился, опрокинув прилавок с фруктами. Ярко-красные яблоки посыпались в грязь, а юный заклинатель радостно заржал, натягивая удила и пытаясь обуздать норовистого коня. Рассердившееся животное встало на дыбы, высоко вскидывая копыта, а после обрушило их на землю, да с такой яростью, что выбило искры. Метнувшись в сторону, оно задело еще один прилавок, но тот устоял, снова метнулось в сторону пытаясь сбросить седока, но тот лишь громче смеялся, хвалясь удалью и ловкостью. Его спутники одобрительно покрикивали и посмеивались, натягивая удила. Никто не пострадал лишь потому, что люди бросились в стороны, даже продавцы оставили свои прилавки. Прислонившись плечом к балке, Сюэ Ян со скукой наблюдал за происходящим. Усмирив жеребца юный заклинатель направился дальше, оставив после себя несколько опрокинутых лотков и разбросанные по земле фрукты и овощи. Темные глаза опасно сузились. Подняв одно из яблок, темный заклинатель направился следом, подкидывая спелый плод в руке. Отчего-то эта ситуация вызывала досаду и раздражение, следовало преподать незваным чужакам небольшой урок… Однако сотворить какое-нибудь коварное злодейство темный заклинатель попросту не успел. Когда юные господа поравнялись с лавкой пряностей, один из них вскрикнул и указал пальцем на что-то повешенное над входом. Его лицо стало серым как у мертвеца, а спутники тут же схватились за оружие, но узрев нечто, застыли, будто обездвиженные заклинанием. Норовистый жеребец, почувствовав растерянность хозяина, тут же сбросил его, и, издав рев, способный посрамить пьяных демонов бросился прочь. Образовался хаос – другие кони встали на дыбы, яростно сражаясь за свою свободу. Юные заклинатели полетели в разные стороны как мешки с навозом, площадь наполнила криками и руганью, а освобожденные животные ринулись следом за вожаком. Наблюдавший за этим Сюэ Ян обтер яблоко об рукав. Миг и вместо гордых юных господ на прекрасных норовистых жеребцах на площади остались постанывающие балбесы, растрепанные и вымаранные в дорожной грязи, оставшейся после ночного дождя. Заинтересовавшись, Сюэ Ян подошел к лавке – что вызвало у чужаков такую растерянность? Над входом в лавку пряностей висел помятый испорченный талисман, на обороте которого юноша накануне написал список покупок. Почему-то верх тормашками. – Хрусть, – темный заклинатель откусил кусочек яблока и посмотрел на поверженных забияк, что со стонами сидели на земле. Кто-то лежал без чувств, кто-то хлюпал носом, держась за разбитую голову, кто-то задирал штанину, чтобы проверить не сломана ли нога, кто-то баюкал неестественно выгнутую руку, кто-то плакал. Наиболее стойкие пытались подняться, опираясь на стены. Стоящие в отдалении горожане восхищенно цокали языками и перешептывались, почему-то поглядывая на Сюэ Яна. – Ох, и мощные же у вас талисманы, уважаемый даочжан! – прерывающимся от восхищения голосом выдохнул кто-то за спиной темного заклинателя. Обернувшись, Сюэ Ян приветственно кивнул старику – тот держал лавку с одеждой расположенную напротив лавки пряностей. Именно там были куплены иголки и нитки для починки одежды, добросердечный старик даже показал бродяжке, как аккуратно штопать ткань. – Вы планировали зайти завтра, уважаемый даочжан, но ваш заказ уже готов, – старик добродушно улыбнулся, глядя на заклинателя тем самым загадочным взглядом, что провожали юношу некоторые горожане. – Пожалуйста, проходите! Мой заказ? – удивился Сюэ Ян. Бросив на нарушителей спокойствия ленивый взгляд, юноша последовал за стариком. После того как дверь закрылась из толпы вышли несколько людей. Один из них, благообразный мужчина с уже седеющими висками помог подняться юноше, что прежде так громко требовал градоначальника. – Юные господа, – сочувственно хлопотал он, отряхивая богатые одежды юноши от грязи, – как же вам повезло! – ПОВЕЗЛО?! – всхлипнул юный заклинатель. – Кто это был? И что это за пакость над дверью?!! – Так это и был наш градоначальник! – горожане, решившие помочь юным балбесам, озадаченно посмотрели на говорившего, носившего статус градоначальника уже лет пятнадцать. Однако взгляды того не смутили, и он продолжил вдохновенно морочить головы чужакам. – Ох, и грозный же он тип! Юные господа, как же вам повезло, вы так легко отделались! Видать вас сами боги оберегают, раз у уважаемого градоначальника сегодня такое хорошее настроение! Даже убивать и калечить никого не стал! Вот же везение! Вы прям любимцы богов! Следующим «везением» «любимцев богов» стало приглашение некой прекрасной дамы воспользоваться ее гостеприимством, чтобы отдохнуть и привести себя в порядок. Не почуяв подвоха, юноши позволили увести себя в публичный дом, где им и вправду позволили совершить омовение и предоставили лекарства и чистую одежду, пока их одеяния приводили в порядок. За вином юные заклинатели осторожно расспрашивали о грозном градоначальнике. Девы не знали, зачем их обожаемый А-Ян использовал этот титул, но поддержали затею. Разве, что называть по имени было как-то не солидно, а фамилии юноша никогда не говорил. От того девы и называли заклинателя не иначе как «уважаемый градоначальник» и обменивались многозначительными взглядами, из-за чего чужаки пришли к выводу, что здешний градоначальник столь грозный тип, что горожане даже боятся называть его имя. Следующим утром гостям предоставили счет за услуги. Богато расшитую одежду пришлось оставить в залог. Покидая город в простой потрепанной одежонке с чужого плеча, заклинатели обернулись и с ненавистью посмотрела на ворота, словно насмехающиеся над незваными гостями. – Ноги моей здесь никогда не будет!!! – поклялся один из них и, резко, развернувшись зашагал прочь. Сломанная рука висела на перевязи, а на прекрасном лице уже расцветал огромный синяк.