Как приручить Сюэ Яна (Сюэ прекрасен!)

– … потому, что А-Ян очень сердится, когда… – договорить Синчэнь не успел. Раздался разъяренный рев: – ПОШЛИ ВОН С МОЕЙ КУХНИ!!! Треск вонзившегося в дерево метала, грохот захлопнутой двери. Несколько мгновений стояла тишина. Раздались шаги. Сун Лань вошел в комнату, ошарашено трогая ухо – брошенный тесак впился в стену на расстоянии цуня. Спасенного ребенка он нес за шкирку, брезгливо вытянув вперед руку. Чумазый мальчонка ошарашено молчал, словно узрел демона во плоти. На побледневшем лице темнела пара янтарных глаз. -… кто-то заходит на кухню, – закончил Синчэнь уже ненужное предупреждение. Едва не лишившийся уха Сун Лань посмотрел на друга с осуждением. – Я думаю, что А-Яна смущает, когда кто-то видит его за готовкой, потому он реагирует так агрессивно, – попытался оправдать избранника Синчэнь. Сун Лань и незваный гость, все еще висящий в брезгливо вытянутой вперед руке, переглянулись. Найденная в доме детская одежда была чуть коротковата, зато чистая. Поскольку завтрак был уже почти готов, то ребенка наскоро отмыли, с трудом расчесали и только после этого допустили до уже накрытого стола в беседке на краю утеса. Незваный гость по-королевски уселся на место А-Цин и принялся неспешно поглощать еду. За разговором удалось вызнать немало информации: Хуан Лей принадлежал весьма богатой и уважаемой семье, что было несложно предположить по его поведению. Родители баловали долгожданного первенца сверх меры, искренне обожали и потакали любым капризам. После их гибели заботливые дядюшки и тетушки нашли ребенку учителя по самосовершенствованию (видимо надеясь избавиться от единственного прямого наследника). Малыш рассказывал об учителе с искренним восхищением, с детской наивностью полагая, что тот бессмертен, добр и бескорыстен. Само слово «учитель» он произносил с таким почтением и любовью, словно хотел написать его большим и красивым иероглифом, украшенным цветами и бабочками. Такое отношение не могло не умилять Синчэня. В небольшом городке к Цзян Лану и его ученику подошла пара мужчин с просьбой о помощи. Дескать, в их деревеньке уже который год пропадают путники, а иногда и местные. Учитель проникся чужой бедой и последовал за просителями. Указателя с названием поселения Хуан Лей не видел, а деревенские ни разу не упомянули его в разговоре. В деревне путников приняли радушно. Те побродили по окрестностям, но так и не нашли ничего подозрительного. Темная энергия не ощущалось, местность казалось мирной, почти сказочной. В западных городах только и говорили что о засухе да о растущих ценах, здесь же все дышало покоем, радостью и обилием. Благодать: на деревьях наливались сочным цветом плоды, посевы риса колосились на легком ветерке, а в водах отражалось чистейшие небеса. Люди и не упоминал о засухе и голоде. К вечеру заклинатели вернулись в выделенный им дом на краю поля, намереваясь отдохнуть перед ночной охотой. Засыпая, Хуан Лей слышал, как тихо Учитель тихо вышел наружу… проснулся же малыш связанным в кладовке посреди охранной печати и оборванных веревок, которыми его накануне связали. Он не знал, как за ночь преодолел огромное расстояние. К судьбе обожаемого Учителя он не то чтобы был равнодушен, но искренне полагал, что тому ничего не угрожает, потому можно не торопиться. Задумчивую тишину, повисшую после того как  у заклинателей кончились вопросы, нарушил Синчэнь. – Для начала найдем город, из которого вы направились в ту деревню. Юный господин помнит его название? – Не помнит, – гордо оповестил спасителей Хуан Лей. – Дурацкое название какое-то, мне не понравилось, потому я его даже запоминать не стал. – Сможешь указать на карте? – вопросил Сун Лань, настроенный к ребенку куда менее почтительно, после того, как силой умывал его и вычесывал грязь из спутанных волос. – У нас есть карта? – приятно изумился Синчэнь. Поскольку на столе осталась лишь грязная посуда, общество переместилось в башню. Поставив ребенка перед картой, заклинатели обратились вслух, однако столь восхитительного представления не ожидал даже Сюэ Ян. Некоторое время малыш пристально изучал реки на карте, нахмурившись, словно генерал над планом битвы. Наконец просияв, он ткнул пальцем в город в совершенно другом краю карты, едва ли не окруженный петлей широкой реки. – Здесь! – Это северный город, – произнес Сун Лань. – Та деревня там? – Нет, это мой родной город! – малыш широко улыбнулся. – Здесь я познакомился с Учителем, и он впервые взял меня на охоту! Мы пошли на кладбище охотиться на духов, но на нас напали красные псы-оборотни! Учитель спрятался от них в каменном гробу, а мне велел забраться на дерево и считать их! Синчэнь закрыл рот рукой – ребенка попросту отдали на съедение! Да быть того не может! Каким нужно быть человеком, чтобы привести на охоту ребенка и вот так бросить его? Как кость голодным псам! – А как ты… чем это закончилось? – Сун Лань подумал, что спрашивать «как ты выжил» не вежливо и потому немного перефразировал. – Псы-оборотни не могли забраться на дерево, потому что на нем висел какой-то старый оберег, и начали бросаться на каменный гроб. Сун Лань помассировал переносицу. Незадачливый Цзян Лан угодил в ловушку, которую рыл другому. Восхитительно. – Тогда Учитель закричал от радости, потому что в гробу оказалась крыса! – с горящими глазами продолжал  ребенок, не замечая, что один из слушателей зажал рот, чтобы не охать, второй чтобы не заржать, а третий вот-вот сломает себе переносицу. «Он еще и крыс боится» – думал Сун Лань, представляя себе эту картину. – Учитель так обрадовался! Он налепил на крысу талисман и выкинул наружу, и она ка-а-а-ак побежала и все псы бросились за ней! И так увлеклись охотой, что не успели попрятаться в норы до рассвета и развеялись! Так учитель спас деревню Хуго! Но он сказал, что не любит когда его благодарят и потому сразу после рассвета устремился на помощь в другое место! Да ни черта они не развеялись, - подумал Сун Лань. – И устремился он не на помощь, а сбежал чтобы местные его не поколотили! – А здесь, – пальчик указал на небольшую деревеньку рядом, – Мы охотились на одержимый скот! Учитель сказал, что я должен научиться кататься на одержимой козе и я справился! Вот только так и не понял, как управлять одержимыми животными, потому что они в любом случае почему-то всегда бегут за Учителем – и козы, и овцы, и коровы! Представив себе малыша на козе, преследующей незадачливого заклинателя, Сюэ Ян задержал дыхание, намереваясь держать смех до последнего. – А здесь мы охотились на мертвяков! – гордо продолжал малыш, указывая на еще одну точку. – Вообще-то мы шли в другую сторону, в город Е, но учитель словно почувствовал, что в той деревне беда и пошел туда! Представляете! Нет, он просто заблудился, – мысленно простонал Сун Лань. – Бессмертный он, что ли… – А как вы охотились? – с неким подобием надежды спросил Синчэнь. Ему очень хотелось верить, что «учитель» не пытался намеренно убить ученика. – О-о-о! Учитель составил хитрый план! Он нарисовал на моей одежде символ, привлекающий нечисть, и я должен был заманить мертвяков в ловушку, устроенную учителем – это было ущелье с одним единственным входом, чтобы мертвяки не разбежались. И все сработало, представляете! – ликовал малыш, сверкая глазами. – Я приманил на себя так много мертвяков! Больше двух сотен, они шли и даже земли не было видно! – Синчэнь зажал рот рукой, Сун Лань перестал выламывать переносицу, с ужасом представляя себе эту толпу, а Сюэ Ян задержал дыхание, снова выискивая в себе силы не заржать и ожидая не менее эпичного продолжения, чем в предыдущих историях. – Но когда я пришел на место с ловушкой там были заклинатели! Они все испортили, представляете? – в голосе малыша звучало искренне негодование. – Подло воспользовавшись численным превосходством и пленили моего Учителя! Представляете? – А что это был за орден? – слабо выдохнул Синчэнь. – Да мелкий дурацкий орденок, – набычился малыш. – Так потом учитель сказал. Мне не понравилось его название, потому я даже запоминать не стал! – У них была форма? Какого цвета? Кто главный? Может какое-то отличительное оружие? – Главный у них злой дядька! – мальчонка топнул ногой. – Вот он моего учителя и обвинял! А форма… они все были в фиолетовом и с бубенчиками! Так смешно, ходят и звенят! Орден Цзян – поняли заклинатели. Какую бы опасность не представляла такая армия мертвецов, разъяренный глава Цзян сулил куда большие неприятности. – Вот, и, наверное, эти фиолетовые гады испортили ловушку моего Учителя, потому что когда мертвецы оказались в ущелье она не сработала! И гадкие заклинатели начали убивать добычу моего Учителя! Тут уж даже Синчэнь понял, что никакой ловушки не было. «Учитель» хотел сбежать по-тихому, надеясь, что мальчонку разорвут мертвецы, но нарвался на главу Цзян, имеющего к нему претензии. – В общем, эти фиолетовые гады перебили всех мертвяков, а Учитель ушел пока они были заняты. Сказал, что ему не нужна благодарность. – Я больше не могу это слушать, – коротко выдохнул Синчэнь. Где-то сзади хрюкал от смеха Сюэ Ян, Сун Лань продолжал выламывать себе переносицу. – Но почему?!!! – обиделся ребенок. – Мой Учитель такой сильный, такой умный! Я столько всего могу о нем рассказать! – Я представляю, – не стал спорить Синчэнь. С каждым словом его голос становился все тяжелее и суровее. – Но полагаю, что твой Учитель попал в очень большую беду. Потому лучше поспешим ему на помощь, а потом вы вместе расскажете о ваших подвигах. Как можно больше. Я хочу услышать ВСЕ, что он скажет. – А Учитель не любит рассказывать, – опечалился Хуан Лей. – Всегда просит молчать, когда я пытаюсь кому-то рассказать… Такой скромный! – восхитившись очередному достоинству своего Учителя, мальчонка указал пальцем на одну из точек западнее города И, расположенную на берегу тонкой речушки. – Вот этот город. От него я смогу показать дорогу.