Как приручить Сюэ Яна (Сюэ прекрасен!)

Уже наверху, летя к дереву, у которого началось сражение, Сюэ Ян мельком глянул на меч пленника и его глаза изумленно распахнулись. Он не сказал ни слова, но Синчэнь почувствовал, как судорожно сжалась на его талии рука, еще сильнее прижимая к телу А-Яна. В стволе еще виднелась бессильно висящая худая кисть в черно-красном наруче, остальное тело уже скрыли древесные жилы. Приблизившись, юноша помог Синчэню сойти с меча, а после выволок из осыпающегося ствола худое тело в обрывках черно-красной одежды. Подумав, он все же положил под руку освобожденного пленника меч. Будь, что будет. – Еще жив, – мрачно сказал Сюэ Ян, зная, что это будет первым, о чем спросит обожаемый даочжан. Разложив на земле тело темного заклинателя, юноша огляделся. Сун Лань уже приближался, держа Хуан Лея за шкирку как волчонка. В другой руке он сжимал меч, а на лице застыло выражение обреченности и отвращения. – Даочжан Сун не знал, что ночная охота дело грязное? – не сдержался от ехидного вопроса Сюэ Ян. Напряжение отпускало, мир возвращался в привычную колею и губы сами собой складывались в ехидную ухмылку. Сун Лань едва разомкнул губы для того, чтобы процедить всего одно слово: – Мерзость. Склонившийся над спасенным заклинателем Синчэнь, левой рукой нащупал несколько акупунктурных точек, а после положил пальцы на запястье, вслушиваясь в пульс. Заклинатель был очень слаб, но жив и определенно собирался побороться за свою жизнь. – Нужно проверить другие деревья. Должны быть еще выжившие, – тихо распорядился Синчэнь. Сун Лань разжал пальцы, позволяя Хуан Лею упасть на землю, и огляделся, раздумывая в какую сторону идти, Сюэ Ян же резко сел рядом с обожаемым даочжаном. Он не раз видел, как избранник осматривал людей, но тот всегда делал это правой рукой, теперь же он использовал левую, да и меч держал в левой руке… а еще на правом рукаве как-то подозрительно ярко алели следы свежей крови. Резко задрав рукав, Сюэ Ян поймал запястье избранника и поднял, рассматривая повреждения. Покрасневшие пальцы мелко подрагивали, залитые кровью и грязью, в двух местах торчали кости, прорезавшие кожу. Лицо Сюэ Яна посерело, зрачки сжались в точки. – Я убью его, – выдохнул он. – Он уже мертв. Очень давно, – ровно и спокойно произнес Синчэнь, стараясь успокоить избранника. Он забрал руку и спрятал ее под рукав. – Сейчас мне нужно, чтобы ты успокоился и не доставлял проблем. Помоги Сун Ланю найти других выживших и… Сюэ Ян выпрямился. Даже не видя его, Синчэнь почувствовал, как безжалостно сверкнули глаза на потемневшем от гнева лице. – А-Ян, – тихо позвал он, добавив в голос немного ласки. – Пожалуйста, сделай, как я говорю. Юноша некоторое время молчал. Было слышно только его дыхание и как где-то вдалеке Сун Лань вытаскивал из ствола выжившего. Жители деревни уже стихли, Тьма медленно брела там, где раньше цвела благодать. Дома и плодовые деревья гнили, земля проседала, темная вода медленно поглощала разлагающийся остров. Раздался шорох ткани. Сюэ Ян снова сел на корточки рядом и осторожно взял руку Синчэня. Он отвел ее в сторону, и на раны полилась холодная вода из фляги. – Я сам, – Синчэнь потянул руку на себя, но его даже слушать не стали. Сюэ Ян осторожно поставил сломанные кости на место, фиксируя их в правильном положении, потом аккуратно нанес мазь и сделал перевязку. Только после этого темный заклинатель поднялся и ушел в противоположную от Сун Ланя сторону, так и не сказав ни слова. Синчэнь тоже молчал. Начало ночи выдалось тяжелым, но сколько еще работы было впереди? Сколько заклинателей еще живо? Как многим можно помочь? Хватит ли у них для этого сил и ресурсов, после такой-то ночи? – Город, – вдруг тихо и хрипло произнес кто-то рядом. Синчэнь вздрогнул. Он уже и забыл про спасенного заклинателя, а тот уже пришел в себя – поразительная воля к жизни. – В городе есть орден заклинателей. Несколько. Скажите, призрачная деревня… дым должен быть виден. Скажите нескольким орденам… здесь есть их заклинатели, им нужна помощь. – Здесь есть их заклинатели? – удивился Синчэнь. И вправду, много ли они сделают втроем, но если оповестить близлежащие ордена, то они охотно придут на выручку братьям. – Понятия не имею, – раздался тихий смешок незнакомца. – Но так они прибудут быстрее. А если вы скажете, что здесь сокровища… – Но это же ложь! – возмутился Синчэнь, не зная плакать ему или смеяться. Какие тут сокровища – все превратилось в труху и гниль. Незнакомец тихо и хрипло рассмеялся. Нашарив землю, он с трудом сел. – Но мне нужно уйти, пока они не… Раздались приближающиеся шаги, и Синчэнь уловил, как незнакомец нащупал свой меч. – Вам никто не навредит, – поспешил успокоить заклинателя он. Подошедший Сюэ Ян фыркнул, укладывая на землю еще одного выжившего. От его глаз не ускользнуло, что заклинатель опустил руку не на рукоять, а на лезвие, скрывая имя меча. Чуть подумав, Сюэ Ян достал из мешочка тянькун маску и положил ее на землю рядом с тощей рукой. Спасенный заклинатель посмотрел на нее, а после поднял потяжелевший взгляд на Сюэ Яна, но тот приложил к губам палец и кивнул на Синчэня с завязанными глазами. Сун Лань и Хуан Лей возились вдалеке, осматривая очередной труп в дереве, они не могли видеть надпись на клинке. Помедлив, пленник кивнул и опустил взгляд. Оторвав клок от своих лохмотьев, он замотал имя меча и лишь после надел маску. Пока непослушные пальцы возились с завязками, Синчэнь пересказал его совет Сюэ Яну. Тот хмыкнул, оценив коварный замысел по достоинству. Поскольку отсвечивать своей физиономией в мире заклинателей он не собирался, то отправить за помощью было решено Сун Ланя. Тот сопротивлялся как мог, ибо лучше бы умер, чем предстал в таком виде перед людьми – с головы до ног в мертвячине и гнили. Ситуацию спас тихонько сидевший под деревом заклинатель в маске – указав на тропу, ведущую из деревни, он сообщил, что если выйти на дорогу, то примерно через час пешего пути будет овраг, на дне которого бьют ключи с чистой водой. Но что такое час пешего пути для заклинателя на мече? Быстро умывшись и сменив одежду, Сун Лань направился в город. Посетив несколько орденов, он узнал, что в окрестностях давно ходили слухи о призрачной деревне, полной древних сокровищ. Заклинатели поколениями искали ее, но не находя подтверждений, давно уже сочли сказкой. Сун Ланю даже не пришлось врать – стоило ему упомянуть призрачную деревню, как в глазах заклинателей вспыхивал алчный блеск, и в тихом шепоте слышалось слово «сокровища». После ухода Сун Ланя, заклинатель в маске немного попил и поел, а после уснул так крепко, что не проснулся, даже когда Сюэ Ян поднял его на спину и направился прочь, желая покинуть проклятое место до появления «спасителей». К возвращению Сун Ланя в призрачной деревне кипела жизнь. Представители разных кланов быстро прибыли на поиски сокровищ. Узрев, что осталось от деревни – воронка, полная гниющей воды и смрада разлагающейся плоти, заклинатели все же попытались сделать вид, что прибыли дабы оказать помощь пострадавшим. Куда ни ступи – из земли торчали кости, а рассыпающиеся трухой деревья, являли миру все новые тела. То и дело раздавались возгласы – мертвецов опознавали по остаткам клановых одежд и вещам. От разрушенного храма не осталось и следа, земля и гнилая вода надежно похоронили его тайну. Даже если кто-то сможет осушить черное болото, то ему придется немало поработать, чтобы восстановить храм и вычерченное в нем заклинание. Оно и правильно, некоторые знания лучше хоронить в землю, так глубоко, насколько это вообще возможно. Пока Хуан Лей метался среди спасителей, Сун Лань нашел друга и тихо увел его. Одежды были насквозь грязные, но содержимое волшебных мешочков цянькунь не пострадало. Сопроводив Синчэня к ключу, Сун Лань помог ему умыться и сменить одежды, промыл и вычесал волосы, проверил перевязку и заставил что-то съесть. После они немного посидели рядом, плечом к плечу, обдумывая произошедшее ночью. Серовато-желтую заспанную зарю прогнал рассвет, омыв грязное небо яркими чистыми лучами. Свет пролился на лес, пробивая кроны насквозь. Говорить не хотелось, но Синчэнь крепко держал избранника за руку, боясь, что он снова исчезнет – растает во тьме, и не станет больше ни звука голоса его, ни тепла рук… – Я ошибся, – наконец сказал он. Сун Лань посмотрел на друга. – Я был слишком самонадеян. Я думал, что справлюсь, и хотел идти сразу, но если бы луна не шла на спад и не заклинатель… Сунь Лань отвел взгляд, немного подумал, размышляя, что сказать. Так и не найдя слов, встал и осторожно потянул руку друга, прося подняться. – Отправляясь на ночную охоту, мы всегда знаем, что можем не вернуться. Не ищи виноватых, все кончилось благополучно. – Я едва не потерял вас! – даже поднявшись, Синчэнь продолжал удерживать руку друга. – Я… – он запнулся и смолк. Помолчал. Сказал гораздо тише. – Я предполагал, что если кто-то из нас останется в том доме один в полнолуние, то за ним придут. Но Сунь Лань лишь хмыкнул, широко улыбнувшись. – Если ты это предполагал, то Сюэ Ян знал наверняка, вот и нашел способ выставить нас, – чуть наклонившись, он прикоснулся лбом ко лбу друга, мягко обнял за талию, притягивая к себе и щедро делясь теплом своего тела. – Ты действительно действовал неосторожно, и если бы был один, то обязательно погиб. Потому мы… – он чуть замялся. Синчэнь доверчиво прижался к нему, обнял и спрятал лицо в плечо. – Извини, мы воспользовались тем, что ты не видишь и сделали крюк, чтобы продлить путешествие. Синчень лишь вздохнул, но прежде чем он снова начал извиняться, теплые шершавые пальцы подняли его лицо, а приоткрытых губ коснулись теплые и ласковые улыбающиеся губы друга. На сердце стало тепло, легко и весело. – Давай заберем этого маленького везучего беса и отправимся домой, – тихо предложил Сун Лань, когда на лице друга вновь появились выражение спокойствия и легкая улыбка. Большей части выживших было уже не помочь. В прогнивших телах жизнь держалась только за счет древесных соков, которыми заклинателей вскармливали, чтобы как можно дольше пить энергию золотых ядер. После осмотра бедолаг, и без того едва отличимых от трупов, быстро и безболезненно убивали. Но были и те, кто попал в плен недавно, или как заклинатель в маске обладали мощным золотым ядром и недюжинным упрямством. У них не было ран, лишь сильное истощение. Их тщательно осматривали и пытались отмыть, чтобы хоть как-то сбить зловоние. Сложно сказать к какой категории относился мужчина, возле которого сидел притихший Хуан Лей. Подойдя со спины, Сун Лань равнодушно посмотрел на бледного и очень худого заклинателя. Даже в беспамятстве он хмурил брови и недовольно сжимал губы. Заметив подошедших, Хуан Лей обернулся и вмиг повеселел. – Еще не приходил в себя? – осведомился Сун Лань. – Нет, – мальчишка на миг приуныл. Сун Лань был готов поклясться, что от звуков его голоса «учителя» перекосило даже в беспамятстве. – Лекари говорят, что есть вероятность… – он оборвал себя и продолжил куда веселее и громче, – Учитель обязательно поправится! Учитель самый сильный и… Еще при первом «учитель» впавшие глаза широко распахнулись и с ужасом покосились на Хуан Лея. – Нет… – тихо и хрипло выдохнул он. – Только не ты… хватит, я больше не могу! – страх придал сил и мужчина уже кричал, дергаясь на циновке и пытаясь отползти от ученика. Обернувшись, Хуан Лей издал восторженный возглас. – Я же говорил! Мой учитель обязательно поправится! УЧИТЕЛЬ!!! Вы живы! Но в ответ на столь искреннюю радость прозвучал полный ужаса вопль: – НЕ-Е-ЕТ!!! Да лучше бы я умер!!! Я так больше не могу!!! Ты бессмертный что ли?!!– раздались громкие рыдания. – Маленький везучий демон!!! Уберите его от меня!!! Ну почему я не умер?!! – Учитель, я так рад!!! Вы живы!!! – Лучше бы я умер!!!