Огнём по ране. Враньём по сердцу.

Настал день «х». Сегодня день, когда лисы точно выиграют. Когда, наконец, отберут своё законное первое место у зазевавшихся воронов, чьи ряды заметно поредели из-за Рене, которая под покровом ночи выкрала из гнезда Жана, подобно настоящей лисице. Израненный француз, чьё присутствие вызывало лишь жалость и откровенные ахи и охи, дрожащим комком лежал на диване в общей комнате лисов, пока Аарон и Ниала, на пару, обрабатывали все ссадины и кровоподтёки Моро. Кевин, которого разбудила Рене посреди ночи по просьбе Жана, тут же подорвался, будто бы ожидал этого момента с самого начала, как уехал из гнезда. Оба парня, видя друг друга, тут же сцепились в объятиях, однако Моро, не выдержав такого давления на своё тело, тут же отрубился. Бедному французу не давали спать уже больше двух суток, а ужасающие раны и боль во всё теле сделали из него изнемождённое тело. Это произошло за три дня до игры воронов против лисов, от чего состав крупно поменялся и лисы были уверены в своей победе. И желании мести. Все, словно бешеные животные, дрались с воронами за право выиграть. Они шли до конца каждую секунду, преодолевая себя стократно, чтобы просто отомстить этим ублюдкам за всё. За Кевина, за Ниалу, за Жана. Элисон, которая почти доиграла два тайма подряд, наравне с Эндрю, Ниалой и Кевином, получила красную карточку и была удалена с игры из-за оскорбления и драки с защитницей воронов. Да, девушка была не виновата в том, что случилось с её друзьями, однако она, чёрт возьми, чуть не сломала ей лодыжку, когда ударила клюшкой по ногам, чтобы сбить ту. Эндрю, чьё лицо заливал пот, отыгрывал на все сто, не жалея и капли сил. Ники, чьи ноги уставали ещё на третьем круге, сейчас просто взрывались от усталости и боли, которая пронизывала каждый сантиметр его ступней, а руки горели так, будто бы их обожгло настоящим огнём до самых плеч. Кевин, чья рука рабочая рука вновь была левой, отыгрывал идеально, не скупясь потратить даже ту силу, которой в нём априори не было. Дэн и Мэтт, что заменяли Аарона, выглядели ничуть не лучше: Бойду разбили нос, потому его пришлось посадить на скамейку запасных, однако Дэн, узнав, кто это сделал — одним движениям, якобы случайно, треснула чужой шлем ракеткой, из-за чего нападающего воронов, что играл с Рико, заменили и их сила вновь упала. Ниала, словно настоящая молния, бегала по всему полю. Её нос, который тоже пострадал, не беспокоил её от слова совсем: кровь медленно стекала по подбородку и капала на форму, однако когда уже застыла — то и стало безразлично. Её ноги носили по всему полю вплоть до последнего гудка, когда Кевин забил решающий гол в последние секунды. Облегчению её не было предела: колени перестали слушаться вовсе и она, упав на них, еле двигающимися руками, сняла шлем. Её глаза уставились на Рико, который с ошарашенным видом бедного котёнка, смотрел на счёт: 10:9 в пользу лисов. Лисов— отбросов, которые не были достойны, по его мнению, даже играть с ними. С отбросами, которые были последними, с кем хотелось иметь дело. Вороны, впервые за всю историю университета Эдгара Аллана, проиграли университету Южной Каролины— Лисам. Лисам, которые не выиграли. Которые были ничтожны, которых могли обойти все, кому не лень. Последней каплей в терпении Рико стала лишь фраза, сказанная изученным голос Ниалы, которая ухмылялась, смотря точно в лицо японца: — Я бы спросила, какого это— быть вторым, но ты, ублюдок, знал это всю жизнь. Ядовито произнесла девушка, щуря глаза от удовольствия. Она устала. Её ноги и руки не слушаются, а голова расслаблена настолько, что даже свист клюшки над своей головой кажется чем-то нормальным. Её оглушает треск кости и ужасающей мощи крик, который доносится прямо перед ней, однако понять, что происходит, удаётся только с второй попытки. Её уставшие глаза бегают с Эндрю на Рико. Первый, словно крылом, закрывает девушку своей большой клюшкой, а Рико, от которого и исходили все звуки, корчится прямо перед ней в агонии из боли и злости: его рука, правая, сломана пополам в зоне предплечья. Видна даже сама кость, которая торчит, раздирая кожу, ошмётки мяса и уйма крови, которая пачкает паркет огромной лужей, которая противно растекается под Мориямой. Эндрю, гордо смотря сверху вниз, без капли сожаления разворачивается, помогая встать Ниале, которая могла быть ещё в более худшем состоянии, чем Рико. Девушка, еле перебирая ногами, осторожно опирается о Эндрю, улыбается ему. Тот, кинув на Ниалу взгляд, хмыкает, пытаясь взлохматить короткие волосы. Лисы встречают их с охами и ахами, осматривая Ниалу глазами. Она, в отличии от Рико, в полном порядке. На поле выскакивает группа медиков почти моментально: они увозят Морияму на носилках, а Ваймак, который миновал ограду поля, выскочил к ним. Его крик с угрозами беспокойствами одновременно успокаивает всех лисов, что были на поле. Элисон и Мэтт последовали за ним, когда увидели, что их тренер рванул на поле. Команда встречается на середине поля, где начинают тихо переговариваться, а Ваймак, особенно усердно, отчитывать взглядом Эндрю, будто бы играя в гляделки. Всё замолкает чуть ли не на пять минут, однако победные возгласы, что доносятся с лисьей стороны, приободряют команду и выводят из состояния ступора. Ниала, не веря своим глазам, вновь обращает внимание на табло, которое горит также ярко: 10/9 в пользу лисов. Приятное чувство победы раздирает изнутри каждого, потому они образовали большой круг, обнимая и крича в один голос. Даже Эндрю, даже Аарон! Они, наконец, стали командой, которая и вправду достойна такой победы. Дэн расплакалась первой, за ней последовали и некоторые остальные, сильнее обнимаясь. Тренер, что стоял рядом с Кевином, хмыкает, обнимая того за плечи. Когда, наконец, все разбирательства и показания Ниалы в пользу того, что Рико— просто конченный псих, не способный проигрывать, были даны, то вся команда ушла переодеваться, оставляя Кевина интервьюерам. Самое страшное, что, похоже, язык Ниалы Джостен передался и Кевину Дэю. — Вы сегодня играли левой рукой и после вашей травмы, когда вы упали с лыж, это была самая достойная игра! Что вы скажите по этому поводу? — Я никогда не катался на лыжах, планирую попробовать. Ухмыльнулся он. Журналисты ненадолго затихли, переваривая данную информацию, однако ту женщину, что брала интервью, перебили другие: — Вы специально выбрали лисов, чтобы сейчас, подобно воронам, они стали первыми? — Нет, я выбрал лисов потому, что у меня там был родственник, которым мне хотелось помочь в осуществлении мечты. — Если не секрет, то кто именно является тем, ради кого вы бросили воронов? — Дэвид Винсент Ваймак. Он мой отец. Коротко ответил он, мило улыбаясь и делая глоток воды. Волна молчания повторилась вновь, а когда уже пришло осознание: Кевина и дух простыл на площадке, где брали интервью. За спиной Кевина закрылась дверь, когда он услышал, как чужие голоса стали проявляться наружу в виде возгласов и криков. Они просто были шокированы. Встретив Ваймака, который ожидал в его коридоре и следил за прямой трансляцией Кевина с телефона, тут же перевёл серьёзный взгляд на Дэя. — Поговорим после банкета, молодой человек. Немного ошарашенно бросил мужчина прежде, чем удалиться. Кевин лишь устало хмыкнул, понимая, что разговор у них будет длинный и с множеством нюансов. Тем временем лисы переодевались: они выбрали бело-оранжевую гамму, которая должна была выделять их в серой толпе других команд. Элисон, которая не поскупилась на хорошие образы, была просто в восторге: парные костюмы Миньярдов, которые отражали их полную противоположность, оранжевые платья девушек, которые отличались кроем и украшениями, замечательные костюмы парней, которые были в белом с оранжевыми украшениями и даже туфлями. Все были обессилены, однако чуть посидев на месте и приняв душ— тут же стали собираться. Девушки бегали из стороны в сторону, пока Ниала, уединившись в туалете, натягивала облегающее платье в пол, которое подчеркивало буквально всё: будь оно чуть более обтягивающим, то и шрамы были бы видны сквозь оранжевую ткань. Не успела та выйти из туалета, как её тут же окружили несколько охранников. — Извините, но мне кажется, что вы ошиблись. Мужской этажом ниже. Сообщила девушка, чуть согнув руки и пытаясь достать нож Эндрю, который прятался в нарукавниках под рукавами платья. Попытка вышла провальной, ведь в следующий момент она была уже с завязанными глазами и усиленно сопротивлялась охранникам. Ниала была слишком напугана, чтобы мысли здраво и услышать их с первого раза. Единственное, что повторяли мужчины, пока девушка не перестала бушевать было: — Вас вызвал господин Морияма. Девушка никогда бы не подумала, что предстанет перед будущим лордом клана Морияма так: стояла на коленях, с повязкой на глазах, за ней было двое охранников, а по звукам рядом с ней– располагался непосредственно сам господин. Ичиро Морияма. Его Ниала никогда в жизни не видела, однако именно ему была отдана в руки с момента заключения сделки. Один из мужчин снял с неё повязку, забирая плотную ткань. Её руки были свободны, но всё-таки собраны за спиной, чтобы не выглядеть слишком глупо или беспомощно. Голубые глаза ударились в обсидиановые, которые поглощали всякий свет. Не сказать, что Ичиро не выглядел дорого— ничего не сказать и уложенная причёска по всем стандартам, дорогие часы на руке, качественный чёрный костюм и дорогие туфли, которые были видны из-под щели стола. Морияма, подняв на неё взгляд, усмехнулся. Его бледная кожа и такие пронзительные глаза заживо съедали, от чего у Ниалы сердце пропустило удар от страха. Он был красив, однако его красота и некая дымка вокруг– больше пугали. Мужчина не казался чем-то безопасным даже в расстояния в три метра. Ичиро Морияма — тот, кого девушка боялась на равне с отцом. Однако факт того, что именно он ей ничего не сделал- заметно успокаивал. Холодное, словно мрамор, лицо чуть изогнулось в улыбке, меняя атмосферу одним лишь шевеление лица. Мужчина, выставив перед собой ладонь, махнул пальцами от себя, показывая, что охранникам стоит убраться. Они так и сделали, поскольку теперь оба остались наедине. Ниала, судорожно дыша, смотрит в его глаза, не желая и даже боясь сделать этого. Оба не моргают, будто бы их глаза что-то держит открытыми. Первым сдаётся Ичиро, который не намерен устраивать из этой встречи детский сад. Чужой голос отдаётся металлом где-то в ушах, оставаясь мелкими осколками страха в сердце, которое и так изранено, ноет от новой порции, которая разрывает его сильнее. Её руки дрожат за спиной, а после и ноги, когда пришлось встать по его команде. — Рад видеть вас. Встаньте. Почти нежно произносит брюнет, однако в голосе слышится смешок в перемешку с сталью, которой пронизан весь образ Мориямы. Ниала, покорно встав, опустила руки по-швам и выровнялась, будто бы солдат. Атмосфера была слишком давящей и даже гнетущей, что сильно давило на голову и сознание в принципе. Они были вдвоём и это напрягало даже через чур сильно, что аж ноги начали подкашиваться, а зубы заходится в приступе холода. — Не бойтесь меня, Ниала. Это звучало, как просьба, однако являлась целенаправленным приказом. Это ощущалось так сильно, что хотелось зарыться под землю. С ним было некомфортно находится, особенно тогда, когда глаза сталкивались в танце искр, которые не контролировались обоими. Ичиро, обойдя стол, оказывается перед Ниалой, которая неотрывно следила за чужими действиями, стараясь сдержать себя от побега. Дверь за спиной казалась таким прекрасным вариантом, чтобы сбежать, что ноги рыжеволосой невольно напряглись, а глаза оторвались от чужого лица перед собой, осматривая комнату: тёмные стены, которые были по периметру облагорожены картинами, шкафами и диваном, который выделялся своим кровавым цветом. Всё здесь напоминало Эвермор, который пятном въелся в её память и не хотел никак выводиться. Девушку бы накрыло прямо здесь, поскольку воздуха в лёгких стало сильно не хватать, а ноги, до этого онемевшие и мягкие, стали донельзя твёрдыми, готовыми к тому, что сейчас их используют для побега. Руки сжались в кулаки, когда чужой голос прозвучал слишком рядом, практически над её ухом. За её спиной была преграда, которую преодолеть было невозможно: выбрать отсюда живой, если даже миновать его, будет проблематично, как не посмотри. В голове беспорядочными мыслями шли рассуждения о побеге: — « Разворот влево на ступнях, удар в ухо правой рукой, выхватить пистолет из-под рубашки, вырубить о пол. Выбежать, хлопая дверью, выстрелить в колени охране.. » Её безумный план, который созрел всего лишь за крупицу времени в голове, тут же оборвался, потому как к её голове был приставлен тот самый пистолет. Она вздрогнула, когда его голос вновь накрыл сознание с новой силой: — Я же сказал: не бойтесь меня. Ниала, повернувшись к нему лицом всего за один оборот тела, посмотрела в обсидиановые глаза с некой напряжённостью и тревогой, однако её рот не закрывался даже в такие ситуации: — Когда вы перестанете быть для меня угрозой— тогда и не буду. А пока вы держите пистолет у моего лба и находитесь в такой непозволительной близости, извольте, но ваш приказ выполнен быть не может. Её ответ граничит между дерзостью и правдой, от того становится интересно, что же ещё эта лисица может выкинуть. Брюнет, хмыкнув, убирает оружие, понимая, что таким её не пронять. Достаточно взглянуть на лицо: её серьёзный, уставший взгляд, изуродованные щёки и нахмуренные брови, которые делают из её лица нечто на подобие хмурой тучи, которая готова ударить молнией, если ты хоть пальцем тронешь её. Японец, смотря сверху вниз, делает шаг назад, чтобы, наконец, диалог начал идти в нормальное русло. Однако по виду Джостен было заметно, что даже расстояние в три шага и отсутствие направленного на неё оружие, не слишком успокаивало её. Однако Ичиро, выполнив свои условия, предпочёл начать разговор, ведь нужно было урегулировать ситуацию на поле, которая произошла буквально час назад. И Ичиро точно знал, что хочет сделать. — Раз ваш язык так развязан, то прошу мне объяснить, что побудило Эндрю Миньярда сломать руку Рико Морияма. Ниала, сглотнув слюну, которая противно накопилась во рту от страха, тут же выдала, не слишком стесняя себя в выражениях. Страх отступил на второй план, когда дело касалось младшего ублюдка. Со старшим, хотя бы, можно было поговорить. — Он замахнулся на меня клюшкой, чёрт меня дери! Рико хотел убить меня за то, что мы выиграли и обошли его команду. Ему стоило бы триста раз подумать, прежде чем делать это. Он просто получил то, чего всегда заслуживал..-! Ичиро, смотря на неё укоризненно, таким образом заставляя сдержать тон своего голоса, махнул рукой, призывая продолжать, когда девушка, не поняв жест, замолкла. — Вы вообще знаете, что этот.. проворачивал в Эверморе? Ичиро, чуть расширив глаза от удивления, отрицательно мотнул головой. Похоже, что Ниала там была, однако ему никакой информации по этому поводу не поступало. Странно. — Он избивал Жана до полусмерти, он.. чёрт, пытал его водой! Жан никогда, никогда, даже из-за переломов, не пропускал ни одной тренировки! У него, блять, были сломаны четыре пальца на ведущей руке! А знаете, что он делал со мной? Абрамиона не унимались даже в высказываниях, от чего заметно удивила Ичиро, который думал, что боясь его— та будет держать рот за замке, не проронив и слова. Он был готов слушать полную тишину или редкие ответы в перемешку с тихим заиканием, однако та, которую ему обещали ещё много лет назад, вовсе не тот тихий ребёнок, какой её описывали. Характер отца, который вырывался с безумной силой, готов был стереть своим гневом даже Морияму, который не был готов даже к половине того гнева, что исходил от неё. Рыжеволосая, не боясь даже смерти, высказывала молодому лорду всё в лицо о его брате и его деяниях, пока её рот не устал говорить. Ниала сбивчиво дышала, когда, наконец, высказала все ужасные злодеяния Рико, о которых боялись вороны упомянуть даже вскользь. Даже как шутку. Ниала, не боясь даже смерти, что сейчас явилась к ней в образе Ичиро, гневно дышала и метала искры глазами, натыкаясь лишь на ошарашенный вид брюнета. Да, он не был осведомлён о том, что происходит в Эверморе. И, похоже, не был бы, не будь здесь Ниалы, которая не побоялась бы донести на его собственного брата. Её голубые глаза уставились в чёрные, так внимательно и тяжело смотря, что хотелось отвести его, однако мужчина, подняв свою рубашку, вновь достал пистолет. Ниала не обратила на это никакого внимания, однако когда он сделал три шага вперёд— их лица встретились в непозволительной близости, но девушка не позволяла себе отступить ни на шаг, даже показать свою правоту и упрямость. Показывая, что с ней и её мнение стоит считаться и если кому-то не нравится правда— пусть убьют её. Пусть. Решимость её била через край, однако когда холодные, нет, даже ледяные, руки приземлились на собственные, шрамированные костяшки, поднимая ладони к верху, то Ниала разорвалась взгляд, опуская его на руку. Пистолет приземлился точно в собственные пальцы, от чего Джостен чуть вздрогнула. Вес пистолета в последний раз девушка ощущала не так давно, однако уже успела забыть, какого это: быть той, кто сейчас что-то решит. Абрамиона имела возможность небрежно поинтересоваться: — Вам стало настолько стыдно за своего брата, что вы решили уйти из жизни, чтобы больше не знать такого позора? Ичиро, на удивление, спокойно принял чужую колкость, однако его щелчок пальцами вывел напряжение на новый уровень, ведь в следующую секунду в комнату, держа здоровую руку за спиной, привели Рико. Когда и как Ичиро успел это сделать— оставалось загадкой, однако наличие младшего в их разговоре говорило лишь о том, что сейчас что-то, да будет. Глаза Рико блестели от боли и заметного напряжения. Ему было страшно, как последнему щенку, когда его, поставив на колени перед братом, оставили в таком положении одного. Перед ним стояло две фигуры: женский силуэт и мужской. Догадаться, кто был мужским— проблем не составило, однако узнать Ниалу, лицо которой было «изуродовано», а волосы чуть ли не пострижены под машинку, было довольно проблемно, ведь на девушке было чёрное платье в пол и каблуки, что заметно увеличивали небольшой рост спортсменки. Рико, подняв чёрные, как смоль, глаза, тут же встретился с взглядом ненависти голубых, которые были знакомы. Это заставило его нервно выдохнуть, когда он увидел в её руках пистолет. Ичиро, переведя на него взгляд лишь на секунду, тут же уставился обратно на Ниалу, чьи руки сильно дрожали в желании застрелить младшего ублюдка прямо здесь и сейчас. — Ниала, прошу, не кипятитесь. Я понимаю вашу ненависть к моему брату. И я готов принять все его проступки на себя, если вы позволите мне загладить свою вину за это. — То есть, вы хотите сказать, что берете ответственность за все те ужасы, что он совершал и хотите просто откупиться от меня? За всё то, что он сделал? Не унималась она. В её крови расползалась жгучая ненависть, которая была в разы сильнее чувства страха. Она больше не боялась дерзить Ичиро, даже если и знала, что он намного сильнее неё самой. Ниала прекратила бояться ещё тогда, когда выстрелы пистолета дяди убили Ромеро. Она перестала бояться, когда чужие руки выносили её из самого страшного места в мире. Она перестала бояться, когда в её руках вновь оказался пистолет, а в нём, по весу, три патрона. У девушки даже не поднимался язык сказать имя ублюдка вслух, потому та заметно выделяла « он », чтобы сразу было понятно, о ком идёт речь. — О нет, я не хочу откупаться от вас. — И что же вы готовы такого дать взамен, чтобы я остыла? Ичиро, хмыкнув, указал на своего брата, который сидел на полу в изнеможении. Его голова слабо была поднята к верху, рассматривая две фигуры перед собой. — Своего брата. Можете отомстить ему, как заблагорассудится. Однако клан Морияма, при этом, вспоминать не стоит. Просто забудьте, кто и что с вами сделал. Просто отомстите. С улыбкой сказал он, как бы намекая на пистолет в руках девушки. Та, раскрыв глаза, с восторгом посмотрела на младшего. Его вид не казался слишком спокойным. Раскрытые в изумлении рот и глаза выдавали крайнюю степень ахуя, в которого окунули Рико слова брата. Брюнеты переглянулись в последний раз, когда раздался выстрел. Все звуки были поглощены комнатой, потому их никто не слышал. Безжизненное тело Рико свалилось на пол окончательно, падая на здоровую руку. Его лицо, искаженное в агонии страха, осталось таким навсегда. Капли крови, идущие из белоснежного лба, огибали нос и пропадали точно в глаза и на ковёр, пачкая черный ковёр кровью. Ичиро лишь вернул голову в сторону девушки, которая с ужасающей улыбкой стояла перед ним, держа одной рукой пистолет, а вторую сжимала в кулак. Её глаза были до безумия широкими, ужасно притягательными и такими.. такими страшными, что можно было утонуть в этом океане стекла. Её лицо, обезображенное улыбкой отца, выглядело через чур пугающе. Ниала выглядела, как свой отец, делала, что и свой отец. Она стала своим отцом в этот момент, ведь без доли сожаления убила человека. Да, плохого и заслуживающего смерти, но человека. Ей было абсолютно плевать на последствия, пока пистолет был в её руках. Когда ей дали команду— мсти, то она, словно настоящий злодей, сделала это. Потому, что Рико Морияма заслужил. Потому, что такие ублюдки, как он— не должны жить. И Ниала прекратила эту жизнь, чтобы множество других жизней были спасены. Это был двенадцатый человек, которого она убила. И она даже рада, что сделала это. Именно осознание того, что теперь месть, что томилась в ней несколько месяцев осуществлена, дарило полное спокойствие и даже некую изощрённую радость. Опустив оружие и, наконец, переведя взгляд с трупа на живого, Ниала прекратила улыбаться. Её лицо стало серьёзным, как никогда. — Я хочу заключить в вами сделку. — С боссом якудза? Да вы, видимо, не пальцем деланная. — Не забывайте, кто мои родители. Почти в укор поставила его девушка, однако парень не стушевался. Он, легко выхватив пистолет из женских пальцев, оставил его на законное место под рубашкой. — В чём суть нашей сделки? — Я хочу выкупить свободу. Свою и ещё двоих людей, что дороги мне. — У тебя есть, что предложить мне? Как я понимаю, то мы говорим о Кевина и Жане. — Верно понимаете. Просите всё, чтобы угодно. Я не могу позволить, чтобы они больше подвергались насилию и пыткам. — Включая твой поступок сейчас— ты лишила команду воронов всякого смысла. Тетсуджи умер около часа назад, когда вороны проиграли. Так что твоя месть и победа над нашим самым большим вложением — очень дорогая цена, которую тебе необходимо покрыть. — Я готова на всё. Уверенно заявила она. Ичиро вновь улыбнулся, прикладывая палец к губам, а после, чуть погодя, к чужим. Ниала уверенно и непоколебимо стояла, даже не осознавая, что сейчас косвенно словила поцелуй лорда якудзы. Её глаза блестели уверенно, будто бы намеревались ослепить своим сиянием обсидиановые глаза напротив. Рука Ичиро сжала чужой подбородок, отводя её голову в сторону и будто бы осматривая степень повреждений. Этот момент казался до жути интимным для остальных, однако для этих двоих это было не более, чем смотрины перед заключением договора. — Ты будешь отдавать каждый месяц восемьдесят процентов от своего заработка, когда станешь профессиональным игроком. В твоих интересах — стать им, иначе сумму в один миллиард долларов будут выплачивать ещё и твои правнуки. — Один миллиард.. Прошептала она. Ниала, немного расслабив лицо, наконец выдохнула. Ичиро, отпустив чужую голову, сделал шага назад. Их глаза вновь встретились, когда Джостен, спустя минуту молчания, сказала: — Я стану им! Спасибо за эту встречу! Выдыхает в неверии она. Страх накрывает по новой, когда входят два охранника и забирают её, полностью игнорируя тело Рико, будто бы это что-то само собой разумеющееся. Ниалу окутывает новый страх, который забирается под кожу и заставляет шестерёнки работать усиленно и быстро. План образовывается в голове сам собой, будто бы так и нужно: — Завтра три тренировки. Взяться за усиленную диету, ограничить количество сахара и сдобного. Больше упражнений на руки.. Бормочет себе под нос девушка, пока позади неё идут двое рослых мужчин, что сопровождают её на банкет. Они, пройдя по дороге и минуя парковку, раскрывают перед ней двери зала, где уже вовсю идёт банкет. Светлое помещение, которое пестрело нарядами девушек и парней, а также разнородными закусками и напитками. Лисы, одетые в бело-оранжевую гамму, выглядели просто помпезно и слишком вычурно, чтобы их было не видно издалека. Элисон, махнув ей рукой, стала подходить к Ниале: та выглядела неуверенно и даже слишком зажато. Нужно было помочь девочке раскрепоститься. — Мы все тебя ждали! Ты где была, красавица? — Да так, в туалете. Месячные пошли, вот и задержалась. Я в порядке. Запросто отмазалась она. Элисон, оглядывая её с ног до головы, выдала: — Точно всё хорошо? Выглядишь не сказать, чтобы супер довольно. — Да, всё окей. Я пришла веселиться с вами, а не киснуть в кабинке. Где Эндрю? — Твой непарень сейчас пытается просверлить взглядом Аарона и Кевина. — А что произошло? Рыжая даже не сразу заметила, как назвали Эндрю, ей было скорее интересно: кому больше достанется, если это, конечно, то, о чём она подумала. — Пока тебя не было— Кевин так смело подошёл к Эндрю с Аароном под руку, а потом объявил о том, что они встречаются! Уже около года! Года! Ниала, раскрыв глаза, окинула пару сокомандников взглядом, тут же переводя её на Эндрю, что нервно пил пунш с явным желанием добавить туда что-то покрепче или вообще— выйти покурить. Однако тот сверлил взглядом этих двоих, сжимая край стола до побеления и так белой руки. Джостен, встретившись глазами с Элисон, которая прибывала в крайнем шоке, нет, даже восторге! Её лицо светилось некой искренней радостью за своих сокомандников. — Так Кевин смог.. Улыбнулась она, но затем словила взгляд блондинки. — Ты знала!? И мне ничего не сказала? Мы все вместе думали, что он встречается с какой-то Теей! Мы даже не поставили ставку на это! Возмущённо, словно кастрюля, бухтела девушка. Их прервал Эндрю, который оказался рядом. Рейнольдс, завидев его боковым зрением, тут же ушла, посылая Ниале воздушный поцелуй и пожелания хорошо провести вечер. Её образ растворился в толпе, будто бы тень, однако быстро фокус сменился на Миньярда. Он, подойдя к девушке, протянул той руку, чуть склонив голову и делая некий реверанс: приглашает на танец. Никогда бы в жизни Ниала не подумала, что когда-то ей выдастся шанс танцевать с тем, кого она ненавидит так сильно, что и любит не меньше, при этом будучи свободной. Ниала Джостен с этого дня официально живёт, а не существует под другими, двадцати двумя, личностями. С этого дня— Ниала Джостен счастлива и она нашла то, что так долго искала. Она нашла Эндрю Джозефа Миньярда, которого не отдаст никому, пока тот сам не уйдёт. Девушка будет бороться за своё счастье, за свою команду, за себя. Ниала Джостен теперь навсегда войдёт в историю, как самая счастливая женщина-спортсменка, которая взяла первое место на чемпионате мира по экси. Но, пока что, нам стоит окунуться в нынешние события— где Ниала Джостен просто счастлива и не задумывается, что её ждёт. Но это что-то — определённо жгучая ненависть любимого человека, постоянная игра в любимый спорт и.. жизнь. Без страха, без боли, без бегства. Один раз покажи, какого это: быть счастливой и уже не захочется жить иначе.