Сердце Талмора

Секретный документ — это «Талморское досье»?!

В небо Скайрима взмыли драконы. Пробудившись после долгого сна, первые дети бога времени, Акатоша, расправили могучие крылья и полетели над горными хребтами. Глядите, смотрите во все глаза, возрадуйтесь! Драконы, погибель рода людского, предвестники конца времён, вернулись. Грядёт закат эпохи, на смену ей спешит новая, лучшая, великая. Поначалу в Маркарте не верили в возвращение драконов: скепсис горожан не могла пробить даже сгоревшая заживо отара овец, пасшаяся недалеко от северной границы поселения. Настоящая паника началась после сотрясения земли от зова Седобородых. Ондолемар снова выругался. Это уже третий раз за день, как он проливает содержимое кубка. На этот раз ему удалось увернуться, и белоснежное одеяние было спасено. Прачка бы вздохнула с облегчением (за каждое неотстиранное пятно у неё вычитали септимы из жалованья). Земля продолжала трястись уже несколько дней, а Довакин, судя по всему, не спешил появиться на Глотке Мира. — Прекрасная иллюстрация того, как в Скайриме неорганизованно вообще всё. Даже герои, избранные спасти мир, отлынивают от своих прямых обязанностей. — Ондолемар попытался снова наполнить чашу из графина, но именно в этот момент гул Седобородых раздался снова, и виноградный сок предательски расплескался, забрызгав ковёр, лицо эльфа и даже некоторые предметы интерьера в радиусе нескольких метров вокруг. Не успела жидкость успокоиться, как земля затряслась вновь, на этот раз с большей силой, сбивая талморца с ног. Покачиваясь и теряя равновесие, Ондолемар упрямо, но уже со смирением, не надеясь спасти белый кафтан, поднёс графин к губам. Утолить жажду худо-бедно удалось, но большая часть напитка пролилась мимо рта, и лежала лужей на каменном полу. Струйка отделилась, и часть её впиталась лежащим неподалёку ковром ручного плетения. Это был его любимый ковёр, специально привезённый из родового поместья отца. Тихо выругавшись, Ондолемар сполз на землю и закрыл лицо ладонью. В другой он по-прежнему держал опустевший графин. Да, он чувствовал себя проклятым. Сначала его лишили должности в одном из министерств на родных Солнечных Островах и сослали в эту промёрзшую помойную дыру с отвратительными дикарями. Они даже не удосуживаются мыться, предпочитая источать тошнотворные запахи выгребной ямы, вместо тонкого аромата душистых трав. Порой он не мог отличить, что источало навозный флёр, лошадь или всадник, сидящий на ней. Потом Сириндура убили, а секретное досье, вверенное ему — украли. Кто знает, что он успел наговорить во время пыток? Теперь ещё и драконы. Что дальше? Гражданская война, в которой победят Братья Бури, а его голову насадят на пику? На Маркарт нападут Изгои и устроят бойню? «Скайрим настолько проклятое место, что приплыви сюда сам Император со всей своей стражей, и то бы умудрился помереть в этой забытой богами дыре!» — Простонав от бессилия (чрезмерно драматично, стоит сказать), эльф, перекатываясь, оказался у стола. От резкой смены положения голова Ондолемара закружилась, в глазах почернело, да так, что ему пришлось ухватиться за край стола, чтобы не упасть. К несчастью, он слегка не рассчитал траекторию полёта собственной руки, так что вместо каменной поверхности он зацепил скатерть, а вместе с ней и все хрупкие предметы интерьера, стоящие на ней. Так он лежал, в луже, на полу, среди осколков битой посуды, накрывшись полотном, и тихо проклинал Скайрим, а может даже и Талмор, из-за которого оказался здесь. — Боги, зачем вы испытываете меня? — Ондолемар, ты здесь? Не поверишь, что я только что узнала! Ты был прав насчёт причастности ярла, он… Астрид замолчала. Беспорядок в комнате она приняла за признаки борьбы, а шепчущего и едва шевелящего губами эльфа — за жертву вооружённого нападения, а может и заказного убийства. Побледнев до ужаса, девушка в один миг оказалась на коленях перед талморцем. Рука в нерешительности повисла в воздухе над его лицом, прикрытом плотной тканью. Что теперь с ней сделает Бриньёльф за провал задания? Как она могла это допустить? А Ондолемар в это время мечтал на самом деле оказаться мёртвым. Меньше всего на свете он хотел предстать в настолько жалком виде перед Астрид. Как он объяснит произошедшее? Как сможет сохранить авторитет в её глазах? Скатерть, служившая укрытием от позора, медленно стянулась вниз. Ондолемар открыл глаза и встретился взглядом с Астрид. — Ты жив! Мара Милосердная, не пугай меня так больше! Голова Астрид склонилась и прижалась к его торсу. Она сдержала слёзы облегчения, но была совсем не в силах отстраниться от него. «Живой! Жив!» Ондолемар изучал свои чувства. Рукой накрыл затылок Астрид, поглаживая, как кошку: — Всё хорошо, хорошо. Я не хотел опять тебя напугать. Как странно. Даже своей великой империи он не был нужен так, как Астрид. Его мучали вопросы. Почему она так ответственно относится к охране его безопасности? Дело только в щенячьей преданности Гильдии Воров, или ей действительно небезразлична его…ну…он сам?.. — Что тут произошло? — Астрид помогла ему подняться. — Так что ты хотела мне рассказать? — Перевёл тему хитрый эльф. — О, да, точно! Ты не поверишь! Ох, с чего бы начать! Я проследила за советником ярла, как его…ну этим… — Рериком? — Да, управитель ярла Игмунда, он самый. Старик вышел из города через тайный проход в Подкаменной Крепости и умотал в горы, чтобы помолиться Талосу в скрытом алькове с алтарём! Что, если это не ярл строит козни против Талмора, а его правая рука? — Какой смысл старику на закате лет ввязываться в политические интриги и рисковать всем? Его племянник ярл, он ставит под удар всю семью. — Да, но что если его допустим шантажировали или заставили шпионы Братьев Бури? Подумай! Он уже слаб, сентиментален, легко внушаем. Его небось запугали разоблачением. Жители Предела и без того параноики из-за вечных нападений изгоев и заговоров, можешь представить, что случается с их разумом к старости? — Имеет смысл. Я подозревал, что в этом замешан клан Серебряная Кровь. Они открыто заявляют о своих притязаниях на престол и не упустят шанс ослабить текущую власть. В досье на них накопилась уже целая кипа бумаг с отчётами о пожертвованиях на поддержку Братьев Бури. Что логично, в случае гражданской войны и победы Ульфрика, они станут ставленниками нового короля Скайрима в этой провинции. — Так с чего мы начнём? Прижмём старика к стенке, и он сдаст всех шантажистов с потрохами, или пойдём охотиться за кланом Серебряная Кровь? — Надо подумать. В первом случае мы рискуем устроить дипломатический кризис и испортить отношения с ярлом, во втором — нажить опасных врагов и спровоцировать Братьев Бури, что приведёт к началу гражданской войны. Астрид стало не по себе от этих слов. Что эльф имеет в виду? Неужели войны не избежать? Ондолемар принял её замешательство за погружение в размышления о необходимости принятия правильного решения. Он продолжил: — Я думаю, у нас недостаточно информации для принятия решения. Слишком опасная игра, чтобы действовать вслепую. Забудь пока о советнике, не думаю, что с ним будут связываться в ближайшее время. Начни слежку за главным из клана Серебряная Кровь. Тонвар или как там его, я с трудом их различаю, ты знаешь. Эльф потёр руки. Кажется, события набирают обороты. Маятник истории запустился. Большая игра началась.