Международные отношения профессора Поттера

Глава 2       Так и проходили дни и недели после того, как Гарри подпитал своей кровью особняк Блэков. Дни плавно перетекали в недели, а перед глазами мелькали только важные события, произошедшие за это время. Парень целыми днями изучал старинные фолианты и свитки, которые могли бы быть ему очень полезными в будущем, ведь кем стать и согласиться ли на работу в министерстве он пока не решил. Времени и сил это занимало немного. Разве трудно читать книгу одним касанием? Гораздо больше времени уходило у него на анализ «прочтенного» и осознание полезности этих знаний, систематизацию их в своей голове и фильтрацию сведений. Кроме того, домовики помогали юному Лорду осваивать науку управления своим имуществом, учили работать с документами и финансами, рассказывали о том, как идут дела в семейном бизнесе за границей.       Несмотря на то, что до недавнего времени наследника у рода не было, дела шли отлично. Всеми вопросами в этой сфере занимались поверенные Блэков (маглы и маги) в надежде на скорое его появление — так и вышло. Ах, да, еще ведь были письма! Их Герою современности приходило столько, что ими можно было топить камины всего Лондона целый год: благодарности, просьбы, советы, приглашения на важные мероприятия со всего мира, подарки и сувениры. Чего там только не было. Гарри даже удивлялся тому, остались ли вообще в Британии совы, или все сейчас были у него? Эльфы разбирали этот бардак круглосуточно и, по приказу хозяина, сообщали только о важном. Отвечали на них они тоже сами.       После дня рождения Гарри пришло письмо из Гринготса с просьбой незамедлительно явиться в банк для урегулирования безотлагательных вопросов. Аппарировав на косую аллею, Гарри наложил на себя дезиллюминационные чары для отвода глаз и решил пройтись по магазинчикам перед визитом к гоблинам. Он не хотел скрываться, но необходимость этого была слишком велика. Парень с детства привык к тому, что его имя на слуху у всего магического мира. И стоит ему где-то чихнуть — об этом узнает каждый, а в газетах и журналах всевозможных изданий уже через пару часов напишут, что всеми любимый Золотой мальчик при смерти и умирает от страшной болезни. Сейчас ситуация усугубилась. После победы над Волдемортом каждая собака считала своим долгом подойти, поблагодарить, потрогать, взять автограф, сунуть в руки младенца для совместного фото, поцеловать, позвать жениться. Этот список можно продолжать бесконечно… А это ведь при том, что мир магов только восстанавливается и все его жители пока не понимают, что произошло в полной мере. Страшно представить, что будет дальше и как сильно этот список может увеличиться. Именно поэтому Гарри старался не выделяться и остаться сегодня незамеченным. Он забежал в магазин мадам Малкин, чтобы сделать большой заказ и полностью обновить гардероб, и заказать все: от носков с трусами, до мантий и украшений. Оплатив свой заказ и попросив доставить все к нему домой по готовности, парень попрощался и проделал ту же процедуру еще с несколькими лавками.       Парень все еще был под действием дезиллюминационных чар, когда зашел в главную залу банка «Гринготс». Маленький недовольный гоблин, который встречал посетителей, быстро подошел и, узнав имя и цель визита у молодого человека, быстро ринулся куда-то. Вернувшись, он попросил следовать за ним и засеменил коротенькими ножками в неизвестном направлении. Через несколько минут они оказались у красивой резной двери белого цвета с элементами позолота и украшенной драгоценными камнями. Гоблин открыл ее и жестом пригласил внутрь.       Внутреннее убранство комнаты было в том же стиле, что и ее дверь. Белоснежные деревянные панели вместо стен и молдинги из лепнины в позолоте в метре от пола на них же прекрасно вписывались в интерьер и создавали атмосферу достатка. Высокие потолки, бра с приглушенным светом и огромная хрустальная люстра — все это лишь подчеркивало особенность и непохожесть этой комнаты от общей залы. В центре помещения за большим антикварным столом из тиса сидел еще один гоблин, но по нему сразу было понятно, что он гораздо выше по званию, если у гоблинов была подобная иерархия, конечно. Существо, идеально державшее осанку, смотрело на брюнета, и глаза его не выражали никаких чувств и эмоций, лишь рабочую заинтересованность. Предложив присесть, поведя правой коротенькой ручкой в сторону стула, драпированного зеленым шелком, он позволил себе короткую улыбку уголками рта.       — Здравствуйте, мистер Поттер! — выдал гоблин, склонив голову в легком поклоне. — Меня зовут Флимзеганс, я Ваш поверенный в части касающейся наследства родов Поттер и Блэк и представитель лично Вас в банке Гринготс.       — Добрый день! — заключил Поттер, садясь в предложенный ему стул и недоверчиво поглядывая на коротышку. — О каком наследстве и делах идет речь, мистер Флимзеганс? Я получил наследство от своих родителей семь лет назад за несколько дней до начала своего обучения в Хогвартсе. Разве у меня есть еще родные, от которых я мог бы что-то унаследовать?       — Мистер Поттер, Вы — единственный наследник двух великих чистокровных родов на сегодняшний день. Поттеры и Блэки — очень могущественные и древние семьи. В нашем банке есть много хранилищ этих родов, в которых хранятся многое: огромные суммы денег, артефакты, редкие предметы, книги, драгоценности, права собственности на многочисленную недвижимость, принадлежавшую им. Список слишком велик, чтобы мы с Вами сейчас смогли его полностью изучить и, думаю, что Вам было бы уместнее ознакомиться с ним самостоятельно. Многое из него может послужить причиной для ареста и срока в Азкабане, ведь семейство Блэк славилось своей огромной любовью к темной магии.       — Это неожиданно для меня, — парень сложился пополам, поставил локти на колени, а голову уронил в ладони. «Разве от моих родителей что-то еще осталось? Я думал, у них была лишь некоторая сумма денег, которую я получил ранее, как я уже и сообщил. Может быть, там остались какие-нибудь их личные вещи, фотографии, хоть что-то, напоминающее о них?»       — Как я уже говорил, Вам будет уместно ознакомиться с содержимым Ваших сейфов самостоятельно, и Вы сможете сделать это сразу после того, как мы подпишем все документы. И еще, сэр, Вы наследуете от своих предков не только имущество, но и имя.       — Что? Имя? Вы считаете, что я восемнадцать лет жил без имени? Я — Гарольд Джеймс Поттер-Блэк и я прекрасно знаю, как меня зовут. — парень гордо вздернул голову, давая понять, что он не просто мальчишка и теперь представляет в магическом обществе два великих рода.       — Вы Лорд Гарольд Джеймс Поттер-Блэк, сэр. Недавно Вы стали совершеннолетним. С того самого дня Вы являетесь единственным наследником и представителем двух древних чистокровных семей, а также носите титул Лорда двух этих родов. Мы хотели предложить Вам принять титул сразу после Вашего шестнадцатилетния. Согласно нашим законам, если род остается без своего Лорда, то наследник дома, достигший шестнадцатилетнего возраста, принимает этот статус и становится главой рода. Но в тот момент ситуация в мире не позволяла этого сделать, и мы не смогли связаться с Вами для того, чтобы посоветоваться и принять решение совместно с Вами. Сейчас же нам ничего не мешает вернуться к этому вопросу и сделать все согласно закону.       — Лорд? Я Лорд? Да еще и сразу двух семей? Как такое возможно, если я даже не чистокровный, как я могу взять этот титул и войти в состав аристократии магического сообщества? Вы хотите, чтобы меня засмеяли и ни во что не ставили? Вы прекрасно знаете какими снобами заполнен этот узкий круг… — рявкнул Поттер. Он понимал какие последствия могут теперь последовать и совсем не хотел к своей скромной персоне еще большего внимания и новых проблем, которые непременно появятся.       — Лорд Поттер-Блэк, как только Вы официально примите свой титул — во всех магических справочниках Ваш статус изменится и больше никто не посмеет назвать Вас нечистокровным. Никто и никогда не посмеет относиться к Вам неуважительно и примет Вас как полноправного Лорда и представителя аристократического общества магического мира Британии. Наши законы иногда трудны в понимании, но никто не смеет их нарушать. — гоблин спокойно и терпеливо рассказывал юному наследнику обо всем, что того интересовало и, получив короткий кивок в знак согласия, позвал своего помощника. — Упрукис, принесите все документы о наследии родов Поттер и Блэк, а также книгу Лордов Британии и их наследников.       — Одну минутку, сэр. — маленький гоблин, который по-видимому служил Флимзегансу секретарем, или ассистентом скрылся за дверью, но уже через несколько минут вернулся, неся в руках кучу пергаментов, тетрадей и книг. — Прошу Вас, сэр. Здесь все, что Вы просили. — изрек Упрукис и снова незаметно исчез в тени дальней стены.       — Мистер Поттер, все документы будут в двух экземплярах и после подписания Вами и заверения Гринготса, мы направим Вам Ваши совой. — сказал Флимзеганс и предложил на подпись первую часть пергаментов. — Приступим?       — Приступим! — немного устало, но очень решительно заключил Гарри.       Они подписывали документы еще несколько часов. Гарри хотел прочесть каждый и убедиться во всем, что подписывает. Так и было. Закончив, молодой Лорд встал со своего стула и попрощался с гоблином. Он намеревался немедленно вернуться к себе домой, переварить все услышанное в этот день и отдохнуть. Лишь перед тем, как закрыть за собой дверь он обернулся и попросил своего поверенного прислать помимо письма с его экземплярами документов еще и подробный перечень всего, что хранилось на его счетах. Получив поклон от гоблина, он скрылся за дверью. ***       Через несколько дней в Блэк мэнор прилетела сова из Гринготса. Флимзеганс сдержал общение и, помимо документов, в конверте был полный перечь имущества родов Поттер и Блэк. Чего там только не перечислялось: древние магические артефакты, в том числе темно-магические. Книги и огромные фолианты со знаниями, которых больше нигде не найдешь. — Гермиона просто забьется в экстазе. Она, наверное, даже от секса столько удовольствия не получает, сколько от запаха книжных страниц. — подумал Гарри и даже засмеялся в голос от этой мысли. Драгоценности, пергаменты с разными ритуалами, картины и прочие элементы искусства. Тонны золота. По примерным подсчетам на его счетах теперь лежало 616 миллионов 150 тысяч галленов: 129 миллионов 359 тысяч на счетах Поттеров и 486 миллионов 791 тысяча у Блэков. Это, не считая сиклей и кнатов — их он даже не брал в расчет. Также были дома, поместья, загородные коттеджи, всевозможные постройки и здания, связанные с бизнесом, и даже один замок в Румынии. В общем, бедствовать уж точно не придется.       Следующие несколько недель Гарри мотался в Гринготс, чтобы с помощью Флимзеганса назначить встречи со всеми, кто вел бизнес от имени его родов и раз и навсегда наметить стратегию в работе, чтобы больше не встречаться и не возвращаться к этому. Ему было достаточно незаметно залезть им в голову, чтобы понять все их мысли и намерения. Он сильно поднаторел в этом деле после прочтения книги по легилименции и окклюменции и поработав немного с артефактами. Поняв, что все его партнеры верны своему делу и не имеют намерений его обманывать, юный Лорд подписал с ними документы на продление сотрудничества и просил держать с ним связь с помощью писем, или патронуса.       В банке его также интересовало содержимое хранилищ. Он постоянно забирал что-то с собой. Многое из захваченного стало украшением дома и сделало внешнее убранство особняка еще изысканнее. Он захватил из одного из сейфов Поттеров портреты своих родителей и портрет Сириуса. Теперь, когда он повесил их над камином в малой гостиной даже дышалось легче. Гарри приходил сюда каждый вечер, падал в объемное кресло у камина, наливал стакан огневиски и подолгу общался с родными. Пусть он не успел сделать этого при жизни, но сейчас у него есть хотя бы такая возможность. Возможность не чувствовать себя одиноким в этом мире.       Такое чувство, как любовь никогда не посещали этого мальчика. У него никогда не было времени на себя. Всегда нужно было кого-то спасать, или плясать под чужую дудку рискуя собственной жизнью. Конечно, он любил и своих родителей, и крестного, и друзей, но разве эта та самая любовь? Такая любовь, о которой пишут книги и снимают фильмы? Та любовь, которая сносит голову и заставляет совершать необдуманные поступки. Та, что заставляет твое сердце биться чаще, кровь бежать по венам быстрее, легкие — набирать больше воздуха, а ноги — дрожать от одного имени. Даже гравитация тебя не держит после того, как ты отдаешь свое сердце человеку, который становиться для тебя всем.       Так Гарри и проводил день за днем. Конечно, он писал своим друзьям, и переписка их даже стала немного активнее, когда они узнали о новом титуле друга и событиях в банке. Гермиона естественно пообещала сразу зайти к нему в гости и оценить новую библиотеку после того, как вернется в Британию. А вернуться она планировала в конце августа. Ей теперь предстояло занять должность ведущего невыразимца отдела тайн Министерства магии. Ей всегда было это интересно, и теперь начать свою карьеру ничего не мешало. Рон же хотел посмотреть на новый образ мэнора и увидеть «как живут такие зажравшиеся Лорды магической Британии и куда они спускают свое состояние» — конечно, он шутил и Гарри знал это. Он всегда старался помочь семье Уизли. Предлагал деньги, а потом пытался незаметно подсовывать. Миссис Уизли никак не хотела принимать деньги. — Это твои деньги, Гарри и тебе их оставили родители не для того, чтобы ты вот так просто с ними расставался. Пользуйся ими с умом. А мы справимся, у нас и так все хорошо! — говорила Молли. Гарри пытался спорить и возвращаться, но с Молли так просто это не прокатит, поэтому со временем эта тема перестала подниматься.       Двадцатого августа Гарри проснулся в своей комнате рано утром от странного звука. Он одновременно настораживал и ужасно раздражал. Глаза разлепить сразу не получалось. Он вытянулся на постели во весь рост, потер глаза, а затем сел на кровати свесив ноги на пол. Просидев так еще несколько минут, парень понял, что звук никуда не исчезает. Поэтому он тяжело вздохнул и побрел в сторону окна, от которого исходил этот мерзкий звук, стоически борясь с утренним стояком. Резко дернув штору в сторону, Гарри увидел до боли знакомую птицу. Ушастая сова окраса древесного ствола сидела у него на подоконнике, была клювом по стеклу и недовольно смотрела на адресата. Парень открыл окно и впустил птицу внутрь. Влетев, она сделала несколько кругов под потолком и спланировала на руку парня, которую он едва успел оторвать от тела. Герой с опаской посмотрел на сову, но уже через несколько минут уже решился ее погладить. Она довольно заухала и льнула к руке.       — Довольно милая, ты ведь не укусишь меня, верно? — с улыбкой выговорил Герой. — Ты что-то принесла мне? — сова заинтересовано посмотрел на парня, и тут выставила вперед лапку с прикрепленным к ней письмом. Гарри отвязал письмо и, открыв окно, приказал птице лететь в совятню, где ее уже ждет угощение. Да, теперь у него была своя совятня! Птица послушно спикировала с окна почти до земли, но у самой ее кромки резко поднялась ввысь и исчезла в своем временном пристанище. Взглянув на письмо первое, что заметил Поттер — это герб Хогвартса. — Точно, это ведь школьная сова, которой часто пользовалась профессор МакГонаггал! — воскликнул сам себе парень. Развернув письмо, бывший гриффиндорец лишь подтвердил свои же догадки. Ровным аккуратным почерком писала директор Хогвартса: «Уважаемый мистер Поттер! Гарри! Я искренне надеюсь, что у тебя все в порядке, и ты больше не делаешь глупостей. Что ж, перейду сразу к делу. Гарри, я прошу тебя прибыть завтра в Хогвартс в любое удобное для тебя время. Дело в том, что у меня есть к тебе некоторая просьба-предложение. В этом деле я имею личные мотивы в какой-то степени, поэтому прошу тебя прибыть одному и пока не делиться ни с кем информацией о своем визите. Встреча должна носить конфиденциальный характер, а после того, как ты дашь мне свой ответ, ты сможешь рассказать детали всем, кому сочтешь необходимым. Жду тебя завтра и очень надеюсь на твою помощь.» С уважением, М. МакГонаггал        «Что это может быть за просьба?» — подумал Гарри. От него всегда всем что-то было нужно. —«Что могло понадобиться на этот раз и насколько сильно это может ему не понравиться? Хотя, это ведь профессор МакГонаггал. Она никогда не пользовалась ни моей силой, ни связями и именем. Директор всегда была со мной строга, но любила как собственного ребенка. Разве может она навредить, или предложить что-то, что может не понравиться? Но почему тогда все так секретно и какие у нее могут быть личные мотивы?» — вопросов было много, а ответов не было совсем. Он начал все анализировать, но вдруг понял, что гадать можно сколько угодно, а правильный ответ все равно будет только один и получит его парень только завтра. Написал Рону и Гермионе о том, что его срочно вызвали в школу для важной встречи, но не озвучив содержимого письма, Гарри решил не думать об этом больше. Все равно это не принесет пользы. Он узнает все уже очень скоро и лучше провести этот день с пользой. ***       Поттер проснулся почти в обед. Весь прошлый день он провел в библиотеке, чем сильно напоминал себе свою лучшую подругу, но ничего не мог поделать с любовью к новому увлечению. Приняв контрастный душ, чтобы взбодриться и одевшись посолиднее он решил сначала позавтракать. Благо весь его заказ из магазина мадам Малкин уже доставили, и теперь его гардероб просто кричал о его новом статусе и состоянии. Ткани были дорогими и выглядели очень изысканно и стильно, но больше парню нравилось то, что они были очень качественными. А также тот факт, что в ткань было вплетено множество заклинаний. Одежда теперь защищала от холода, дождя, от проклятий и заклинаний, которые могли навредить владельцу и от многого другого. Это очень радовало и теперь Гарри не жалел той суммы, которую выложил за нее.       Спустившись на кухню, он был радушно встречен собственными домовиками, которые, как всегда, окружили его заботой. Эльфы приготовили прекрасный завтрак и, как и приказывал раннее хозяин сели с ним за один стол, чтобы разделить трапезу. Это очень много значило для них. Гарри Поттер, и так, уже многие годы был для эльфов мерилом справедливости и благородства. Теперь же собственные эльфы считали его божеством и готовы были целовать его следы на полу. Парень был благодарен им за службу и любовь, но просил не перегибать палку и чувствовать себя здесь как дома. А его считать не только хозяином и Лордом Поттером-Блэком, но и их другом Гарри, просто Гарри. Закончив завтрак и раздав эльфам поручения, Гарри решил отправлять в школу. Сначала он хотел использовать камин, чтобы выйти в кабинете директора, но немного подумав, решил проверить одну свою теорию. Несколько секунд парень сомневался, но потом крутанулся на месте и аппарировал. ***       Директор МакГонаггал была в своем кабинете. Женщина только что закончила разговор по каминной связи со своим старым другом и получив от него последние наставления о предстоящем разговоре вернулась к бесконечной бумажной работе. Опустив свой взгляд в стопки пергаментов перед ней, она погрузилась в мир бюрократии. Она не знала в каком часу придет мистер Поттер да придет ли вообще. Нет, в своем ученике она была полностью уверена. Даже если она не назвала ему деталей и целей визита, он придет. Всегда приходил и оказал помощь всем, чем только мог. В этом был весь Герой-Всего-Магического-Мира, но для нее он был просто студентом гриффиндора Гарри Поттером. Из размышлений ее вытянул резкий хлопок где-то рядом. Подняв голову, она увидела то, чего не ожидала увидеть никогда. В центре ее собственного кабинета стоял Гарри Поттер и улыбнувшись склонил голову в приветствии.       — Добрый день, директор! — все с той же улыбкой выдал парень. — Простите, что так бесцеремонно вломился в ваш кабинет. Я бы никогда не посмел причинить вам такие неудобства. — лицо Гарри вдруг стало серьезным и слегка виноватым. — Сначала я хотел предупредить вас о своем визите через камин и его же помощью переместиться сюда. Но потом я неожиданно захотел проверить смогу ли снова аппарировать на территорию школы. Конечно, в прошлый раз антиаппарационный барьер был разрушен, а сейчас более, чем исправен… Но ведь его восстановил я, поэтому был уверен, что смогу сделать это снова.       — Мистер Поттер… — профессор сидела с открытым ртом и надвигалась. Шок явно сковал ее и пока не готов был отпустить. — но как это возможно?       — Не знаю профессор. На самом деле я много не знаю о своих возможностях, поэтому ответить вам пока не готов. — Гарри провел рукой по своей уже не лохматой голове поправив несколько выбившихся локонов. — Позволите? — спросил он разрешения указываю на кресло у камина. Получив утвердительный кивок все еще оцепеневшей директрисы, он прошел к камину и опустился в кресло.       — Вы хотите сказать, что новый антиаппарационный барьер можно пересечь, или он позволяет сделать это только вам?       — Директор Мак…       — Минерва. Всё-таки вы уже не мой студент и мы многое вместе пережили. Надеюсь, я могу рассчитывать, что мы не только в рабочих отношениях, но и хорошие друзья?       — Конечно, проф… Минерва. Нет, когда я восстанавливал школу, то просто скопировал магию ее основателей и все что было ранее, работает в прежнем режиме, кроме нескольких улучшений. Но барьера это не касается, он идентичен старому. Я просто могу аппарировать сквозь любой барьер, как я понял. Хотя надо проверить эту теорию еще и на Министерстве — это ведь второе самое защищенное место в стране. — брюнет снова лукаво улыбнулся бывшему декану и по-доброму посмотрел на нее.       — Но это же просто невозможно! В школу и в Министерство просто невозможно аппарировать. Мерлин, да кому я это говорю? Просто сделаю вид, что этого не было, или что это можно только вам. Удивляться происходящему с вами и вокруг вас, Поттер я ужасно устала. — все же вернула она улыбку. — Может быть чаю с пирожными?       — Только если без лимонных долек. — парень посмотрел на портрет старца на портрете, затем на текущего директора, и они громко рассмеялись.       Пока женщина размахивала палочкой готовя чай и объясняя появившемуся школьному домовику какие сладости нужно принести, Гарри наконец решил осмотреться вокруг. Здесь совсем ничего не изменилось, подумал Герой. Плотно заставленный кабинет остался абсолютно таким же, каким был еще при профессоре Дамблдоре. Вокруг царил творческий беспорядок. Многочисленные приборы, что занимали бóльшую часть кабинета, как всегда, гудели, бренчали, бликовали на свету и делали еще невесть что. Массивный директорский стол на небольшом пьедестале заваленный пергаментами и стопками книг и документов показывал свою значимость здесь, а высокие шкафы с книгами, как ни странно не давили своей загруженностью. Все стены кабинета украшали портреты бывших руководителей школы и, конечно, в центре висели портреты Дамблдора и Снейпа. Первый, как обычно, широко улыбался, сверкая глазами в своих очках-половинках, а второй же, лишь быстро кивнул и остался с бесстрастным выражением лица. Гарри кивнул в ответ.       Если с Дамблдором все было понятно, то с профессором зельеварения было сложнее. После того как он отдал свои воспоминания в окончание битвы за Хогвартс, Гарри было очень горько на душе. Из памяти стерлись все те моменты, когда Снейп унижал его и отыгрывался за детские обиды на его отца. Поттер понимал, что этот мужчина всю свою жизнь любил его мать всем сердцем и оберегал ее сына от ненавистного соперника любой ценой. Разве не о такой любви Герой мечтал? Снейп был героем войны и много лет проживал две жизни. Мало кто знает, как тому было трудно, но он ни разу не пожаловался. Только гордо нес свой крест. Он определённо вызвал уважение, если не любовь. Любовь к отцу, которого у него никогда не было.       — Итак, вы хотели обсудить со мной что-то секретное, проф… Минерва? — Гарри понимал, что мысли о прошлом сейчас не приведут ни к чему хорошему и решил вернуться к цели своего визита.       — Ах, да! — подобралась директор и тут же вскочила со своего стула. Она быстро переместилась к камину и присела в кресло напротив бывшего студента. — Гарри, дело не то чтобы секретное… Просто я хотела держать все в тайне, пока ты не узнаешь все детали и не дашь ответ. Многие могли бы посчитать, что я пытаюсь тебя заставить, или надавить на тебя, чтобы ты согласился. Ты ведь знаешь, как легко люди верят во все, что пишет «Пророк», а в случае, если ты согласишься — это определенно станет его новой статьей.       — О чем вы? Поймите, мне трудно судить о чем-то, если я совершенно не понимаю, о чем идет речь. Давайте вы расскажите мне все как есть, а я обещаю вам сделать все, чтобы помочь вам. — Поттер немного напрягся и выпрямился в кресле.       — Конечно, дорогой, я все понимаю. Что ж, приступим… Гарри, несколько недель назад мне написал мой старый друг, который работает начальником отдела международных отношений и сотрудничества в Министерстве магии Франции. Он сообщил, что сейчас находится в командировке в Лондоне по вопросу укрепления связей между странами в послевоенном времени и пригласил выпить чашечку кофе за важным разговором. Конечно, я согласилась встретиться с ним, ведь мы не виделись уже лет так пятнадцать, и пригласила в школу. Жак пришел на следующий день. Мы выпили кофе, вспомнили прошлое, много смеялись и разговаривали. Затем он озвучил свою просьбу и заключается она в следующем, Гарри. Жак-Густав попросил меня предложить тебе работу и занять должность профессора ЗОТИ в их школе для волшебников и волшебниц.       — Что? Занять должность профессора ЗОТИ? Вы шутите профессор? Мне только исполнилось восемнадцать, экзамены я не сдавал, квалификацию профессора я не имею и чему я вообще могу научить детей? Почему именно я? — брюнет не мог поверить своим ушам. Неужели его собственный строгий декан, которая знала все о его проделках в школе и о его любви влипать в неприятности могла на полном серьезе предложить подобное?       — Мальчик мой, вы себя явно недооцениваете. Ваша сила больше, чем у кого-либо прежде. Вы победили сильнейшего темного мага столетия одним простейшим заклинанием. А ваш факультатив, на котором вы обучали небезызвестный всем отряд Дамблдора, блестяще сражался на поле боя и не давал усомниться в своих умениях даже взрослых Авроров. Вы прекрасно справитесь с задачей и я, как ваш бывший декан в этом ни минуты не сомневаюсь. Поверьте, я не предложила бы вам это, если бы не была так уверена в вас и в вашем успехе. Что касается квалификации, то она не имеет значения. Я знаю, как вы не любите славу вокруг своего имени, но в данном деле она играет нам на руку, и любая школа в мире отдаст все что угодно за такого профессора и даже директора. Даже если вы завтра захотите стать Министром Магии, то поверьте, должность будет вашей.       — Но зачем все это понадобилось? Почему им нужен именно я? — парень не знал, как реагировать на это и продолжал защищаться вопросами, сделав очередной глоток чая из белого фарфора.       — Что ж, тут все проще. Вы — это бренд, эталон. Ваше мнение теперь закон, а ваша сила — мощнейшее оружие. Если вы пойдете на этот шаг, то маги всего мира узнают о вас еще больше. Министерства начнут подобную программу обмена опытом, что повысит престиж образования в магических учебных заведениях. Сейчас достаточно услышать только ваше имя и все что вы делаете становится новой модой. Такой шаг принесет много пользы от сотрудничества между странами и улучшит экономику. Я не политик и не смогу объяснить вам всего, но в этом замысле определенно прекрасно все. Поэтому я и согласилась поговорить с вами. Франция предлагает вам магический контракт на один год, а после его окончания вы сможете остаться преподавать у них, уехать обучать в любое другое место. Или вовсе сменить профессию. Я знаю, что вас уже ждет любая должность в нашем Министерстве магии. Гарри, прошу тебя подумать об этом очень серьезно, и понять какую пользу ты сможешь принести всему магическому сообществу. Твоя жизнь всегда подвергалась риску и все решения принимались за тебя другими людьми, но сейчас рисков нет, польза от этого будет колоссальная и выбор только за тобой. Я не хочу на тебя давить, поэтому знай, что я приму любое твое решение.       — Что это за школа? — единственный вопрос, который возник у Гарри в голове. Глупо, что не последовала череда вопросов, или мгновенный отказ. Интуиция подсказывала парню, что над этим нужно серьезно подумать, а она еще никогда его не подводила.       — Шармбатон… Ты знаком с их директором — мадам Максим и несколькими ученицами, которые приезжали к нам на обучение во время турнира Трех Волшебников. Гарри, они предлагают тебе отличные условия и ждут твоего ответа до 29 августа. Прошу тебя лишь подумать об этом. — старое лицо директора, испещренное морщинками, источало надежду. Гарри впервые почувствовал, что с ним не играют в игру и не дергают за ниточки, ставя перед таким выбором. Даже давления он не ощущал. Брюнет доверял профессору и знал, что она хочет только лучшего для него. Помолчав пару минут, парень кивнул и повернулся в сторону МакГонаггал.       — Минерва, я тоже чувствую, что в этом есть смысл и что не стоит отказываться сразу. Однако это решение очень серьезное и просто сказать вам «да» сейчас я не могу. Мне необходимо все тщательно взвесить самому и спросить совета у своих друзей — брюнет встал и стал медленно мерить кабинет шагами.       — Я все понимаю и напоминаю, что не хочу на тебя давить. Это твоя жизнь и только тебе решать, как ей распоряжаться — сказала МакГонаггал подойдя ближе к парню и приложила ладонь к его лицу. — Ты сам знаешь, как будет правильно и сделаешь правильный выбор, мальчик мой, а я поддержу в любом случае. До 29 августа нужно будет дать ответ, чтобы я передала его Жаку, а он в свою очередь министру и мадам Максим. Им ведь тоже нужно успеть все подготовить.       — Конечно, Минерва, я учитываю ограничение по времени и дам ответ как можно скорее. Ждите от меня сову — сказал парень и, попрощавшись, аппарировал домой.       Дома парень первым делом выпил несколько стаканов огневиски и налив очередной, он сел за стол в своем кабинете и принялся писать письмо. «Гермиона, привет! Я не писал тебе уже несколько дней. Надеюсь, у тебя все хорошо и твои поиски скоро увенчаются успехом. Вся моя библиотека и я сам в твоем полном распоряжении. Ты говорила, что вернешься в Лондон только в конце месяца, но я прошу вернуться тебя на несколько дней раньше. У меня кое-что произошло, (ничего серьезного, не переживай. Моей жизни ничего не угрожает), поэтому мне срочно нужно обсудить все с тобой и Роном и принять решение. Ответ я должен дать до 29 августа. Прости, что дергаю тебя раньше срока, но без вас я не справлюсь. Мне жизненно необходимо выговориться на эту тему. Рону я пошлю сову и скажу, что ты заберешь его сразу как вернешься и доставишь ко мне. Я открыл для Вас двоих камин и вплел отпечаток вашей магии в защиту дома на случай аппарации, теперь он вас знает и пропустит. Я очень соскучился и уже жду тебя.» Г-Д. Поттер