Власть льда

ГЛАВА 7. Неожиданное объяснение Не такая уж и плохая подружка Катрин, конечно, не сразу приехала в замок. Несколько недель хозяин Буаи-Снехта о разговоре, произошедшем в саду, не поминал. Да и тренировки по умению обращаться с оружием шли полным ходом. Для Лорейн за это время местные мастерицы пошили несколько теплых платьев, в которые она едва влезала, даже затянутая в корсет. Для фехтования использовался костюм пажа, который позже сменили на невероятно красивый - из темного бархата и с белыми лентами. Именно в нем юная баронесса теперь чаще всего щеголяла, не желая совершенно снимать, так как и раньше предпочитала джинсы и брюки. Порой в зале девушка задерживалась с раннего утра до поздних сумерок, и чем больше она училась драться и стрелять, тем больше была захвачена этим великолепным овладением древнего мастерства. Даже Тодеуш заверял, что при подобных стараниях и успехах за года три можно начать сносно справляться с более сильными соперниками, используя ловкость и подвижность, а также владея определенными навыками и приемами. Баронессе нравилось изучать боевые стойки, похожие на балетные па, правильно держать оружие, не изнуряя запястье, нравились выпады, нравилось видеть перед собой в паре барона и чувствовать его поддержку и внимание. А еще - стрелять с ним из лука или арбалета, когда мужчина стоял сзади и поддерживал руку, давая точно попадать в цель. Каждый раз Лорейн убеждалась, что холодность и напускное спокойствие - лишь часть характера, на самом деле Ромус умел проявлять сочувствие и казался очень интересным собеседником. - Вы снова плохо держите рапиру, - уверял он, показывая, как именно следует ухватиться за шпагу, чтобы не нанести себе травму. – Тодеуш, покажите баронессе. - Вот так, следует обхватить крепче и сжать пальцы на рукояти, вложив их в углубления. Направляйте рапиру точно в цель, чтобы создать упор и оттолкнуть противника при нападении, - юноша показал, как именно расставить ноги, чтобы был лучший бросок. Лорейн кивнула и снова, и снова пыталась скрестить шпаги с бароном, явно игравшим с супругой в кошки-мышки. - Еще немного, и вы совсем запыхаетесь, - заявил тот минут через десять бесполезной борьбы. – Отдохните и попейте воды, - добавил, качая головой и проходясь туда-сюда длинной походкой по паркету зала, в котором они находились уже несколько часов. Тодеуш звонко рассек пару раз воздух своим оружием. - Может, пока немного повторим старые трюки, ваша милость? - Сегодня я не очень настроен. Хочется знать, что вы скажете об успехах нашей ученицы. - Сами знаете, многие годами обучаются техничности. Вам следует попросить наших девушек научить ее танцам. Это добавит пластичности. Да и повторение определенных фигур делает тело более выносливым. - Лорейн, вы слышите? – позвал мужчина, а девушка, стоявшая у окна и пившая жадно воду, кивнула. Она не хотела сдаваться, но полагала, что стреляет куда более уверенно, чем держит шпагу в руке. И все же внутри все противилось тому, чтобы признаться в физической слабости. Отступить? Да не такая Милена Ковалева и слабачка. - Я не хотела бы прерывать занятий. Если так положено супруге знатного эльфа, то я постараюсь хотя бы до конца пройти основы, - заявила, утирая рукавом взмокшее лицо и приближаясь снова к своим ушастым учителям. Конечно, Тодеуш всю жизнь обучался военному делу. Он и выглядел сильным и ловким. Но даже тонкокостный барон легко с ним справлялся, а ведь ему же вроде больше тысячи лет… Разве девушка не годна к владению шпагой? Ну, водились же и среди людей отчаянные разбойницы и пиратки? - Никто не отменяет занятий, мы сменим их направление. Мастер прав, говоря про танцы, - Баттур потрепал нежно девушку за щечку. – Надеюсь, ими вы хоть немного владеете? - В прежние времена, возможно, я могла бы и вышивать, и танцевать, Ромус, но у меня были другие увлечения… - смутилась Лорейн совершенно, не представляя, какой покажется дурой теперь этим двум ушастым. – Я книги читала и учила казенное дело. Вот если бы вы показали мне, как все устроено в замке, то, возможно, больше вышло толку, чем тыкать шпагой в ненастоящего врага. Боюсь, я всех приемов защиты так и не освою к весне. - И все же баронессе понадобится умение танцевать, - настойчиво заявил Тодеуш, пряча руки за спину и кивая, как настойчивый попугай. Он посмотрел на ученицу, как на упрямую невежественную дикарку и бунтарку, явно не до конца понимая, почему она позволяет в такой вольной манере общаться с супругом, который ее на много жизней старше. Баттур только понимающе и спокойно улыбнулся. - Мы оставим занятия рапирой, стрельбу из арбалета. Будет неплохо, чтобы Лорейн могла защититься от приставаний или нападения существ в городе… Но она такая хрупкая, что я предпочту дать ей побольше охраны. - Для чего это? – не поняла девушка, моргая чаще и кидая взгляды то на Тодеуша с его веснушчатым лицом, то на старого эльфа. - Весной открываются дороги, мы отправимся в Ариан, скорее всего. Или вы останетесь тут, но тогда гости явятся в замок. Обычно это случается нечасто, и все же я не хочу, чтобы они вас безнаказанно обидели или попытались спровоцировать. Некоторые дамы из столицы весьма легко ищут конфликта. Это в их крови – зависть, злость, недовольство. Мужчины тоже не отстают. Но невесты!!! О, эти невесты! Каждая ищет соперницу в том или ином виде. Частенько их кавалеры поощряют дамские дуэли, - Баттур развел руками, мол, не способен изменить традиций и поведения некоторых волшебных существ. Тодеуш ему поддакивал, кивал и тяжело вздыхал, не одобряя подобных традиций. Трудно воспитать за несколько месяцев хотя бы сколько-нибудь правильный навык. - Я сделал бы упор на ножах и стрельбе, - повторил он. – И если уж нас ждут гости, то пассажем окажется, если баронесса не сумеет показать себя на балах. - Меньше всего я жажду выводить жену в свет, - собственнические нотки прозвучали в устах Баттура так неожиданно, что девушка переступила с ноги на ногу, а потом и вовсе сделала вид, что ничего такого не расслышала. И все же она заметила, как опустились уголки губ Баттура. Каждый раз она сильно волновалась, неосознанно отрицала свою зависимость от решений хозяина замка. И каждый раз убеждалась, что делает исключительно то, что приказано, будто зелье Матушки Гусыни до сих пор действовало на мозги. - Может, мне уйти, пока вы тут за меня решаете? – за нависшей паузой Лорейн все же заговорила, так как очень хотела обратить внимание барона в свою сторону. Она всучила рапиру Тодеушу и зашагала обиженно в сторону двери, не оборачиваясь на призыв вернуться. - Лорейн, дитя мое! Дорогая! Остановись же! – мужчина ухватил девушку за плечо уже почти у двери и развернул к себе, беря за плечи. – Ты думаешь, что я вожу тобой, как колдун безвольной куклой? Дергаю за веревочки? Это совершенно не так… Ариан – город очень порочный, мерзкий, а ты невинное создание, которое не приспособлено ни к чему подобному. Я хочу оградить тебя от малейшей грязи. - Думаете, в таверне «Три поросенка» я мало видела? Как унижают, бьют, наказывают, как… убивают людей? Торгуют ими, словно скотом? Моя подруга там шлюхой работала, ваша милость. Вы мне не супруг. Я не стану делать то, что вы хотите… И ваш этот Тодеуш! Может, этот парнишка и знаток оружия, но точно не в курсе, откуда я появилась в первом Королевстве. И вы мне тоже не верите, - прищурилась она с легкой обидой. – Тогда скажите, зачем я здесь? К чему вы меня готовите? Я… не понимаю. - Постой. Перестань, дай мне сказать, - Баттур внезапно опустился на одно колено и взял Лорейн за руку, совершенно смущая этим джентельменским жестом. Она даже не рискнула вырваться и убежать, но теперь с подозрением то и дело глядела на ушастого мастера, который отступил к окнам и даже смущенно отвернулся, потому что попал на спор между супругами. - Что вы хотите сказать? Что я в вашей власти? Что этот чертов замок для меня уготован? Вы никогда не видели моего мира… Он волшебный, удивительный, в нем машины, самолеты, поезда, в нем есть Интернет. Там люди на расстоянии могут общаться, находясь за тысячи километров друг от друга… Я не глупая девочка из деревни, барон. Я так нежеланно попала в этот мир, думала, что смогу в нем приспособиться… Лорейн потерла кончиками пальцев виски и и попыталась успокоить внезапную головную боль. Она так нервничала, так злилась на себя, что не заметила, как стекла на окнах зала вдруг сильно заледенели и покрылись бесконечно красивым рисунком. Казалось, температура опускается так, что даже толстые стены затрещали, а чудовища у входа громогласно завыли, заставляя девушку замолчать и в испуге прижаться к стене, потому что белым днем внезапно наступили сумерки. - Успокойся! Прошу, - взмолился Баттур. Он вскочил, затянул Лорейн в объятия и укрыл мягкими крыльями, дыша той в кудрявую медовую макушку. – Я уверен, что ты особенная. Самая особенная из всех, что я когда-либо видел. Ты попала сюда не случайно. Я не знаю, почему, но я попробую тебе помочь. Дай и мне научить тебя в этом мире приспособиться, я не желаю ничего плохого. Баттур взглянул на огромную тень, которая наклонилась и посмотрела в зал горящими глазами. Тодеуш стоял бледный между стен и не шевелился. Ледяные великаны оголодали. Они проснулись и требовали крови… Магия пробудила их ото сна. Холодная и такая сильная. - Обещаете? – из темноты укрытия потребовала с вопросом Лорейн. – Обещаете, что меня выслушаете? Я могу быть собой? Не изображать баронессу и … стать вам другом? - Конечно, ты мне стала очень близка, совсем как дочь, которую я потерял, - эльф искоса наблюдал за передвижениями чудовища за пределами зала в проемах окон. Голос его не дрожал, но звучал немного напряженно. - Вы не сказали, что случилось с ней… - Она пропала. Ее украли в столице. Убили... Я не видел ее уже много лет… Лорейн! – барон согрел ледяные ладони девушки поцелуями, забирая в свои горячие руки, коснулся губами ее лба, и та внезапно осела и потеряла сознание, а тьма в окнах отступила, сменяясь снова солнцем и искрящимся снегом. Тодеуш выдохнул. Он бросился к хозяину, подхватившему беспамятную супругу. - Водный маг? Она управляет великанами? – прошептал он, заглядывая в лицо с трепещущими ресницами. - Неосознанно. Она сама еще не знает сил, которые дала природа, - Баттур понес девушку в двери и велел помочь ему. Юноша бежал впереди и освобождал проходы, чтобы добраться до покоев барона, в которые верного слугу, конечно, не пустили, но эльф с драгоценной ношей зашел сначала в белоснежный кабинет, обставленный изящной мебелью из красного дерева, а потом направился в спальню, где царил полумрак и горели только несколько свечей на небольшом столе в глубине комнаты. Он поднял полог кровати и положил супругу на подушки, садясь подле нее и мешая капли из флакончиков, которые имелись в шкафу в деревянном большом ларце, в длинном хрустальном бокале. - Сейчас станет легче, - сказал, вливая смесь в бледные губы и подкладывая подушки под голову Лорейн, перед глазами которой плавали разноцветные круги. – Наверное, пришел момент, когда я должен поведать о магии, которая окутывает Первое Королевство. С древних времен именно здесь сосредоточилась сила, которая не позволяет материальным мирам встречаться с волшебными. Каждое существо, которое тут обитает, несет в себе силу, которая позволяет ему управлять определенными стихиями. Некоторым досталась возможность проецировать магию темную или светлую. Есть те, кто использует других для осуществления ритуалов. Чаще всего – жизни людей, так как запрещена торговля и рабство магов… - Почему мне так плохо? – Лорейн попыталась сесть, но схватилась за висок и опять рухнула на подушку, тогда как эльф приложил ладонь к ее голове и продолжил: - Но есть те, кто ворует существ, так как у них нескончаемый источник волшебства. Представь себе, четыре стихии вполне способны восполнять объемы силы. Среди эльфов столько магов воды, огня, земли и воздуха. Они красивы, невероятно долго живут… - Баттур поглаживал девушку, и боль постепенно отступала, отходила на задний план, а голос барона делался более четким и понятным. - Вы хотите сказать, что существа специально лишали свободы приглянувшихся эльфов? - Многие расы так делали. Тайно, конечно, но все же рынок работорговли расцвел пышным цветом наравне с человеческим. И тогда случилась война… - Похоже вы ее проиграли, - Лорейн села, оглядываясь и еще плавая в головокружении, и вдруг осознала что в этой комнате никогда не бывала. Стены здесь украшали деревянные панели, большие брусья перекрестно держали потолок, на котором висела большая люстра в виде колеса со свечами. Широкая кровать у стены под балдахином пахла травами и духами Баттура. На темном покрывале мерцали золотые вьюнки. У стены виднелся старый шкаф с приоткрытой дверью с полками всяких снадобий и книг. Дальше – доспехи и трофейные вещицы в беспорядке. Девушка отодвинулась к изголовью смущенно, осознав, что сейчас наедине с бароном. И он смотрит на нее пронзительными светлыми глазами и не мигает. - Почему вы меня сюда принесли? Что произошло? – спросила тихо, боясь, что Баттур передумал и захочет осуществить супружеский долг. - Ты невероятно сильная эльфийка, Лорейн. Сегодня я убедился, что не ошибся, когда привез тебя из таверны. Но тебе нужны время и моя забота осознать себя и вступить на взрослый путь жизни, - Баттур потянулся к вазе и дал девушке яблоко, такое красное и сочное. – Подкрепись, я попробую рассказать… В таверне, когда мы остановились там в Краснокнижный день, ты попалась мне на глаза почти сразу. Я увидел тебя на дороге с ведрами, еще издалека. Мне показалось, что это моя дочь, и я попросил герцога Д`Отейна остановиться и проверить. Пойми, сердце у меня колотилось очень сильно. Я боялся взглянуть не тебя, но… чувствовал твое присутствие буквально везде. И тогда мой спутник придумал позвать служанку для смены белья наверх. Конечно, я не должен был доверять ему такое дело, но он слишком возбудился идеей найти юную баронессу в сетях старой колдуньи. - Ваш спутник обжег мне запястье. Он запугал меня, обещав вернуться… - Лорейн прижала колени к груди и обняла их руками. Барон встал и прошелся по спальне, приоткрывая ставни и впуская внутрь свет, который тонкими лучами рисовал по красному ковру, закрывавшему большую часть комнаты. - Драконы всегда возвращаются за эльфами. Они готовы поработить любую душу, моя милая девочка. Даже если она прибыла из иного мира. Поверь, он не стал бы слушать твою отповедь о городах с машинами. Ты оказалась бы в его полной власти, как муха, попавшая в сети паука. Я вернулся за тобой, как только смог. Совет Девяти сорвался. Слишком много противоречий и споров между его участниками. Его перенесли на несколько дней, и это дало мне форы привезти тебя в замок. - Зачем вы заставили меня выйти замуж за себя? - Только чтобы …защитить, оберечь, спасти. Ты уже столько раз слышала от меня, что нас мало осталось. - Вы все же проиграли войну… Вы прячетесь в этом страшном замке, не можете из него выйти, потому что тут стоят на охране большие ледяные монстры. Откуда они вообще взялись? - От прежних хозяев, которые умели управлять водной стихией так, что им подчинялись даже океаны. Не то, что ледяные горные вершины. Это было очень давно… - А этот ваш герцог Д`Отейн. Он опасный? Баттур промолчал, но потом после некоторых размышлений кивнул и налил себе вина, чтобы осушить залпом бокал. - Надеюсь, что сейчас он до тебя свои когти не дотянет. Я постараюсь сделать все, чтобы этого не произошло… пока не произошло. - Матушка Гусыня могла ему сообщить, что вы меня похитили, - напомнила девушка скептически. – У нее, наверняка, на вас имеется зуб. И еще вы оставили там мою подругу… Она тоже могла подвергнуться допросу. Лорейн рассуждала спокойно, но внутри у нее все тряслось от ужаса. Воспоминание о герцоге оставалось живым и вполне себе трехмерным, как будто он оставил огненный след не только на запястье, но и где-то внутри на сердце. - Я привез Катрин. Еще вчера вечером она прибыла в Буаи-Снехт. Никогда не доверял людям. Но ты так просила за эту простолюдинку, что я не смог отказать. Стоило ли поступаться правилами? Вот в чем вопрос. - Правда? Она здесь? – девушка спустила вниз ноги, полностью пропуская мимо ушей бред про магию и про силу. Она чувствовала себя слабо, но гораздо лучше. Возможно на солнце опять случилась вспышка, вот и накрыло с головой мигренью. – Могу я ее видеть? - Конечно, можешь. Я привез ее тебе в наперсницы, как подругу, а не как рабыню. Эльфы не покупают живые души, - вздернул гордо нос Баттур. Лорейн же скорее надела туфли и подошла к барону, чтобы поцеловать того в подбородок, встав нацыпочки. - Спасибо. Я ведь могу отсюда выйти? – переспросила, словно девочка, только что непослушно спорившая с отцом, и мужчина вздохнул, кивая. - Загляни вечером ко мне, - попросил, когда та ринулась к двери. - Хорошо, - ответила Лорейн, чуть не добавив следом «папенька». Как бы это глупо ни прозвучало. Стоило прикусить язычок поскорее, чтобы не позориться.