Власть льда

- Доброе утро, душа моя, как ты рано проснулась! - мужчина перебирал книги и складывал их в небольшой сундук, окованный железными полосами и украшенный зелеными блестящими каменьями разной величины и формы. – Надеюсь, что я прощен за вчерашнее? - Не знаю пока, - Лорейн бесшумно прошлась вдоль окон кабинета, выглянула наружу, где и правда слишком сладко сияло солнце и слышалась капель. Реальность и вымысел путались в голове, так что девушка осторожничала и вела себя очень сдержанно, пряча руки за спиной и чуть хмуря тонкие брови. – Смотря за что вас прощать, Ромус… - Например, за то, что я позволил себе вольность тебя поцеловать. Я хотел лишь помочь справиться с той силой, что способна управлять сознанием и телом, но ты стремительно убежала. Я подумал, что совершил ошибку, когда проявил слабость и … - И? – переспросила Лорейн, потому что ее собеседник замолчал. - И оскорбил. Хуже нет ничего нежеланного поцелуя, как и внимания того, кто вызывает только дружеские чувства. Ведь мы остались друзьями? - Для меня вы не просто друг, - девушка подошла к столу и взяла одну из книг, чтобы полистать бездумно и даже не понимая ни капли текст на незнакомом языке, при этом поглядывала на барона с любопытством, как маленькая птичка, все еще не веря, что увидела сон. Она будто наяву до сих пор ощущала его руки, его поцелуи и его крепкие горячие объятия, таяла в его ласках, сгорала от стыда и желала вновь и вновь. Там барон казался другим – прекрасным, молодым и даже сильным, а не строгим светловолосым эльфом с бледным холодным лицом. Солнечная клетка утра портила объяснения. Слишком много лучей. Слишком тепло… Сердце стучит через раз… - Все ли с вами хорошо? – Баттур вытянул книгу из дрожащих пальцев Лорейн и отправил в сундук, туда же сложил и письменные принадлежности. - Не знаю, я путаюсь в собственных иллюзиях. Раньше ничего подобного не происходило, - Лорейн поняла, что долго молчала, осмысляя, кем же ей приходится барон, у которого она прожила три или четыре месяца с момента похищения из таверны. Нельзя привязаться вот так быстро! Но вышло по-особенному, почти сказочно легко – теперь она и минуты не способна обходиться без эльфа и супруга. Она желает его видеть, слышать, общаться с ним, заниматься любыми делами или просто сидеть неподалеку и наблюдать. - Мы все живем иллюзиями, порой до конца своих дней. Нам не хватает времени познать душу, которую вложили в сосуд тела, - Баттур направился за еще несколькими книгами к открытому шкафу, при этом ничем не напоминая горячего любовника из сна. Такой же спокойный и уравновешенный, без суетливых движений или юления. Он не утратил величественности и горделивой осанки, а его крылья будто окрасились новыми оттенками. Лорейн смотрела на спину барона, на белые длинные волосы, на стекающий до пола серебряно-синим блеском домашний наряд, состоящий из брюк, рубашки и наброшенного на плечи халата, и сдерживалась от того, чтобы броситься в спальню в поисках следов их страсти. Может, ей привиделось? - Вы куда-то уезжаете? – догадка вырвалась горечью наружу. Девушка нервно сжала пальцы на левой руке и врезалась ноготками в кожу. - Да, через пару дней дорога будет пригодна для путешествия. В Ариане я намерен снять апартаменты на летний сезон, - мужчина поднял взгляд на молчаливую напряженную собеседницу, чуть прищурился и склонил голову набок: - А разве ты не желаешь посмотреть на совсем другую сторону Первого Королевства? Я надеялся, что ты согласишьсь со мной поехать… - То есть я не останусь здесь? – не поверила сразу Лорейн. Определенно, душу сильно взворошила неопределенность, словно кто-то шагнул в осеннюю листву и подбросил ногой вверх, но теперь еще и причина внезапной щедрости. - Ты можешь отказаться, никто насильно не потянет. Я ведь не злой колдун, который вынуждает тебя от зари до зари работать на кухне. - Вы предлагали мне накануне поближе познакомиться с герцогом Д`Отейном. Даже не знаю, насколько я хочу встречаться с этим существом, - девушка стала раздувать ноздри и надула щеки от возмущения. Она гневалась на себя, на то, что придумала, будто близка с высокородным эльфом, и тот воспринимает ее почти как равную, ну хоть чуточку. – Значит, я могу отказаться? - Конечно, я не стану тебя неволить и заставлять принимать правила местной игры, ты ведь не раз мне говорила, что из иного мира. Можно сидеть и дальше в замке. Здесь безопасно, обещаю… Только вот... - Врете вы все, господин барон. Не умеете выглядеть до конца равнодушным. Каждый раз, когда вы даете легкое решение, вы пытаетесь мной манипулировать, - Лорейн кулаком по краю стола стукнула. Она и раньше попадалась на такие вот уловки родителей, которые добивались или поездки на дачу, или уборки, или еще невесть чего. – Вы знаете, как мне интересно увидеть Ариан. Что я тут скоро волком взвою… Вы меня целовали! – последние слова вырвались с таким чувством, что укол в груди стал совершенно невыносимым. И пришлось даже прижать туда ладонь. Барон скорее подал девушке воды и поддержал, усадил в кресло. Он был деликатен. Беспокойно обтер лицо Лорейн влажной салфеткой, а потом приоткрыл ставни и впустил свежий воздух, несомненно положительно повлиявший на здоровье упрямицы. - Да, я тебя поцеловал. И да, я хотел бы поехать с тобой в город. Вы во всем правы. - А герцог? Хотите меня использовать? – пальцы сжали ножку бокала. Голубые глаза блеснули недобро, ища ответа на лице собеседника. - Скорее, я хочу использовать его во благо эльфов. Я хочу, чтобы он невольно раскрыл твой дар… Возможно, имя Лори значит для тебя мало, но… у нас оно на слуху. - Я все равно слишком мало понимаю. Я боюсь этого вашего Д`Отейна. Как вы вообще представляете наше общение? Он ведь кидается на людей. - Только на людей, но не на другие расы, обитающие в нашем мире. Ты до сих пор мне не доверяешь, Лорейн. Это прискорбно, учитывая наш вечный и нерушимый союз. Он гораздо значимее, чем пустые обещания и намерения иных женихов, которые только выбирают невест ради приданого или получения наследства. Я обещал тебя оберегать. - Ладно… Допустим, я поверю, но… - Никаких «но», иначе мы останемся топтаться на месте, - барон позвонил в колокольчик и велел прибежавшему пажу передать Мирам, чтобы она собрала госпожу в дорогу. Затем приказал подать завтрак и пригласил супругу в столовую. И только теперь девушка осознала, насколько проголодалась, у нее даже в животе неприлично сжалось и зашумело. Кукситься и доводить себя до нервного истощения девушка умела и раньше. Во время экзаменов она частенько пила валерианку в таблетках, когда ругалась с родителями, обижалась и играла в молчанку. Как вести себя с настырным эльфом, Лорейн еще не придумала, но применяла проверенные способы, чтобы вызвать того на разговор. Баттур только улыбался. Он не желал говорить о герцоге и пока ни словом не объяснил плана по магическому взаимодействию, тем самым заставляя задуматься о других вариантах. Подозрительная выходила чахорда! Неужели хозяин замка, спаситель всея эльфов намерен ее подложить под дракона? Какая же сволочь! Лорейн сверлила глазами благодушно поедающего десерт и пьющего кофе супруга, совсем позабыв о том, что ночью витала в радужных снах с его участием. И как от такой привязанности легко перейти к пылкой ненависти всего за пару минут? - Если у меня есть время, я хотела бы попрощаться со всеми и навестить Равилу… Она вчера очень пострадала, когда обрушилась крыша, - девушка отложила столовые приборы и с трудом сдержала гневные мысли. – Могу ли я идти? Или все же мы продолжим нашу беседу, барон? - Не сегодня, я слишком занят делами замка. Мы можем все решить и в дороге, и по приезду в столицу. Так что до завтра можно прощаться, обниматься и обещать вернуться к друзьям по осени. - Катрин тоже поедет? Она здесь все же не так давно. Не привыкла к вашим правилам… и мне нужна подруга, - Лорейн поджала губы, ожидая хоть малейшей слабины со стороны Баттура, а тот снова кивнул. - Любой твой каприз, дитя мое, я ни в чем не собираюсь тебе препятствовать. Единственная просьба – не болтать о магии с человеком. К сожалению, это приводит к тому, что можно лишить жизни. - То есть? Как лишить? – спросила девушка, которая уже собиралась покинуть столовую, но встала, как вкопанная, на месте. - Неконтролируемый выброс. Неуправляемая сила… Даже разговоры могут послужить спусковым крючком. Это как не пристреленное оружие, дорогая. Я бы подумал, прежде чем подвергать Катрин опасности и везти ее в город, где столь искушений и где магия раскрывается в полном объеме. - Вы все более непонятно говорите, Ромус. Я никогда не сделала бы плохо девушке, с которой стала лучшей подругой. Значит, я должна довериться вам? Баттур кивнул коротко. - И должна ее оставить при эльфах? – переспросила тише, хоть и вспомнила внезапно про близость Катрин с каким-то эльфом и недавнее пылкое свидание с ним. - Именно так, - мужчина подошел к Лорейн, убирая всю решимость продолжать нарываться на скандал. Одними касаниями мерзавец способен был вить веревки из баронессы, и та в который раз таяла в его руках и в его ауре. – Я очень тебя люблю, - прошептал он, а потом поцеловал в висок. – Ледяная магия разорвет тебя на части, если мы не обманем дракона. Не используем, не повернем события так, что он сам отдаст нам пламя… - Хорошо, пусть так… пусть… - уткнувшись лицом в плечо эльфа, девушка засопела, обхватила его скорее, словно боясь потерять. – Почему вы так переменчивы ко мне? Мне будет достаточно всего лишь вашей заботы и ласки. - Я пытаюсь, вы же видите, насколько мне сложно… - теплые губы коснулись макушки, ладонь провела по спине, от чего вдоль позвоночника побежали приятные мурашки. – Цветы распускаются, когда приходят время, а вы еще совсем бутон. - Значит, пути назад нет? - Увы, у нас и времени недостаточно, - Баттур с неохотой отпустил Лорейн, чтобы поскорее завершить дела замка. Девушка же направилась к Равиле, которая, как оказалось, со вчерашнего дня находилась под присмотром няни Мирам и ее двух подруг. Выглядела блондинка измученно, только что вылезла из постели перекусить, и вести диалог особо желания не проявляла, зато Лаури призналась, что Тодеуш приходил повиниться, и голубки вроде даже снова готовы встречаться. Зелла кивала из кресла, как всегда занимаясь шитьем у окна, а Мирам чистила камин от углей, так что лишь краем уха следила за болтовней девиц, натворивших бед накануне. Похоже, никого не наказали, не отругали, разве что пожурили немного, но этого было достаточно для осознания неправильности такого поведения. Новость же об отъезде воспринялась с печалью. Ведь весной в горах начинается самая жизнь, а летом еще можно собирать ягоды и грибы, заняться рыбалкой или охотой. Баронессу благословили на добрый путь с явной неохотой. Мало ли что барон уезжал, красивой юной девушке не место среди всяких ублюдков и монстров, способных к подлостям, интригам и обману. Кажется, местное сообщество недолюбливало столицу чрезвычайно открыто и зло. И стремилось оградить ушастых от взаимодействия с внешним миром. Лорейн видела опасения в поведении и словах Мирам, которая объявила барона «непроходимым дураком и неумелым кукловодом», когда прозвучала новость о съеме в Ариане дома на лето, но никак не среагировала, так как сомневалась больше остальных эльфиек, укрытых от внешнего мира толстыми стенами замка. И все же она задала вопрос женщине наедине, чтобы убедиться в том, что не ослышалась и не восприняла информацию неправильно. - Вы недовольны моим отъездом? – девушка вызвалась помочь донести грязное белье до прачечной лишь с целью вызнать все, что думает главная мамушка этого места. - Да. Ариан – город грехов. Там нет ничего хорошего, - отрезала Мирам. – Вы совсем девочка, а наш барон… вместо того, чтобы строить семью, завести ребенка, тащит вас в столицу, как обычную…шлюху. Тьфу, я бы и в глаза ему сказала! И скажу! Вам там не место! - У меня есть причина туда поехать… Я чувствую необходимость туда поехать, - Лорейн искала слова, но ее осознание ситуации еще не пришло до конца. Магия, привязанность к Баттуру, герцог Д`Отейн – в этой сказке следовало разобраться хоть немного, чтобы связать концы с концами. - У вас там мало шансов остаться прежней, моя юная госпожа. Вы можете там погибнуть, - на лестнице Мирам развернулась и сжала в руках комок собранной одежды для стирки. – Откажите барону. - Я уже дала ему согласие, я не могу так… - Вы влюблены в барона Баттура? Честно признайтесь, что вы влюблены. Он ведь заворожил вас… - Нет, все не так, я сама… - Лорейн вдруг задумалась и вспомнила аромат цветов, пыльцу и вуаль томного сна с горячими объятиями и поцелуями. Встряхнула головой и потерла виски. – Простите, я поеду… Я должна поехать, - повторила упрямо, умалчивая аргумент о магии. Вот и теперь сердце кололо льдом, а пальцы леденели и даже болели сильно. Мирам напряженно следила за изменениями в поведении баронессы, скривилась так, словно проглотила целиком лимон. - Барон Баттур задурил вам голову, девочка моя. Не понимаю и никогда не пойму мужчин, - она тяжело вздохнула, желая еще что-то сказать против хозяина, но девушка предпочла сбежать и скрыть проявления холода, который причинял физическое страдание. Только хозяин Буаи-Снехт имел представление о природе магии и способен был излечить недуг, становившийся настоящей проблемой. Растирая о друг друга ладони, Лорейн так и не смогла согреться. Она побежала на кухню, где долго сидела возле печи, изображая из себя любопытную дурочку, которой нравится процесс готовки, и слушала всякие глупости от поварят, которые радовались первому теплу. К счастью, хоть Тодеуш сегодня не искал встреч, не признавался в любви, потому что все мысли занимала предстоящая поездка, а еще в голове крутилось кино про поцелуи и объятия с Баттуром. Память отказывалась показать подробно каждую деталь, но перед глазами стояло лицом в синей дымке магии – самое красивое на свете. Пальцами Лорейн прикоснулась к собственным губам, будто пытаясь запечатать внутри тайну. Она поклялась не выболтать Катрин ничего из целей предстоящей поездки. И сдержалась, когда та вечером устроила маленький допрос. В любом случае, подруга осталась в замке, в который ведьме не забраться. А значит, никто больше не покусится, не причинит вреда. Да и любовные отношения завязались у веселушки и позитивщицы. С этими мыслями покидала уютное гнездо Лорейн следующим днем. Одетая в выходное зеленое платье и белое пальто с большим меховым воротником, девушка совсем перестала походить на прежнюю замухрышку из кухни. Мирам навела госпоже высокую прическу, плотно затянула ее в корсет, самолично застегнула на все пуговицы, чтобы та не опозорилась в столице. Дышать приходилось с трудом. Но баронесса справлялась. Она даже в карету залезла, чуть бледнея от того, как сжата, ловя на себе восхищенный взгляд барона, поднявший настрой на победу. Нравиться! Вот чего желала Лорейн. Всегда вызывать восторг у супруга. Заставлять его любоваться, желать быть рядом. Мужчина даже передумал ехать верхом и сел рядом с девушкой, приказывая трогать кучеру. Потом притянул супругу за талию и мягко шепнул на ухо. - Как же ты хороша! Я душу бы вынул, чтобы только тобой любоваться, - Ромус поцеловал руку через тонкую перчатку, смывая разногласия и возвращая снова бриз невыносимой страсти, томившейся где-то внутри горячей дрожью, растоплявшей лед. Лорейн всю ночь не сомкнула глаз от желаний. Она так хотела выбраться из-под одеяла и пойти к барону. Заставить его признать, что чувства взаимны. Сказать ему, что дракон опасен, что он помешает их союзу… - Ваша милость, - девушка прижалась спиной к стенке у окна, слыша, как открываются ворота и как кричат эльфы, прощаясь с господином. Карета сдвинулась с места, выезжая на дорогу по мосту, а потом начала подниматься все выше, как конь зимой, только словно мчалась по невидимой мягкой колее. - Я обещал обсудить с тобой мои намерения. Они вполне прозрачны. В столице я представлю тебя, как пропавшую дочь, которую я неожиданно нашел… - Что? – Лорейн даже сглотнула, приоткрывая удивленно рот. - Герцог Д`Отейн должен увлечься тобой. Волочиться за тобой, сходить по тебе с ума… Девушка отрицательно качнула головой. - Он отдаст пламя, а потом мы уедем. Есть возражения? - Я не стану с ним … не стану совершенно! – прошептала Лорейн. - Да я бы и не позволил своей супруге изменять. Об этом не идет речи, - спокойно ответил Баттур, проводя по нежной щеке. – Я не из тех, кто терпит подобное. Ты моя жена. Ничья больше.